Женщина бандита
Мила Дрим

© Мила Дрим, 2024

ISBN 978-5-0062-2319-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Женщина бандита

Уважаемые Читатели! Хоть книга и основана на реальных событиях, пожалуйста, помните, это – художественное произведение, все персонажи и события являются вымышленными, любое совпадение является случайностью.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Моё сердце забилось от сладкого осознания, что чудо, которое я вымаливала у Господа, чудо, которое я считала недоступным мне, свершилось.

Мой любимый мужчина признался в своих чувствах.

– Любишь? – чувствуя, как глаза увлажнились от слез, прошептала я.

– Люблю, – Искандер прижался к моим губам и поцеловал.

Сдержанно и властно – словно ставил печать.

Всего лишь одно прикосновение любимых губ – и все те чувства, что я прятала – даже от самой себя – поднялись волной в моей груди.

Душа закрутилась от счастья, и слезы – побежали по моим пылающим щекам.

– Не плачь. Я здесь, – Искандер осторожно обнял меня за плечи.

Тепло его рук – долгожданное, проникающее под одежду, тотчас нашло отклик. Кожа покрылась сладкими мурашками.

– Буду плакать, – выдохнула я в любимые губы.

– Ладно, – я почувствовала, как его губы изогнулись в улыбке, – плачь. Я буду рядом.

Я всхлипнула и уткнулась носом в шею Искандера. Аромат – тот самый, восточно-пряный, которым был пропитан воротник водолазки, проникал все глубже.

Дышала – и не могла надышаться им.

Боялась, что стоит мне пошевелиться, сдвинуться – и всё исчезнет.

– Молодежь! Вы там чего стоите, мерзните? Дует, поди с подъезда. Давайте проходите. Я чайник поставила, – крикнула с кухни Зоя Павловна.

Я вздрогнула и осторожно, по-прежнему боясь спугнуть волшебные мгновения, подняла взгляд на любимого.

Тигриные глаза смотрели с затаенной лаской на меня.

– Пойдем, – прошептал Искандер, – выпьем чай перед дорогой.

Его пальцы спустились вниз.

Коснулись моего левого запястья и чуть сжали – и чувствительная кожа в этом месте заныла от ласки.

Шершавые пальцы скользнули рядом с браслетом часов.

Я заметила, как губы Искандера растянулись в довольной улыбке, когда он обнаружил свой подарок.

– Не сняла, – протянул любимый.

Я послала ему взволнованный взгляд и, повернувшись, первой пошла на кухню.

Не хотела заставлять Зою Павловну ждать, да и вообще…

Хотелось снова сесть. От волнения ноги еле держали.

С тяжелым вздохом я опустилась на табурет. Зоя Павловна послала мне обеспокоенный взгляд:

– Опять голова закружилась?

– Совсем чуть-чуть, – я улыбнулась и быстро спрятала сломанную руку под стол.

Искандер, чуть сощурив глаза, пристально смотрел на меня. Садиться за стол он не спешил. Его взгляд изучающее скользил по моему лицу.

– Смотри-смотри хорошенько на свою любимую, – гремя чашками, произнесла Зоя Павловна. – Видишь, какая красивая.

– Вижу, – Искандер чуть улыбнулся.

– А ты видишь, в каком она состоянии? – Зоя Павловна встала перед ним, и все что я теперь видела – её спину, и руки, упертые в бока.

– Это тоже вижу, – донесся до моего слуха глухой голос.

– Искандер! – выдохнула Зоя Павловна, и я поняла, что её сейчас понесет.

– Я не любитель читать нравоучения! Ты – взрослый мужчина. Но я тебе скажу так. Запомни, какая сейчас Лиза, и не доводи её до такого больше никогда. Я уже тебе говорила однажды, напомню – такой, как она, больше нет. Если потеряешь её – будешь потом локти кусать.

– Я это понял, Зоя Павловна, – сдержанно отвечал любимый, – но спасибо за ваше напоминание.

– Да уж, не могла я не напомнить! Бедную мою девочку, ты бы видел то, что я видела тогда, этот… – голос Зои Павловны сорвался на всхлип, и я поняла, что впервые увидела её плачущей.

Зоя Павловна рванула к раковине, включила воду и начала умываться.

Я перевела взор на Искандера.

Его лицо приняло убийственно ледяное выражение.

– Он уже заплатил за это, – голосом, в котором ощущалось удовлетворение, сообщил Искандер.

– Заплатил? – Зоя Павловна, промакивая глаза полотенчиком, на котором были вышиты алые маки, непонимающе посмотрела на Искандера. – Его ж найти не могут.

– Плохо искали просто, – Искандер многозначительно улыбнулся, и от его улыбки у меня засосало под ложечкой.

Он был похож на зверя – опасного, дикого, который только прикидывался, делая вид, что соблюдает правила, принятые в обществе.

Зоя Павловна, замерев на месте, уставилась на Искандера.

– А ты нашел? – на её полном, покрасневшем лице мелькнула догадка.

– Нашел, – Искандер обезоруживающе улыбнулся, – Зоя Павловна, чай будет? А то нам с Лизой скоро уезжать.

– Будет, – Зоя Павловна одобряюще улыбнулась, – всё будет, мои дорогие!

Искандер, наконец, сел рядом – слева от меня.

Пальцы мои задрожали, когда я попыталась взять чашку с чаем. Искандер, ни слова говоря, обхватил её и поднес к моим губам.

– Осторожно, – прошептал он.

Я смущенно улыбнулась. Сделала осторожный глоточек. Сейчас, даже без сахара, чай показался мне вкусным.

И все потому, что я пила из любимых рук.

Пока я пила чай, Зоя Павловна села напротив. Глянула на нас, и лицо её, мокрое от слез, озарилось улыбкой. Как солнце выглянуло после дождя.

– Вы теперь куда, Искандер? – медленно размешивая свой чай, поинтересовалась она.

– В Москву, – он поставил мою чашку на стол. – Еще чай будешь?

Я мотнула головой:

– Напилась. Спасибо.

Искандер залпом осушил мою чашку, затем тоже самое проделал со своей.

– Ох, переживаю я, – Зоя Павловна вздохнула, – но переживала бы еще больше, если бы ты не приехал.

– Нам пора, спасибо за чай и вообще – спасибо, Зоя Павловна, – Искандер решительно поднялся, и я, как будто притянутая магнитом, тоже встала.

– Давайте я вам оладья с собой положу, – Зоя Павловна поднялась и уже наклонилась, чтобы сложить их, но Искандер сдержанно попросил:

– Зоя Павловна, спасибо. Как-нибудь в другой раз.

– В другой раз? – она грустно улыбнулась. – Да разве мы еще увидимся? Знаю я, как Москва засасывает…

– Увидимся. Может, мы заглянем, а может, вы к нам в гости приедете. Телефон я ваш знаю, вы тоже знаете, как со мной можно связаться.

Как-то неожиданно мы оказались в коридоре. Искандер, отыскав мою куртку, набросил мне её на плечи. Застегнул. Помог обуться.

Каждый его поступок источал заботу.

А я, все до конца не веря в реальность происходящего, с молчаливой улыбкой наблюдала за ним.

За его сосредоточенным выражением лица, за смуглыми, умелыми пальцами…

Я таяла от его заботы, как снежинка на горячей ладони.

– Давайте, с Богом, – выдохнула Зоя Павловна.

Я видела, как она сдерживалась, чтобы снова не расплакаться. Я порывисто обняла её.

– Спасибо. За всё, моя дорогая Зоя Павловна, – прошептала я.

– Да за что ж благодарить-то. Так поступил бы каждый человек.

– Не каждый, – озвучивая мои мысли, произнес Искандер.

Он сунул руку в карман и положил что-то на полку рядом с трельяжем.

– Это – что? – Зоя Павловна вязла в руки пачку денег.

– Это – вам, Зоя Павловна, моя благодарность.

– Ты что? Я разве за деньги Лизе помогала? – Зоя Павловна непонимающе посмотрела на Искандера и попыталась засунуть ему деньги обратно в карман, но он, рассмеявшись, увернулся.

– Это просто моя благодарность, Зоя Павловна. Возможно, её будет достаточно, чтобы вы смогли открыть свой ресторанчик, – с этими словами Искандер взял меня за левую ладонь и потянул за собой.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Дверь машины хлопнула, и горячая рука, нырнув под куртку, обвила мою талию.

Я ахнула от столь неожиданной ласки, непонимающе посмотрела на любимого.

Голос с водительского кресла застал меня врасплох:

– Ты прям, как украл. Привет, Лиза.

Я вздрогнула, дернулась и увидела в зеркале веселые глаза Амина.

– Привет, – смущенно выдохнула я.

– Не украл, а забрал своё, – расплываясь в довольной улыбке, ответил Искандер.

Его рука, устроившись у меня под ребрами, теперь прожигала мою кожу.

– Давай, до дома, а потом – в аэропорт, – любимый перевел на меня взгляд.

Его тигриные глаза выражали триумф – словно он только что одержал невидимую битву.

– У тебя дома одежда осталась ведь? Паспорт с собой?

– Да, – я несмело сжала свою сумочку, в которой как всегда, лежали все документы. – Одежда… Была вроде.

– Ладно, не найдется, полетишь так или я тебе свою дам, – дразнящим тоном предложил Искандер.

Я запрокинула голову и пристально посмотрела на него, пытаясь понять, шутит ли он или говорит на полном серьезе.

В любимых глазах заплясали искорки веселья.

Я улыбнулась в ответ:

– Хорошо! Только мне, чур, твой адидасовский спортивный костюм!

– Будет тебе и костюм, и все что попросишь, и еще, – пальцы Искандера чуть сильнее сжали меня, и я почувствовала желание, которое они источали.

Наверняка, мы ехали не только для того, чтобы я переоделась. Видимо, в планах Искандера было еще и то, чтобы мы уединились в спальне.

Только вот я этого пока совсем не хотела. Рана, что была еще в душе, никак не затягивалась. Это не убавляло моей любви, нет!

Просто… Я была не готова.

Веселье, что до этого бурлило во мне, сдулось, как шарик.

Я повернулась, и осторожно положила голову на плечо любимого. Затихла.

Машина, разбрасывая в стороны мутные капли от луж, покатилась по дороге. Я устремила взор в окно.

Все кругом было серым и унылым. Листья, потеряв прежнюю яркость, теперь грязным месивом лежали на земле.

Деревья, лишенные прежнего украшения, выглядели сиротливо. Казалось, им было холодно и одиноко.

И люди, что куда-то шли, тоже выглядели так.

