Аля Алая
Бойся своих желаний

Пролог

– Ты шикарная, – раздается на ушко вкрадчиво, – тебе же нравится быть такой. Я вижу, так ты кайфуешь.

– А я вижу, как кайфуешь ты, – прикрываю глаза, пытаясь унять дрожь, что бродит в теле. Вадим, как дьявол-соблазнитель, предлагает мне слишком много.

Я действительно чувствую себя как никогда желанной и прекрасной. А его взгляд заставляет все внутри трепетать.

– Мне кажется, мы идеальный тандем, – он хрипло смеется, присаживаясь передо мной на колени. Ладони скользят под платье, цепляя там трусики, и тянут вниз.

Вадим смотрит. Нагло. Развратно. Горячо.

И я не могу от него оторваться. Не задумывалась раньше, но…. Оказывается, меня возбуждает вот это. Мужчина в идеальном дорогом костюме у моих ног. Он облизывает губы, пока я переступаю через трусики. Меня слегка потрясывает. Я его губы представляю уже там – под платьем. Горячее дыхание на коже, покусывания, вязкую слюну вперемешку с моей смазкой.

– Когда вернемся, – уголок губ Вадима ползет вверх. Он подается вперед и через ткань платья прислоняется лицом к моей промежности. Жадно втягивает воздух и возвращает его обратно раскаленным и влажным.

Глава 01

Зажимаю в пальцах приглашение в элитный ночной клуб Москвы «Скандал» и задумчиво кусаю губы. Этот год выдался сложным… очень. Учеба и подработка официанткой в баре высасывали из меня все силы. Да, времени на личную жизнь не было, зато было на что питаться, одеваться, и не приходилось просить на все это у родителей, которым и без того хлопот хватало.

Короче, вела себя как примерная труженица-пчелка, в отличие от моей соседки по комнате в общежитии. Светка была мажоркой и смотрела на все мои потуги с жалостью, иногда снисходя до предложения найти мне папика или взять с собой поразвлечься. Я гордо отказывалась, уверяя ее, что в спонсоре не нуждаюсь, да и вечеринки это не мое. А вот сейчас задумалась. Год прошел, скоро подводить итоги, а мне кроме бесконечной учебы и работы и вспомнить нечего.

Света, увидев меня наматывающую на кулак сопли, хмыкнула и процедила в потолок: «Господи». Потом кинула ворох своих шмоток, приглашение в клуб и умотала развлекаться к новому парню.

Вот я и думаю, что делать этой приличной девочке Насте, которая, вырвавшись в столицу, даже толком на вкус ее не попробовала. Учеба на праздники закончится, каникулы опять пройдут в родных пенатах. А там из развлечений только если прогулка до местного магазина раз в день, телевизор с тремя каналами и кислая тусовка у местного дома культуры.

Бросаю на себя рассеянный взгляд в зеркало рядом: не такая я и уродина – это раз, фейс-контроль в Светкиных шмотках пройду – это два, а там меня, может быть, даже пригласят потанцевать или угостят коктейлем.

«Скандал» не студенческая забегаловка где я работала, там парни крутятся совсем другого уровня. Вот бы с одним из таких закрутить, хотя бы на вечерок. Будет потом о чем вспоминать темными зимними вечерами на каникулах.

Да и, в конце концов, никто не узнает!

Вытаскиваю запасы своей косметики, делаю яркий мейк, волосы вытягиваю и радуюсь, что позавчера расщедрилась на яркий алый маникюр и педикюр. Чтобы не передумать, быстро натягиваю на себя короткое красное платье и такого же цвета туфли на высоченной шпильке. В руки сумочка, сверху белый полушубок, и теперь никто не скажет, что эта куколка в зеркале на самом деле официантка-неудачница с периферии.

Расщедриваюсь на такси и уже через сорок минут с трепетом протягиваю пригласительный на закрытую вечеринку охране. Меня окидывают тяжелым оценивающим взглядом, что заставляет внутренне вздрогнуть, и после некоторых раздумий пускают.

Еще мгновение, и я внутри. Облегченно выдыхаю, притягивая к груди сумочку, и оглядываюсь. В час ночи народу битком, несмотря на какие-то там списки и закрытость мероприятия. Сам клуб производит впечатление: стальные в заклепках стены, картины с интерактивными извивающимися танцовщицами, свисающие с потолка на цепях круглые лампы. На подсвеченной в центре клуба сцене играет модный диджей. У него огромный панковский ирокез и полностью залитые чернилами белками глаз. На черной майке красными стразами поблескивает череп.

Старательно ловлю ритм легкого трансового техно, чтобы сразу влиться в тусовку золотой молодежи. Оглядываясь, с удовлетворением нахожу, что выгляжу не хуже окружающих девушек. Осталось только поднять настроение небольшой дозой алкоголя, и будет идеально.

Присев за барную стойку, заказываю «Пина коладу» и начинаю потихоньку посасывать сладкий алкоголь через трубочку. Вместе с ним впитываю в себя жаркую и порочную атмосферу этого места. Через пару минут совсем расслабляюсь и уже смелее смотрю на публику в клубе. Парни мне определенно нравятся, но особенно привлекают те, что сидят в вип-зоне на втором этаже.

Это даже не парни, это состоявшиеся по жизни мужчины в дорогущих деловых костюмах. Им точно за тридцать, может тридцать пять. Разговаривают о чем-то, выпивают, вниз смотрят лениво и без интереса. Мимо стайками курсируют разряженные в коктейльные платья девушки, всячески пытаясь обратить на себя внимание.

Ничего не могу с собой поделать, глаза то и дело возвращаются к ним, а особенно к тому, что в центре. Широкоплечий, немного резкий в движениях. Он болтает с остальными, слегка кривя губы в наглой усмешке.

Опять заставляю себя смотреть вниз на парней попроще и явно ближе мне по возрасту, некоторым даже улыбаюсь и получаю улыбки в ответ. Уверена, совсем немного – и кто-нибудь из них точно ко мне подойдет.

Заказываю второй коктейль и разворачиваюсь на барном стуле. Перекинув ногу за ногу, опираюсь локтями о барную стойку. Так мою соблазнительную фигуру окружающим рассмотреть будет легче всего. Взгляд, словно намагниченный, опять ко второму этажу тянется, где сидит тот самый интересующий меня объект желания – шикарный блондин. Пробегаюсь глазами по его поджарому телу, упакованному в дизайнерский темно-синий костюм. По часам, что даже отсюда кажутся невероятно дорогими. По ухоженным рукам, модной стрижке и немного отросшей щетине. Наверняка какой-нибудь богатей, из тех, что приходят в такие места обсудить дела в неофициальной обстановке. Сейчас закончат, найдут себе по девочке и отметят завершение какой-нибудь важной многомиллионной сделки. Это же так все в их мире происходит?

Наши глаза встречаются, и я понимаю – хочу стать этой самой девочкой. Пусть всего на ночь, но с такого уровня мужчиной. В обычной жизни такой мне не светит никогда, но вот прямо сейчас шанс есть.

Мужчина скользит слегка равнодушным взглядом по моему телу, оценивает лицо, фигуру и без особых эмоций возвращается к разговору. Мне становится обидно: его фейс-контроль не прошла.

– Привет, – передо мной возникает подкачанный парень в черной футболке и джинсах. Яркой деталью его образа являются яркие салатовые кроссы, – скучаешь?

– Немного, – забираю бокал с коктейлем со стойки и отпиваю. Вообще хорош, но рыжих не люблю. А еще и эти веснушки…

– Такая красивая и одна, – он дергает огненной бровью и упирается ладонями в стойку по обе стороны от меня. – Не страшно?

– Нет, – усмехаюсь и бросаю косой взгляд на второй этаж, откуда за мной неожиданно наблюдают, сейчас даже с любопытством. Этот факт поднимает настроение, но я все равно продолжаю флиртовать с подошедшим парнем, ну потому что нельзя меня обижать.

– Не видел тебя раньше, – парень мажористо щелкает пальцами бармену и заказывает себе виски с колой. – Саша.

– Настя, – продолжаю попивать свой коктейль и вежливо ему улыбаюсь, – в первый раз пришла.

– И как раз вовремя, чтобы встретить меня, – Саша не теряется и склоняется ниже, втягивает аромат цветочной туалетной воды у самой шеи, а я смотрю ему за спину и выше, где интересующий меня объект решил, что я определилась с развлечением на ночь и его внимания больше не стою. Он продолжает плотно общаться с друзьями, даже одной из девушек невдалеке подмигнул.

– Извини, отойду на пару минут, – убираю руку Саши со своего пути и спрыгиваю со стула. Неловко улыбаюсь ему на прощание.

Неинтересны мне рыжие и прилипчивые, так что простите, салатовые кроссы, нам сегодня не по пути. Пробираюсь сквозь толпу у бара и сворачиваю в уборную, где на пару мгновений залипаю перед зеркалом. Действительно красивая сейчас – худенькая, с грудью двоечкой, что искренне считаю своим достоинством, с пухлыми губками и высокими скулами, зелеными глазами и длинными светлыми волосами. А это короткое платье подчеркивает все достоинства и делает меня почти королевой.

Уф-ф-ф. Не для Саш я сюда заявилась. Хочу вот того крутого и классного, что на втором этаже сейчас обитает. Две выпитых «Пина колады» словно поддакивают моим розовым мечтам, и я решаюсь на отчаянный шаг.

Если Магомед не идет к горе, тогда гора сама за ним сходит.

Скольжу неверными пальцами по перилам лестницы, медленно поднимаясь на второй этаж. Стараюсь игнорировать дрожь в теле и подхожу к тому самому столику. Мужчины за столом, а их всего пятеро, затихают, когда я вторгаюсь в их пространство и замираю прямо напротив своего Магомеда.

– Потанцуем? – спрашиваю одними губами, даже не глядя на остальных, хотя они тоже заслуживают внимания. Каждый хорош по-своему, но я хочу именно вот этого.

Он откидывается на кожаном сиденье, отпивает виски, что пьет неразбавленным, и опять блуждает любопытным взглядом серых глаз по моему телу. Вблизи он лучше в сто раз. Мужская энергетика просто за гранью. Медлит, заставляя нервничать, и я улыбаюсь, внутренне давая ему десять секунд, и начинаю отсчет. Второй раз точно не попрошу. Не хватит духа, да и жалко это.

Наконец мужчина усмехается и ставит бокал на стол, оборачивается на друзей:

– Разве можно отказать, если такая женщина просит? – Его глубокий поставленный голос с хрипотцой цепляет что-то внутри меня. Он поднимается на ноги, становясь резко на голову выше меня и обходит столик между нами. – Пошли, незнакомка в красном.

В спину раздаются смешки и пара одобрительных комплиментов моему платью и ногам, когда я сплетаю наши с ним пальцы и тяну за собой вниз на танцпол. Чувствую твердую и теплую ладонь, легко сжимающую мою, и дымный густой парфюм, все сильнее разжигающий мой интерес.

Вот это да, вот это я отважилась! Настя, ты сегодня превзошла саму себя в смелости. Хотя что лукавить, два коктейля свою роль тоже сыграли.

Мы спускается, я веду нас в толпу танцующих и замираю, чувствуя, что в какой-то момент мужчине надоело следовать за мной и он остановился.

– Настя, – оборачиваюсь и смотрю вверх с некоторым восторгом. Сама себе не верю, что заполучила его хотя бы на танец. А дальше посмотрим.

– Вадим, – в ответ слегка насмешливо, и мужские ладони скользят по моей талии, делая расстояние между нами минимальным и с ходу неприличным. – Такая смелая малышка.

– Сама себя боюсь, – кусаю губы, на которые он неотрывно смотрит, и начинаю покачиваться в такт музыке. На недовольного Сашу, что проходит мимо нас, даже не обращаю внимания. Прости, Санек, точно не сегодня.

– У тебя шикарная фигура, сразу заметил, – Вадим слегка склоняет голову набок и с интересом рассматривает мое лицо в деталях, – и натуральная красота. Мне нравится.

Смотрю на Вадима так же оценивающе, и хочется сказать, что он и сам весь красавчик – от своего дизайнерского костюма до того, что внутри него. И двигается идеально. Мечта, а не мужик. Черт, мне такой никогда не светит. Но если не светит, то и стелиться перед ним смысла нет.

Лукаво заглядываю Вадиму в глаза, скольжу ладонями по рубашке и обнимаю за шею, притягивая к себе ближе. Густой парфюм обволакивает, заставляя задержать дыхание и насладиться.

– Угости коктейлем, хочу «Секс на пляже», – облизываю свои пересохшие губы и смотрю на его, растягивающиеся в улыбке. Отпускать Вадима желания нет, знакомство хочется затянуть по максимуму.

– Идем, – мою наглость Вадим оценил и легко провел нас через плотную толпу танцующих к бару. Усаживает на стул и кивает бармену, который подскочил почти в ту же секунду. Похоже, этот гость тут известный и важный.

– «Секс на пляже» и воду, – делает заказ, не отрываясь от меня. Окружает своими руками, как до этого делал Саша, но на этот раз мне нравится намного больше.

– Больше не пьешь?

– Хочу покататься, – Водим пригубливает воду со льдом и следит за тем, как я справляюсь со своим коктейлем. – Откуда ты?

– Это важно? – слегка напрягаюсь. Уверена, название поселка, откуда я родом, точно будет не к месту. Его уровня мужчины с такими девочками, как я, не водятся. Им нужны упакованные, те, у которых родители при хороших бабках. А я хоть давно чувствую себя почти москвичкой, но все равно не она.

– Нет, – Вадим легонько хмурится, но потом улыбается. – И фамилию свою не скажешь, и адрес?

– Не-а, – качаю головой, – мне кажется, это будет лишней информацией, учитывая, что наше знакомство вряд ли зайдет дальше утра, – озвучиваю то, что обычно наивные девушки сказать не решаются. Но у меня сегодня нет правил, хочу быть свободной и смелой, какой никогда не получалось. И равной!

– М-м-м, и что же ты будешь делать со мной до этого времени?

– Пользоваться, – хлопаю нагло глазками и пропускаю между пальцами шелковый галстук, натягивая его и заставляя Вадима податься ко мне.

– Смелая какая, мне такие нравятся, – хмыкает он и допивает воду. – А не боишься?

– Нет, – выдыхаю в самые губы и прикасаюсь кончиком носа к его скуле.

– Ну смотри… – сверкает он своими серыми смешливыми глазами. – Покатаемся?

Ух… ну вот оно, предложение нескучно продолжить вечер вдвоем. Похоже, я получу что хотела.

– Давай, – расстаюсь с немного недопитым коктейлем и иду за Вадимом на выход, где в гардеробе забираю белый полушубок. Наши пальцы опять сплетены. Рядом с этим мужчиной я чувствую себя неожиданно уютно и под защитой. Его периодически узнают, услужливо кивают. Чертов хозяин жизни, в лучах которого я сегодня греюсь.

Мы выходим в ночь – с неба лениво сыплет снег – и не спеша направляемся на парковку. Хорошо, что сегодня нет мороза и в моем рисковом наряде мне не грозит за минуту превратиться в синюшную трясущуюся курицу. Пара шагов по тонкому слою снега, и нас встречает BMW i8 алого цвета.

– Как будто меня ждала, – усмехаюсь и присаживаюсь на капот, стряхивая снежинки. – Как смотрюсь?

– Нагло, но хорошо, – Вадим подходит ближе и ударяет пальцами по коленкам, заставляя развести их, становится между моих ног и цепляет пальцами подбородок. – Поцелую.

– Нет, – увожу губы в сторону, слушая его рык, и понимаю, что бесить этого мужика – вот прям кайф. Опасности не чувствую, поскольку Вадим сам позволяет, а может, это три коктейля во мне голос разума глушат.

– Нарываешься, – ладони сжимают талию сильно и дергают на него, подминая под мужское тело на глазах у вышедшей покурить и подышать у входа в клуб толпы.

