Виталя Гусынин (Возможно не Опасен)
Бандитский район-2. Авторитет

Литературный цикл «Братва». Это рассказ -литературный сериал, являющейся ответвлением по отношению к другому, уже существующему произведению.

Использования каких-либо элементов – персонажей, событий или тем, – игравших в произведении второстепенную роль.

Иными словами это повествование уделяет особое внимание чему-то, что не было центральным в первичном произведении.

От автора

Данный рассказ несёт исключительно повествовательный характер, автор не стремится оскорбить или унизить кого либо, не призывает и не настаивает на определённой точке зрения. В тексте возможно присутствие не нормативной лексики, употребление алкогольной и табачной продукции. Людям не достигших 18 лет стоит воздержаться от прочтения. Автор не несёт ответственности за действия совершенные читателями. Все персонажи и описываемые события являются вымышленными, любое совпадение с реальными людьми или событием – случайны.

Глава 1.

2002 год.

– Георгич, слыхал? Вчера Татарина убили! – Зайдя в кабинет к начальнику, воскликнул Омляжский.

– Как? – Подпрыгнул со своего места тот.

– Возле дома, машину взорвали, прямо из гранатомета или из хрен знает чего пальнули. Там места живого не осталось. Все сгорело. Вон, по новостям показывали, вечером еще повторение будет.

– Пиздец. – Обхватил руками голову Титов.

– Че теперь будет то, Георгиевич? – С опаской, спросил Омляж.

– Иди от сюда! Думать буду! – Огрызнулся Георгиевич.

Сразу же он набрал Кирякова по телефону и принялся выспрашивать подробности.

– Ты какого хрена мне сразу не рассказал, блин ё?!

– Да потому что некогда блять было. Мы всем отделом, всю ночь, с жопой в мыле, Серег. – Ответил Киряк. – Начальство еще над душой стоит, каждую минуту на вертушке с докладами. А не хрен докладывать то. Вообще нечего. Кого искать и кого подозревать?

– А то ты не знаешь бля? – Рявкнул снова Титов.

– Мои знания, к делу не пришьёшь! Мало этого, для того чтобы спартанцев взять. Ну возьмём, а накрутить нечего! Не трепи мне нервы, Георгиевич! Правда сейчас напряжёнка. Как бы война не началась, между нашими авторитетами. И СОБР я тоже пока не могу использовать у тебя в фирме. Сложно всё, сам понимаешь. – Ответил подполковник.

– Хреново все это. – Расстроено ответил Георгиевич.

У Шутова тогда, было день рождения. Все его друзья и соратники, собрались в Орхидее, чтобы поздравить товарища. Приехали даже серьёзные люди, из соседних районов и областей, с которыми Андрей был в ладах. Гуляли на полную катушку. Сыпали поздравления и поднимали бокалы за здоровье.

Веселье было не долгим. Ровно в двенадцать ночи, к ресторану подъехали несколько служебных машин и из них начали сыпаться люди форме с автоматами и масках. Поставили под стволы всех и даже подруг собравшихся. Снова вопли, визги. Правда ни кто не сопротивлялся. Все мирно и тихо, сперва с поднятыми руками постояли у стены, для обыска, а после послушным строем погрузились в автозаки. Уже в отделениях, начали дёргать по одному на допросы. Где, кто и в какое время находился, в тот день, когда взорвали Решитова. Проверяли алиби, особо подозрительных отсеивали и переводили в изолятор временного содержания. Шута конечно же нечем было прижать. Он в тот день, находился со своей семьёй, у себя на даче, за городом. Многие из группировки Спарта, так же были либо на работе, в офисе, либо в спортзале. Да и по минутам, тоже всех не проверишь. Было принято решение, все же всех отпустить.

А у Рената осталась молодая жена. Та самая девушка-секретарша, из офиса бывшего «ТрансСтрой 1». Голубоглазая блондинка, с завитушками в волосах. Да. Ренат был сперва с ней в отношениях. Около двух лет они встречались, скрытно от всех. А когда Татарину пришлось уехать, тогда и девушка отправилась за ним. Там то они и расписались. Но судьба распорядилась иначе.

– Али, вот ты мне скажи. Как такое могло случиться? Ну понятно,, что отношения у всех были натянуты. Но ведь Решитов не лез на рожон. Работал себе спокойно, без проблем. Даже не пытался отжать обратно свои темы. Которые кстати должны были принадлежать тебе. Стоп! – Вдруг опомнился Киряков. – А ведь и у тебя были мотивы к убийству Рената.

– Не грузи, командир! Не туда ты идёшь! Мы с Татарином решили вопрос. Тем более большую часть долга, он мне вернул. Он с моим сыном в одной упряжке был уже. На хрен нам его валить? Чтобы что? От его смерти, я ни чего не приобрел. Даже наоборот. Он хороший человек и товарищ. Не то что эти. Беспредельщики одним словом. – Возразил Шуба. – За Ренатом есть еще люди, которые могут и встать. Но им надо знать, кто его заказал и исполнил.

– А тебе надо? – Уточнил подполковник.

– А для чего? Его уже не воскресишь. Что толку, если я узнаю имя убийц? Мстить я не собираюсь ни кому. Нет интереса. Ваши же начальники, меня и закроют. – Ответил Галаев.

– А кто выиграл, от смерти Татарина? Шутов?

– Шутов хоть и крепкий мужик, но слизняк еще тот. Не буду ни чего рассказывать, что и как. Просто я это знаю и теперь ты знай. Я за него вписался, а он мне хреном в харю. Сделал меня посмешищем. За ним стоят деньги и большие. За эти деньги он купил многих. С ближайших областных центров и районов, бригады с ним в дружбе. Хотя изначально, они же, мне и предъявляли, что я за кидока заступился. Видишь, командир, как деньги меняют мнение?

– То есть не исключено, что кто-то из залетных Рената убил? – Спросил Киряков.

– Ни чего не могу утверждать.

– Ладно. Иди. Свободен.

Шутов не стерпел такой обиды, что ему помешали отметить праздник. Через Королева, обратился к Виктору Михайловичу и стал качать свои права. Калинин был резок и сразу поставил точку в этом направлении.

– Ты, кот помойный, со мной так не разговаривай! Ты дышишь, потому что я это разрешил. Ты как думал, что после убийства криминального авторитета, вас, обезьян, в попу целовать будут? – Ответил Калинин.

– Ладно, генерал, не гоношись! Перед гостями стремно и не удобно вышло. Люди отдыхают, а их мордой в пол. – Объяснил Шут.

– Кого это мордой в пол то? Вас еще наверное по жёсткому не принимали? Короче доказательств по твоему причастию нет! На этом всё!

– Темы под себя брать будем? «Трассу» например? – Спросил Андрей.

– Ты дурак? Как ты хочешь брать ее? Ты Георгиевича хочешь прикрутить к себе? Ты забыл, кто он и где ты? – Снова стал ругаться Виктор Михайлович.

– А че? Татарин же работал с ним, теперь место пусто. Ну и чего нам этот Георгиевич? Ты сейчас начальник, ты мент, ты этот вопрос не решишь?

– Ты все простить никак не можешь своих обид? Сдался тебе этот Титов, со своей гнилой «Трассой»? Тем более, вроде как Галаев с сынком своим, возле него крутиться стали. Тебе они чем то мешают? Живи и работай спокойно, Андрей! Твоя фирма и так, первая в городе. Тебе многое позволено стало, но ты не заигрывайся тоже. Берега не путай. – Ответил Калинин.

2001 год.

Жиган Пураян, сразу заявил о себе, когда попал в тюрьму. За полгода, в городе, он перезнакомился почти со всеми серьёзными и уважаемыми людьми. Оно и понятно, авторитет его, был сильным, еще с подросткового возраста. Он общался со многими старшими друзьями из соседних сел и районных центров. После переезда в город, где так же, многие его товарищи уже были при делах и имели отношения к криминальным структурам, Жиган не упускал возможности, всячески соответствовал действительности. Ввязывался в любые лютые разборки, мутные и грязные делишки, по типу воровства, ограбления и разбойных нападений и межрайонных драк. Тогда то его и заметил Ренат Решитов. Точнее судьба так сложилась.

