Катерина Лаптева
Школа семи чертогов

Лада полной грудью вдохнула свежий воздух. Какая же чудная осень нынче: тепло, сухо, солнечно. В лесу каждое утро была такая благодать, что дух захватывало. Птицы пели, листья шуршали под ногами, да животные то и дело сновали туда-сюда. Будто лес, продлевая лето, вовсе и не хотел готовиться к зимнему сну.

Девушка поудобнее перехватила суму и осторожно двинулась вперёд. Кормить раненого вепря – то ещё испытание. Того и гляди черканет бивнями! Но не кормить нельзя- сгинет.

Надо закончить поживее, пока дед не проснулся. Он обещал взять внучку с собой в чащу – вечером будут проводы Лешего, а это самое доброе время, чтоб набирать лечебные травы около топи. Но и опасное – говорят, Леший сердится в этот день, беснуется и ветки ломает. Но с дедушкой Ладе страшиться нечего.

После, конечно же, будет праздник, начнут молоть первую муку. А как рассветет, Лада уедет… Девушка грустно вздохнула. Будь неладно это обучение! Хотя оно, скорее всего, таким и будет.

Ладе недавно минуло 17 зим, и всё это время она училась у своего дедушки – волхва. Девушка ловко управлялась с различной живностью, да так, что сомнений не возникало – она из чертога Вепря. Как и дед, и много волхвов до него в Ладином роду. И вот теперь в Загорье волхвы из разных чертогов вдруг решили собрать всех юношей и девушек на обучение всему и сразу – дескать, нечего силу магическую урезать, надо обмениваться знаниями. Лада ни за что бы не поехала туда, но дед стоял насмерть:

– Поедешь и точка. Я уж все, что можно тебе поведал, а дальше что?

– Буду жить в деревне, помогать людям, – спокойно улыбаясь, проговорила девушка.

– Будешь, а как же, только опосля, – твердо заявил дед. – Рановато тебе ещё людям-то помогать, знаний поднабраться надо, а от меня толку уже немного…

Деда Лада обожала и, несмотря на его уверения, знала точно, что он ещё не передал ей и половины своих знаний. Но упрямство было их семейной чертой, а потому переубедить Лесьяра было невозможно.

Девушка аккуратно пробиралась через небольшой залесок. Осенний воздух приятно холодил кожу, трава тихо шуршала под ногами. Лада напевала песенку под нос и шла, смакуя каждый шаг. Вот она остановилась. Прислушалась. Присела и приложила ладошку к земле. Затем закрыла глаза и мысленно поманила зверя. Этот момент в чародействе девушка любила больше всего: когда кидаешь клич, и природа отзывается.

Некоторое время ничего не происходило, но Лада спокойно сидела, не открывая глаз. Вдруг она услышала треск сучьев, уловила прерывистое дыхание и улыбнулась: идёт.

Вепря ранили несколько дней назад, лечиться он не давался, но еду брал – и только из рук Лады. Хрюкал, яростно хорохорился, пыжился, мол до сих пор грозный и могучий, но послушно съедал всё и, кажется, всё же шёл на поправку. Можно было бы подсыпать сон-травы в еду, чтоб не рисковать каждый раз, но ведь он потом верить не будет. Гордый зверь.

Вот и сейчас он стоял перед Ладой во всей красе, настороженно наклонив большую голову. Маленькие глазки не отрываясь следили за каждым движением девушки. Лада аккуратно положила на траву пищу и потихоньку стала отходить назад. Расстояние между ней и вепрем было и так большим, но для такого зверя преодолеть его в мгновение ока – раз плюнуть. Лада прикрыла глаза, мысленно успокаивая вепря, задабривая его. При этом она ни на миг не останавливалась. Наконец тот двинулся с места, аккуратно принюхиваясь.

Когда Лада убедилась, что кабан ест, она с облегчением вздохнула и двинулась в сторону дома – пора было будить дедушку.

***

– Повтори-ка еще раз.

– Дедушкааааа, ну сколько можно, – притворно захныкала Лада.

– Сколько надо, – отрезал Лесьяр, нагибаясь над душицей.

Небольшого роста, в лаптях, шароварах и простой рубахе, Лесьяр был ловок как кот, несмотря на возраст и седины . На голове его алело очелье с вытканным внучкой знаком Вепря.

Лада вздохнула и ровно произнесла:

– Главных чертогов семь: чертог Вепря, Макоши, Рода, Матери Земли, Живы и Семаргла. Есть еще чернобожники.

– Были чернобожники, – поправил девушку дед, – и слава Велесу, сгинули.

– Ты же говорил, что кто-то из волхвов все равно тёмной магии учится, да и чертог где-то есть…

– Балуются потихоньку, – кивнул Лесьяр, – но все это блажь. Настоящие чернобожники творили страшные дела, тогда и других чертогов толком слышно не было.

– Ты наконец поведаешь, как и куда они все исчезли? – в который раз задала Лада вопрос.

– Я тебе и так лишку рассказывал всегда! Неважно это. Исчезли и исчезли, вот в школе и разузнаешь. Давай-ка дальше!

Лада закатила глаза и подставила мешочек под траву, которую успел насобирать дед.

– Чертог Вепря главный, ему негласно подчиняются остальные. С чертогом Макоши лучше не спорить – могут накликать беду. Дети Рода вспыльчивы, да отходчивы. Предсказатели из чертога Семаргла не от мира сего. Не верить всему, что они говорят. Чертог Матери Земли и Живы самые спокойные. Если узнаю потомственного чернобожника – буду держаться подальше.

– Молодец, – кивнул дед. И махнул рукой – пора уходить.

– Только я не смыслю, зачем мне всё это знать? Я еду туда за познаниями, а не для того, чтоб разбираться, с кем можно знаться, а с кем нет.

Дед резко остановился и хмуро глянул на внучку. Лада очень хорошо знала этот взгляд и уже приготовилась к очередному выговору, но Лесьяр вдруг тихонько вздохнул и сказал:

– Лада, это не просто школа. И не зря они решили соединить вас всех вместе. Да, сейчас главный чертог – чертог Вепря, но это не на все года. Наши волхвы любят властью поиграться, а значит, будут не столько учить вас, сколько союзников себе набирать. И скорее всего, власть кочевать будет из рук в руки. А вы молодые еще, зеленые. Из вас проще слепить что надо, заманить, заморочить…К кому власть уйдет, кто ведает? А потому едешь ты туда не только за знаниями, но и за дружбой. Я вот всю жизнь отшельником прожил, не смог сдружиться с этими колдунами, и зря! Знаешь, сколько раз жалел об этом? Но с тобой такой промашки не случится. Поэтому в добрый путь: учись, смотри по сторонам, заводи друзей. Чтоб не куковать потом, как я – с вепрями да медведями.

– Но мне нравится эта жизнь, – возразила Лада. – К тому же вся власть у волхвов, какой смысл дружить с молодняком?

– Да такой, – громыхнул дед, – что этот самый молодняк – волхвы грядущего!

– Ну допустим. А почему тогда этим самым старым волхвам не набрать совсем малышей? И воспитывать и лепить, что им там нужно?

– Ох, и болтушка ты, сил нет! Да потому что обряд посвящения у нас только на десятом году жизни проводится, а к шестнадцати-семнадцати зимам магия-то копится и начинает бурлить! Черпай и пользуйся. А до этого бесполезно, там и работать не с чем и лепить пока не из чего. Нет, это они очень уж здорово придумали: съедутся к ним со всего края ребята, воспитанные каждый своим учителем, наполненный каждый своей силой. А они уж глядеть и будут. И глупые вы еще, чуть подожди – уже ума понаберетесь, абы за кем не пойдете.

– Тогда тем более не смыслю, ну я-то там зачем? От меня тут пользы больше, а там вдруг меня кто за собой поведет, заморочит? Буду как овечка чужой силе служить…

– Да что же это такое! – завопил Лесьяр. – Битый час я ей толкую, а она все свое заладила!

Огромными шагами дед пошел прочь из леса. Лада послушно семенила за ним, тихонько посмеиваясь над дедушкиными воплями.

– И зачем тебя Ладой нарекли, ума не приложу! Какая же ты Лада? Ты болтушка, спорщица великая. Слова не скажи, сто с лишним вопросов назадает…

Лада вздохнула. Ворчал дед все чаще и чаще. И она почему-то была уверена, что как только окажется в школе, ей будет недоставать этого ворчания.

Провожать Ладу вышли всей деревней. Что бы дед ни говорил, она была любимицей многих, ведь лучше девушки никто не мог общаться с животными: кому козу подлечить, кому заблудшую овечку найти, кому с особо своенравной лошадью договориться… Кто-то из женщин плакал, кто-то собирал девушке на дорожку лепешки, блины и прочую снедь. В конце концов Первак, который запрягал повозку, не выдержал:

– Вы думаете их там кормить не будут что ли?? У меня уже телега просела!

Наконец все необходимые ритуалы были закончены, и Лада, попрощавшись со всеми по четвертому кругу, подошла к дедушке.

– Посылай голубку хотя бы раз в девять дней, – напутствовал Лесьяр, наскоро обнимая внучку. – И пожалуйста, повнимательнее там. Приглядывайся ко всем, присматривайся. Учись и дружи. Если что не так – сразу пиши!

Лада кивнула и еще раз крепко обняла деда. Девушка была хмурой и напряженной. Внезапно мелькнуло нехорошее предчувствие. Она посмотрела на дедушку, открыла было рот, но покачала головой и сказала только:

– До свидания…

Всего через пару мгновений она уже сидела в телеге и смотрела на удаляющуюся деревню. Она уезжала из самого теплого, самого родного места куда-то в неизвестность. И это ее очень пугало.

***

Лада проснулась от шума. Открыла глаза, села в телеге и с изумлением увидела небольшой рынок. Девушка наскоро провела рукой по волосам и протерла глаза – на нее и так вовсю пялились уличные торговцы, надо хоть немного привести себя в порядок.

– Проснулась? – улыбнулся ей через плечо Первак. – Вот ты спать горазда, Ладушка! Всю дорогу, словно сурок какой и проспала. Готовься, в полдень прибудем.

Лада глянула на солнце – у нее оставалось не так много времени. Она достала из сумы гребень и, стыдливо скрываясь от назойливых глаз торговцев, стала расчесывать густые светлые волосы. В детстве дедушка ласково называл ее Колоском, потому что волосы ее отливали пшеничным цветом. Лада вздохнула при воспоминании о дедушке. Да, она проспала всю дорогу: нарочно стащила у деда перед дорогой немного разных трав и в том числе – сон-траву. Разжевала вчера пару веточек, чтоб заснуть крепко и ни о чем не думать. Девушка еще вчера поняла, что так до конца и не могла поверить, что ей придется ехать в школу – пока наконец она не села в телегу и не отправилась в путь. До последнего момента она ждала, что дедушка передумает и велит ей остаться. И, несмотря на то, что она часто спорила с ним, ослушаться Лесьяра было для нее чем-то совершенно невероятным.

Девушка убрала гребень, наскоро заплела косу и надела очелье со знаком Вепря – таковы требования школы. Каждый из учеников должен был носить знак своего чертога.

Чтоб как-то отвлечься она попробовала было рассматривать лица торговцев, но стоило встретиться с кем-то из них взглядом, как он тут же увязывался вслед за телегой, на весь рынок расхваливая свой товар. После того, как Первак серьезно повздорил с одним из торгашей, девушка выбрала другое занятие. Она решила перебрать свои вещи и проверить, все ли она положила. В этом, конечно, было мало смысла – не возвращаться же им с Перваком, если вдруг она и впрямь что-то оставила дома. Но это действие успокаивало, да и перебирать свои вещи было приятно. Их было не так много, но каждая вещь что-то да значила или даже умела. Вот гребень – резной, красивый, дедушка вырезал его для Лады из клёна. Лада любила заговаривать его и долго, вдумчиво расчесывать волосы. Так и от боли можно было избавиться, и ум успокоить. Рядышком лежали несколько мешочков с травами – часть из них девушка собирала сама и сушила заранее, а часть стащила накануне у дедушки. Вот несколько украшений, что дарили ей женщины из деревни за работу: тут и очелья и серьги и даже кольцо с Ладиной руной. А недалеко от них примостилось зеркальце – это подарок от дедушки на семнадцатилетие. Зеркало Лада доставала редко и только днём – в нём жила Зерцалица, принимающая образ человека, который смотрелся в зеркало. А еще она умела распознавать нечисть, зачаровывать человека по ту сторону блестящей поверхности и даже служить проводником между Навью и Явью. Лада боялась Зерцалицу и не доверяла ей после того, как та попыталась зачаровать ее. Лишний раз не трогала зеркальце, а уж по ночам суеверно заворачивала его в несколько слоев ткани. Девушка скользнул взглядом по волшебному предмету и поморщилась. Она хотела оставить его дома, но Лесьяр настоял, чтоб Зерцалица отправилась с Ладой.

– Союзница тебе не помешает, – отрезал дед, – а то, что своенравна, да ты на себя глянь! И нечего на зеркало пенять…

Рядом с зеркальцем находилась самая главная драгоценность: небольшая книжечка из бересты, которую Лада бережно склеивала сама из собственных записей. Тут были все ее знания о животных, вопросы и ответы, наблюдения и много-много всего другого. Девушка погладила шероховатую поверхность книги и как следует уложила весь свой скарб в суме. Затем вяло пожевала лепешек, которых собрали в дорогу сердобольные односельчане и стала мысленно готовиться к встрече с волхвами, школой и новой жизнью.

Первым делом она попыталась мысленно прикоснуться к здешнему животному миру. Будучи из чертога Вепря, который славился великими заклинателями диких животных, Лада с детства училась разговаривать и чувствовать живой мир вокруг. Это было похоже на мягкие прикосновения, на робкое первое приветствие. Словно кто-то перед заходом в озеро аккуратно трогает воду носочком, проверяя, можно ли зайти и окунуться. Лада знала, что у каждого волхва из чертога Вепря свои особенные отношения с животными, кроме того – свой способ общаться с ними. Кто-то приказывал, кто-то просил, кто-то наблюдал и не вмешивался без нужды. Лесьяр никогда не рассказывал внучке подробностей, но девушка предполагала, что чертог Вепря не просто так обрел силу и стал главным – возможно, магия животного мира пригодилась волхвам в этом. Разъяренный медведь или косматый волк с оскаленной пастью – очень веские доводы в любом споре.

Лада с детства не любила приказывать животным, хоть дед и настаивал на том, чтоб этот навык внучка оттачивала тоже. Но ей больше нравилось наблюдать, слушать, помогать, где надо, и жить в унисон с лесными обитателями. И она очень боялась, что в школе ее заставят поступиться своими привычками…

– Ладушка, – донёсся до девушки голос Первака. От неожиданности девушка вздрогнула и чуть не упала с телеги: воспоминания и попытка познакомиться с окружающим животным миром унесли её куда-то далеко от настоящего.

– Мы приехали. Ты готова? Далеко я не поеду, но деревенька вроде небольшая… Подвезу тебя как можно ближе.

Лада оглядела местность. Пока она была погружена в мысли и переживания, они миновали рынок и въехали в сосновый бор. Запах иголок и смолы тут стоял такой, что, казалось, его можно было зачерпнуть ложкой. Высокие стройные сосны взлетали вверх, под колесами телеги мягко шуршали иголки, а перед взором девушки предстала небольшая деревня с аккуратными избами. Межу ними петляли дорожки, выложенные камнями, по которым сновали юноши и девушки. Они смеялись, переговаривались, прощались с родными. Лада успела рассмотреть ребят помладше и своих ровесников. Волхвов видно не было, но неподалеку виднелась самая крупная и искусно украшенная изба, из трубы которой вился дымок. Лада поняла, что там-то будущие учителя и притаились. Она вздохнула, нехотя слезла с телеги и подошла к своему попутчику и проводнику.

– Я очень благодарна тебе, Первак, – улыбнулась девушка. – Если бы не ты, пришлось бы выдвигаться на день раньше! Я оставила тебе гостинцев в телеге…

– Что ты, что ты, оставь себе, – замахал руками Первак, – я ж на рынок все равно ехал, да и в Залесье придется заезжать. Все равно по пути. А гостинцы и правда оставь – вдруг вас тут кормить плохо будут…

– Тут лес кругом, – улыбнулась Лада, – я точно не пропаду.

Шедшая мимо девушка с насмешкой глянула на Ладу и фыркнула.

– Нормально здесь кормить будут, – высокомерно протянула неожиданная собеседница. – Но если кто привык питаться подножным кормом – лес рядышком.

И с этими словами девушка резко развернулась и ушла – словно ей было совершенно неважно, что ответит Лада и ответит ли вообще.

– Вот и поговорили, – растерянно протянула девушка.

– Гордячка какая, – с недоумением протянул Первак. В их деревеньке люди были простыми и добрыми. – Держись от нее подальше, чую, от нее только беды и ждать…

На этой безрадостной ноте Первак попрощался с Ладой, развернул телегу и уехал. Девушка смотрела ему вслед до тех пор, пока он окончательно не скрылся из виду. Затем она глубоко вздохнула пошла к дому, где жили волхвы.

***

– Ты к кому, милая? – ласково спросил старый коловерши. Большая ушастая голова была наклонена вбок, а зеленые глаза пристально и цепко осматривали Ладу. Шерсть у него потускнела, а кое-где даже виднелись проплешины. Большой кот лениво дергал хвостом, но леность эта была обманчива – девушка чувствовала, что коловерши напряжен и насторожен. Он сидел в сенях, закрывая собой дверь в избу.