– Все смотрят, – упираюсь ему в грудь, потому что немного смущаюсь.

– Да похуй, – Вадим немного агрессивно оскаливается, высовывает кончик языка и с нажимом проходится по верхним зубам. Губы накрывают мои, требовательно открывая рот и впуская внутрь чужой вкус и язык. Задыхаюсь оттого, насколько хорошо и умело целует, как ласково ведет пальцами по скуле, успокаивая.

– Свежая такая, – с шумом втягивает в легкие запах кожи у основания шеи и зажмуривается, беря себя под контроль. Голос кажется совсем осипшим. Вадим легко отталкивается от машины и помогает мне встать с капота. Поправляю задравшееся платье и усаживаюсь в очень низкую машину, дверца которой неожиданно отъезжает вверх.

– Мы на ней задевать асфальт не будем? – интересуюсь на всякий случай.

– Сучка, – качает головой и обходит машину, расслабленно присаживаясь на водительское сиденье.

Вадим стартует, попутно включая на всю мощность техно, похожее на то, что играло в клубе, и выруливает на полупустую дорогу. Мотор ревет, возвещая, что мы едем, и i8 резво и без напряга обгоняет встречающиеся по дороге машины. Мимо проносятся яркие вспышки городской подсветки, салон пахнет кожей и Вадимом. А я чувствую себя золушкой. Не той наивной и доброй что в сказке, а на новый лад – дорвавшейся до красивой жизни.

По пути заезжаем на заправку, где Вадим добывает для меня бутылку шампанского и коробку рафаэлок, объявив это джентльменским набором.

– А презики? – нагло интересуюсь, делая глоток прямо из горлышка.

– Они всегда с собой, – кивает на бардачок и опять давит на газ, вжимая скоростью меня вместе с бутылкой в сиденье. Внутри ухает, и мне хочется смеяться. Никогда в жизни не думала, что получится посидеть в BMW i8. А сегодня меня в ней еще и поимеют – или на ней. Тут уже без разницы. Настя ушла в отрыв, Настя сегодня заслужила. Черт, за весь год непроглядной пахоты. Оторвусь!

Высовываю ладонь в окно, ловлю ночной прохладный ветер вперемешку со снежинками, прикрывая глаза. Не возражаю, когда на колено опускается мужская горячая ладонь и начинает путешествовать по бедру. Добравшись до края чулка, Вадим прикасается к голой коже под платьем. По телу тут же проносится обжигающая волна возбуждения, и я шире развожу ноги, позволяя мужчине касаться меня как угодно интимно.

Для нас обоих не секрет, что будет дальше, так что и строить из себя недотрогу не буду. Просто не хочу. Секса не было месяцев шесть, да и все, что было, не особенно меня удовлетворяло. Но Вадим точно должен справиться на отлично.

Чувствую, как кружево трусиков сдвигается в сторону и шершавые подушечки поглаживают половые губы. Я настолько влажная, что Вадим легко проникает между ними, дразняще нажимает на горошину клитора. Импульс тут же прошивает тело насквозь и, не удержавшись, я издаю громкий стон.

– Черт, – машина виляет, и я распахиваю глаза, понимая, что мы чуть не съехали с дороги. От резкого маневра сердце уходит в пятки, – придется потерпеть. – Вадим с силой сжимает руль ладонью и подносит свои пальцы к лицу, пошло слизывая блестящую смазку. – Вкусная.

Резче вжимая педаль в пол, опять набирает скорость. Расслабленно постукивает пальцами по рулю в такт музыке. Гонит, больше на меня не обращая внимания, чтобы снова не поддаться соблазну.

Я медленно цежу шампанское, думая о том, что вот такой шальной одноразовый секс – это впервые в моей жизни. Я же совсем другая в реальности. Мне всегда были нужны хоть какие-то чувства, эмоции, свидания, цветы, кино, увидеть себя с ним в будущем, представить семьей. И вот когда есть все это, тогда – пожалуйста секс.

Но прямо сейчас мне нравится быть свободной, не обремененной моралью, развратной. И именно для Вадима. Нет, я не влюблялась в него и не стремилась быть рядом, но просто хотела дотянуться, соответствовать. Ощутить, каково это – быть на месте Светы и ее подружек. Ведь таких историй у них у каждой целый вагон.

– О чем думаешь? – его вопрос вырывает меня из раздумий.

– Гадаю, в какой позе ты меня поимеешь, – нагло пошлю.

– Врешь, – Вадим сощуривается, глядя перед собой на темную дорогу, освещаемую лишь фарами его автомобиля, – но я сделаю вид, что поверил.

Через какое-то время i8 замедляется, и мы подъезжаем к смотровой площадке.

– Наверняка и звезды видны, – произношу мечтательно. В городе их часто не видно, а я так скучаю.

– Отсюда всегда, – Вадим выходит, бросив в салон пиджак и галстук. Закатывает рукава рубашки, под которой оказались сплошь татуировки, и ведет шеей, разминая ее. Водительская дверь так и осталась открытой, позволяя зимней прохладе забраться в машину. Я нажимаю на ручку открывания двери и медленно выбираюсь наружу, ежась после теплого салона. Туфли ступают на тонкий слой нетронутого первого снега, оставив после себя черные следы. Вдыхаю полной грудью, смотрю наверх, где видны звезды. Залипаю на спине Вадима, который задумчиво смотрит на город, который светится миллионами разноцветных огней под его ногами.

Осматриваюсь вокруг, удовлетворенно отмечаю, что, кроме нас, здесь нет никого. Прикусываю губу, переступая на высоких каблуках. Вадим, видимо, ждет. Мы же уже накатались. Черт, как неромантично, зато просто и приземленно. Надо попробовать и вот так.

Сбрасываю с себя шубку, тяну подол платья вверх и бросаю его в машину. Спускаю по ногам трусики, обхожу i8 и присаживаясь ягодицами на горячий капот. Воздух теперь ощущается ледяным. Он заставляет тело покрываться мурашками, но я уверена, это ненадолго.

Задираю голову, рассматривая небо и звезды, почему-то приходит в голову мысль, что дома они вот так же хорошо видны. Вздрагиваю, когда груди касаются мужские пальцы, и перевожу взгляд на Вадима.

Он сосредоточенно и восхищенно рассматривает мое тело в одних чулках, осторожно прикасается к коже. Его пальцы кажутся обжигающе горячими, когда скользят по моей прохладной коже. Они путешествуют по животу, ниже и прикасаются к половым губам.

– Раздвинь ноги, – хрипло командует и удовлетворенно выдыхает, когда я подчиняюсь. Теперь пальцы беспрепятственно ныряют в меня, лаская внутреннюю стенку влагалища, пока я упираюсь раскрытыми ладонями в горячий капот и смотрю Вадиму прямо в глаза.

Он уже привычно усмехается, будто все знает лучше меня, и продолжает ритмично насаживать на свои пальцы. Кусаю губы, вдавливаю пальцы в горячий металл и чувствую, как постепенно накрывает. Собственный жар, разгорающийся с каждой минутой все сильнее, компенсирует уличный холод, окутывающий меня и моего случайного любовника.

Внутри все бродит на подступах оргазма, и я постанываю, все шире разводя ноги и подаваясь навстречу его пальцам.

– Вадим....

– Ты хотела звезды, смотри, – хрипло шепчет, добивая меня ритмичными движениями, и ловит пальцами мой оргазм. Сокращаюсь на них и цепляюсь за его рубашку руками. Мне уже точно не до звезд на небе, когда они взрываются удовольствием у меня внутри.

– Идеальная, – шепчет он на ухо и резко переворачивает меня, укладывая животом и грудью на горячий капот. Судорожно вздыхаю и проезжаюсь ногтями по металлу с характерным противным звуком.

Вадим вжикает молнией, и слышится шелест разрываемой упаковки презерватива, следом без нежности в меня входит его член. Слишком большой, чтобы вот так сразу.

Выкрикиваю его имя и оказываюсь погребения под мощным телом, что все еще спрятано под рубашкой. Мелкие пуговички при каждом толчке царапают спину. Жар подо мной, жар в спину, жар изнутри. Я даже дышу жаром, выталкивая из легких маленькие облачка пара.

Вадим утыкается лбом мне в шею и двигается быстро, получая удовольствие только для себя. Эгоистично, но все равно заводит. Закрываю глаза и успеваю словить его ритм – я хочу еще раз, на этот раз вместе с ним.

Быстро дышу, чувствуя как мощный жгут удовольствия опять скручивается внизу, и подмахиваю Вадиму, приближая нас обоих к краю. Пара резких лихорадочных движений, и его с хрипом срывает, меня следом. Бьюсь в конвульсиях и замираю, не веря, что за раз получилось кончить дважды.

– А ты зажигалка, – смеется Вадим сипло мне в спину и поднимается, стягивая с себя презерватив и бросая в урну рядом.

– О да, – не очень изящно поднимаюсь с капота и потягиваюсь после пережитых оргазмов. Кожу, на которой выступили капельки пота, начинает холодить, отрезвляя меня, приводя постепенно в норму. Я начинаю снова мыслить трезво.

Вот так, Настя… никакой романтики. Секс, и до свидания.

– И часто ты так? – он продолжает смотреть на меня обнаженную во тьме.

– Да, люблю покататься, – зачем-то вру и возвращаюсь в машину за платьем. Трусики, заброшенные куда-то, так и не находятся.

Натягиваю платье и ныряю в салон. Пока Вадим забирается на водительское место, ищу подходящую лирическую волну на радио. Разговаривать не хочется. Тянет проститься со всем вот этим как можно быстрее.

– Довези до города, а там я вызову такси, – отпиваю из уже почти пустой бутылки шампанское, чтобы вернуть в голову игривость и легкость, которые за время пребывания на воздухе испарились.

– Довезу до дома, – он заводит мотор и начинает разворачиваться.

– Не надо, – отворачиваюсь к окну, прощаясь с красивой панорамой города. Жаль, так и не успела хорошо ее рассмотреть.

Обратно едем более спокойно, и меня смаривает. Слишком много впечатлений, шампанского и Вадима было в этом вечере.

– Спи, – раздается у самого уха, и тело оказывается в теплом меховом коконе, потом меня начинает покачивать, как на волнах. Крепко сжимаю мужскую шею и утыкаюсь в рубашку носом.

– Ты классный и вкусно пахнешь, – бормочу сама себе сонно, – хочу себе такого.

В ответ раздается тихий смешок, и приятный звук объявления этажа заставляет меня встрепенуться. Резко открываю глаза и пытаюсь осмотреться в освещенном коридоре.

– Где я? – немного сонно откашливаюсь и бросаю на Вадима подозрительный взгляд.

– У меня дома, – отвечает он спокойно, когда мы подходим к двери. – Обхвати сильнее, – в его руке начинают позвякивать ключи, – адрес ты не сказала и уснула. Не мог же я тебя где-нибудь на остановке на лавочке бросить.

– Мог, – хмыкаю, когда он открывает дверь и нас встречает темнота квартиры. – Ты меня как новобрачную через порожек переносить собрался?

– Угу, с бывшей женой не удосужился, – он усмехается мне в волосы. – Как думаешь, может, поэтому у нас и не получилось?

– Наверняка, – задумчиво киваю, пытаясь переварить кусок новой информации. Значит, был женат.

– Посмотрим, как сработает в этот раз, – захлопнув дверь ногой, он аккуратно ставит меня на ноги и включает свет.

– Миленько, – я острю в очередной раз, чтобы не палиться. Слишком богато для меня, я в таких квартирах и не была никогда. Огромная гостиная совмещена со столовой и кухней. Все, ясное дело, концептуальное: белое, стеклянное, металлическое. – На второй заход привез? Или просто коллекцию своих марок, что все детство собирал, мне покажешь?

– Я ничего не коллекционирую, – Вадим направляет меня в сторону дверей, за которыми оказывается просторная спальня.

– Ясно, – упираюсь ногами в большую кровать, – хотя я однозначно не против, трахаешься ты как бог.

Он опять пропускает мимо ушей мое пошлое замечание и принимается расстегивать рубашку. В вырезе сразу обнажается татуированная грудь.

– И много их у тебя? – я с интересом слежу, как он стягивает с себя одежду.

– Очень, – Вадим отбрасывает рубашку и брюки, следом боксеры.

Действительно. Весь татуированный, словно одетый в стильный чернильный костюм.

– Красивые, – я опускаю ему ладони на плечи, когда Вадим садится на край кровати и подтягивает меня ближе к себе. – Это больно? – провожу пальчиком по надписям на ключицах.

– Да, – его ладони подбираются к подолу моего короткого платья. – Я хочу, чтобы ты села мне на лицо.

– Оу, – я чувствую, как румянец приливает к щекам, – да ты извращенец.

– Пиздец какой, повезло тебе, – Вадим растягивается на кровати и манит меня пальчиком.

– Ладно, – я слегка нерешительно опускаюсь на кровать и ползу к нему. Когда промежность оказывается на уровне лица Вадима, не могу сдержать стон. Горячее дыхание щекочет кожу, а язык влажно скользит по клитору и проникает внутрь меня. Черт, никто такого никогда со мной не делал.

Я вцепляюсь ладонями в изголовье кровати и потихоньку раскачивалась, ловя кайф от развратных ласк. Вскоре к языку присоединяются и пальцы, два в промежность и большой в анус. Хотелось возразить, что я таким не занимаюсь, но было слишком хорошо. С Вадимом вообще можно позволить себе все что угодно, потому что утром я отсюда уйду. Это точно. Да, вечер затянулся, но все равно он не бесконечный.

Жар в теле разрастается сильнее, и я скулю, умоляю и громко стону, поощряя его. В момент оргазма Вадим насаживает меня на себя сильнее, и его длинный язык бесстыже сжимается моими мышцами, пока я кончаю.

– Охуительная на вкус, – сбрасывает он меня с себя и вытирает блестящие от моей смазки губы и подбородок, – всю ночь с тебя не слезу.

Я на это лишь слабо прикрываю глаза, потому что возражать ему сил нет.

Утро наступает неожиданно быстро, и свет из окна заливает всю комнату. Меня он заставляет морщиться, и я прячу голову под подушку. На ощупь мягкую, как облако, и это отрезвляет. Хочется доспать, но я быстро соображаю, что нахожусь в чужой квартире. Того самого Вадима, которого я сняла вчера в клубе. Или это он меня снял… Не суть, нужно быстренько свинчивать в общагу, забирать чемоданы и пилить домой. Поезд только в обед, так что его я точно не могу проспать.

Резко сажусь на кровати и тут же жалею об этом, потому что в голове вспыхивает резкая боль, которая постепенно затухает, стоит мне немного отдышаться.

Шампанское никогда не было моим напитком, и вчера стоило выбрать что-то другое. Больше так экспериментировать не буду. Медленно осматриваюсь. В постели пусто, и я осторожно поднимаюсь на ноги. На всем теле следы вчерашних утех, так что, секунду поколебавшись, иду в душ. Так ехать домой я точно не смогу.

Вообще ночь смело можно назвать незабываемой. Был, правда, один момент, который меня смутил. Вадим разложил меня на подушках и принялся облизывать пальчики на ногах, ласкал языком, покусывал кожу. А потом сжал ступнями свой член и кончил, мастурбируя. Было неловко, но отказать я не смогла, он ведь так проникновенно смотрел и рассказывал, насколько мои пальчики идеальны.... но как-то это для меня слишком….

Ну их, этих богатых извращенцев. Пора по-тихому уматывать.

Бросаю мокрое полотенце на постель и быстро натягиваю на себя платье. Короткое и вызывающее для утра, но ничего не поделаешь. Проедусь в такси и так. Обшариваю спальню на предмет сумочки, но не нахожу. Наверное, где-то в прихожей бросила.

Несмело открываю дверь спальни и выглядываю в широкое пространство гостиной. У огромного панорамного окна замечаю Вадима. Он в одних домашних штанах и стоит спиной. Хорош, конечно, татуированный извращенец.