Жиган со своими пацанами, часто ходили на улицу, там же и промышляли воровством, себе на пропитание, на гулянки и на выпивку. Одним таким вечерком, когда уже улицы стали пустынными, подошла компания ребят Пураяна к одному бару, где были припаркованы автомобили и начали вскрывать их, выдирая магнитолы и аккамуляторы. Видимо кто-то заметил это. Из заведения, не спеша вывалилась пьяная компания, во главе с Татарином и стали усмехаясь поглядывать на все это зрелище со стороны. После, когда Жиган закончили обчищать машины, Ренат свистнул в их сторону и помахал рукой. Дело было провалено, по сути. Их заметили. Пураян не раздумывая, побрел на встречу к Решитову и всем своим видом, не выдал ни грамма испуга. Стоял перед Татарином и отвечал на его вопросы.

– Ты че, малой, вообще страх потерял? Знаешь чья тачка? – Указывая пальцем на открытый «Паджеро», говорил Ренат.

– Малой у тебя в штанах! Ну твоя наверное, раз на то пошло! – Дерзко ответил Жиган.

В этот момент его вся компания, человек из семи так же подошли и окружили братков Рената. С Жиганом были и ребята постарше, что раньше учились с ним в одной школе. Все свои в доску, готовые стоять за друга до конца. Пураян знал, что пацаны выщелкнут любого недоброжелателя, если только это понадобится.

– Пацаны, расслабьтесь! Сами такие же были. – Решил сгладить Ренат, чтобы не нагнетать обстановку. – Только это, то, что взяли из этих двух машин, положите на место. Вам деньги шоль нужны? Я дам. А это дело неблагодарное.

– Ты че, дядь, решил меня на хер натянуть? Я по-любому возьму с собой то, че взял. Ты кто вообще такой? Ты че тут мне качаешь? Тебе переебать может? Сидел? Кого из людей знаешь? – Продолжил быковать Жиган.

Это он любил. Взять на страх. Только сейчас не вышло. Перед ним находились совсем другие и серьёзные люди, а не его дружки и разная шпана из деревни.

– Ты че блатной? – Рассмеялись друзья Татарина. – Это Татарин. Смотрящий в этом районе. А ты сам то сидел? Сам то кого знаешь? Не местные, ребят? – Спросил один их стоявших с Ренатом.

Жиган на секунду растерялся, но потом все же сообразил и не показал своего испуга.

– Я Жиган Пураян – люди меня так и знают. Мы из Мордовии! Много кто за меня из серьёзных в курсах. «Леший» – смотрящий из Каменки, «Туча» с Инсара. Это вообще мне братан по жизни. Али Шубу знаю, если че спроси у него, он тут у вас старший. У меня много пацанов знакомых с ним в теме, могу обратиться. Не надо со мной шутить! У нас тут ровные пацаны. – Ответил Жиган. – А ты че в натуре Татарин? Тот самый?

Тот лишь улыбаясь кивнул. В итоге потом ребята все пошли в кабак и просидели там до самого утра, общаясь с Ренатом.

А Жиган умел поставить себя. К тому же и его бывшие одноклассники, постоянно терлись возле него, так же не упуская возможности подрезать копеечку. Пураян конечно же слышал и знал Татарина, правда заочно. Мол есть такой авторитет, но не разу, до того случая, с ним не встречался.

Отмечали они тогда какой-то праздник, то ли просто повод был. Сидели в пивнушке, что был на против площади в городе. Случился казус. Сцепились с другой компанией, как это бывает по молодости. Жиган дрался жестоко. Колотил противников без жалости, нанося удары по голове пустыми бутылками из под пива. Их тогда повязали менты. Забрали в отдел и долго держали в изоляторе.

Жиган знал, что их бывший земляк – Титов Сергей Георгиевич, имеет вес в городе и поможет отмазаться. Все было просто. Пураян лишь назвал его имя. Вопрос решился быстро. Передали информацию Георгиевичу, тот поручился за ребят и приказал их отпустить.

А на тот момент Жиган с Татарином хорошо уже заобщались. Как и ранее было указано, в делах учавствовал. И с Шубой познакомились в реале, тот вообще Жигана, как своего сына принял. Видел в нем потенциал что ли, свой – воровской. С Шамилем свел. На одном деле потом их и взяли менты. С наскока, по пьяному делу, решили бабло срубить по-быстрому. Налёт устроили, на какого-то нового русского. А там их и приняли. Два года тогда Жигану впаяли и Шамилю вместе с ним.

2002 год.

С малолетки Жигана, через месяц после суда, подняли на взросляк. Еще тогда многие старые сидельцы удивились, почему пацану и строгий впаяли. Да много путаницы было тогда. Сажали всех и за все. Вот и Жиган не исключение.

На малолетке, он был центровым. В СИЗО, смотрящим находился, за камерой. Вот и в секцию зашел, как к себе домой, с этапа. Бросил сумку, на первую попавшуюся койку, огляделся и поинтересовался за старшего. Блатные его сразу к себе потянули. Пообщались, разобрались, что за фрукт к ним заехал и определили в свою кодлу. Пураяна в зоне грели все. От дружков по школе, до самых авторитетных людей в городе. Все же в подельниках у него, сам Галаев младший значился. А потом пришла печальная новость. Раскатилась по лагерю, как гром среди ясного неба.

Жиган подозвал к себе Ромку, по прозвищу «Дикий». Так его прозвали уже тут, в зоне, после того, когда узнали, за что он сидит. А сидел «Дикий», за покушение на убийство. Громкий был налёт тогда, на лидера группировки «Спарта». Ромку и его подельника Витю Жука, тогда приговорили бандиты. За них потом воры заступились и взяли под свою опеку. Жукова отправили на другой лагерь и режим, а Дикий остался сидеть в городе.

– Ромчик, давай пошустри по отрядам, прогон кинь, надо собрать кусок, на похороны Татарину. Я понятия и уклады знаю. – Сказал Жиган.

– Не вопрос, пахан, сделаем. Такому человеку, за милую душу. Эх жаль конечно Рената. Как считаешь, кто его исполнил? – Ответил Дикий.

– Я тебе че, счетовод? Ты в городе живёшь и с ними работал. – Огрызнулся Жиган. – Я отпишу на волю, пусть люди узнают весь расклад, кто мочит наших авторитетов.

– Работал. Не так долго. Полгода всего. До этого сидел всегда. – Стал рассказывать Рома. – Знаю, что терки у Рената были со спортсменами. И все. За это и сижу епт.

– Выйду, узнаю, порву сук! – Грозился Пураян.

– Горячий ты, Жиган. Там такие разборки были в свое время и ни кто не смог нагнуть «Спарту». Ни одного из них не посадили. Либо наказали свои же, за косяки, либо ни чего не доказали. Спарта – это сила. Хоть и враги наши. А че можешь ты? И без тебя найдётся, кто отомстит за Татарина.

– Не мурчи! Иди бабло собирай! – Возразил Жиган.

В его просьбах, точнее поручениях, ни кто не отказывал. Знали последствия. Ходили слухи, а то и не слухи, что Жиган жестоко расправляется с непослушными. Одно дело побить, другое если тебе в глаз заточку воткнуть. Что Пураян и сделал с одним парнем на малолетке. С ментами он тоже не мешкался. Мог и послать и сцепиться. За что несколько раз попадал в шизо. Режим не признавал. Жил по понятиям. Отрицал все правила администрации.

Жиган знал, что в соседнем отряде сидел Кирилл Енга. Но он освободился, за несколько дней прибытия Пураяна в зону. Вот уж с ним бы сейчас Жиган потолковал за жизнь и обо всей ситуации про Рената. Ни кто ближе, кроме Енги, так не знал всю правду.

На похоронах Татарина, собралось множество людей. Как и из криминальных сообществ, так и близкие и земляки Рената. Георгиевич тоже посетил это мероприятие. Шутов и его дружки тоже съехались на кладбище. Ни кого не пропускали на территорию. Встали стеной, расставили машины посреди дороги и блокировали все въезды. Титов и Шут переглядывались меж собой, стоя напротив друг друга. По окончанию, Шутов подозвал к себе Али Галаева и стал говорить.

– На меня списали наверное уже?

– Андрюша, да ты чего? Если бы списали, ты б уже не бегал по земле ножками. – Ехидно, ответил Шуба.

– А вот грозить мне не надо, старый! Я к его убийству, отношения не имею и ни кому его не заказывал. Тут сейчас хочу сказать. Вышел у нас с Ренатом неприятный разговор в своё время. Хотелось бы это исправить, пусть и при таких обстоятельствах. Орхидею и бар, возвращаю обратно. Хочешь ты бери, хочешь отдашь кому-либо, как посчитаешь правильным. – Ответил Шутов.