– К волхвам, – осторожно произнесла Лада.

– Зачем? – промурчал кот.

– Сказать, что приехала, – растерянно проговорила девушка.

Кот издал странный звук – нечто среднее между смехом и мяуканьем и с насмешкой произнес:

– Что ж, это несомненно очень важно для волхвов – знать, что именно ты посетила нашу школу. Но сейчас к ним нельзя. Иди на улицу и жди. Скоро выйдут.

Лада, сердясь на себя, на коловерши, на деда и вообще на всех вместе взятых, побрела обратно. На улице было шумно и суетливо – казалась, деревенька была наполнена смехом и песнями. Лада растерянно стояла у крыльца дома, не зная, куда идти и как себя вести. Ее взгляд метался от избы к избе, от лица к лицу, пока наконец не наткнулся на спасительную зелень леса. Она сбежала по ступеням вниз и, спрятавшись ото всех, положила ладошки на ближайшее дерево и закрыла глаза. В то же мгновение вся тревога ее улеглась, лоб разгладился, дыхание стало размеренным и ровным. Перед Ладой открылся лесной мир – простой и понятный. Она окинула мысленным взором сосны, нашла животных… Вокруг школы их было немало: и барсуки, и лисы, и зайцы. Лада даже нашла одного взрослого медведя. Тут, в животном мире все было правильно, все было на своих местах, кроме…Что это? Совсем слабый отголосок страха? Лада приготовилась ухватить его, словно путеводную нить, распутать, размотать…

– Ого! – рядом раздался восхищенный возглас, и девушка резко открыла глаза, сбитая с толку и ошеломленная. Она мотала головой и щурилась – словно вынырнула из темноты на свет. Рядом с ней стоял юноша лет 16-и и восхищенно смотрел на Ладу.

– Ой, извиняй, я тебя сбил? Я просто впервые вижу, как с деревьями разговаривают! Ты из чертога Матери Земли? Это чудно так! А как ты руки держала? А у меня получится?

Лада только хлопала ресницами – деятельный и суетливый собеседник сбивал ее с толку, к тому же она все еще чувствовала острый запах страха. Девушка помотала головой и внимательнее посмотрела на юношу. Он был полноват, в свободной рубахе и грязноватых шароварах. На руке желтел простой медный браслет с оттиском. Чертог Вепря.

– Я… я тоже из Чертога Вепря, – Лада указала на свое очелье. – Я не говорила с деревьями, просто осматривала лес.

Новый знакомый, казалось, изумился еще сильнее: глаза округлились, полноватое детское лицо осветилось радостью.

– Вот это даааа, – прошептал он. – Ты уже это умеешь! Тебя как звать? Я – Мокша. Но я совсем глупый, – бесхитростно признался он. – Я даже не знаю, смогу ли пройти испытания.

– Испытания? – насторожилась Лада. – Какие испытания?

– А ты не знала? Завтра нас всех ждут испытания от каждого из волхвов. И тогда они уже окончательно решат, кто из нас достоин учиться. Я так хочу попасть в школу! Эх, мне бы твои способности… А как тебя зовут-то?

– Лада, – рассеянно произнесла девушка, обдумывая слова Мокши.

Про то, что нужно будет доказать свою силу она слышала впервые. Сколько же еще неожиданностей ее ждет? В груди вновь заклокотал гнев: никто ничего не мог объяснить; не ясно было, куда идти и как вести себя… И при этом девушка почувствовала одновременно тревогу от того, что может опозориться на испытаниях и облегчение – а ну-как не примут и она вернется домой, к деду. Но представив себе разочарованное лицо Лесьяра, она печально вздохнула: нет, провалить испытания нельзя.

– Да ты не грусти, Ладушка, – произнес Мокша, осторожно коснувшись руки девушки, – не такие уж они и страшные будут, эти испытания!

– Конечно не страшные, просто кого-то отправят домой. Отсеют шелуху, – раздался знакомый голос рядом, и Лада увидела свою давешнюю собеседницу.

Та с насмешкой осматривала Мокшу. А Лада наконец смогла рассмотреть ее. Первое, что бросалось в глаза – это невероятная красота девушки: черные как смоль волосы свободными волнами ниспадали на плечи, стройную фигуру подчеркивал простой сарафан с широким поясом, а глаза отливали такой невероятной зеленью, что, казалось, в них можно было утонуть. Но при этом было в облике красавицы что-то отталкивающее – словно вся ее красота была…злая. Зеленые глаза неприятно щурились, красивые полные губы кривились в насмешке, а тонкие пальцы некрасиво изгибались – как у большой хищной птицы.

– Ты специально ходишь по деревне, чтоб подгадать момент, когда сказать гадость? – неприязненно произнесла Лада.

– Разве это гадость? – захлопала ресницами девушка. – Это правда. Просто не хочу, чтоб вы с… другом привыкали к здешним местам. Завтра вас тут уже не будет, помяни мое слово.

Лицо Мокши вытянулось от обиды.

– Не слушай ее, – шепнула Лада ободряюще. – А ты иди-ка поищи людей своего круга, не трать силы на простых смертных.

Девушка фыркнула и собралась было ответить что-то едкое, но из-за сосны внезапно вышел юноша, словно только и ждал этого момента. С первого же взгляда было ясно, что они с девушкой родственники: та же зелень глаз, те же черные волосы и насмешливый взгляд. Правда злости в юноше было куда как меньше. Он скорее был хмур и сосредоточен: меж бровей залегла складка, рот сжат. Лада успела рассмотреть старый шрам, который тянулся от брови к кончику глаза.

– Вот ты где, – обратился юноша к противной девушке, – идем скорее, сейчас будут расселять по избам.

– Я уже иду, – кивнула та и, уходя, бросила через плечо:

– Вы не торопитесь, это только для тех, кто останется здесь надолго.

С этими словами она удалилась вместе со своим другом. Лада и Мокша переглянулись. Да, новая жизнь начиналась не очень гладко…

***

Всю ночь Лада не могла сомкнуть глаз. Накануне их очень быстро расселили по избам, которые внутри оказались неожиданно просторными: каждая была рассчитана на пять девушек или юношей. Каждому ученику досталась красивая резная лавка, подушка, небольшой сундук для вещей и маленький столик. Ладу поселили с четырьмя девушками: две из чертога Вепря, одна предсказательница и тихая девушка из чертога Матери Земли – Бажена. Она понравилась Ладе больше всех. Простая, спокойная и какая-то светлая. «Уже два человека, с которыми можно поговорить», – приободрила себя Лада.

Собственно, больше ничего хорошего про школу она сказать не могла. Перед расселением к ним вышел коловерши и сообщил, что волхвы назавтра устроят им испытания – каждый свое. И велел собраться на поляне, неподалеку от деревни, через час после рассвета – и на этом все закончилось. Никаких пояснений, никаких ответов. Да даже сами волхвы так и не вышли к будущим ученикам. Неизвестность злила и пугала, и вот теперь Лада лежала в темноте, рисуя в голове возможные завтрашние испытания – одно страшнее другого. Девушка никак не могла успокоить расшевелившуюся тревогу, а заваривать сон-траву побоялась – а ну-как проспит и с позором отправится к Лесьяру. Судя по судорожным вздохам, не одна Лада мучилась бессонницей. Соседки тоже не спали, но никто из них не заводил разговора – каждая пыталась справиться с тревогой в одиночку.

Раннее осеннее утро встретило юных чародеев серостью и холодом. Жиденький рассвет едва освещал все вокруг. Пахло еловыми шишками. Лада стояла в удивительно молчаливой толпе: куда ни глянь, везде хмурые сонные лица. Все ждали испытаний. Единственная, кто сохранял спокойствие – это давешняя знакомая Лады. Она выглядела довольной, выспавшейся и уверенной. Ходила и разговаривала с другими так, словно она тут хозяйка, словно от ее решения зависели судьбы всех, кто собрался в это промозглое утро на поляне.

Лада фыркнула и отвернулась.

– Тебе тоже от нее досталось? – спросила Бажена, заметив реакцию девушки. Они познакомились, пока шли к месту сбора.

– Мне кажется, всем от нее досталось, – улыбнулась Лада.

– Да уж… Меня она теперь иначе чем Блажена и не называет.

– Странная она какая-то, – нахмурилась в ответ Лада. – Конечно, мы тут чтобы учиться, а не заводить друзей, но она, кажется, настроила против себя уже немало людей.

– Она может себе это позволить, не надо связываться с Властой, – испуганно шепнула одна из соседок девушек.

– Почему? – пожала плечами Лада.

– Ты что, не слышала, из какой она семьи? – продолжила девушка. Кажется, ее звали Милой.

– Нет, не слышала, – покачала головой Лада, – мне вообще кажется, что я ничегошеньки не знаю об этом месте!

– А что с ее семьей? – спросила Бажена.

– Поговаривают, что они с братом из чертога Чернобога!

– Разве кто-то из этого чертога остался? – удивилась Бажена, и Лада про себя порадовалась, что их знания на этот счет совпадают.

– Старых волхвов никто давно не видел, – жутким шепотом продолжала просвещать их Мила, – а эти уже новые. Поговаривают, что их отец был из чертога Чернобога, но он давно пропал. И вот теперь чернобожники смогут возродиться… Вряд ли Власта с братом единственные… Лучше держаться от них подальше.

Лада собиралась было сказать, что принадлежность к чертогу Чернобога не дает Власте право быть выше других, но внезапно толпа зашевелилась, заволновалась и двинулась куда-то вбок. Поток понес девушек ближе к центру поляны. Лада разглядела молодого мужчину, который стоял в центре поляны и доброжелательно смотрел на толпу учеников. Он был высоким, с вьющимися светлыми волосами и голубыми глазами. Он него волнами исходила сила, будто ему с трудом удавалось стоять на одном месте. Когда толпа немного успокоилась и воцарилась тишина, мужчина заговорил:

– Здравия вам, дорогие наши ученики! Я – Златослав, из чертога Рода. Мы – волхвы Школы Семи Чертогов – рады вам всем! И была бы на то наша воля – оставили бы и учили всех. Но вас оказалось так много, что мы вынуждены были придумать испытания – для отбора лучших. Ничего не бойтесь, просто покажите все, что вам по силам. Итак, мы начинаем. Юноши и девушки, которым нет шестнадцати зим, соберитесь возле нашего коловерши. Остальные, прошу остаться со мной.

Началась возня, подкрепляемая разговорами, взволнованным гулом ребят и ворчанием старого коловерши. Когда наконец толпа была разделена, Златослав махнул рукой, и Лада вместе со своими соучениками двинулась за волхвом.

– Какой он молодой, – шепнула она Бажене, пока они шли.

– Так он же из чертога Рода. Волхвы-стихийники все такие. Я слышала, что они часто гибнут, слишком сложная магия и неуправляемые силы… Оттого и волхвами становятся раньше.

– Интересно, как выглядят остальные, – пробормотала Лада.

Златослав заводил их все глубже в лес, и вскоре ребята оказались в такой густой чаще, что, казалось, они просто перешли изо дня в ночь. Лада услышала неподалеку вскрик и звук падения. Она и сама чуть не полетела на землю, зацепившись за корявый корень дерева. Но устояла на ногах, и тут же засунула руку в секретный кармашек на поясе – проверить, не вылетело ли зеркальце. Утром, когда Лада собиралась на испытания, она зачем-то взяла его с собой. Зерцалица хоть и была противной, а все же напоминала о доме – и девушка была рада даже такой поддержке.

– Лада?.. – раздался рядом напряженный голос Бажены. – Возьмемся за руки?

– Конечно, – Лада с готовностью протянула руку.

Наконец впереди забрезжил огонек света, затем еще один, и спустя мгновение, ребята во главе с Златославом вышли на большую просторную поляну. Лада ахнула, да и по толпе учеников пронесся удивленный вздох. Поляна была разделена. Каждое место было огорожено столбиками и пеньковыми веревками: где-то томились животные, где-то стояли грубые столы с разложенными предметами и травами, а где-то было пусто, если не считать неподвижных фигур. «Вот и оставшиеся волхвы» – подумала Лада. Она не видела их лиц, только очертания, но почему-то была уверена, что это именно они. На поляне была такая тишина, которую, казалось, можно было пощупать: ученики молчали, завороженные зрелищем. Горели факелы, весело трещал огонь, изредка шуршали иголки под ногами людей – и это все звуки, которые были слышны. Наконец Златослав произнес:

– Вы можете выбирать любое испытание, неважно, с какого вы начнете и каким закончите. Главное, скажите волхву свое имя и чертог. Но время ограничено, так что не спите!

С этими словами он замолчал и направился к одному из огороженных мест. Никто из учеников не пошевелился – всегда страшно быть первым. Все смотрели друг на друга и тут же прятали глаза. Наконец из толпы вышел юноша и направился к ближайшему сектору. В его зеленых глазах мелькнул отблеск огня, и Лада узнала брата Власты. Все завороженно смотрели, как он подходит к одному из волхвов и тихо называет свое имя.

– Пошли, – Бажена потянула подругу за рукав. – А то придется ждать, и мы можем не успеть.

Лада послушно пошла за Баженой и вскоре поняла, что та оказалась права. Ведь рядом с каждым волхвом умещались всего три-четыре ученика, обрекая остальных на тревожное ожидание.

Они с Баженой, все еще держась за руки, подошли к ближайшему волхву.

– Бажена, чертог Матери Земли.

– Лада, чертог Вепря.

Волхв быстро записал их имена в свой свиток и вышел на свет. «И этот молодой!» – мелькнуло в голове у Лады. У него были угловатые черты лица, меж бровей залегла складка, а взгляд был уставшим.

– Годислав, чертог Живы. Чертог целителей,– отрывисто произнес волхв и жестом указал девушкам на стол с травами, лекарственными настойками и бинтами. – Представьте себе, что вам нужно вылечить глубокую, но не очень серьезную рану. Выберите нужные лекарства.

Лада с интересом подошла к столу и стала рассматривать скляночки, растения и глиняные плошки с мазями. В целительстве она была не очень хороша, хотя пару простых заговоров знала. А вот с травами и мазями дед часто ее знакомил. Так, это сон-трава, не подойдет. Это мята-холодянка, тоже мимо… Пожалуй, можно взять немного чистотела. Лада принюхалась и аккуратно подцепила мизинцем немного мази. Кожу тут же начало жечь. Ох, да это яд, а не лекарство! С чистотелом шутки плохи, нельзя брать много, так и отравиться недолго…

Лада отложила в сторону чистые бинты, настойку из листьев лопуха и мазь из пастушьей сумки. Годислав тем временем встречал уже другую пару учеников. Он записал их имена, подвел к столу и наконец обратил внимание на Ладу. Окинул взглядом лекарства, которые она выбрала, не задал ни одного вопроса, сухо кивнул и сказал:

– Можешь идти.

Бажена все еще стояла около лекарств, не решаясь сделать выбор, и Лада пошла дальше одна. Что ж, первое испытание оказалось не таким уж сложным. Следующая часть поляны оказалась под влиянием чертога Матери Земли. Заняв очередь, девушка с удивлением увидела, что всех учеников тут встречает женщина! Почему-то Лада была уверена, что все волхвы будут мужчинами: дед рассказывал, что женщин редко делают главными в чертогах. Женщина-волхв была очень красива: мягкие седые волосы аккуратно заплетены в длинную косу, яркие голубые глаза ласково смотрят на учеников и учениц, полные губы в полуулыбке.

– Лада, чертог Вепря.

– Сияна, чертог Матери Земли, – мягко произнесла женщина. Голос у нее был тоже красивый, грудной. – Я рада приветствовать тебя, Лада. Сейчас я запишу остальных, и расскажу, что вам нужно будет сделать.

Рядом с Сияной вдруг стало так спокойно, и Лада совсем забыла о том, что она находится на испытании. Ей казалось, что она на уроке, и ей сейчас наконец-то все разъяснят и покажут. Вдруг она почувствовала, как кто-то дергает ее за рукав.

– Мокша! – воскликнула Лада. – Как ты?

Ее знакомец выглядел очень грустным.

– У меня ничего не получается… Я предсказал, что пойдет снег, а у Годислава выбрал отраву вместо лекарства…

– Нам что, нужно будет делать предсказания?? – Лада похолодела, но тут же взяла себя в руки:

– Не переживай, – ободряюще шепнула она, – это ведь не твои чертоги. Вот увидишь, дальше будет легче.

Сияна наконец записала всех и произнесла:

– Друзья мои, перед вами лежат травы. Если кто-то из вас уже познакомился с чертогом Живы, вы знаете, как легко можно перепутать лекарство и яд. Я прошу вас разложить все травы на две кучки: наносящие вред и приносящие пользу.

– Но ведь вред может причинить что угодно, если меру не соблюдать, – произнес кто-то справа от Лады. Она повернула голову и увидела брата Власты. Его голос (как и он сам) был так спокоен, что Лада позавидовала: вот как у них с сестрой это получается? В чем секрет?

– Верно, – наклонила голову Сияна, внимательно осматривая юношу, – но есть травы, которые вредят даже в малом количестве. Вот их-то вам и следует отобрать.

И ребята приступили к заданию. Лада любила травы и растения, наверное потому, что они были частью леса. Лесьяр с младых лет брал внучку в лес и показывал все: как срезать, как хранить, как готовить растения и цветы. Поэтому задание Ладе понравилось, а присутствие Сияны вселяло уверенность и покой. Так, подорожник, рогоз, душица… Болиголов, красавка…

Лада как раз раздумывала, куда пристроить чистотел, как услышала свое имя.