Я вздохнула. Когда-то и я была такой. Еще недавно. А теперь – сердце мое, согретое важными словами, наполнялось теплом. Ехали молча. Лишь изредка, нарушая тишину, Искандер и Амин обменивались фразочками. Говорили на своем, красивом языке.

Мне, вдруг, стало любопытно, как бы на азербайджанском звучало «я люблю тебя».

Наверняка, эти слова были особенно красиво. Впрочем, рассуждала я, на каком языке бы они не произносились, слова любви всегда были прекрасны.

Наконец мы завернули на уже знакомую дорогу. Вскоре показался сам дом. Глядя на красивые башенки, я с сожалением понимала, что уже сегодня мы покинем его.

Жаль.

Но я принимала решение Искандера.

– Амин, воду в брызгалки залей, – скомандовал Искандер, как только машина остановилась возле дверей дома.

– Понял, – ответил Амин.

– Осторожно, красота, вот так, – любимый, придерживая дверь, протянул руку, чтобы я могла на нее опереться.

Я ухватилась за раскрытую ладонь и аккуратно выбралась наружу. Поежилась, ощутив, как ветер куснул меня за щеки.

– Замерзла? – Искандер, обняв мои плечи, потянул меня к дому. – Пошли греться, милая.

Дом. Тепло, но как-то хмуро. Первое ощущение подсказало – за эти дни тут никто не жил.

Искандер забрал у меня куртку. Разулась я сама. Это было куда проще, чем обуваться.

– Я есть хочу, у нас тут еда найдется? – заходя следом за нами, поинтересовался Амин.

– В холодильнике глянь, – Искандер стянул свою кожаную куртку и повесил рядом с моей.

– Гляну. Чайник поставлю? – Амин выжидающе посмотрел на старшего брата.

– Себе если только, – Искандер посмотрел на свои часы. – У нас времени еще два часа. В 12 выезжаем. Лиза, идем наверх.

От последней фразы по спине поползли мурашки. Понимая, как это звучит «идем наверх», я стыдливо опустила взор и пошла к лестнице.

Искандер догнал меня. Взял за левую руку и повел за собой.

Как только мы оказались в спальне, я устало опустилась на кровать. Легла поперек, левую руку вытянула, правую тревожить не стала.

Искандер встал у моих ног.

Потяжелевший взор начал свое бесстыдное путешествие. Бедра, мой чуть оголившийся, живот, грудь (разумеется, без бюстгальтера), шея и, наконец, лицо.

Везде, где прошелся взгляд любимого, кожа покрывалась мурашками. Сладкими, мучительно-ноющими…

Искандер продолжал разглядывать меня.

Чувствовала себя тортиком, который собирались сожрать. Ощущая все нарастающее смятение, я попробовала нарушить молчание:

– А где Гаджи?

Уголки темных губ приподнялись в усмешке:

– Я, конечно, люблю своего брата, но сейчас не хочу, чтобы его имя звучало в спальне.

Искандер, одарив меня улыбкой, лег на кровать. Та, от его веса, издала жалобный стон.

Он повернулся на левый бок и пристально посмотрел на меня. Глаза любимого – теперь потемневшие – ласково глядели. Словно Искандер мысленно целовал меня.

– Ну, что, красота, как дела? – он осторожно коснулся моей щеки, погладил, а затем рука его спустилась вниз, на грудь.

Я сглотнула. От переживаний мне все казалось, что внутри что-то сдавливало.

Мужская рука поползла вбок.

– Хорошо дела, – прошептала в ответ.

– Насколько хорошо? – не сводя с меня взора, Искандер теперь гладил меня по левому боку – туда-сюда.

И каждое движение его делало это место все чувствительнее и чувствительнее.

– Намного лучше, чем в предыдущие дни, – не на шутку разволновавшись, выдохнула я.

Странное дело, мы не виделись не так уж и долго, а по моим ощущениям – словно год прошел. Не знаю, может, причина была во мне, в моем восприятии Искандера.

Я и раньше смущалась его, а теперь – снова чувствовала себя девственницей. Даже несмотря на то, что когда-то лишилась невинности благодаря ему.

– Я скучал по тебе, меним балача гызым, – Искандер подался вперед и, осторожно, чтобы не задеть мою сломанную руку, поцеловал меня.

О, этот поцелуй так отличался от того, что был в коридоре квартиры Зои Павловны!

Язык – горячий, влажный, разомкнул мои губы и нагло прорвался внутрь. Тоска, что все еще крутилась внутри меня, вылилась в тихий стон.

Чувствуя в себе желанный вкус любимого, я ответила на его поцелуй.

Искандер рассмеялся:

– Моя маленькая, сладенькая.

Его горячая ладонь забралась мне под кофту, поползла вверх…

– Нет, – выдохнула я ему прямо в рот.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Нет? – Искандер усмехнулся. – Совсем – нет? Или – нет, но попозже?

Его самоуверенность подействовала на меня отрезвляющее.

– Просто – нет, – выдохнула я, и любимый сдвинулся так, чтобы теперь видеть мое лицо.

Я выжидающе смотрела в его глаза, подернутые дымкой страсти. Было любопытно – о чем он думает в эти секунды и как отреагирует на мой отказ.

Как я и ожидала, вопрос не заставил себя ждать.

– Почему? – его голос теперь был глухим, без нотки самодовольства. – У тебя что, эти дни неделями идут?

Я покраснела. Надо же, помнил!

– Нет. Не неделями. Дело не в этом, – я выразительно посмотрела в любимые глаза, – я не могу вот так – сразу.

– Как – так? – Искандер непонимающе нахмурился.

И в глазах, кажется, мелькнуло недовольство.

– Так быстро. Мне трудно, понимаешь?

– Пытаюсь понять, – мужская ладонь погладила по плечу. – А что трудного-то? За руку беспокоишься? Так мы с тобой аккуратненько.

Мне хотелось смеяться и одновременно плакать от его слов.

– Ты, правда, не понимаешь, – сделала я вывод.

– Так объясни, – глаза Искандера блеснули, – чтобы я понял.

– Мне тяжело так переключиться… – вздохнув, начала я, – столько всего произошло за эти дни! Я думала, что мы больше не увидимся. А потом этот урод… Я так напугалась! У меня еще и милиция показания брала… И эта ночь в больнице. Я до последнего надеялась, что ты придешь.

Сказала – и почувствовала себя опустошенной. Захотелось спрятаться под одеялком, и чтобы никто не беспокоил.

Кроме Искандера. Но не занятий я любовью хотела, а просто объятий. Чтобы мой мир вновь стал спокойным и надежным.

«А когда он был таковым?» – внутренне усмехнулась я.

– Я не мог прийти, – сдержанно ответил любимый.

Его взгляд помрачнел.

– Что-то случилось? – прошептала.

– Случилось многое, и произойдет еще больше. Выводы сделаны, решение принято. Одно из самых важных касается тебя. Ты теперь со мной, Лиза. Насовсем. Поэтому – не хочешь, не готова – подожду. А пока, давай-ка я переодену тебя.

С этими словами Искандер поднялся и потянулся.

Я улыбнулась, наблюдая за тем, как напряглись его мышцы. Настоящий тигр!

– Так, что там у нас, где? – Искандер раскрыл шкаф в поисках моей одежды.

Достал с полки мои джинсы, расправил и внимательно посмотрел на них.

– Лиза, приедем в Москву, вещи тебе купим, – решительно глянув на меня, заявил Искандер.

– Тебе, что, стыдно, что твоя девочка такое носит? – шутливо поинтересовалась я, хотя внутри все сжалось от напряжения.

– Мне не стыдно, милая, – смуглые пальцы потянули за домашние штаны и стянули их с меня.

Глаза Искандера заблестели при виде моих голых ног.

– Просто, – он начал осторожно одевать на меня джинсы, – мне стоило бы позаботиться об этом. Ничего, все будет. Давай-ка, попу приподними.

Я послушно выполнила его просьбу. Джинсы скользнули вверх, и теплые пальцы застегнули замочек, а потом и пуговицу на них.

Я затаила дыхание, пока Искандер делал это. Казалось бы, ничего такого, но внутри все пылало от смущения и тоски. Особенно, когда его ладонь, как бы невзначай, касалась полоски обнаженного живота.

– Ну, всё, красота моя, готово, – Искандер дерзко улыбнулся и выпрямился.

Встав посреди комнаты, он упер руки в бока и обвел пространство внимательным взглядом. Видимо, вспоминал, все ли взял с собой.

Вся его поза выражала нетерпение и желание действовать. Энергия в Искандере кипела и ощущалась даже сейчас, когда он просто стоял на месте.

Я медленно поднялась и встала позади любимого.

Не самые веселые мысли уже закружились в моей душе.

– Искандер, – тихо позвала.

– А? – он послал мне взгляд через плечо.

– Мне страшно, – призналась я.

– Чего боишься? – Искандер повернулся ко мне и взял за плечи. Тепло его пальцев просачивалось сквозь кофту, и мне казалось, что я стою голой перед ним.

– Много чего… – я напряженно улыбнулась. – Москва – она такая большая. Здесь непросто-то было, а там как?

– Как бы там не было, моя милая, самое главное, чтобы мы были вместе.

– А ты… – я сглотнула, потому что слова приносили мне боль, – меня не бросишь?

– В смысле? – черные брови поползли вверх.

– Ну, в Москве много женщин. Красивых, успешных… Вдруг, ты…

Я не договорила, потому что Искандер прижал к моим губам горячую ладонь. Да так сильно, что я удивилась.

– Даже не договаривай, Лиза, – властно произнес он, – я тебе уже дважды сказал, что люблю тебя, а ты все сомневаешься. Я не из тех, кто признается в любви одной, а других трахает для разнообразия. Мне это неинтересно. Я уже достаточно пробовал в этой жизни, чтобы сделать выводы. А теперь будь хорошей девочкой, смени тему, потому что я начинаю злиться.

Я кивнула, и любимый убрал руку.

– Вот умничка моя, – он погладил меня по щеке, и я, пронзенная его лаской, затрепетала.

Интересно, я всегда буду так волноваться рядом с Искандером?

…Наш местный аэропорт сегодня был тихим и печальным.

Словно зная, что я уезжаю, он грустил по мне.

Как-то даже непривычно было видеть аэропорт таким.

С щемящим чувством груди я стояла рядом с Искандером, пока он покупал для нас билеты. Слезы так и наворачивались на глаза.

Хотелось плакать – только я не могла понять почему.