– С чего вдруг такие подарки? Наводит на мысли, Андрей. – Уточнил тот.

– Это не подарок, это просто должок. Тебе всегда скажу спасибо, что спас меня тогда от расправы. А Ренату, не сказал. Не успел. Но он меня тогда не завалил и не сдал, хотя мог. Вот поэтому и возвращаю. – Объяснил Шут. – Всего хорошего, Али.

Просто Королев тогда, решил прибрать к своим рукам муниципальное предприятие по транспортным перевозкам. У него была дочь, которая уже тогда вполне сформировалась, как опытный финансист, заведуя банками и другим бизнесом. Была и другая семья и женщина. Просто так сидеть в кресле начальника, когда деньги сами идут к тебе в руки, Роман Юрьевич не мог. Предприятие было на грани разорения и банкротства. А он мог исправить это. Хваткий был человек и твердый в своих решениях. Через свои давние связи, смог договориться и решить вопрос с присвоением организации в собственность. Сперва вошел туда, как соучредитель, оформив все документы на постороннего директора. Директором оказался некто Павел Фролов. Обычный парнишка, лет тридцати. С его отцом, Королев в своё время работал еще при советах. Теперь решил сродниться и выдать свою старшую дочь Ирину, за этого предприимчивого парня. Да и дочь, давно уже была одна и знала Павла. Общались и встречались, после развода с Шамилем Галаевым, тот ей казался совершенно другим человеком, из другой реальности.

Так и появился новый бизнес ООО «Плутон», в семье Королевых. Дочь Ирина заняла место в бухгалтерии и занималась финансовыми работами. Паша – муж, возглавил директорское кресло. Охраняли все это имущество, конечно же ребята из «Спарты». Только Шуба был снова недоволен. Ведь эти люди не делились и не давали денег в общак, как другие группировки. А платили за решение проблем спортсменам, да и Калинин – зам начальника УВД, прикрывал все это дело.

Али вернул точки Кириллу Енге, так как они изначально и принадлежали группировке Татарина. Енгу тогда поставили смотрящим в одном из районов, где сам и жил. Шуба постарался. Все же Кирилл занимал место одного из главарей, в группе Рената. Поделено к тому времени уже было всё. Ни кто не учинял разборок, как было лет пять назад. Но все же мысли об убийстве Рената, не выходили ни у кого из головы. Милиция работала в этом направлении, бандиты обсуждали тоже все это, в узких кругах, но особых действий не замечалось.

Только Георгиевич окончательно потерял рассудок. Дела снова зашли в тупик. Заказы упали. Зарплату было платить не из чего. Сперва кое-как перебивался, занимал денег у Омляжского, который в свою очередь, тогда уже решил отойти от Титова и создать свою отдельную фирму, по услугам связи и информационной технологии. Ругались они часто. Делили что-то, тянули одеяло на себя. Даже морду били, прямо на территории «Трассы», при своих подчиненных. Рабочие лишь ржали, но все же были на стороне Георгиевича.

– Киряк, блин ё. Это что же выходит. Убийца на свободе гуляет, а вам даже никакой информации не поступало? Все молчат? Ты с Енгой общался? – Спрашивал Георгиевич.

– Не общался. Обстановка сложная.

– А эта твоя лярва -Грелка? Может чего знает? Давно кстати о ней не слышал.

– Уехала. В столицу подалась. Шуба ее отпустил. Клюква же помер. Все девки и разбежались. Ушли в свободное плавание. Индивидуалки теперь. Модное блять слово. – Уныло сказал Киряков.

– М-да. Сложно все стало. Вроде наоборот должно налаживаться всё в стране, а выходит так. Все в коммерцию подались. Деловые стали, не то что раньше. Бегали по улицам с пушками, в поисках наживы. Теперь все в кабинетах сидят, с толстыми задницами.

– Все верно. Скоро и мы не нужны будем. С чем нам бороться? Если организованная преступность канула в лепту. Ну пока еще не канула, то все к тому идет. Нахапали блин. Все легально теперь.

– Преступность была, есть и будет. Форма только другая. Не грусти, а то не будет расти. – Поддерживал товарища Титов. – Вон, на трассе че творится. Водителей моих шкурят, оббирают и мочат, за три копейки. И всем по хрену. Залётных людей много. А территория там ничья. Я такие убытки несу, шо охуеть можно. Коллектив ноет. Как бы не разбежались. Блин, только-только все начинало складываться по одной теме. И на тебе….

Титов с Ренатом занялись совсем незаконным делом. Так как заказов было мало, Татарин предложил бомбить чужие фуры на трассах области, но охранять свои, принадлежавшие фирме Титова. Сгружали груз, иногда выходило так, что водителей вовсе приходилось убирать, чтобы не оставлять свидетелей. Грузовики либо сжигали потом, либо просто бросали в тихом месте в лесу. Все это прикрывал Георгиевич, чтобы менты не вышли и не поймали банду. Ему это было на руку. Дела пошли в гору, работа и деньги появились. Ходил совсем крутой, оттопырив пальцы. Весь в золоте, в дорогом костюме или в качественной коже. Расжирел еще больше. Пузо уже не умещалось за рулем. Он даже прикупил себе новенький белый «Хаммер» и обзавелся личным водителем, который тоже был знаком с Сергеем, еще с деревни, когда жили вместе. Обычный парнишка, лет двадцати. Опять же отец пристроил. Георгиевич вообще любил чувствовать свое превосходство и значимость, когда к нему обращались друзья и знакомые из села, где он раньше жил, чтобы пристроить либо себя в городе, либо своих детей. Георгиевич не отказывал, помогал, чем в последствии и пользовался. Любил, чтобы ему были все должны.

– Во вот. А мы все думали тогда страшно было. Ну было, но как то все просто что ли. Открыто. А сейчас? Кто, кого, где подрезал? Хрен разберёшь. – Согласился Киряк.

– Ладно. Придумаю что-нибудь. Омляж еще этот. Надо было его тогда Шутову отдать, пусть бы рвал его. Теперь он моим именем прикрывается. Хорёк.

– Получается ты теперь единственный акционер и владелец?

– Пока нет. Я Омляжскому денег должен. Как рассчитаюсь, то он передаст мне свою долю. Сука! Где брать, откуда?

– Егна сейчас уже не делиться?

– Какой. Ему сейчас уже не до меня. Да и я отпустил их всех давно. Они свое отработали, даже с лишком, для меня сделали.

Жиган сидел на койке и теребил в руках какую-то бумажку. Потом протянул руку с двумя пальцами, в них сразу же вставил сигарету один из шнырей, другой поднёс огня.

– Найдите мне Дикого и дерни пацанов из каптерки. – Приказал Жиган.

Через пять минут к нему в секцию подтянулись все люди из блаткоммитиета отряда.

– Че звал, Жиган? – Спросил Рома.

– Постанова от воров пришла. Я же пускал прогон.

– Ну и? Че там?

– Законники считают, что Рената слили кто-то из ментов. Наши местные и областные бандиты, к этому не причастны. Так воры решили. Видимо спрашивали уже со знающих, в курс вводили. – Обозначил Жиган.

– Да какие менты? – Всполошился Дикий. – Ренат сам… экхм… ну в общем не верится мне, да и люди я думаю тоже не примут этого.

– Ты че, Ромчик, против воров решил попереть? Решение их ослушаться удумал? Кто еще так считает? – Окинул своим волчьим взглядом Жиган всех присутствующих.

Вся орава замотала головами.

– Так то! – Выпуская дым, ответил Пураян.

Потом уже, за ужином, в столовой, с Жиганом начал разговор, один из главных, старых авторитетов в лагере.

– Смотрю на тебя, пацан, и поражаюсь твоей бескомпромиссности. Вроде малой ты совсем, а толк в понятиях сечешь. Братву нашу в ежовых рукавицах держишь, авторитетом пользуешься, не смотря на то, что на зоне сам два понедельника. Воры за тебя опять же мазу держат, с воли. Как это у тебя получилось? Неужели такой хваткий и прыткий?

– Я потому и в авторитете, что никогда, ни перед кем не пасовал и тут не стану. Мое слово верное и как ты сказал, все именно по понятиям. А к чему этот разговор? – Откладывая ложку, ответил Жиган и глянул в упор на авторитета.

