Руслан Самигуллин
Кто ты?

Этот сладостный сон тянулся нескончаемой негой, погружая всё глубже и глубже в свои объятия. Александра медленно шла по залитой солнечными лучами аллее небольшого сквера. Вдали слышалось щебетание птиц, лицо нежно поглаживал лёгкий летний ветерок. Массивные вековые сосны колыхались из стороны в сторону, словно преклоняя головы перед путником.

Она не могла вспомнить, как попала сюда, да это и не имело особого значения. Родной городок остался точно таким же, как в те времена, когда надежды ещё не уступили место бесконечному серому унынию. Небольшие стеклянные домики тянулись вдоль уютных улочек, расходившихся в разные стороны до самого горизонта. Вот прямо возле неё пробороздил в воздухе аэромобиль. Острые обводы корпуса и ярко-красный цвет почему-то больно кольнули в самое сердце, разгоняя ритм биения. Она уже видела его прежде, но не могла вспомнить подробностей. Мысли путались, искажая и без того хрупкие воспоминания.

– Мама! – раздался ласковый детский голосок, эхом отдаваясь в тишине.

Александра растеряно огляделась, пытаясь определить источник звука.

– Мамочка наконец-то вернулась! – вторил ему другой голосок, столь же звонкий и радостный.

Развернувшись, она увидела двух маленьких девочек, стоящих у края дороги. Непринуждённая детская улыбка украшала их лица. Большие голубые глаза с любовью смотрели на растерянную девушку. Одинаковые розовые ситцевые платья ещё больше подчёркивали родство девочек.

– Это вы, милые мои, неужели это вы? – не веря своим глазам и едва удерживая слёзы, прошептали трясущиеся губы. – Но как такое возможно?

Александра попыталась сделать шаг, но, к её удивлению, ноги не подчинились. Они будто вмёрзли в покрытый ледяными наростами асфальт.

– Мамочка, нам очень холодно, – произнесла одна из девочек, и из её глаз заструились ледяные капельки, тут же замерзая и опадая на белоснежное покрывало.

Только теперь Александра заметила, что мир вокруг неё полностью преобразился. Все деревья превратились в жуткие ледяные изваяния, тянущие к ней свои кривые ветви. Вместо ласкового летнего ветерка тело пронизывали порывы яростные и острые как бритвы, и от этого холода кожа мгновенно покрывалась тонкой коркой льда. Каждый вдох давался с огромным трудом, лёгкие будто обжигало изнутри. Сознание помутилось, теряя связь с реальностью. Мир вокруг перестал существовать, и осталась только бесконечная ледяная пустота.

***

Повинуясь командам электронного мозга, крышка анабиозной камеры начала медленно подниматься. В этот момент вихрь мелких кристаллических частиц заполнил небольшое помещение. Система обогрева заработала на полную мощность, стараясь как можно быстрее поднять температуру в отсеке.

После долгого сна открыть глаза было весьма непростой задачей. Прилипший к ресницам иней не хотел отпускать своего пленника из мира иллюзий и внутренних переживаний. Если вы считаете, что миллионы, миллиарды километров бесконечной пустоты не оказывают влияния на психику, вы глубоко заблуждаетесь. Человеческому мозгу начинает казаться, что он плывёт в этом бескрайнем океане, растворяется и впускает в себя нечто незримое.

Искусственный манипулятор с острой иглой уколол Александру в правое плечо. Она почувствовала, как тепло медленно растекается по телу. Пальцы постепенно обретают чувствительность, а губы приходят в движение после долгого молчания. Сознание нехотя возвращалось, рисуя перед глазами чёткую картину опостылевшего мира.

Некогда белые стены гибернационного отсека покрывал толстый слой пыли, скопившейся за время долгого сна. Свет неоновых ламп усиливался постепенно, позволяя просыпающейся команде адаптировать зрение.

– Вот же блин, – отлепляя со лба датчики, недовольно буркнул Борис, – а ведь она мне почти дала свой номерок…

Внешний вид штатного психолога был на удивление неплох, по крайней мере, в сравнении с остальными членами просыпающейся команды рудовоза, носящего почётное имя одного из основоположников космической эры «Титов». Борис Соколов был высоким мужчиной пятидесяти лет. Светлые волосы и аккуратная борода придавали особый шарм. Его зелёные глаза сами по себе внушали нерадивым пациентам спокойствие и добродушие, которых едва ли хватало на столь длительное пребывание даже малому количеству людей за миллиарды километров от цивилизации.