Может, потому что понимала, что уезжая в Москву, я оставляю свою прежнюю жизнь?

Там, в столице, не будет ни знакомых улочек, ни заботливой Зои Павловны…

И тети Веры с Аленкой, и отца с бабушкой!

Жаль, что мы расставались вот так, на такой горькой ноте. Понимала – их не переделать. Но все же, я всегда была за мир.

Только вот с ними, и особенно с тетей Верой и Аленкой, он был уже невозможен.

– Девушка, а девушка, а можно с вами познакомиться? – протискиваясь к окошку, как только Искандер отошел в сторону, с улыбкой поинтересовался Амин.

Девушка за стеклом захлопала длиннющими ресницами. Амин уже наклонился, чтобы что-то сказать ей…

– Хорош тут! – Искандер толкнул брата в плечо.

Вроде легонько, но тот покачнулся и как-то непонимающе, может даже обиженно, посмотрел на Искандера.

– Самолет через 15 минут, – он понизил голос, – держи свой хрен в трусах.

– Эх, – Амин тяжело вздохнул, бросил прощальный взгляд на молодую женщину, а Искандер лишь грубо рассмеялся.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Я старалась не показывать своего волнения, когда нас окружили около десяти незнакомцев, все, как на подбор, одетые в кожаные куртки.

Мода, что ли такая тут, в Москве?

– Искандер, старший брат, Москва заждалась тебя, – выступая вперед, протянул один из мужчин, и я узнала по голосу, что это был Гаджи.

Искандер грубо рассмеялся, и шагнул к нему навстречу.

Братья обнялись. Я завороженно посмотрела на них.

Было что-то особенное, щемящее душу, в их отношениях и этих медвежьих объятиях.

То самое братство.

– И тебя тоже, – Гаджи, улыбнувшись, приобнял Амина.

Не так крепко, на мой взгляд, как Искандера, но тоже с братской любовью.

– Лиза, – Гаджи кивнул, и я несмело кивнула в ответ.

Трудно мне было. Столько мужчин, столько энергии!

И я – как хвостик, рядом с Искандером.

– Машина ждет, поляна накрыта, – Гаджи взглядом указал в сторону, где в ровный ряд выстроилось 6 внедорожников. Разумеется, тонированные. Этакие черные, бездушные монстры.

Погодите-ка… Поляна? Что за поляна?

В моем взволнованном разуме завертелись ассоциации с этим словом. Наконец, до меня дошло, что «поляна» – это стол со всевозможными угощениями для дорогого гостя.

Дорогим гостем, без сомнения, был Искандер.

– Кто накрыл? – любимый пристально посмотрел на Гаджи. – Гаур?

– Ага, и Цыган тоже там будет, – глядя прямо в глаза брату, ответил Гаджи.

– Где накрыл? У себя, в гостинице? – Искандер чуть сощурил глаза.

Я, вглядываясь в его лицо, пыталась понять, о чем он думает. Но, как всегда, это оказалось трудной задачей.

– У себя.

– Понял, – рука Искандера нашла мою ладонь и властно обхватила её.

Он потянул руку, и, наконец, посмотрел на меня.

И хотя я не удостаивалась его внимания не больше, чем пять минут, эти минуты ощущались мной, как часы.

Поэтому я была особенно рада ощутить любимую руку на своей. Сразу стало спокойнее, но что-то мне подсказывало, что это – временная передышка.

Мы быстро дошли до машины.

Двери открылись, и приглушенный аромат из пряностей и тепла вынырнул наружу и потянул за собой.

Кожаные сиденья заскрипели, когда я скользнула по ним ягодицами. Я покраснела и, желая убедиться, что Искандер не услышал этого звука, украдкой посмотрела на него.

Он одарил меня многозначительной улыбкой, и, не давая мне хоть капельки надежды, приглушенно заметил:

– Мне нравится этот звук. Наталкивает на кое-какие мысли…

Я замерла, а Искандер, сдвинувшись ко мне, заключил меня в кольцо своих рук. Заглянул в глаза и прошептал:

– Планы немного изменились. Мы едем в гости. Ты со мной не пойдешь, а будешь отдыхать и ждать меня в номере.

Я моргнула.

– Гаджи! – повысил голос Искандер, и его брат, сидящий за рулем, ответил:

– Слушаю.

– Будешь сегодня охранять Лизу, пока я и Амин с Гауром общаться будем.

– Я слышал, там будет Цыган, – многозначительно протянул Амин, сидящий на переднем сиденье.

– Вот именно, – подчеркнул Искандер, и от его тона моя душа покрылась холодными мурашками.

Мне не нравилось ни как это звучало, ни то, что я почувствовала.

– Кто этот Цыган? – прошептала я и перестала моргать, ожидая ответа любимого.

– Скоро узнаем, – Искандер вызывающе улыбнулся, – поэтому сегодня я ужинаю без тебя. Так надо.

Я еще больше испугалась. Прильнула щекой к груди любимого. Зажмурилась, отчаянно желая услышать стук любимого сердца.

Эх! Какой там, кожаная куртка такая плотная!

Не спрашивая разрешения, я скользнула пальцами по замку, расстегнула наполовину, нырнула здоровой рукой в теплое, желанное убежище. Пальцы обнаружили какие-то ремешки. Подтяжки, что ли?

Почему-то стало весело от этих мыслей. Представила в голове мультяшного Карлсона.

Рука моя дернулась…

И наткнулась на что-то твердое, выпирающее.

Я замерла и подняла на любимого непонимающий взгляд.

– Что там? – напряженно прошептала я.

– Ствол, – расстегивая куртку до конца и сдвигая в сторону, чтобы открыть мне обзор, ответил Искандер.

Взор мой примагнитился к «стволу».

Рукоять цвета темного шоколада как-то вызывающе ярко смотрелась на фоне черной водолазки… Хотя, может, дело было не в цвете, а в предмете?

Я, ведь, впервые видела пистолет вживую.

Мою грудь обожгло от страшных догадок, хотя, ведь, я должна была раньше догадаться об этом!

Я и думала, признавалась я себе, только отпихивала эти мысли подальше…

Пальцы мои задрожали. Я боялась. Не за себя. За любимого.

Видимо, все чувства отразились на моем лице, потому что Искандер, наклонившись, припал к моим губам в сдержанном поцелуе, а потом – прошептал:

– Никого и ничего не бойся, моя милая.

Я кивнула. Что я могла сказать? Как мне страшно за его жизнь?

Разве это придало бы ему сейчас сил?

Понимая, что у меня осталось не так много времени, я сделала, что так хотела. Прижалась к груди и облегченно выдохнула, услышав стук любимого сердца.

Стучи, стучи, мое любимое, храброе сердце!

Что-то теплое и тяжелое заскользили по моей голове, и я поняла, что это Искандер гладит меня. Его нежность, которую он давал мне, окутала меня теплым коконом, и к тому моменту, когда машина остановилась возле ресторана с громким названием «Царское подворье», я чувствовала себя уже спокойно.

Оставалось только сохранить это спокойствие, когда я буду ждать Искандера…

ГЛАВА ПЯТАЯ

Искандера встречали, как короля.

Даже ковровую дорожку по этому случаю постелили.

Стоящая по бокам от неё охрана следила за тем, чтобы никакой случайный прохожий не встал на дорожку.

Группа мужчин, которую возглавлял какой-то лысый, крепкий незнакомец, вышла на улицу, когда мы выходили из машин.

Я окинула пространство беглым взглядом. Пятиэтажное здание, аркообразные окна. На нижних этажах – с решетками. По периметру – черные фонари. В отличие от городских, они уже светили. Их мягкий, теплый свет, создавал какую-то особую атмосферу.

Небо, сгущаясь темными красками, напоминало о грядущем вечере.

Я прерывисто вздохнула. Воздух был пропитан запахом сигарет, бензина и холодом. Почему-то меня замутило, но я, призвав на помощь всю свою выдержку, держалась из всех сил.

Голову прожигала единственная мысль.

Не показать, что я слабачка!

– Исканде-еер! – лысый мужчина, раскрыв руки для объятий, выступил вперед.

Любимые пальцы отпустили мою ладонь, и на короткий миг, против своей воли, я ощутила себя брошенной.

– Гаур! – Искандер легонько приобнял лысого в ответ.

– С дороги, устал, наверное? Ужин на столе, давай, идем внутрь, – голос Гаура тоже имел акцент, но не столь ощутимый, как у моего любимого.

– Совсем не устал, но мне нужен самый лучший номер. Организуй, Гаур.

Наконец Гаур заметил меня. Взгляд у него был цепкий, но не такой, который вызывает неприятные чувства.

Скорее, он был человеком с большим жизненным опытом и разбирающийся в людях. Это первое, что пришло мне на ум.

– Организуем, конечно, старший брат. Я специально держу самые лучшие номера незанятыми, вот для таких важных гостей.

– Как всегда, предусмотрителен, – Искандер обернулся на меня и я, притянутая его взглядом, поспешила к нему навстречу.

Я видела, что на меня смотрят.

Чувствовала чужие взгляды на себе. Что они видели?

Провинциальную девчонку со сломанной рукой?

Этот вопрос немного, но волновал. Я не хотела, чтобы Искандер стыдился меня. Не знаю почему, но именно это сейчас беспокоило больше всего.

Сильные пальцы сомкнулись на мне. Да, любимый. Пожалуйста, держи меня крепко. Потому что я нуждаюсь в тебе и твоей силе.

Мы прошли внутрь – и тепло окутало меня с головы до ног.

Я принюхалась, пытаясь понять, что это за место. Нередко же, бывает так, что запах многое говорит об этом…

И снова аромат сигарет, тяжелого парфюма, горячей еды…

– Номер готов, – пропела молодая женщина в деловом костюме.

Она, как привидение, как-то неожиданно показалась в коридоре.

Такая вся красивая – приталенный пиджак, юбка-карандаш и туфли на высоком каблуке. Светлые волосы в модной стрижке, каскад, вроде так называется…

Настоящая модель, почему-то решившая работать в этом заведение.

– Гаджи, – не оборачиваясь, позвал Искандер.

Я почувствовала, как справа от меня встал его брат.

– Брат, проводи и подожди, когда я вернусь, – произнес Искандер.

– Понял, – ответил он.

– Иди, – Искандер чуть сжал мою ладонь и отпустил её.

Чувство тоски тронуло мне сердце, но я отказалась обращать на него внимания. Выдавила из себя улыбку, на которую сейчас была способна.

Жаль только, что любимый уже не смотрел на меня.