– Ладушка, – это шептал Мокша, – помоги…

Он стоял рядом с девушкой и выглядел таким растерянным, что у Лады защемило сердце от жалости. Она попыталась незаметно подсказать юноше, куда определить белену, но тут вмешался брат Власты:

– А когда колдовать он будет, ты тоже за него все делать будешь?

Лада нахмурилась, но отвечать не стала. Тут к ним подплыла Сияна и аккуратно встала между Мокшей и Ладой.

– Как дела, милая? Справилась?

– Почти, – кивнула Лада, пытаясь разглядеть,как там Мокша, – только у меня получилось три кучки…

– Рассказывай, – ободряюще улыбнулась женщина.

– Тут у меня все полезное. Конечно, если переборщить, – Лада специально выделила последние слова интонацией и бросила быстрый взгляд на брата Власты, – то это и впрямь может навредить, но в основном тут все то, что может спасти и помочь. А вот эти растения вредят однозначно, некоторые из них не стоит даже просто брать голыми руками. А вот тут у меня отдельная кучка, куда попали растения для искусных лекарей: в правильном количестве они могут помочь, их добавляют в зелья и мази, но стоит сделать одну крошечную ошибку и…

– Интересно, – произнесла Сияна, перебирая среднюю кучку с травами. – Бузина, дурман, чистотел, багульник. Ты из чертога Вепря?

– Да, но я очень люблю травы, и мой дедушка много о них рассказывал.

Сияна кивнула, сделала какую-то пометку в записях и произнесла:

– Очень хорошо, Лада. Я думаю, ты можешь идти.

Девушка кивнула и нехотя отошла от стола. Она все еще оборачивалась на растерянного Мокшу, а Сияна уже подошла к брату Власты:

– Ну, рассказывай, мой мальчик, мне не терпится посмотреть, как ты справился с заданием.

Лада вытянула шею и заметила на столе перед юношей аж четыре разных набора. Мда, не повезло волхву из чертога Матери Земли – своенравные ученики выполняли задание по-своему.

Окрыленная успехом, Лада приободрилась. Испытания оказались не такими и страшными. Можно идти дальше! Но, как оказалось, радовалась девушка рано: следующий огороженный участок принадлежал чертогу Рода, а значит, там притаились стихийники. Девушку встретил Златослав: светловолосый, голубоглазый и невероятно деятельный. Хоть волхв и был неподвижен, от него волнами исходила бурлящая сила.

Лада завороженно смотрела на молодого мужчину и, когда пришло время называть свое имя, запнулась.

– Влада? – переспросил Златослав.

– Лада. Чертог Вепря.

– Что ж, Лада из чертога Вепря, подходи поближе, – и волхв жестом указал девушке на несколько пеньков, стоявших в ряд.

– Итак, друзья, перед каждым из вас кусочки четырех стихий. Это то, с чем имеют дело маги из чертога Рода: земля, огонь, вода и воздух. Ваша задача: сделать хоть что-то хоть с чем-то.

– Что именно сделать? – переспросил кто-то, и Лада с радостью узнала голос Бажены. И точно, вон она – через одного ученика, по левую руку.

– Заставить хоть одну из стихий работать на вас: устройте маленькую водяную бурю или усмирите огонь. Можете приступать.

Ученики переглянулись: не очень-то понятное указание… Лада прошлась вокруг пенька: на достаточно широком срезе лежала горстка земли, в глиняной чашке блестела вода, рядом в такой же чашке плясал небольшой огонек, и завершал картину скромный кустик. Наверное, на нем нужно было показать умение владеть воздухом и ветром. Лада обошла пенек ещё раз, но так ничего и не придумала. И не почувствовала. Огонь кусался, вода была мокрой, а куст с землёй был просто кустом с землёй… Впервые девушке стало интересно, что делают другие. Она украдкой огляделась: Бажена с сосредоточенным лицом проращивала из горстки земли семечко. Какая-то девушка со скучающим видом легко закрутила водоворот в чашке, а затем вдруг взяла, да и выкинула фокус: взвила огонь высоко-высоко, а затем резко погасила – словно прихлопнула.

А вот юноша рядом так сильно махал руками в надежде совладать с ветром, что кустик рядом с ним действительно заколыхался. Только вот к магии это отношения не имело.

Лада хмыкнула и вновь глянула на свой пень. Единственное, что она могла сделать, это…

– О, червяки! – улыбнулся подоспевший Златослав. – Неплохо, Лада, неплохо, хоть и в пределах своего чертога… Что ж, можешь идти дальше.

Лада вздохнула и уныло пошла дальше. В пределах чертога… А как же иначе? "Не грустить! Ещё четыре испытания, а если не считать родного чертога, то всего три. Плевое дело". А уж когда ее нагнала Бажена, девушка и вовсе повеселела: вдвоем было легче.

Но едва переступив границу следующего участка, она тут же захотела развернуться и уйти: их встречал такой неприятный, отталкивающий тип, будто именно с него писали образы всех злодеев из старых детских сказок: худой, скрюченный, с длинным крючковатым носом и черными как смоль волосами. Голубые водянистые глазки с насмешкой смотрели на учеников. Как от Сияны исходило спокойствие, а от Златослава – сила, так этот волхв излучал отвращение. Словно отзеркаливал то, что испытывали другие по отношению к нему. Девушки переглянулись и по очереди назвали свои имена и чертоги.

– Проходите, – не представившись, волхв кивком головы указал подругам на небольшую поляну. Там уже стояли три ученика. Лада тихо застонала, узнав в одной из них Власту. До сих пор ей удавалось не встречаться с девушкой.

– Чертог Макоши один из самых могущественных чертогов, – начал подошедший волхв, – наши маги умеют сплести нужное событие, распутать неожиданные узлы судьбы и связать такие искусные заклинания, какие остальным и не снились. Из вас пятерых лишь двое обладают подобной силой, и я не думаю, что остальные смогут предъявить хоть что-то стоящее, но раз того требуют правила… Перед вами сплетённые из ниток судьбы людей. Посмотрите внимательно и скажите, где на жизненном пути их подстерегала Доля, а где – Недоля.

Это что, шутка? Конечно, все слышали о счастье и несчастье в судьбах людей, но Доля и Недоля всегда были чем-то далеким, почти сказочным. В деревне у Лады, если кому-то долго не везло, говорили «Недоля его любит», или «Макошь Долей делится» – если кто из деревенских был особо удачлив. Но Лада даже не представляла, что чародеи из чертога Макоши умеют обращаться со счастьем и несчастьем, и даже вплетать их в узор судьбы. Девушке стало не по себе: получается, рядом есть люди, которые могут наплести в ее жизни все, что их душе будет угодно… Она попробовала сосредоточиться на узоре перед глазами, но мысли все время скакали. Лада в растерянности посмотрела на других ребят: Бажена хмурилась, но упорно вглядывалась в сплетённый узор, юноша, который стоял по правую руку от Лады, с готовностью схватил тонкое кружево и поднес к самым глазам. Другая девушка выглядела такой же растерянной, как и Лада. Зато Власта явно наслаждалась происходящим: она не спеша оглядела всех учеников, легко откинула блестящую копну черных волос и, преисполненная самолюбования, легко повела пальчиками по предложенным узорчатым сплетениям. На указательном пальце блеснуло кольцо. Приглядевшись, Лада увидела на нем высеченную руну Макошь. Так вот оно что… Власта не чернобожница, а чародейка Макоши.

– Тяжелая жизнь была у бедолаги: Недоля властвовала долго, а Доля – мало. Смерть близких, болезни, а тут…битва, и вновь болезнь…

Власта описывала чужую жизнь со cмаком, с упоением, словно горькие события не трогали ее. Волхв слушал девушку внимательно и одобрительно кивал головой. И до Лады вдруг дошла страшная мысль: Власта из чертога Макоши, а это означает власть над судьбами других людей. В том числе над ее, Ладиной, судьбой…

– Лада, – шепнула Бажена, и девушка вздрогнула, – делай хоть что-нибудь, ты что?

Девушка кивнула и глянула на узор перед собой еще разок. Он был очень красивый – с узелками, которые бежали из центра к краям. Узелки были неровные и разные по размеру, но кое-где складывали в маленькие узоры, напоминающие цветы. Наверное, это что-то хорошее?.. А вот кусочек ближе к краю был словно распущен. Как будто тот, кто плел узор, рассердился и стал дергать нить в разные стороны.

– Смотри не смотри, толку чуть, – произнес кто-то позади Лады. Девушка, не оборачиваясь, вздохнула. Власта. Чем же она ей так приглянулась?

– У кого-то мастерство есть, а кто-то поедет обратно в свою захолустную деревеньку, – продолжала куражиться девушка. – Сдавайся уже, ничего ты не увидишь, хоть дыру протри!

Лада сжала зубы: может, если молчать, она уйдет.

– Так, что у тебя? – спросил подоспевший волхв. Он уже успел отпустить Бажену и растерянную девушку.

– Да вот, пыталась ей помочь, но кажется, надежды нет, учитель, – смиренно вздохнула Власта.

– Власта, помогать нельзя, ты свое испытание прошла, будь добра – иди дальше.

Девушка скромно потупилась и ушла.

– А ты запомни: просить помощи на испытаниях нельзя. Весь их смысл в том, чтоб показать свои силы, а не чужие.

– Да не просила я у нее помощи! – воскликнула Лада. – Она невзлюбила меня с первой встречи, подошла посмеяться…

Волхв неодобрительно глянул на девушку. По его лицу непонятно было – поверил он ей или нет.

– Рассказывай, – равнодушно обронил он.

– Мне кажется, вот эти узелки – это было что-то не очень хорошее. То есть то, что человеку казалось плохим. Знаете, так бывает: переживаешь что-то, а потом оказывается…

– Доля или Недоля? – недовольно перебил волхв.

– Просто события, которые человек считал Недолей. А потом они ложились во что-то счастливое.

Волхв внимательно глянул на узор, затем на Ладу.

– А вот тут – Недоля, и очень сильная, – Лада показала на распущенную нить.

– Ясно. Можешь идти. А я добавлю твой ответ в копилку Власты.

– Но она мне не подсказывала! – Лада рассердилась от такой несправедливости. – Дайте еще один узор, проверьте меня!

Волхв помолчал, затем качнул головой:

– Нет, много чести – тратить на тебя еще время. Но один вопрос я все же задам. И сразу станет ясно – сама ты с испытанием справилась или нет. Можно ли исправить Недолю на этом узоре?

Лада кипела. Хотелось ответить грубо, но она понимала, что тогда все станет еще хуже. Она пыталась придумать что-то, но гнев не давал сосредоточиться.

– Я из чертога Вепря, я не знаю, способны ли ваши маги исправить такое. И не должна знать. Но…мне кажется, что нет, нити так сильно порваны, то ничего уже не исправить.

Волхв цокнул языком, сделал пометку напротив имени Лады и кивком головы указал – можешь идти.

Девушка кипела, хотелось найти Власту и познакомить ее с магией чертога Вепря… Медведя позвать, к примеру… Медведи хорошо объясняют, как нельзя себя вести.

– Ладушка! – Мокша вылез словно из ниоткуда. – Как дела?

– Не очень, – кисло улыбнулась Лада. – А у тебя?

– Получше, – гордо ответил юноша. – Ты в чертог Семаргла? Идем, я тебя провожу!

Они как раз подоспели вовремя: трое ребят только-только назвали свои имена и чертоги. Мокша пошел дальше – он уже прошел испытание предсказаниями. Главным волхвом чертога Семаргла тоже была женщина: средних лет, с сероватыми волосами, заплетенными в косу. Приятное лицо портило скорбное выражение. Брови то и дело складывались домиком, словно женщине было больно.

– Ганна, чертог Семаргла, – произнесла она высоким резким голосом, когда Лада записалась. – Итак, начнем. Ваша задача проста и сложна одновременно, как и вся наша жизнь. Вам нужно сделать предсказание… Конечно, вы волнуетесь, а вокруг много суеты и шума, поэтому многого я от вас не жду. Но постарайтесь, друзья. Сейчас для каждого из вас я зажгу специальную травяную смесь – вдыхайте ее пары и зрите…

Ганна не спеша, словно двигалась под водой, подошла к каждому и вручила по небольшой тарелочке, на каждой из которых тлела трава. Лада учуяла резкий неприятный запах. Рядом кто-то чихнул. Девушка обернулась на звук и увидела брата Власты.

– Сделайте глубокий вдох… – проскрипела Ганна. – И приступайте.

Лада попыталась глубоко вдохнуть, но запах был до того неприятный и резкий, что у нее засвербило в носу, и тоже захотелось чихать. От дыма защипало глаза, и она отодвинула от себя глиняную посуду с травой.

– Нет-нет, девочка моя, – к ней подоспела Ганна, – нужно дышать полной грудью… Вдох-выдох… Вдох-выдох…Что ты видишь?

Лада, которую уже мутило от неприятного запаха, ляпнула наугад:

– Испытание плохо закончится. Будет сорвано.

Сквозь слезы, выступившие на глазах от дыма, она услышала тихий смешок. Ага, брат Власты. Что за семейка! И вдруг, совершенно неожиданно для себя, она показала на юношу пальцем и сказала:

– Вот его испытание будет сорвано.

– А если посмотреть еще глубже? – вновь запищала Ганна.

– Глубже не могу, – покачала головой Лада. – Кажется, на сегодня это вся глубина…

– Хорошо, моя девочка…Что ж, мы запомним это. А ты, мальчик мой, берегись.

Лада посмотрела на юношу. Тот, пытаясь скрыть усмешку, слегка склонил голову, словно преувеличенно вежливо благодарил за предупреждение. Нет, точно нужно звать медведя.

***

– Наконец-то! – Лада бросилась к загону с животными, словно в родной дом.

Испытания порядком поднадоели ей. Было чувство, что от них всех хотят совершенно невозможного и расстраиваются, когда не получают этого. Судя по выражению лиц ребят, так думала не только Лада. В сектор с животными она вошла одна: Бажену она потеряла еще в чертоге Макоши, а Мокшу не видела после того, как он проводил ее до чертога Ганны.

Учеников встречал старый волхв. Он до того напомнил Ладе дедушку, что у нее защемило сердце: хитрый взгляд, очень простая одежда, низкий рост и мозолистые сильные руки.

– Лада, чертог Вепря, – улыбнулась девушка.

– Здравствуй, Лада, – кивнул волхв. Даже голос – немного скрипучий, но полный внутренней силы – напомнил девушке о Лесьяре. – Я – Ведагор из чертога Вепря. Проходи, дитя, подождем немного.

Лада послушно встала чуть поодаль и, чтоб скрасить ожидание, аккуратно прикоснулась мыслями к животным. Тут же ее мягкой волной накрыл покой: никто из них не боялся. Видимо, все животные тут были привычны к людям и чарам. Лада поприветствовала их всех, наслаждаясь безмолвным общением. Но внезапно она вновь уловила запах страха. Улыбка тут же сползла с лица девушки. Она хотела было прислушаться повнимательнее, но вдруг…

– Итак, начнем пожалуй.

Лада вернулась в мир и обнаружила, что рядом уже стоят несколько учеников – все незнакомые, кроме брата Власты. И тут он! Животных для испытаний приготовили много, а потому и учеников разом брали по пять-шесть человек.

– Выбирайте животное, – проговорил Ведагор, – и заведите его в любой из небольших загонов с помощью чар. Приступайте.

Лада самая первая пошла к животным, хотя ей не хотелось выбирать: пока она здоровалась с ними, ей понравились все. Поэтому она подошла к ближайшему барсуку, чтоб не обижать остальных. Барсук оказался очень ласковым: на просьбу зайти в загон откликнулся тут же, но попросил, чтоб Лада посидела с ним. Девушка с радостью выполнила просьбу, и уже через мгновение гладила пушистую шерстку, улыбаясь дружелюбному зверю. Поскольку с заданием она справилась моментально, она решила попробовать узнать у своего нового друга о том, кто в лесу мог бояться и главное – чего. Но только она начала задавать вопрос, как ее захлестнул чужой страх. Переживание было таким ярким и сильным, что она пошатнулась и чуть не упала. Мысленным взором окинув поляну, она тут же нашла источник – лис в самом конце сектора. Вот почему страх такой сильный, ведь животное совсем рядом. Лада не раздумывая двинулась к испуганному лису. Он метался, мел хвостом иголки и мелко дрожал – это было видно даже издалека. Лада поискала глазами причину страха и тут же ее и обнаружила: брат Власты использовал свое колдовство. Видимо, он выбрал лиса и заставлял его зайти в загон с помощью внушения страха. Ладу буквально захлестнул гнев. Не раздумывая ни мгновения она кинулась к животному, обхватила его руками и яростно крикнула молодому чародею:

– Не смей!

Брат Власты вздрогнул, как от удара и перевел затуманенный магией взгляд на Ладу. Видимо, лицо у девушки было искажено гневом, потому что Лада увидела, как он удивлен и растерян. Юноша захлопал глазами, но буквально через миг взял себя в руки.

–Ты срываешь мое испытание, – хмурясь, произнес он.

– Это не испытание, это издевательство, – голос Лады буквально звенел от гнева.

– Я не причинял ему вреда, всего лишь немного испугал…

– Немного! – взвилась девушка. – Посмотрела бы я на тебя, если б тебя так испугали… Немного, – уже тише передразнила она, посылая лису успокоение.

