Наталья Ростова
Хищная Кровь. Серый Пепел. Книга вторая

Глава 1

Огромный черный волк оскалился и облизнулся, глядя, как рыжеволосая девушка, улыбаясь, вытягивала руки навстречу искристым ручьям водопада, не замечая Свирепого зверя. Не спуская глаз с ничего не подозревающей жертвы, он вышел из зеленой чащи на противоположной стороне живописного грота и, бесшумно ступив в прозрачную воду, направился к ней.

С наслаждением подставив разгоряченное тело под упругие струи, Далия, тихо напевая, выжимала длинные пряди волос. Потоки прохладной воды ласкали девичьи шею, плечи, струились по рукам и бедрам, распадаясь на миллионы бриллиантовых брызг. Почувствовав чье-то присутствие, она резко обернулась и, улыбнувшись, грузно направилась навстречу огромному зверю.

Сейчас ей было тяжело ходить, да и просто долго стоять на ногах. Последние месяцы беременности давались нелегко. Плод был слишком тяжелым для ее небольшого роста и хрупкого телосложения. Тугой, упругий живот выдавался далеко вперед и вниз. Округлились плечи и бедра; грудь увеличилась и набухла. Уставала спина, и порой сильно отекали лодыжки. На свет должен был появиться настоящий богатырь.

Однако ее лицо светилось счастьем, голубые глаза переполнялись радостью. С губ не сходила улыбка, а щеки то и дело заливал розовый румянец. Светлая кожа сияла и манила бархатистой нежностью. Несмотря на физическую усталость, она всегда была в хорошем настроении, а ее сердце щедро делилось любовью и теплом.

Осторожно ступая с ноги на ногу и нежно поддерживая живот, Далия протянула руки и коснулась жесткой шерсти на волчьей морде. Огромный зверь, практически одного роста с ней, лизнул маленькую ладонь. Опустившись в воду передними лапами, он поднялся уже в человеческом облике и обнял девушку.

– Мы договаривались, что ты не будешь приходить сюда одна, милая, – Альрик поцеловал жену в губы и погладил живот. – Сейчас здесь небезопасно в любое время.

Далия оглянулась и пробежала взглядом по зеленой листве, окружавшей грот.

– Я знаю, Альрик, но мне было так жарко. Сейчас полдень, и здесь, как видишь, только мы с тобой. Больше никого нет.

Стая мелких птичек шумно выпорхнула из глубины кустарника в ответ на едва уловимый треск вдали. Альрик взял Далию за подбородок и, молча, строго посмотрел в глаза. Она нахмурилась и надула губы.

– А кого мне было взять? Парочку Свирепых? Или охрану из форта? – глаза лукаво блеснули.

– Ты могла попросить хотя бы Сольвейг, а еще лучше дождаться меня. Сейчас ты не можешь быстро бегать. Я запрещаю тебе бродить одной.

Далия протянула руку и поправила выбившуюся из-под ленты темную волнистую прядь жестких волос. Этим утром она собственноручно долго пыталась обуздать его непокорную шевелюру, но все, что удалось сделать – перетянуть лентой ее верхнюю часть.

– Стоит опасаться кого-то из своих? Никто в Дригаде не причинит мне вреда, ты же знаешь. Или к нам забрел чужак?

Она взволновано округлила глаза. Альрик нежно коснулся ее губ.

– Просто обещай больше не бродить одной по лесу.

– Хорошо, обещаю. Хотя, кто здесь может быть? Разве что, Маргрит, будь она неладна! И то она, скорее всего, за тобой притащилась!

Далия нахмурилась, светлое личико помрачнело. Альрик вновь поцеловал ее и обнял, зарывшись лицом в волосы, поглаживая мокрую спину.

– Пойдем домой, милая. Где твоя одежда?

– Рубаха там, на камнях. Я только ее сейчас и могу носить.

Молодой король улыбнулся и с довольным видом погладил большой живот жены. Она вновь расцвела и положила ладонь на его руку.

– Осталось совсем недолго. Наш сын будет огромным, Далия, – говорил он, поддерживая ее на скользких камнях, пока они не ступили на берег. – Могучий, смелый, сильный, как его отец.

– Мне кажется, их двое, – улыбнулась Далия, выныривая из рубашки и продевая руки в рукава. – Двое могучих и сильных. Иногда они так толкаются, словно дерутся!

Ярко-синие глаза Альрика блеснули радостью, в мгновение сменившейся тревожной настороженностью. Еще одна стайка побеспокоенных птиц метнулась в воздух, и он нахмурился, провожая ее глазами. Они были не одни. Тот, кто наблюдал за ними из чащи, явно не хотел показываться, иначе уже бы вышел к водопаду. Альрику не составило бы труда, обернувшись волком, в пару прыжков добраться до незваного гостя и разорвать его в клочья, но он не хотел рисковать и спешил увести жену.

– Это точно проклятая Маргрит! До чего неуклюжая! Ненавижу ее! Сколько можно таскаться за тобой! Ты женат! У нас скоро будет ребенок! Ни совести, ни чести! Как только рожу – сразу повыдергиваю ей все волосы!

Далия вспылила и гневно топнула босой ногой.

– Пешком или верхом, гроза легкомысленных девиц? – Альрик смеялся, не спуская глаз с зеленой листвы на противоположном берегу.

– Поехали. Только медленно.

Он перекинулся в волка и лег на землю у ее ног. Далия, кряхтя, уселась на могучую спину и вцепилась руками в шерсть на загривке. Мягко ступая большими лапами, Свирепый медленно понес ее к Дригаде.

Новые Земли – благодатный край вдали от Великого Разлома, Артеги, Пустынных Равнин. Ранее жители цепи многолюдных селений периодически враждовали между собой за лучшую добычу, более плодородную почву, драгоценности и людей. Сейчас разрозненные поселения объединились в молодое королевство с центром в Дригаде – большом укрепленном форте.

Зимы обошли стороной этот край. Воздух круглый год искрился солнцем. Изумрудная листва сияла буйным блеском лишь вокруг рек и водопадов. Они раскинулись большими оазисами среди пустынных скалистых земель и служили домом бесчисленному количеству птиц и зверей. Все, чему не доставалось тени, желтело и покрывалось коричневой пылью, выжженной солнцем.

– Ничего смешного здесь нет, – недовольно ворчала Далия, прижимаясь к могучей спине зверя. – Ты – король, а я – твоя королева. Она унижает меня, кокетничая с тобой! Пользуется тем, что я сейчас ничего не могу сделать! Мне даже помыться тяжело, не то что разбираться с соперницей!

Волк легонько подкинул ее на спине и тихо рыкнул.

– Хорошо, не с соперницей, а с бессовестной разлучницей! Сил моих больше нет!

Шум водопада, который они только что покинули, заглушал пение птиц и стрекот кузнечиков. Прохладные струи воды, разбиваясь о горячие камни, превращались в россыпь освежающих брызг и позволяли вздохнуть свободнее даже в палящий полдень. Каждый из больших и маленьких потоков воды замыкался собственным гротом, где можно было уединиться от посторонних глаз. Поэтому стройная темноволосая девушка легко осталась незамеченной и встала в полный рост только тогда, когда всадница на волке полностью скрылась из виду.

****

Светло-карие миндалевидные глаза в обрамлении длинных черных ресниц провожали пару. Маргрит хмыкнула и злобно сломала ветку. Она знала, что Альрик бродит недалеко от водопада и сразу почувствует ее. Ей так хотелось остаться с ним наедине и полностью раскрыть свои женские чары. Там, среди людей, его взгляд всегда становился мутным, когда он смотрел на нее. Она не сомневалась ни секунды, что, оставшись вдвоем, он не сможет сдержаться и устоять перед ней! Она видела, каким страстным он может быть!

Ей хотелось увлечь его, навеки приковать к себе. Ведь они так подходили друг другу! Оба высокие, статные, черноволосые. Истинные король и королева! Она поняла это сразу, как увидела его.

И зачем он все увивается вокруг этой рыжеволосой коротышки, которая сейчас скорее похожа на винный бочонок, чем на женщину, способную удовлетворить мужскую страсть?

Чувство долга, не больше. Ради нее он оставил свою страну и трон, а скоро она родит ему сына. Что ж, у них тоже будут дети. И еще какие! Настоящие воины. Нужно только показать ему все, на что она способна! Пусть убедится, как сильно она может любить! Король достоин самого лучшего.

Маргрит тряхнула волосами и выбралась из листвы. Лента соскользнула с темных локонов, и кудри рассыпались по плечам. Она вновь собрала их на макушке и затянула в тугой узел. Сбросила юбку и рубаху и стала под потоки прохладной воды.

****

Эта странная пара появилась в их краях весной и поселилась в одной из пещер у водопадов. Они подолгу не появлялись на людях, выходили лишь чтобы поохотиться в лесу. Изредка совершали необходимые покупки на рынках в деревнях. Слух, что в пещерах живет Свирепый, быстро разлетелся по Новым Землям.

Несмотря на то, что зверь никому не причинял вреда, его хотели сначала захватить в плен, а потом убить. Это никому не удалось и, потерпев сокрушительное поражение, отряды отступили. Враждующие племена впервые объединились, чтобы противостоять Свирепому, но, потеряв половину войска и окончательно осознав, что он – неуязвим, сплотились вокруг него. Так появилась Дригада – новое королевство с Черным Волком во главе.

Возник новый быт и порядок. Были возведены стены и форты, площадки для тренировок; прорыты подземные ходы, соединяющие селения. Воины ежедневно совершенствовались в своем мастерстве, охотники пополняли амбары добычей, земледельцы растили урожай. Альрик с Далией переселились в каменный дом в сердце Дригады. Вскоре сюда пришли еще несколько десятков Свирепых. Они покинули Варгавию вслед за своим единственным признанным правителем и еще раз присягнули на верность Альрику уже в Новых Землях.

Дригада росла и становилась сильнее. Альрик оказался мудрым и смелым королем, создающим собственные законы. Он умело осваивал новые территории, расширяя границы королевства, поглощая мелкие селения и безлюдные земли. В пустынных краях разбивались поля, разводился скот и селились семьи.

Маргрит восхищалась королем и презирала королеву. Чем эта смазливая мордашка могла его так зацепить? Своей ловкостью? Она невероятно быстрая и единственная, кто может преодолеть Великий Разлом, за исключением Свирепых. Да и возвращением своей волчьей сути они, по слухам, обязаны ей. А в Варгавии всегда ценилась сила духа и тела.

Разве этого достаточно, чтобы навеки привязать к себе короля? Скорее всего, он просто все еще очарован ею: они вместе меньше года. Но это пройдет. Ведь ранее король, как говорят, не отличался особой верностью.

В том, что Альрик – страстный любовник, она убедилась собственными глазами, застав в один из жарких вечеров короля и королеву в уединенном гроте водопада. Они не замечали никого и ничего вокруг, наслаждаясь друг другом. Маргрит укрылась в выемке среди камней, наблюдая за их страстью. Краснея, но будучи не в силах оторвать взгляд от влюбленных.