– Не-не, никаких проблем, Жиган. Это я чисто для себя поинтересовался. Не принимай на свой счет. – Ответил тот.

– Или может кто пожаловался из наших, кого-то может не устраивает мой характер? Так ты мне только дыхни в его сторону, я сам обкашляю этот вопросик. – Произнёс неодобрительно Пураян.

– Я же говорю, все нормально, не кипишуй! – Похлопал его по плечу смотрящий и слез с лавки. – Живи правильным пацаном. – Добавил он уходя.

– Как у нас смотрящий за лагерем с ментами ладит? – Спрашивал он у Дикого.

– По разные стороны баррикад. Ну это насколько я знаю. Смотряга – калач тертый. В нашей зоне около четырёх лет, до этого на особом сидел, где-то в Пермском крае. Или что-то вроде этого, не в курсах. Из старых арестантов. Законы знает и уважает. С администрацией не разу не сотрудничал и в связах замечен не был. Скорее наоборот. Отрицала лютый. – Рассказал Ромка.

– Значит не местный он?

– Точно не из города. Может с района. Так он сидит еще с Советских времён епт. Кто же его знает. Вот и тянет свой четвертак.

– Быть ему центоровым. – Как то в курилке проговорил «Борода» – смотрящий за лагерем. – Попомните эти слова. Этот свое возьмёт. Не отпустит уж точно. Волчок еще тот. Зубастый.

После разговора со смотрящим, Жигана стали слушаться, уважать и даже бояться. Таков был этот парень. Шел только вперёд, с высоко поднятой головой. Гордый.

А в городе не утихали слухи, про убийство Рената Решитова. Если среди криминальных лиц, все было более-менее тихо – шли разговоры лишь в узких кругах и между собой, то милиция взяла это дело на особый контроль. Да и Георгиевич все спрашивал и интересовался по этому делу, среди своих связей.

– Нет, Сергей, вообще нет никаких зацепок. – Отвечал ему его товарищ – начальник управления – Невский. – Все работают в этом направлении. Сделали его быстро и чисто. И конкретно знали, на что шли. – Добавил он. – Ну уж не знаю как и зачем, но не отнекивайся. Знаю я, что он тебе был дорог. Друг, не друг, товарищ. Я не осуждаю.

– Да самое то странное, что и наши головорезы ни чего не знают. Ну или не хотят знать. Блять. Хотя бы маленькую зацепочку бы. – Говорил Титов.

– Странно. Очень даже. Вел то Татарин себя последнее время, вполне прилично. Ни где не был замешан и нам неприятностей не создавал. И кому же он помешал?

– Разберемся еще. – Буркнул Георгиевич и вышел из кабинета начальника.

Кирякову вдруг дали звание полковника. Он сам был удивлён. Как раз, на день милиции и пришёл приказ. Скорее всего за выслугу, ведь по годам он давно уже переступил эту планку.

– Ну поздравляю, Станислав! – Радовался за друга Георгиевич.

– Ага. А что мне от этого? Я был бы рад, если это произошло года три назад. Так вроде недавно только подпола отмечал. – Пьяным голосом, ответил Киряк.

– Это тебе компенсация! Радуйся! Может на новую должность поставят. Вот тогда мы с тобой, «дадим стране угля». – Перебил его Титов.

– Ага. Разбежались. Кто я такой? Вечно задвинутый в дальний угол мент. – Все ворчал тот. – Мне сейчас только больше накинут дел и висяков разных. А оно мне надо? И так продохнуть нельзя, с этим вопросом по Решитову. Чувствую, что от кого-то от наших все это исходит. Георгич, ну ты то мне скажи, ты ведь с ним больше и чаще общался. Ну какие дела у него там были и с кем? Может конфликт вышел где-нибудь? Хоть наведи на мысли! Просвети. – Просил Киряков.

– Ни каких проблем не было! – Однозначно ответил Георгиевич. – Ты меня не допрашивай давай! А то я тебе быстро рога обломаю! Не тут ты ищешь и вообще… лавочка закрыта! Мои дела с Татарином, тебя не касаются! Ты свои барыши получал? Получал! Теперь всё! Нет тела, нет и дела!

– Чего ты злишься, Сергей? Я ведь не для протокола, а для размышления тебя спросил. Хоть какую-то ниточку чтобы найти. А ты в бычку. – Закуривая, сказал полковник. – И вообще, что же это значит? Ты теперь в моих услугах не нуждаешься? – Возмутился он.

– А кто мне тут давчича сам об это сказал? Не ты ли, залупа ты козья!? – Заорал Титов. – На кой хрен мне тебе теперь платить, раз твоя организация сраная, мне не сможет предоставлять услуги и обеспечивать охрану? Найду тех, кто сможет. А нет, так перебьемся. Не девяностые все же уже. Давно никто не наезжает. Все свое место заняли! А у тебя что, мало барыг и коммерческих, с кого вы лавэ стрижёте? Знаю всё!

– Я не хочу ругаться, Георгиевич. – Обратился Киряков. – Все понимаю. Но вернёмся к вопросу по Ренату. Не хочешь рассказать – направь хотя бы нужную сторону, где начать капать.

– Знал бы – сам этим уродам башку бы отвернул, блин ё! – Ответил Георгиевич. – Не зна ю я!

А пацаны – друзья Жигана, с нетерпением ждали его скорейшего возвращения. Без Пураяна, особо ни куда и не лезли. Так, потихоньку шустрили себе на карманные расходы, обирая лохов на улице, да на разборках всяких разводили и ставили на деньги неправых.

Уже к концу года, Шутов Андрей, оказался не у дел. Сильно поссорился со своим «компаньоном» по бизнесу – Королевым Романом Юрьевичем. Тот тогда уже хорошо закрепился в депутатском кресле, имея при этом личный интерес, во многих сферах. Большие чиновники, начальники милиции и бизнесменов стояли за ним и пользовались «его» услугами в коммерческих банках, которые так же принадлежали Королю, официально оформленные на его зятя и дочь. Там тоже все было очень запутано. Влияние на обстановку у Королева было огромное. Зачем ему было платит каким-то бандитам, которые теперь уже считались легальной охранной фирмой, когда Роман Юрьевич находился под государственной защитой и под контролем товарищей из милиции, с самого высокого уровня.

– Ты, Андрюша, парень конечно крепкий и хороший. Много мы с тобой прошли, но мне это теперь не нужно. – Отвечал, сидя в своем кресле Королёв.

– А не боишься, что ушатаю тебя, за такие шутки? Ты меня кинул! Кинул, как сопляка! А со мной так нельзя! – Орал Шут.

– Не-а. Не боюсь! Кто я и кто ты? Только рыпнись – раскатают! Короче так: давай расходиться миром. Мой тебе совет. Вот тебе небольшой чемоданчик, с денежками, это что-то типа твоих отходных, за хорошую службу. – Ехидно доставая дипломат из под стола, ответил Роман.

– В жопу себе засунь свои бумажки! – Подскочил Шутов. – Когда я, был нужен, ты со мной по-другому разговаривал. Ты и твой корешок Дядя Витя. А теперь как выходит? Моими руками прибрали к себе полгорода и отвернулись? Красиво! Во развели! Ты себя кем возомнил? Хозяином? Я! Я тут хозяин! И город этот подо мной!

– Берёшь деньги? – Будто не слушая, развалившись в кресле, уточнил Королев.

– Нет! Не купишь ты меня! – Выходя, бросил Андрей.

Через минуту он возвратился. Видимо задумался, о своем дальнейшем будущем и своей жизни.

– Сколько там? – Спросил он.

– Нормально, чтобы жить спокойно. – Ответил чиновник. – Бери и вали отсюда! Совет ещё на будущее: на глаза мне больше не появляйся, иначе растопчу. – Пригрозил Роман.

Конечно же Шутов не стерпел такого унижения. Хотел он, очень хотел расправиться с чиновником Королевым, вот только как подступить к нему – не знал. У того уже появилась своя личная охрана, теперь не из подчиненных «Спарты», а конкретные ребята, то ли из бывших военных, то ли из милиции. Кто это? Андрей Шутов не знал. Не знал и никто, что это за братки такие.

Решил Шут не испытывать судьбу и не играть с огнем. Уехал. Взял с собой семью и отправился в теплые края, с тем самым чемоданом денег.