Я облегченно выдохнула, когда осталась одна в номере. Гаджи, теперь выполнявший роль верного пса, охранял меня снаружи. Он был не один, а с двумя мужчинами из той компании, что встретили нас. Предполагаю, что все это были люди Искандера.

В номере было уютно.

Двуспальная деревянная кровать, застеленная теплым покрывалом. Прикроватные тумбочки с торшером. Г-образный диван и кофейный столик. В углу урчал небольшой холодильник. Плотные шторы закрывали окна. Сбоку стоял сейф. Большой такой, в два раза выше холодильника.

Я устало опустилась на кровать. Попружинила на ней.

Удобно, но… Без Искандера все не так.

Понимала, что нужно себя чем-то занять, вот только сделать это было очень трудно.

ИСКАНДЕР

Боковым зрением я проводил Лизу вдоль коридора. Только сейчас я понял, что ей не хватило какого-то особого жеста от меня. Вероятно, поддержки.

Ничего.

Когда поднимусь, обниму её крепко. Но не здесь. Слишком много случайных людей.

Я часто проигрывал предстоящие ситуации в своей голове. Раскладывал их по отдельным полочкам. Эта полочка была предназначена для Лизы.

– Проходи, дорогой, – певуче протянул Гаур.

Мы были уже давно в деле и знали наши красные линии. После убийства Ахмеда, некоторые из воровского мира рискнули сунуть свои подлые лапы в мой бизнес. Теперь я объявил сходку, чтобы расставить все жирные точки.

Кто-то убил моего брата по оружию. Ахмед был надежным человеком, ни никто так и не объявил войны.

Цыган не имел отношения к рынкам зелени.

Он продавал наркоту. Вряд ли бы он сунулся в тему, но он мог что-то знать.

Я, Амин и Гаур подошли к столику, за которым сидел Цыган со своим доверенным человеком. Я заметил несколько людей на входе. Цыган всегда ходил с внушительной охраной.

Заметив нас, Цыган встал и, любезно улыбнувшись, протянул руку. Его пальцы украшали золотые, массивные печатки.

– Искандер, приветствую тебя!

– Взаимно! – я сжал его жилистую ладонь.

Хитрый лисий взгляд Цыгана выдавал его легкую обеспокоенность, когда он пробежался им по лицам моих людей.

Я сел за стол напротив Цыгана.

Амин разместился напротив его человека, имя которого я не знал.

Это был новый человек. Предыдущего убили на прошлой неделе.

Сам Цыган и его свита наркоту не употребляли. По крайней мере, их вид не выдавал в них нариков. Но было что-то во взгляде Цыгана такое, что наталкивало меня на мысль, что он знает нечто важное и взвешивает, сказать ли мне это или нет.

– Цыган, мы знаем друг друга давно. Я не мешаю тебе. Ты не мешаешь мне. Мы с тобой в разных лодках и на разных полюсах, – я пристально вглядывался в его лицо, – но есть кто-то, кто хочет нас с тобой поссорить. Я думаю, ты знаешь это не хуже меня. Мне лишь надо убедиться в том, что мы сохраняем с тобой добрососедские отношения. Ты не лезешь в мой огород, а я не трогаю твой порошок.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Лиза

Я вздрогнула от звука открывающейся двери и медленно открыла глаза.

Где я? Взор мой, затуманенный дремой, заметался по стенам гостиничного номера. События завершающегося дня яркой лентой пронеслись в моей голове, и я, наконец, пришла в себя.

– Уснула? – с улыбкой протянул Искандер и неспешно прошел в номер.

Я скользнула по нему оценивающим взглядом.

Что искала? Намеки на то, как прошла его встреча.

Он выглядел, в отличие от меня, бодро. Кожаная куртка по-прежнему на широких плечах. Только расстегнута…

На лице – почти дружелюбное выражение. А вот глаза…

Там, в глубине, еще виднелся надменный холод.

– А что на кровать не легла? – Искандер сел сбоку от меня, все еще полулежавшей на диване.

Я медленно села.

Смуглые пальцы легли мне на плечо. Погладили. Хоть Искандер старался это делать ласково, но на кончиках его пальцев горело нетерпение. Словно куда-то он торопился.

– Не знаю, я и не думала, что усну тут. Просто сидела, ждала тебя… А сколько времени-то?

Искандер плавно развернул мою руку, сдвинул рукав кофты и обхватил стальной циферблат часов. Стрелки показывали шесть вечера.

– Всего шесть, – удивилась я. – Я думала, часиков десять.

– А что так? Так ждала меня? – с улыбкой, от которой у меня заныло сердце, поинтересовался Искандер.

Короткий вопрос, выдававший его чувства. Теперь понимала – ему было важно, чтобы я ждала.

Не стала мучить, ответила сразу:

– Ждала.

Искандер стиснул меня сильнее, разумеется, осторожничая с моей сломанной рукой, и потерся носом о мой нос.

Я уловила запах чего-то соленого.

– Ты что там ел? Чем-то вкусным угощали? – почти промурлыкала.

Не могла по-другому, когда любимый был так близко. Тепло и аромат его тела будоражили, наполняли…

– Икру ел. С хлебом.

– Вкусно? – я с любопытством посмотрела на Искандера.

– Нормально. А ты что, ни разу не пробовала, да? – в тигриных глазах мелькнула догадка.

– Не пробовала, – я поспешила сменить тему, потому что не хотела быть в любимых глазах бедной сироткой, – а мы сегодня где будем ночевать? Тут?

– Домой поедем. Хочешь к нам домой? – наклоняясь ко мне, искушающим голосом произнес Искандер.

– А у нас есть тут дом? – взволнованно выдохнула я.

Для меня это было по-настоящему удивительным! Мы только приехали, да еще куда? В Москву! А тут и дом, оказывается, имелся.

Наш.

– У нас тут есть дом, – голосом, полным удовлетворения, ответил Искандер. – В Подмосковье. На машине – всего полчаса до него.

Сердце забилось часто-часто! Волна радости захлестнула меня, и я, обняв любимого здоровой рукой, произнесла:

– Домой! Конечно, я хочу к нам домой!

…Я почувствовала себя куда лучше, когда вновь оказалась в машине.

За рулем, как и в прошлый раз, был Гаджи. Рядом сидел Амин.

Ну а я наслаждалась обществом Искандера. Положив голову ему на плечо, я заинтересованным взглядом смотрела в окно.

Совсем завечерело…

Мимо проезжали автобусы, грязные стекла которых создавали эффект тонировки. Не было видно ни лиц, ни силуэтов пассажиров.

На остановках толпились люди. Наверное, так холодно было стоять на них, сейчас, в этот ветреный октябрьский вечер.

Я заметила, как люди, при виде нашей машины, проводили её напряженным взглядом. И так случалось каждый раз, когда мы проезжали мимо остановок.

– Почему так? – не выдержав, я приподняла голову и вопрошающе посмотрела на Искандера.

Его лицо, прежде выражавшее львиное спокойствие, озарилось улыбкой.

– А ты как думаешь, милая?

– Если бы я имела ответ в голове, я бы не стала спрашивать, – я улыбнулась в ответ, – скажи.

– Назад посмотри и вперед, чуть повнимательнее, – словно разговаривал с маленькой, ответил Искандер.

Я выполнила его просьбу. Чуть повернулась назад, и увидела, что позади нас ехали черные внедорожники. Затем мой взор устремился вперед, и только теперь я заметила, что и там были машины.

Я помнила, что нас с аэропорта сопровождали автомобили, но не в таком же количестве…

Я вопрошающе посмотрела на любимого.

– Это называется кортеж, – смилостившись надо мной, пояснил Искандер.

– А мы теперь так будем ездить всегда? – уточнила я, в глубине души надеясь, что ответ будет отрицательным.

Уж слишком это было помпезно.

– Периодически.

– Да ладно, брат! – подал голос Амин. – Скажи уж, что по статусу положено сопровождение. Да и безопаснее так.

– На счет безопасности можно поспорить. Внимания привлекает много. Но вот, чтобы потешить самолюбие и показать, кто здесь кто, в самый раз.

– Пусть знают! – разгорячился Амин. Голос его источал дерзкое веселье. – Кто тут у нас коронованный.

И вновь я ничего не поняла. Снова посмотрела на Искандера.

Захлопала глазами, ожидая его ответа.

– Ты что, из королевской семьи? – озвучила я свою самую смелую догадку.

На секунду воздух наполнила звенящая тишина, а потом – он взорвался от грубого, мужского смеха.

– Ага, – подал голос Гаджи, – только из воровского мира.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Чувствуя невероятное волнение, я неуверенно переступила порог нашего дома.

Запрокинула голову и скользнула взглядом по высокому потолку, темным шторам, стенам и посмотрела на улыбающегося Искандера.

Его улыбка была такой самоуверенной, и потому вопрос, прозвучавший следом, показался мне неожиданным:

– Ну, как, красота, нравится?

Неужели он сомневался, нравится ли мне?!

Да я была в восторге! Казалось, что я очутилась в сказочном дворце из мультика «Красавица и чудовище»!

Столько пространство, света!

Красивая деревянная лестница, вырезанная талантливой рукой мастера, устремлялась на второй этаж, пол устилал огромный ковер цвета горького шоколада, на окнах висели тяжелые, бархатные шторы глубокого изумрудного цвета.

Очень много лакированного дерева – как рамка, оно обрамляло стены, потолок… Дорого и удивительно уютно.

– Мне очень нравится! – выдохнула я и, придавая вес словам, широко улыбнулась.

– Хорошо, – в тигриных глазах мелькнуло удовлетворение.

– Значит так, – разуваясь, продолжил Искандер, – на первом этаже живут братья, мы – на втором.

– А кухня? – я скинула обувь, и один ботинок с грохотом упал на пол.

– Что – кухня? – Искандер непонимающе посмотрел на меня, поставил мою обувь аккуратно.

Я покраснела. Ощущение, что я маленькая, и другое чувство – что я любимая, согревали мне сердце.

– Ты сказал, что на первом этаже живут братья, вот я и уточняю, на кухню-то можно ходить?

– А, это, – Искандер взъерошил мои волосы, а потом пригладил их.

Видимо понял, что мне не очень идет такая прическа.

– Дом – большой. Правое крыло – их территория. Левая – общая. Кухня как раз там. Так понятнее?

– Да, – я кивнула и с волнением посмотрела наверх.

В голове запульсировал вопрос.

А какая там у нас спальня? Стало так интересно!!!

– Правое крыло, говоришь, – раздался позади веселый голос Амина. – И всё – наше? Гуляем, Гаджи!

