Ivolga (Анастасия Каляндра)
Здравствуйте, дорогие потомки!

Здравствуйте, дорогие потомки!

Меня зовут Валентин. Мне шесть с половиной лет. Мой рост метр и десять сантиметров, и я человек.

Я начинаю писать этот дневник, от того, что тётя Таня мне подарила тетрадь два года назад, но я тогда ещё не умел писать. Но я очень хотел. И тетрадь была вся очень, очень красивая – рыжая и в белую крапинку. И я, тогда, стал в ней писать просто, линиями – чертил много-много линий во всю страницу – таких, волнистых, как будто бы это такие строчки, со словами… И радовался, что так много страниц очень быстро написал. А потом показал маме и думал, что она тоже сейчас будет радоваться. Но она не стала. И забрала у меня тетрадь. Потому что считала, что я порчу бумагу. Но теперь я уже занимаюсь в прописях и скоро даже пойду в школу. Поэтому мама мне достала тетрадь и сказала, что теперь я могу вести свой дневник. А я спросил – зачем?.. А мама сказала, что возможно моим потомкам будет потом интересно почитать, как я жил, и что со мной было, и что происходило. Поэтому я и пишу. Я пока не придумал ещё – что точно писать, но я уже написал очень красиво на обложке: "Днивник". И про это похвастался маме. А она похвалила меня и исправила мне И на Е.

Дневник.

Дорогие потомки! Если вы хотите узнать, как я жил, то читайте только этот источник. Все другие мои биографы могли быть не точны.

11 июня.

Сегодня утром, 11 июня, я проснулся.

Я позавтракал кашей и жареным хлебом с чесночком. Потом мы с мамой пошли на площадку. Я семь раз скатился с горки и мы ушли в магазин. Там мы купили кефир, хлеб, картошку и мне чупа-чупс. Потом мы зашли домой. Оставили дома продукты и взяли мелки. Потом мы снова пошли гулять, но на этот раз – в парк. Я ещё взял самокат. Сегодня я с него не упал. А вечером с работы домой придёт папа.

12 июня.

Здравствуйте, дорогие потомки!

Сегодня я проснулся. Я поел яичницу и котлеты. И стал смотреть мультики, потому что на улице дождь. Я посмотрел три мультика про собачек и два – про маленьких человечков. И ещё около пятнадцати раз – рекламу. Реклама была разная. И про котлеты, и про пельмени, и про банки, и про шампунь. Особенно хорошая – про пельмени. Потом я сел писать прописи. А мама делала себе маску – мою любимую, с огуречными глазами. В ней мама очень красивая и не видит, когда я отвлекаюсь от прописи и глазею в окно.

13 июня.

Сегодня я проснулся. Мы покушали с мамой свежих котлет, а папа был ещё на работе. Поэтому он с нами не кушал. Я поиграл с трансформером. Я очень люблю трансформеров – потому что они страшные и даже страшнее меня. Мне это на руку. У меня есть шесть трансформеров, дорогие потомки! Один красный, два синих, жёлтый и зелёный, а последний – он мотоцикл. А ещё у меня есть кубики, конструктор, мишка и крокодил. Есть пропеллер, но он постоянно теряется. И папа мне его потом находит за диваном. Есть игрушка – лошадь. Собака, которую можно завести и пустить по комнате, цыпленок и нет машинки на радиоуправлении. Но скоро будет. Может быть. А когда вырасту и стану работать – то даже две.

14 июня.

Дорогие потомки!

Сегодня я проснулся и показал маме начало своего дневника. (После того, как покушал.) И мама сказала, что мне не обязательно писать каждый раз про то, как я проснулся и покушал. Что это лишнее. Мама говорит, что мне лучше записывать здесь знаменательные события – где я в интересных местах я был и что интересного я видел. Сегодня был дома, потому что дождь, и видел мультики. И рекламу тоже. Но про пельмени как раз не показывали.

15 июня.

Дорогие потомки!

Сегодня, когда мы шли с концерта, мне купили манговое мороженое, которое я давно хотел попробовать. Но оно хуже клубничного.

16 июня.

Сегодня, когда я шёл с мамой из зоопарка, я увидел майского жука на листе у обочины. Он очень красиво переливается! И очень здорово, что он ещё есть и так мне нашёлся в июне. Хотя он и майский.