– Слышал, начальник? – Уплетая за огромным столом крабов, чмокая губами, говорил Киряков. – Король окончательно укрепился. Скинул от себя Шута.

– Вот это поворот. – Ухмыльнулся Титов, накидывая на себя простынку.

Они тогда сидели в бане, что находилась в гараже «Трассы». Распивали спиртные напитки с хорошей закуской.

– А я себе в квартире ремонт закончил. – Продолжил Георгиевич.

– В новой?

– Да! Я там, блин ё, захерачил все по высшему уровню. Мне дизайнер лично, из Италии обои привозил, с золотым тиснением. – Хвалился он.

– Точно из Италии? Дизайнер то тоже Итальянец? – Заржал Киряков. – Не Молдаванин? А унитаз у тебя случаем не из золота?

Георгиевич лишь зло оглядел товарища и промолчал.

– Ладно, не злись, Сергей. Так вот. Слухи ходят, что вроде как распоряжение на счет спартанцев должны озвучить на совещании в понедельник. – Перевел разговор Киряков.

– Че, брать будешь? Всех? – Чуть не поперхнулся Титов.

– Пока неизвестно. Шутов один хрен свалил за бугор. Нахапал себе и свалил. Точнее заставили. А он мужик разумный, понял чем пахнет, вот и уехал от греха. За него особо ни кого сейчас. Так, мелкие мошки там ползают, ни сего серьёзного.

– За кой хрен то их брать тогда?

– Хах. Найдётся за что. Главное большие наши начальники это разрешают. Очередного козла отпущения нашли. – Ответил полковник.

– М-да уж. Играют себе там в игры. То не трогай, то пакуй. Все как обычно. Ни чего нового.

– Это еще не все новости. Королев, как от Шута избавился, так новые люди возле него встали. Не из братков, это уж точно. Я поспрашивал. Там такие лбы. – Продолжил Киряков.

– Кто такие?

– А хрен их знает. Ездит с личным водителем, еще следом джип охраны катается. Дочка его тоже при охране. Точно могу сказать – не местные ребятишки. Точнее не так. Может быть и городские, но никому неизвестные люди. Такое ощущение, что из структур – серьёзных выходцы.

– Фейсеры? – Переспросил Сергей Георгиевич.

– Не исключено. Либо сам Юрич подсуетился, либо наш дядя Витя подсюропил кого из своих. Гадать не будем, поглядим – увидим.

Титов снова задумался. Закурил и пустым взглядом уставился на стоявшую пепельницу.

А уже в первый рабочий день недели, на совещании, огласили сводку и ситуацию по организованной преступности. Было приказано задерживать всех из группировки «Спарта», по подозрению в причастности к преступлениям в отношении потерпевших. Первым это коснулось отдела Кирякова. И пошло поехало.

Каждый день, в отделение доставляли участников группировки и фирмы «Спарта». Всех, кто так или иначе был связан с этой структурой. От обычных офисных рабочих, которые находились в штате организации, до бойцов и руководителей подразделения.

Кого то брали на улице. Те даже и не сопротивлялись. Знали. Сами спокойно садились в патрульные машины. Иногда следовали за милицией, на своих авто. Некоторых, пришлось долго отслеживать и отлавливать в квартирах или домах. В гостях у своих подруг, товарищей или в других местах. Не обходилось и без применения силы.

Омон вламывались в окна, двери, крушили все на своём пути. Грубо и жестоко крутили подозреваемых. Иногда сами попадали под раздачу. В одном из клубов, пришлось попотеть сотрудникам УБОП и СОБРовцам. Им оказали сопротивление. Началась перестрелка. Летели стекла, мебель, зубы и гильзы. Двоих бандитов положили на месте. Двоих, буквально повозили по полу, покидали из рук в руки, при задержании. Надели на головы мешки, и бросили в автозак. А пока везли, еще навешивали им хороших подзатыльников, если те пытались шевелиться.

Почти сорок человек задержали, менее, чем за три месяца оперативных мероприятий. Кто-то уже давал показания, кто-то вообще не мог ничего сказать. А кто-то шёл в отказ. Ко всем применяли свои методы работы, для получения нужной информации. Но все сходилось на одного. На Андрея Шутова – лидера организации и криминального авторитета. Его объявили в розыск сразу же, по подозрению в убийстве своего заместителя – Георгия Гладкова. По подозрению на покушение на убийство Виктора Жукова, которого так же, по распоряжению Шута, хотели подорвать в собственном автомобиле. По подозрению на разбойные нападения, рэкет, вымогательство, похищение людей и создание и участие в банде.

– Красиво все вырисовывается однако. Все топят только Шутова. Нет, конечно есть там экземпляры и причастные к разным преступлениям. Вот например… – Начал Киряков.

– Да на хрена мне эти имена и фамилии нужны? – Перебил Титов.

– Да одно не ясно. Когда-то тормозили нас специально, не давали всю эту шушеру загрести. А теперь бегаем, как в жопу раненые по городу. Вот если бы раньше, потихоньку, помаленьку, кучками. Мы бы давно все сделали.

– Это там, на верху, свои игры крутят. Не лез бы ты туда. – Предупредил Георгиевич друга. – Начали мешать, вот их и приговорили. Первый раз шоль? Странно, как вообще информация прошла к нашим генералам, что Шутов Итальянца завалил? Вот откуда они узнали? Кто им дал наводку?

– Этого мы, Серега, ни когда не узнаем. Наверное. Но ты же знал. Почему не поделился? Взяли бы мы Шутова, ещё тогда бы в девяносто девятом. – Спросил Киряков.

– А дальше что? Взял бы и отпустил потом, на следующий же день. А я как дурак выгляжу теперь. Одно хорошо, те люди, что я обращался, когда Татарина отмазывал, уже не служат в милиции. Сейчас и его смерть, смотри еще, на Шута и скинут. За этим дело не станет. Эх, не поверишь, но как бы мне сейчас хотелось, поговорить с этим Шутовым. Вот именно сейчас, когда у его задницы держат раскаленную кочергу, он бы все выложил. Весь расклад бы дал. Кто и что. Помнишь же, сколько раз пользовались этими методами? – Ответил Титов.

– Помню. Лапа, Седой, Грач. Да много их было, устанешь перечислять. А Шутов все равно молодец. Один. Последний император, етит его корень. – Рассуждал полковник.

– Нашел блять императора. Создали там себе кучку, сброд никому ненужных людей. И думают, что на них все будет молиться и падать на колени? Хренушки! Ты мент! Я мент! Ты забыл разве, как мы хотели этих упырей поймать? – Заводился Георгиевич. – А теперь что? Сочувствие открылось? Они все преступники!

– Да тут еще разобраться надо, кто больше преступник и бандит. Шут или наш генерал Калинин, со своим дружком Королём? Целый синдикат блин открыли. Зачем им Шутов на нарах нужен? Его ведь легче завалить, чтобы ни чего не сказал. Во время, ох как вовремя он свалил.

– А, где он сейчас?

– Да известно где. Где обычно вся братва гасится? На островах независимых, откуда никто и никогда никого не выдаст. И баблишко там же хранится. – Объяснил Киряк.

Как влияние спартанцев в городе ослабло, так стали вылезать из своих норок различные личности. Снова стали трясти барыг, торгашей и бизнесменов, ранее принадлежавших и находившиеся под охраной фирмы «Спарта». Шуба остановил весь этот беспредел. Галаеву тоже все это было не надо. Да никому не нужно было возвращать старые, лихие дни. Воевать тоже никто не собирался.

– Ребята, не гоже так. Человек не мертв и даже не в тюрьме, а вы уже делите его кусок. – Говорил он на одном «совещании», с братвой города.

– Али, Шут всем мешал, в частности и тебе. Зачем опять за него впрягаешься? – Высказался один из лидеров группировки.

– Мои дела с Андреем – ни кого не касаются. Пока его не посадили, все деньги с его точек пойдут в общак.

– Под себя все хочешь заграбастать? – Крикнул из толпы кто-то. – Не всех его людей повязали еще. Многие под следствием сидят, многие на свободе, под надзором еще ходят. Их мнение спрашивали?

– А кто ты такой, чтобы я тебе отвечал за свои действия? – Грозно спросил Шуба.

В ответ была лишь тишина.