Я полуобернулась, и заметила, как Амин повис на плече Гаджи. Лицо последнего не выражало ничего, кроме сосредоточенности.

– Я тебе погуляю, – Искандер бросил строгий взгляд в сторону Амина, – никаких баб домой чтобы не приводил.

– А ему, что, можно? – Амин кивнул на Гаджи.

– А мне, – отвечал тот с усмешкой, – и так понятно, что нельзя.

Амин издал разочарованный вздох.

Впрочем, судя по его глазам, искрящимся лукавым весельем, я делала вывод, что он просто прикалывался.

– Так, парни остаются в доме для охраны, – Искандер выразительно посмотрел на братьев, – мы с Лизой наверх, а вы отдыхайте сегодня. Завтра рано выезжаем. У нас встреча с Жориком.

Рано выезжаем? Что-то мне подсказывало, что эта поездка будет точно без меня.

Грусть тотчас куснула меня за душу. Я вздохнула и посмотрела на любимого, но не стала спрашивать у него.

После. Когда мы останемся наедине.

Искандер, обхватив мою ладонь, потянул меня за собой.

Мы поднимались медленно. Я знала, что любимый мог идти куда быстрее, но понимала – он намеренно не спешит. Для меня.

– А вот и наша спальня, – Искандер распахнул дверь и завел меня за собой.

Щелкнул выключатель, и комната наполнилась мягким, теплым светом настенных бра.

Взор мой сразу же обнаружил кровать. Большая, деревянная, застеленная плотным покрывалом.

Ничего необычного, но мне захотелось лечь на неё и уснуть. В объятиях любимого.

Слева стоял деревянный шкаф. Чуть дальше – стол-тумба.

– Здесь уютно, – произнесла я и совсем нескромно зевнула.

Искандер, расстегивая куртку, одарил меня усмешкой.

– Прости, – виновато улыбнулась, – я очень хочу спать. День такой долгий был. Я устала.

– Устала – ложись, – Искандер прошел дальше в спальню.

Открыл шкаф и повесил свою куртку.

– Давай, ложись, – любимый помог мне снять мою куртку.

Делал это он предельно осторожно, и я таяла от его ласки.

Мысли о том, чтобы этой ночью отдаться ему, запульсировали в моей груди. Я тоже скучала. Я нуждалась в нём.

Размышляя над этим, я опустилась на край кровати. Взор мой примагнитился к Искандеру. С затаенным восхищением наблюдала я, как он снимает кобуру, стягивает ремни…

Действия его были умелыми, сосредоточенными. Становилось очевидно, что он проделывал это не один раз.

Я, вдруг, поняла, что очень мало знаю о любимом.

Вернее так, мне он рассказал важное, но все равно, для меня это было недостаточно.

Когда любишь – хочешь знать о любимом человеке как можно больше. Чтобы лучше понимать, чтобы еще сильнее любить.

Вот и у меня появилась такая потребность.

– Откуда у тебя пистолет? – поинтересовалась я.

Искандер, в это время расстегивающий ремень, на секунду замер.

– Лиза, милая, зачем тебе эта информация? – обезоруживающе улыбнулся он.

– Просто интересно, – губы мои дрогнули в ответной улыбке.

– Ответ – «оттуда» – подойдет? – выразительно изогнув брови, уточнил он.

– Вполне, – я вздохнула, понимая, что тема про оружие не обсуждается, – а как прошла сегодняшняя встреча с… Гауром, кажется? И Цыганом?

– Вполне хорошо, – Искандер встал напротив меня, и мои губы оказались напротив его живота.

Я покраснела, а Искандер, обхватив мое лицо, вынудил посмотреть на него.

Когда я увидела его помрачневший взгляд, мне стало не по себе.

– Моя маленькая, любопытная девочка, давай ты больше не будешь интересоваться вопросами, которые тебя не касаются? Так будет безопаснее для тебя самой, – не сводя с меня тигриных глаз, то ли попросил, то ли потребовал Искандер.

– Прости, – я сглотнула, – просто… Я хотела бы больше знать о тебе.

– Эта тема тебя никак не касается, – его шершавые пальцы мучительно медленно обвели контур моих губ.

От этой откровенной ласки я почувствовала, как жар сдавил мою грудь. Она заныла-заскучала…

Хотелось ласки любимых рук.

– Тогда расскажи мне, что можно… – попросила я.

– Можно – целоваться и обниматься, – Искандер отступил назад и начал раздеваться.

При виде его смуглого, мускулистого тела, я ощутила невероятную тоску. Хотела, чтобы он лег на меня!

Нет, не страсть мной руководила, а желание почувствовать близость с любимым.

– Искандер, – почти жалобно позвала я.

Сама не поняла, почему у меня получился такой тон.

– А? – он бросил водолазку прямо на стол.

Через секунду там были брюки.

Теперь Искандер стоял в одних боксерах.

Чувствуя себя девственницей, я сдавленно произнесла:

– Я хочу, чтобы ты обнял меня. Хочу заснуть в твоих объятиях. Я так соскучилась по тебе.

Его лицо озарила понимающая улыбка.

– Уже лечу, милая, – с этими словами он вновь подошел ко мне.

Аккуратно раздел. Теперь на мне были лишь трусики и футболка, что, видимо, очень понравилось Искандеру.

Взор любимого медленно пополз по моим белым, голым ногам, и остановился на лице.

Я видела голод в тигриных глазах, и теперь, кажется, я хотела утолить его.

– Любимый, пожалуйста, поцелуй меня, – слетело с моих губ.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Горячие губы обожгли мое обнаженное плечо.

Я вздрогнула и пробудилась.

Еле разлепив веки, я устремила сонный взор в пространство. От кровати отодвинулась тень, раздался приглушенный голос моего любимого:

– Уезжаю. Буду сегодня.

Я медленно села в кровати. Одеяло сползло с моего голого тела, и мне стало холодно.

Но, скорее всего, именно весть о том, что Искандер уезжал, лишило меня тепла.

Как же быстро прошла ночь!

Кое-как подтянув одеяло обратно, я произнесла в ответ:

– Что мне делать?

А хотелось бы сказать «останься». Но я не имела права на это.

Искандер двинулся ко мне. Восточный аромат наполнил мои легкие. Самый вкусный запах для меня.

– Ждать. Отдыхать. Дома есть обслуживающий персонал. Ты здесь хозяйка, поэтому, – горячие пальцы коснулись моей обнаженной груди. Сжали, и я почувствовала себя персиком, из которого хотели выжать сок.

– Поэтому – командуй. Но дом не покидай, – Искандер наклонился ко мне.

Мои губы нашли его рот раньше. Я поцеловала любимого – преданно и страстно.

Но инициатива недолго принадлежала мне. Совсем скоро Искандер захватил мой рот, и на несколько секунд я подумала, что всё это закончится занятием любовью.

Увы, я ошиблась.

Искандер отпрянул от меня. Горячая ладонь успокаивающе погладила по моей голове.

– Спасибо за чудесную ночь, любимая. Отдыхай.

– Я провожу, – выдохнула я.

– Нет. Не нужно. Останься в тепле. Поспи за меня, и руку береги, – попросил он, и я подчинилась.

Дверь за любимым закрылась, а я, замерев, всё слушала его удаляющиеся шаги. Они становились тише и тише, и сердце, осознав это, стало противно ныть в груди.

Я несколько раз прерывисто вздохнула. В воздухе еще висел любимый аромат…

Скоро до моего слуха донеслись мужские голоса. Звук открываемой-закрываемой двери. Еще каких-то несколько минут, и я услышала шуршание шин по дороге…

Сердце наполнилось тоской. Пробираясь все глубже, она лишала меня ощущения счастья, которое почти сутки было со мной. А вот теперь Искандер ушел – и вместе с ним ушла вся радость.

Понимала, что так нужно, что есть причины для этого, но сердце жило отдельной жизнью. Любящее сердце нуждалась в том, чтобы любимый был рядом…

…Второй раз я проснулась, когда за окном было светло. Минут двадцать мне понадобилось, чтобы привести себя в порядок – и больше половины из этого времени я провела в ванной комнате.

Ух, как тут было роскошно!

Унитаз с биде (впервые видела его вживую, и даже с интересом попользовалась им), далее – просторная душевая кабинка, посреди комнаты – туалетный столик с небольшим зеркалом, дальше – вместительная ванная, напротив которой разместилось уже большое зеркало в золотой оправе.

Сам столик, кажется, был из мрамора. Я осторожно коснулась его. Гладкая прохлада обожгла мне ладонь.

Я улыбнулась. Надо же. Какая роскошь! Непривычно, но мне нравилось.

Я еще раз обвела взглядом комнату.

Все здесь было выдержано в белых, золотистых и коричневых тонах. На крючках висели пушистые, белоснежные полотенца.

При виде них я даже захотела принять душ, но опасаясь за свою руку, отказалась от этой идеи и ограничилась минимальными водными процедурами, на которые была способна.

Вернувшись в спальню, я кое-как оделась. Все же, когда одна твоя рука сломана, это становилось непростой задачей, но я справилась. К этому времени я уже ощущала такой голод, что не оставалось ничего другого, как спуститься вниз, хотя эта идея и заставляла меня нервничать.

Я помнила, что Искандер сказал мне этим утром…

Но сейчас его рядом не было, а я чувствовала себя неуверенно. Размышляя над тем, как все пройдет, я вышла из спальни и направилась на первый этаж.

Так, куда же идти? В какой стороне комнаты братьев, а где – кухня?

К счастью, звук закипающего чайника подсказал мне правильный ответ. Я завернула в коридор, прошла пару метров и оказалась на пороге кухни.

Уют. Вот какое слово подходило для этого места. Кухонный гарнитур из темного дерева (чем-то напомнивший тот, что был в другом доме, но этот был роскошнее), посреди – островок, у стены – кожаные диванчики, а возле плиты крутилась невысокая, коренастая женщина. Её голову украшал яркий платок, повязанный, как косынка.

– Здравствуйте! – поздоровалась я.

Незнакомка, вздрогнув, обернулась. Секундное удивление на загорелом лице, а потом его сменила искренняя улыбка.

– Здравствуйте, – с легким акцентом отвечала она, – вы, наверное, Лиза? Хозяин говорил про вас. А я – Гюнаш. Мы с Данизом работаем тут. Даниз – мой муж.

– Очень приятно познакомиться, – я улыбнулась в ответ.

Женщина, стоящая передо мной, отличалась яркой внешностью. Черные брови, густые ресницы, темные глаза. Прямой нос очень гармонично смотрелся на её смуглом (теперь я поняла, что это был не загар, а оттенок кожи) лице.