Слышу, что он с кем-то тихо переговаривается, и осторожно крадусь к выходу, не забывая прихватить туфли. Их я прижимаю к груди, чтобы не шуметь набойками.

– Хорошо поспала? – раздается довольно громко, но спокойно. Вадим оборачивается ко мне и вешает трубку.

– Да, спасибо, – опускаю глаза, ничего не могу с собой поделать. Вчерашняя смелость, подогретая коктейлями и шампанским, испарилась. Сейчас я опять стала ничего из себя особо не представляющий и скромной девочкой Настей. – Уже ухожу, – продолжаю движение через гостиную в сторону двери.

– Садись, выпей кофе и позавтракай, – Вадим игнорирует мое желание поскорее слинять и указывает телефоном на стол, который накрыт к завтраку.

– Не хочу мешать, – замираю на месте и мнусь. Хочется быстрее уйти, но и обижать Вадима желания нет, все же он очень хорошо ко мне отнесся для одноразовой любовницы, даже домой привез и выспаться дал, теперь еще и завтрак.

– Ты не мешаешь, – телефон летит на столешницу, и Вадим подходит к столу, отодвигая для меня стул.

– Спасибо, – выдыхаю неловко и опускаю туфли на пол, а сама присаживаюсь на указанное место. Немного нервно беру в руки чашку с кофе, что все еще теплый.

Ладони Вадима соскальзывают со спинки стула и опускаются на мои плечи, а губы целуют в макушку.

– Хорошо, позавтракай, и поговорим.

– О чем? – беру с тарелки булочку и отщипываю кусочек. – Пара минут, и меня здесь не будет. Без проблем, я все понимаю.

– Ничего ты не понимаешь, Настенька, – Вадим обходит стол и присаживается напротив. Делает пару глотков свежевыжатого апельсинового сока.

– Случайное знакомство в клубе и потом, – я машу рукой в сторону спальни, – это же все только на один раз. Я знаю правила игры, Вадим. Сейчас допиваю и ухожу. Завтра ты обо мне и не вспомнишь.

– Нет, – отвечает он безэмоционально и твердо.

– Если ты беспокоишься насчет того, что мы ночью делали, – мой голос становится тише, – так не переживай, я никому не скажу. Да я даже фамилии твоей не знаю и кто ты.

– Сафронов Вадим.

– Мне это все равно ничего не говорит.

– Само собой, – он усмехается, – иначе ты бы ко мне никогда не подошла.

Внутри от его слов начинает ныть неприятное предчувствие. Неужели я вчера так сильно лажанула?

– Вадим, я, – опускаю глаза и принимаюсь мять подол платья, – я же никому и никогда, честно.

– Ну еще бы, – он хмыкает, – но дело не в этом.

– А в чем? – я сглатываю.

– В том, что мне понравилось и я хочу продолжить.

– Что именно?

– Все, – он разваливается на стуле и закидывает одну руку за спинку, – ты интересная девушка, Настюш. Мне с тобой весело. Не шлюха, не мажорка и не золотоискательница. Просто милая девчушка с периферии.

– Откуда ты знаешь?

– Пробил твою подноготную, еще когда катались, – Вадим зевает, – и решил, что ты мне отлично подойдешь поразвлечься.

От его слов мороз по коже.

– Не подойду, – машу головой в разные стороны, – мне нужно домой, у меня билет.

– Поживешь у меня, – Вадим игнорирует мои слова, – моя квартира лучше халупы твоих родителей будет.

– У них нормальный дом, – начинаю я раздражаться. Не такие шикарные апартаменты, конечно, но и не халупа, как Вадим говорит. С каждой минутой слушать его становится все более дискомфортно. А желание уйти нарастает.

– Как скажешь, – он поднимается и идет к двери, в которую звонят.

Когда дверь открывается, я глазам своим не верю. Моя сумка и чемодан, что лежал на шкафу, оказываются в квартире. Их закатывает парень в костюме. Мне кажется, я помню его, он стоял недалеко от Вадима и его друзей. Теперь понятно, что это охранник.

– Спасибо, Леша.

– Пожалуйста, – тот весело улыбается и подмигивает мне.

– Что происходит? – требовательно смотрю на Вадима, который закрывает дверь за своим подчиненным. – Кто ты такой?

– Ты сама виновата, Настюш, – он приваливается спиной к двери, – сама подошла, сама предложила. Думала, поиграешь со взрослым дядей и сможешь сбежать?

– Вадим!

– Со мной такое не прокатывает, малышка.

– Чего ты хочешь от меня?

– Пока не разобрался, – Вадим отталкивается от двери и не спеша подходит ко мне. – Интересная ты, Настя.

– Нет, – мотаю головой. Да что он несет, самая обычная я. Это он псих, который первую встречную к себе тащит и всякими извращениями занимается. А теперь еще насильно к себе в квартиру селит.

– Не будь дурочкой, – он касается меня ладонью и тянет наверх, – для тебя это отличный шанс… будь хорошей, ублажай меня, сопровождай везде, а я все оплачу.

– А если я не хочу? – загнанно смотрю на свои вещи и закрытую дверь.

– Главное, что хочу я, – его губы дергает насмешливая ухмылка, – пожалуй, настал мой черед тобой пользоваться.

Прикрываю глаза на секунду и понимаю масштаб своей ошибки. В нем же изначально буквально все кричало, что передо мной не обычный мажорик, за которого родители платят, а настоящий хозяин жизни, и играет он только по своим правилам. А я, дура, действительно провоцировала, дразнила, разжигала интерес.

– Пойдем, – Вадим дергает меня на себя, словно куклу, – мне ночью не хватило. Слишком ты соблазнительная и вкусная у меня.

Он подталкивает меня к спальне, и я покорно иду… не зря говорят – бойся своих желаний. Я же хотела себе «такого» мужика, вот и получила....

Глава 02

– Вадим, – пытаюсь увернуться, когда он прижимается сзади и целует в шею, – подожди.

– Терпение не моя благодетель, Настя, это тебе первая подсказка, – пальцы на моей спине дергают молнию. Платье тут же повисает тряпочкой на груди, а затем совсем исчезает. Белья на мне нет, так что Вадим удовлетворенно рыкает. Ладонь сжимает грудь, переходит на поясницу и лобок. Дергает на себя, заставляя впечататься в стояк мужчины. Он у него под тонкими штанами чувствуется очень хорошо.

– Пусти, я тебе сказала, – всхлипываю, пытаюсь сопротивляться и отодрать себя от него, что только сильнее злит и распаляет мужчину. У меня все еще не укладывается в голове происходящее. Его напор пугает.

– Не зли меня, – Вадим роняет меня на кровать. Ягодицу обжигает шлепком, и через секунду я чувствую его член внутри. Без подготовки – это жестко. Я шиплю, вцепившись в простыню зубами. – Ну же, расслабься, – он замирает, давая мне время. Руки нетерпеливо шарят по телу, зубы прикусывают лопатки. А я не могу расслабиться. Паника слишком сильна. – Блядь! – Видя, что у меня не получается, Вадим выходит из моего тела и поднимается. Шумно дышит.

Не говоря ни слова, исчезает в гардеробной, оставляя меня одну. Я в шоке забиваюсь к изголовью кровати и тяну на себя одеяло. На глазах выступают слезы. Быстро их смахиваю и сдерживаю истерику, которая постепенно накрывает.

– Настя, – через пару минут Вадим выходит из гардеробной одетым. На нем опять дорогой костюм, скрывающий все тату, – давай без драм сейчас. Собственным упорством ты сама делаешь себе хуже.

– Отпусти меня, – упрямо сжимаю одеяло на груди в кулаках.

– Не переживай, отпущу. Как надоешь, – засунув руки в карманы, он обходит кровать, направляясь на выход. Но у двери останавливается, разворачивается и прислоняется к ней спиной. Поза максимально расслабленная. – У тебя есть время до вечера, чтобы успокоиться.

– А если нет, то что? – гордо вскидываю подбородок.

Вадим усмехается, игнорируя мой вопрос:

– Позавтракай, отдохни, прошвырнись по магазинам. Я люблю все эксклюзивное и дорогое, так что не экономь. Леша через пару часов заедет и закинет деньги тебе карту.

– Леша?

– Тот, что принес твои вещи. Он пока побудет рядом – отвезет, подскажет, поможет, если нужно.

– Ты что, охранника ко мне приставляешь? – вылетает у меня возмущенно.

– Да, – Вадим пожимает плечами, его взгляд падает с моих глаз на губы. Задерживается, скользит по спрятанному под одеялом телу, поднимается обратно, – я не простой человек, Настя. Есть те, кто меня ненавидят, те, кто завидуют.

– А я здесь при чем?

– Ты будешь рядом, у всех на виду. У кого-то может возникнуть соблазн надавить на меня через молоденькую любовницу. Ты можешь пострадать, а этого не хотелось бы, – Вадим хищно облизывает губы, опять разглядывая меня с ног до головы. Он хочет, я это кожей чувствую. – До вечера. Не разочаруй меня.

Вадим исчезает, а я так и остаюсь сидеть на постели, оглушенная его словами и новым статусом. Молоденькая любовница, игрушка для непростого человека. Боже… во что я вляпалась?

Забираюсь под одеяло с головой, словно это может спрятать меня от новой реальности, и от души реву, ругая себя за дурость. Постепенно придя в себя, выбираюсь из постели. Плачь не плачь, это мало повлияет на ситуацию.

Забираю из гостиной свои вещи, что так и остались стоять у двери. Вкатываю чемодан в спальню и ставлю в гардеробной в угол. Ничего из того, что там находится, не удовлетворит Вадима. Все же открываю крышку и вытаскиваю джинсы с футболкой, чтобы надеть на себя хоть что-то. В пропахшем сигаретным дымом платье из клуба больше ходить не хочется.

Одевшись, опять отправляюсь в гостиную, где присаживаюсь за стол. Вокруг тихо и пусто, что опять вгоняет в уныние. Всхлипываю, но тут же себя одергиваю. Нюней я никогда не была, справлюсь.

Вадим наиграется и отпустит. Не будет же он держать меня рядом с собой вечно. Вот как только поймет, что я ничего из себя не представляю, так сразу и отпустит. А поизображать из себя пластиковую куклу какое-то время я смогу, наверное.

Делаю себе новый кофе и не спеша завтракаю. Затем отправляюсь осматривать квартиру. Места много, все кругом совсем другое, по сравнению с тем, что я привыкла видеть: дорогие вещи, техника, текстиль. Жить в этой квартире будет удобно, что ни говори.

Прохаживаюсь по большому пушистому ковру в гостиной перед огромной плазмой, когда в дверь звонят и на пороге появляется тот самый Леша.

– Привет еще раз, – говорю тихо. Он медленно входит, глядя мне прямо в глаза. На губах легкая усмешка. Ну да, он вчера был в клубе. Мой фееричный съем видел. И последствия его сейчас тоже. Ему даже нет смысла говорить: «Дурында, сама нарвалась. Я знал, что так и будет».

Да блин! А я не знала.

– Здравствуйте, Анастасия Тимофеевна. Вот карта, – он вытаскивает из кармана кусок стильно оформленного пластика и подходит ближе. Сует его мне в руку. – Как будете готовы, звоните. Отвезу куда скажете.

И отчество мое знает… Наверное, вообще все вплоть до размера трусов смогли разузнать, сволочи.

– У меня нет твоего номера.

– Вот, – он вытаскивает свой телефон и набирает номер. Возле двери раздается тихий звук моего телефона. Обойдя Лешу, я обнаруживаю свою сумочку в верхнем ящике комода рядом с дверью. Вытаскиваю из нее телефон. – Запишите, мы теперь будем часто общаться.

– Хорошо, – сжимаю сумочку и телефон в руках, сама зажмуриваюсь, еле сдерживаясь. Лешу этого вместе с его хозяином до кучи хочется послать в дальнее эротическое путешествие. Но я благоразумно решаю с истериками снова повременить.

– Я внизу, – Лешин голос раздается сразу за моей спиной, и я вздрагиваю. – Анастасия Тимофеевна… расслабьтесь, на вас лица нет. Жизнь прекрасна.

– Топай, Алексей хрен-знает-как-тебя-по-батюшке, вниз. Я позвоню! – Мой голос аж звенит от злости.

– Класс, – хохочет парень, даже не обидевшись, – а хозяину, похоже, свезло на этот раз.

Захлопнув за ним дверь, я сползаю спиной по ее косяку и плюхаюсь на задницу. От бессилия прикладываюсь пару раз затылком к стильной металлической обшивке. Выплевываю ругательство.

Телефон в моей руке вибрирует.

«Мама».

– Вот черт! – я закатываю глаза. Теперь еще нужно придумать, что сказать родителям.

– Привет, – стараюсь сделать свой голос как можно более расслабленным.

– Привет, Настена, ты уже села в поезд? Во сколько тебя встречать?

Прикрываю глаза свободной ладонью, удерживая подступающую волну слез.

– Мам, ты только не волнуйся, я не приеду.

В трубке повисает молчание.

– Почему? – мамин голос становится растерянным.

– Ты помнишь Свету, мою подругу, мы с ней в общаге живем в одной комнате? Я тебе рассказывала.

– Не очень.

– У ее отца есть загородный дом. Вот Света меня и позвала съездить вместе с ней.

Света меня туда, кстати, неоднократно на всякие вечеринки звала. Но я выбраться так и не смогла.

– Настя, мы думали, ты дома побудешь. Детка, мы все тут скучаем, даже Лида с дочками собралась завтра приехать, – ее голос наполняется разочарованием. – И почему ты раньше не сказала?

– Спонтанно все вышло, мам, – я тяжело выдыхаю, рассматривая дорогущую квартиру Вадима. Изображать из себя бесчувственную дуру, которая променяла время с родными на поездку к богатой подружкой за город, неприятно. Но сейчас в голову ничего нормального не приходит. У меня еще теплится надежда, что Вадим быстро рассмотрит меня со всех сторон, разочаруется и отпустит на все четыре стороны. Тогда я к родителям на следующие же выходные приеду. И подарков навезу, чтобы извиниться.

– Ну отдыхай, – мама сникает. – Дочка, я тебе не говорила, но мы тут с отцом отложили немного…

– Мам, даже не думай, – уже понимаю к чему она ведет. Мне работать и учиться тяжело, но брать их деньги еще тяжелее. – Я взрослая, сама заработаю.

– Мы просто хотим, чтобы тебе легче жилось, вот и все. Ты точно уверена, что не приедешь? Что вы там делать-то будете? Может, бери Свету, и к нам – в баньку сходите, с сестрами твоими на дискотеку в соседний поселок слетаете. Я подружке твоей постелю на втором этаже, отец ремонт как раз закончил.

Угу… Света у нас. Эпично было бы. Знаю, что мама хочет как лучше и скучает, но как ей объяснить, что Света, даже реально я ее позови, не оценила бы. Она и общагу нашу терпеть не может, но живет, чтобы родители меньше ее контролировали. Хотя как живет – изредка бывает, в перерыве между парнями, у которых зависает.

– Я постараюсь выбраться на следующие выходные.

– Подожди, – слышу, как мама прикрывает трубку и начинает что-то быстро тараторить отцу. Тот басовито громыхает в ответ.

– Папа недоволен, – бурчу в трубку. – Скажи, что я его люблю, ладно?

– Скажу, – мама опять вся в растерянности. – Я стол решила готовить. Твои голубцы любимые и пирог с грушами.

Во рту сразу скапливается слюна, я мамину готовку обожаю.

– Не дразни, – говорю веселее, – знаешь же, что я тут почти не готовлю.

– Вот-вот, похудела там, наверное, совсем как доска стала.

– Угу… и на ветру меня шатает. Люблю тебя мам, мне пора.

– Ты только звони, ладно?

– Обязательно, пока, – вешаю трубку. На душе неприятный осадок. Но правды мама точно не перенесет.