Альрик уложил Далию на большой плоский камень и осыпал поцелуями ее тело, опускаясь все ниже, широко разводя ноги. Маргрит до крови закусила губу, услышав стоны и финальный вскрик наслаждения королевы. Тогда он овладел ею, придерживая за бедра, лаская шею, спину, грудь. Они бесконечно целовались, что-то шептали друг другу, и через мгновение Далия вскрикнула вновь и выгнулась в его руках. Прильнула к нему всем телом, обхватив руками шею. Он тихо зарычал и сильнее прижал ее бедра к своим.

Маргрит облокатилась спиной на прохладный камень и обхватила пылающее лицо ладонями. Когда она вновь взглянула на влюбленных, они уже, смеясь, стояли под струями воды. Альрик подхватил Далию на руки и вынес на берег. Вновь поцелуи и объятия, и она снова отдалась ему на зеленом травяном ковре. Маргрит, сжигаемая ревностью и страстью, не сводила с них горящих глаз. Иначе она бы заметила еще одного молчаливого свидетеля чувственной сцены. В глубине зеленой чащи меж стволов деревьев и ветвей кустарника на мгновение сверкнул и скрылся серебряный отблеск.

С тех пор в своих самых сокровенных фантазиях Маргрит представляла себя там, у водопада на месте Далии. И мечтала о сильных руках Альрика и его горячих, настойчивых поцелуях.

Маргрит с детства была очень честолюбивой. Осознав свою красоту в самом нежном возрасте и почувствовав, какую неограниченную власть ее женские чары имеют над людьми, она твердо решила найти себе самую достойную пару. Короля, не меньше! Поэтому высокомерно воротила нос от предложений руки и сердца, ожидая своего принца.

– Где ты найдешь его в нашей-то деревне? – сокрушалась мать. – Вокруг одни охотники, рыболовы да воины! Среди них любого и выбирай!

Однако, Маргрит не спешила с выбором. Побывав с купцами в Артеге, не найдя и там достойного кандидата, она вернулась в Новые Земли и уже подумывала навсегда покинуть родную деревню и отправиться в Варгавию, как наткнулась на своего единственного в лесу у водопада! Она часто с замиранием сердца вспоминала тот день, будучи уверенной, что их встреча судьбоносна.

Он появился у берега, когда она, надев платье, сушила волосы. Услышав шаги и резко обернувшись, замерла. Обнаженный до пояса, мускулистый, высокий, красивый темноволосый мужчина шел к ней. Восхищение и страх блеснули в ее глазах. Невероятно привлекательный, но все же, незнакомец. А она здесь одна.

– Не бойся. Я не обижу тебя, – улыбнулся он и, не раздеваясь, с разбега прыгнул в воду.

Спрятавшись среди листвы, она наблюдала, как он вышел из воды и отжал копну тяжелых темных волнистых волос. Минуту постоял, прислушиваясь к лесным звукам. Потом, ударив руками оземь, перекинулся в волка и прыгнул в чащу, подняв стаю птиц.

У Маргрит перехватило дыхание. Свирепый в их краях! Не зря же он здесь появился! Все же в реальной жизни есть место волшебству! И ее мечта о короле тоже исполнится!

Маргрит побежала в деревню и, как оказалось, новость про Свирепого – уже давно не новость! Пока она была в Артеге, подыскивая себе пару среди захвативших город варгавов, главный из них поселился в пещерах у водопадов с рыжеволосой спутницей! Король Варгавии! Король! Сердце Маргрит чуть не выпрыгнуло из груди! Вот она, ее судьба!

К Далии она сразу отнеслась с пренебрежением, не придавая ей значения, как и всему, что мешало осуществлению ее планов. Альрик – мужчина ее мечты. Они идеально смотрятся вместе.

Маргрит знала силу своих чар. Никто в деревне и ее окрестностях не мог устоять перед ней. И она сначала с опаской, а потом все чаще и настойчивее принялась соблазнять его.

Никогда еще она не терпела такого сокрушительного поражения! Все ее попытки разбились о его доброжелательную улыбку и вежливую непреклонность! Ни одного страстного взгляда, ответного мимолетного касания, двусмысленного ответа! Только насмешливые огоньки в ярко-синих глазах. И это раззадоривало ее еще больше! Она не могла поверить, что ее стройное тело не восхищает и не манит его. Что он не мечтает коснуться ее волос и пасть к ее ногам, как практически все мужчины в ее жизни.

Альрик обожал свою жену, эту рыжую девчонку, постоянно шатающуюся с ним по лесам и горам в невзрачных штанах. Он носил ее на руках, сжимал в объятиях и целовал у всех на виду.

«Это нарочно, чтобы меня раззадорить», – думала Маргрит, скрывая свое отчаяние.

Из-за такой несправедливости опускались руки. Порой она готова была отступить, но каждый раз решала напоследок предпринять что-то еще, и «напоследок» длилось бесконечно. Не так давно у нее появилась поддержка, и Маргрит снова ринулась в бой. Практически все женское население Дригады осуждало ее. Мужское разделилось: кто-то ревновал и злился, другие с интересом наблюдали за развитием событий, третьи высокомерно презирали за навязчивость. Но она была уверена: помани – и любой бросится к ее ногам. Только не он, не Альрик.

Хотя, в последнее время и его взгляд стал мягче. Ей казалось, что она видит в нем желание и интерес. А может, это было лишь отражение ее собственного?

«Как только он познает меня как женщину, сразу забудет об этой коротышке», – строила она новые планы. Для их свершения были предпосылки. Далия забеременела и стала реже появляться на людях. Альрик все больше времени проводил один. У Маргрит открылось второе дыхание.

Вот и сегодня она пошла за ним в лес. Обычно после обхода он купался в одном из гротов, и Маргрит хотелось присоединиться к нему. Остаться с ним наедине и разбить в прах его мнимое безразличие. Она знала, что он чувствует ее. Сердце бешено колотилось, предвкушая их встречу, но все надежды рухнули, когда она увидела Далию под струями воды.

Проклятая коротышка! Маргрит скрипела зубами, наблюдая, как он обнимает и целует ее. Когда они скрылись в листве, ее так сильно трясло от ненависти к королеве, что пришлось встать под прохладу водопада, чтобы прийти в себя. Все, хватит этих игр! Так она только мучает и себя, и его. Все решится сегодня ночью. Уж об этом она позаботится.

****

– Ты с ума сошла!

Маргрит едва успела отпрыгнуть в сторону. Сольвейг выплеснула ведро с помоями прямо ей под ноги, заляпав юбку.

– Подобное к подобному, драная кошка! Опять таскалась за Альриком? Погоди, дождешься! Все патлы тебе повыдергаю! – злобно сверкнула глазами та.

Они с Эрингом поселились неподалеку от королевской хижины и часто навещали друг друга. Сольвейг также была в положении, но забеременела совсем недавно.

– За своими последи, растрепа! – огрызнулась Маргрит и поспешила домой, чтобы переодеться и успеть в Общий Дом к концу собрания. В конце недели воины во главе с Альриком проводили там несколько бурных часов, распределяя обязанности на следующую неделю и подводя итоги предыдущей. Сегодня встреча затянулась, и Маргрит довольно долго топталась у ограды, ожидая появления короля.

Наконец дверь распахнулась, и толпа мужчин вышла на улицу. Заметив ее, кто-то покачал головой, некоторые насмешливо затаились, наблюдая за реакцией Альрика, но большинство не обратили внимания на одинокую девушку, настолько примелькался ее силуэт.

– Твоя тень уже здесь! Видать, проклятия Сольвейг опять не сработали. Никак не прогонишь ее? Или… – улыбнулся Эринг.

– «Или» – в прошлом. Надеялся, что сама поймет. Не люблю женские игры, но нервничает Далия, а мне не нравится, когда она дуется. Иди, я поговорю с ней.

Эринг пошел вперед, а Альрик, поравнявшись с Маргрит, махнул ей рукой.

– Пройдемся, Маргрит.

Она радостно направилась за королем и, улыбаясь, остановилась рядом с ним у пролеска, восхищенно заглядывая в синие глаза.

– Ты красивая, Маргрит, многих сводишь с ума, но меня не привлекаешь, как женщина. Сердцем и телом я принадлежу другой и никогда ее не предам. Скажи, разве я давал тебе надежду? Хоть раз ответил взаимностью?

Она сжала зубы и отрицательно покачала головой.

– Так умерь свой пыл! Забудь меня и найди мужчину, который полюбит тебя в ответ и будь счастлива! Не ходи за мной, ничем хорошим это не закончится.

Маргрит тряхнула волосами и, схватив его за руки, горячо зашептала.

– Альрик, послушай! Не гони меня! Позволь быть рядом! Ты овладел моим сердцем, оно разорвется от боли, если прогонишь! Подари мне одну ночь! Только одну! Сегодня у водопадов в полночь! Приходи! Прошу тебя! Это будет нашей тайной! Ты почувствуешь, поймешь, как я люблю тебя! Мы созданы друг для друга, поверь! Одна ночь решит все! И, если твое сердце останется равнодушным, я навсегда исчезну из твоей жизни…

– Маргрит…

– Нет! Молчи! Неужели король откажет влюбленной женщине? Одна ночь, Альрик, я не прошу много. Никто не узнает, но между нами больше не будет недомолвок! Прими мое предложение, смелее! Или ты боишься?

– Будь по-твоему, сумасшедшая, – он сжал ее пальцы. – В конце концов, не пристало юной девушке шататься одной в полуночном лесу. Я приду, дождись меня. А сейчас уходи.

Она тихо рассмеялась и, поцеловав его руки, быстро зашагала прочь. Альрик смотрел ей вслед, синие глаза блеснули желтым огнем. Через несколько минут и он направился к своей хижине.

****

–Ты сегодня долго, – буркнула Далия, когда Альрик появился на пороге.

Она стояла посреди комнаты в той же длинной рубахе, кутаясь в шаль. Дом представлял собой одно большое помещение. Здесь был камин, круглый стол, две скамьи, шкаф и широкая кровать у окна. Занавески, плетеные коврики и шкуры на полу создавали необходимый уют.

Готовили на кухне во дворе. Там же в отдельном помещении, была омывальня. За приготовлением пищи и порядком во дворе следила кухарка Хенрика и пара слуг. В доме Далия справлялась сама. Ей нравилось наводить порядок и стирать одежду.

Сейчас к ней на помощь приходила Сольвейг. В последние месяцы беременности королева стала малоподвижной. Ее часто клонило в сон, и она дремала средь дня, пригревшись на солнышке.

Альрик подскочил к ней и подхватил на руки. Закружил по комнате и, поставив на пол, долгим поцелуем коснулся губ.

– Было много дел, милая, – он гладил ее живот.

– Больше, чем обычно? – прищурилась Далия.