– О ком это ты? – поднимаясь из ложемента, спросила навигатор Люсия Родригес, и девушку тут же вырвало прямиком на белую простынь.

– Как это о ком? О той шикарной блондинке с третьим размером груди и ослепительной улыбкой. Мне снилось, как мы путешествуем вдвоём по кольцам Сатурна под музыку Бетховена.

– Ой, прекрати, и без тебя тошно. Голова просто раскалывается, а ещё надоели твои высокопарные бредни, – вылезая из своей капсулы, небрежно бросила девушка, на груди которой поблёскивала именная табличка, гласившая, что её обладательницу зовут Петрова Ольга, и она является инженером первой категории. – Хорошо, что нам осталось лететь всего пару дней, а потом начнётся мой долгожданный отпуск.

На вид ей было около тридцати пяти лет, хотя реальный возраст женщины умело скрывают под слоем косметики, и в этом Петрова не была исключением. Во время длинных рабочих командировок она предпочитала носить свободную рабочую одежду, часто покрытую маслом и грязью, а длинные чёрные волосы всегда были завязаны в косу, что ещё больше размывало представление о возрасте.

– Хоть ты и наш психолог, – продолжила она, – но порой такое ощущение, что тебе и самому неплохо было бы полежать с завязанными руками в специализированном центре где-нибудь на Марсе.

Марк Томпсон, второй инженер команды и верный помощник Ольги, соглашаясь, кивнул и улыбнулся, напяливая на себя взятую не по размеру футболку с отчётливо проступающим пятном на груди. Ходили слухи, что они с Петровой любовники, но в общении это ни как не проявлялось. Скорее, наоборот, Ольга всегда стояла выше него во всём и не терпела конкуренции с мужчинами. Его высокий рост и худосочное телосложение заметно контрастировали относительно напарницы. Тем не менее, в их дружбе он никогда не пытался оспорить лидерские способности коллеги.

– Да ладно вам, у всех свои причуды, – вклинилась доктор Лиана Ким, вытирая полотенцем остатки желеобразного геля. – Как закончите процедуры, жду каждого из вас в своём кабинете для осмотра. По прибытии на Землю вам будет выдана соответствующая справка. Иначе вместо портовых девчонок вы будете драить палубы этой развалюхи. И без опозданий, а не то напишу вам такое, что вас не возьмут даже в орбитальные таксисты, – на её лице, имеющем отчётливые азиатские черты, проскользнула лёгкая улыбка.

– А где остальные? – осматривая отсек и надевая брюки, спросила Александра.

И правда, две капсулы были пусты.

– Какого хрена они ушли без моего разрешения? – едва борясь с нахлынувшей злостью, процедила капитан.

На самом деле Александра Воронина – офицер третьего ранга, хоть и была капитаном судна, но её роль сводилась лишь к номинальному руководству. Рудовоз принадлежал частной компании, а присутствие офицеров флота диктовалось не более чем формальностью, и этот факт жутко выводил её из себя.

Окончательно избавившись от противного геля, Александра принялась надевать форменный китель. Её мундир почти никак не отличался от формы остальной команды, за исключением двух небольших полосок отходивших от ворота и заканчивающихся на хрупких плечах. Вдобавок, она единственная не имела нашивок торгового флота.

«Титов» плавно скользил сквозь бездну космического пространства. Его атомное сердце неутомимо поддерживало жизнь на борту, обеспечивая энергией многочисленные системы. В космосе почувствовать движение невозможно, однако оно всегда сопровождается нежным, почти неуловимым гулом, пронизывающим каждую палубу, проход и каюты, создавая ощущение живого организма. Этот непрерывный гул напоминал дыхание огромного существа, пульсирующего жизнью и энергией.

Добравшись до ближайшего передатчика, Александра хотела нажать на кнопку вызова, но в этот момент из динамика донёсся твёрдый и, одновременно, взволнованный голос Михаила – прикомандированного внештатного учёного, имеющего довольно странную фамилию Сабо.