«Тебя никто не тронет» – все твердила она, но лис никак не мог успокоиться, потому что Ладу буквально трясло от гнева.

– Я смотрю, ты и армию с собой привела, – усмехнулся вдруг юноша. Напряжение, которое он пытался скрыть за насмешкой, заставило Ладу поднять взгляд. Девушка ахнула: брата Власты окружили все звери, которые были в этот момент на поляне. Они не рычали, не набрасывались – просто стояли и смотрели. Лада понятия не имела, почему так произошло – она не просила их, просто в какой-то момент злость на чародея затопила ее душу.

– Это что тут происходит? – негромко спросил Ведагор, с любопытством осматривая поляну. За его спиной девушка разглядела любопытные лица учеников.

– Он напугал лиса, вот что происходит, – резко ответила Лада. – Маленький, беззащитный зверь…разве можно так?

– Дитя, юноша не делал ничего, что могло бы навредить животному. Неужели ты думаешь, что я за этим не слежу?

Ведагор спрашивал спокойно, ни угрозы, ни укора не было в его голосе, но Ладина злость вдруг схлынула – будто и не было. И она почувствовала себя ужасно глупой… Ведь правда, тут присутствует сам главный волхв чертога Вепря, вряд ли лису нужно ее заступничество. Но маленькое тельце рядом свидетельствовало об обратном.

– Я не подумала, – тихо произнесла девушка. – Я просто испугалась за лиса.

– Ясно. Это ты зверей взбаламутила?

– Наверное, – пожала плечами Лада. – Но я не помню, чтоб просила их.

Ведагор немного помолчал, окидывая взглядом девушку, маленького зверя рядом, нахмуренного юношу и кольцо зверей. Он едва заметно нахмурился, и животные тут же разошлись по местам (последним, с явным сожалением, ушел лис), а сам волхв негромко позвал:

– Коловерши.

Откуда ни возьмись объявился старый кот и подобострастно склонил голову:

– Да, главный волхв.

– Что скажешь про испытания юноши? Как тебя?.. – обратился он к брату Власты.

– Нерослав.

– Задняя лапка лиса переступила порог загона, главный волхв, – промурлыкал кот.

– Хорошо. Испытание засчитано тебе, Нерослав, можешь идти.

– Благодарю, – юноша кивнул и, бросив хмурый взгляд на Ладу, пошел к выходу.

– Что до тебя, дитя: испытание я тебе тоже засчитаю. По всему видно, что со зверьем ты ладишь, а с людьми, кажется, не очень.

Лада открыла было рот, но Ведагор чуть нахмурил брови, и девушка промолчала.

– Но я выношу тебе серьезное предупреждение. Вмешиваться в чужие испытания нельзя. Кроме того, научись держать в узде свою силу, она у тебя немалая. А то в следующий раз не заметишь и случайно пригласишь в школу вепря или медведицу. Все, иди.

Лада послушно поплелась выходу… Кто же знал, что свое испытание, самое простое, самое приятное, она провалит? Девушка оглядела поляну: большинство учеников уже закончили с чертогами и потихоньку собирались на дальней поляне вокруг Златослава. Даже издалека было видно, что он улыбался, смеялся и болтал. Ладе очень хотелось пойти вместе со всеми к главному волхву стихийников, но она знала: ее ждет самое неприятное и тяжелое испытание. Пора было проверить свои силы в чертоге Чернобога.

Пока она шла к последнему участку, с надеждой выглядывала Бажену или Мокшу – с друзьями было бы не так жутко. Но вместо этого прямо перед входом, она чуть не наткнулась на высокую фигуру. Пробормотав извинения, Лада подняла взгляд: Ганна.

– Я не люблю жуликов, – проскрипела женщина.

– Что? – переспросила Лада растерянно.

– Не делайте из меня дуру, дитя, – взвизгнула прорицательница. – Сговорились с юношей, разыграли предсказание, а затем и обещанный переполох? Не могу найти вашего сообщника, но знайте – теперь вы оба у меня на подозрении!

С этими словами Ганна резко развернулась, взмахнув полой балахона, и уплыла прочь. Лада даже не успела сказать ничего в свое оправдание, да и, если честно, не хотела ничего говорить… А как все хорошо начиналось! Может, Ведагор прав, и она действительно с животными сходится проще, чем с людьми? Настроила против себя нескольких волхвов и парочку учеников. Хотя при мысли, что у Нерослава будут неприятности, настроение у девушки чуть-чуть улучшилось.

С такими мыслями она подошла к волхву из чертога Чернобога.

– Збигень, чертог Чернобога, – ответил на ее приветствие худой молодой волхв. Он выглядел как полная противоположность Златослава: черные волосы, опущенные плечи, худая фигура. Волхв явно был уставшим и раздраженным, но – и это удивило Ладу – ни злости, ни коварства она не заметила в его взгляде. Может, не все чернобожники плохие? Или он притворяется?

– Ты последняя, похоже, – пробормотал он. – Идем.

Он провел ее чуть дальше в лес и сказал:

– Отвернись. Когда скажу – можешь поворачиваться. Перед тобой будут стоять люди и один дворовик, который примет облик человека. Твоя задача – найти его. Вопросы задавать нельзя, трогать и подходить к людям близко – тоже. Поняла? Вопросы есть?

Лада так опешила – никто из волхвов до этого не говорил про вопросы – что промычала в ответ что-то и тут же отвернулась. Пока она стояла спиной к лесу, был соблазн мысленным взором посмотреть, что творится поблизости – быть может, она смогла бы почувствовать нечисть. Но девушка решила, что оставит этот способ на потом. Ей и самой было интересно, справится ли она. Успев порядком заскучать, она наконец услышала разрешение поворачиваться. Как только девушка оглянулась, она тут же издала нервный смешок: ну и выбор сделал Згибень… Перед Ладой стоял Ведагор, Бажена, какая-то незнакомая девушка с огненно-рыжими волосами, Мила и Нерослав. Немного потоптавшись на месте, Лада пошла вдоль ряда людей. Лесьяр как-то говорил внучке, что вычислить нечисть иногда удается по взгляду. Надо попробовать. Ведагор смотрел с прищуром, открыто и прямо. Ни укора во взгляде, ни неодобрения за давешнее в глазах волхва не было. Бажена как всегда открыто и спокойно улыбалась. Красивая рыжая девушка смотрела с вызовом и любопытством. От нее исходила такая волна силы, что Лада, даже не глядя на очелье поняла: чертог Рода. Взгляд Милы был обычным, Лада даже не могла понять, что он выражает: она просто смотрела на Ладу, без всякого выражения. Быть может, это признак дворовика? Или Мила всегда такая? Лада совсем не знала эту девушку, а в тот единственный раз, когда они разговаривали, та была напугана. Она как раз говорила о Власте и Нерославе. А вот и Нерослав…Смотрит открыто и чуть насмешливо. Наверняка думает, что Лада не справится – он-то сам из чертога Чернобога. Вон на одной из рук небольшое кольцо. Лада с вызовом ответила на взгляд юноши и пошла в обратную сторону.

Збигень не торопил ее, и Лада была ему очень благодарна. Она поняла, что без обращения к своей силе не обойтись, и уже было собиралась окинуть вереницу людей мысленным взором, как вдруг почувствовала холодок. Девушка остановилась и прислушалась к своим ощущениям. Холодок расползался от живота по всей правой стороне…Лада сделала пару шагов, и он стал затихать. Интересно…Девушка вернулась, и вновь почувствовала, как правую сторону живота обдало холодом. Было такое чувство, словно Лада прижалась кожей к стеклу или… Зерцалица! Лада и забыла про зеркальце, а оно лежало в кармашке на поясе именно справа. Лада подняла взгляд: напротив стояла Бажена. Так, надо попробовать отойти в сторону. Холод тут же отступил. Лада вернулась к Бажене, постояла всего миг, чувствуя, как Зерцалица холодком подсказывает хозяйке ответ, и уверенно произнесла:

– Вот дворовик.

Збигень поднял брови и кивнул:

– Верно, это он. Как ты догадалась?

Лада замялась. А вдруг это будет считаться жульничеством? Ганна уже думает, что она нечестна, если и еще один волхв будет уверен, что Лада обманщица…

– Я…я случайно взяла с собой зеркальце с Зерцалицей, – чувствуя себя ужасно жалко, произнесла Лада.

– И что? – спросил вдруг Ведагор.

– Она подсказала тебе? – удивился Згибень.

– Когда я проходила мимо Бажены, ну то есть – мимо дворовика, зеркало стало невероятно холодным. Я подумала, что Зерцалица так указывает мне на нечисть.

И видя, что волхвы молчат, Лада с опаской произнесла:

– Я могу попробовать еще раз, если так нельзя было делать…

Ведагор спокойно смотрел на волхва из чертога Чернобога, словно давая тому право самому решать судьбу Лады.

– Ну это ведь не было запрещено, – задумчиво протянул тот. – С испытанием ты справилась, не столь важно как. Можешь идти. И вы все тоже можете, – обратился он к ребятам, приманивая дворовика, чтоб тот не ушел со всеми.

Лада вместе с оставшимися учениками направилась к поляне, где уже собралось много народа.

– А по-моему, это нечестно, – выпалила рыжая девушка, нагоняя Ладу. – Ты же не сама определила, где дворовик, это Зерцалица почувствовала его.

Лада молчала – ей и сказать нечего было. Она сама чувствовала себя мошенницей.

– Зерцалица очень редко помогает людям, – вдруг подал голос Нерослав. – А уж чтоб она по доброй воле подсказала хозяину или хозяйке что-то…

– Ну и что? – спросила рыжая стихийница.

– А то, что сама дружба с Зерцалицей – это уже успех в чертоге Чернобога. Зерцалица ведь из мира Нави. Так что все было честно.

Стихийница пожала плечами, но дальше спорить не стала. Мила, которая шла рядом с Ладой, посмотрела на юношу так, словно он мог превратить их всех в червяков. Нерослав же спокойно пошел вперед, обгоняя девушек. Лада была так удивлена, что даже не поблагодарила его за неожиданное заступничество. Она вдруг почувствовала облегчение от того, что кто-то другой не считает ее мошенницей.

***

– Наконец-то, – устало произнесла Бажена.

Приближался вечер, в лесу стало заметно холоднее, а ребят с поляны все еще не отпускали. И вот по толпе учеников пронесся ропот, и Лада с подругой разглядели седую голову Ведагора. И тут же над головами повисла такая тишина, словно волхв ее наколдовал.

– Ученики, – без лишних слов начал он, – мы посовещались и отобрали тех, кого будем рады учить в нашей школе. После того, как волхв чертога Рода прочтет вам имена новых учеников, прошу вас отправляться в ваши избы. Кому-то для того, чтоб выспаться перед завтрашним учением, а кому-то – чтоб собрать вещи.

И с этими словами Ведагор ушел.

– Не очень-то многословно, – заметила Лада.

– Наверное, они тоже устали, – сказал Бажена, – я на ногах еле стою, побыстрее бы спать…

И Лада была полностью согласна с подругой. Когда все наконец собрались на поляне, Годислав и Ганна с помощью коловерши разнесли каждому по краюхе хлеба и по чашке воды. Но это единственное, что за весь день съела девушка, и силы ее были на исходе.

Тем временем место Ведагора занял Златослав. Он лучился радостью.

– Друзья! Сейчас вам предстоит внимательно выслушать все имена. И прошу вас, те, кто не попал в школу, не грустите зря. Ведь у вас обязательно получится потом!

И он начал зачитывать имена. На поляне была такая напряженная тишина, что волхву даже не нужно было напрягать голос. Те, кто слышал свое имя, радовались тихо, почти беззвучно – то ли из уважения к остальным, то ли от усталости. Лада улыбнулась Бажене, когда Златослав зачитал имя подруги, нахмурилась, когда прозвучали имена Нерослава и Власты. А Златослав тем временем читал и читал, и все больше ребят на поляне облегченно вздыхали, обмениваясь улыбками. На один миг девушке вдруг показалось, что ее имя так и не прозвучит. Лада только сейчас поняла, насколько она была уверена, что останется в школе… И вот наконец:

– Лада, чертог Вепря.

Она глубоко вздохнула и благодарно обняла Бажену, которая тут же кинулась поздравлять подругу.

***

Лада с таким удовольствием легла на лавку, что даже застонала. Как же она устала! Казалось, болела каждая косточка. И пришлось еще писать деду, как только они вернулись в избу. Шли они в молчании – Мила, которая жила с ними по соседству, не попала в школу, и девушки стеснялись радоваться при ней.

Лада потянулась и блаженно закрыла глаза. Как же хорошо… Можно было бы написать Лесьяру завтра, но Ладе хотелось поделиться с дедушкой, да и вряд ли она смогла бы заснуть: голова гудела от пережитого, и пока она скрипела пером, мысли успокоились. Уже через пару дней Лесьяр узнает об испытаниях, и волхвах, и Власте… А сейчас можно отдохнуть.

Резкий звук выдернул Ладу из ласковых объятий сна. Девушка открыла глаза и села на лавке. Сердце колотилось, словно готово было выпрыгнуть из груди. Лада ошарашенно оглядывалась. Приснился кошмар? Нет – вон и Бажена проснулась, и остальные девочки.

– Что это было? – сонно спросила Зоряна, девушка из чертога стихийников.

Внезапно звук повторился… Все девушки вздрогнули. Он был ни на что не похож – словно тонкий, проникающий в душу вой, от которого по телу бежали мурашки. Бажена вскочила с лавки и прильнула к небольшому оконцу.

– Там, кажется, все собираются…

– Но ведь ночь еще, – простонала Лада. Ей казалось, что она только закрыла глаза…

Девушки, сонные, растерянные, начали одеваться. Вой раздавался еще три раза, подгоняя их. Наконец, зевая и спотыкаясь, все они выбрались наружу. Мила проводила их хмурым завистливым взглядом и легла обратно на лавку.

Там уже стояли остальные ученики – такие же сонные и взъерошенные. В центре толпы стояла Ганна.

– Наконец-то, – недовольно протянула прорицательница, – вы четверо оказались самыми крепкими сонями. Ждем еще немного и отправляемся в лес.

– Зачем? – недовольно спросила Власта.

Лада заметила, что она сейчас выглядела не такой уж красавицей. Запретив себе злорадствовать («Это ты себя еще не видела»), она перевела взгляд на Ганну. Та немного помолчала и, будто делая великое одолжение, произнесла:

– Сегодняшняя ночь словно создана для предсказаний. Звезды ясные, и главный волхв дал мне разрешение провести первый урок, не дожидаясь утра. Вперед!

И Ганна бодро зашагала в чащу. Ученики, то и дело спотыкаясь, вяло поплелись за ней. Свет исходил от трех-четырех лучин, которые несли ученики Ганны, и кто-то из ребят пробирался сквозь лес почти на ощупь. Но благо волхв не стала вести их далеко. Они вскоре остановились, и огонь был потушен.

– Рассаживайтесь, – женщина указала на сухие бревна, которые лежали то тут, то там. Подождав, пока прекратится возня, Ганна произнесла:

– Звезды могут дать подсказку, наказ, могут рассказать, чего ждать и кого опасаться… Попробуйте узреть то, что они говорят…

– И все? Больше никаких указаний не будет? – шепнула Бажена.

– Надо было выбрать бревна поближе к деревьям, – зевнула в ответ Лада. – Можно было бы прислониться к ним и узреть звезды во сне.

Девочки тихо захихикали, и Ганна тут же обратила свой взор на них.

– Чертог Семаргла может казаться вам шутовским, глупым. Но он самый важный. Да-да, самый, – с нажимом проскрипела она, услышав на этот раз смешки со всех сторон. Лада увидела, как Нерослав неподалеку от них ухмыльнулся в открытую. – Кто предупредит вас об опасности? Кто узрит будущее? Кто скажет наперед? Только предсказатели, друзья, только мы…

– Вот только это все не точно, – подал голос Нерослав.

Ганна медленно развернулась и надменно оглядела юношу с ног до головы. «Интересно, она помнит, что хотела наказать его?» – пронеслось в голове у Лады. По лицу предсказательницы было непонятно. Нерослав же невозмутимо выдержал взгляд Ганны, глядя на нее с вызовом.

– Советую вам как следует изучать историю, юноша. Где бы сейчас были все ваши чертоги, если бы не предрекатели? Где?

Чародей пожал плечами и спорить не стал.

– Как бы то ни было, – недовольно протянула Ганна, – сейчас я раздам вам бересту и перья – зарисуйте расположение звезд на небе. Не забудьте указать число – это очень важно.

Помощники волхва раздали всем необходимое, и ученики погрузились в звездное небо. Лада как раз срисовывала одну особенно яркую звездочку, как ее окатило нехорошее предчувствие. Девушка закрыла глаза и несколько раз вдохнула и выдохнула.

– С тобой все в порядке? – обеспокоенно спросила Бажена.

– Наверное, я просто не выспалась, – покачала головой Лада.

Но предчувствие не уходило. Она решила прибегнуть к самому простому и действенному методу: окунуться в лесной мир, зарядиться его тишиной и простотой. Но как только она прикоснулась к лесу, волна ужаса буквально сковала все ее тело.

– Лада! Лада! Тебе плохо? – донесся до нее голос Бажены.

Девушка с трудом вынырнула из страшных переживаний. Она пыталась обуздать дыхание и колотящееся сердце. Когда почувствовала, что может говорить, прошептала:

– В лесу страх. Кто-то из животных боится. Надо проверить.

– Сейчас? – ахнула Бажена.