– Гораздо. У нас теперь все гораздо больше! – улыбался он, ощущая под ладонью тихие толчки.

Далия хмыкнула и, убрав его руки, подошла к окну. Альрик сел на скамью, не спуская с нее глаз. Постояв немного, Далия прошлась по комнате, поправила скатерть, кувшин с цветами, посуду на полке. Потом резко сняла шаль и улеглась в постель, укрывшись одеялом.

– Будешь спать в рубашке? – вкрадчиво уточнил он.

– Мне холодно! – она натянула одеяло до подбородка.

Альрик громко фыркнул и, сбросив всю одежду, лег рядом. Попытался обнять. Она молча перевернулась на другой бок и, насупившись, уставилась в стену. Выждав пару минут, Альрик силой повернул ее к себе и взял рукой за подбородок.

– Так, милая. Рассказывай.

Она попыталась вырваться, но безуспешно.

– Говори же, я слушаю. Что тревожит мою жену?

– Я так больше не могу! – в сердцах крикнула она, и в глазах заблестели слезы. – Эта драная кошка таскается за тобой хвостом повсюду! А ты не гонишь ее! Это унижает меня! Я не смогу тебя делить ни с кем, Альрик! Я не буду, как Ханна, терпеть…

– Стоп! Причем здесь Ханна?

– Притом, что она закрывала глаза на твои похождения! На встречи с другими женщинами! А я не смогу! Если я узнаю, что ты делил ложе с Маргрит, то…

– Когда я дал тебе повод подумать, что делил с ней ложе?

Он улыбался. В глазах плясали озорные огоньки. Ее ревность подтверждала любовь, и это ему нравилось.

– Но она ходит за тобой!

– Ты предлагаешь ее убить? Прогнать из деревни или бросить в темницу? Что бы тебя устроило?

Далия на мгновение замолчала, но потом продолжила горячим шепотом.

– Скажи ей, чтобы оставила тебя в покое! Скажи, что любишь жену, что верен своей семье!

– Я говорю это ТЕБЕ каждую ночь. И не собираюсь отчитываться перед каждой девицей, строящей мне глазки! У меня нет на это ни времени, ни, признаюсь, желания! Мне плевать на Маргрит, милая. Ее тело не привлекает меня. Я люблю тебя всем сердцем и навеки прикован к тебе твоим запахом. Ты веришь мне?

Она затаилась на секунду и смущенно продолжила дрогнувшим голосом.

– Альрик, ты такой сильный, страстный! А я стала такая неповоротливая и не могу с тобой как раньше…

– Ты носишь моего ребенка. Для меня ты – прекрасней всех, Далия. Я никогда вас не брошу.

Она напряженно смотрела ему в глаза. Губы подрагивали.

– Но с Ханной…

– Снова Ханна! Я не выбирал ее, она была мне другом больше, чем любимой! Наш брак был предопределен! Раньше вообще все было по-другому, – он откинулся на подушку. – Когда-то Свея говорила, что если варгавиец выбирает себе пару сердцем, то будет верен ей до конца жизни. Как было у них с отцом. Волчья верность. Тогда я не мог в это поверить, а сейчас вижу, что она права. Ты моя пара, Далия. Любовь на всю жизнь. Ты помнишь наши брачные клятвы?

Она кивнула.

– Для меня ничего не изменилось и не изменится никогда. Я хочу жить с тобой, обладать только тобой, растить наших детей, оберегать вас. Ты – мой мир, моя семья. Ты любишь меня?

– Безумно. Всем сердцем. До самой смерти. Не представляю жизни порознь.

– Тогда почему не веришь?

Она опустила голову и глубоко вздохнула. Две слезинки скатились по щекам.

– Прости меня. Я так тебя люблю, что, видимо, схожу с ума. Я дико ревную. Боюсь потерять тебя.

– Этого не случится. Никто не разлучит нас. – Он целовал ее, а руки под рубахой уже ласкали тело, сжимая и поглаживая в самых нежных местах. – Только нам осталось решить один вопрос. Избавиться вот от этого.

Он рванул рубаху. Ткань треснула, делясь на неровные лоскуты. Альрик разорвал ее всю и бросил обрывки на пол.

– Альрик! Это была последняя!

– Никогда не надевай ничего в кровать, милая. Ты знаешь, что я это не люблю. Мне нравится ласкать тебя голую. Ты и так слишком часто ходишь в одежде.

Он осыпал поцелуями ее шею, плечи, набухшую грудь. Его губы задержались на темных сосках, нежно их оттягивая, и она закусила губу от удовольствия. Глаза томно блеснули.

– Как скажешь, мой король. Мне нравится, когда ты командуешь…

– Любишь подчиняться? – шептал он ей на ухо. – Тогда становись на коленки.

****

Далия выгнула спину, позволяя любимому войти еще глубже, и, подрагивая от блаженства, прильнула ягодицами к его мускулистому животу. Альрик больно сжимал ее бедра, сильными толчками достигая самых чувствительных, горячих точек, заставляя вскрикивать от удовольствия.

Он всегда был властным в любви. Прижимал к себе, лаская ее тело, а проникнув в горячую глубину, крепко держал за бедра и ягодицы, словно хищник добычу. Далия полностью теряла над собой контроль от его напора, погружаясь в тягучее наслаждение, когда он шире разводил ей бедра, поднимал ноги, переворачивал на живот или усаживал сверху. Она подчинялась ему, со всем пылом отвечая на животную страсть, краснея и срываясь на стоны от его горячего распутного шепота.

– Чуть повыше, милая, вот так! Хочу видеть тебя…

– Альрик, я сейчас… Ах!

Она забилась в экстазе, чувствуя жар внутри своего пылающего тела после его последнего резкого движения. Альрик все еще был в ней, осыпая поцелуями спину.

Они откинулись на простыни, и он прижал ее к груди. Далия обвила мужа ногами и прильнула как можно ближе, насколько позволял живот, слушая биение его сердца.

– Я опять сжал тебя слишком сильно, милая. Останутся синяки.

– Пусть. Я люблю их. Это следы твоей страсти. Ох!

Живот заходил ходуном. Далия принялась поглаживать его, но сильные толчки прекратились, только когда Альрик прижал ладони к самым непоседливым местам.

– Их двое, это точно. Слишком сильно толкаются, и живот очень тяжелый.

Он улыбнулся и поцеловал ее в губы.

– Это прекрасно, любовь моя. Только такая как ты может родить мне сразу двух сыновей.

– Откуда ты знаешь, что будут мальчики?

– Первые дети в семьях Свирепых – всегда двое сыновей. Но после нам понадобится еще и маленькая принцесса.

Они долго целовались. Полные губы Далии раскраснелись и распухли, Альрик жадно смотрел на них, проводя пальцем по самой кромке. Глаза снова наполнились желтым блеском, но он нежно чмокнул жену в нос и снова прижал к себе. Далия уткнулась в его грудь, вдохнула родной мужской запах и зевнула.

– Засыпай, – прошептал он ей на ухо.

– Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась. Мне так хорошо…

– Я разбужу тебя поцелуем.

– Я люблю тебя, Альрик. И никому не отдам.

– А я тебя, Далия. Никому, никогда и ни за что.

***

Луна сквозь прозрачные занавески освещала комнату холодным серебряным светом. Альрик крепко обнимал Далию, сопевшую на его груди. Ее дыхание стало ровным и глубоким. Руки и ноги обмякли, сон полностью овладел разумом и телом.

Он осторожно уложил ее на кровать и прислушался. Спит. Укрыл любимую одеялом и тихо поднялся. Надел штаны и бесшумно выскользнул за дверь. На улице светло, как днем. Лунные ночи в Дригаде практически такие же яркие, как и солнечные дни. Только окрестности залиты не теплым, а холодным стальным мерцанием. Альрик перекинулся в волка и исчез в кустах.

Добравшись до водопадов, сияющих в лунном свете, он вновь принял человеческий облик и вышел на берег. Под струями прозрачной воды виднелось стройное женское тело. Его манящие изгибы ясно различались даже издали. Альрик остановился, наблюдая за обнаженной девушкой.

Она обернулась и, улыбнувшись, быстро зашагала к нему. Упругая, большая грудь с бледными торчащими сосками подрагивала с каждым шагом. Маргрит была прекрасна, и он невольно залюбовался ею. В глазах зажглись желтые огоньки.

– Альрик, мой король!

Она подошла к нему так близко, что его тело отозвалось на манящий жар ее прелестей. Альрик скользил взглядом по длинной шее, белым плечам, налитой груди, стройному животу, округлым бедрам и темному треугольнику волос между ними. Маргрит довольно сверкнула глазами, положила руки ему на плечи и, прижавшись к сильной груди всем телом, прошептала:

– Ты не пожалеешь, что пришел. Я подарю тебе огромное наслаждение…

– В этом я не сомневаюсь, – прошептал он в ответ и, перехватив кисти ее рук, ловко повернул спиной. Сорвал тонкую лозинку и несколько раз перетянул по упругим ягодицам, приговаривая:

– Уважай свою королеву, Маргрит! Перестань таскаться за мной!

Она кричала и вырывалась. Оставив на нежной коже еще несколько отметин, Альрик легко оттолкнул униженную девушку от себя.

– Как ты смеешь?! Ненавижу тебя! Ненавижу!!! – истерично взвизгнула она, глаза наполнились слезами. Попыталась поднять свою одежду, но Альрик первым схватил ее.

– Боюсь, это тебе не понадобится, красотка, – смеялся он. – Ты слишком горяча, пора остыть немного!

– Ты пожалеешь! – крикнула она и бросилась в кусты.

– Ты была права, Маргрит! Ты подарила мне огромное наслаждение! – смеялся он ей вслед. Потом перекинулся в волка и исчез в зеленых зарослях.

Глава 2

Резкий крик ворона нарушил утреннюю тишину. Альрик вздрогнул и открыл глаза. Хриплое карканье повторилось. Быстро натянув штаны, король вышел на улицу. На заборе сидела большая черная птица, которая, увидев его, взлетела и, покружив над головой, опустилась на плечо. Альрик поморщился, почувствовав когтистые лапы на коже.

Почтовый ворон принес послание. Сняв бумагу с лапки, он вместе с птицей вошел в кухню и, отрезав большой кусок холодной дичи, бросил его на траву. Крылатый почтальон тут же принялся за добычу, а Альрик вернулся в дом. Встав у окна, пробежал глазами письмо.

– Почтовый ворон? – сонно спросила Далия. – От кого?

– Разбудил тебя? Это из Артеги, от Рунольва.

Альрик вернулся в кровать и уткнулся носом в шею жены. Далия обняла мужа и снова закрыла глаза.

– Что он пишет?

– Придется завтра навестить Артегу. Прибудет Ульв, есть разговор.

– Ульв?! – Далия встрепенулась, в глазах блеснула нежность. – Как здорово, что вы встретитесь! Я бы тоже с радостью повидалась с ним!

