Милана Милая
Шёлковые прутья

Глава 1

Глава 1

– Леся, вставай! Мне нужно с тобой поговорить! – Сквозь сладкий сон слышу требовательный голос своей соседки по квартире Милы, она нетерпеливо тормошит меня за плечо, а я не могу глаза открыть. Это значит, что по времени нет шести утра, зачем ей так рано меня будить?

– Отстать! Дай еще поспать… – Даже язык еще не проснулся, заплетается.

– Леся, сегодня Костик ко мне переезжает, поэтому тебе нужно срочно съехать!

Эти слова меня мигом разбудили. Нет, я конечно знала, что у нее есть парень, но, чтобы меня выгнать, это уже перебор. Распахиваю глаза и беру телефон с тумбочки. Так и есть, шесть утра ровно, будильник только через час должен сработать.

– Я не ослышалась? Ты меня выгоняешь из моей квартиры? – Нет, тут я чуть преувеличила, ведь мы снимаем жилье в Москве, потому что обе из маленького периферийного городка. Я чудом нашла большую однушку в Люблино, рядом с метро и, если Мила съедет, в одиночку пока не потяну целую квартиру.

– Договор заключен на меня, и я уже позвонила хозяйке. А Костик сегодня днем уже перевезет вещи. – Мила виновато пожимает плечами и отводит глаза. Не верю, что она так подло поступила за моей спиной, вспоминаю, как в день приезда в метро у меня вытащили из кармана паспорт. Благо, я сразу заметила и написала заявление в полицию. Восстановила документ я довольно быстро, так что обошлось без серьезных последствий.

Мила мне не близкая подруга, но вот такого ножа в спину я никак не ожидала. Ведь можно было предупредить пораньше. Куда я поеду одна в чужом городе? На вокзал?

– Какая же ты… – Говорю, качая головой. – Вообще-то я заплатила половину, так что до конца месяца могу жить.

– Я верну тебе эти деньги, если ты съедешь побыстрее. Ты же понимаешь, что будешь нам мешать, личная жизнь и все такое…

– Да бабник твой Костик, Мила! А ты дура, повелась на богатого парня, который тебя будет использовать. Что ж он тебя к себе не пригласил, у него же московская прописка?

– Он живет с родителями, Леся! А дура – ты! Сколько вокруг тебя парней крутилось, не сосчитать, один на Porsche, другой на Maserati. Давно бы могла себе найти приличную партию. Ты такая красивая…

– Не могу встречаться с парнями, которые деньги на девушку берут у мамы с папой! – Ворчу в ответ. Не буду ей объяснять, что у меня есть свои принципы. Да, богатых парней много, а вот те, которые сами эти деньги заработали в 23-25 лет, мне еще не попадались.

Это феномен Москвы, которого я не понимала, пока сама сюда не переехала. Мои ровесники или чуть старше, живут за счет родителей. А есть еще богатые, глубоко женатые папики, нацеленные на красивых молодых девушек, об этой категории мужчин можно разговаривать бесконечно… А еще я из категории «понаехавших»! Для них низший сорт, который можно использовать только для одной цели, Мила еще этого не поняла, хотя я ей объясняла. Красота вообще значения не имела. А вот я себя низшим сортом не считала.

За несколько месяцев жизни в Москве, горькая правда уже не раз меня по голове постучала. Наверное, только благодаря своему легкому характеру и чувству юмора, у меня еще не опустились руки и не угасла вера в людей. Нет у меня выбора, если Костик уже сегодня ночью будет спать в кровати с Милой, слушать их стоны по ночам в мои планы на ближайшее время, не входило.

Мила влюблена до умопомрачения, растеряла в этих токсичных отношениях последние мозги, а у нее их и так было немного. Я вот никогда не влюблюсь до такой степени, чтобы себя не помнить и забыть о гордости. Ну ладно, придумаю что-нибудь, сейчас выпью чашечку кофе, и ситуация сразу из безвыходной перейдет в ранг решаемой… Я надеюсь!