– Да, тянуть нельзя, я уже давно чую его. Я пойду, а ты проследи, чтоб никто не заметил, что меня нет.

– Одна? Ночью? В лес?

– Да скоро уже утро, – отмахнулась Лада.

– Нет, даже не думай об этом. Идем вдвоем, а звездное небо подождет.

Девушки встали и, делая вид, что им нужно разглядеть небо с другой стороны, стали потихоньку отходить к лесной чаще. Лада поймала взгляд Нерослава. Он чуть улыбнулся и перевел взгляд. Наверняка подумал, что они с Баженой хотят сбежать с урока. Немного отойдя и убедившись, что Ганна и другие ребята их не видят, девушки ускорили шаг. Лада шла впереди, яростно продираясь сквозь ветки, Бажена бежала за ней, встревоженная и напуганная.

– Откуда ты знаешь, куда идти? – прошептала она.

– Это как след, – сквозь зубы ответила Лада, – только не на земле.

Страх, вязкий и пахучий, был разлит в воздухе, словно зловоние. Лада сама была напугана и зла одновременно: кто посмел так сильно напугать лесных жителей? И что этот человек может сделать с ними? Ах, зачем она взяла с собой Бажену!

Лес, словно почуяв настроение девушек, стал сгущаться. Казалось, отовсюду к двум ученицам тянулись корявые ветки, корни то и дело норовили схватить за ногу, а тьма слепила и пугала неизвестностью. Лада замедлила ход. Она поняла, что с трудом различает очертания деревьев и кустов вокруг. Они зашли в такую чащу, что даже серый осенний рассвет едва прорывался сюда. Тишина и тьма были такими оглушающими и страшными, что на мгновение ей захотелось схватить Бажену за руку и бежать обратно – к свету, звездам, соученикам и противной Ганне. Лишь бы не слушать эту тишину… Вдруг позади девушек раздался тихий, но отчетливый хруст – словно кто-то крался за ними по пятам и наступил на сухую ветку. Бажена легко вскрикнула и развернулась. Но сколько они не вглядывались в тьму, она оставалась просто тьмой.

– Пошли дальше, – шепнула Лада.

И они продолжили путь. Через некоторое время она поняла, что страх в лесу утих. Словно растворился, разлетелся – теперь девушка могла уловить лишь небольшой его след – как ручеек. А точнее – ручейки, их было много, и они растекались в разных направлениях.

Но она продолжала идти туда, куда вело ее предчувствие. И вскоре они с Баженой вышли на поляну. Над ней листва деревьев не была такой густой, и потому свет проникал сквозь нее, слабо освещая осеннюю траву, жухлые листья и…

– Что это? – дрожащим голосом прошептала Бажена, указывая на центр поляны.

Лада сглотнула и зажмурилась. Она уже знала ответ, но убеждаться в своей правоте совсем не хотела. Они с Баженой подошли ближе. На припорошенной инеем траве, расчерченной темными полосами крови, лежал мертвый заяц с перерезанной глоткой.

– Ох, поразите меня боги, это что такое?? – вдруг раздался сзади девушек голос, и обе подскочили на месте. Из-за дерева вышла Власта, во все глаза глядя на поляну.

– Ты что тут делаешь? – нахмурилась Бажена. – Это ты сзади шумела?

– Да я увидала, как нашей лисьей заступнице плохо стало. Ну думаю, все – обе блаженные. И решила проследить за вами. Что случилось с этим бедолагой?

– Ну если ты за нами проследила, – холодно ответила Лада, – то должна была видеть, что мы сами только пришли.

– Но ты ведь не зря пришла сюда, ты же там в своей голове слышишь голоса? Или как это у блаженных происходит?

Лада только вздохнула и промолчала. Она обошла вокруг мертвого животного, присела рядом, потрогала кровавые росчерки. Аккуратно тронула тельце. Еще теплое. Лада горестно вздохнула и закрыла глаза. Поплакать можно будет потом, сейчас надо послушать, что скажет лес. Девушка прикоснулась ладошками к земле и попыталась раствориться мыслями в лесном мире. Она была одновременно травой и иголками, корой и листьями, ранним утренним жуком и свежим ручьем неподалеку. Наконец хлынули образы. Погоня. Свежий ветер. Шум в ушах. Страх. Огонь. Нож. Кровь.

Лада задышала часто-часто, почти переживая с несчастным зайцем последние минуты его жизни, как вдруг…

– Да очнись же ты, глупеня, слышишь!

Кто-то грубо дернул ее за руку и Лада, потеряв равновесие, завалилась прямо на мертвого зайца. Вскрикнула и очнулась.

– Ты спятила? – закричала она на Власту.

– Из-за твоих выкрутасов нас сейчас сожрут! – спокойно парировала та. – Не думаю, что ты способна справиться с целой стаей волков.

Лада осмотрелась и поняла, что противная девчонка из чертога Макоши права. Огоньки глаз окружали поляну. Ладе чудилось рычание и острые зубы, хотя вокруг них была тишина. Лес хотел забрать то, что по праву принадлежало ему.

– Бежим, – прошептала Лада.

И они побежали.

***

Девушки тяжело дышали и шли молча. Они только-только перешли на шаг – впереди уже виднелись избы. Не то, чтоб волки так сильно хотели их съесть, но Лада чувствовала, что звери взбудоражены запахом крови, а в такие моменты не стоит попадаться им на глаза или на зубок. Поэтому они и бежали. Бажена ухитрилась вырастить защитный барьер из колючих кустов, Власта ещё на поляне накинула на всех трёх какую-то невесомую сеть, а Лада всеми силами сдерживала волков, заставляя оставаться на месте и как можно дольше не подходить даже к зайцу. "Колдовали сообща" – пронеслось в голове у девушки, пока они шли к избам. Но мир и лад царил недолго…

– В следующий раз даже не надейтесь на мою помощь, – процедила Власта и, резко развернувшись, чеканным шагом ушла вперёд – к своей избе.

– Казалось бы, быть ещё более гадкой не выйдет, но она каждый раз ухитряется, – покачала головой Бажена.

– А мне кажется, она сильно испугалась, – пожала плечами Лада.

– Так ведь и мы с тобой перетрусили…

– Да, но нам не надо быть самыми сильными, важными и непобедимыми. А Власте – нужно. А тут две какие-то чародейки вдруг увидели ее страх…

Бажена промолчала. Они тихо зашли в избу: все девочки уже спали. Значит, все их приключение было таким долгим? Или это Ганна устроила для ребят короткий урок?

Как бы то ни было, Лада и Бажена почти упали на свои лавки и тут же обе заснули: очень уж долгим и нелегким выдался день.

***

– Нет, я взаправду решилась, – в который раз проговорила Лада.

– Хорошо, – согласно кивнула Бажена.

Она проявляла дивное терпение: с тех пор как девушки проснулись (а случилось это уже после полудня – благодаря Златославу, позволившему ученикам отоспаться после ночи с Ганной) Лада успела передумать уже в третий раз. Она понимала – и Бажена была с ней согласна – что зайца убил человек, к тому же это весьма походило на подготовку к какому-то обряду. И Лада понимала: ей надо рассказать об этом Ведагору. Но он ведь ещё тогда, на испытании, сказал, что все видит и чувствует. Наверняка он чуял страх. Наверняка он знал больше, чем сама Лада. Наверняка она получит от ворот поворот… Да, к волхву идти было жутко. Но и утаить убийство нельзя – а ну как это важно?

Промучившись все время до урока с Златославом, она решила выбросить это из головы хотя бы ненадолго. Ко всему прочему урок по обузданию стихий оказался очень сложным.

– Начнем мы со стихии Земли, – бодро прохаживаясь между притихшими учениками, вещал Златослав, – она близка для всех Чертогов. Я знаю: вы все колдовать способны, используя землю. Однако же у меня для вас задание в диковинку. Только нам нужно прогуляться!

– Вот уж диво так диво, – улыбнулась одна из учениц – та самая, которая считала Ладино испытание с Зерцалицей ложным. – Мы здесь уж третий день и постоянно куда-то ходим.

– Да, Огнеслава, привыкай, – светло улыбнулся волхв, – младшие учатся ещё в избах да нечасто в лесу бывают. А вы будете проводить на природе почти все время.

– Зачем? – недовольно протянул какой-то юноша, шагавший рядом с Огнеславой.

– Наша магия – из какого бы чертога вы ни были – черпает силы по большей части из природы. И, если вы хотите стать сильнее и искуснее, то придется трудиться. И иногда ходить в лес.

Лада невольно залюбовалась учителем: и со всеми-то он ладит, и всегда улыбается, и такой добрый… Ой, а что если поговорить с Златославом? Попросить его передать Ведагору про страх, зайца и волков. Стихийник точно не будет ругать за пропущенный урок.

Лада нагнала Златослава.

– Что-то стряслось, Лада? Хотела что-то спросить?

– Да… Я хотела рассказать о нападении… – нерешительно проговорила девушка, радуясь, что волхв помнит ее имя.

– Нападении? – нахмурился волхв.

И девушка рассказала все с самого начала – с момента, как начала чувствовать страх в лесном мире до того раннего утра. Златослав слушал очень внимательно и был непривычно серьёзен.

– Очень хорошо, что ты рассказала это, – проговорил он, когда Лада закончила. – Понимаю, почему ты не пошла к Ведагору. Но не переживай, я поговорю с ним, ведь это может быть что-то нехорошее..

– Может быть? – переспросила девушка. – Ему перерезали глотку, это был человек, и он не охотился!

– Лада, пожалуйста, тише, – Златослав мягко взял девушку за локоть. – Твои опасения ясны, но народа здесь много, возможно, это какое-то баловство одного из учеников. Да, я знаю, для тебя убийство животного нельзя назвать баловством, – волхв поднял руку, видя, что Лада собралась возражать, – но давай не будем переживать раньше времени. И кричать об этом не стоит. Я поговорю с главным волхвом.

На том и порешили. Златослав пошел вперёд и вскоре вывел учеников к небольшому холму. Он был кое-где покрыт травой и редкими кустами, но большая часть его была покрыта камнем. И у подножия валялось столько камней, что ученики стали догадываться о первом задании.

– Встаньте кругом, около меня. Вот так, – командовал волхв. – Стихия земли – это не только сама земля и плоды ее, но и твердая порода – камень. И сегодня мы будем знакомиться с ним. Работаете по одному. Выбирайте себе камень…

– Ты видела на поляне ещё что-то необычное? – вдруг прошептал кто-то над ухом Лады.

Девушка, внимательно слушавшая Златослава, вздрогнула. Обернулась: рядом стоял Нерослав.

– Ты что, подслушивал? – прошипела она в ответ.

– Не больно-то вы и таились, – пожал плечами парень. – Так что? Видела?

– А какое тебе дело до этого? – покоробленная его тоном, спросила Лада.

– Интересно, кто из наших взялся проводить обряды – и это на второй день в школе.

– Ты думаешь, это был обряд?

– Я не видел этого зайца, а вот ты – видела. И потому я тебя и спрашиваю.

Лада призадумалась.

– Подле него ничего и не было. Хотя…было темно.

– А кровь? – понизил голос Нерослав.

– Конечно кровь была, – раздражённо заметила девушка. – Постой, кровь лежала на траве словно росчерками…Будто кто-то проводил линии.

Юноша удовлетворенно кивнул, как будто его догадка подтвердилась.

– Что? Что это означает? Это обряд? Неужто не просто так его убили?

Но Нерослав не успел ответить – все ученики разошлись выбирать себе камни, и Златослав жестом велел ему и Ладе присоединиться к остальным. А вот что нужно было с этими камнями делать Лада благополучно прослушала. Благо рядом тут же возник Мокша.

– Ладушка, ты бы держалась подальше от этого парня, он чернобожник, – обеспокоенно прошептал юноша.

– Да мы просто поговорили, – отмахнулась Лада. – Лучше скажи мне, Мокша, что делать-то надо?

Оказалось, у каждого из учеников было задание: сдвинуть камень, переместить его хотя бы на пядь. Хотя бы! Легко сказать, а как это сделать Лада не представляла. Она обернулась, поискала взглядом Бажену. Девушка уже колдовала, судя по ее напряженно сжатым губам, но камень ее оставался недвижным. Рядом с Ладой Нерослав медленно, но верно перемещал камень вперед. Лада вздохнула – и это ему удается! Просто не колдун, а на все чертоги мастер. Мокша рядом с Ладой только вздыхал, тоже оглядывая учеников.

Девушка переместила взгляд на свой булыжник. А что, если попробовать применить свою магию к нему? Конечно, это не зверь и вообще неживая природа, но что-то сделать же надо…Она мысленно прикоснулась к земле вокруг камня. Ее тут же оглушила возня насекомых, и отголоски звериных голосов с холма. Лада изо всех сил старалась сосредоточить внимание только на одном куске земли, но в голову упорно лез живой мир холма и леса за спиной.

– Шевельнулся, он шевельнулся! – закричал Мокша. – Как ты это сделала?

Лада изумленно глянула на камень. А ведь и впрямь – он лежал совсем по-иному.

– Я не знаю, – растерянно произнесла девушка. – Я даже ничего не почувствовала.

И вдруг камень зашевелился вновь! Это уж совсем было дивом.

– Каааак ты это делаешь? – восхищенно прошептал Мокша.

– Но это не я!

– Ну Ладушка, – заканючил юноша. – Ну я никому не расскажу, ну это же ты…

– Нет, это она просто опять заручилась поддержкой леса, – прежде, чем Лада успела ответить, произнес Нерослав.

У него был слегка уставший вид, а на лбу выступила испарина. Но его камень переместился больше, чем на пядь.

– Что? – раздраженно переспросила Лада. Юноша кивнул на камень, улыбаясь.

Лада перевела взгляд. Крот! Малыш пытался вылезти изо всех сил, но камень все же был довольно большой. Лада поспешила к зверьку и попросила его рыть проход обратно – ни к чему ему вылезать тут.

– Ты хоть так смогла, – протянул Мокша. – У меня вот вообще не вышло ничего…

– Чтоб что-то вышло, надо что-то делать, – снова вмешался Нерослав.

– Слушай, тебя не учили не влезать в чужие беседы? – огрызнулась Лада.

Юноша пожал плечами и продолжать спор не стал. Лада печально посмотрела на свой камень и вздохнула. Придется вечером поработать со стихией земли.

Но вечером у ребят был урок со Збигнем. Он, в отличие от других волхвов, никуда учеников не повел. В самой середке их школьной деревни был разложен костер, на котором готовили еду. Так вот волхв собрал ребят вокруг костра. Уселся на бревно прямо рядом с чародеями и начал:

– Чертог Чернобога славится большим количеством загадок, – Збигень был мрачен, как и в день испытаний, – и прежде, чем начать обучение, я хотел узнать, что известно вам. Итак, кто может сказать, чем занимается этот чертог?

Ребята молчали. Лада глянула на Нерослава – ну неужто он промолчит? Он же знает буквально все. Но парень, казалось, был погружен в чтение небольшой книжицы. Он словно и не слышал, что сказал Збигень.

– Ну чернобожники изучают злых духов и нечисть, – неуверенно протянула одна из учениц.

– Изучают? – уточнил Збигень.

– Пытаются подружиться, скорее, – вставила Огнеслава.

– А еще они владеют темной магией, – с придыханием дополнил Мокша.

– И от них много неприятностей, – вполголоса добавил кто-то из учеников.

– Так я и думал, – устало протянул волхв. – Чертог Чернобога всегда не любили, а так как его почти и не существует уже много зим, люди придумывают всякое…

Ученики молчали. Лада видела недоверчивые ухмылки на их лицах. Збигень продолжил:

– Магия – это просто сила. Она ни темна ни светла. Таковой ее делает сам колдун. В Яви магия разделена на семь чертогов – каждому из них дается сила в чем-то одном. Кто-то может говорить и понимать животный мир, кто-то – предсказывать будущее, кто-то – повелевать огнем да водой. Сила чернобожников в том, что они могут истончать границу между Навью и Явью и разговаривать, править, управлять и даже бороться с теми, кто населяет Навь. Кроме того, чернобожники умеют черпать силу из Нави, а потому способны создавать очень сильные заговоры и наговоры. Другой чертог, который тоже использует силу Нави – чертог Макоши.

Но что делать с силой и о чем договариваться с нечистью решает сам колдун – каждый в отдельности. А потому нельзя сказать, что чертог Чернобога – это про темную магию и зло. Понимаете?

– Но ведь он не зря исчез, – осторожно произнесла Бажена. – Я хочу сказать, не зря же другие чертоги изничтожили чернобожников. Ведь была причина.

– Да только ее никому не скажут, – наконец подал голос Нерослав.

Лада вытянула шею: ага, книжечку закрыл. Девушка была уверена, что он сверялся с ней после их недавнего разговора.

– И какая же причина? – недоверчиво произнес один из юношей, который сидел рядом с Властой.

На лицо он был очень красив, и вид имел самодовольный. На его запястье белел браслет со знаком чертога Рода.

– Большая сила, я думаю, – пожал плечами Нерослав. – Черонобожники не просто накапливали силу, они становились все искуснее, хоть и так уже были во главе. Это напугало тогдашних волхвов, и они решили уничтожить чертог. Выдав все это за попытку защитить наш мир от злых колдунов.

– А, ну ясно, – насмешливо протянул юноша, и Власта шутливо шлепнула его по руке. – Заговоры, все дела…

– Прости, Нерослав, – с жаром произнесла Огнеслава, – но это белиберда какая-то! Как можно было уничтожить самый сильный чертог? Вот я слышала, что чернобожники заигрались с собственной силой, и Навь поглотила большую часть из них.