На часах почти время обеда, так что надо бы поторопиться. А то «хозяин», как назвал его Алексей без отчества, будет злиться, что игрушка целый день ерундой промаялась и ни одних трусов за бешеные бабки не купила. Эксклюзивное ему подавай…

– Алексей, – набираю номер, который сохранился у меня в телефоне, – я через пять минут спущусь.

– Жду вас, Анастасия Тимофеевна.

Отлично. Быстро набираю номер Светы, которая отвечает после третьего гудка, и выпытываю у нее, где лучше покупать дорогую одежду. Та сбрасывает мне несколько адресов модных бутиков.

– Нашла вчера папика? – веселится она. – Говорила ж тебе, то платье счастливое. У меня в нем был самый классный секс. Три раза.

– Можно без подробностей? – я морщусь.

– Ой, святая невинность! – Мне даже не надо видеть Свету, чтобы представить, как она глаза закатывает. – Денег дал?

– Дал, – подтверждаю, потому что отпираться смысла нет.

– За ночь или предложил что посерьезнее? – мурлыкает Света.

– Второе, – сжимаю непроизвольно зубы.

– Чего тогда такая недовольна? Страшный или старый?

– Света!

– Ой, ну что ты. Я просто интересуюсь. Насть, я не осуждаю, если что. Тебе с твоими данными давно пора было в содержанки.

– Ну спасибо, – саркастично усмехаюсь.

– Настюш, молодость пройдет, а ты так и будешь столы с дешевой забегаловке надраивать. Вот кому это надо? А так, даже если старый, пофиг… главное, что при бабле.

– Да не старый он. Нормальный, лет где-то тридцать пять, может чуть больше.

– Познакомишь?

– Как-нибудь обязательно, – поднимаюсь на ноги и осматриваюсь в поисках ключей. Они обнаруживаются тут же на комоде. Наверное, запасной комплект для любовниц.

Завершив разговор, спускаюсь вниз к подъезду, где меня в новеньком внедорожнике BMW ждет Алексей. Оглядываюсь на элитную высотку, ее я вчера пропустила. И в каком мы вообще районе?

В любом случае – это центр, вряд ли Вадим стал бы жить на окраине.

– Куда едем? – Алексей оборачивается, оценивающе рассматривая меня, пока я располагаюсь на заднем сиденье. Косметики на мне ноль, гулька на голове, вместо платья – джинсы с водолазкой и дутая куртка. Вчерашняя золушка с утра превратилась в тыкву. Бывает так, да, ничего не поделаешь.

– Вот, – разворачиваю для него Светино сообщение, где она пометила один из бутиков тремя звездочками. Видимо, это означало, что он топовый.

Когда Леша отворачивается, быстро лезу в телефон, чтобы погуглить Вадима. Но, как и всегда, в самый ответственный момент у меня очередная лажа. Деньги на балансе закончились.

«Твою мать, Настя», – швыряю телефон в сумку. На Лешину спину смотрю с тоской. Наверное, будет странно попросить у него телефон и гуглить его хозяина. Как-то палевно, наверняка историю посмотрит. И будет угорать с меня еще сильнее – ввязалась в отношения с мужиком, а узнаю, кто он, постфактум. Еще и Вадиму расскажет. Поугорают с меня вдвоем.

Решаю заняться персоной Вадима Сафронова после бутика. Положу денег на телефон, засяду в кафе. Или просто словлю вай-фай быстренько где-нибудь. Хотя, даже если я узнаю, что он исчадие ада, мне это не поможет.

Меня пробивает на нервный смех. Очень надеюсь, что не все так плохо. А Вадим утром специально сгустил краски насчет себя, чтобы припугнуть или поиздеваться.

Отвернувшись к окну, зависаю на проплывающей мимо столице.

Водитель, дорогущая тачка, я на заднем сиденье с пластиковой картой, с которой теперь могу позволить себе все. И крутой мужик, словно вишенка на торте.

О такой жизни я мечтала не раз и не два, рассматривая глянцевые журналы или читая второсортные бабские романчики перед сном. Вот придет ОН, увидит меня всю такую неискушенную девчонку с периферии, поймет, что я именно та, кто ему нужен, а не все эти московские крали расфуфыренные с нулями в глазах. Ну и все, в фантазиях была неземная любовь, за ней обязательно шла пышная свадьба, дети и счастье длиной во всю жизнь.

Ну вот, Настя… увидел, взял. Нравится?

– Я буду в машине. Если понадобится помощь – звоните, – Алексей глушит мотор внедорожника и помогает мне выбраться наружу. Сегодня холоднее, чем вчера. Я вздрагиваю от ветра, что пробрался под расстегнутую куртку, и, кивнув охраннику, направляюсь в бутик.

Снаружи он производит очень пафосное впечатление. Не уверена, что, если бы не необходимость, я бы отважилась когда-нибудь в него зайти. Внутреннее убранство бутика поддерживает внешнее. Что тут, что там – нежно-розовые цвета, золотая отделка, стекло и зеркала. Настоящий девчачий рай.

Оглянувшись, я неожиданно отмечаю, как много места внутри и как хорошо все продумано. Вещи разделены по коллекциям. У стены напротив все мятно-бежево-белое. Платья, костюмы, рубашки, сумочки. Тут же туфли и небольшой стенд с украшениями. Через пару метров розовый, беж, голубой. Но стиль уже иной, как намек на то, что это великолепие придумал иной, чем в первом случае, дизайнер. Любопытство оказывается сильнее робости, и я иду дальше. Шикарный серый, смешанный с персиковым и белым, немного приглушенного голубого. Тут скорее кэжуал. Джинсы с дырками, пончо, сапоги-казаки. Сумки вообще восторг.

– Вам помочь? – за небольшим столиком, который я в порыве разглядывая дизайнерских шмоток не заметила, восседает ухоженная женщина лет под сорок, напротив не менее ухоженная молодая. Рядом со второй стоят пакеты с эмблемой бутика, намекая на то, что их хозяйка только что не слабо тут затарилась.

Обе смотрят на меня с легким пренебрежением, уверенные, что я заблудилась.

– Да, – чувствую, как помимо воли к моим щекам начинает приливать кровь. Я даже не понимаю, сколько и чего мне нужно. И как выбирать? Может, просто купить всего по одной штуке моего размера, да и все? Думаю, Вадим может себе это позволить. – Мне нужна одежда.

– Логично, – женщина в возрасте ставит на столик чашку. – Вас что-то конкретное интересует или просто посмотреть? – она даже не маскирует смешок в своем голосе.

Вот же су… Вообще мне не помогает. Хотя понять я ее могу. Помню, мы пару раз с девчонками заходили в похожие места. Смотрели, трогали, ужасались ценникам и сбегали, хихикая. Наш потолок это масс-маркет и вещи с рынка. Вообще у меня вкус неплохой и даже там я могу одеться прилично, но сейчас понимаю, что это все не то.

Мне до девицы, что рядом с продавцом, а скорее хозяйкой, далеко. Вот где эталон стиля.

– Мне нужно полностью сменить гардероб, – когда у обеих брови иронично ползут вверх, поспешно добавляю: – Цены меня не пугают. – На всякий случай достаю карточку и зачем-то машу ею.

– И чье это такое сокровище? – вдруг вступает в диалог молодая. Мелодичный, идеально поставленный голос ласкает ухо. Она улыбается немного холодно, но приятно. Взгляд из насмешливого, становится оценивающим. Девушка пропускает через пальцы свои длинные черные волосы. Такая ухоженная, даже не верится, что настоящая. Неожиданно у меня в голове мелькает мысль, но она Вадиму больше бы подошла. Такую и апгрейдить не нужно.

– Мне просто нужно немного помощи, – поджимаю губы, глядя на хозяйку бутика. Карточку прячу в карман. – Не бесплатно.

– Хотя если женат, действительно лучше молчать, – насмешливо, но понимающе кивает головой девушка. Меня тут же захлестывает негодованием. Я бы никогда с женатиком не связалась! Да и Вадим, он что-то говорил про бывшую жену, я помню, еще когда через порог меня сонную переносил.

– Холостой, – поджимаю губы и зачем-то добавляю, – и не старый.

– Интригуешь все сильнее, – молодая поглядывает на ту, что постарше. – Задержусь ненадолго, помогу девчонке. У нее, видишь, как все шоколадно: и холостой, и не старый.

«Да господи!» – копирую Свету и закатываю глаза к потолку. Вот точно веду себя сейчас, как совершенная дурочка. Надо собраться как-то.

– Пришлю Ташу, она отошла на обед, – поднявшись на ноги, хозяйка поправляет на себе белый брючный костюм, – все вопросы к ней. Добрая ты, Витуль.

– О да, – девушка указывает мне ладонью на освободившееся место. – Я Виталина, а ты?

– Настя, – скидываю с плеч куртку, в которой стало невыносимо жарко, и присаживаюсь рядом.

– Таш, еще кофе. И неси то, что еще не развесили, там была пара неплохих вещей, – Виталина отвлекается на девушку, появившуюся из двери с надписью «Для персонала». А я зависаю на Виталине. Потрясающее платье вишневого цвета с длинным рукавом. Полусапожки из белой кожи на шпильке. Довольно броские аксессуары – колье из белой керамики и такие же серьги, массивное кольцо. Макияж яркий, губы сочные и тоже вишневые. Маникюр дополняет образ. Все очень стильно и шикарно. Видно, вкус у девушки отличный. Вот и мне нужно так.

– Тут тоже все красивое, – обвожу рукой бутик.

– Большая часть уже старье, – жеманно поводит Виталина плечиками.

– А так и не скажешь, – я хмурюсь.

– Учись разбираться, Настя. Учитывая карту, которой ты посветила, твой мужик рассчитывает только на эксклюзив. Советую не подводить, они такое не любят.

Про эксклюзив мне Вадим уже озвучил. Можно, конечно, сейчас встать в позу и купить какую-нибудь ерунду в расчете на то, что меня за плохой вкус вышвырнут. Но после утреннего разговора лезть на рожон желания пока нет.

– Спасибо за помощь, – слабо улыбаюсь.

– Пожалуйста, – дергает она бровку вверх. – В нашей клоаке намечается пополнение. Это всегда интересно. А тут я, считай, в первых рядах. Обломаю нашу местную полицию моды, которая порвала бы наивную провинциалку в пух и прах за первые пять минут на каком-нибудь банкете.

Сглатываю нервный ком в горле. Мне действительно придется куда-то с Вадимом выходить в свет? Что я буду там делать среди таких, как Виталина?

– Так кто спонсор? – она пододвигается поближе. – Хватит держать интригу, Настюша.

– Вадим, – сдаюсь я, – Сафронов.

– Ух ты, – ее рука с чашкой вздрагивает, и Виталина ставит ее на блюдце на столике, – а ты сорвала куш.

Я как-то в этом не очень уверена…

– Знаешь, я хочу кое-что взамен за свою помощь, – Виталина улыбается, но глаза остаются холодными. Сама она заметно бледнеет. Фамилия Вадима точно произвела на нее впечатление.

Внутри начинает скрести. Виталина в курсе, что с Вадимом не так? Или у них были отношения? А может, это подруга бывшей жены?

Тревожные звоночки начинают звенеть у меня в голове один за одним, требуя срочно разобраться в ситуации.

– И что? – растерянно смотрю на нее.

– Дружбу, – улыбка Виталины смягчилась. – Твою.

– Дружбу?– я подвисаю от неожиданности. Вот так мне еще ни разу ее не предлагали.

– Да.

– Ладно, – соглашаюсь неуверенно. Дружба так дружба. Артачиться сейчас глупо, еще обидится, а мне ее помощь точно не помешает, как оказалось.

– Ну вот и океюшки. У меня час, – Виталина смотрит на свой телефон, – уже меньше.

– А ты знаешь Вадима лично? – спрашиваю, когда мы перемещаемся в примерочную, где она прикладывает ко мне пару шикарных платьев.

– Знаю, – прикусывает пухлую вишневую губу. – Примерь вот это. И еще вот это белье отлично подойдет.

– И, – робко поднимаю на нее глаза, когда у меня в руках появляется комплект белья, принесенный Ташей, и платье, – откуда?

– Настя, – Виталина присаживается на диванчик тут же и подзывает к себе Ташу. На лице ее царит скука, – наш террариум не такой большой, как может показаться, все друг друга знают. На какой-то вечеринке пересеклись, уже не помню. Да и не так важно, я думаю.

– Ясно, – ее слова не кажутся мне убедительными.

– А вы давно вместе? – уточняет она. – Прости, но ты на его обычных спутниц не очень похожа. – Недоумение, вспыхнувшее в карих любопытных глазах Виталины, мне неприятно. Одно дело самой понимать, что ты не дотягиваешь. Другое, когда тебе об этом говорят в лицо, пусть даже и мягко.

– Не очень, – так же туманно отвечаю, поджимая губы, и скрываюсь за шторкой примерочной. О том, что познакомились вчера, молчу. Эта информация вызвала бы у нее еще больше вопросов. Как часто вообще одноразовым любовницам из клуба дают охранника и карту с деньгами? Думается мне – никогда.

Присаживаюсь на пуфик в примерочной. Дорогущее и идеально севшее белье не радует. Надо срочно пробивать Вадима. А то я сейчас как слепой котенок – все на ощупь. Еще и Виталина с ее вопросами нервирует. Кто знает, что ей может понадобиться от меня. Зачем это странное предложение дружбы? Я начинаю все сильнее загоняться и паниковать. Но истерика – путь в никуда, так что мотаю головой, отгоняю роящиеся в голове мысли. Надеваю поверх белья платье и выхожу.

– Мило, – Виталина лениво пробегается взглядом по моей фигуре, давая понять, что ничего особенного не увидела. Ее отношение после того, как она узнала, что я с Вадимом, уловимо изменилось. Стало придирчивее, что ли. И это напрягает.

– А мне нравится, – отворачиваюсь к зеркалу. Черное струящееся платье в пол. Сама я себе в нем кажусь королевой. Поглаживаю пальцами прохладный шелк, неожиданно представляя, как меня в нем увидит Вадим. Он оценит, я уверена.

– Бери. Можешь всю их зимнюю коллекцию взять. Тебе отлично будет, – Виталина прикусывает губу, читая сообщения в телефоне. – Мне нужно бежать.

– Ладно, – растерянно смотрю, как она собирается. Быстро помощь кончилась.

– Вера, я ушла, – она вызывает такси и собирает свои пакеты. Накидывает на плечи кашемировое пальто.

– Хорошо, – раздается из глубины магазина, где владелица показывает длинную серебристую шубу еще одной девушке. По виду не менее шикарной, чем Виталина.

– Спасибо, – я неловко пожимаю плечами.

– Пожалуйста, – уже идя на выход, она оборачивается. – Что-то мне подсказывает: завтра увидимся.

– Завтра? – этот вопрос я задаю уже ее спине, исчезающей за дверью бутика.

Моя жизнь становится все интереснее с каждой минутой. Вот уже о том, что я буду делать завтра, какая-то Виталина, встреченная случайно в бутике, знает больше, чем я.

Кто же ты такой, Вадим Сафронов?

Глава 03

Пересматриваю остальную одежду из зимней коллекции известного дизайнера и действительно забираю всю. Виталина была права, мне она подходит идеально. Затем еще час мучаю Ташу, выбирая остальное. Вызвав Алексея, указываю ему на покупки и прошу отвезти в любой ресторан поблизости. Мне требуется еда и шустрый вайфай.

Чтобы не переваривать информацию на голодный желудок, быстро поглощаю теплый салат с говядиной. Отпиваю чай и нервно смотрю на темный экран телефона.

Мне страшно узнать, кто Вадим.

– Трусиха ты, Настя, – кусаю губы.