Несмотря на возраст (предположительно, ей было за 50), Гюнаш была красива.

Хотя кто сказал, что красота исключительная прерогатива молодых?

– Лиза, я как раз приготовила завтрак. Надеюсь, омлет вы кушаете? – поинтересовалась Гюнаш.

Мне было так непривычно, что женщина, втрое старше меня, обращалась ко мне на «вы».

– Гюнаш, ко мне можно обращаться на ты, – с улыбкой попросила я, – и да, я непривередлива в еде, и с аппетитом поем омлет. Это им так вкусно пахнет?

– Да, хорошо, – лицо женщины расцвело в улыбке, полной облегчения.

Видимо, она до последнего считала, что я окажусь капризной, наглой дамочкой…

Не дай Бог! Не дай Бог стать такой!

Гюнаш поставила передо мной тарелку с пышным, похожим на суфле, омлетом.

– А вы уже кушали? – обхватив вилку, поинтересовалась я у Гюнаш.

– Да, – она, заваривая чай, улыбнулась. – Не беспокойтесь, не беспокойся, Лиза. Приятного аппетита. Ой, чуть не забыла!

Она открыла-закрыла холодильник внушительного вида, и поставила передо мной пачку с творожной массой.

– Хозяин велел, чтобы ты две пачки съедала. Чтобы рука заживала.

– Спасибо! – чувствуя тоску по любимому, поблагодарила я.

Омлет и творог я проглотила очень быстро – такой голодной я была! И, конечно же, завтрак оказался невероятно вкусным!

– Спасибо, Гюнаш, – я вышла из-за стола и нерешительно посмотрела по сторонам.

Светлые стены кухни, как и везде, были обрамлены деревянными рамами. Взор мой зацепился за окно. Вчера, когда мы приехали вечером домой, я не особо разглядывала придомовой участок. А теперь увиденное немного удивило меня.

Во-первых, тут было в разы больше места, чем в предыдущем доме (невольно, я каждый раз сравнивала с ним), во-вторых, кругом была охрана.

Широкие, высокие мужики стояли неподалеку от дома, у забора, у домика… Я насчитала восемь человек. И что-то мне подсказывало, что это были не все.

Интересно, теперь всегда так будет много охраны, или сегодня – особый случай?

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Книга вывалилась из моей левой руки, когда я услышала за окном шуршание шин.

Показалось?

Имея прошлый опыт, я уже знала, что моё сознание, нередко, играло со мной. Учитывая то, что я целый день ждала Искандера, не было бы ничего удивительного, если бы и в этот раз мне «показалось».

Но даже понимая вероятность этого, я подошла к окну, сдвинула плотные шторы и увидела в свете фонарей, как оживилась охрана.

Забегали, зашумели.

«Еще бы, – улыбнулось мое сердце, – ведь возвращается Король».

Через секунду во дворе показались две тонированные машины. Затаив дыхание, я ждала, когда из одной из них появится мой любимый.

Сердце, в ожидании Искандера, сжалось в моей груди. Я так соскучилась! Господи, как я скучала!

Наконец взор мой безошибочно определил среди мужчин любимого. Искандер, подняв ворот кожаной куртки, приостановился, и начал что-то говорить охране.

И хотя мне не было слышно, я улавливала энергию власти, которую он источал. Слушавшая его охрана, покорно кивала головой. Было очевидно, что авторитет Искандера для них был непререкаем.

Любимый хлопнул одного из них по плечу и улыбнулся.

При виде любимой улыбки, я ощутила сладкую дрожь внутри.

Скорее, родной, домой! Эти слова пульсировали во мне, но привлекать внимания к себе я не посмела.

Понимая, что, очевидно, Искандер скоро пройдет в дом, я нехотя отлепилась от окна и вернулась на диван, на котором провела последние четыре часа за прочтением книги.

Разумеется, теперь я уже не была способна что-либо читать. Превратившись в большое Ухо, я ждала.

Минута, две…

Ну, где же ты, Искандер? Я вся истосковалась!

И все равно, когда до моего слуха донесся звук открываемой двери, я подпрыгнула от неожиданности. Подскочила и…

Ноги сами понесли меня к любимому.

Ни мужские голоса, ни даже смех, не могли остановить влюбленную ракету под названием Лиза на пути к её вселенной Искандер.

– Искандер! – ооочень громко выдохнула я, выворачивая к двери и едва не налетая на любимого.

– О-па, – горячие руки сомкнулись на моей спине, и Искандер притянул меня к себе, – это, походу, твой коронный номер, да? Опять ведь чуть не налетела на меня? А, признавайся, милая?

Он заглянул мне в глаза, и я почувствовала себя… Пьяной.

Ноги подкосились, сладкое тепло, вытекая из груди, заполняло каждый миллиметр моего тела, и сердце, мое смелое сердце, так громко барабанило!

– Признаюсь, – расплываясь во влюбленной улыбке, протянула я, – я соскучилась, любимый.

Я подставила губы для поцелуя, но взамен получила приглушенное:

– Не здесь.

Только теперь до меня дошло, что свидетелями моих чувств стали братья Искандер и какой-то темноволосый незнакомец в драповом пальто. Судя по его внешности – смуглая кожа, карие глаза, он был той же нации, что и братья Джариевы.

– Это – Эмиль, мой гость. Эмиль, это – Лиза, и она принадлежит мне. Думаю, мне не нужно объяснять, что это значит, – с последним словом Искандер хищно улыбнулся. – Давайте, все на кухню. Тетя Гюнаш сегодня приготовила дюшбара.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Я и не думала, что можно приготовить такие крошечные пельмени, что плавали в моей тарелке. В одной столовой ложке помещалось аж девять штук!

Первая мысль при виде них – блюдо для малышей, но когда я проглотила первую пельмешку, то поняла, что они созданы для изысканных гурманов.

Ароматное, приятно жирное мясо, специи, тонкое, упругое тесто… Мм… Даже несмотря на то, что я сегодня хорошо ела, я с огромным аппетитом накинулась на дюшбара.

Мы сидели на кухне.

Я, Искандер, Эмиль, Амин и Гаджи.

Рядом вертелась Гюнаш.

Как Искандер назвал её? Тетя Гюнаш. Так и я буду обращаться к этой улыбчивой женщине.

– Тетя Гюнаш, а соус можно еще? – Амин, обернувшись на женщину, широко улыбнулся ей.

– Сейчас! – тетя Гюнаш поставила на стол несколько пиал, наполненных золотистой, ароматной жидкостью.

– Это – уксус с чесноком, – подсказал мне Искандер. – Хочешь?

– Мне и так вкусно, – я улыбнулась.

Бульон, правда, тоже было очень вкусный. Густой, наваристый, ароматный…

Я ела с аппетитом, наслаждаясь каждой ложкой, отправленной в рот.

– Рассказывай, как там, в солнечном Баку? – Амин выжидающе посмотрел на Эмиля, и я заметила тоску в глазах брата Искандера.

– Баку процветает и радует сердце, – ответил Эмиль. – Солнце любит этот город, чего не скажешь про Москву. Холодно тут.

Придавая веса словам, он передёрнул широкими плечами.

– Я тоже, по первой, мерз тут, – улыбнулся Искандер, – да чего таить, и сейчас, порой, тоже, как начинается октябрь, испытываю желание вновь оказаться в любимой стране… Но нельзя.

– Да, теперь тебе туда нельзя, – Эмиль понимающе вздохнул.

– А что такое, почему тебе нельзя? – вырвалось у меня.

Да, знаю, надо было молчать. Но я не смогла.

Искандер скосил на меня глаз. Я, спохватившись, сделала единственное, на что была сейчас способна.

Захлопала глазами, как дурочка.

– Потому, – одаривая меня многозначительной улыбкой, ответил Искандер. В его взоре прочиталось предупреждение.

– Извини, – прошептала я и опустила глаза.

Почувствовала себя ребенком, которого взрослые были вынуждены взять на свою встречу. И сразу ужин потерял прежний вкус.

– А помнишь Носорога? – сменил тему Эмиль, чем вызвал у меня благодарность.

– Как же, – голос Искандера наполнился весельем, – помню, конечно.

– Он, короче, кафе открыл. Пригласил местную знаменитость, певицу, на открытие. Голос у неё такой, знаешь, мощный, аж стены дрожат, – Эмиль усмехнулся. – Народу собралось… И братки подтянулись. В общем, певица-то эта, приглянулась Носорогу. Вот только он ей не особо понравился. Она, оказывается, в мента влюблена была. И там случилась перестрелка. Носорога откачали в больничке, а певичка свалила заграницу. Такие дела.

– А мент? – раздался голос Гаджи.

– А мент звездочки получил, – Эмиль приобнял Искандера за плечи, и я сдвинулась вбок, чтобы чужая рука не коснулась меня.

– Брат, а помнишь, ты мечтал о погонах? Эх, были времена! – с неким сожалением выдохнул гость.

Я замерла. Вот это да… Кажется, Искандер не рассказывал мне про это… Или рассказывал?

– Помню, но дорога туда оборвалась в тот день, когда я отомстил за отца, – Искандер откинулся назад, на спинку дивана, и Эмиль был вынужден убрать руку.

– Тетя Гюнаш, пожалуйста, можно чай? – попросил Искандер. – Ща по стаканчику чая – и спать.

– Шутишь? – в голосе Эмиля зазвенело удивление. – Я думал, покумекаем немного перед сном.

– Покумекаем, но не сегодня. День долгий был.

Тетя Гюнаш, как волшебница, поставила на стол поднос с прозрачными стаканами в жестяных, цветных подстаканниках.

– Осторожно, Лиза, я сам, – Искандер поставил поближе мой стакан, добавил две ложки сахара.

Я улыбнулась. Помнил, сколько я обычно кладу. Маленькая приятность, согревшая моё, немного обиженное, сердце.

– Можно спрошу? – произнес Эмиль.

Искандер кивнул головой. Я улыбнулась. Столько царственности было в этом простом кивке.

– А что с рукой у девушки? Несчастный случай?

Вот этот вопрос я точно не ожидала.

Я сглотнула и замерла, ожидая ответа любимого.

– Несчастный случай, который произошел по моей вине, – убийственно ледяным тоном ответил он.

Бум. Сердце со всей силы ударило в ребра. Пораженная, я посмотрела на любимого.

На несколько секунд в кухне воцарилась звенящая тишина. Даже тетя Гюнаш перестала мыть посуду.