– В жизни большей ерунды не слышала! – громко заявила Власта. – Зачем Нави какие-то колдуны? Ты хоть знаешь, какой силой обладает этот мир?

Поднялся жуткий гвалт: ученики спорили, бранились, кто-то переходил на повышенный тон. Лада глянула на Збигня. Он безучастно смотрел на ребят, даже не пытаясь вмешаться. Пламя костра освещало его лицо: уставший вид, круги под глазами.

– Хватит, – вдруг тихо, но веско произнес волхв. Ребята резко замолчали: короткое слово Збигня прозвучало, как удар хлыста. – Пересудов да слухов всегда было много, но правду мы не знаем. Для нас с вами главное не почему исчез чертог, а зачем он нужен. Сейчас я расскажу вам историю о том, как он возник, и что вообще должны уметь чернобожники. Слушайте внимательно, ведь в конце у вас будет важное задание…

Давным-давно, когда мир был еще молод да зелен, спустили боги на Явь громадную Силу из Прави. И такой могучей она была, что никто из людей не мог поначалу обуздать ее. Но затем боги послали на землю колдунов да знахарей, и те смогли приручить Силу. Однако между ними вскоре возник раздор: одни колдуны хотели использовать силу как оружие, а другие – как добро и помощь немощным и слабым. Возник раскол, и появился в Яви первый чертог – чертог Чернобога. Все остальные чертоги явились позже.

Чернобожники всегда славились силой и слыли умельцами в магии, а иные и в знахарстве. И подобно нашим предкам, первым колдунам и ведуньям чертога Чернобога, мы должны уметь говорить с нечистью, истончать границу меж Явью и Навью, знать травы и растения – ядовитые и полезные. Уметь читать заговоры и наговоры, насылать и снимать сглаз…

Лада, как и другие, слушала завороженно, словно ребенок, которому рассказывают древнюю сказку. Но краешком глаза девушка уловила движение позади Збигня, и перевела взгляд. Нерослав почти не таясь, но все же аккуратно, отходил к лесу. Лада насторожилась. Неужто пойдет смотреть на зайца? Девушка оглядела соучеников, посмотрела на Збигня и наконец решилась. Если бы Лесьяр узнал, что внучка пропускает уже второй урок, он был бы в гневе, но узнать, что стряслось с несчастным зверем сейчас было важнее.

Лада потихоньку встала и стала отходить к лесу. Каждое мгновение она ждала, что волхв или кто-то из ребят окликнет ее, но этого не случилось. Когда она поняла, что лес скрыл ее от посторонних глаз, она, не торопясь, отправилась к поляне. Нерослава видно не было, но Лада чувствовала – он идет к зайцу, а дорогу к злосчастной поляне – хоть и было опять темно – девушка помнила слишком хорошо и без чернобожника. Так что добралась она достаточно споро, хоть и не торопилась. Притаившись за деревом, она стала ждать Нерослава – пока на поляне было пусто, тихо и мрачно: только багряными росчерками алело страшное место в центре. Лада поскорее отвернулась. Скоро тьма опустится плотнее, и можно будет без боязни глядеть в ту сторону.

Она прикоснулась к земле и направила мысли к растениям, к травам и деревьям… Безмятежная тишина, шебуршание насекомых и мягкое хладное прикосновение первых заморозков…

– Что слышно? – раздалось рядом, и девушка вынырнула. Перед ней стоял Нерослав и с внимательным интересом глядел на Ладу. Казалось, он ничуть не удивлен тем, то она тут.

– Пока все спокойно, – в тон ему произнесла девушка.

– Решила последить за мной?

– Ты ведь не дал мне ответа. Как мне по-другому разузнать, что стряслось с зайцем?

Нерослав усмехнулся и сделал приглашающий жест в сторону поляны. Лада вдруг поняла, насколько глупо поступила: мало того, что она сбежала с урока, так еще и оказалась в лесу один на один с чернобожником. Кажется, именно от этого ее пытался предостеречь дед… Они подошли к зайцу. Лада тихо охнула. Что за диво: он был целёхонек…

– Но как же волки, – растерянно пробормотала девушка.

– Ни одно животное не станет есть заколдованную пищу, – задумчиво оглядывая трупик, произнес Нерослав. – А животные подле магов так и вовсе привередливы. Я думал, ты знаешь это.

– Он был заколдован? – нахмурилась Лада. Этого она не увидела накануне,когда пыталась заглянуть в последние мгновения заячьей жизни.

Нерослав кивнул. Он осторожно тронул руками запекшуюся кровь, пошевелил траву рядом, а затем внезапно начал нашептывать заговор. Лада напряглась. Оглянувшись, девушка стала придумывать пути для бегства, если вдруг придется бежать. Эх, почему она – глупеня такая – не шепнула Бажене, куда идет! Может, еще не поздно отступить под еловые ветки и потихоньку скрыться…

– Я же говорил, – довольно кивнул Нерослав. Над трупиком зайца вдруг возникла мерцающая паутинка, сплетенная из тонких синих нитей. Ровно в центре чернело пятно.

– Что это? – с опаской глядя на нити, спросила Лада.

– Это заговор следа – так можно узнать последнее заклинание, которое было произнесено. Не больно-то он и таился – тот, кто это сделал. И рисунок такой ясный… Да, сомнений нет, заяц был заколдован.

– Зачем? – Ладу ужасно злило, что приходится выспрашивать ответы по капле.

– Это надо спросить у того, кто заклятье наложил.

Девушка сердито выдохнула. Изо рта вырвалось белое облачко – темнота сгустилась окончательно, и знатно похолодало.

– Ты хоть на один вопрос сможешь дать ответ?

Но Нерослав, казалось, не обращал на Ладу внимания. Он вдруг начал бродить по поляне и ворошить траву.

– Что ты ищешь? – зябко повела плечами девушка. – Может, я помогу?

– Нет, – коротко качнул головой юноша.

Лада уже собралась разразиться гневной речью, как вдруг до нее донесся едва заметный отголосок. Тревожно. Она прислушалась: лес предупреждал их. Кроны сосен скрипели, а ветер, пронесшись по верхушкам деревьев, спустился вниз и разворошил жухлую листву. На секунду Ладе показалось, что это шевельнулся заяц. По спине у нее побежали мурашки. Она глянула на парня. Тот стоял, прислушиваясь – словно тоже уловил что-то жуткое, тревожное, но пока еще далекое.

– Идем, – шепнул он, и в кои-то веки, Лада была с ним согласна.

Они тихо, оглядываясь и прислушиваясь, направились к центральной поляне.

Ветер разошелся не на шутку: срывал последние листы с кустов, шебуршал иголками и завывал где-то наверху. Деревья, словно подгоняя незадачливых путников, поскрипывали, кивая тяжелыми кронами. Лада напряженно вглядывалась во тьму, чувствуя рядом шаги и дыхание Нерослава.

– Стой! – вдруг выдохнул он, схватил девушку за руку и потянул ее к коренастой молодой елочке.

Не дав Ладе опомниться, он сплел заговор и накинул его еле заметной прозрачной шалью на их головы. Лада, почти онемевшая от страха, наконец поняла, что тревожило ее, пока они шли: ветер, скрип деревьев и их с чернобожником шаги – это единственное, что было слышно. Лес молчал и таился, словно все живое вымерло.

– Вон, около болота, – едва слышно шепнул Нерослав.

Лада перевела взгляд и увидала темную фигуру в капюшоне – такую же, какие они видели на испытаниях, когда волхвы стояли, скрытые от глаз учеников. Человек был повернут к ним лицом, но капюшон надежно скрывал его. Он медлил, не двигаясь и словно прислушиваясь. Затем сделал пару шагов, и Лада почувствовала, как стынет кровь в жилах. В темной фигуре не было ничего угрожающего, человек не колдовал, у него даже не было оружия, но Лада чуяла нутром – и лес изо всех сил кричал ей о том же – нельзя, чтоб их с Нерославом обнаружили. Видимо, юноша думал о том же: он шептал новый заговор, не отрывая взгляда от фигуры.

Лада встрепенулась – она же тоже может колдовать, но Нерослав вдруг безмолвно остановил ее руку, которая тянулась к стволу елки. Беззвучно покачал головой. Лада нахмурилась, но спорить не стала. Меж тем загадочный незнакомец застыл, да вдруг повернулся и зашагал прочь от ребят. Всего миг – и он сгинул в темноте, будто его и не было. Нерослав стоял, прислушиваясь, Лада не отрывала взгляда от лесной чащи. Вдруг чирикнула ночная птица, где-то вдалеке заухала сова. Лада задышала полной грудью.

– Кажется, можно идти, – тихо произнес Нерослав и легко развеял невесомую паутинку над ними – словно и не было ее.

Они, все время оглядываясь на лес позади, спешно двинулись к избам.

– Почему ты не дал мне колдовать? – подала голос Лада.

– Он бы тогда отыскал нас, – пожал плечами Нерослав.

– Как это?

– Я думаю, он мог быть из чертога Вепря, а они… Вы умеете чуять родную магию неподалеку. Должны уметь, – снисходительно добавил юноша, глядя на озадаченную Ладу.

– Но тогда… – начала было девушка да прикусила язычок: неизвестно, можно ли доверять чернобожнику, да и сам он не спешил делиться тем, что разузнал на злосчастной поляне.

Она хотела сказать, что коль незнакомец был таким уж могущественным, он бы мог попросить лес указать, где притаились ребята. Даже Лада такое умела, но лес не всегда отзывался ей. Да и откуда чернобожник знал чертог незнакомца? Странно…

Они наконец вышли к своей деревеньке. Ребят около костра уже не было, и во многих избах лучины тоже погасли – все готовились ко сну. Вдруг из-за Ладиной избы вышла Власта.

– Ты где пропадал? Я тебя обыскалась! Знаешь, что удумал Збигень? … – она вдруг осеклась, заметив Ладу.

Брови черноволосой красавицы поползли вверх, а на губах заиграла усмешка.

– Ах вот где ты пропадал… Ясно-ясно.

Ладе ее тон очень уж не понравился. Нерослав ничего не ответил сестре. Он повернулся к Ладе и серьезно произнес:

– Доброй ночи. Ты там приглядывай за зайцами.

– Всенепременно, – холодно ответила девушка и быстро зашла в свою избу.

Внутри было натоплено и чуть душно. Только сейчас она поняла, как озябла в лесу. Растирая покрасневшие ладони, она вошла в светлицу. К ней обратились лица девушек.

– Лада!

– Ты где была?

– Что приключилось?

– Мне просто нездоровилось, – пробормотала девушка. Она и не подумала, что кто-то заметит ее отсутствие.

Когда все улеглись, и лучина погасла, к Ладе на лавку присела Бажена.

– Расскажешь, что случилось на самом деле?

Девушка кивнула и шепотом поведала подруге все их злоключения с чернобожником.

– Я так и не знаю, что он увидал там и что это была за паутинка, – сокрушенно покачала головой Лада. – И почему этот человек – ежели он из моего чертога – не смог нас найти.

– Ежели он из чертога Вепря, – ответила Бажена. – Но об этом тебе сказал чернобожник. Ох, Лада, с ним знаться опасно, а уж на веру слова его принимать… Послушай меня, – Бажена положила руку на плечо подруги, – ты уже поведала обо всем Златославу, старалась разузнать сама, два в раза в потемках в лесу блуждала, да чуть волкам на зуб не попалась. Сдается мне, пора забыть про зайца. Златослав и Ведагор лучше знают, что происходит у них под носом. А ты так всю учебу прогуляешь! Сегодняшнее задание Збигня придется делать… правда, не тебе одной.

– Да, Власта что-то такое болтала. Что за задание?

– Он сказал, что мы будем водить дружбу с нечистью. А начнем с нашего коловерши – он хоть и не злой, но все же из Нави. Надо было уговорить его сделать предсказание! Ох, ты бы слышала, что он наговорил нам!– девушки тихо прыснули.

 Коловерши был очень вредным – им вроде и положено такими быть, но школьный кот отличался особенным характером.

– И что, получилось у кого?

– У Власты, – шепнула Бажена и поморщилась, – да еще у двух учеников. Я слыхала, они тоже чернобожники.

– Еще двое? – ахнула Лада. – А символы они носят?

– Быть может, браслеты. Все уж утепляются, браслетов не разглядеть, а очелья носят немногие. Как бы то ни было, Збигень велел за седмицу успеть уболтать коловерши, так что придется всем нам идти к нему еще раз. Да и задание Златослава ты хотела повторить! А впереди еще Ганна, Годислав и чертог Макоши. Некогда тебе будет по лесам гулять…

Лада вздохнула и кивнула – Бажена была права. Пора было подумать об учебе – в конце концов, Лесьяр ее сюда для того и прислал.

Лада встала как только рассвело – почти с первыми петухами. Серенький свет осеннего утра слабо освещал сонную школьную деревню. Девушка оделась, стараясь сильно не шуметь, чтоб не будить соседок, поплотнее закуталась в тулуп. Накинула платок на голову и отправилась на поиски коловерши. Если и впрямь все ученики разом будут искать вредного кота, ей стоит поторопиться да отыскать его первой, пока он не очень зол.

Она начала с середки и почти потухшего костра – коловерши часто дремал рядом, обернувшись пушистым хвостом. Но там кота не оказалось. Затем девушка не спеша обошла всю деревеньку, заглядывая в каждый закоулок, который был особо любим большим котом. Лада начала уже тревожиться – деревенька просыпалась, волхвы готовились к учению, а коловерши как сквозь землю провалился. Девушка в нерешительности остановилась перед входом в избу волхвов. Впервые она встретила кота именно там… Однако позволено ли ей войти в такой час? Вдруг дверь распахнулась и навстречу Ладе вышел Нерослав.

– Опять ты! – в голос проговорили оба. Нерослав улыбнулся.

– Если ищешь коловерши, то ты на верном пути, правда он не в духе.

– Но предсказание ты от него получил, – даже не спрашивая, вздохнула девушка.

– Получил, – кивнул Нерослав и прошел мимо Лады. Он уже шагал к своей избе, как вдруг повернулся и заговорщицки прошептал:

– Спроси у него, как ему живется, – и с этими словами, даже не дожидаясь ответа, зашагал дальше.

Лада фыркнула: надо больно еще слушать советов чернобожника. Она вошла в избу, поискала взглядом большого кота, но не успела и рта раскрыть, как тот зашипел из угла:

– Шшшшш, изничтожу и Збигня и всех вас, околотней таких! Обрыдло мне все ваше учение, я вам не игрушка какая-то!

– Доброго утречка тебе, – ошалело проговорила девушка. – Как жизнь кошачья?

Коловерши от изумления так и остался стоять с раскрытым ртом. Шерсть на голове и хвосте стояла дыбом, и от этого кот напоминал черную сердитую елку.

– Погано, – наконец буркнул он.

– Потому что покоя с предсказаниями не дают? – участливо произнесла Лада.

– Да! И обращение как с нечистью какой, как с дворовиком поганым! Я коловерши! Я тут, между прочим, помощник важный…

Лада покивала головой, не зная, как успокоить кота. Дед как-то рассказывал ей, что коловерши очень уж охочи до угощения. Никаких особых изысков у девушки с собой не было – только пара лепешек со вчерашнего ужина, что приберегла для нее Бажена. Лада взяла их с собой, чтоб подкрепиться перед учебой.

– Хочешь кушать?

Кот недоверчиво зыркнул на девушку, и важно отвернул черный нос к стене, но Лада заметила, что шерсть на голове у него улеглась, а хвост спокойно лег вокруг пушистых лап.

– А чем угощаешь?

– Да вот лепешки остались…

– Ох, ты б еще капусты позавчерашней мне предложила, ей-ей. Ладно уж, давай сюда, не пропадать же добру.

Кот ловко подцеплял лепешки лапой и хватал их зубами, словно охотился. Но жевал вдумчиво, не спеша.

– Ты, чай, тоже за предсказанием явилась?

– Явилась, – честно ответила Лада. – Задание исполнить нужно. А иначе, зачем мы здесь?

– Вот и я думаю – зачем, – вздохнул кот. – И отчего ж я тебе отказать не должен, как другим?

– Не знаю, – растерялась Лада. – Все равно это твоя воля: захочешь – скажешь, не захочешь – прогонишь. Я вообще не знала, что коловерши умеют предсказывать.

– Вот-вот, – горько усмехнулся кот, приканчивая последнюю лепешку, – о нас вообще мало кто знает, все норовят нечистью обозвать, а мы знаешь какие…эх!

Он замолчал. Лада тоже молчала, ожидая решения.

– В общем, слушай, – наконец заговорил кот, – лести да ласковости особливо не верь. Не всякий ворон зол, и не всякая курица глупа.

Лада помолчала, ожидая разъяснений, но кот молчал, довольный собой и своей мудростью. Он потер лапой нос и протянул:

– Чего глядишь? Все, ступай. Рад был помочь.

– Благодарю тебя, – важно кивнула Лада, боясь обидеть коловерши.

В этот самый миг дверь, ведущая в светлицу, распахнулась и в сени вышел Златослав. Он был хмур и печален.

– Лада! А ты что тут? – проговорил он.

– Да вот, мне коловерши сделал мудрое предсказание, – Лада уважительно склонила голову перед котом.

Коловерши распушился, чуть наклонил ушастую голову и прикрыл глаза – только зрачки из щелочек посверкивали.