17 июня.

Сегодня мне купили трансформера, который может включаться и мигать глазами. Потому что я хорошо себя вёл на Дне рождения у Вадика и даже почти не бегал и не кричал. И даже аниматор в костюме Бэтмена почти что меня там не заметил.

21 июня.

Дорогие потомки!

Я забыл писать в дневник. Но я сегодня очень хорошо смог в прописи обвести букву "Р"! (Теперь буду писать и про достижения.) Зато я её всё никак не могу проговорить – это наверное от того, что мне вырывали зуб и делали снимок. Это было вчера. А рентген – он плохо влияет. Это мама мне рассказывала, чтобы я не вертелся, когда снимают. Но я всё равно немного вертелся очень сильно и теперь жду – когда же я от того, наверное, умру. Но я уже успел покушать сегодня два раза и ещё вчера вечером, когда заморозка прошла. Так что, пока что, я живой.

3 августа.

Дорогие потомки!

Я совсем забыл писать в дневник!

4 августа.

Я был на даче, поэтому не писал.

7 августа.

Дорогие потомки!

Сегодня у папы был выходной и мы все проснулись и все вместе покушали! А по телевизору показали фильм, где девочка писала в дневник все свои обиды и проблемы и даже всё, что её тревожит в глубине души. Я тоже. Буду. Летом, когда я был на даче – я отравился немытой редиской с огорода. И у меня болел живот. Это меня тоже тревожило в глубине души.

8 августа.

Здравствуйте, дорогие потомки!

Я вспомнил, что ещё меня тревожит. Когда мы с мамой пошли в магазин на День защиты детей, и она спросила меня – чего бы я хотел, и я сказал, что не знаю (ведь я скромный), то она не догадалась, что я хочу торт. И купила пряники. А я всеми глазами ей смотрел на торты и даже вздыхал. Вот.

10 августа.

Я вспомнил ещё.

Меня мама отругала за то, что она соскребала мой пластилин с ковра. А она не знала, что это я лепил ей в подарок небоскреб, и что за это надо хвалить. И было мне обидно.

11 августа.

Дорогие потомки!..

Сегодня я покушал, хотя и не хотел. Но мама сказала мне, что суп с брокколи, он полезен. Я больше пока ещё не вспомнил других своих обид.

12 августа.

Дорогие потомки!

Отныне я буду писать анонимно. Поскольку хочу записывать здесь крайне свои сокровенные вещи. И если раньше вы знали что это всё писал я – то теперь можете считать, что мой дневник у меня выкрали и пишет кто-то другой. Кто – не скажу.

Всегда ваш кто-то другой.

14 августа.

Сегодня папа отказался играть с кем-то другим в домино, ведь должен был чинить карниз. И это настоящая боль.

…И кто-то вспомнил, как его однажды не повели в кино на мультфильм, из-за того, что он плохо себя вёл. Эта боль ещё больше. Ведь там был бы поп-корн. И газировка.

17 августа.

Меня отругали за то, что я ковырял в носу… У кого-то другого, конечно. А у меня – действительно нос чесался!..

21 августа.

Дорогие потомки! Вчера я понял, что у кого-то другого нет силы и воли.

Мы с мамой пошли покупать мне костюм в школу. Куда мне скоро идти. Мы были на рынке. И заходили в ларёк. И я стоял на картонке у зеркала и ступням было холодно. (Ступням кого-то другого.) И мы мерили мне костюм – тот, что был красивый. Синий. Мне он сразу из всех и понравился – у нас с мамой, просто вкусы схожие. Я это и знал, ещё по тому, что нам совместно нравятся сосиски. Но он на меня не налез. В бёдрах. И мне стало очень обидно, что нужно будет другой костюм, и что подумают, что я толстый. Хотя сама продавщица гораздо толще меня. И даже мамы. Но всё равно. Думать не надо так! Я надеялся, что мама сейчас скажет ей правду о том, что я вообще почти ничего не ем и часто отказываюсь. А она сказала:

– Ну, вот, Валя!.. Не ешь ничего нормального, отказываешься от хороших продуктов… Одни пироженки да чупа-чупсы за милую душу поглащаешь – так, вот тебе и результат!..