Все же разблокирую смартфон и ловлю вайфай. Он у них хороший, как и все остальное. Тут вообще стильно, вкусно, обслуживание идеальное. Такие вышколенные официантки, что даже стыдно. Я такой не была никогда. Хотя учитывая мое место работы, там этого и не требовалось. Студенты не настолько взыскательные, как богатеи за соседними столиками. А мне в мою кафешку еще в понедельник вроде как возвращаться.

Дрожащими пальцами набираю в поисковике «Вадим Сафронов» и начинаю оседать на стуле. Хорошо, что я сижу, иначе упала бы.

Самый первый заголовок: «Сегодня Вадим Сафронов освобожден из-под стражи. Его вина в смерти жены и ее любовника не доказана. Оправдательный приговор куплен или он действительно невиновен?»

Что? ЧТО?!

Хватаю ртом воздух, оторопело оглядываясь по сторонам. Хочется вскочить и бежать куда глаза глядят. Желательно подальше от Вадима, да только он прекрасно знает, кто я и где живу. И мои родители тоже.

«Артем Шестаков взорван в машине вместе с Екатериной Сафроновой, все подозрения падают на ее мужа».

«… не поделили одну женщину… месть… одним махом обоих… Отелло наших дней».

И все в таком духе. В глазах пляшут буквы, все расплывается. Неужели Вадим убийца?

Открываю одну из статей и выхватываю информацию кусками:

«Артем Шестаков и Екатерина Сафронова погибли недалеко от загородного дома семьи Шестаковых. Машина сорвалась в кювет и загорелась. Позднее выяснилось, что в ней было установлено мощное взрывное устройство.

Вадим Сафронов свою вину отрицает, но факты упрямая вещь. Он давно хотел выкупить долю Шесткова в бизнесе, но тот отказывался. К тому же покойный тайно встречался с женой Сафронова Екатериной».

В статье четыре фото из разных мест – миниатюрная улыбчивая брюнетка держится за руки и целуется с мужчиной. И явно не с Вадимом. Было видно, снимки сделаны так, что фотографируемые этого не заметили.

Очень пристально рассматриваю жену Вадима. Мы с ней совершенно разные, она по лоску и типу внешности ближе к Виталине. Мужчина рядом с ней очень хорош собой. Длинноватые черные волосы, мощная фигура, влюбленные глаза, направленные на чужую женщину. Катя и Артем счастливы друг с другом, это видно. А как же Вадим?

В моем горле встает ком: настоящая трагедия с ужасающими последствиями. Боже, если Вадим действительно их убил, то я бы ни за что не смогла его оправдать.

Да, нам бывает больно. Да, с нами подчас поступают ужасно, равнодушно, проезжаются, словно поездом. Но это не дает нам права на такую месть. Жизнь бьет, но держать удар мы обязаны, так же, как и оставаться людьми в полном смысле этого слова.

Долго читаю статьи, в которых сплошь грязь. Вадима поливают со всех сторон. Вспоминают его сомнительный путь к обогащению. Называют бизнес построенным на костях. Узнав, чем Вадим занимается, понимаю, что аллегория не так далека от истины.

Сафронов покупает убыточные предприятия и фирмы, банкротит окончательно, распродает по частям. И далеко не все владельцы с этим согласны. Кто-то даже шагнул из окна своего офиса.

Нахожу одно фото, где Вадим снят на закрытом судебном заседании. Он за решеткой. Лицо непроницаемо.

После оправдания за недоказанностью, он сорвался, не иначе.

Этому сломал руку в баре, тому нос. Разборки в подпольном борделе, избиение журналиста, разбитые машины, ущерб, нанесенный различным заведениям. После освобождения у Вадима был очень сложный период длиною почти в год.

Всхлипываю и отбрасываю от себя телефон, подошедшей встревоженной моим состоянием официантке заказываю сто грамм элитной водки и апельсиновый сок.

К моему заказу догадливая девушка добавляет высокий стакан и ведерко со льдом. Когда я киваю, быстро смешивает отвертку и удаляется.

Половину осушаю махом, морщась от непривычной крепости. Но я уверена, что вино точно бы не помогло мне справиться с новостями. Приговорив коктейль, недолго думаю и заказываю еще один.

С ненавистью посматриваю на внедорожник под окном. Леша точно не позволит мне сбежать. Да и куда бежать? Домой? А если Вадим разозлится? Что он может сделать когда зол, я уже видела.

Просидев в ресторане еще два часа, оплачиваю счет и на негнущихся ногах иду к внедорожнику. Предупредительный и веселый Леша открывает для меня дверь и помогает забраться внутрь. Я настолько взвинчена, что алкоголь в моей крови просто сгорел, практически не оказав никакого действия.

– Домой? – осведомляется он с улыбочкой. Мне же хочется ему вмазать. Он что, не знает, к кому меня везет? На кого работает? К чему это хорошее настроение?

– Домой, – отворачиваюсь к окну и тихо выдыхаю. На встречу с Вадимом нужно как-то настроиться. Как я вообще смогу ему в глаза посмотреть? Как удержаться от вопросов, которые так и рвутся изнутри?

В квартире долго развешиваю вещи, потеснив костюмы Вадима. Отрываю этикетки, расставляю обувь, сумочки, раскладываю часы и украшения.

Собственную одежду снимаю и убираю обратно в чемодан. Светину в пакет, чтобы отдать при встрече. На себя надеваю комплект дорогого кружевного белья и легкое домашнее платье.

Опять брожу по пустой квартире, включая и выключая свет в комнатах. Мне отчаянно хочется заняться хоть чем-нибудь, что отвлечет. Я даже просматриваю в телефоне домашку по предметам, но все учебники остались в общежитии, так что заняться ею вплотную невозможно.

Надо будет попросить Алексея свозить меня завтра в общежитие, чтобы забрать остальные вещи. Или есть смысл подождать? Кто знает, возможно, Вадиму хватит и одних выходных наедине с провинциалкой.

Он явно ошибся в своем выборе вчера. Я не его типаж.

Не придумав ничего лучше, отправляюсь на кухню, где занимаюсь приготовлением несложного ужина. Тушеная курица, картофельное пюре. Смешиваю овощной салат с оливковым маслом и гранатовым соусом.

Год назад у меня получилось скопить денег, плюс родители добавили, и я с двоюродной сестрой отправилась в Турцию по горящей путевке. Этот отдых оставил во мне неизгладимое впечатление. Море, пляж, пальмы. И вкус граната на губах. Домой я привезла две бутылки такого соуса. И у Вадима он в холодильнике тоже оказался.

Поковыряв еду вилкой, направляюсь в гостиную. Думаю о том, что вообще есть смысл пойти спать, а не ждать Вадима. Утром я буду спокойнее, и мы сможем поговорить без лишних эмоций.

– Привет, – мужской голос прерывает поток роящихся у меня в голове мыслей, и Вадим хлопает входной дверью.

– Привет, – на инстинктах отступаю. – Как дела?

– Устал, – удовлетворенный взгляд Вадима скользит по мне. В руках у него небольшая коробка. Мужчина проходит в гостиную и садится на диван, разложив руки по спинке. – Леша сказал, ты съездила за покупками, а потом налакалась в ресторане в одиночку.

– Компанию не нашла, – маленькими шажочками подхожу ближе к Вадиму. Застываю метрах в двух от него.

– И чего пила? Денег на карте оказалось мало? Или платье красивое из-под носа увели? – на его губах начинает играть легкая улыбка. Издевается, сволочь.

– Погуглила твою личность, – утыкаюсь кулаками в поясницу, чтобы дрожащие ладони, висящие вдоль тела, меня не выдали.

– Понятно, – он роняет коробку из ладони на подушку дивана и кладет голову на спинку. Взгляд устремлен в потолок, – хочешь что-нибудь спросить?

– Это ты их убил? – вырывается у меня. Впериваюсь в него взглядом, пытаясь хоть что-то считать по лицу. Даже подхожу ближе.

– Ты сейчас как следователь по особо важным на меня смотришь, – он поднимает голову и сгибает руку в локте. Ладонью упирается в щеку. На лице скука и никаких тебе признаков вины, отчаяния или злости.

– И? – настаиваю я.

– Вообще-то, меня оправдали.

– За недоказанностью, – парирую я, начиная ходить туда-сюда, мельтеша перед Вадимом.

– Ты еще удивись, как меня отпустили, – в его голосе прорезается сарказм.

– Деньги, – я застываю перед ним и пожимаю плечами, – все и всех можно купить. А судя по тому, сколько ты сколотил на разоренных тобой людях, вообще ничего удивительного я не вижу.

– Настя, ты еще и дома пила? – Вадим хмыкает. – Не стесняйся говорить правду. Мне достался тихий алкаш?

– Не пила, – вспыхиваю я. Дышать становится все тяжелее. – Почему ты уходишь от ответа? Почему не можешь сказать прямо?

– А ты поверишь? – уголок его губ презрительно дергается вверх.

– Смотря что ты скажешь, – отвечаю тихо.

– Я их не убивал.

– Конечно, – дальше меня несет, – но такие, как ты, своими руками ничего не делают. Это мог быть заказ.

– Боже, один в один как Викентий Вячеславович Старовойтов, – он опять кладет затылок на мягкую спинку дивана и качает головой, – даже интонации похожи. Обвиняющие такие. Вы случаем не родственники?

– Ты знаешь, кто мои родственники, – на этот раз я презрительно усмехаюсь, – уверена, ты вообще все обо мне знаешь.

– Знаю, – не отрицает Вадим, – папа лесничий, мама воспитательница в детском саду. Ты у нас студентка, которая поступила на бюджет, но постоянно подрабатывает официанткой в студенческой забегаловке, чтобы не тянуть из родителей деньги. С парнями почти не встречаешься, ведешь себя примерно.

Молчу.

– Так а что это было вчера, Насть? Решила завязать с приличной жизнью и пуститься во все тяжкие?

– Тебя не касается, – отворачиваюсь от него.

– Это касается меня напрямую, – Вадим подталкивает коробку рядом с собой пальцами. – Это тебе.

– Что это?

– Айфон, последний, – он ухмыляется. – Сможешь с гордостью рассказать подружкам, что насосала.

– Сволочь, – тыкаю в него пальцем, задыхаясь.

– А не страшно вот так себя вести, ты ж меня только что в таком обвиняла. Не переживаешь, что и с тобой может что-нибудь случиться. А, Насть? – Вадим прижимает ладони к лицу и с нажимом его растирает. – Мне казалось, что после полученной информации ты должна начать вести себя как шелковая.

– Не дождешься, – нервно усмехаюсь.

– Класс, – он опять раскидывает руки в разные стороны. На меня смотрит со вселенской тоской. – Настя, я устал. Тебе было выделено время, чтобы успокоиться – до вечера. Давай мы закончим часть с истерикой и скандалом и перейдем к чему-нибудь поинтереснее.

– Например? – развожу руками.

– Я хочу расслабиться. Пришел домой, – Вадим скользит тяжелым взглядом по моим голым ногам, а потом смотрит в сторону кухни и втягивает аромат еды, который оттуда доносится. – Ты и ужин приготовила. Решила обо мне позаботиться?

– Да я себе готовила, скучно было.

– М-м-м, ясно. Осталось что? Я жутко голодный, целый день не ел практически.

– Осталось, – вздыхаю, пытаясь игнорировать то, как Вадим смотрит.

– Отлично. Проявишь чуть позже свою «не заботу», покормишь, – мужчина облизывается, – а пока подойди ближе.

– Вадим.

– Подойди, – повторяет с металлом в голосе.

Сокращаю расстояние между нами, стараясь не смотреть Вадиму в глаза. Руки нервно мнут подол платья и оттягивают его вниз.

– Давай не сегодня, – роняю тихо, сосредоточившись на собственных пальчиках ног.

– Нет, я хочу сейчас, – Вадим неумолим, – иди ко мне.

Делаю еще шаг и ставлю свое колено между его разведенных ног на диване. Еще пара движений, и я на нем верхом. Шумно дышу, рассматривая его галстук. Взмокшие ладони упираются в собственные бедра.

– Опять, – он комментирует мое напряжение,. – Знаешь, а делай все сама.

– Что именно? – бросаю быстрый растерянный взгляд на его губы.

– Трахни меня, Настя. Давай.

– Черт, – облизываю губы и застреваю на улыбке Вадима. Он начинает покусывать свою нижнюю губу в нетерпеливом ожидании.

Приподнимаюсь и тяну руку к его ремню.

– Не так быстро, малышка. Ты пропускаешь прелюдию, не халтурь.

– Взял бы себе профессионалку, – начинаю артачиться я.

– Неинтересно. Я тебя хочу, коза упертая, – его язык показывается между губ, увлажняя их.

– Чтоб тебя, Сафронов, – подаюсь вперед и впечатываюсь своими губами в его.

Вадим податливо приоткрывает рот, впуская мой язык внутрь. Позволяет целовать, играть с его языком, посасывать. Действую на автомате, вспоминая, как ему нравилось вчера. Внутри меня никаких ощущений, кроме раздражения.

Отрываюсь от его рта, отмечая немного сбившееся мужское дыхание. Ловлю тихий стон. Ему нравится, Вадим хочет больше. От губ перехожу на шею, покрывая мягкими поцелуями и укусами, очерчиваю языком раковину уха.

Тело подо мной немного выгибается, реагируя. И это заставляет меня среагировать в ответ. Пока не вспыхнувшим желанием, но легким неуловимым томлением.

– Сними платье, – хриплым шепотом мне в ухо.

Подчиняюсь и стаскиваю его с себя, бросая на диван рядом. Вадим стонет громче. Он жадно залипает на тонкой полупрозрачной сетке красного цвета.

– Шикарно, – наклоняется и прикусывает сосок через лифчик, потом опять возвращает голову на спинку дивана.

Щелкаю застежкой лифчика и бросаю его на платье. Опять переключаюсь на губы Вадима, которые призывно раскрываются. Пальцами нащупываю узел галстука и тяну на себя.

Отклоняюсь, пытаясь отдышаться. Злюсь на себя и ничего не могу сделать, физиология берет свое. Вадим подо мной слишком аппетитный и податливый. Его член под попой постоянно подрагивает. У меня даже бояться Вадима сейчас не получается. Наверное, еще и алкоголь, выпитый в обед, до сих пор пьянит. Дело в этом, точно.

Расправившись с галстуком, начинаю медленно расстегивать пуговицы на рубашке, обнажая твердую грудь и татуировки. Вытягиваю рубашку из брюк и распахиваю вместе с пиджаком. Ладони опускаю Вадиму на грудь.

Пальцы осторожно проезжаются по контурам мышц, по рисункам татуировок, по подрагивающему животу. Наклоняюсь и легко очерчиваю кончиком языка мужской сосок, прикусываю. Потом принимаюсь за шею, царапаю зубами кадык.

Руки Вадима падают со спинки дивана на подушки и сжимаются в кулаки. Он матерится сквозь зубы, выдавая степень своего нетерпения.

– Презик в кармане, – сипло говорит, пока я расправляюсь с ремнем и ширинкой.

Провожу ладонями по карманам, определяя, в котором. Ныряю пальцами и вытаскиваю фольгированный квадратик.

– Смотри на меня, – облизывается.

Послушно смотрю Вадиму в глаза, освобождая из боксеров его член. Он выскальзывает из белья и покачивается, словно башня. Сжимаю у основания, веду ладонью вверх. В прохладных, цвета грозового неба, глазах Вадима вспыхивают молнии. Он нетерпеливо подбрасывает меня на своих бедрах.

Слишком медленно прихватываю зубами край упаковки презерватива. Тяну, вскрывая, и раскатываю латекс по члену. Опять немного вожу ладонью вверх и вниз.

– Сядь на меня, Настя, блядь, – не выдерживает, сжимает ладонями мои бедра, тянет на себя рывком.

Глаза в глаза. Шумно дышим. Я отдираю его ладони от себя и возвращаю на диван.

– Тебе к лицу алкоголь, – он хрипло смеется, – такой смелой становишься.