Все эти мысли пролетают в голове в одно мгновение, я иду на кухню, чтобы налить себе чашечку кофе, а Мила идет следом, что-то мне объясняя, но я уже ее не слышу. Делаю глоток, рассматривая скучный пейзаж стройки за окном и размышляю. Я не потяну квартиру в одиночку, пусть и работаю на хорошей должности помощника ландшафтного дизайнера в престижной фирме.

Потерять это место никак не могу, ведь приехала строить блестящую карьеру и исполнить все свои мечты, пусть и работая для этого днями и ночами.

И как в этот момент велик соблазн действительно попросить одного из своих поклонников о помощи. Я видная девушка, стройная блондинка модельной внешности. Как глупо, но машины останавливаю, идя по тротуару. Еще ни в одну не села и не собираюсь…

А еще не завела друзей, как-то не получилось, слишком закрылась, никому не веря. Так что всеми силами разбиваю стереотипы о красивых блондинках, но как же тяжело.

– Попроси Степана о помощи! – Слышу словно издалека умоляющий голос Милы. Видимо еще не все потеряно, раз слышу слезы в голосе. Фыркаю в ответ, вспомнив о парне, которому давно нравлюсь. Он вместе со мной учился на дизайнера и тоже рванул в Москву после университета. Знаю, что с первого курса он сохнет по мне… Но… 23 года ему, мы ровесники. Ни гроша за душой, ни квартиры, ни машины, ни карьеры. Еще ничего нет…

По крайней мере, именно эти причины я ему назвала, когда отказывала. Пусть лучше считает меня меркантильной! А на самом деле, просто нигде не кольнуло… вот нигде, на симпатичного скромного парня с огромным потенциалом. Отношусь к нему с большим уважением, ведь его старшая сестра очень удачно вышла замуж, и Степа мог бы воспользоваться связями зятя. Но нет! Даже уехал подальше, чтобы соблазна не было.

– Леся, парень любит тебя несколько лет, специально один квартиру снимает. И предлагал тебе переехать, я знаю, что у тебя есть варианты… Не молчи пожалуйста! Прости меня, я просто не могу больше без Костика и прятаться по углам мы больше не хотим.

Меня не обманывают крокодильи слезы Милы, это ее единственное средство для достижения цели. Других нет, я поняла это, пообщавшись ближе. Выход из любой проблемы – слезы! Вот она как раз – типичная блондинка! Кукла без мозгов, пытающаяся устроиться получше. А может я просто завидую, ведь она нашла себе парня, а я нет! Поставить себя на ее место? Если бы я безумно влюбилась, и мой Костик предложил жить вместе?

С огромным трудом представила, но никогда не выгнала бы свою соседку за дверь, постаралась решить вопрос по-другому. Не торопясь все бы обсудили, дала ей время, или сама постаралась бы подыскать достойный и недорогой вариант. В Москве? Ну… Чудеса ведь бывают!

– Леся! Ты ведь очень симпатичная, сколько предложений поступает от богатых папиков, принимай любое и купайся в деньгах, ни о чем не думая…

Знаю, что это был предел мечтаний моей соседки. Только об этом и говорила, пока не влюбилась. Знаю, что она мне завидовала, не понимала, почему ей таких предложений не делают.

Но это не мой путь, нет, я не против, если мой молодой человек будет при деньгах, но пока вокруг меня вились парни, у которых за душой было столько же денег, сколько и у меня! Ноль… И да, богатые, солидные и женатые мужчины тоже…

– Леся, ответь мне пожалуйста! На тебя так непохоже молчать…

– Я просто думаю, что мне дальше делать, Мила. Вечером сообщу тебе свое решение.

– Спасибо, что поняла меня!

Мила захлопала в ладоши и побежала собираться на работу в магазин. А у меня начинает болеть голова и это первый признак сильного волнения, которое я стараюсь скрыть. Выпиваю сразу две таблетки Найза и тоже собираюсь на работу. Приду пораньше, у меня серьезный проект, будет чем занять голову…

Глава 2

День не задался прямо с самого утра! Сижу перед компьютером и тру виски, чтобы хоть чуть-чуть заглушить головную боль. Но массаж висков мало помогает, как и четыре выпитые таблетки Найза.