И это ведь – родная мама!.. Как сама она на диетах сидит – так ей ведь это можно: есть только то, что она хочет! Ей, значит, можно от сладкого отказываться и никто её не осуждает… А мне от не сладкого?.. Ей можно, раз она не хочет, пироженные не есть?.. А мне суп – нельзя?.. Несправедливость такова, дорогие потомки!.. А у меня, может быть, диета такая. Чупа-чупсовая.

Но я решил, что точно уж буду теперь сам на диете! Я буду почти ничего не есть (разве что если меня поведут в кино, то там я себе поп-корн позволю). Я буду худеть и уменьшаться в талии! Я твёрдо решил теперь взять и оголодать прям на маминых глазах!.. От обиды. Демонстративно!.. Чтобы она забрала свои слова обратно… Я даже умру при ней от истощения, и мне на следующий год купят уже мой синий костюм, в который я влезу.

Но что я понял – что у меня нет ни силы ни воли. Когда мама купила мне дальше на рынке пироженные мишки на развес, и сказала мне: "хочешь?" – я понял, что сразу хочу. И мне мама дала одного мишку в салфеточке. И когда я его съел – я сразу понял что хочу ещё. Потому что это вкусно. И я спросил у мамы – можно ли? И она дала мне ещё мишку, но сказала, что дальше мне уже надо дома есть – суп и гречку. Чтоб я до дома потерпел и аппетит себе не перебивал. И у меня потом, до дома, такой аппетит был, что я не думаю – чтоб что-то в мире могло его перебить! Я еле дошёл, и даже гречку съел не пререкаясь. Наверное это потому, что я уже в мыслях успел хорошо оголодать от своей обиды, и от того мне так есть теперь хотелось. Но я понял, что я умереть на глазах у мамы точно не смогу. Потому что она меня постоянно кормит…

1 сентября.

Сегодня у меня было первое первое сентября. И мама вспомнила про мой дневник и сказала мне, что можно об этом записать. Поэтому тут опять пишу я, а не кто-то другой. И ещё мама сказала, что можно записать, что мне в первый день понравилось и запомнилось в школе. Мне понравилось как пах букет, и что дождь на линейке быстро закончился. А запомнилось то, как Паша упал, поскользнувшись, и потом плакал, и потом перестал. Потому что ему оно надоело.

14 сентября.

Дорогие потомки!

Возможно я скоро умру. Ведь у меня очень много каждый день задано. И я могу не выдержать. И сгореть от перенапряжения. Ведь за меня мама даже не все задачки соглашается решать!.. Поэтому я напишу здесь хоть что-нибудь на прощание. Чтобы от меня остался след. И если вам интересно, как прошли мои, возможно последние дни, и почему я так долго не писал – так знайте. Я пишу очень много, но по школе. Так много, что… Даже скоро, наверное, все руки поотваливаются… Хотя некоторые ведь это переживают нормально. Ведь мама, вот, отучилась в школе, и выросла, и даже на меня у ней ещё сил хватает. И терпения. Хотя она, наверное, тоже писала много. И устала. Но вобщем… Мне не до того было, чтобы писать что-то ещё и в дневник. Я даже к трансформерам теперь почти не подхожу – всего-то какой-нибудь часик-два мне и удаётся с ними поиграть в день. И мультиков смотрю меньше… Правда, вот рекламы мне меньше смотреть не получается. Её всё, как будто больше и больше показывают.

21 сентября.

Здравствуйте, дорогие потомки!

22 сентября.

Вчера только начал писать, и сразу мама гулять позвала.

23 сентября.

Здравствуйте!

У меня всё хорошо, я жив. И задают поменьше, или я привык. И даже трансформеры стали меня чаще видеть. А тот, который мигает глазами – мигать перестал. Наверное батарейка села.

25 сентября.

Я учусь хорошо. И мама даже сказала сегодня, что я стал гораздо осмысленнее и взрослее. И что я уже гораздо больше в жизни молчу. И хожу с видом серьёзным. А я всё, просто, хожу и думаю – как бы мне пропеллер достать из-за шкафа?..

28 сентября.

Мы сейчас и так пишем разные сочинения – и про зиму, и про птичек, и про мам. Поэтому мне уже не до дневника. Простите покорно меня, дорогие потомки!..

23 октября.

Мысли.