– Я почему спрашиваю, может, стоит показать её кистевому хирургу? – поинтересовался Эмиль.

– Пока причин для этого нет, но спасибо за совет, – Искандер поднес к губам стакан с чаем.

Сделал глоток, а я, как завороженная, наблюдала за ним.

– Милая, ты что не пьешь? – Искандер повернулся ко мне и ласково улыбнулся. – Наелась?

– Да, наелась, – тая от любимой улыбки, выдохнула я.

Щеки мои защипало, и желание, чтобы Искандер скорее обнял меня, стало почти нестерпимым.

– Сейчас, допью чай, – он положил руку на мою бедро, – и спать.

Я вспомнила о книге, которую забыла в гостиной, на диване.

Вдруг, завтра мне придется сидеть в спальне? Мало ли? Поэтому, я решила забрать её.

– Я пока книгу заберу, – произнесла я.

– Книгу? – Искандер с удивлением посмотрел на меня.

Неужели он удивлялся тому, что я читаю книги?

– Да, в гостиной оставила.

– А, ну иди, забери, – кивнул он, и только тогда я вышла из-за стола и обратилась к тети Гюнаш:

– Тетя Гюнаш, спасибо! Очень вкусный ужин!!!

Она обернулась. Её смуглое, красивое лицо озарилось улыбкой:

– На здоровье, дочка.

Ощущая ласковое тепло в груди, я прошла до гостиной и взяла книгу. Я прочитала почти половину! И как-то грустно становилось от мысли, что она скоро закончится.

В голову закралась идея попросить Искандера, чтобы он купил мне еще книги, а лучше – свозил меня в книжный магазин.

Это же Москва! И я только представляла, каким большим должен был быть книжный магазин.

Размышляя над этим, я неспешно пошла в сторону кухни. Нарочно не торопилась. Надеялась, что к тому времени, когда я подойду, Искандер допьет свой чай.

– А что, на счет свадьбы?

– Свадьбы не будет. Жениться я точно не собираюсь, – ответил Искандер, и я почувствовала себя так, словно у меня отняли что-то ценное…

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

– Ты меня, все же, не любишь, – слетело с моих губ, когда я рухнула на кровать.

Искандер, закрывавший дверь, медленно повернулся в мою сторону. В тигриных глазах мелькнуло недовольство.

Даже здесь, в мягкой полутьме, я заметила его.

– В смысле? – он, не сводя с меня пристального взора, начал раздеваться. Лениво так, с присущей хищной грацией в каждом движении. Но я уже знала – все это обманчивое состояние.. В любой момент Искандер мог превратиться из ленивого в смертельно опасного хищника.

– Ты, правда, не понимаешь? – я подтянула к себе подушку и обняла левой рукой. Сжала пальцами

Хотелось чувствовать себя защищенной, хотелось обнимать любимого, но сейчас, пока внутри все бурлило, я не могла это сделать.

– Походу, не понимаю, милая, и тебе стоило бы объяснить мне откуда очередная глупость в твоей голове. Ты что, книжек начиталась? – Искандер выразительно посмотрел на книгу, оставленную мной на тумбе. – Что, не похож я на героя этой книги, да? Не так себя веду?

– Я не про это сейчас, – мой голос задрожал от обиды.

И так больно, а он еще своими словами колит… Ну почему самые любимые люди приносят больше всего боли?!

– А про что? – Искандер стянул свитер и начал аккуратно складывать его.

Я молчала. Имело ли смысл говорить сейчас, или любимый уже сделал свои выводы?

– Лиза, – он открыл шкаф и положил туда свитер. – Если хочешь, чтобы я понимал тебя лучше, говори мне прямым текстом. Что за «не любишь»? Меня такое начинает нервировать, милая.

В груди все сдавило от его слов. Слезы вновь обожгли мне глаза, и я, не желая показывать их, просто сомкнула веки.

Но, видимо, такой ответ не удовлетворил Искандера.

– Лиза, – он наклонился ко мне так низко, что его дыхание прошлось ветерком по моим губам.

Я распахнула глаза и встретилась с самым пронзительным взглядом в мире.

– Говори, – приказал он.

Сердце сжалось от его тона, но именно это сподвигло меня вывалить всё, что накопилось за этот вечер (а может, не только за него).

– Ты говорил, что любишь меня, – жалобно начала я, – сказал, что я нужна. Если люди любят друг друга, они женятся, они создают семью. Я думала, что ты захочешь, чтобы и у нас это было.

Сказала, и внутри все затряслось – так много сил отняли эти слова…

Искандер не отпрянул. Нет. Напротив, он наклонился еще сильнее, его прямой нос уперся в мой, отчего наше дыхание смешалось, и стало непонятно, кто из нас вдыхает, а кто выдыхает.

– Я. Тебя. Люблю, – с каждым произнесенным словом, Искандер вдавливался в меня.

Я задрожала, ощутив силу его признания.

– Тогда почему ты не женишься на мне? – прошептала я.

– Потому что не положено. Я тебе уже говорил тогда.

– Тогда ты не объяснил до конца. Почему – не положено? – не унималась я. – Ты что, дал обет безбрачия? Я не могу понять!

– Лиза! – Искандер лег сбоку и попытался обнять меня, но подушка, которую я по-прежнему держала, помешала ему.

Тогда он с какой-то злостью отшвырнул её и обвил меня своей крепкой рукой.

– Лиза, – продолжил любимый, и теперь в его голосе было что-то, близкое к нежности, – я не могу жениться на тебе по одной причине. Я – вор в законе, и с таким статусом не положено официального брака.

– Что за глупости? – я сглотнула. – Кто это все придумал?

– Вероятно, в этом есть какое-то зерно мудрости, – снисходительно улыбнулся любимый.

– Например?

– Например, чтобы мужчина не привязывался к женщине.

– Как будто мы какие-то монстры, – с горькой усмешкой заметила я.

– Женщины разные бывают, милая. Есть хорошие, есть плохие.

– А мужчины, что, идеальные, святые? – я перестала моргать, ожидая ответа.

– Нет, конечно. Святых здесь нет, идеальных тоже, – он вздохнул, – вот скажи мне, пожалуйста. Только честно. Знай ты это сразу, ты согласилась бы быть моей?

Сердце подсказало ответ прежде, чем мозг попытался проанализировать.

– Да, – выдохнула я, и по моим щекам потекли слезы.

– Лиза! – взор Искандера, до этого наполненный удовлетворением от моего ответа, теперь стал непонимающим. – Девочка моя сладкая, почему тогда ты плачешь?

– Потому что я хотела свадебное платье и фату, и букет, и чтобы ты… – разрыдалась я, и почувствовала, как теплые губы заскользили по моим мокрым глазам.

– Прости, милая, прости, что отнял это у тебя, – с сожалением произнес Искандер. – Ну хочешь, завтра поедем, и я куплю тебе разные платья и цветы?

– Я хочу… – я проглотила горький ком, и, проморгавшись от слез, посмотрела в любимые глаза, – чтобы ты меня любил со всей силы, на которое способно твое сердце. Сегодня и всю жизнь.

– Балача гызым… – с восхищением и нотками благоговения, протянул Искандер. – Это я тебе обещаю.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Конец ноября 1998

– Посмотри! Ну, посмотри! – я вытянула правую руку и пошевелила пальцами. – Ничего не болит! Все работает!

Искандер с задумчивой улыбкой смотрел на меня, пока я крутилась перед ним в коридоре больницы.

Пятнадцать минут назад мне сняли гипс, и мы, в ожидании выписки врача, сидели перед его кабинетом. Удивительно, но в больнице было мало народу. Хотя, кажется, я начинала догадываться, почему. К этому чудо-врачу была отдельная запись.

Прошло пятнадцать минут, а я все никак не могла нарадоваться!

Господи, спасибо Тебе, что всё хорошо зажило, что я снова смогу держать в руках ручку, писать, мыть посуду… То, что прежде казалось иногда трудным, вызывало теперь у меня радость.

Истина, что счастье познается в сравнении.

– Вижу, вижу, Лиза, – Искандер широко улыбнулся и метнул взор в сторону, там, где стояла наша охрана, – хорош вертеться. Сядь.

Я села сбоку от него, прильнула к любимому плечу и только сейчас почувствовала, как был напряжен Искандер.

Неужели дело было в моем «кривляние»? Да, я вроде, и недолго крутилась.

– Ты чего, ревнуешь? – робко шепнула я.

– Я не собираюсь отвечать на провокационные вопросы, – уголки губ дрогнули в усмешке, – но, думаю, ты все поняла и так.

Я повисла на его руке. Ахнула, когда неожиданно ощутила, как под пальцами заиграли бицепсы.

Искандер послал мне дразнящий взгляд и тотчас перевел его на кабинет, дверь которого в этот момент открылась.

– Ну, Борис Егорович, чем порадуете? – поднимаясь, поинтересовался Искандер.

– Да, вы и сами видите, все хорошо. Но руку месяца полтора пощадите. Единственное, что могу рекомендовать – делать лфк. Вообще, признаться, я бы всем советовал заниматься этим, полезно для здоровья, – доктор улыбнулся. – И, конечно, Искандер Рафикович, будут вопросы, проблемы – вы всегда можете обратиться ко мне.

– Благодарю, – Искандер пожал руку.

Я заметила, как отличались руки мужчин. У доктора – светлая, чуть уже, а у Искандера – настоящая лапища, с темными волосками.

– Здоровья, – улыбнулся врач и скрылся в своем кабинете.

– Ну, что, красота? – Искандер с улыбкой посмотрел на меня. – Теперь поехали шмотки покупать тебе.

– Шмотки не хочу, – я наморщила носик, – просто одежду.

– Как скажешь, – Искандер взял со стула мою куртку и помог мне надеть её.

Тот еще джентльмен! Умел, когда хотел.

– Спасибо, – я сама застегнула замок и взволнованно посмотрела на любимого. – Знаешь, что я еще хочу?

– Меня? – вызывающе изогнув брови, усмехнулся он.

– Тебя, это ясное дело, – я почувствовала, как румянец обжег мои щеки, – а еще – я санки хочу.

– Чё? – в тигриных глазах мелькнуло недоумение.

– Санки, ну ты, что не знаешь что это такое?

– Знаю, конечно, только не пойму зачем тебе они? – он, не сводя с меня взора, тоже застегнул куртку.

– Зима же скоро! Я хочу с горки кататься.

Во взгляде Искандера мелькнула обеспокоенность.

– Ты что, на полном серьезе сейчас, или шутишь?

– На полном.