Я спала и видела, как сделаю прекрасную карьеру в столице, и никто не сможет мне помешать. Со школы мечтала, пусть и уехала далеко из родного города, оставив родителей, друзей и всю свою жизнь. Не собиралась даже дня работать официанткой или продавцом, послала резюме в престижную фирму и меня взяли! Без опыта работы… Пусть пока только помощником, но я знала, что добьюсь большего, открою свой бизнес и никто не сможет мне помешать!

И пусть в Москве таких амбициозных девчонок была не одна сотня тысяч, я знаю, что у меня все получится.

– Леся, тебя шеф вызывает! – Доносится голос моей непосредственной начальницы Ирины Аркадьевны.

– Зачем? – Не поняла я, поднимая голову от монитора.

– Я вчера вечером сдала проект Фазанова с твоими доработками, не знаю, что ему не понравилось. – Ирина пожимает плечами и улыбается. – Расслабься, ты хороший специалист. Уверена, что хочет похвалить, ведь специально расспрашивал, где твоя работа, где моя.

– Сказал бы тебе… – Хмурюсь в ответ. И пусть Ирина старше меня на 20 лет и специалист с огромным стажем, мы с ней сработались. У нас прекрасный тандем, я даже по имени отчеству ее перестала называть. Для москвички – она довольна проста в общении. Мне с ней комфортно. А вот с нашим директором, Федором Карловичем Шмайтом, я не могу общаться. Вот уж где слизняк, подкатывающий ко всем молоденьким сотрудницам!

Мне удалось поработать несколько месяцев, прежде чем я поняла причину моего появления здесь! Директор нашей фирмы недвусмысленно дал понять, что я ему нравлюсь. Толстый сорокалетний боров! У самого жена и трое детей, как же я ненавижу этих надутых индюков, которые считают, что любая симпатичная девчонка должна прыгать от радости, если он обратил на нее свой денежный мешок и все свое липкое обаяние! Как-то мне удавалось не замечать его прозрачных намеков, которые с каждым днем становились все прозрачнее и прозрачнее.

Учитывая название нашей фирмы «Зеленый Пигмалион», у Федора Карловича странные фантазии, которые не помешали ему набрать штат первоклассных специалистов и быть одной из самых успешных фирм дизайна в Москве. Какая же я дура, думала мой красный диплом помог получить эту заманчивую должность. Зацепиться, сделать несколько проектов, потихоньку научиться всему, а потом создать собственный бизнес. Успеть бы… Как долго я смогу ходить по краю?

– Леся, он ждет тебя прямо сейчас! – Ловлю сочувствующий взгляд Ирины и понимаю, что надо идти…

– Федор Карлович, вызывали? – Захожу в просторный, светлый и уютный кабинет, как в тюремную камеру на пытку.

– Проходи, Олеся. Хотел обсудить с тобой несколько нюансов в проекте Фазанова.

Стараюсь смотреть директору в глаза, но его лысина так блестит на солнце. Хочется зажмуриться и развидеть.

– Я вас внимательно слушаю.

– Ты знаешь, что сроки поджимают, сейчас я поехал на Рублевку согласовывать другой проект, очень важный, поэтому время на Фазанова у меня только сегодня вечером. Заодно и поужинаем в ресторане. Я сброшу тебе сообщением точный адрес.

Смотрю в сальные глазки Федора Карловича и качаю головой, удивляясь его наглости.

– Простите, Федор Карлович, но у меня сегодня вечером важная встреча…

– Отмени! Ты же умная девушка, Олеся. Все должна прекрасно понимать, хочешь работать в престижной фирме и продвигаться по карьерной лестнице, значит должна понимать последствия отказа…

Я в своей жизни уже столько раз парней лесом посылала, не сосчитать. Этот гнойный прыщ прав, я прекрасно понимаю последствия… Остаться без работы и без квартиры в один день… В чужом городе… Это значит, вернуться домой, поджав хвост. От одной мысли тошнит! Но Леся Максимова никогда не искала легких путей, я буду изображать дурочку до самого последнего момента… Или уйду так шедеврально, что он век будет помнить мое представление. И в следующий раз подумает предлагать свое общество юной наивной девушке.