Мы очень много читаем. Уже вторая книжка за месяц! А они все по пятьдесят с лишним страниц!.. Вот так и думаешь… Для чего нужны эти писатели? Понапишут всего, а потом их детям по сто человек на дню задают. И того почитай, и то-го!.. И ещё по внеклассной программе пройди… А когда, скажите мне, хоть на улицу из дому выйти? Тут пока только все задачки по математике решишь – уже, глядишь и сумерки за окнами. А как начнёшь проверять по ответам в учебнике, и поймёшь, что не сходится… И пока начнёшь ещё искать – где ж и почему – так и вообще весь день пройдет. А жить-то тоже хочется! Вы когда пишете, дорогие писатели, вы уж думайте об этом хоть чуть-чуть! Дети – они тоже люди… Им жизнь тратить хочется на вещи поважнее!.. Футбол и велосипеды, например. Я даже один раз так сильно не хотел разбрасываться на такую ерунду, как книжки, что даже и не прочёл вообще то, что задали. А на уроке меня, как назло, в тот день спросили. И я вышел к доске, и думаю – что отвечать?.. Ведь читать-то я не читал. И меня, тогда, спросили о том, что в книжке написано.

Я говорю:

– …Этот… этот рассказ отличается занимательным захватывающим сюжетом!.. От него невозможно оторваться практически что до самой последней страницы… – а потом думаю – да я ж не помню… может там всего одна страница-то была?.. И говорю, – До строчки, то есть… – и вижу – учитель от меня ещё чего-то ждёт. Ну я и продолжаю: – Глубокая проникновенность… Сюжетной линии… – и откуда только я ещё таких слов набрался?.. Возможно это от того, что я уже этих самых книжек, которые нам задают, начитался столько, что… Что голова моя уже переполняется просто от всех этих красивых слов и они уже даже сами как-то лезут наружу!.. – …Зас… заставляет проникнуться к герою… ям… свет-лым чувством… восхищения.

И тут учитель спросил:

– Ну, и какие же мысли, по твоему, писатель заложил в этот рассказ?.. Чего он хотел бы достичь этим произведением?

Я хотел уже, конечно, сказать честно, как думаю – что мысли он такие заложил в этот рассказ: "терпеть я не могу этих детей, и пусть они побольше мучаются!" И достичь он, наверное, хотел того, чтобы все дети нормальные, в последние тёплые дни осенью сидели по домам с книжками, а не ловили бы на своих щеках бесценные лучи солнца!..

Но я сдержался и говорю:

– Ав-тор… Автор – он хотел до-нес-ти… Нам… Всем… Оч-чень… Важные мысли. Мы, – говорю, – можем долго, конечно, обсуждать поверхностные и очевидные см..смыслы, которые автор занёс… На свои страницы… – Опять – "страницы"!.. Да, что ж я всё про страницы то?.. Ведь – может там и нет никаких "страниц"!.. А одна всего!.. Ну, я вижу, конечно, что на задних партах ребята уже покатываются со смеху – видно все поняли уже, что я ни чего-то не знаю… И-иии, думаю – всё пропало!.. Но продолжаю говорить. – Но я… Я… Я бы хотел смотреть глубже. – и смотрю глубже в класс – на тех шалопаев, что меня своим смехом выдают… "Чего вы, мол, сдаете?.. Сидите тише – после насмеетесь!.." – Бе…сспорно… то… что в основу… каждой новой… произведении… Автор… вложил всю… всю душу. И хо…хотел бы затронуть… глубинные мор…рральные основы… человечества. Вот. – и я остановился, чтобы отдышаться и жалобно (видно, что это так выглядело, ведь с задних парт поднялась новая мощная но приглушенная волна хохота) поглядел на учителя – а вдруг он уже больше ничего от меня и не ждёт?..

А учитель прямо и не отрываясь смотрел на меня через очки. Очень даже серьезно. И я выразил дальше ещё:

– Он, ко…нечно же желал… бы… чтобы каждый читатель… Оставил след… В своей душе от… Этой, его книги… И… И стал немного лучше. Чем был. До того… До его книги… этой. Вот…

– Ну, что ж… Достаточно. – сказал учитель. Ну, думаю – всё. Конец. С задних парт, как вой ветра поднимается смех… – Садись, пять. – вдруг сказал он очень серьезно и даже грустно как-то.