– Вижу, в твоем сердце для него осталось место…

– Ну конечно! Он всегда был ко мне добр и поддерживал в трудные минуты!

– А еще сделал тебе предложение.

Альрик злобно сверкнул глазами. Далия быстро обхватила его голову руками и осыпала лицо поцелуями.

– Не ревнуй к брату, любовь моя. Было бы здорово, если бы вы снова стали общаться. Сейчас нет причин для раздора. У нас своя семья, а у него своя. Они с Ханной правят Варгавией, а мы здесь – в Дригаде. Нам нечего делить.

– Не все так гладко, милая. Он стал королем, но останутся ли варгавы волками…

– Ты о чем?

– У них до сих пор нет первенца. Ханна даже не беременна. Неизвестно, сколько еще Свея будет носить набор, но украшения нужно передать преемнице, родившей ребенка. Иначе, волшебство исчезнет, и мы снова забудем о том, кем являемся на самом деле. – Он потянулся и поцеловал Далию, которая, опершись на локоть, внимательно смотрела на него. – Мне, если честно, плевать. Человеком или волком я счастлив здесь с тобой.

– Но почему Ханна не беременеет?

– Видимо, она – отличный воин. И ей не суждено стать матерью.

– Это очень, очень печально Альрик! – Далия замолчала и задумалась. – Откуда ты все это знаешь? Кто рассказал тебе?

Альрик откинулся на подушки. Далия подвинулась ближе и приготовилась слушать. Он молчал.

– Ну? – Она нетерпеливо потрясла его за плечо.

– Свея иногда говорит со мной.

– Свея? И ты молчал? Она предлагает вернуться?

– Как раз наоборот, милая, как раз наоборот. – Он снова поцеловал ее в губы и стал ласкать тело.

– Подожди! О чем вы разговариваете? Зачем она связывается с тобой?

Альрик вздохнул и убрал руки.

– Мы не разговариваем. Она иногда, крайне редко, вторгается в мои мысли. Далия, я люблю мать, но больше не верю ей. Нам лучше оставаться подальше и от нее, и от Варгавии с ее законами.

– Зачем тогда Ульв организует встречу?

– Раньше у Свирепых было одно королевство и один король. Теперь их три. Никто из Долины Ветра или Новых Земель не осмелится бросить нам вызов, но мы легко можем перебить друг друга в междоусобной войне. Этого нужно избежать. Заключить соглашение, присягнуть единому королю.

– Но мы не хотим воевать.

– Варгавы всегда воюют. Это просто вопрос времени.

– Ты скучаешь по битвам? – насторожилась Далия.

– Меньше всего мне бы хотелось драться с себе подобными.

– Но придется, если вы не договоритесь? Ведь так? – Ее глаза тревожно округлились.

– Мы договоримся, не волнуйся, милая. Дригада далеко от Долины Ветра и Артеги. Я присягну на верность Ульву и буду платить ему дань при условии избирательного участия в военных сборах. Мы будем жить, как прежде по своим законам и лишь укрепим свое могущество.

– Что такое «избирательное участие»?

– Такое право получил твой отец, когда ты родилась. Он сам решал, когда ему воевать. И обязан был встать в строй только в случае нападения на королевство. Ну что ты, улыбнись! – Он взял ее за подбородок и поцеловал в нос. – Совсем помрачнела! Завтра я увижу твоего любимого Ульва. Что ему передать?

Далия невольно улыбнулась, поцеловала его ладонь и прижалась к ней щекой.

– Мне стало как-то тревожно, любимый. Тревожно и страшно. Как будто надвигается огромная туча, сейчас грянет гром, поднимется ветер и уничтожит наш дом…

– И это говорит девушка, покорившая Великий Разлом.

– Ты прав! – засмеялась она. – Тогда передай Ульву, что я тоже готова присягнуть ему при условии…

– Не смей! – Он закрыл ей рот поцелуем. – Не смей даже думать о клятвах другим мужчинам. Ты моя. Душой и телом. Иди ко мне. Ночь была долгой, я соскучился.

****

– Опасно идти одному, Альрик. Туда вообще не стоит идти, – выслушав короля, нахмурился Эринг.

Трое воинов во главе с Альриком сидели в Общем Доме за длинным столом из тяжелого дерева. Король покрутил послание в пальцах, встал и прошелся по комнате.

– Мы не можем проигнорировать приглашение. Иначе Ульв придет сюда с войском, а мы не выстоим против него.

– Отправим ему письменное соглашение с вороном.

– Это вызовет подозрения, покажет неуважение и будет иметь тот же эффект. Ульв требует личной встречи. Рунольв присягнул Варгавии, когда мы захватили Артегу. Он правит в ней, подчиняясь королю. Ульв разрешил вам уйти, негласно дав позволение на новое королевство. А теперь требует присягнуть на верность, в счет прошлого жеста доброй воли.

– Откуда такое великодушие? Ульв всегда видит на несколько шагов вперед. Он точно знал, что мы создадим новое королевство! Это угроза его власти! И все же он позволил «дробить» Свирепых. Зачем ему это? – низким басом произнес Сверр, обернувшись к королю.

Это был высокий, огромный светловолосый воин с морщинистым лицом, покрытым шрамами. Рядом с ним даже рослый Альрик казался хрупким подростком. Несмотря на свой угрожающий вид, в мирное время Сверр был медлительным и спокойным. Он контролировал все строительство в Дригаде. Ни одно укрепление, подземный ход или деревянная вышка не появились без его участия. Он вел точные расчеты будущих построек. Рубил, строгал, носил и обтесывал неподъемные бревна. Строго следил за выполнением королевских указов и своих собственных инструкций.

На поле боя Сверр мгновенно превращался в бешеного воина, яростно крушившего неприятеля огромным топором, которым недавно вырубал очередную доску. Он редко дрался в волчьем обличье, предпочитая человеческую ярость звериной. После боя на месте, где он сражался, высились горы трупов. Каждый варгавиец знал, что, пока не уляжется оранжевое пламя в глазах великана, не стоит к нему подходить. В бешенстве Сверр набрасывался и на своих.

– Ради нее. Он был влюблен в мою жену и сделал ей предложение. Даже получив отказ, он не мог подвергнуть ее опасности. Поэтому погоня прекратилась, и мы с Далией ушли от Свирепых. В Новых Землях мы были только вдвоем. Ульв отпустил вас, чтобы защитить ее. Однако, брат следил за нами. Я часто чувствовал варгавов на нашей территории. В последний раз они подошли совсем близко к водопаду.

Альрик снова сел за стол и посмотрел в удивленно настороженные лица братьев по оружию.

– Тогда ты точно идешь на верную смерть, Альрик! – воскликнул Эринг. – Рунольв имеет право на престол, ему нужна только королева с первенцем. Ханна не может забеременеть, и если Ульв до сих пор влюблен в Далию… Ты понимаешь, насколько опасно идти к Разлому одному? Далия – готовая королева! Ни Рунольву, ни Ульву нельзя доверять! Ты – препятствие на пути к могуществу варгавов!

– Ульв – мой родной брат, Эринг. И только потом влюбленный. Мы вместе прошли сотни битв, не говоря уже о том, что были неразлучны с рождения! С чего мне не доверять ему? А Рунольв… Его я не боюсь, – сверкнул глазами король.

– Пусть приедут в Дригаду, окажем им достойный прием и присягнем на верность здесь, – пробасил Сверр.

– Эринг прав. Варгавы всегда избавлялись от проблем мечом, а не пером! – вступил в беседу Айварс, молодой воин, чьи длинные темные волосы были сплетены в толстую косу. Зоркий, ловкий, быстрый и бесшумный, он возглавлял отряд разведчиков и держал под неусыпным надзором Дригаду и окружающие ее земли. – Когда речь идет о власти и любви – забываешь о родстве! И Ульв, и Рунольв одинаково опасны.

– С такими мыслями мы никогда не договоримся. И просто перебьем друг друга. Встреча неизбежна, – отрезал Альрик.

– Нужно отложить ее, пока не найдем другого выхода! – продолжал давить Эринг.

Альрик покачал головой и, усмехнувшись, развел руками.

– Любой другой выход – в первую очередь – неповиновение королю. Мы не знаем, как отреагирует Ульв. Отказ от встречи даст ему законное право прийти сюда с войском. Я не могу подвергать вас такой опасности! Ульв присылает сюда Свирепых, следит за нами! Значит, для него это серьезно.

– Может, это Волки Рунольва? – предположил Айварс.

– Вот и узнаем. Я убью Рунольва, если почувствую неладное. Если Ульв требует личной встречи, то, скорее всего, хочет обсудить что-то, чего не напишешь в письме. Я знаю брата! Он скрытен, подозрителен и не любит оставлять следов. Я доверяю ему. Мы неоднократно стояли друг за друга в бою!

– Но между вами не было женщины!

– Хватит, Айварс! Ее и сейчас нет. У каждого из нас – своя королева! Эринг, ты тоже прекращай причитать! Завтра все решится. Я встречусь с Ульвом, присягну ему и вернусь в Дригаду. Но сегодня лучше укрепить стены и еще раз прочесать окрестности. Будьте готовы ко всему и берегите мою семью.

Король нахмурился. Сверр ковырял кинжалом стол. Эринг сжал зубы и встал, нервно отбросив стул. Айварс вздохнул и хитро прищурился.

– Пусть твое решение будет верным, Альрик. И да хранят нас боги. Ночь прошла спокойно, в Дригаде нет чужаков. За нами никто не следит, даже Маргрит куда-то испарилась.

– Вот уж о ком не стоит скучать, – процедил Альрик. – Эринг, пока меня не будет, в Дригаде командуешь ты. Ты знаешь, что делать. А сейчас пойдем, проверим укрепления и подготовим людей.

****

Маргрит отчаянно рыдала, закрыв лицо руками. В большом камине с треском горело яркое пламя, освещая каменный зал с большим столом, окруженным массивными стульями. Рунольв подошел к ней и положил руку на плечо:

– Ну-ну, успокойся. Ты сделала все, что могла, девочка.

– Это было так унизительно! – всхлипывала Маргрит, трясясь всем телом.

– И предсказуемо, – со вздохом сказал Рунольв.– Волчья верность. Когда встречаешь свою любовь – не замечаешь других. На что только Свея рассчитывала…

Маргрит подняла голову и удивленно моргнула распухшими веками.

– Причем здесь Свея? Ты говорил, что все получится! Ты поддержал меня!

Рунольв пожал плечами.

– Ты очень красива, Маргрит. Надо было попробовать.

– Кому надо?!

– Ну-ну, успокойся. Оставайся в Артеге. Здесь много достойных воинов. Никто не устоит перед тобой.

– Но я люблю его! Альрика! Люблю и ненавижу!

Она уронила голову на сложенные на столе руки. Рунольв молчал. В комнате раздавался лишь треск горящих в камине поленьев, шорох пепла да тяжелые девичьи всхлипы.