Вроде бы все должно было устаканиться. Но нет. Между различными группировками, все же возникали конфликты и различного рода дележки сфер влияния и подопечных коммерсантов. Кто-то кому-то оставался должен, эти долги всплывали, а бандиты приезжали и выбивали свои деньги со слабых и беззащитных теперь уже людей. Те в свою очередь, бежали за разрешением вопроса, к Али Галаеву, ведь он по прежнему оставался главным авторитетом в городе.

– Саша, ну и кто к тебе приходил? – Спрашивал Шуба у Клубинькина.

– А мне не представились. Вошли в кабинет и сходу по куполу дали. – Указывая на свою перебинтованную голову, сказал тот.

– Так а что хотели то?

– Все банально. Я Шутову платил десятку в месяц, эти же хотят еще пять сверху, мол этого им мало и вообще, Шутов их кинул.

– Так это спартанцы были или кто левый? – Недоумевал Галаев.

Александр Клубинькин, уже давно был под прикрытием «Спарты». Он работал на их районе, поэтому так и было решено изначально, что платить за крышу, он будет Шутову. Андрей и не создавал проблем. Часто шел на встречу бизнесмену, входил в ситуацию и не зверствовал. Прощал долги или давал отсрочку, до лучших времён. Тем более знал, что это друг Георгиевича.

– Координаты то у тебя есть их? Кому и куда деньги нести? – Спрашивал Али.

– Нет ничего. Обещали еще в конце недели заехать. Не буду я им ничего платить. Я тебе лучше отдам, как и договаривались. Или мне к ментам обратиться?

– А я тебе, в этих вопросах не советчик! – Воскликнул авторитет. – Хочешь? Вали к ментам! Какие проблемы то?

– Ты не обидишься? – С осторожностью, спросил Клубинькин.

– С обиженными, знаешь что делают? Не знаешь? Ну и не суть. Я от тебя ничего не требую, Саш. Ты сам ко мне обратился, с предложением по твоей защите и охраны. Я, бы с тебя и не брал мзду, зная ваши отношения и интересы с Начальником. – Ответил Шуба. – Ну если ссышь – давай я к тебе пару ребят поставлю? Крепких, боксеров. – Предложил Али.

Так и было сделано. Двое амбалов, из группировки Шубы, постоянно терлись в офисе и возле Александра Клубинькина. Один был похож, то ли на Кавказца, то ли даже на какого-то индийского, темнокожего актера. Огромный, лысый, с большими губами и кулачищами, как у сказочного тролля, с голубыми глазами. Второй поменьше. Стройный, всегда при наряде – в строгую кожаную куртку, рубашку с воротом и брюки. С небольшой щетиной на лице. На пальцах, виднелись соответствующие наколки, в виде перстаков.

Первого здоровяка, звали Миша Большаков «Боло». Второй откликался на погоняло «Кит».

Когда к ним в офис, снова пожаловали недоброжелатели, эти два мордоворота, быстро выщелкнули непрошенных гостей. Набили им морды, погрузили в машину и отвезли на общение с Шубой.

– Вы кто, милые люди? – Сидя за деревянным столом, в своей беседки дачного домика, спросил Али.

Те двое, стояли шатаясь, держа друг друга под руки и сплевывали кровь изо рта, в ладони.

– Ошибочка вышла, Али Федорович. – Начал один. – Не в курсе мы, что этот человек, уже под вами находится.

– Да я вопрос то, какой, задал? Кто вы и чьи?! – Рыкнул тот.

Боло, поддал еще отвечающему в бочину кулаком.

– Все, всё. Мы от Шутова. Ну с ним работали, знали весь расклад. А он вроде как второй месяц не платит уже, вот и пришли. Шут ведь свалил с нашими деньгами. А нам жить не на что.

– О как даже. И в качестве кого, вы там у него бегали? – Поинтересовался Галаев.

– Обычные рядовые сотрудники. Из охраны.

– Так всех же повязали.

– А на нас ничего не нашли. Мы с Шутовым, всего два года. – Ответил тот бедолага.

– Сопляки! – Лишь выругался Али.

Потом бросил им на стол пачку денег и сказал:

– Вот вам, ваши доли. Тут ровно двадцать, пополам на брата, все честно выходит, как и должен был вам коммерсант. Потеряйтесь из города и не создавайте проблем себе и своему главному. Ведь вы, чем больше нарубите сейчас дров, тем больше будут вешать на Андрея. И с вас, придурков, потом спросят. Если раньше не завалят. Миша, проводи ребят до выезда.

– Добрый ты, Фёдорович. – Высказался Кит, после того, как компания покинула помещение. – Другие бы шлепнули их, прямо там, в офисе этого Клубинькина и вывезли бы в лес, это в лучшем случае. А ты им еще и денег дал. Щедрый стал.

– Ну, Кит, ты так и не понял? Их хозяин кинул. На широкую ногу, так сказать кинул. Остались щенки без призора. Кто, кроме старших товарищей то им поможет и направит на путь истинный? – Ответил Али. – С Саши, потом сами получите эти деньги, в двойном размере.

– Он то в курсе?

– А какая разница? Он что думает, его проблемы за так решаются? Все он в курсе, как дела делаются. Не маленький. Работать теперь будете с Боло у него. Он вам и платить будет. По цене, сами там договаривайтесь. Только без фанатизма. Он свой комерс. – Отметил Шуба.

А потом, этих двух парней, с разрисованными до этого рожами, нашли на задворках, одного предприятия, на выезде из города, с перерезанным горлом. Следствие потянуло ниточку и вскоре вышло на Галаева. Привезли его в отдел, где он просидел около суток, без еды и питья, с наручниками на запястье.

– Да не он это. Да я отвечаю тебе, Сергей! Кто-то шибко любит наших авторитетов. И очень умело их подставляет под сомнения. – Делился своими делами Киряков в бане у Георгиевича.

– Он сам то че говорит?

– А че он скажет? Да видел эти двух оболтусов, приезжали они к нему. Точнее привозили, его парни. На Сашку – твоего знакомого из деревни, они и наехали перед этим. Ну отпустил Шуба их с миром. Ну набили ебальники сперва конечно им, бойцы Галаева. Ну и все. Денег говорит даже дал им на дорогу. Ну там еще и этих братков тоже дернули на допрос. Под подписку пока их. А Шуба в СИЗО. – Рассказывал Киряк.

– И че ему вменяют? Заказуху?

– Да. Двойную причем. Но почему-то ему я верю. Но следак посчитал, что надо его крутить. Им сверху виднее.

– Виднее…. Эх и задрали меня все эти разборки. Тфу! Хватит об этом! – Выругался Георгиевич.

– Я тебе скажу так: кто-то основательно убирает наших авторитетов с пути. И это все связано между собой. И Татарин и Шуба. Да и Шутов, тоже, скорее всего по той же схеме. Неужели это дело рук людей из больших кабинетов? – Размышлял Киряков.

– Это как раз таки и настораживает. Если даже и так. Чем им Ренат то помешал? Ну с Шутом ясно всё. Залупился он слишком видать. Шубу просто задвинули, без лишней крови. Хотя тут тоже еще не ясно. Может и его рук дело. Это еще тот уркаган в законе бля. – Дал ответ Титов. – Узнать бы, что за люд, возле Короля и его делишек трётся.

– Это можно.

2003 год.

– Слыхал, братан? Шубу на крытку упаковали! – Обратился Дикий к Жигану.

– Как? – Подскочил со своей шконки тот.

– Да на мокром вроде повязали.

– Кого? Шубу на мокрухе? Да они че там, вообще ни в себе? Гандоны бля! Не знают кого и за что берут и в чем обвиняют! – Ворчал Пураян. – Дайте только мне выйти. Эх только я откинусь – я наведу там порядок. Всех неверных к ангелам отправляю, бля буду!

– Кого, братан? Знаешь? Легавых что ли?

– А хоть бы и их! Хороший мент – мертвый мент! – Скалился от злости Жиган. Мне еще полгода сидеть. Тебе кстати тоже, скоро выписываться. Со мной пойдёшь?

– Куда, Жиган? – С тупыми выражением лица, спросил Рома.

– В мою банду! Есть идеи, намутим чего-нибудь. Есть и пацаны конкретные.

– С тобой пойду. Есть кстати тоже, кое какие счёты, с одним челом. Слыхал? Двоих из «Спарты», замочили.

– Нет. Да и хрен с ними. Судьба у них такая значит! – Не убирая злобы, выдавливал из себя Жиган.