– Смогла-таки, – довольно кивнул Зластослав. – Хвалю. Но про стихию земли тоже не забывай. А вообще, идем-ка со мной, хотел побеседовать с тобой.

– Но у нас, кажется, сейчас урок…

– Нет, ваш волхв еще завтракает. К тому ж он поведет вас на поляну, где испытания были. Я тебя провожу.

Лада замешкалась: ужасно хотелось есть, но отказать волхву она постеснялась. Да и наверняка Златослав про зайца говорить будет. Надо послушать. Девушка кивнула, и они вышли из избы. Первое время шли молча. Волхв словно с мыслями собирался, а Ладе казалось невежливым начинать беседу первой.

– Откуда ты родом? – вдруг спросил Златослав.

Лада немного опешила: все её помыслы были с несчастным зайцем, на той жуткой поляне, где недавно свершилось загадочное жертвоприношение. И потому она никак не ожидала такого вопроса.

– Из деревни неподалёку, – ответила девушка, – она называется Заречье.

– Как же, знаю, бывал там, – кивнул волхв. – Нынче, должно быть, деревня расцвела? У вас и так было весело – что на Ивана Купалу, что на проводы Лешего…

Лада согласно хмыкнула, не очень понимая, куда клонит чародей.

Они миновали ряд изб, и шли через молодой ельник к поляне.

– А моя родная деревня совсем мала. Когда-то у нее и названия толком не было, иногда называли ее Дикой. Рядом была чаща, и дикие звери часто подходили к нашим домам очень близко. Когда мне минуло четырнадцать зим, меня отправили в соседнюю деревню, а оттуда – в посад. В Дикой обучать меня было некому.

Лада слушала очень внимательно, стараясь ничем не нарушать откровений Златослава. Было видно, что он словно нырнул в воспоминания с головой, и вряд ли видел перед собой лес и учеников, которые потихоньку стягивались к поляне.

– Меня учил один древний волхв, он слыл самым искусным знахарем в том посаде. Таких школ, как эта, – он обвёл руками лес и поляну, к которой они как раз вышли, – в то время не было. Никому бы и в голову не взбрело учить молодняк чему-то иному, нежели тому, что уже было вложено в них богами. Коль родился под знаком Семаргла, путь в зелейники тебе заказан. И чернобожники никогда бы не стали даже разговаривать со стихийниками. Нынче всё по-иному: времена меняются, и мы вместе с ними.

На поляне собиралось всё больше учеников. Ребята болтали, шутили. Вдруг поднялся ветер и вдалеке послышался раскат грома – кто-то из стихийников не рассчитал свою силу.

Многие из молодых чародеев с любопытством поглядывали в сторону Лады и Златослава. Девушка, внимавшая словам волхва со всей серьёзностью, скользнула взглядом по толпе, и вдруг наткнулась на взгляд прищуренных зелёных глаз. Власта, сложив руки на груди, нимало не таясь, осматривала Ладу и волхва. Златослав, рассеянно проследив за взглядом Лады, заметил Власту и кивнул:

– Взять хоть Власту. Она не самая приветливая девушка на этой поляне, но очень способная.

Лада не выдержала и хмыкнула.

– Понимаю, – кивнул Златослав. – Но ведь об этом я речь и веду: нам многое может быть не по нраву, но долго ли будет длиться наш путь, если мы не объединимся?

– Какой путь? – нахмурилась Лада. Она чувствовала, что Златослав пытается сказать ей о чём-то, но вместо этого ходит вокруг да около.

– Да наш путь – волхвов, чародеев, знахарей. Ведь мы идём все вместе, и цель должна быть у нас одна…

– Златослав, – вдруг раздался скрипучий голос позади них. Лада обернулась и увидела волхва из чертога Макоши. Она так и не знала, как его зовут, но он ей ужас как не нравился – на испытаниях он вёл себя гнусно.

– Часлав, – кивнул волхв.

– Не серчай, но пришло моё время, а мне надобны все ученики. Тем более эта девушка. Хотелось бы глянуть, как её таланты тревожить зверей помогут ей в моём чертоге.

Часлав улыбнулся и стал похож на гадюку. Ладу передернуло, и она поспешила отвернуться, страшась, что все её чувства были написаны на лице.

Златослав едва заметно поджал губы, но ничего не сказал, просто скрылся за деревьями. Лада вздохнула: она была бы не против, если бы стихийник остался на поляне. От него словно свет исходил.

– Ступай к остальным, – резко промолвил Часлав.

Лада так и сделала. Отыскав Бажену среди учеников, она шепнула, что надо бы поговорить вечером. А заботливая подруга тем временем протянула ей припасенный завтрак.

Часлав же занял место точно как во время испытаний и безо всякого вступительного слова произнес:

– Разделитесь на пары. Да смотрите, чтоб в одной паре не было чародеев из одного чертога! Живее!

Лада с Баженой так и остались стоять рядом. Остальные ребята тоже почти не двигались с места: после первых дней все уже поняли, с кем можно дружить.

Часлав хмыкнул, но возражать не стал.

– Чертог Макоши является одним из самых могучих да сильных, – заговорил волхв. Заметив ухмылки и переглядки в толпе учеников, он желчно добавил:

– Попробуйте поколдовать, когда над вашей жизнью властвует Недоля. Погляжу я, выйдет ли у вас хоть завалящее заклятие. Наши чародеи способны плести проклятия, создавать настоящие сети бедствий, вплетая в судьбу человека помехи, недоли да горе.

– Вот только на столь могучее колдовство способны не все чародеи из чертога Макоши, – раздался голос из толпы учеников.

Лада вздохнула и глянула на Бажену: обе узнали голос Нерослава. Похоже, спорить с волхвами входило у юноши в привычку.

– Кроме того, – невозмутимо продолжал чернобожник, – для того, чтоб накинуть такое заклятие на человека, а тем более – чародея…

– Неприятно слышать, что какой-то иной чертог сильнее вашего, верно? – с неприятной ухмылкой перебил Часлав. – То, о чем вы говорите, юноша, будет на наших уроках. Но всему свой час. А пока будем учиться плести нити судьбы.

С этими словами Часлав, больше не теряя времени, подозвал к себе трех учеников и вручил им связку обычной бечевы, велев раздать всем по одной. Лада невольно оглянулась на Нерослава. Тот хмурился, но молчал. На ухо ему что-то яростно шептала Власта. «Заступается за свой чертог», – подумалось Ладе.

Когда всем досталось по бечевке, Часлав показал, как сплести простое заклятие, с помощью которого можно было наслать на человека простуду.

– А можно что-то доброе сотворить? – подала голос Огнеслава. Остальные ученики согласно загудели.

Часлав закатил глаза, и Ладе показалось, что он сейчас отчитает девушку, но волхв всех удивил. Оглядев раздраженным взглядом учеников, он неохотно показал еще одно плетение:

– Внезапная удача, – буркнул он, – но учтите – спрашивать с вас я буду оба заклятия.

И пошла работа. Хоть плетение и было несложным, но ребятам пришлось изрядно постараться: один держал бечеву меж ладоней, а другой, используя лишь три пальца, должен был сплести узор.

Лада, которая как и многие другие девушки, любила прясть, вязать и шить, через несколько мгновений готова была порвать бечеву, которая упрямо выскальзывала из рук.

– Давай-ка поменяемся, – мягко предложила Бажена, видя, что подруга уже закипает.

Лада послушно натянула бечеву меж рук, и пришел черед Бажены упражняться. Промучавшись несколько мгновений, та смогла подчинить упрямую бечевку.

– Ах, красота! – восхищенно произнесла Лада. – Какая ты искусница!

Ребята, которые были по соседству, тоже кидали восхищенные взгляды на узор Бажены – к этому моменту он не удался никому, кроме нее. Часлав, обернувшись на ропот, не спеша подошел к девушкам. Осмотрел узор и поджал губы.

– Неплохо.

Бажена улыбнулась, потупив взор. Лада тихонько хмыкнула. Неплохо… Да это было просто поразительно хорошо! Часлав сердито зыркнул на нее.

– А твои успехи, любимица Златослава? – мерзко улыбаясь, протянул он. – Покажи нам, удалось ли тебе сплести хоть что-то.

Лада послушно попробовала раз, другой, но бечева выскальзывала и путалась между пальцами. Лада упрямо сжала губы – ну уж нет, Чаславу она не уступит! Она ловко подцепила указательным пальцем бечевку, перекрутила ее, продела средний палец в петлю и…запуталась.

– Весьма изощренно, – ухмыльнулся Часлав. – Придется тебе поработать после урока. Видимо, в этот раз звери бессильны тебе помочь… Так и знайте, – повысил он голос, – пока не научитесь управляться с бечевой, к заклятиям не допущу! Если даже обычную веревку подчинить не можете, куда вам до нитей судьбы.

Когда кончился урок, Лада, все еще пунцовая от смущения, вместе с Баженой шла к костру. Там их ждала свежая похлебка, а затем – урок от Ведагора.

– Ладушка, – нагнал их с Баженой Мокша, – не печалься, этот Часлав ко всем несправедлив! У Бажены вон как споро получилось, а он даже не похвалил ее.

– Да ладно, Мокша, он же прав, – угрюмо произнесла Лада. – Надо мне быть поискуснее…

– После урока с Ведагором мы вместе попробуем, – тихо подбодрила ее Бажена.

Ладе стало чуть спокойнее.

***

Ведагор повел их в чащу. Далеко, гораздо дальше поляны с испытаниями, даже дальше места, где Лада с Баженой и Властой нашли зайца. Когда тишина окутала учеников со всех сторон, а дневной свет не мог пробиться через густые кроны сосен, волхв остановился и негромко проговорил:

– Чертог Вепря – это умение слушать матушку-природу. Она всегда говорит, с каждым из нас. Но слушать способен не всякий чародей. Здесь, где ни осталось иных звуков, кроме как лесных, мы начнем учиться этому. Вам запрещено говорить. Выберите себе место: ствол дерева, камень, ручей, земля, – что душе вашей ближе. Приложите руку вот так. Закройте глаза и просто слушайте.

Ученики, и без того притихшие, безмолвно разбрелись по лесу. Лада не стала ходить далеко. Она присела на поваленное дерево и прикоснулась обеими ладонями к мягкому ковру иголок. И наконец за долгое время выдохнула. Лес сразу же окутал ее теплом и мягкостью, обдал сладким запахом иголок, закружил в водоворот негромких звуков. Вот барсук высунул нос из норы. А в речке плещется плотва. Медведь с шумом продирается сквозь орешник. А вдалеке рядом с поляной старый лис: жизнь едва теплится в мохнатом тельце. Лада сама не заметила, как начала улыбаться. Тонкие пальца поглаживали землю и острые иголки. Дыхание стало ровным и глубоким, грудь вздымалась плавно и размеренно. Время будто остановилось, позволяя молодой чародейке впитать спокойствие леса, напитаться его силой, его мощью…

– Ну-ка вынырни, дитя, – раздался рядом скрипучий голос Ведагора, и Лада вновь подскочила от неожиданности. Она захлопала ресницами, оглядывая мир вокруг.

– Глубоко, слишком глубоко, – покачал головой старый волхв. – Я ведь говорил тебе на испытаниях. Следи за силой, подчиняй ее.

– Я… Я не понимаю, что это значит, – растерянно проговорила девушка.

Ей всегда казалось, что сила и так подчиняется ей. Она вообще не понимала, как может быть иначе.

– Скажи мне, что ты слышишь, – велел волхв.

– Все звуки? – изумленно спросила Лада. – Да их не счесть!

– Тогда ответь, слышишь ли ты воду?

Лада закрыла глаза, вновь прикасаясь руками к иголкам, а мыслями – к лесу. И сразу внешнее словно перестало существовать.

– А ну-ка!

Ведагор ущипнул девушку за руку.

– Ай!

– Пробуй слушать и лес и меня, – строго велел старый волхв.

Лада обиженно потерла ноющую кисть. Она погрузилась в лесные звуки вновь, но на этот раз была насторожена, словно часть ее внимания оставалась с учителем.

– Я чую реку… И пруд. Нет, не пруд – озеро, – поправилась она.

– Так. Ответь, чуешь ли ты зверей?

– Много, – сразу же ответила Лада. – Медведей, барсука, старого лиса, крота, беличье семейство, выводок ежей…

– Достаточно, – оборвал ее на полуслове Ведагор. – А чуешь ли ты горы, дитя?

Лада нахмурилась и потянулась дальше, дальше за лес…

– Невысокие, – кивнула она наконец. – Одна острая, а рядом ровная, словно прибили чем…

– Все, возвращайся, – резко произнес Ведагор.

Когда Лада, щурясь и хлопая ресницами, пришла в себя, волхв сурово произнес:

– Силы в тебе много, дитя. Это хорошо. А вот используешь ты ее неразумно, словно воду во все стороны расплескиваешь. И не чуешь, не понимаешь, потому как меньше ее не становится. Пока.

– Что же делать? – почти шепотом произнесла девушка.

– Следить, – коротко ответил учитель.

– За силой, – добавил он, – и за тем, как ты ею распоряжаешься. Попробуй сейчас побыть только тут, слушай лес, не выходя за эти несколько саженей.

Лада кивнула. Ведагор, не теряя времени, пошел дальше, зорко наблюдая за учениками. Прежде, чем закрыть глаза, Лада успела заметить, как волхв задержался возле Власты, Нерослава и еще двух юных чародеев. «Не иначе, как тоже чернобожники», – подумала Лада. Она вздохнула и все оставшееся время пробовала выполнить наказ Ведагора. Вот уж не думала она, что будет недовольна собой на уроках чародея из чертога Вепря.

***

– Не всякий ворон зол?

– И не каждая курица глупа.

– Вроде ясно все, – улыбнулась Бажена.

– Внешнее ложно, да, – кивнула Лада. – Только о ком это?

– Ну кто среди наших знакомцев похож на ворона?

– Часлав?

– Он скорее змий.

Девочки хихикнули. Они сидели на бревне рядом с костром и учились раз за разом плести бечеву, сплетая ее в узор. Бажена делала это уже до того легко, словно ее родным был чертог Макоши. И у Лады были подвижки. Как ни странно, легкое проклятие далось ей легче, чем внезапная удача. Когда в очередной раз нить соскользнула, девушки услышали смешок.

Лада подняла взгляд и увидела Власту.

– Что-то не так? – неприветливо спросила Бажена. Слышать такой тон из ее уст было странно.

– Просто если твои персты толсты да неловки, тебе только в лесу и жить, – хмыкнула Власта.

– О, с какой же радостью я бы так поступила, – спокойно улыбаясь, произнесла Лада, – ведь в лесу даже самый завалящий навозный жук лучше, чем ты.

Власта скривилась и открыла было рот, чтоб сказать что-то в ответ, но тут от изб к костру подошел красивый юноша и капризно протянул:

– Вот ты где, а я обыскался. Идем-ка.

– Идем, – Власта как шелковая покладисто протянула руку.

Она вдруг словно преобразилась: выражение лица смягчилось, чело разгладилось, на губах заиграла мягкая улыбка. Они с юношей, взявшись за руки, ушли. На девушек Власта и не взглянула.

– Это ли не чародейство? – удивилась Лада.

– Любовь, наверное, – улыбнулась Бажена. – Хотя мне не верится. Власта не наивная глупеня, а Зареслав тот еще искуситель.

– Искуситель? – рассеянно переспросила Лада.

– Да, он очень любит девичье внимание и ласку. Позволяет себе выбирать спутниц, а бывает, смеется над некоторыми…

– Откуда ты знаешь?

– А он из соседней деревни, о нем слава далеко шла, – печально вздохнула Бажена. – Он и нам с подругой нравился. Но Дарена была без способностей, он на таких редко смотрит. А я… – Бажена развела руками и оглядела саму себя.

– А ты, – твердо заключила Лада, – для него слишком хороша.

Бажена благодарно улыбнулась, но покачала головой.

– Думаешь, я из жалости? – спросила Лада. – Ты добрая, тихая, талантливая. Силы в тебе много и щедрости. А он пускай дружит с Властой, они похожи. Видно, что оба любят куражиться над другими, словно…

– Вороны! – воскликнула Бажена. – Быть может, чернобожники или чародеи Макоши – это вороны в предсказании коловерши?

– Думаешь, я несправедлива к Власте?

– Или к ее брату. Да кроме них, ведь есть еще двое. Знаешь их?

– Нет, – помотала головой Лада, продолжая попытки сплести заклятие. – Но прежде, чем с ними знакомиться, надо как следует изучить заклятия с простудой! Мало ли…

Бажена улыбнулась.

– Погоди, я совсем забыла спросить: а что коловерши предсказал тебе?

– Ой, какую-то белиберду, – отмахнулась Бажена. – Ни огонь, ни медь не сравнятся впредь с неожиданной да негаданной радостью.

– Хм… Огонь и медь – так говорят про испытания. Тогда при чем здесь радость?

– А при том, что я – глупеня, которая нашла старого злого кота в плохом настроении, вот он и посмеялся надо мной, – заключила она.

***

Дни потекли, словно вода – быстро и споро. Лада только и успевала писать письма деду, да постоянно работать над чарами. Поначалу они с Баженой вечерами успевали гулять по лесу, знакомиться с царством животных и беседовать. Девушки все больше привязывались друг к другу. Иногда компанию им составлял Мокша, но через некоторое время его присутствие стало тяготить их. Мокша много жаловался и плакался. И тяжко ему было, и домой уехать нельзя, раз отобрали, и скучает он, и в грош его никто не ставит… Но тяжело было всем: Лада не видела ни одного ученика, которому бы все задания волхвов давались легко. Даже Нерослав, который поначалу задевал девушку той легкостью, с какой справлялся с учебой, начал трудиться усерднее: молодому чародею тяжело давались чары чертога Вепря и Семаргла.