Александра изначально была против «зайцев» на их корабле. Как показывает практика, такие пассажиры не привносят в работу ничего, кроме дополнительных проблем. А денег за это, разумеется, никто доплачивать не собирался. Однако, один звонок сверху лишил её права выбора. И экипаж «Титова» пополнился двумя новыми и, слава Богу, временными членами команды. Среди них оказалась щупленькая и откровенно некрасивая биолог Мария Чернова, носящая забавные очки с толстыми линзами, увеличивающими её и без того немаленькие глаза. Но вот второй попутчик разительно отличался от стереотипного описания обычного учёного. Его мощный торс, глубокий пронзительный взгляд и довольно привлекательное лицо больше подходили боевому десантнику или кому-то из сил специальных операций военного флота.

– Капитан, Вы меня слышите? Если слышите, Вам срочно нужно пройти на третью палубу. Повторяю, срочно пройти на третью палубу, – не прося, а будто приказывая, вещал голос из динамика.

Тон показался Александре слегка несоответствующим субординации, что ещё больше распалило и без того вспыльчивый характер. Недолго думая, капитан направилась по ближайшему переходу к главному узлу, соединяющему основные части корабля. Кучи нелицеприятных слов, перемешанных с отборной бранью, ещё больше усиливали напряжённое состояние. Капитан была готова выплеснуть накопившееся негодование на первых встречных и, дай Бог, ими окажутся двое учёных, по глупости сломавших что-то на вверенном ей корабле.

Двери лифта распахнулись на нужной палубе, и перед Александрой предстала жуткая картина. Подготовленные для ругательства слова тут же потеряли свою актуальность. Вся палуба была буквально залита кровью. Как будто некто взял ведро с густой бурой краской и специально расплескал её по стенам и полу. Едкий удушливый запах гниения ударил в нос, едва не вызвав рвотный рефлекс.

– Господи… – только и смогла выдавить из себя Александра, прикрывая рот ладонью.

Рядом с изуродованными останками стоял здоровяк Михаил Сабо и всхлипывающая Мария, теребящая в руках зелёный платок, которым она то и дело протирала потеющие линзы очков.

– Его как будто прокрутили через мясорубку, – констатировал Сабо, склонившись над трупом. – Но кто мог сотворить такое?

– Кто это? – как можно спокойнее спросила Александра и медленно подошла ближе, пытаясь рассмотреть останки.

Увидеть в них хоть что-то напоминающее человека оказалось непросто. Конечности были отделены от тела. Вместо пальцев виднелись обглоданные костяшки. От лица остались кровавые ошмётки, едва удерживаемые на черепе. Нижняя челюсть отвисла, будто улыбаясь, отчего картина становилась ещё отвратительнее.

– Я не знаю, – признался Сабо. – Когда мы проснулись, все были на месте, а потом наткнулись на это.

– Какого чёрта вы вообще не дождались моего приказа? – на повышенных тонах начала Александра. – На этом корабле я капитан! И меня не волнуют внутренние распоряжения вашей долбанной федерации и, уж тем более, профсоюзов межзвёздной торговли и исследований.

В такт этой пылкой речи громко всхлипнула Мария и ещё сильнее затеребила несчастный платок.

– По прибытию на Землю на вас обоих будет составлен рапорт, – словно ставя жирную точку, специально громко подытожила Александра. – Теперь будем разбираться с этим, – она кивнула в сторону останков. – Нужно передать сигнал на ближайшую станцию и доложить о случившемся.

Михаил нахмурился, но ничего не сказал, а вот Мария всё-таки не смогла удержать слёз, и две влажных дорожки расчертили её веснушечное лицо.

– Люсия, ты меня слышишь? – спросила Александра, нажав кнопку передатчика.

Сквозь помехи едва можно было расслышать голос навигатора. Ещё несколько раз пришлось повторить, пока усилители корабельной сети не переключились на вспомогательные источники питания и связь не восстановилась.

– Капитан, капитан, Вы меня слышите? – в голосе Люсии почувствовалось несвойственное ей возбуждение и нотки тревоги. – Если Вы слышите, то срочно пройдите на мостик. Повторяю, срочно на мостик, внештатная ситуация!

– Только этого не хватало! – фыркнула Александра и покосилась на улыбающийся труп. – Несите его в медицинский отсек и передайте доктору Лиане Ким. И никуда, повторяю, никуда оттуда не уходите! Мне ещё есть о чём с вами поговорить.

Главная рубка рудовоза представляла собой хаотично заставленное громоздкими приборами помещение. На стенах вместо стеклянных иллюминаторов были огромные экраны, передающие картинку с наружных камер, смонтированных по всему периметру корпуса. Сейчас на них не отражалось ничего кроме черноты космоса. Не было видно даже далёких звёзд. Абсолютная пустота. Некоторые оказались разбиты, и их поверхность покрывала паутина трещин. Часть аппаратуры была буквально вырвана со своих мест.