– Альрик ответит за оскорбление, девочка. А ты иди, выпей вина, успокойся и выспись. Утро вечера мудренее. Ступай, мне нужно подумать.

Дверь за Маргрит захлопнулась. Рунольв неподвижно сидел за столом, глядя в серое небо за окном. В прозрачных голубых глазах играли отблески огня.

– Есть новости, Рунольв?

Глубокий, спокойный женский голос вкрадчиво прозвучал в его голове. Он узнал бы его из тысячи других. Свея вновь проникла в его сознание. Он еле заметно улыбнулся.

– Все, как я и говорил, дорогая Свея. Он остался верен жене.

– Что ж, мы хотя бы попытались…

– Почему ты не оставишь их в покое? Ты же дала им уйти! Тогда зачем хотела разлучить?

Свея ответила после небольшой паузы.

– Разлука не равна смерти. Хотела спасти тех, кого люблю.

Рунольв расхохотался. Он долго заливался раскатистым смехом, потом со вздохом смахнул слезинку с глаз.

– И кого же ты любишь, Свея? Альрика, которого бросила в темницу? Или Ульва, которого вынудила жениться на нелюбимой, когда у него был выбор? А, может, Далию, за которой отправила стаю Свирепых? Твоя любовь страшнее смерти!

– А твоя, Рунольв? – вкрадчиво спросила Свея. – На что похожа твоя любовь?

Теперь умолк он и ответил после глухой паузы, грустно ухмыльнувшись.

– Моя любовь похожа на горький яд, отравляющий меня каждую минуту.

– На каждый яд есть противоядие, если знаешь, чем отравлен.

– Хватит, Свея. Ты уже однажды предала меня. И пусть я, как глупец, все еще иду у тебя на поводу, но у меня хватит сил не поддаться твоим чарам. Альрик остался верен Далии, разлучить их не вышло. Нам не о чем больше говорить!

– У старых друзей много тем для обсуждения.

– Когда я называл тебя другом?

– Тогда кто я для тебя? Разве, вернуть серьгу – не дружественный жест?

– Я хотел вернуть свою волчью суть. А вовсе не угодить тебе, Свея.

– Получилось и то, и другое. Я хочу отблагодарить тебя.

– Хочешь отблагодарить? Тогда оставь в покое, – резко ответил Рунольв и замолчал. В сознании вновь повисла оглушающая тишина.

– Ну хорошо, – вздохнула Свея. – Признаюсь, я всегда чувствовала в тебе родственную душу. После смерти Рига я так одинока. Альрика нет рядом, а Ульв очень непредсказуем и хитер.

– Яблочко от яблони…

– Не будь жестоким, Рунольв. Завтрашняя встреча у Разлома тревожит меня. Ты знаешь, что интуиция меня не подводит.

– Ты волнуешься за меня? Какая неожиданная чуткость.

– Скорее хочу предупредить. Мои дети очень дороги мне. Будь осторожен в своих решениях. Прощай.

Несмотря на резкий, язвительный тон Рунольв всегда ждал ее появления. Пока Свея носила драгоценный набор, она могла мысленно связываться с каждым Свирепым, с ним в том числе. Королева делала это регулярно. Он был холоден и насмешлив, но сердце трепетало, а воображение рисовало ее прекрасный образ. Рунольв не видел Свею много лет с тех пор, как она предала его, выйдя замуж за его родного брата, и вернул серьги не только потому, что хотел вновь обрести Волчью сущность. Он тайно мечтал снова встретить свою первую, единственную любовь. Мечтал и боялся собственной страсти, прикрываясь злобным безразличием. Рунольв не бывал в Варгавии, а королева не покидала Чертога. Отвергая Свею на словах, душой он стремился к ней, как мотылек к свече.

Варгавиец никогда не забудет свою любовь. Волчья верность. И Рунольв страдал, ненавидел, злился, но скучал и необратимо летел на огонь, желая воссоединить с ним свое воспламененное сердце. Свея нарочно бередила его рану, пробуждая застывшие чувства. Он понимал это, но так истосковался, что даже не пытался предугадать, что задумала королева. А каждое ее действие было продиктовано личной выгодой.

Рунольв тяжело вздохнул, потер лицо ладонями и отправился в свою комнату, чтобы вновь мучительно ждать, когда в его сознании возникнет знакомый, тихий, вкрадчивый женский голос. Когда-нибудь он снова увидит ее, коснется светлой кожи, прижмет Стальную Королеву к своей груди и больше никогда не отпустит. И никто не сможет ему помешать…

****

Гнетущее чувство, поселившееся в глубине души, не давало ей покоя. Свея практически отошла от государственных задач, переложив все заботы на Ульва. Она участвовала в делах королевства, как советник и посредник между королем и Свирепыми, с которыми держала ментальную связь, стоило лишь повернуть кольцо на пальце.

Свея всегда была очень проницательна. Она буквально считывала чужие мысли, предугадывала поступки, интуитивно избегала опастности и играла на слабостях других в угоду благополучия собственного королевства.

Она доверяла себе, и сейчас тяжелое, мрачное предчувствие угнетало ее. Она беспокоилась за младшего сына, сейчас он был очень уязвим. Свея наглядно убедилась в коварном могуществе Ульва, когда он вынудил ее отменить свой приказ, спасая Далию. В порыве эмоций она пыталась ранить его. Заявила, что отныне без любимой женщины он обречен на страдания. И оказалась права. Ульв очень изменился.

Свея с болью в сердце наблюдала, как мучается ее взрослый ребенок. Его красивое лицо, вместо обычного чуть высокомерного спокойствия, излучало напряженность. На лбу пролегла глубокая складка. Кристально-голубой взгляд будто наполнился серым, безжизненным пеплом.

Тревога черной, скользкой змеей медленно вползала в материнское сердце, а когда Свея заметила Ульва, выходящим из бывшей комнаты Далии, прочно поселилась в нем.

Ханна, похоже, уже не сможет забеременеть. По законам Варгавии король получит право выбрать другую жену, только если первая отправится в Долину Грез. Но Ханна – молода и здорова. Значит, могущество Свирепых в скором времени вновь станет легендой. Свея не верила, что Ульв это допустит. Однако с каждым днем в бесстрашном и расчетливом короле становилось все больше отчаявшегося влюбленного. Растерянного, отрешенного и несчастного.

Ульв собирается подписать соглашение о признании единого короля с Рунольвом и Альриком. Это очевидный политический ход, позволяющий избежать междоусобных войн и кровопролития. Ведь варгавы признают не только силу, но и честь. Никто не пойдет против данного слова. Однако, даже зная способность Ульва просчитывать события на несколько шагов вперед, Свея не исключала того, что встреча могла пройти не так гладко, как задумывалась.

Альрик – выспыльчив и горяч, Рунольв – себе на уме, и, если он задумал взойти на престол Варгавии, то сейчас для этого лучшее время. Ульв скован обстоятельствами, изранен осколками разбитого сердца. Он ослаблен и может пропустить решающий удар, утратив бдительность. Ульв был против встречи в Артеге, значит, он так же не доверяет Рунольву. Что задумал ее несостоявшийся супруг? Нет сомнения в том, что он желает отомстить за предательство и свое разбитое сердце. Годы разлуки не прошли зря. У него есть четкий план, не зря же он вернул серьги.

– И у тебя все еще есть ко мне чувства, дорогой Рунольв, – прошептала Свея, покусывая губы. – В прошлый раз договориться в Ульвом не вышло, что ты задумал сейчас? В Артеге сильный гарнизон, но этого недостаточно для открытой схватки… Ты будешь бить исподтишка… Но куда?

Опасно, очень опасно! Свея сомневалась в могуществе Ульва, не доверяла Рунольву и шла на поводу своих подозрений, пытаясь заменить один печальный сценарий другим. Если бы Далия и Альрик расстались, а Ульв захотел бы вернуть любимую, то под ударом оказалась бы только Ханна. Правитель обречен на сложный выбор. Свея обожала своих сыновей и ради них была готова на все.

Она связывалась с Альриком, уговаривала отложить встречу, предлагая свою помощь и посредничество. Он никогда не отвечал ей, хотя слышал. Не мог простить предательства. Свея знала упрямый нрав старшего сына, старалась не давить на него, хотя сердце ныло от разлуки и тревоги.

– Нервы никуда не годятся! Теряю хватку, пора полностью отходить от дел, – она тряхнула головой и поежилась.

Огонь в камине Тронного Зала погас, и холод, выскользнув из темных углов, забрался под светлую меховую мантию.

«Проклятый Рунольв!»

Он хитер, пытается скрыть свои истинные намерения, притворяясь союзником. Помогал с разлучницей, хотя и не верил в успех. Свея тоже не верила, это был скорее жест безысходности. Альрик никогда не оставит любимую. Он уже вне себя от счастья, в ожидании ребенка. Свея прекрасно знала, что такое Волчья верность. Кстати, она не чужда и Рунольву! Он все еще не равнодушен к ней, но сможет ли его любовь предотвратить решающий удар, или пронесенное сквозь годы чувство, наоборот, ускорит его? Король Артеги очень подозрителен. Рунольв отдал серьгу, и наилучшим вариантом развития событий было бы навсегда избавиться от него. Только так он не сможет занять трон в Варгавии, стать единым королем или отомстить ей за предательство.

– Проклятый пес сведет меня с ума! Проще всего убить его там, на встрече у Разлома. Может, Ульв так и поступит? Поэтому отказался идти в Артегу?

Свея, нахмурившись, вгляделась в наступающие сумерки за окном. К Чертогу подбегал Свирепый – большой серый волк с черной отметиной на голове. Это Хальс, один из шпионов Ульва. Волк достиг Ратного Двора и спешно скрылся в замке. Хальс принес новости, значит, сейчас они с Ульвом поднимутся в Тронный Зал, чтобы обсудить их с ней. Как это было всегда. Прошло пять, десять, пятнадцать минут, но никто не нарушил ее одиночества. А когда Свея увидела, как Хальс покидает замок уже в человеческом обличье, тревога черной змеей с новой силой впилась в ее сердце.

****

– Садись, выпей вина, – Ульв указал на соседнее кресло у камина в своих личных покоях и наполнил бокал на небольшом столике. Хальс залпом осушил его, сел к огню, протянув к пламени уставшие ноги, и не спешил начинать.

– Свея сегодня к нам не присоединится. Итак, Новые Земли и Дригада, – король потер повязку на глазу, изувеченный зрачок под плотной тканью сверкнул от нетерпения.

Слушая неторопливый рассказ об устройстве и порядках Дригады, нового молодого королевства во главе с Альриком, Ульв напряженно смотрел на пламя и медленно пил вино. Блики огня играли на серебряной повязке, прикрывавшей израненное веко. Хальс замолчал и налил себе еще бокал.

– Ты видел ее? – повернулся к нему Ульв.

– Кого? Далию?

– Далию.

– Да, она приходила к водопаду.

Ульв жадно уставился на него и нетерпеливо нарушил молчание после затянувшейся паузы.