Ганна вообще требовала от учеников невозможного: истинных предсказаний, развитых предчувствий и посвящение науке ясного веданья всего свободного времени.

Лада потихоньку освоила простые плетения заклятий, смогла – пусть и совсем чуть-чуть – ощутить стихии, научилась дружить с коловерши и Зерцалицей. Ее любимыми чертогами были чертог Вепря и Матушки-земли: все, что касалось животного да растительного мира, давалось ей очень легко. Сияна всегда на своих уроках выделяла ее с Баженой, чем неизменно злила Власту. Той мастерски давались злые зелья: если кого нужно было отравить или сбить с толку, девушке не было равных. Но как только Сияна повелевала приготовить отвар для восполнения сил, Власта была абсолютно беспомощна. Она все также продолжала вредничать, и к исходу четвертой седмицы ухитрилась настроить против себя почти всех учеников. Ее постоянными собеседниками были лишь Нерослав, Зареслав, да еще двое чернобожников.

Бажена и Лада совсем забыли про то, что хотели разузнать об этих двоих – все их помыслы были заняты учебой. Но как-то раз, когда месяц листопад подходил к концу, девушкам удалось приглядеться к чернобожникам внимательнее.

Волхвы недавно объявили им, что каждый месяц отныне будет посвящен одному большому заданию. И грудень назвали месяцем дружбы чертогов. Ученикам надлежало собраться вместе – по одному человеку от чертога – и весь месяц обучать друг друга. А раз чернобожников было всего трое, Лада и Бажена поняли, что пора разузнать про двух чародеев.

– Тоже юноша и девушка, – говорила Бажена подруге перед уроком.

– А как звать?

– Горяна и Гордей.

– Неужто брат и сестра?

– Вроде бы нет, – пожала плечами Бажена. – Как бы то ни было, этим вечером мы сможем увидеть их мастерство.

Девушка говорила об уроке Збигня. Он снова выдумал для них необычное задание: в ночном лесу отыскать лесавку. Отыскать, да самим не заплутать, ведь эти духи-малыши любили сбивать путников с дороги. Девушки сейчас как раз шли в лес.

– Мне кажется, для чернобожников это очень легкое задание, – нахмурилась Лада, – ведь им положено чуять духов Нави.

– Положено, да не всем дано, – раздался сзади голос. Лада обернулась: за ними на урок шел Нерослав.

Девушки промолчали. Юноша со спокойной улыбкой пошел рядом.

– Ты сегодня не взяла с собой Зерцалицу, – скорее утверждающе, чем вопросительно обратился он к Ладе.

– Откуда ты знаешь? – настороженно спросила девушка.

– Мне ведь положено чуять духов Нави, – рассмеялся он.

Лада нахмурилась.

– Хочу посмотреть, на что способна сама, – сухо ответила она.

– После лучше задобрить ее: расчеши волосы перед зеркальцем, да похвали ее, – посоветовал чернобожник. – Без нужды не стоит ссориться с духами. Тем более с теми, кто может помочь.

И, не дожидаясь ответа, он углубился в лес.

– Знаешь, – протянула Бажена, глядя ему вслед, – иногда мне кажется, что не такой уж он плохой.

– Хороший чародей не будет обижать зверей, – твердо произнесла Лада. – К тому же ты сама говорила – чернобожникам верить не стоит.

– Так все говорят, но если подумать, за весь листопад ничего плохого он не сделал, скорее даже помогал нам.

Лада пожала плечами и промолчала. Она и сама не знала, почему так упорно держала неприветливый тон с Нерославом. Кроме того единого раза с лисом, чернобожник ни разу не пытался навредить ни Ладе, ни лесу, да вообще никому. Но Ладе это казалось изощренным способом обмана. Будто Леший в ненастный день, Нерослав наводил морок и обманом заставлял верить себе. Но Лада не верила. Она семнадцать зим жила с молитвой «Чернобожники – зло». Лесьяр позаботился о том, чтоб его внучка не завела дружбу даже с самым хорошим колдуном из чертога Чернобога. Но дружба дружбой, а учиться нужно было, потому Ладе хотелось непременно заполучить кого-то из них в компанию.

Тем временем они с Баженой зашли уже достаточно далеко в лес. И тогда она почувствовала движение. Тронула подругу за руку, предупреждая ее. По другому это сделать было сложно, ведь тьма была – хоть глаз выколи. Бажена повела рукой над жухлой травой, и по ней словно прошел ветер. Лес замер в предчувствии. Тьма сгущалась все плотнее, и Лада почувствовала, как холодок скользнул по спине, и пальцы налились холодом. Не успела она подумать, что так же чувствует Зерцалицу, как увидела совсем рядом впереди два горящих зеленых глаза. Она ощутила, как рядом вздрогнула подруга – тоже заметила лесавку. «Так, мы ее нашли, это уже полбеды», – подумала Лада. Но вдруг зеленые огоньки зажглись чуть выше их голов, а затем по правую руку… И не успели девушки сделать и пару вдохов, как вся поляна уже светилась зловещим зеленоватым светом.

Ладу замутило. Она глянула на подругу и увидела в ее глазах отражение собственного страха и замешательства. Никто не говорил, что лесавок будет так много. Обычно дети Лешего не причиняли вреда людям, только дороги любили путать, но кто знает, что было на уме у этих духов. Бажена потихоньку плела защитную сеть – она здорово поднаторела в таких заклятиях, да и движения у девушки были плавные, мягкие – в самый раз, чтоб не прогневить лесавок.

Лада же, справившись с собой, держа руки на виду, очень медленно подошла чуть-чуть ближе, мягко опустилась на землю и вытащила из сумы тряпицу. Положив ее на землю в аршине от себя, они развернула вышитые крестиком уголки. Оказалось, что на тряпице лежала сладкая репа – маленькие кусочки, томленые в липовом меду. Девушка, двигаясь все также медленно, взяла один кусочек, положила его в рот и зажмурилась от удовольствия.

– Ммм, – нарочито громко и ясно протянула она, всем видом показывая, сколь вкусное угощение они принесли.

Несколько мгновений не происходило ровным счетом ничего: огоньки зеленых глаз все также ровно горели, освещая лес и делая его зловещим. Но затем одна пара мигнула, и на поляну, низко припадая к земле, вышла маленькая лесавка. Она выглядела как маленькая девочка, только была с ног до головы одета в зелень: зеленые спутанные волосы украшали ветки и опавшие хрусткие листья, босые ноги были грязны, а тело покрывал мох. Зеленые глазки горели и жадно смотрели на угощение, а маленькие ручонки были скрючены, словно когти хищной птицы. Лесавка, постоянно опираясь на руки и пригибаясь к земле, осторожно подкралась к тряпице и вдруг одним быстрым хищным движением схватила кусок репы, моментально отправив его в рот. На миг скривилась от того, что руки стали липкими, но тут же издала довольное мычание. В мгновение ока все горевшие неподвижно огоньки сорвались с места, и вскоре изумленные девушки были окружены лесными духами со всех сторон. Угощения на всех не хватило, но запасливая Бажена извлекла из сумы свою долю, и каждый лесной дух остался доволен.

Девушки рассматривали лесавок очень внимательно, стараясь запомнить каждую деталь: Збигень обещал выспросить у учеников все-все до последней мелочи.

Лада как раз любовалась одной – самой младшей – лесной девочкой, как вдруг все они разом вздрогнули и ринулись в кусты.

– Что такое? – растерянно произнесла Бажена, но на поляну уже выходило несколько чародеев. Из-за темноты их поначалу было не видно, но один из колдунов нес лучину, и в ее слабом свете Лада смогла их разглядеть. Четверо или пятеро. Незнакомая Ладе темноволосая девушка с крупным орлиным носом и юноша с рыжими, как солнце, волосами. Приглядевшись, она вспомнила, что это были те самые чернобожники – Горяна и Гордей.

– Я же говорил, – самодовольно протянул юноша, – а ты – болота-болота… Збигень хитер, только про болотных лесавок рассказал, все на болота и потопали, дурни. Одни мы…

Тут он увидел девушек и осекся. За ним из леса вышли Власта, Зареслав и Нерослав. Последний, окинув взглядом всю картину, чуть слышно усмехнулся.

– Опять вы, – закатила глаза Власта. – Чего вы тут забыли? Ни зайцев, ни багульника…

– Зато есть лесавки, – закончила за нее Лада.

Уж как она старалась не радоваться – пусть и малой – победе над чернобожниками и Властой, а все же мало что могла с собой поделать. На краткий миг на поляне воцарилась напряженная тишина, затем девушка с орлиным носом лениво протянула:

– Ну лесавок я не вижу. Только вас двоих да сладкую репу.

– Остатки сладкой репы, – поправила Бажена.

– Так может вы вдвоем все и съели…

– Ага, выбрались в чащу поесть репки в меду, – серьезно кивнула Лада. – Идем, Бажена, репу мы доели, больше тут делать нечего.

Девушки быстро собрали вещи и убежали. До них доносились неясные недовольные голоса, и обе были рады, что им не пришлось больше выслушивать ни Власту, ни остальных чародеев.

Бажена и Лада шли к костру – именно там их ждал Збигень. Шли и улыбались друг другу: им удалось не только исполнить задание, но и сделать это раньше чернобожников и Власты!

***

– Они все были малы, но одна – самая младшая – была совсем крохой. Нос кнопкой, и мох был в цвету, а глаза отливали желтым цветом.

– Очень хорошо, – кивал Збигень. – Сколько их было?

Лада собралась было ответить, но тут к костру вышла Власта с друзьями.

– Двенадцать, – громко ответила девушка, – и это мы первые нашли лесавок.

– Неужели? – поднял брови Збигень. – А как вышло, что девушки вернулись раньше вас?

– Мы пришли на поляну, – заявила Горяна, не дав и рта раскрыть девушкам, – а они там. Приманивали лесавок медовой репой. Только лесавок мы там не видели. Потом, когда девушки ушли, Гордей призвал лесных духов. Видимо, девы подглядели за нами…

– Ложь, – резко оборвала ее Лада. Она наконец обрела голос, до этого, возмущенная и охваченная гневом, и слова вымолвить не могла. Лес за спинами ребят зашумел, отзываясь на гнев чародейки.

– Спокойно, – шепнула ей Бажена и произнесла, обратившись к волхву:

– Мы сами все сделали, а ребята своим приходом спугнули лесавок, вот и вышло, что они их не видели. Больше нам добавить нечего, – тихо, но твердо закончила она, сжимая руку Лады.

Та все еще кипела, и в лесу вдалеке завыли волки, а деревья закачались от внезапного порыва ветра. Вдруг над кронами вспорхнула птица, огласив вечернюю поляну тревожным криком. Збигень задумчиво вздохнул, глядя на лес, и обратил свой взор к Власте и остальным. Зареслав поднял руки и поспешно проговорил:

– Я ничего не видел, не знаю…

– Я видел лишь тех лесавок, что призвал я, – заявил Гордей.

– Но вы должны были почувствовать духов раньше, если девушки говорят правду, и те были с ними на поляне, – нахмурился Збигень.

– Мы говорили и я не прислушивался, – отвел глаза чернобожник.

– Ясно. Нерослав?

Юноша спокойно встретил взгляд волхва и произнес:

– Так вышло, что все говорят правду. Лада и Бажена действительно нашли лесавок – я не участвовал в разговоре, как Гордей, и почуял их. И мы тоже нашли лесных духов – вернее, Гордей призвал их.

Лада от неожиданности закашлялась и глянула на ребят. Власта сердито вздохнула и закатила глаза, Гордей с досадой покосился на Нерослава, а Горяна, качая головой, напротив – и не взглянула на юношу. И Лада вдруг поняла, что они обсуждали это раньше, по дороге – никто из них не выглядел удивленным таким оборотом событий. Оглядывая ребят, она краем сознания почувствовала, что лес успокоился: ветер утих, и вновь послышались неспешные птичьи трели.

Збигень кивнул и, поманив пальцем Ладу и Бажену, тихо сказал:

– Молодцы. Ступайте спать. Лада, следи за силой, ты вновь растревожила лес.

Девушки кивнули и поспешили к избам.

– Я даже слова там вымолвить не смогла, когда Збигень начал их расспрашивать, – призналась Бажена.

– Не думала, что Власта с Горяной решатся на такое, – покачала головой Лада. – Надеюсь, Збигень с ними потолкует.

– И с Нерославом, – добавила Бажена.

– А с ним что?

– Помнишь, как Збигень отчитал Земелю за то, что он своих случайно выдал, когда они в деревню на свадьбу сбежали гулять? Он терпеть не может, когда такое происходит. Хотя, мне кажется, Нерослав сразу им сказал, еще по дороге, что все расскажет. Да и не похоже это на предательство. Хитрый он – и вашим и нашим…

– Я тоже так думаю, – кивнула Лада. Ей было неловко и досадно, что юношу ждет наказание за то, что он вступился за них.

– А я думаю, что на этот раз нужно его поблагодарить, – тихо добавила Бажена.

***

Лада успела поспать лишь немного. Только запела иволга, как девушка отправилась на поиски расковника. Разрыв-трава росла на болотах, и чтоб найти ее требовалась недюжинная сноровка. Ну или принадлежность к чертогам Чернобога или Матери-Земли. Во многом потому Лада и вызвалась на поиски – она надеялась встретить на болотах Нерослава, ведь Сияна велела приготовить им зелье истины, а без расковника тут было не обойтись. Лада хотела поговорить с чернобожником без лишних глаз и ушей.

Кроме того, на поиски проскурок ходила Бажена, и Лада подумала, что так будет честно – пусть подруга в этот раз поспит подольше. Она быстро добралась до болота, а там затихла, затаилась. Гладила камыш, прислушивалась к лесу. Ночь перевалила за незримую черту, и хоть темнота еще окутывала лес, Лада чуяла, как происходит главная перемена: ночные животные и птицы постепенно уступали место дневным. Лада потихоньку прикоснулась к лесу, дала ему чуть времени обвыкнуться с ее присутствием, а затем спросила. Лес зашумел – он был обычно отзывчив, но все же не был родным для Лады, а потому немного неохотно открыл свои богатства. Девушка, словно кошка в темноте, разглядела тусклое сияние рядом с трясиной – то была разрыв-трава. Свой, родной лес, подсказывал Ладе нужные тропки, травы и места, даже не успев услышать вопрос.

Девушка забралась в заросли и начала аккуратно собирать расковник, как вдруг услышала шорох. Чужой. Кто-то рядом бродит в зарослях. Хрустнула ветка. Послышался легкий вскрик.

– Ох, Мокша, как ты меня напугал! – с облегчением выдохнула девушка.

– И ты меня, – еле слышно проговорил Мокша.

– Ты чего тут?

– За травой пришел… Где ее искать вот только…

– За расковником? Вот он, набирай, – чародейка щедрой рукой обвела волшебные травы.

Мокша благодарно кивнул и начал неловко рвать траву. Причем он захватывал и расковник, и кислицу, и несколько сорняков. Вид у парня был напуганный – он был бледен и весь сжат, словно пружина.

– Мокша, ты в порядке? – участливо спросила Лада. Её вдруг начала мучить совесть: они с Баженой совсем забыли про незадачливого колдуна. Что с ним творилось все это время?

– Да-да, просто я напугался, когда тебя увидел. Гордей велел мне идти за расковником, а ведь его русалки сторожат…

– Мокша, брось, это все сказки. Да и что русалкам в трясине делать? Так значит ты с Гордеем дружбу водишь?

– Да, они выбрали себе чародеев, и я чудом с ними очутился.

– Ну и хорошо, – коротко ответила Лада.

Она не сомневалась, что Гордей выбрал парня, чтоб тот выполнял всю грязную работу. Они в молчании обрывали расковник, а затем вместе двинулись в обратный путь. Только Лада успела с досадой подумать, что не встретила на болотах чернобожника и придется говорить с ним на глазах у Власты и остальных, как юноша вышел из-за деревьев.

– Доброго утра вам, – зевая, проговорил Нерослав.

– И тебе, – ответила Лада и шепнула Мокше:

– Ступай, поговорим потом, ладно?

Тот слегка обиженно насупился, но спорить не стал. Лада дождалась, пока он уйдет, повернулась к Нерославу и, собравшись с духом, выпалила:

– Благодарю тебя за вчерашнее заступничество.

Юноша захлопал ресницами и протянул:

– Да не за что тут благодарить… Я просто побоялся, – усмехнулся он, – что нас всех волки задерут, если не вмешаться.

– Ну в любом случае, я думаю, что это было очень благородно… Вот. Тебя накажут? Збигень вроде не любит, когда так…

– Он сделал мне строгий выговор. Но я не думаю, что это было предательство. Я не хотел никого обижать, а своим сказал еще по дороге, что так не пойдет…

Лада впервые за разговор улыбнулась, растроганная такой заботой о них с Баженой.

– … Потому что чертог Чернобога очень силен и не нуждается в мороке и обмане, чтоб это показать.

Улыбка на устах девушки растаяла.

– Вот только начинаешь верить, что ты не совсем пропащий! – в сердцах воскликнула она.

– Но ведь это правда, разве нет? Глупо отрицать силу там, где она есть. Но там где сила, должна быть честность. Вдобавок, нечестно было закрывать глаза на вашу победу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.