– Какого чёрта здесь произошло? – спросила вошедшая Александра.

– Я не знаю, капитан, – поспешила отрапортовать Люсия. – Когда я пришла на мостик, всё уже было перевёрнуто. Часть предохранительных блоков выгорели. Судя по последним показаниям, они защитили систему от некой вспышки или чего-то подобного. Некоторые из них получили и механические повреждения. Возможно, до нас добрались электромагнитные волны от ближайшей звезды. Может, это был некий метеоритный дождь или поток ионов. Я точно не уверена, никогда ничего подобного не видела. Вдобавок повреждён приёмник радиосигналов и аварийный передатчик. Кто-то пытался отправить сигнал на ближайший ретранслятор, но тщетно. Даже транспондер и тот перестал работать. Корабль дрейфует на малой скорости под влиянием космического ветра, и я не знаю как долго. Мы слепы и глухи, капитан…

– Чёрт, только этого сейчас не хватало, – процедила сквозь зубы Александра. – Нужно первым делом просмотреть архивы видеонаблюдения. Так мы сразу поймём, чих это рук дело!

– Не получится. Сервер с данными уничтожен, – как будто оправдываясь, произнесла Люсия. – И это ещё не всё. Судя по показаниям системы, на корабле падает давление. Скорее всего, нарушена герметичность, но отсюда точно определить не получится.

Александра нахмурилась ещё сильнее, изо всех сил пытаясь осознать всю опасность произошедшего.

– Думаешь, это диверсия? – осторожно предположила навигатор.

– Я не знаю, но тут точно творится нечто странное.

– Страннее, чем погром на мостике и повреждение корабля?

– Да, на третьей палубе мы обнаружили труп.

– Чей труп? – ужаснулась Люсия.

– В том-то всё и дело, что ничей. Его сложно опознать. И я, правда, не знаю…

По лицу Люсии, молодой девушки, которая была почти на десять лет моложе Александры, пробежало изумление. Её большие карие глаза на мгновенье стали ещё больше, а рот слегка приоткрылся. В любое другое время это выглядело бы забавно, однако сложившаяся ситуация не способствовала веселью. Александра всегда относилась к Люсии, к этой маленькой и эмоциональной девушке, как к младшей сестре или даже ребёнку. Хотя, возможно, это были не более чем отголоски материнского инстинкта, так и не реализованного в жизни.

– Откуда на нашем корабле может взяться неопознанный труп? Кто-то пробрался внутрь, пока мы были на станции? Или чего хуже – пока мы спали нас взяли на абордаж космические пираты?

– Не говори ерунды, – строго отрезала Александра. – Лучше доложи, что там с курсом? Мы уже должны быть на отрезке между Марсом и Землёй.

– Тут тоже есть проблема, я не могу определить наши координаты. Аппаратура как будто сошла с ума и, судя по обрывчатым данным, следуя аварийным протоколам, ей пришлось полностью перезагрузиться. И когда это произошло, компьютер сбросил настройки и сбился с курса.

– А вот это уже по-настоящему хреново, – Александра почувствовала, как по спине прокатилась холодная волна мурашек. – Нужно всем срочно собраться в кают-компании и обсудить ситуацию.

***

– И что, чёрт возьми, тут происходит? – не выбирая выражений, спросила Ольга, вытирая запачканные в масле руки. – Мне ещё нужно провести кучу диагностик, перед тем, как можно будет безопасно входить в посадочную спираль. Вы же не хотите, чтобы эта посудина врезалась в планету на всей скорости?

– А ведь так и есть, ещё куча дел впереди, а мы тут прохлаждаемся, – поддержал её Марк Томпсон, и грязными руками взял со стола засохшее печенье. – И, кстати, кто из вас рылся в общем холодильнике? Там половины запасов не хватает. Если вы такие голодные, могли и спросить!

Люсия встала у дальней переборки, скрестив руки на груди, и с недоверием оглядывала остальных членов экипажа.

– Вам-то что, а у меня в каюте сдох мой любимый кактус, вы представляете? – недовольно пробурчал Борис.

– Как вообще можно загубить кактус? Из тебя садовод ещё хуже, чем психолог! – в голосе Лианы Ким проскользнула лёгкая насмешка, явно намекающая на безалаберность своего старого приятеля.