Киряков не терял время. Работал и рыл землю. Встречался со многими информаторами из криминальных источников. Получал сведения.

– Да крепко подставили Фёдоровича под статью, шеф. – Рассказывал ему один из приближенных Галаева.

Потом уже, он делился снова своими мыслями и информацией с Титовым, в его кабинете.

– Знаешь ночной клуб «Дирижабль»? Сейчас там контингент начал неизвестный тереться. В основном какие-то пацаны мутные. Их там целая орава. Раньше этот клуб спартанцы держали Хозяин им отстёгивали. Потом этому Енге отдали, когда он на район встал. Теперь вообще не понятно. Поговаривают, что забрали клуб без боя. Пришли люди. Несколько крепких ребят, и просто заняли место. Вроде как, какие-то военные. Хрен их разберёт сейчас. Мутные люди в общем. С нашими условиями, сейчас полстраны военные. Ну у них там и охрана короче своя и пропускной контроль. Енга с ними не спорил даже. Эти, как к себе домой там приходят. Те же самые, что и у Короля в охране.

– Хм. Информативно. Очень интересно. А еще конкретнее узнать, что за вояки хуевы, пожаловали к нам в гости? – Проговорил Титов. – Вот тут, что-то начинает складываться. Когда эти люди заняли клуб то?

– Да уж больше года.

– Когда Рената убили?

– Ну примерно да, в это же время. – Ответил полковник УБОП.

– А вот тебе пища для размышления, Киряк! – Буркнул Титов, резко поднялся с кресла и стал медленно ходить по кабинету.

Глава 2.

Когда весной Жиган освободился, его приехали встречать к воротам колонии, вся братва, все его друзья и пацаны. Сразу же отправились отмечать это событие в ресторан.

– Че, чем улица вообще дышит тут? – Сидя по центру стола, поинтересовался Пураян.

– Да не очень то хорошо. – Ответил один высокий парень, в потертой кожанке. – Как смотрящего закрыли, так и мы особо никуда не лезем.

– Совсем на голяках сидим. – Бросил второй крепыш, с небольшим шрамом на брови.

– Кеш, ну уж ты то чего меня расстраиваешь? Не можешь ушатать кого-нибудь в подворотне? Вон, гляди, сколько фраеров в зале пасутся. Только в путь. – Высказался Жиган. – Ладно. Сегодня бухаем, а завтра будем думать, всех соберу.

Собрать не пришлось. Напившись до соплей, пацаны снова ввязались в блудняк, сцепившись на станции вокзала, с группой неизвестных ребят, таких же дерзких, как и они сами. Драка, разбитые лица, кровь на асфальте, выбитые стекла, припаркованных машин…. Всех повязали и отвезли в отделение милиции.

Парни сидели в разных камерах, озирались и перекрикивались злобными словечками, угрожая расправой друг друга, после выхода.

Сильный, оглушительный удар дежурного, дубинкой по решеткам, немного успокоил пыл хулиганов.

Жиган все метался по маленькой камере и косился на мимо носившихся милиционеров.

– Козлы, суки бля. – Ворчал он.

На утро, неожиданно, Пураяна вывели из клетки и поволокли подгоняя, по длинному коридору, где находилось множество кабинетов. Вошли в один. Там сидел, грозного вида человек. В вязаном, уже выцветшем свитере. Курил.

– Закрой дверь, Семен. – Обратился он к своему коллеге. – Ты кто такой? – Зыркнул он на Жигана.

– А тебе какая разница, мент? – Дерзонул в ответ тот.

– Ну значит есть разница. Ты, баклан, пыл свой поубавь! Такие люди за тебя впрягаются. А так бы… сгнил тут у меня в изоляторе, щенок падлючий. – Гаркнул опер.

На улице, Жиган закурил еще на самом крыльце и огляделся. Чуть поодаль, стоял белый «Хаммер», с приоткрытой дверью. В салоне торчала лысая голова Георгиевича. С водительского окна, выглянул молодой парень и посигналил.

Это был бывший одноклассник Пураяна – «Колобок». Сейчас он трудился личным водителем у Титова.

Жиган медленно, размеренно и вальяжно подошел к джипу. Сквозь свой волчий взгляд, посмотрел на товарища за рулем Хаммера и следом покосился внутрь салона.

– Че за хрень? – Буркнул он.

– Долго стоять будем? Залезай в тачку. – Гаркнул ему в ответ Титов.

– Пацанов дождусь и сяду. – Ответил Пураян.

– Пацаны твои к вечеру выйдут. Прыгай давай, не еби нервы, блин ё! Базар есть. – Снова огрызнулся Георгиевич.

– Кто просил впрягаться? – Уже по пути спрашивал Жиган. – Ты шоль, Колобок? – Обратился он к водителю.

– А ты че, не рад, мелкий? – Обернулся к нему Титов. – Я вас, бездельников, всю жизнь из клоповников достаю. Тебя, шпана, да и дружков всех твоих Шадымских. А ты еще и зубы скалишь? Да! Колобок мне рассказал, что ты только с тюрьмы освободился. Как оно? Хорошо? Из одного цугундера в другой сразу? Если бы не твой товарищ, сидели бы вы там до китайской Пасхи. – Высказался Титов.

– Не грузи, Начальник. Твой прогон, мне без мазы. Мне твои ментовские подачки, в хрен не щекотали! Тут я сам себе хозяин. Как правильно себя вести знаю. И пацанов тоже, своих сам вытащил бы, не бросил. Так что, спасибо от меня не жди! – Процедил сквозь зубы Пураян. – А теперь, люди в городе будут знать, что я ментовский. Что я с мусорами васькаюсь.

Они уже пересекли ворота КПП ЗАО «Трасса» и въехали на территорию.

– Это мы куда? – Оглядываясь, поинтересовался Жиган.

– Колобок, ты тут жди, ко мне ни кого! – Скомандовал, вылезая еле из салона Титов. – А ты – за мной! – Обратился уже к Пураяну.

Тот вертя башкой, последовал за Георгиевичем в здание канторы. Зашли в кабинет. Титов запер дверь на внутренний замок. Развалился в своем кресле.

– Есть че бухнуть? Хреново после вчерашнего. – Спросил его Жиган.

Титов достал из ящика початую бутылку какого-то коньяка и поставил на стол.

– На! – Угрюмо произнес он.

– О, вот это ништяк! – Отворачивая крышку бутылки, сказал тот, наливая в гранёный стакан алкоголя.

Титов нахмурился и задумался.

– Чего? Какие в жопу люди, за тобой, сопляком? Ты чего-то попутал может? Иди портфель собирай, завтра в школу! – Начал он. – Больше не попадай в передряги и дружков своих предупреди, щегол.

– За меня братва в курсе, с самого первого дня, моего заезда на кичу. За меня уже сразу знали и маляву от Шубы получили. Чем ты недоволен? Меня нормально приняли и пригрели. Я с серьезными людьми тут двигался. Запомни! И Ренат мой человек был. И как бы там ни было, я могу за него ответочку дать. Скажи кто его сделал! С жуликами я сам это тоже решу, если надо! – Вдруг разозлился Пураян.

А Титову, только это и надо было. Решил он прощупать сейчас своего землячка, за которого давно был наслышан. Умел он и пользовался своими навыками, чтобы раскрутить любого. Милиционер одним словом.

– Твой? Или ты его? Татарина по всей округе знали и на воле и в зонах. Он был крепкий пацан. Десять лет город держал. А кто ты? Лично я тебя не знаю и не слыхал за тебя, до твоего появления тут. И никто не знал. Ты кем себя считаешь? Большой босс криминального мира? Ты от куда вообще вылез? Что ты сделал и чем ты знаменит, чтобы свой характер и авторитет тут выказывать? Кроме своих паханов, которыми ты и прикрываешься, больше ни чего за тебя и неизвестно! Как крутили хвосты коровам в деревне, так и будете! – Спокойно ответил Георгиевич.

– Чего бля? Кто я такой? Чем я занимаюсь? Ты хочешь об этом потолковать, дядя? – Окончательно сорвался Жиган.

– Присядь и не кипишуй тут! А то не посмотрю, кто за тебя там в городе мазу держит и что мы земляки. Сейчас прямо и удавлю! – Произнёс Титов и выставил вперед свою огромную ладонь.

– Ты в этом уверен? Начальничек хуев! – Высказался Пураян и ударом ноги по столу, поджал Георгиевича к стене.