– Как она выглядит?

– Вот-вот родит. Живот огромный. Еле ходит.

Ульв откинулся на спинку кресла и затаил дыхание, прислушиваясь к гулкому биению сердца. В ушах пульсировало, в груди стало горячо, в теле вновь заструилась жизнь при одном напоминании о ней. Далия… Он честно пытался забыть ее, но потерпел полное поражение и с каждым днем все больше угасал от разлуки.

Он пошел против матери, чтобы спасти ей жизнь. Женился на Ханне, чтобы защитить. Отпустил Свирепых, желающих уйти вместе с Альриком, чтобы обеспечить ее безопасность. И сейчас совершенно четко осознавал, что его собственная жизнь без нее стала бессознательным существованием. Он полностью лишился радости и страсти, а рыжеволосый призрак бродил за ним в стенах замка, наполняя сердце гнетущей тоской.

Днем дела королевства не позволяли Ульву с головой погрузиться в уныние. Он чувствовал лишь постоянную ноющую боль в груди. А ночью, обнимая Ханну, он долго лежал с открытыми глазами, мечтая о другой. Иногда горько улыбаясь от мысли, что его жена в эту минуту точно так же грезит о своей несостоявшейся любви – Альрике. Жестокая насмешка судьбы! Получается, его брат был прав, наплевав на законы Варгавии ради своей избранницы? Власть никогда не заменит любовь. Сейчас он и сам бы отдал все королевство за поцелуй желанной женщины, потерянной для него навсегда.

Завтра он увидится с Альриком. Он знал, что скажет ему как король Варгавии, как родной брат, с которым они росли и сражались плечом к плечу, захватывая чужие королевства, но как поведет себя его разбитое сердце? Чего ожидать от отвергнутого влюбленного? Он вспомнил мгновение, когда мог пронзить Альрика мечом, и по телу пробежала холодная дрожь от мысли, что подобный момент может повториться…

Ханне не стать матерью, Свея должна передать волшебный набор королеве с первенцем, а Далия вот-вот родит… Нельзя распутать сложный узел, но его легко разрубить ударом меча, спасая тем самым клан Свирепых Волков и свою собственную жизнь. Однако, для этого нужно занести меч над головой родного брата, а Ульв был слишком предан своей родной хищной крови.

– Ульв! Ваше Величество! – громче повторил Хальс. – Если больше нет вопросов, я пойду. Устал с дороги.

– Иди. Я свяжусь с тобой, если понадобишься.

Хальс ушел, а Ульв подвинулся ближе к огню. Языки пламени отливали яркой медью, струясь, словно развевающиеся на ветру пряди любимой. Он прислонил руку к груди: сердце бешено колотило в ладонь, а хрустальный взгляд наполнялся темной серой дымкой.

****

Луна ярким пятном блестела за окном, проникая серебряным светом на кровать, стоявшую напротив. Альрик спал, раскинув руки. Его черные кудри струились по подушке, могучая грудь вздымалась от глубокого ровного дыхания. Далия лежала рядом и, опираясь на локоть, любовалась спящим мужем.

Бессонница. Тяжелое, тревожное чувство не покидало ее с тех пор, как она узнала о встрече Альрика с Ульвом и Рунольвом у Разлома. Она бесконечно успокаивала себя тем, что ее муж – опытный воин и неоднократно, рискуя жизнью в боях, выходил победителем. Она списывала свою тревогу на усталость и напряжение последнего месяца беременности. Но все равно нервничала, стараясь не показывать свое беспокойство королю.

Сейчас Далия должна была уже давно сладко спать, как всегда после вечерних ласк, но сон как рукой сняло. Она, едва дыша, в полумраке тихо вглядывалась в любимые черты.

«Как же я люблю тебя», – думала девушка, лаская взглядом темные густые, волнистые волосы, брови, тень от ресниц, четко очерченные скулы и губы, сильную грудь, покрытую шрамами.

Она вспомнила, когда впервые увидела эти отметины. Год назад они бежали наперегонки к Разводному Мосту у ворот Чертога. Она пришла первой и насмешливо наблюдала за заметно отставшим будущим королем. Задыхаясь от бега, Альрик упал рядом на траву, и ее обдало жаром разгоряченного мужского тела. Она смутилась, отведя глаза, а внизу живота словно натянулась тетива лука – незнакомое ранее чувство. Далия знала причину его появления: Альрик всегда будоражил ее. И если в детстве при встрече у нее перехватывало дыхание, то теперь огонь пронзал ее чресла, вызывая стыдливое смущение.

Далия впервые коснулась его шрамов на груди в омывальне в последнюю ночь перед прыжком через Великий Разлом в Артегу. Он прижимал ее к своему сильному телу, ласкал горячими ладонями, целовал так, что губы горели огнем, а лоно наполнялось палящей влагой. И Далия отдалась единственному мужчине ее жизни на широкой скамье в ворохе полотенец.

Они вместе пережили предательство королевы, угрозу смерти, скитания в поисках нового дома и сейчас были безмерно счастливы, с каждым днем влюбляясь друг в друга все больше.

Альрик был искусен в ласках, ненасытен и властен в любви. Когда они обосновались в пещере у водопада недалеко от Дригады, то несколько дней не покидали свою обитель, не в силах оторваться друг от друга. Страсть полностью поглотила их, проникнув в мимолетные касания, взгляды, жесты. Альрик не отпускал ее ни на шаг, обладая то грубо, то нежно, шепча на ухо слова любви, откровенные желания и приказы, от которых она краснела и возбуждалась еще больше.

Далия закусила губу, вспомнив его прикосновения. Несколько сильных толчков, и он замер, проникнув глубоко. Так глубоко, что у нее перехватило дыхание. Крепко обхватив ягодицы, он приподнял ее и стал вращать бедрами, прижимаясь к раскаленному, истекающему влагой лону, массируя самые дальние, чувствительные впадинки.

– Я хочу от тебя детей, – последнее, что она слышала перед тем, как огненный вихрь блаженства поглотил ее тело, душу и разум.

Она кричала и билась в экстазе, чувствуя себя бесконечно любимой и необходимой. И сама ежесекундно излучала любовь, счастье и ласку, глядя, как синие глаза мужа становились оранжевыми. Свирепые не могли скрыть ярость или страсть. Огненный блеск сразу выдавал их.

Далия улыбнулась своим воспоминаниям и осторожно положила ладонь на грудь спящего Альрика, прислушиваясь к биению сердца. Большое, храброе, горячее сердце, которое ради нее не побоялось пойти против законов Варгавии и родной матери, Стальной Королевы Свеи. Она ни разу не пожалела, что ответила ему взаимностью, приняла его предложение и согласилась вместе вступить на рискованный путь. Далия была готова и сейчас пойти за ним. И в случае опасности, закрыть любимого собственной грудью.

– Жизнь отдам за тебя, – тихо прошептала она, пробегаясь пальцами по мускулистому телу.

В ночной, серебряной тишине уютной комнаты, Далия улыбалась прошлому, продолжая любоваться мужем.

В Новых Землях местные жители, собрав отряды, пытались вытравить Волка из пещер. Он разбил их дважды, защищая свою семью, и в итоге стал вожаком, при котором Дригада из маленькой деревушки превратилась в королевство. Далия восхищалась мужем. Гордилась им как мудрым правителем, непобедимым воином и преклонялась перед властным, любящим мужчиной. Альрик боготворил жену, ежедневно осыпая ласками.

– Откуда у тебя столько сил? – смущенно удивлялась она, раскрасневшись после любовной неги.

– Твой запах сводит меня с ума, – шептал он в ответ, шумно вдыхая аромат ее кожи.

Они предначертаны друг другу богами, значит, никто не сможет их разлучить! Эта мысль немного успокоила ее. За полгода, проведенных вместе, самым долгим должно было стать двухнедельное расставание. Альрик ушел с отрядом исследовать дальние земли, окружающие Дригаду. Время тянулось медленно и тоскливо. Далия скучала, стараясь увлечься домашней работой, прогулками и приготовлением всего необходимого для будущего малыша. Рядом была Сольвейг, но сердце все равно сжималось от вынужденной разлуки.

Прошло десять дней. Вечер выдался пасмурным, дождь лил стеной. В жаркой Дригаде похолодало, и Далия разожгла небольшой огонь в камине. Громко хлопнула калитка, со двора донесся топот бегущих ног, дверь распахнулась, и на пороге появился промокший до нитки, улыбающийся Альрик.

От неожиданности она вскрикнула, а он сбросил пояс с оружием, кожаный жилет, рубаху и, оставшись в одних мокрых штанах, подбежал к ней и подхватил на руки. Далия не успела сказать и слова, как он закружил ее по комнате и положил на кровать, осыпая поцелуями.

– Ты вернулся, наконец-то! – смеялась она, запуская пальцы в густую мокрую шевелюру.

– Такая долгая разлука мне не под силу. Не буду больше и пытаться!

Он уже стягивал с нее платье. И вновь они два дня не покидали хижины, безудержно занимаясь любовью.

Он вернется и в этот раз. Он всегда возвращается. Она нежно провела пальцами по его груди, огибая шрамы, опустилась к мускулистому животу и темной полоске волос ниже пупка. Смутилась. Столько раз видела его нагим, но всегда краснела только от одной мысли о его мужской силе, хотя неоднократно целовала и ласкала губами его стальную, возбужденную плоть, доводя любимого до исступления.

– Не спится, милая? – он положил ладонь на ее руку.

Далия вздрогнула и встретилась взглядом с синими улыбающимися глазами. Альрик подтянул ее к себе и прижал к груди. Она обняла его.

– Не спится. Тяжело на сердце от предстоящего расставания.

– Мы увидимся уже вечером. Разве это такая долгая разлука, чтобы тревожиться всю ночь?

– Наверно, я не доверяю Рунольву. Он ведь не просто так вернул серьги. Вдруг он захочет тебя убить?

– Зачем?

– Чтобы занять трон.

– В таком случае, надо убить Ульва.

Далия вздохнула и крепче прижалась к мужу. Это логично. Но что так тревожит ее? Очевидно, что опасность исходит от Рунольва. Ульв – родная хищная кровь. Никогда не предаст. И к ней всегда был добр и внимателен. Возможно, Ульв нашел способ забыть старые обиды и воссоединиться вновь. Как было бы здорово!

– Альрик, если с тобой что-нибудь случится, я пойду следом. Я не шучу, – она заглянула ему в глаза. – Я всегда буду рядом. Здесь или в Долине Грез, не важно.

Он привычным жестом взял ее за подбородок.

– Если со мной что-нибудь случится, ты вырастишь наших детей. Потому что они – наше продолжение. Поняла? Клянись.

Она попыталась возразить, но он перебил ее, повысив голос.

– Я сказал, клянись, Далия.

Она вздохнула и опустила глаза.

– Прости… Клянусь нашей любовью.