– Ну какой же отказ, Федор Карлович! – Я посылаю своему начальнику ослепительную улыбку. Очень стараюсь, чтобы лицо не перекосило от презрения, потому что его взгляд так и ползает в вырезе моей довольно скромной белой блузки. – Работа прежде всего, я это прекрасно понимаю. Вы не пожалеете, что взяли в свой коллектив такого человека, как я!

– Вот и договорились, я тебе позже сообщу, куда подъехать…

– Хорошо, я могу идти?

– Да, у меня сейчас важное совещание, так что можешь быть свободна.

Разворачиваюсь и быстро иду к выходу, чувствуя спиной липкий взгляд. И вот вроде обнаженных участков кожи совсем немного, я в брюках и блузке, но желание помыться очень сильное. Плюхаюсь на свое место и долго пялюсь в экран компьютера. Решение принято мгновенно, и я набираю на телефоне номер Степана, моего давнего друга.

– Лесь, привет, а я сам собирался тебе звонить…

– Хатори, привет! Куда ты пропал? Не звонил мне уже несколько недель! Мне нужна твоя помощь… – Привычка называть парня по необычной фамилии закрепилась еще в универе, даже кликуху давать не пришлось! У него японские корни, мама чистокровная японка, отец – подлец! Как-то так. Но сочетание русского имени и японской фамилии всегда привлекало к себе внимание, которого скромный парень хотел всеми способами избежать. Но я же ему не позволю…

Вот знаю, что Стёпа сохнет по мне уже лет пять, тысячу раз зарекалась оставить его в покое, но не могу. Как-то правильно он меня любит, признался – отшила! Теперь мы друзья и делаем вид, что того разговора между нами вообще не было. Иногда ловлю на себе тоскливые взгляды, но он держится, словно скала нерушимая. Ни словом, ни жестом не выдает своих чувств. Терпит мои сумасбродства, теперь намного реже, потому что уже не учимся вместе. Москва нас немного отдалила…

Так что тот мудрец, который сказал, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, пусть засунет свое мудрое изречение куда подальше…

Я делаю вид, что не подозреваю о чувствах Степана, он делает вид, что меня совсем не любит. Он мой лучший друг, уже несколько лет. Была еще подруга, София, но она не смогла оставить бабушку, предпочла работу скучной учительницы в периферийном городе вместо того, чтобы строить свою карьеру в столице. Я очень на нее обиделась. Не из-за того, что она меня оставила, а потому, что свою собственную жизнь губила, трусиха. Потому что можно было найти выход. Мне так нужна ее поддержка и опора.

– Ну и чего ты молчишь? – Доносится до меня голос Степана.

– Прости, задумалась. Давай пообедаем вместе, если у тебя есть возможность?

– Я потому и позвонил. Сейчас рядом с твоей работой, скоро заеду и пообедаем, рядом с вашим офисом множество кафешек.

– Стёпа, мне сейчас очень нужны деньги. Лишних нет совсем! – Предупреждаю парня заранее, мы ведь друзья, каждый платит за себя сам. Тем более у Степана финансы поют романсы также, как и у меня.

– Кое-что произошло со мной за последние несколько недель. Ты со стула упадешь, когда узнаешь.

– Так…

– В общем я уже подъехал ко входу твоего офиса. Серебристый Bentley, выходи…

– Что?

Стёпа отключается, словно не сказал ничего особенного. Я, наверное, ослышалась про машину.

– Ирина Аркадьевна, я убегу на полчасика на обед, если что, звоните на сотовый.

– Хорошо, Олеся. Это твой законный обед, беги и ни о чем не думай. Если что, я тебя прикрою.

Ирина Аркадьевна мне подмигивает, а я грустно вздыхаю. Я подружилась здесь со всеми, у меня прекрасный коллектив, жаль будет уйти, если не останется выбора. Перед выходом из офиса мельком бросаю взгляд на свое отражение в зеркале, одежда в порядке и сидит идеально. У меня вообще прекрасный вкус и сочетание белой блузки с бордовыми брюками выглядит потрясающе. На серебристой сумочке завязан шелковый платок в цвет брюк. Ну, а за эти серебристые босоножки на высоких каблуках я продала душу дьяволу.