– Врач только что сказал – поберечь руку, – Искандер пошел в сторону ожидающей нас охраны.

– Ну, и я буду беречь. Мы, это, будем осторожны.

– Мы? Я не хочу кататься на санках.

– А я хочу… – я вздохнула. – Тогда сама.

– Угу, сама. Я так и вижу тебя снова в гипсе.

– Перестань, это было… Ты знаешь, почему это случилось.

– Знаю, – он поджал губы, и я замолчала.

Не хотела напоминать ему, просто так вышло. Желая как-то смягчить напряжение, я взяла любимого за руку.

Властные пальцы обхватили мою ладонь. Искандер послал мне взгляд, полный собственнических чувств.

…Мои часы (те самые, подаренные Искандером) показывали ровно половину пятого, когда мы загрузились в машину. Многочисленные покупки заполнили собой весь багажник. Вроде, хотела выбрать немного, но, признаюсь, глаза мои разбежались при виде такого ассортимента.

Даже джинсы купила! Не мальвины, правда, а левайсы!

Ух, сколько радости было, когда я нашла те самые. До сих пор в груди сердце прыгало.

Помимо джинс, в пакетах были – теплые колготки и носки, белье, сорочки и пижамы, несколько свитеров, теплая куртка и шапка, а так же уютные домашние комплекты, пушистые тапочки и одно красивое, для души, платье.

Не обошлось и без женских штучек. На полчаса я зависла в косметическом отделе, выбирая себе прибамбасы для ванной, макияжа и ухода за лицом.

Так как в книжном магазине мы уже дважды были за этот месяц, я не стала туда заглядывать. Сначала надо дочитать то, что купила!

В общем, чувствовала себя тааакой довольной!

Чтобы не говорили, а для женщины такие «мелочи» – очень важны.

Теперь хотелось скорее приехать домой, вкусно поужинать, и поваляться с Искандером в кровати. Всегда, когда мы были на людях, я особо скучала по нему.

Вроде бы рядом, но поцеловать нельзя, все время нужно сдерживаться.

– Раиль, трогай, – скомандовал Искандер и откинулся назад.

Я тут же прильнула к нему. Потерлась носом о колючую щеку.

– Лиза, – Искандер опустил на меня насмешливый взгляд, – не доводи до греха. Мы в дороге.

– Какой грех? – я улыбнулась и тихонько чмокнула его в щеку. – Я соскучилась. Хочу… Понюхать тебя.

– Чё? – Искандер рассмеялся.

– Ничё, – я провела носом по его подбородку. – В магазине, больнице так много запахов. А ты пахнешь по-особенному. Родным. Я нюхаю тебя и успокаиваюсь. Понятно так?

– Понятно, – Искандер устремил взор вперед.

Его ладонь легла мне на голову:

– Ну, дыши тогда.

Я улыбнулась и прикрыла глаза. Так счастлива! Так любима!

Сердце, задаваясь вопросом, взволнованно забилось в моей груди.

Неужели так будет всегда?

Не знаю, как долго мы так ехали, а я все сидела вот так, прижавшись к любимому.

А потом… Что-то переменилось.

– Раиль, уходи вправо! – крикнул Искандер.

Не успела я понять, что случилось, как он скинул меня на пол и лег поверх меня.

Воздух разорвался от выстрелов…

Расколотые стекла ворвались в салон автомобиля. Один кусочек вонзился мне в щеку. Я испуганно закрыла глаза.

Машину бросало то влево, то вправо, а потом она остановилась.

Наступила тишина, такая, от которой скручивались нервы.

Неужели это – конец?

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Искандер

Выстрелы стихли. В холодном воздухе висел запах пороха.

Нас расстреляли практически в упор.

Я прислушался.

Крики охраны подсказали мне, что всё не так плохо.

Но вот Раиль, водитель. Он молчал.

Я медленно поднял голову, чтобы убедиться все ли в порядке с Лизой. На несколько секунд мое сердце перестало стучать.

Я боялся, что пуля-дура могла задеть мою женщину.

Капля крови на её бледной щеке ослепила меня на мгновения.

– Лиза! – позвал и не узнал свой голос.

Она открыла глаза. В голубой бездне бушевал страх.

Лиза моргнула.

Кто-то открыл дверь.

Я рванул ствол и направил его на подошедшего.

– Это я, Искандер! Не стреляй!

Я уперся взглядом в лицо начальника охраны. Было видно, что Саид находился во взбудораженном состоянии.

– Быстро к Раилю, – рявкнул я.

– Понял, – Саид и остальные, кто был в других машинах, поспешили к водителю.

– Лиза, – я встряхнул её за плечи. – Надо пересесть в другую машину.

– Не хочу, – она испуганно смотрела на меня. – Страшно.

– Все хорошо, – лгал я ей, снова встряхнул, – идем, здесь опасно.

– Искандер, Раиль жив, но без сознания. Ранен.

– Скорую вызывайте, ментов. Чтобы два наших человека были с Раилем. Везде. Проследи.

– Понял.

– Лиза, вставай, – я потянул её на себя.

Её тело было обмякшим, и я запереживал, что она, все же, была ранена.

– Вставай, мне надо тебя осмотреть.

– Не хочу. Тут хорошо, а там страшно.

Кажется, до меня стало доходить, что она была в состоянии шока. Её губы дрожали, а взгляд казался отсутствующим.

– Иди сюда, – я вытащил её из машины. – Встань. Выпрямись.

– Не командуй мной, – протянула она с обидой, и я не знал смеяться ли мне или волноваться еще больше.

Я встряхнул её снова. Голова её заболталась, как у тряпичной куклы. По щеке расползалась капелька крови.

Я прищурился и заметил хрусталик стекла в её нежной коже.

Прижал Лизу к себе и выдернул стеклянную иголочку.

– Ай! – выдохнула Лиза.

Кровь чуть сильнее побежала из ранки.

Лиза укоризненно посмотрела на меня, и мое сердце сжалось от жалости к ней.

– Идем в машину, – я обнял её за плечи и потянул к джипу, который уже освободила моя охрана. За рулем был Фарид.

– Куда, шеф? – уточнил он, как только я вместе с Лизой уселись позади.

– Домой.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Лиза

Я не помню, как мы доехали до дома.

Весь путь до него – пропитанный страхом и ожиданием еще большего несчастья – черный, временной отрезок, сопровождался моим дрожанием.

Меня колошматило так, словно со мной случилась самая жестокая лихорадка, и ни одно жаропонижающее было не в силах справиться с ней.

– Иди сюда, – Искандер вытянул меня из машины.

Его пальцы были сильными и уверенными. В нем было все то, что так не хватало мне.

Я сделала шаг, и ноги мои подкосились.

Я упала бы, но слава Богу, Искандер вовремя отреагировал и удержал меня. Обняв мои плечи, он практически потащил меня к дверям дома.

Краем глаза я заметила, как во дворе становилось все больше мужчин. Страх сжал мне сердце, я испугалась, но потом вспомнила, что это были наши люди.

Как только мы оказались внутри, Искандер начал что-то говорить своей охране, что забежала за нами в дом. Его голос был громким, но я не различала слов.

Уши мои заложило, словно в них наложили ваты, и тело, вновь ослабев, не подчинялось мне.

Не зная как быть, я прижалась спиной к стене и сползла вниз. Взор мой остановился на ковре. Будто увидев его впервые, я с каким-то болезненным интересом стала разглядывать его.

– О, Аллах! – раздался обеспокоенный голос тети Гюнаш, и вскоре в поле моего зрения показались пушистые тапочки.

Я медленно подняла голову и посмотрела на женщину.

– О, Аллах! – испуганно повторила она. В темных глазах мелькнул страх. – Лиза!

Не давая мне ответить, тетя Гюнаш скрылась в коридоре.

Не особо утруждаясь размышлять о том, что она задумала (хотя, у меня просто не было сил на это), я прикрыла глаза.

Холодок пробежался по моему лицу. Раздался звук закрываемой двери. Наверное, охрана ушла.

– Милая.

Я распахнула глаза.

На меня пристально смотрел мой любимый.

Тигриные глаза теперь были темными, как болото.

– Моя милая, – сдавленно произнес он и наклонился, чтобы помочь мне встать.

– Спасибо, – я заставила себя сказать эти слова. Язык плохо слушался меня, и потому все это требовало определенных усилий.

– Искандер, аптечка… – в коридоре вновь показалась тетя Гюнаш, в руке её был какой-то чемоданчик. – Сам обработаешь?

– Сам. Отнеси, пожалуйста, в гостиную. И тетя, Гюнаш, сделай чай с мятой для Лизы.

– Сделаю, все сделаю! А тебе что принести?

– Воды холодной. А потом – кофе.

Как во сне, я зашла в гостиную и, направленная властной рукой Искандера, легла на диванчик. Взор мой остановился на люстре. Большая, круглая, напоминавшая чем-то средневековую, она так торжественно сияла сейчас…

Словно случилось чудо.

Может, и, правда, оно произошло. Несмотря на этот ужас, я и Искандер остались живы… А ведь могли сегодня умереть…

Понимание этого начало душной волной растекаться по моему телу. Меня снова затрясло, но помимо этого, теперь еще и затошнило.

– Полежи тихонько, я обработаю тебе щеку, – попросил Искандер.

– Хорошо.

Я перевела на него взор. Искандер, стоя боком ко мне, открыл чемоданчик. Достал оттуда что-то. Оторвал. Положил на место.

Поражали его сосредоточенные движения. Спокойствие, сопровождавшее их. Ни паники, ни спешки.

Я ощутила восхищение к Искандеру.

– Немного будет неприятно, но обещаю, это скоро пройдет, – пообещал он и провел чем-то прохладным по моей щеке.

Ранка защипала, щека запульсировала.

Я поморщилась от боли.

– Все пройдет, – Искандер подержал еще несколько секунд ватку. – Ну, давай посмотрю… Все нормально.

– Чай, вода, кофе скоро будет, – Гюнаш поставила на столик поднос, метнула в мою сторону обеспокоенный взгляд.

Снаружи послышался шум.

Я испуганно дернулась, но Искандер удержал меня:

– Спокойно, это братья.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Через секунды, словно неукротимый ветер, в гостиную ворвались братья Искандера.

Как они умудрились не снести с ног уходящую Гюнаш, для меня оставалось загадкой. Я проводила её взглядом, а потом посмотрела на Джариевых.

Их куртки были расстегнуты, волосы взъерошены, и темные глаза сверкали то ли от тревоги, то ли нетерпения увидеть своего старшего брата живым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.