Он уложил ее на спину и наклонился, поглаживая пальцами лицо, касаясь губ. Темные кудри приятно щекотали грудь и плечи.

– Мы будем вместе растить наших детей, Далия. И у нас будет еще и дочка. Я никогда вас не брошу. Чтобы ни случилось, в какие края ни пришлось бы уйти – я всегда вернусь к тебе, клянусь нашей любовью. Ты веришь мне? Все будет хорошо, любовь моя. Никто никогда не разлучит нас.

– Да, любимый. Прости мою тревожность. Будь осторожен и возвращайся скорей.

Она уснула в его объятиях. Обнимая ее горячее тело, Альрик ловил себя на мысли, что меньше всего он хочет идти на завтрашнюю встречу. Он бесконечно счастлив здесь, в Дригаде. И, несмотря на королевскую кровь, судьба Варгавии отошла на второй план. Он давно не интересовался делами варгавов и не претендовал на трон. Он понимал желание Ульва объединить королевства под одним правителем, и сам поступил бы так же, будучи на его месте.

Какое же все-таки тяжелое бремя власти в племени Свирепых Волков! И как здорово, что на его пути появилась эта рыжеволосая девушка, открывшая ему совершенно другую, свободную, яркую жизнь, наполненную любовью, а не войной!

Глава 3

Свирепые Волки быстры и стремительны. Покинув на заре жаркую Дригаду, куда никогда не ступали холода, уже к обеду Альрик был рядом с Артегой, а оттуда до Разлома рукой подать. Обычному всаднику понадобилось бы более суток пути.

Близился конец года, и роща у Великого Разлома искрилась снегом, прогибаясь под порывами холодного ветра. Черный Волк издали почуял варгавов, а пройдя через знакомые заросли, увидел блеск серебряных волос Ульва на фоне темных скал пропасти. Горячие клубы пара и огненные вспышки Великого Разлома не давали снегу и стуже ни единого шанса. Пропасть окружали темные, сухие, теплые камни вместо стылых сугробов.

Ульв, в длинном темном плаще, подбитом светлым мехом, напряженно смотрел вдаль и улыбнулся краешками рта, заметив приближающегося Свирепого. Альрик перекинулся в человека и, подойдя к нему, горячо обнял. Похлопывая друг друга по плечу, братья радостно смотрели друг на друга.

На их лицах явно читалось то, чем прошедший год наполнил душу каждого. Альрик заметил суровую складку меж бровей и серый пепел в ранее кристально чистых глазах брата. Даже серебряная повязка на глазу выглядела мрачной. При встрече взгляд прояснился лишь на мгновение. Ульв выглядел хмурым и усталым, а не расслабленно-сдержанным, как обычно.

«Трон Варгавии – тяжелое бремя даже для такого искусного правителя», – отметил Альрик про себя.

Ульв почувствовал прилив новых сил от объятий брата. Альрик светился счастьем и здоровьем, он стал еще энергичнее, более улыбчив и горяч. В чистых синих глазах читалась искренняя радость встречи, и на мгновение король Варгавии почувствовал легкий укол завистливой ревности. Он быстро отогнал от себя темные мысли, чистосердечно ответив на приветствие Альрика.

– Рад видеть тебя, Ульв, брат!

– А я уж тебя как! Заставил поволноваться!

Рунольв сидел неподалеку на большом черном камне, молча наблюдая за встречей королей. Он пришел раньше, уже поставил печать и еще раз присягнул на верность единому правителю. Сейчас, прислушиваясь к разговору и вглядываясь в лица, он читал между строк, понимая, что каждое слово или жест для него имеют значение.

– Рад, что ты пришел, Альрик. Уверен, что сомневался, учитывая то, как мы расстались. Но ты здесь, и это правильно. Как брат, я не причиню вреда тебе и твоей стране; как король Свирепых, для которых ты – изгнанник, я должен подчинить тебя своей власти. Пригласить тебя ко двору официально я не мог. Ровно как и нанести мирный визит в твои земли. Свирепые приходят только с войной, но я вижу и другой путь. Здесь у Разлома, вдали от чужих глаз и осуждений, мы закроем все вопросы и объединим наши королевства под властью Варгавии.

– Варгавия получила достойного правителя. Нам нечего делить, Ульв. Я готов скрепить договор печатью и присягнуть тебе лично. Прошу лишь право избирательного участия в военных походах.

– Понимаю, и уже внес его в соглашение. Мы не виделись целую вечность, но до меня дошли слухи, что ты скоро станешь отцом.

Слова неожиданно сорвались с губ, и Ульв слегка напрягся, ругая себя за несдержанность. Он не собирался заводить разговор на личные темы. Не хотел ничего слышать о Далии, хотя каждая весточка о ней согревала сердце. Ульв точно знал, что у них с Ханной никогда не получится зачать ребенка. Он уважал и ценил свою жену, но вместе с тем понимал, что с ней могущество Свирепых Волков обречено. Он сознательно откладывал эту проблему, не ища выхода из тупика, и меньше всего хотел поднимать эту тему с Альриком, который не умел скрывать своих чувств и одним неосторожным словом мог разбудить в непроглядной душе короля Свирепых самых мрачных ее обитателей.

Легкая улыбка не сходила с красивого лица Ульва, однако что-то царапнуло Альрика в самое сердце. Он вглядывался в небесно-голубые глаза, но не заметил ничего, кроме доброжелательного блеска. Ему тоже не хотелось говорить о той, которая, подарив счастье одному, разбила сердце другого, но Альрик не любил недомолвок и привык сразу расставлять все по своим местам.

– Я знаю, что ты так же предлагал ей руку и сердце, Ульв.

– Верно. И, если бы она выбрала меня, то сейчас бы я давал тебе присягу.

– Меня полностью устраивает текущий вариант событий, где ты – король Свирепых, а Далия – моя жена, – не отводя взгляда, твердо сказал Альрик.

– Вы обручились не по законам Варгавии, – осторожно заметил Ульв.

– Мы провели обряд в Дригаде, боги соединили нас и даровали сыновей.

– Сыновей?

– Далия уверена, что их двое. – Сердце Альрика захлестнуло счастьем, его синие глаза гордо блеснули.

Холодное липкое нечто зашевелилось в груди Ульва. В последнее время он часто испытывал это чувство, но никак не мог его осмыслить. Зависть? Злость? Тоска? Горе? В любом случае, сейчас не время и не место прислушиваться к себе. Он, вздохнув и улыбнувшись, изгнал непрошенного гостя, и, точно зная, что они с Ханной обречены на бездетность, произнес:

– Поздравляю! Придет время, и я тоже познаю счастье отцовства.

Альрик пронзило острое чувство жалости к брату. Он быстро кивнул, надеясь, что проницательный Ульв не смог его прочесть, и ответил, по-прежнему открыто глядя в лицо короля Свирепых:

– Благодарю! Боги услышат тебя, брат. Далия шлет тебе привет. Будем рады, если приедешь навестить племянников в Дригаде. Уверен, со временем это станет под силу королю Варгавии.

– Подписав договор, король Варгавии сможет с легкостью путешествовать по своим землям, – сверкнул глазами Ульв, заметив секундную жалость в глазах Альрика и почуяв в его словах неосознанный укор. – Далия тоже хочет этого?

Голос Ульва слегка дрогнул, и Альрик, чувствуя закипающую ревность, захотел сменить тему.

– Она будет счастлива увидеться вновь. Как Свея относится к нашей встрече?

Ульв подошел к краю Разлома, протянул озябшие руки к клубам сизого пара и ответил после небольшой паузы.

– Свея ничего не решает, но у нее на все есть свое мнение.

– Выслушать которое стоит лишь с тем, чтобы сделать наоборот, – буркнул Альрик. Ульв, слегка напрягшись, обернулся:

– Она связывалась с тобой?

– Я не готов сейчас с ней общаться.

Ульв сверкнул ясным взглядом и подошел к камню, на котором сидел Рунольв. Тот молча поднялся, уступая место королю Свирепых.

– Что ж, к делу. Сейчас Свирепые разделены на три королевства, в каждом из которых сильный повелитель. Наше племя должно сплотиться вокруг единого короля – правителя Варгавии. Другого хода событий я не рассматриваю. Здесь все написано. Рунольв уже скрепил договор своей печатью, – Ульв развернул свиток на плоском камне. – Твоя очередь, Альрик.

– Позволишь? – Альрик взял свиток и, пробежав по нему глазами, поставил свой оттиск.

– Во славу Варгавии, – тихо произнес Ульв, свернул бумагу и спрятал ее под плащом.

Альрик поежился. На нем был лишь кожаный жилет поверх плотной шерстяной рубахи. Он отвык от холодов и не собирался долго задерживаться на встрече. Альрик чувствовал, что Ульв по-прежнему неравнодушен к его жене. При малейшем упоминании о Далии его взгляд светлел от просыпающегося интереса. Альрик любил брата, но жутко ревновал. Придя к Разлому с важной целью заключить договор и определить дальнейшую судьбу королевства, он ощущал, как на первый план негласно выходила рыжеволосая женщина – его жена. Это раздражало его.

– Пора прощаться! Хочу вернуться до темноты. Да хранят тебя боги, Ульв, – он обнял брата и пожал руку Рунольву, заводя беседу.

– Как дела в Артеге? – вежливый вопрос, ответ на который его не интересовал. Альрику хотелось скорее уйти. К счастью, Рунольв не из тех, кто будет вести долгие разговоры.

– Все идет своим чередом, – ответил тот. – Наслышан о твоих успехах. Дригада расцвела. Хищная кровь, по-другому быть не может.

– Артега также не бедствует. Благодаря договору Варгавы укрепят свое могущество и расширят территории, оставаясь единым целым.

– Ты прав, нам нечего делить, – Рунольв улыбнулся в ответ и, кивнув Ульву, направился к роще.

«Эта женщина их погубит. Впрочем, так даже лучше», – думал он.

Альрик был готов перекинуться в Волка.

– Подожди, Альрик. – Ульв придержал брата за руку. – Скажи ей, что я тоже буду рад встрече.

Ревность прожгла вспыльчивого Альрика насквозь. Он напрягся и, стараясь сохранять доброжелательный вид, уточнил:

– Сказать Далии? Моей жене?

Ульв хищно улыбнулся, заметив желтую вспышку в глазах брата.

– Именно. Мы с Ханной обязательно нанесем ответный визит. И я действительно буду рад встрече.

Альрик резко зашагал вдоль Разлома. Ульв смотрел в удаляющуюся спину брата.

«Хочет вернуться до темноты, потому что она ждет его. Счастливец», – пульсировало в голове.

За полчаса встречи Ульв, сохраняя неизменную улыбку, испытал радость, горечь, ревность, надежду, злость, зависть. Чувства полностью истощили его. Единственная мысль о том, что Далия была бы счастлива увидеться вновь, подтопила тяжелую глыбу ледяной тоски и развеяла тяжелый осадок мрачных мыслей.