Я опешил. Я думаю – как пять?.. И говорю:

– За что?..

Не знаю, даже, как это из меня вылезло. Как будто меня ругают или наказывают, а я и говорю: "за что?"

– Ну, как – за что?.. – говорит учитель всё так же серьёзно, – Ведь у нас же урок литературы? Правильно?.. Это ведь ты, хоть, знаешь? – и, наконец, улыбнулся хоть слегка. И с задних парт раздался новый фейерверк смеха. Я пристыженно кивнул. – Так вот, раз у нас урок литературы – ты получаешь пять за свои литературные способности… Это – раз… А во вторых… Да, ты садись, садись, литературный критик!.. – и снова взрыв смеха сзади. Ну, я подумал – наверное он, тоже меня обманывает, в ответ. А потом скажет – что, как, вот, я не читал, но делал вид, так вот и он – мне никакую пятёрку и не ставит, а только вид делал, чтоб мне так обиднее было. И чтоб запомнилось. – А во вторых – что я хочу тебе сказать? Это ведь очень важно – то, что ты сейчас всем нам здесь рассказал. Ты это сказал, так – не подумав. А вот теперь ты подумай. Вспомни дома свои слова и подумай над ними – что же, на самом деле, за цель у книжки, у любой, такая?.. Вот… И для чего писатели их пишут подумай. А чтобы тебе двойка в дневнике не мешала думать, я тебе и ставлю пять. Но это – в последний раз. А так… Ведь ты всё правильно сказал. Так почему бы тебе пять и не поставить?.. Не выучил – ладно… Не прочёл – хорошо. Ведь это и не главное – читал ты или не читал. Главное – какие ты сделал выводы. Вот сегодня ты выводы правильные нам озвучил. Хотя, наверное, ещё и не понял их сам, до конца. Но… Вот, о чём тебе нужно задуматься – так это о том, что глубинная цель каждой книжки, а не поверхностная, как ты говоришь – она в том, и именно в том, чтобы человек стал лучше, и чтобы его жизнь стала лучше. А не в том, совсем, чтобы он мучился и читал то, что ему не хочется. Нет. Цель в том – чтобы всё, что написано, пошло ему на пользу. И в конечном счете – книжка это только средство. Это как зубная щётка – которая только и является средством, с помощью которого ты достигаешь цели: чтобы твои зубы были здоровыми. Понимаешь?.. А сама она, в конечном счёте отслужит своё и будет выброшена в мусорный ящик. И книга, которую ты прочёл, может исчезнуть из памяти уже через несколько лет и ты даже совсем не вспомнишь – о чём там была речь и как там в ней развивался сюжет. Но если ты вовремя сделал из неё нужные выводы и почерпнул для себя что-то хорошее – то ты, даже забыв о книжке и совсем, всё равно, будешь уже лучшим человеком, чем был до неё. И это – главное. Тогда – её цель достигнута, задача выполнена. Так же, как и школы – ведь эти оценки, они, в сущности – ничто. Я могу сегодня поставить тебе два, или могу поставить пять – но важно лишь только то, какие ты сделаешь из этого выводы. Ведь оценка по предмету не поможет тебе, когда спустя много лет ты вырастешь и насовсем уйдёшь из школы. Не поможет стать хорошим профессионалом в какой-то области, которую выберешь… Найти друзей, и не потерять… Создать семью. Во всём этом – тебе помогут не оценки. А только знания. И ты должен работать сейчас ради них. Именно ради них, а не ради оценок. Ведь, видишь?.. Мне ничего не стоит сейчас взять и поставить тебе пятерку за невыученный урок. Она ничего не значит – она только цифра в дневнике. Только средство. И ты не должен бояться того, чтобы получть плохую оценку. Ты должен бояться того, как бы не стать плохим человеком – глупым, ленивым… обманщиком. Вот это важно. Поэтому запомни вот эту пятёрку. И подумай о том, достоин ли ты её. Ведь иногда ты можешь получать какие-то хорошие вещи в жизни – такие, как эта отметка – не очень-то и заслуженно. Важно не то, что ты их получил, а то, как ты внутри ощущаешь – достоин ты был их или нет. Вот… И не думай о них больше – об оценках. Думай о том, что с тобой будет, если они у тебя станут совсем плохие. Хорошо?..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.