Потом схватил бутылку, бухнул ее о край столешницы, сделав «розочку» и приставил ее к горлу Титова.

– Сейчас одно неловкое движение или неправильное слово и хана тебе, Толстый. Твоей башкой я сыграю в футбол, прямо тут, в твоём же коридоре, при твоих же шнырях. Ты понял меня? Может это ты сам лично тут недоволен был и загасил своего кента Рената? Кто я? Ты меня спросил. Я Жиган Пураян и мне плевать на ваше мнение. Я буду делать так, как посчитаю нужным! Ты ошибся! Ты попутал, жирный! Со мной так нельзя говорить. Были бы не тут, ты у меня, давно уже карасей кормил в ближайшем пруду. И тут будет по-моему! Вы еще все обо мне узнаете и услышите. Вкурил? – Жёстко сказал Жиган.

Георгиевич стоял, выпучив свои глаза. Сделал испуганный вид, но на самом деле лишь ломал комедию, опять же для своей цели.

– Тормози, парень! Видимо и в правду, я в тебе ошибся. Не признал. Не разглядел. Грубо. – Выстреливая слова, говорил Георгиевич. – Есть к тебе деловой разговор и кое-какое предложение. Остынь!

– Чего? Какое? Опять свои подходы ко мне лепишь, легавый? – Не унимался Жиган. – Какие еще вопросы?

– Какие вопросы? Ты знаешь? Вообще был с Ренатом на деле то? Мне нужно знать, от чего отталкиваться. – Вдруг напрямую спросил Георгиевич.

– Сейчас тебе надо отталкиваться, только от нашего разговора. Был я на трассе с Татарином несколько раз. Всё знаю! Че надо?

– Ну тогда ладно. Вставай на эту тему, что мы с Решитовым начинали – будешь при лаве. Если ты не в курсе , то он подо мной ходил, я ему бабки платил и крышевал его черный бизнес всю дорогу. Вот теперь тебя подтянуть решил. Как тебе такой расклад ? – Выпалил Сергей Георгиевич.

– Вот это ты загнул, Толстый. Я аж «воротничок чуть не завернул». Предложение путевое. Есть, че обкашлять. Думаю сработаемся. – Обмяк Пураян. – Какие условия?

– Условия те же, что и при Татарине. Своих водил не трогаем, проблемы мои решаем, следы не оставляем. – Уточнил Толстый.

– Работаем! Только и у меня к тебе тогда будет просьба. Точнее мои условия. Стволы нужны! Ты там намути, среди своих. Потом приеду, заберу. – Дерзко произнёс Жиган. – И еще. Кто замочил Рената?

– К сожалению этого я тебе не могу сказать. Потому как и сами не знаем еще. Все очень сложно. Какие тебе стволы? Ты чего обалдел? – Снова недовольно спросил Титов.

– Обычные. Из которых пиф-паф можно делать. Не знаете? Тогда я сам найду и выверну наизнанку ливер, у того, кто Татарина грохнул. Ясно? – Стоял на своём Пураян.

– Постой, подожди. Ну есть кое-какие мысли. – Опомнился Георгиевич.

Сейчас он наверное очередной раз в своей жизни, на мгновение, ощутил свое беспомощное состояние, как тогда, на даче у Жоры Итальянца, когда ему ставили условия. А может и наоборот, почувствовал снова свою важность, раз к нему тянутся люди. Может Титову последнее время и действительно не хватало такого жёсткого и сильного человека рядом. Но он не мог принять это. Ведь Сергей знал этих людей, совсем еще мальчишками, знал и их родителей. И если что-то с ними произойдёт, при его участии, то Георгиевич не сможет уже спокойно справится с эмоциями и болью. Но он все это, прокручивал у себя в голове. Все же жажда денег и наживы, переборола его.

– Я не могу тебе всего объяснить прямо тут и сейчас. Все долго и сложно. Приходи в Орхидею, часов так, скажем в девять вечера. Я там буду ждать.

– Мне всего и не надо. В кратце растолкуй! Кто кого и когда? – Перебил его Жиган.

Титов все ему рассказал, про новых отчаянных парнях в городе.

– Короче, Толстый. Делай че хочешь, хоть на голове ходи, но Шубу с кичи надо поднять. – Дал установку Жиган. – Подтягивай своих легавых дружков. Я знаю, ты можешь. Али должен быть в городе, на свободе! По другому не будет!

И начались у пацанов «трудовые будни». Жиган собрал своих подельников и рассказал про его темные дела с бывшим главарём банды.

– Короче. Тема такая: долбим на трассах водил – дальнобойщиков, которые едут с грузом, забираем всё – деньги, товар, машины, документы. Главное бумаги, потому как этот груз пойдёт дальше по белой схеме. – Рассказал Жиган.

– Как все это сделать? Где? У нас даже тачек нет, чтобы работать. – Высказался один крепкий парень, который держался увереннее всех в компании. – Одна дохлая «шестёрка» только у Кеши.

– «Медведь», не тупи! – Перебил его Пураян. – Возьми Игорька и сегодня ночью надо будет намутить пару бричек. Иномарки только не берите, наши тазы давай. И вообще не в городе желательно это сделать.

– Да не вопрос. – Ответил тот.

Сказано – сделано. Ночью, товарищи отправились в частный сектор и увели со двора коричневую восьмёрку. Старую, как говно мамонта. Даже не сразу смогли ее выкатить, так как видимо она стояла там уже давно и почти вросла в землю. Но запустили двигатель без проблем. Поскручивали номера, еще старого образца – чёрного цвета и рванули на место, заранее обговорённое Жиганом.

Там ребята стояли и распихивали по карманам какие-то странные вещи, кто-то протирал руки, видимо от крови. Жиган теребил в ладони черный пистолет.

А все было банально просто. Выследили в одном из районов города патрульных милиционеров, когда те обходили свой маршрут. Один подбежал и с жалостливым видом, стал умолять и звать постовых на помощь. Мол там, где-то, в противоположной стороне парка, лежит тело девушки, с которой он гулял, а потом на них напали хулиганы. Менты ринулись на помощь. А уже там, на них налетели остальные пацаны. Жиган ударил одного милиционера, сзади по голове арматурой. После чего, их стали просто забивать ногами в землю. Двое молодых постовых, не смогли даже опомнится и пикнуть. Все произошло моментально. Минут через пять, их карманы, уже выворачивал Жиган, в поисках денег, документов и различных вещей. Кеша с еще одним здоровым парнем, вытаскивали из кобуры табельное оружие. В принципе они за этим и шли. Два пистолета оказались в руках шпаны. Тогда много было таких налетов на милиционеров. И этот случай, стал не исключением. Два бездыханных тела, с пробитыми черепами, лежали в зарослях парка.

– Грузим их в машину и надо избавляться. – Приказал Пураян.

Все переглянулись.

– Ну? Так и будем буркалы таращить? Хотите чтобы завтра тут шмон легаши устроили, по всей округе, чтобы нас приняли? Вывозим я сказал! – Добавил он.

– Куда? Че с ними делать? – Уточнил Медведь, стоя облокотившись на распахнутую дверь «восьмёрки».

– Давай в Ольхуны, в лес их везите. Трупы сжечь! – Чуть призадумавшись, ответил Жиган. – Хотя нет. Палево. Лучше в пруд скинем. Так надежнее. Давайте, грузим!

За ночь, все было сделано. Медведь с Игорем, хоть и не видели всего происходящего там, но сидели и тряслись в салоне краденой тачки, от увиденного и осознанности, того, что сейчас они втянулись в серьёзные дела, избавившись от людей, которых убили их же друзья.

Только Жиган со своим верным дружком Кешей, были на веселе. До утра проквасили в одном баре.

– Че мы имеем, братан? – Раскачиваясь на стуле, еле проговаривая слова, произносил Пураян.

– Че? – Стеклянным взглядом, таращился на него Кеша.

– Два левых ствола, две палёные ксивы и пару рублей. Не густо. Я скажу больше – это вообще голяк. У меня на зоне и то больше водилось. Надо идти на дело.

– Че делать то будем? – Уточнение друг.

– Дальняков долбить! Грузы отбирать и через одного человека барыжить. Прибыль делим там потом. Он нас прикроет. – Объяснил Жиган.

– Жиган, ты конечно авторитетный, но заметут нас на таком раскладе, на первом же деле. Тут мыслить надо. Это ведь все серьёзно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.