Рослая фигура Альрика становилась все меньше. Ульв медленно двинулся к Железному Мосту через пропасть.

«Впереди еще столько дел, нужно сохранять чистый ум и здравый рассудок. Рунольв слишком покладист, это подозрительно. Неужели все? Он спокойно присягнул на верность и отказался от своих претензий на трон? Как быть с Ханной? Она не может иметь детей и, оставаясь королевой, погубит Свирепых. Далия на последних сроках, дети появятся скоро, значит через месяц можно будет съездить в Дригаду. Нет! Гнать эти мысли! Встреча не принесет ничего, кроме горечи и боли!»

Ульв глубоко вздохнул и остановился, не спуская с брата глаз.

Альрик шел, подрагивая от порывов колючего ветра, но не спешил перекинуться в волка. Внутри все клокотало от ревности.

«Ульв не забыл ее, он по-прежнему влюблен. И я только что присягнул ему на верность! Ульв может легко стереть Дригаду в порошок и захватить Далию силой, у него для этого достаточно власти. Но с чего я решил, что брат захочет так поступить?»

Альрик остановился и прислушался к себе.

«Проклятая ревность сведет меня с ума!»

Он устал. Напряжение последних дней было слишком сильным. Сначала все говорило об опасности встречи на Разломе. Предупреждения сыпались со всех сторон. Его ближайшие соратники, Свея и даже обычно спокойная Далия отговаривали его от встречи, как будто у него был выбор. Альрик не боялся Ульва, он любил брата. А Рунольв, даже если и задумал недоброе, то отказался от своих мыслей. Интересно, почему? Ожидание коварного удара от родного дяди сменилось страхом потерять жену. Альрик доверял Ульву, как брату, но не как влюбленному, потому что знал, на что способна страсть.

У Разлома Альрик все время был настороже. Пропускал сквозь себя каждый шорох и хруст, не спускал глаз с Рунольва и Ульва. Встреча состоялась, все кончено. Договор подписан, все живы, и напряжение должно отступить, но закаленное в боях сердце бойца по-прежнему отбивало тревожный ритм.

Еще один глубокий вдох. Ветер шуршит снежной поземкой. Знакомые запахи и звуки. Альрик обернулся и издали провел глазами Ульва, подходящего к Железному Мосту через Великий Разлом.

Король Дригады окинул взглядом заросли по эту и другую сторону Разлома. Тишина, в которой острый слух воина различил тонкий знакомый звук.

Гнетущее чувство опасности превратилось в огненную вспышку в груди, от чего глаза полыхнули желтым огнем. Альрик инстинктивно заслонился рукой, как будто в ней был щит, и две стрелы, метившие в сердце, вонзились в плечо. Третья впилась в бедро, и он упал на колено. В зарослях снова послышался звук натягивающейся тетивы, и Альрик, ударив руками о камни, успел принять волчье обличье.

Свирепому стрелы не страшны, ничто не может его убить. Волк ощетинился и зарычал, почуяв, откуда ведется обстрел, но не успел ответить обидчику. Что-то большое и мощное, подкравшись сзади, сильным ударом швырнуло его в пропасть.

****

Далия потянулась и открыла глаза. Солнечный свет заливал комнату, было далеко за полдень. Альрик ушел рано, она не слышала его шагов. Медленно перекатившись на другой бок, Далия прильнула к подушке, на которой спал муж, и с наслаждением вдохнула ее запах. Обняла, прижала к себе и снова закрыла глаза.

«Полдня позади, скоро он вернется», – подумала она и, неохотно, села на кровати, свесив ноги. Обвела взглядом комнату. Вокруг все такое родное, но так тихо и пусто в доме и на душе. В дальнем углу, где Альрик оставлял оружие, виднелась его кожаная боевая кираса с металлическими наплечниками и накладками.

«В чем он ушел?» – нахмурилась она.

Тяжело поднявшись, полностью обнаженная, она подошла к шкафу, открыла дверцы и со вздохом захлопнула. Длинной широкой рубахи ее размера не было. Они так и не сходили на рыночную площадь. Пришлось снова натянуть рубаху Альрика, которая плотно обтянув живот, не доходила даже до колен. В таком виде дальше двора не выйдешь. А ей так не хотелось быть одной! Отправить кого-нибудь к торговцам? Дорога туда и обратно займет немало времени, а сейчас уже поздно. Вечером вернется Альрик, тогда ей уж точно рубаха будет ни к чему.

Кое-как натянув тугую ткань, она вышла во двор, жмурясь от солнца. Из кухни доносился звон посуды и приятные запахи. В животе заурчало, и Далия, наспех заскочив в омывальню, вернулась на кухню, набрала поднос еды и вернулась в дом. Она села за стол и медленно, с наслаждением пообедала. Настроение заметно улучшилось.

Далия откинулась на спинку стула и вновь осмотрела комнату. Снова подошла к шкафу и, достав длинный сарафан, попыталась натянуть его на себя. Ниже груди он не опускался, и Далия, запыхавшись и раскрасневшись, с трудом выпуталась из него. Нервно скомкав ставшее узким платье, бросила его на кровать. Печально вздохнула и вздрогнула от неожиданности, услышав стук в дверь.

– Далия, дорогая, это я, – раздался веселый голос Сольвейг. – Можно войти?

– Заходи!

– Сегодня день чудесный, а ты так долго спишь! Собирайся! Прогуляемся к водопаду!

– Не могу, – насупилась Далия. – Мне не в чем! Не осталось ни одной большой рубахи, а прежние все малы! Мы так и не сходили на торговую площадь.

Сольвейг лукаво посмотрела на нее и улыбнулась.

– Неужели нет ничего подходящего?

– Только рубахи Альрика да отрез ткани в сундуке. Пошить тоже ничего не успели…

– Само собой, всегда есть дела поважнее, – улыбалась Сольвейг, доставая из сундука длинный отрез красивой синей ткани. – Думаю, это подойдет. Иди сюда.

Далия подошла и подняла руки. Сольвейг, обернув ее длинным полотном, забросила его края крест-накрест на спину.

– Осталось только чем-нибудь закрепить под грудью. У тебя есть пояс?

– Есть ремень с ножнами, там в шкафу. Найдешь? Давай подержу.

Далия прижала к себе импровизированный сарафан, а Сольвейг достала аккуратный ремень из коричневой мягкой кожи с кармашком и маленькими ножнами, из которых выглядывала стальная рукоять кинжала.

–Этот?

– Да, Альрик сделал его мне. Учил обращаться с ножом. Считал, что для того, чтобы защитись себя, недостаточно быстро бегать. Теперь он мне разве что только под грудью и сойдется. Давай попробуем.

Сольвейг закрепила ткань ремнем и осмотрела свое творение. Получился длинный синий сарафан. Легкая ткань струилась к полу, красиво облегая плечи и живот.

– Проблема решена! Ваше Величество, вы полностью готовы к прогулке!

Далия засмеялась и взяла ладони подруги в свои.

– У тебя золотые руки, Сольвейг! Не знаю, что бы я без тебя делала! Не представляю свою жизнь без тебя!

– А я без тебя! Наши дети тоже подружатся!

Девушки крепко обнялись. Сольвейг осмотрелась.

– У тебя есть корзинка? Возьмем что-нибудь перекусить.

– На кухне. Пойдем скорее, хочу вернуться к вечеру. Альрик не любит, когда я ухожу далеко от дома. А мне сегодня здесь очень одиноко без него. Хорошо, что ты пришла. Развеяла мою тоску. Интересно, все беременные такие чувствительные?

– Не знаю, как насчет чувствительности, но что голодные – точно! Возьмем корзину побольше.

Девушки, весело болтая и посмеиваясь, спустились с крыльца во двор.

****

Белый волк несся по степи. Не сбавляя хода, он перекинулся в человека и подбежал к воротам Дригады, не обращая внимания на натянутые луки и копья на укрепленных стенах.

– Откройте ворота!

– Что случилось, Ульв? Где Альрик? – Эринг не спешил его впускать.

– Он погиб! Люди Рунольва застрелили его, а сам проклятый пес на моих глазах сбросил его в пропасть! Откройте ворота! Далия в опасности!

Тревожный гул голосов на стене, бряцание оружия и вскрики. Ворота по-прежнему на замке.

– Как ты смог уйти? – мрачно спросил Эринг.

– Слишком много вопросов в самое неподходящее время! – Ульв достал и развернул свиток. – Альрик присягнул мне, я ваш король! Приказываю, откройте ворота!

Эринг окинул взглядом горизонт. Ульв был один, но выглядел отчаявшимся и растерянным. Тяжелые ворота скрипнули и отворились. Ульв торопливо вошел во двор. Его сразу же окружили воины с обнаженными мечами.

– Почему он не убил тебя? – Эринг недоверчиво смотрел на короля Свирепых.

– Ему невыгодна моя смерть. Убив Альрика и завладев Далией, он запросто вернет себе трон Варгавии и волшебный набор. Ведь я пойду на все, чтобы сохранить ей жизнь. Тогда как со Свеей не получится договориться ни на каких условиях. Мы теряем время, Эринг. Где Далия? Нам нужно уходить.

– Я обещал Альрику беречь его семью.

– Ну так сдержи свое слово!!! – рявкнул Ульв, и в его глазах зажглись оранжевые огни. – Рунольв скоро придет сюда с войском и захватит город! Мой отряд далеко, Свея еще не связалась со мной, чтобы выслать подмогу! Далию нужно срочно увезти!

– Мы спрячем ее! – не сдавался Эринг.

– Самое безопасное место для нее – Чертог. Чем раньше мы уйдем – тем лучше. Зная, что она в безопасности, вам будет проще отстоять город, а мне отомстить!

Эринг колебался. Отправлять Далию одну с Ульвом к Разлому опасно. Как и оставлять ее здесь.

– Эринг, Альрик – мой брат. Его подло убили. Позволь мне спасти его семью. А после Рунольв ответит за свое предательство! – В глазах Ульва сверкнула боль и жажда мести.

– Далия в нашей с Сольвейг хижине, – наконец хмуро ответил Эринг. – Я провожу. Сверр, ты пойдешь с ними до Чертога. Айварс, собирай людей. И спустите флаги. Король погиб.

Сердце Ульва бешено колотилось. Несколько узких улиц, поворот, Общий Дом, луг и ручей. Он так давно мечтал увидеть ее! Где она? В какой из хижин? Послышался знакомый звонкий смех, скрипнула калитка, и король Свирепых замер, ослепленный рыжим блеском волос в лучах закатного солнца.

Все как тогда, когда он впервые увидел ее в Приграничье. Она открыла калитку и появилась перед ним растрепанная, в смешном, мешковатом пончо. Только сейчас в ней не было привычной легкости. Далия тяжело ступала, поддерживая огромный живот. Белая рубаха, а сверху – синяя ткань, струящаяся с плеч, перехваченная под грудью кожаным ремнем с небольшими ножнами. Заметила его, ахнула и всплеснула руками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.