На самом деле они познакомились задолго до работы в профсоюзе космической торговли. По сути, именно Борис привёл Лиану в космофлот. Постоянно рассказывал о путешествиях в новые миры, о приключениях и открытиях, непостижимых обычным людям. Со временем начинающий и очень перспективный доктор венерианской клиники поддалась на яркие и многообещающие убеждения. Вместе с Борисом они поступили на флот и попросились в один экипаж. К сожалению, реальность оказалась не столь радужной и куда более прозаичной. Построить отношения так и не получилось. Постоянные скитания на грязных грузовых кораблях по мёртвому космосу совершенно не походили на те приключения и открытия, о которых без умолку твердил её друг. Первый год она ещё как-то находила в себе силы и надежду. Но спустя пять лет окончательно растеряла любые амбиции и смирилась с участью судового врача, то и дело выписывающего таблетки от депрессии и лениво осматривающего членов экипажа после длительной гибернации.

– У нас экстренная ситуация, – грубо перебила Александра и посмотрела на вошедших в помещение Чернову и Сабо. – Итак, есть четыре новости и, вопреки ожиданиям, все они плохие, – не церемонясь, она выдала всю имеющуюся информацию, отчего сосредоточенные лица команды быстро приобрели растерянный вид.

– То есть мы не можем передать сигнал «SOS», не знаем, где точно находимся, у нас пробоина и труп на корабле? Я всё правильно поняла? – хмуро уточнила Петрова.

– Это так, – подтвердила Александра, – нам всем нужно сохранять спокойствие и хладнокровие. Уверена, что сообща мы разберёмся в ситуации и найдём решение.

Не смотря на дежурное заявление капитана, лица команды не выражали облегчения, скорее, напротив, на них отчётливо продолжала читаться растерянность.

– А чей это труп? – поинтересовался Марк Томпсон. – Неужели мы случайно прихватили с собой бедолагу со станции?

– Это исключено, – возразила Александра. – Посторонние на корабле оказаться не могли. Я сверилась с показаниями компьютера, отвечающего за жизнеобеспечение. Судя по сохранившимся данным, при вылете нас было восемь человек. Ровно столько же, сколько и сейчас. Никакой иной человеческой органики на судне не было.

– Ошибка компьютера? Может, труп уже был трупом до того, как мы стартовали, поэтому его не зафиксировали сенсоры?

– К сожалению, это тоже исключено, – вклинился Михаил Сабо, – останкам едва ли сутки. Разложение тканей находится в самой ранней стадии.

– Откуда Вы можете знать то, каким образом производятся посмертные заключения? – нахмурилась Лиана Ким.

– До начала профессиональной научной деятельности я подрабатывал интерном в одном из лунных госпиталей, – уверенно ответил Сабо, – но это к делу не относится, сейчас гораздо важнее определить: кто из нас не тот, за кого себя выдаёт!

После этих слов в искусственном корабельном воздухе повисла напряжённая тишина.

– Что Вы хотите этим сказать? – твёрдо спросила Александра.

– А то, – продолжил Михаил, – раз на корабле свежий труп, но все члены экипажа, как я погляжу, в добром здравии, и как Вы говорите, ни одно живое существо не могло проникнуть на корабль до покидания станции, следует логичный вывод – среди нас есть убийца.

– Не пори ерунды, ботаник, – вклинилась Ольга. – Ты хочешь сказать, что один из нас не тот, за кого себя выдаёт? Оборотень что ли? Ещё этого мне не хватало. Мало того, что теперь придётся расхлёбывать дополнительные издержки, вдобавок меня ещё пичкают какой-то фантастической чушью.

Чернова едва слышно продолжала всхлипывать, вытирая непокорные слёзы всё тем же платком. По её бледному перепуганному лицу, было видно, что девушка находится в шаге от нервного срыва, а громкие споры членов её команды лишь неизбежно приближают его.

– Я только предположил, что мы имеем дело с чем-то особенным и, похоже, обладающим не дюжим разумом. Иначе как объяснить погромы в рубке? Отключение видеокамер по всему короблю?

– А что если это просто происки межзвёздных террористов или пиратов? – предположил Марк Томпсон. – Я пару раз слышал байки о кораблях-призраках, дрейфующих на задворках Солнечной системы. Там, якобы, экипаж сам поубивал друг друга. Слетели с катушек…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.