Обнимаю его ладонями за шею и медленно опускаюсь на член. Чувствую внутри каждый его миллиметр. Ноготками царапаю кожу голову Вадима, тяну его ближе к себе, глубоко засовываю язык в рот.

Наверное, мне хочется почувствовать себя в безопасности таким образом. А проявление агрессии с моей стороны в данный момент возвращает мне это чувство. Виляю бедрами, распаляя внутри собственного тела пожар. Чувствую, как ткань на мне трещит и рвется. Вадим уничтожает трусики, убирая с тела всю ткань.

Мы дышим друг другу в рот, пока я опускаюсь и снова поднимаюсь. Насаживаюсь на член как мне нравится и приближаю свой оргазм. Вадима тоже постепенно накрывает. Я вижу это по его замершему, словно окаменевшему телу, по заострившимся чертам лица, по зрачкам, что расширяются и смотрят на меня не мигая.

– Вадим, – произношу одними губами, когда разрядка прошивает тело. Меня выгибает луком и вжимает в горячую грудь. Мышцы внутри сжимаются, детонируя оргазмом мужчины. Он хрипит мне в ключицу, прикусывая ее. Пальцы опять впиваются мне в бедра, чтобы насадить еще глубже.

Некоторое время мы остаемся в той же позе, пока послеоргазменные судороги не перестают вспыхивать. Утыкаюсь лицом Вадиму в шею и крепко его сжимаю.

– Я верю, что ты этого не делал, – шепчу совсем тихо.

– Почему? – он разворачивается и осторожно проходится поцелуями по линии моей челюсти.

– Потому что иначе я не смогу находиться рядом, – вздрагиваю, соскальзывая со все еще возбужденного члена, и накидываю на себя платье.

Вадим сволочь, зарвавшаяся скотина, я бы даже сказала. Он своей властью упивается, но на убийцу не похож. Он зажал меня со всех сторон, не дает возможности уйти, но не ломает. Даже зная, что по сравнению с ним я никто.

– Покормишь? – сидит все так же в измятой, приведенной в полный беспорядок одежде.

– Если ты ешь курицу и картофельное пюре.

– Ем, – он опускает взгляд и стаскивает с себя презерватив, – так жрать хочу, что смог бы и живую курицу проглотить.

– Ага, с перьями и требухой внутри, – пропускаю через пальцы свои локоны, – я привезу тебе такую, когда к родителям на периферию в их халупу поеду.

– Обязательно, – Вадим рассеянно кивает. – Я на минуту в душ.

– Хорошо, – иду в кухню не оборачиваясь. Включаю духовку, чтобы подогреть ужин, и накрываю на стол. Себе завариваю чай.

Когда Вадим входит в кухню в домашних брюках и майке, исподтишка наблюдаю за ним. Некоторое время мы проведем вместе, так что мне нужно привыкнуть к этому мужчине рядом. Влюбляться я в него не собираюсь, так же, как и он в меня. Но мы вполне сможем просуществовать рядом некоторое время… Пока ему не надоест.

– Спасибо за айфон, – ставлю перед Вадимом тарелку и присаживаюсь рядом.

– Уже сказала, – он похабно ухмыляется. – У тебя хорошо получается сверху.

– Ты это специально, да? – озаряет меня. – За то, что я вчера вела себя так же.

– Да, – мужчина принимается за ужин. Сначала нюхает, а потом быстро все сметает и даже просит добавки, – забавная ты была, Настюша. Хотя и сейчас тоже. Вот вроде хочешь от меня свалить, а делаешь зачем-то все, чтобы остаться. Как думаешь, почему?

– Надеюсь, что кроме айфона, мне еще и «Мерс» подарят.

– Подарю, когда расставаться будем. На память… А пока с Лешей покатайся.

– О таком щедром папике можно только мечтать, – замечаю едко, отпивая чай.

– Согласен, – Вадим не возражает. – Завтра вылетаем часа в четыре. До этого смотайся к врачу. Подберите хорошие контрацептивы.

– Твою мать, – закатываю глаза. Контрацептивы это значит надолго.

– Не надо мою мать. Она святая женщина и уже на небесах, – Вадим поднимается на ноги, закончив с едой. – А мне все нравится, кстати. Не зря вчера в клубешник скатался, – подмигивает, сволота, и направляется в спальню. – Давай, Настюш, не задерживайся.

Глава 04

Почему моя жизнь резко свернула не туда и кто в этом виноват?

Я смотрела в окно самолета, заходящего на посадку в аэропорту Минска. Нет, к самому городу, да и к стране у меня претензий нет. Вообще, побывав тут несколько лет назад, я была очарована городом – тихо, чисто и приятные люди вокруг. Так что и вернуться сюда я не против.

Претензия к другому. Мужику в соседнем кресле первого класса, который все время полета пялится в свой ноутбук и слушает в наушниках музыку. Утром Вадим вел себя вообще не как бизнесмен – столкнул с кровати, рычал в подушку, потом выставил меня из квартиры, чтобы я ехала к врачу, а сам отправился спать дальше.

Какого черта? Бизнесмены должны пахать с утра до ночи, да еще и в выходные. У них же там сделки, распилы, враги всякие не дремлют. Но нет, я по его вине почти не сомкнувшая глаз всю ночь, слушала нудную речь врачихи, тихонько клюя носом. А Вадим дрых и теперь как огурчик – довольный жизнью и свежий. Противно.

– Смотришь на меня, как на врага народа, – он вытаскивает из одного уха беспроводной наушник.

– Ты мне не нравишься, – отворачиваюсь к окошку, чтобы рассмотреть, как мы подъезжаем к зданию аэропорта.

– А по твоим восторженным крикам этой ночью было совсем непохоже, – раздается совсем на ухо, а потом мочку легко царапают зубы.

– Черт! – я дернулась, но ремень безопасности удерживает меня на месте. Заливаясь краской, радуюсь, что в первом классе билеты слишком дорогие и мы тут одни. Не хотелось бы, чтобы пялились и осуждающе смотрели.

– Мне нравится, надо будет попробовать, – Вадим со смехом опускает руку мне на ногу и ощутимо сжимает бедро. Хорошо, что я напялила спортивный костюм. Под юбку забраться, как он любит, не получится.

– Что именно? – тру ухо, посматривая на Вадима с осторожностью.

– Вот, – он дергает за пряжку ремня, которая покоится на моих коленях и ограничивает движения, – тебе идут ремни. Ты такой смирной выглядишь.

– Только попробуй, – я вспыхиваю. Жар начинает печь все тело, но особенно голые участки кожи.

– Ох Настя, не реагируй ты так, – прикрыв глаза, Вадим вдавливает затылок в подголовник и нажимает ладонью на пах, – иначе мы окажемся в туалете чертового самолета быстрее, чем ты скажешь кодовое слово.

– Какое?

– «Стоп». Если такие слова, знаешь ли, которые нужно использовать в жестких играх…

– Притуши свою фантазию, – шиплю ему, – извращенец.

– Ты такая неискушенная, Настя, что с тобой хочется всего, – Вадим потирает большим пальцем свои губы, на которых играет пошлая улыбка, – даже представить не мог, что ко мне в руки такой самородок сам упадет.

– Что мы здесь делаем? – прерываю поток пошлых откровенностей Вадима.

– Будем отдыхать. Затем я немного поработаю, а ты поболтаешься рядом. Можешь прошвырнуться по магазинам.

– У меня все есть, – пожимаю плечами, – лучше по городу погуляю. Постой, уже вечер, мы не успеем все сегодня.

– Капитан очевидность, – Вадим отстегивает себя и меня, – пошли.

– Когда обратно? У меня учеба завтра.

– Пропустишь.

– Вадим, – сжимаю кулачки.

– Если хочешь, организую тебе больничный. Ну или просто куплю твои зачеты.

– Лучше больничный, – стону я.

– Как скажешь, тем более ты какая-то бледненькая сегодня. Тебе бы действительно отдохнуть, – в глазах появляется ехидство.

– Мне кажется, Вадим, – возвращаю ему такую же улыбочку, – я знаю, почему тебе за женское внимание приходится платить. С твоим ужасным характером бесплатно тебе никто не даст.

Мужчина шумно втягивает в себя воздух. Смотрит на меня, словно его руки уже смыкаются на моей тонкой шее.

– Поосторожнее, Настя.

– Обязательно, – забираю свою сумочку с ручной кладью из рук стюардессы и бегу на выход, оставляя пылающего злостью Вадима позади.

До гостиницы Minsk Marriott Hotel едем молча. Наша легкая перебранка не прошла даром.

В номере вешаю одежду в шкаф, посматривая на опять работающего в одном из кресел Вадима. Номер, естественно, большой, с шикарной мебелью. И персонал в гостинице расторопный. Пользуюсь последним, заказывая ужин в номер.

– Куда идем?

– В казино, – бросает он, не отрываясь от ноутбука.

– Теперь понятно, – бормочу себе под нос. У нас в азартные игры особенно не поиграешь.

Не зная, куда себя тут девать, отправляюсь в ванную. Включаю джакузи, ставлю на бортик бокал шампанского и вазочку с клубникой. Отчего-то вспоминается «Красотка». До Джулии Робертс мне далеко, а вот Вадим на миллионера, как в фильме, потянет по всем параметрам. Только мне достался в два раза более властный, чем Ричард Гир. Ну что поделаешь, российские закаленные миллионеры это тебе не неженки из Штатов.

Где-то через час и спустя два бокала шампанского я из воды выбираюсь разморенной и расслабленной. Надеваю на себя безумно дорогой комплект белья, на который накидываю халат. Потом занимаюсь волосами и лицом. Ничего особенно не придумываю: волосы вытягиваю, на лице рисую смоки-айс и заглядываю в спальню.

Вадим уже переоделся. Опять в костюме, и я подвисаю. А что-нибудь кроме них он носит, интересно?

– Думал, придется идти тебя спасать. Как-то слишком тихо для тебя было.

– Переживал, что утону?

– Была мысль, – он справляется с галстуком, рассматривая свой безукоризненный образ в зеркале.

– Не дождешься, – сообщаю слегка язвительно и направляюсь к шкафу. По пути скидываю с себя халат, оставляя его на кровати, и начинаю метаться между шикарным черным и искрящимся пайетками серебристым.

– Черное, – Вадим подходит сзади, обнимая меня за талию. Он вжимает одну ладонь мне в живот, второй тянет за бедро, впечатывая таким образом мою попу в свой пах, – и белье не надевай.

– Извращенец, – хриплю возбужденно, встречаясь взглядом с Вадимом в зеркале, – только об одном и думаешь.

– О двух, бабки и секс, – он блуждает по моему телу голодным взглядом, – трахнул бы, но боюсь, что тогда придется заново переделывать прическу и макияж. А на это времени нет, – огорченно вздохнув, Вадим выпускает мое тело из захвата и садится в кресло, – одевайся, я посмотрю.

Ну ладно, сам захотел. Вынимаю из шкафа чулки, иду к Вадиму, бросаю невесомую сетку ему на колени. Ставлю ступню аккурат ему между ног, немного нажимая пальцами на пах и начинаю медленно надевать чулок. Он смотрит, кусая губу, даже матерится, судя по движению губ. Его глаза так и скользят по моему телу, вызывая озноб. Умеет этот мужчина смотреть так, словно уже касается. Повторяю манипуляцию с другой ногой. Выпрямляюсь. Ладони скользят по бедрам, пальцы барабанят по животу и поднимаются к груди, очерчивая мягкие полушария в лифчике без бретелек.

Усмехаюсь, когда Вадим прикрывает глаза, отправляюсь к шкафу. Платье из шелка лужицей оставляю на полу и делаю шажок в образовавшийся круг. Медленно подтягиваю ткань на бедра, оттопыривая попку. Из кресла доносится протяжный стон.

– Застегнешь? – оборачиваюсь, невинно поглядывая на жертву моей сексуальности.

– Всенепременно, – его руки сжимают подлокотники кресла. Вадим встает и медленно, словно кот на мягких лапах, идет ко мне. Вздрагиваю, когда слегка шероховатые пальцы прикасаются к моей голой спине. Он щелкает застежкой лифчика, отбрасывая его в сторону, словно ненужную деталь. Вдыхаю глубже, когда Вадим тянет за собачку молнии верх. Судорожно постанываю, когда язык оставляет широкую влажную дорожку на лопатках и шее.

Дополняю свой роковой образ несколькими каплями духов. Их я умудрилась купить утром. И позволяю Вадиму накинуть мне на плечи длинную, но невесомую, словно облачко, шубу. Она белая, так что с черным платьем – это взрыв.

– Ты шикарная, – раздается на ушко вкрадчиво, – тебе же нравится быть такой? Я вижу, так ты кайфуешь.

– А я вижу, как кайфуешь ты, – прикрываю глаза, пытаясь унять дрожь, что бродит в теле. Вадим как дьявол-искуситель предлагает мне слишком много.

Я действительно чувствую себя как никогда желанной и прекрасной. А его голодный взгляд заставляет все внутри трепетать.

– Мне кажется, мы идеальный тандем, – он хрипло смеется, присаживаясь передо мной на колени. Ладони скользят под платье, цепляя там трусики, и тянут их вниз.

Вадим смотрит. Нагло. Развратно. Горячо.

И я не могу оторваться. Не задумывалась раньше, но…. Оказывается, меня возбуждает вот это. Мужчина в идеальном дорогом костюме у моих ног. Он облизывает губы, пока я переступаю через трусики. Меня слегка потрясывает. Я его губы представляю уже там – под платьем. Горячее дыхание на коже, покусывания, вязкую слюну вперемешку с моей смазкой.

– Когда вернемся, – уголок губ Вадима ползет вверх. Он подается вперед и через ткань платья прислоняется лицом к моей промежности. Жадно втягивает воздух и возвращает его обратно раскаленным и влажным.

Перевожу дыхание, пока мужчина за руку ведет меня по длинному отельному коридору. Ладонь Вадима твердая и горячая. Мне нравится до порхающих в животе бабочек. Но в голове набатом бьет то самое слово – «СТОП»!

Все вокруг лишь игра – его игра. Вадим забавляется, получает свой крышесносный секс с не особо искушенной девочкой. Возможно, это его новый опыт, эксперимент. Да, выводит ее в свет, покупает одежду и подарки. Но! Выбросит уже завтра не задумываясь. Не испытает жалости, сомнений или других человеческих эмоций. Сломает. Потому что для него эта девушка просто кукла. Я кукла.

«Осторожнее Настя, не обожгись, не вздумай влюбляться. Не позволяй пробраться в душу. Он ее уничтожит», – вот о чем я думаю всю дорогу до казино, рассматривая в окно арендованной машины проплывающий мимо город.

«Опера» – нас встречает ярко переливающаяся вывеска. Поднимаю бровь. Интересное название для казино.

– Идем, – Вадим сопровождает меня внутрь, где мы отдаем верхнюю одежду. Вопреки моим ожиданиям, внутри светло. Бежевые классические стены, кованая решетка на верхнем балконе, сводчатые потолки с торшерами и люстрами. Внизу, в основном зале, столы для игры, на втором этаже ресторан с небольшой сценой. Такой себе заодно еще и ночной клуб.

Выжидающе смотрю на Вадима.

– У нас отдельный зал, – он отвлекается на сотрудницу, которая белозубо улыбается и что-то быстро рассказывает. – Тебе фишек дать? – разворачивается ко мне Вадим снова.

– Нет, – тяну я, с легкой брезгливостью скользя взглядом по людям за столами и у автоматов, расположенных рядом со стеной, – меня эти развлечения для дебилов не интересуют.

– Вот как? – на лице Вадима появляется саркастичное выражение.

– Эм-м, – понимаю, что опять лажанула, – игровая зависимость это плохо.

– Я похож на зависимого?

– Не думаю, что ее можно различить по внешнему виду, – вставляю еще одну шпильку.

– Человек, у которого столько денег, сколько у меня, не может быть зависим от игры, Настя.

– Но ты играешь, – выдаю очевидный факт. Не на экскурсию же мы сюда пришли. Да еще за вход заплатили по тысяче баксов на человека. Точнее, Вадим заплатил.

– Иногда, – он подталкивает меня к лестнице на второй этаж, – когда это нужно для дела.

Обращаю внимание на большой стол, в направлении которого мы движемся. Большая часть мест занята. Четверо мужчин со своими спутницами. Все в вечерних нарядах и костюмах. От мужчин веет деньгами и уверенностью в себе. От женщин почему-то стервозностью. И я сразу понимаю: нам туда. То, что одна из девушек Виталина, удивления не вызывает. Она сама меня о сегодняшней встрече предупредила.

– Добрый вечер, – Вадим кивает присутствующим и представляет меня. Всем мужчинам пожимает руки, – минут через пятнадцать можно будет идти, я думаю.

– Хорошо, – кивает седовласый мужчина. Он подтянут и выхолен. Именно рядом с ним расслабленно восседает Виталина. Она не спеша поглаживает ухоженными пальчиками тыльную сторону его ладони. Геннадий Владимирович, так его представил Вадим. На меня мужчина глянул вскользь, словно я пустое место. Стало неприятно, даже обидно от такого отношения совершенно незнакомого человека. Хотя если Вадим приходит вот так каждый раз с новой, то Геннадия можно понять. Виталина смотрит на меня с легкой усмешкой.

– Гена, отойдем? Ленский звонил, нужно обсудить, – отодвинув для меня стул, Вадим уводит спутника Виталины за собой. Я растерянно посматриваю то на их удаляющиеся спины, но на людей за столом.

Вадим – сволочь, прямо как маленькую мышку в аквариум к змеям бросил. Наверняка злорадствует сейчас.

Взгляды присутствующих тут же прошивают меня насквозь. Изучают каждый миллиметр, сканируют. Одно радует – сквозь платье заглянуть не могут, и то, что я без трусов, навсегда останется моей постыдной тайной. Глупая была идея, мне сейчас жутко дискомфортно и совсем не горячо.

Пока я размышляю, девицы находят, к чему придраться. Почти на всех них броские украшения. Увидев, что на мне их нет, рыжая силиконовая барби в темно-зеленом демонстративно прикасается пальчиками к своим явно бриллиантовым сережкам и тихонько фыркает.

Господи, да пофиг мне, что они себе там по моему поводу думают, купит мне Вадим и такие цацки, куда денется, если для статуса нужно. Закатываю глаза и извлекаю из сумочки пиликающий стандартной мелодией на сообщения айфон. Последней модели, да…. Его вообще хочется спрятать подальше, чтоб никто не видел. Но это квест невыполнимый, особенно при таком ярком освещении.

И где вообще Вадим такой айфон выцепил? Вся задняя крышка и бока выложены стразами Сваровски (ну я надеюсь, не бриллианты же в самом деле). Ладно бы просто в камнях, так нет… логотип плейбоевского зайчика золотыми камнями, бабочка на нем черными. Шикарно и как-то по-шлюшьи.

Он это специально, я знаю. Утром все ждал когда я хоть что-нибудь по этому поводу скажу. Но я вписывала в это шлюшье дорогое великолепие все свои контакты с каменным лицом. Вадим грустно вздохнул, пожал плечами. И все.

Я тогда сильно телефон в руке сжала, разумно решив, что я этим девайсом в случае какой-нибудь нашей перепалки в его голову запущу, жалко не будет точно.

– Вадим о тебе не рассказывал, – подает голос брюнетка, вроде Наташа. Она к своему мужчине, а скорее всего такому же спонсору, как Вадим, приклеена намертво. За руку держит даже за столом, голову ему на плечо положила. Учитывая ее молодость и красоту, а также его приличный возраст за пятьдесят, денег у него очень много.

И опять эти острые взгляды впиваются в меня словно копья.

– Не успел, наверное, – мило улыбаюсь ей. А когда бы успел, интересно? Нашим чудо-отношениям всего два дня.

– Где познакомились? Ты москвичка или приезжая? Студентка?

Хлопаю глазами от неожиданности. Тут что, допрос сейчас будет?

– Наташа, не смущай девушку. А то испугается и убежит. Что мы потом Вадиму скажем? – шутник рядом с ней расплывается в улыбке. И смотрит так… не как на девушку своего друга. А оценивающе, как на кусок мяса. Меня это напрягает, поэтому я переключаюсь на Виталину. Она дергает бровью, усмехается в ладонь. Ее эта ситуация явно забавляет.

– Студентка, информационно-технологический, менеджмент. Познакомились в клубе. Не москвичка, – выдаю на себя скупое досье.

Девушки тут же переглядываются между собой, поухмылявшись, опять на мне сосредотачиваются. И это я сейчас не понимаю. Они что, на мысленном уровне каком-то общаются?

– А мы уже знакомы, – подает вдруг голос Виталина. Мхатовская пауза. Остальные три гадюки ошарашенно и возмущенно на нее переводят свои взгляды. Похоже, не ожидали, что она такую новость от них утаит. И это они еще не в курсе, что она мне помогла. Стараниями Виталины к моему образу сегодня не придраться. Платье шикарное, как и все вещи, что она советовала. Не знаю как подругами, но приятельницами мы будем. – Давно приехали?

– Часа четыре назад, – улыбаюсь ей. – А вы?

– Еще утром, – по ее лицу пробегает и тут же исчезает легкое отвращение.

– Гуляли по городу? – спрашиваю, но на ее лице появляется холодная усмешка, будто я глупость какую-то сморозила.

– Нет, – мягко отвечает Виталина, отпивая из бокала.

Телефон в моей руке опять оживает. Светка…

– Извините, – дежурно улыбаюсь и сжимаю свою айфоновскую прелесть-блестяшку, – это срочно.

Сбегаю из-за стола, словно за мной черти гонятся. Спустившись на первый этаж, нахожу уборную и прислоняюсь спиной к прохладной двери. Выдыхаю. Вот это серпентарий у них.

Кладу на мозаичный пьедестал раковины сумочку и пролистываю сообщения.

«Мне нужна вся домашка!»

«Скинь фото папика, хочу заценить»

– Дурочка, – качаю головой. Какая домашка, когда мной только что чуть не поужинали? И то ли еще будет…

Вместо «папика» щелкаю себя красивую. Отправляю любопытной Свете с подписью «Завтра меня не будет. На больничном».

«Офигеть ты красотка. Так болеть уметь надо» и ржущий смайлик. «Блин, меня завтра на британский флаг экономичка порвет. Подвела ты меня с домашкой, подруга».

Качаю головой и откладываю телефон в сторону. Долгим, оценивающим взглядом окидываю свой образ. Нахожу, что хороша. Не хуже Виталины и ее подружек. Может, не такая тюнингованная, но это меня не трогает. Чем больше смотрю на девочек, которые себя переделывали, тем меньше мне это нравится. Да, симметрично, гладко, красиво… но ненатурально. И губы, и скулы, и глаза раскосые. Чем-то они все становятся неуловимо похожи одна на другую. Меня это раздражает.

Еще немного помедитировав на свое отражение, выхожу в зал. Опять столы, приглушенная музыка и углубленные в игру люди. Может быть, дело в том, что сама я небогата, но такое времяпрепровождение кроме того что туповатым, кажется мне кощунственным.

Это же деньги, часто огромные. Они спускаются за одну ночь по щелчку пальцев. А между тем это целые зарплаты какой-нибудь воспитательницы в садике за год или оплата питания детям нуждающихся в школе. Не знаю почему, но думаю всегда в этом направлении.

Если потратить на тех, кому нужнее, ведь получишь колоссальную отдачу, да тебя в благодарности и обожании искупают. Самооценка взлетит до небес. Но нет, все бездушным автоматам и сладко улыбающимся крупье. Радуются, придурки, – десятку засунул, два бакса выиграл. М-да.

Рассеянно лавирую между столами и, естественно, цепляюсь каблуком за ковер. Ну я это не я, чтобы вот так на ровном месте не влететь.

– Держу, – раздается над моих ухом приятный голос с хрипотцой. Вскидываю голову и чувствую, как вся краска от лица начинает отливать.

– Вы в порядке? – мужчина выпускает мою руку из захвата. Его глаза с любопытством всматриваются в мое лицо.

– Боже, – хриплю я, не в силах справиться с эмоциями. Складывается впечатление, что все это нереально. Сюр какой-то второсортный. Этого человека не может быть передо мной.

– М-да, давно я этого выражения лица не видел, – его улыбка становится печальнее.

Встряхиваю головой, провожу ладонями по лицу. Опять смотрю на мужчину и включаю голову. Он один в один похож на Артема. Того мужчину, с которым погибла в машине Катя, жена Вадима.

Но это точно не он, тогда, получается, брат? Ну или я псих и вижу привидение.

– Хоть не убегаешь, – он запускает пальцы в свои жесткие, длинноватые волосы.

– Вы братья.

– С Артемом? Да. – Мы продолжаем стоять на проходе, мешая окружающим. Нас обходят, хмурясь. – Давай отойдем. Ничего, что я на «ты»?

– Нет, – вместе с мужчиной отхожу в сторону, где есть небольшое пространство, не занятое людьми. – Прости, – прикрываю ладонью рот и смотрю себе под ноги, – моя реакция была ужасной.

– Не переживай. Наша семья публичной никогда не была, поэтому то, что мы братья-близнецы, знали только те, кому это нужно. Но вот потом, – мужчина оскаливается. Между бровей залегает глубокая морщина, – начитавшись прессы, ко мне даже на улице незнакомые люди подходили с похожим на твое выражением лица. Забавно, что даже в Минске мне нет покоя.

– Я из Москвы.

– Тогда понятно.

Мне нужно хотя бы иногда в светскую хронику заглядывать, а то я вообще не знаю, что у нас происходит в среде селебрити и богатеев. Точно из леса выползла, ей-богу.

Раньше мне этого и не надо было, конечно, а вот сейчас придется разбираться. И почему про него не писали? А может, и писали, но я просто пропускала. Искала информацию про Вадима. Немного про Катю и Артема. Наверняка брат на фото тоже где-то мелькал, но я не поняла, они же близнецы.

– Прости, – чувствую себя еще более виноватой.

– Тебе не за что извиняться, не ты же моего брата убила.

Качаю головой. А ведь убийцу так и не нашли. Откуда у него силы вообще на эту тему шутить?

– Гордей, – мужчина улыбается шире, обнаруживая у себя на щеках красивые ямочки.

– Настя, приятно познакомиться. Я бы выпила сейчас, – нервно смеюсь и рукой растираю грудь, где постепенно отпускает напряжение. Его заинтересованный взгляд пропускаю мимо.

– Готов угостить.

– Не думаю, что это будет удобно, – теряюсь под любопытными карими глазами. – Я не одна, я… – оборачиваюсь, потому что чувствую, как холод расползается по голым плечам и рукам. И вижу Вадима. Он надвигается на нас с ледяной яростью в глазах.

– Я тебя искал, – довольно грубо дергает меня за руку, собственнически впечатывая в свой бок. – Гордей. Не думал, что ты приедешь.

– А почему нет? Тоже решил поучаствовать, – мужчина на Вадима смотрит мельком, зато на меня с большим интересом. – Настя, от этой сволочи советую бежать. Без оглядки. Катя хотела, но не вышло. И у Артема тоже. Никому жить не дал, да, Вадим?

– Заткнись, – ладонь на моем локте сжимается до боли.

– Увидимся, – холодно улыбаясь, Гордей проходит мимо нас.

Стою оглушенная, осознавая масштаб пиздеца между мужчинами. Гордей винит Вадима в смерти брата и Кати. Хлопаю глазами, провожая его силуэт, который поднимается на второй этаж в сторону столика, где мы сидим, и перевожу заторможенный взгляд на Вадима.

– Мне больно, – кладу свою ладонь на его и пытаюсь отцепить от своего локтя.

– О чем говорили? – Вадим не обращает внимания на мои слова. Его взгляд полосует по моему лицу. Глаза чернее самой ночи.

– Случайно столкнулись, и я узнала его по фото. Просто перекинулись парой слов.

– У Шестакова не бывает случайно, – цедит, наклоняясь ко мне еще ближе. От Вадима фонит едва сдерживаемой злостью, – не советую играть со мной, Настя. Чтобы я рядом вас больше не видел, пожалеешь.

– Хорошо, – теряюсь, опуская глаза. С таким Вадимом мне спорить не хочется.

– Идем, – отпускает локоть и сжимает мою ладонь. Когда доходим до столика и садимся, веду себя тихо. Улыбаюсь, киваю. В сторону Гордея стараюсь не смотреть, но периферийным зрением вижу, что он взгляда от меня не отводит. И все это видят.

Взгляды вокруг как пинг-понг: Вадим – Гордей – я – Гордей – Вадим. Внутри все вскипает, потому что стратегию Гордея я оценила: он просто выводит Вадима из себя. И чего добивается? Чтобы тот сорвался? Тревожно кошусь на Вадима, но он окончательно пришел в себя и теперь разговаривает со всеми словно ничего не произошло.

Роняю взгляд на стулья, что были пустыми, когда я уходила. На них приземлился тучный мужик с мутными глазами, еще один в два раза мельче его с бегающим нервным взглядом. И пара. Мужчина приятный, девушка рядом с ним тоже. На троицу стервоз русоволосая-курносая не похожа. И улыбка у нее мягкая. На меня все время бросает короткие любопытные взгляды.

Смотрю на их руки. Бинго – муж и жена. Меня тут же внутри немного отпускает. Они мне нравятся, с ними я бы общалась. Топовый эскорт за столом в побрякушках меня не интересует в принципе. Да, я временно одна из них, но как только от Вадима ноги унесу, сразу и завяжу. Даже телефон его шлюшачий выброшу. Или продам. Второе вернее, а деньги на учебу отложу.

Я гордая, конечно. Но не дура. Жизнь сложная штука, и когда у тебя что-то уже есть, то избавляться от этого, выбрасывая в мусор и показывая таким образом всем и самой себе что я «не такая», глупо. Никто не оценит, это я уже давно поняла. А вот отложенные на черный день деньги очень даже пригодятся. Может, и официанткой придется меньше вкалывать.

– Господа, прошу в зал, – перед нами появляется торжественная, одетая в идеальную униформу казино женщина.

«Господа», так меня еще никто не называл…

Все плавно перемещаемся на первый этаж, где нас ожидает довольно просторный зал. В центре стол для игры с крупье во главе. В стороне небольшой бар и диваны с низким столом. Это, видимо, для тех, кто играть не будет.

Мужчины, едва войдя в зал, тут же теряют интерес к женщинам и рассаживаются за столом. Девчонки ничему не удивляются, опускаются на диваны и принимаются зависать в телефонах или болтать. Я осматриваюсь, вздыхаю и прохожу к бару. Мне к этой компашке еще привыкнуть нужно. Хотя лучше не привыкать, я бы отсюда в общагу прямо на этих шпильках ломанулась, если бы Вадим пустил.

– Привет, – русоволосая-курносая присаживается рядом. Они с мужем зашли в зал последними, и за ними тут же закрыли двери.

– Привет, я Настя, – улыбаюсь ей с легкой надеждой. Должен же хоть кто-то здесь быть адекватным. Я думала приклеиться к Виталине, но та села за стол рядом со своим Геннадием. Карт ей не дают, похоже, будет болельщицей.

– Лена, – она улыбается в ответ. – Так ты с Вадимом, значит? – голос немного напряжен, но в целом она доброжелательна.

– Да, с ним, – оборачиваюсь на стол, где он смотрит сданные ему карты. Помимо воли перескакиваю взглядом на Гордея.

Это ужасно, но я ничего не могу с этим поделать. Сравниваю их. Гордей ведь одно лицо с Артемом. И Катя, она так же смотрела на Вадима и Артема. Выбирала, видела в каждом из мужчин плюсы и минусы. В конечном счете завела любовника.

О чем она вообще думала, когда ложилась в постель с обоими?

Гордей, словно почувствовав мой взгляд, поднимает свою темную голову и надолго задерживает его на мне. Сглатываю и тут же отворачиваюсь к бару, когда понимаю, что Вадим словил нас за гляделками.

Глава 05

– Это хорошо, – она кивает бармену. – Просекко?

– Давай, – соглашаюсь и окончательно сажусь спиной к столу, чтобы даже соблазна не было смотреть в сторону Вадима и Гордея. – А вы давно знакомы?

– Со свадьбы, я была свидетельницей.

– Оу, – сжимаю кисти в замок на барной стойке. Значит, Лена была свидетельницей Кати, жены Вадима, – подруга, да?

– Да, – она пожимает плечами, – глупо скрывать. Все равно у нас тут ничего не утаишь, – она слегка кривится, посматривая на адову троицу, что шепчется на диванчиках, – нас обсуждают, сто процентов.

– Мне все равно, – забираю у бармена свой бокал и сразу осушаю. – Повтори.

– А ты рисковая, – Лена смеется.

– Последние дни вытрепали все нервы, – развожу руками и забираю обновленный бокал, который тяну потихоньку. – Надолго это?

– Игра?

– Угу.

– Часов на пять, надеюсь не дольше.

– Черт, скучно.

– Но от этого никуда не деться. Миранков заядлый картежник.

– Это который?

– Боров, – Лена перекладывает одну стройную ногу на другую, – рядом с ним зам. Разбазарили они свой завод, теперь продают. Идиоты.

– Я думала тут все гос.

– Почти, – девушка отвечает уклончиво, – не заморачивайся. Это не наше дело, – она делает паузу. – У вас серьезно?

Я тоже молчу. Признаваться ей в наших товарно-денежных отношениях не хочется. Может, дело в том, что она нормальная. Разница видна невооруженным взглядом. С Виталиной было проще. Она такая же. Да и остальные девочки.

– Надеюсь, все получится, – Лена истолковывает по-своему. – Я Катьку любила, но святой не считала, – она допивает коктейль парой глотков и просит себе еще один, – так что злобной подруги, что мстит за умершую бывшую жену, не будет.

– Спасибо, – чокаюсь с ней тихонько. Лена мне нравится – открытая, приятная в общении. Интересно, какой была Катя. Вадим же за что-то ее полюбил, да и Артем тоже. Может быть, это была роковая женщина, которая расчетливо вертела обоими мужчинами. Или обычная, но разлюбившая мужа. Вадим иногда бывает жестким, склонен закрываться в себе. Возможно, Катя не выдержала. Или с ней он был другим и таким стал после всего? Куча вопросов, на которые у меня нет ответом.

Мы с Леной переходим на более безопасные темы. Она рассказывает, что в Минске у них с мужем есть квартира. Потом меня ждет развернутый отзыв на лучшие места, где можно вкусно перекусить и куда интересно сходить. Лена долго нахваливает театр оперы и балета, зовет как-нибудь составить ей компанию.

Мы перемещаемся на диванчики, потому что от барных стульев через час отваливается спина и затекает задница. Там продолжаем болтать, но уже с нечистой троицей. С ними тоже оказалось интересно. Я узнала, где проходят лучшие закрытые вечеринки Москвы и фэшн-показы. Кто Наташкин стилист, берущий пять штук баксов за сложное окрашивание. А также зачем ходить к топовому хиропрактику с третьим глазом, к которому ходит Аллегрова.

– Сходи, сходи, – поддакивает Алина, черненькая, с большой силиконовой грудью, – она мне моего пупсика нагадала, – и взгляд умиленный в сторону стола, где это счастье лысенькое сидит.

– Обязательно, – молчу о том, что мне и без всякого хиро привалило так, что теперь не знаю, куда деваться. Боюсь, как бы после похода к нему не стало хуже.

Игра заканчивается ближе к двум ночи, когда у нас даже языки болтать заболели. Я с удовлетворением потягиваюсь, наблюдая, как мужчины бросают свои карты. Сильно за игрой я не следила, но Вадим в плюсе. Боров с горой фишек, ему, видимо, выиграть помогли для лучшего настроения. Геннадий пуст. Муж Лены с двумя аккуратными стопочками фишек, но все крупного номинала. В сторону Гордея я смотреть побоялась.

– С Виталиной общаться не советую, – на прощание шепчет мне Лена, укутываясь в меховое манто. Они с мужем отправляются ночевать в свою квартиру. Вот и что это было сейчас, а? Почему не стоит?

Вадим, пока мы идем, все время разговаривает по телефону, затем и вовсе отходит, повышая тон голоса. Кому-то явно досталось.

– Давай я за тобой поухаживаю, раз Вадим тебя бросил тут одну, – материализовавшийся из воздуха Гордей выдергивает номерок из моих пальцем и забирает шубу.

– Не надо было, – поджимаю губы, оборачиваясь на Вадима, что стоит спиной у окна и продолжает монотонно говорить.

– Боишься его? – поддевает Гордей, раскрывая для меня шубу. – И правильно делаешь, Настя, – опускает невесомый мех мне на плечи и очерчивает их ладонями, – на хрен ты с этой тварью вообще связалась?

– Пусти, пожалуйста, – пытаюсь сделать шаг в сторону, но Гордей не дает. Разворачивает в своих руках и внимательно смотрит мне в глаза. – Если тебе понадобится помощь, любая. Просто позвони, – он извлекает визитку из кармана брюк и опускает ее в карман моей шубы. – Ты мне нравишься, Настя. И я бы не хотел, чтобы ты повторила судьбу Кати. Убивший однажды не остановится.

– Прекрати, ты меня пугаешь, – лепечу я. – Вадим этого не делал.

– И откуда ты это знаешь? – он резко убирает свою руку и начинает пятиться. И я понимаю почему. Вадим договорил и направляется к нам. – Пока, Настюш. Удачи, – подхватив свое пальто, Гордей выходит на улицу, где его ждет машина.

На Вадима даже не смотрю, и так ясно, что зол. Жду, пока он оденется. Затем иду следом, кутаясь в шубу. В машине мы едем молча, но его сверлящий взгляд заставляет мои нервы натянуться до предела.

Возле гостиницы, как только дверь машины открывается, я выскакиваю на улицу и иду внутрь. Черт, напряжение между нами просто невыносимое.

Хорошо, что номер на втором этаже, так что поднимаюсь по лестнице и сама открываю дверь ключ-картой. Слышу, как Вадим тихо прикрывает ее за нами.

Сбрасываю шубу прямо на пол. Не оборачиваясь иду в ванную. Включаю воду в умывальнике, но ее шум не перекрывает шума ударов моего пульса. Он стучит в висках, сигнализируя о надвигающейся беде.

– Ты обронила, – Вадим застывает в проеме. В руке у него визитка Гордея.

– Не будь смешным, – закатываю глаза, – он просто сунул мне ее.

– А ты не посчитала нужным избавиться. Хочешь позвонить ему, а, Настя?

– Я не собиралась этого делать, – отвечаю совсем тихо. – Вадим, если тебя что-то не устраивает, я могу уйти прямо сейчас, – пальцы с силой цепляются за раковину. От ледяной струи воды отскакивают брызги ударяют в лицо. Они попадают на раскаленную кожу и высыхают почти мгновенно.

Он сминает визитку в ладони и швыряет прочь. Смятый черный шарик скачет по мозаичному полу и исчезает где-то под раковиной.

– Все вы, суки, одинаковые, – совсем тихо. Спокойно так, но до жути леденящим тоном.

Я застываю, еле дыша. А Вадим приходит в движение. Он плавный, даже ленивый. Подходит близко, становясь за моей спиной, кисти рук спрятаны в карманы. Ведет подбородком, задирая его вверх и обнажая зубы в ухмылке, от которой меня внутри пробирает. Хочется отвести взгляд, но не могу, меня всю ломает от предчувствия его будущих прикосновений – яростных и разрушительных. Я чувствую в Вадиме злость, вижу ее в расфокусированных зрачках, таращащихся на меня через зеркало. Дело не только во мне, а в них, всех вместе взятых: Катя, Артем, маячащий перед глазами Вадима, Гордей, словно две капли воды похожий на брата. И все эти обвинения, измены, предательства.

Мне страшно, что я оказалась втянутой в его жизнь и в эту историю.

Вадим медленно протягивает ко мне ладонь, убирая длинные волосы вбок на плечо. Пальцы пересчитывают обнаженные позвонки. От каждого прикосновения простреливает в теле. Крупные мурашки расходятся от позвоночника, заставляя дрожать.

Чувствую, как молния на спине начинает расходиться, но ничего с этим не делаю. Бессмысленно. Платье соскальзывает, оставляя меня полностью обнаженной и беззащитной. Жмурюсь, видя как глаза Вадима затапливает дурной похотью.

Секунда, и я развернула к нему лицом. Каблуки чиркают мозаику на полу с противным скребущим звуком, пока я пытаюсь удержать равновесие. Вскрикиваю, оказываясь посаженной на столешницу рядом с раковиной. Кожу обжигает прохладой, но я мгновенно перестаю ее замечать.

Вадим медленно скидывает с себя пиджак, затем галстук, пока мое сердцебиение не зашкаливает. Он же все это время продолжает рассматривать мое лицо и тело с явным удовольствием. Мне кажется, мой страх и дрожь заводят его только сильнее. Под аккомпанемент моего надорванного дыхания расстегивает пуговицы на рубашке, обнажая свои бесчисленные татуировки. Быстро справляется с ремнем на брюках и приспускает боксеры.

Отодвигаюсь, когда он приближается вплотную, впечатываюсь в зеркало спиной и замираю. Бежать некуда. В тишине меня всю прошибает словно разрядами тока. Я горячая и мокрая от выступающих по телу капель пота, меня колотит.

Вадим хватает под коленками и дергает на себя, заставляя сдвинуться на самый край. Его член недвусмысленно упирается в мои половые губы.

– Давай, поделись. Насмотрелась на этого урода, понравился? Катя тоже все смотрела, улыбалась. Давай, расскажи, ты уже сравнивала нас, маленькая дрянь? Думала, с кем понравится больше? Не стесняйся, эти два урода одинаковые были. Один хер, я сам их никогда различить не мог. – Сжав мои бедра, резко входит до упора, причиняя боль. Вскрикиваю, упираясь кулаками ему грудь, и замираю. Звук моего голоса в небольшом помещении, отделанном плиткой, резонирует и усиливается.

Руки Вадима тут же оплетают меня, пока сам он впивается в губы зло и голодно. Его много везде: во рту, внутри меня, снаружи. Одна рука в моих волосах, туго сжимает на затылке, вторая жестко ласкает грудь. Мы валимся на столешницу. Позвоночник царапает полированный камень подо мной. Яростное дыхание с обеих сторон, и я не собираюсь уступать. Не хочу!

Придурок ревнивый и обезумевший, у него не получится меня ни запугать, ни сделать послушной куклой. Разжимаю кулаки и погружаю ногти в его предплечью, веду с нажимом через всю грудь, разлиновывая кожу до крови. Вадиму больно, он шипит и натягивает мои волосы сильнее, заставляя запрокинуть голову и открыть шею. Набрасывается на нее с жалящими поцелуями, пока жестко трахает членом внизу.

Выгибаю спину, чтобы приноровиться, и обхватываю его бедра ногами. Каблуками ударяю по ягодицам на каждом толчке. Это какое-то безумие, то, что происходит между нами двумя. Мрачное, темное и неконтролируемое. Вскрикиваю все громче и громче, когда вспышки болезненного удовольствия простреливают внизу живота. Обнимаю Вадима за шею, царапаю, ударяю в грудь кулаком, клацаю своими зубами по его. Кажется, даже кусаю за губу, потому что во рту появляется характерный металлический привкус.

Когда темп доходит до сумасшедшего, мои глаза закатываются сами. Тело в один момент прошивает острой иглой удовольствия, затем я замираю, не в силах дышать, и расслабляюсь. Тело мелко трясет в конвульсиях, пока Вадим догоняет меня. Он кончает мне на живот и резко отстраняется.

– Блядь, – проводит ладонью по своей расцарапанной шее и груди, – кошка дурная.

С трудом отходя от накатившей слабости, сажусь на столешнице. Смотрю вниз. На мне тоже прилично его отметин и засосов. Бедра вообще все в красных пятнах.

– Ты сам, – стискиваю зубы. Зла моего на Вадима не хватает, – сволочь.

– Где-то я уже это слышал, – поднимает рубашку с пола и натягивает себе на плечи.

– Вадим, – тихо прикладываясь затылком к зеркалу за собой, – я так не могу. Мне нужен конечный срок.

– Ты не будешь устанавливать правила, – отмахивается, застегивая ширинку и приводя себя в порядок.

– До нового года, не дольше, – качаю головой.

– Это я буду решать, – пиджак, по которому мы оба топтались, поднимает, а затем бросает обратно. – Ты моя игрушка, Настя. На моих условиях, и, пока мне не надоест, никуда не уйдешь. Так что заткнись. – В его словах слышится веселье. Мрачное, как у стремного Джокера в фильме. Он издевается гад. Может себе позволить, вот и вытворяет.

– Чертово тридцатое декабря, месяц – рявкаю я, – и я ухожу.

– Еще раз, – Вадим подходит вплотную и кладет ладонь мне на грудь. Затем ладонь поднимается выше, сжимая мою шею, – ты не решаешь ничего. Как я хочу, так и будет.

– Я сбегу, – смотрю упрямо ему в лицо.

– Даже не думай со мной играть в эти игры, не беси! – Губы Вадима с ранкой в уголке едут криво вверх. Он дергает меня на себя, приближая наши лица вплотную. Губы грубо касаются моих, его зубы оттягиваю мою нижнюю губу и отпускают.

Вадим смотрит на меня долго и пристально, но глаз я не отвожу. До последнего не прерываю зрительный контакт, пока он не разворачивается и не скрывается за дверью ванной. Что он думает – я не знаю. Что и кому доказывает – не понимаю. Да и не хочу, твою мать! Не хочу!

– Я тебя предупредила, – выкрикиваю уже в пустоту.

Хлопает входная дверь номера, и я сползаю на пол в ванной. Меня все еще потряхивает от адреналина. В голове полный сумбур.

Дохожу до душевой кабины и врубаю воду. Становлюсь под тонкие бьющие струи. Пальцы руки скользят вниз, где я, к собственному удивлению, ощущаю обильную смазку. Мне даже страшно оттого, насколько я была возбужденной с Вадимом сейчас. Это же ненормально – так себя чувствовать.

Некоторое время тупо стою под душем, затем выбираюсь и заворачиваюсь в большое банное полотенце. На часах почти четыре утра.

Голова пустая и тяжелая, сама клонится к подушке. Поэтому я забираюсь под одеяло и тут же вырубаюсь. Скандал с Вадимом и бессонная ночь высосали из меня все силы.

Утро начинается в час дня, когда я разлепляю веки под аккомпанемент мобильного. На экране высвечивается номер мамы. Отключаю звук, решая перезвонить ей позже, и осматриваюсь. Вадима нет.

Где он ночевал, я не знаю. Пытаюсь убедить себя в том, что он большой мальчик и меня его жизнь вообще не должна касаться. Но все равно волнуюсь. Он же был на взводе. А с его взрывным характером легко можно натворить дел.

Заказываю в номер завтрак, а затем иду гулять по заснеженному городу. Даже одной мне неплохо. Намерзнувшись, занимаю столик в ресторане The View, из которого открывается отличный вид на город. Делаю себе на память пару фото.

Вчерашний вечер все не идет из головы. Гордей, наш с Вадимом секс, скандал.

И почему он в меня вцепился? Не понимаю. Видит же, я под него стелиться не буду. Взял бы себе какую-нибудь девку, как из адовой троицы. Такая бы вообще всех устроила и не отсвечивала. Но нет же, мне покоя не дает!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.