Снимаю заколку с волос, и светлые пряди рассыпаются длинными локонами по плечам. Если меня ждет у входа серебристый Bentley, то мне не стыдно будет сесть внутрь…

Глава 3

Я все еще не верила словам Стёпы, даже когда увидела роскошный серебристый автомобиль премиум-класса при выходе из офиса. Открыла переднюю дверцу со стороны пассажира и недоверчиво заглянула внутрь, вдруг ошиблась и меня увезет за горизонт какой-нибудь Мухаммед! Попробуй потом выбраться из машины, если ты в нее уже села!

Но там сидел мой беспечный друг с хитрой улыбкой до ушей!

– Хатори, если ты ограбил банк, то меня не привлекут за соучастие? – Сажусь, аккуратно захлопывая дверь, и с интересом оглядываюсь по сторонам. – Офигеть… Откуда?

– Отец подарил… – Загадочно отвечает Степан, трогаясь с места.

– У тебя нет отца! – Напоминаю парню очевидную вещь, вдруг он забыл.

– Нашелся…

– Постой… У тебя нашелся богатый папочка? Блин, ну везет же людям! Я думала, только в книгах такое бывает.

– Не просто богатый, а олигарх хренов… – Степан сжимает губы, его красивые зеленые глаза сверкают яростью, когда он на меня смотрит.

– Зачем же тогда принял от него подарок? – Шепчу в ответ, перестав шутить. Я знаю этот его взгляд. Парень совершенно не падок на деньги. Мог бы давно иметь машину, пусть и не такую дорогую. Просто всего решил добиться сам. За это я безмерно его уважала.

– Из-за него умерла мама… Я хочу сблизиться с ним, чтобы отомстить. Пока не знаю, как. Для этого мне и нужна твоя помощь!

Стёпа выруливает на парковку дорогого ресторана, а я от парня взгляд не отрываю.

– Позволь, Хатори, уточнить… Ты хочешь, чтобы я помогла тебе отомстить безмерно богатому старикашке, и ты завладел миллиардным наследством? Стёпа, а ты раньше не мог мне сказать, что у тебя предок богатый? Я бы тогда присмотрелась к тебе получше…

Наклоняюсь к парню, чтобы пальцами захватить твердый подбородок и повернуть в свою сторону.

– Почему я раньше твои точеные скулы не замечала?

– Максимова, вот за это я тебя просто обожаю. Твое чувство юмора запредельно, я не такой… – Степан подмигивает мне, снова повеселев. Выходит из машины, чтобы открыть мне дверь. Ух ты, галантный кавалер!

У меня модельный рост 176 см, на высоких каблуках я почти 190 см и нисколько этого не стесняюсь. Степан с меня ростом и мне это нравится, я и не заметила, что он еще подрос за последнее время, причем в ширь тоже. Светлая футболка-поло обтягивает его сильное и тренированное тело, как вторая кожа. И все равно не ёкает… Беру парня под руку и заговорчески шепчу ему на ухо.

– Мы его отравим? Или сдадим в дом престарелых? Подожди, ты не сказал, сколько ему лет!

– Сорок пять…

– Тогда в дом престарелых не получится. Слушай, а как у него с сердцем?

– Мне его гребаные деньги не нужны! – Стёпа останавливается, берет меня за плечи и встряхивает. – Ты будешь играть роль моей девушки, я ни во что преступное тебя вмешивать не собираюсь, но хочу лишить его всего! Для этого нужно приблизиться, Максимова. И без твоей помощи я не справлюсь. Поэтому мы в кратчайшие сроки к нему переедем и начнем свою партизанскую деятельность. Не думаю, что ты будешь против двухуровневых апартаментов в Москва-сити…

– Так, вот насчет девушки поподробнее, Стёпа! – Парню не удастся сбить меня с толку. Я с ним спать не собираюсь, иначе дружбе конец.

– Максимова, ты мне друг?

– Это запрещенный прием! – Возмущаюсь в ответ.

– Все, что от тебя сейчас требуется, это играть роль влюблённой в меня до умопомрачения тупой блондинки. Я буду водить тебя по дорогим ресторанам, возить в дорогой машине, покупать тебе дорогие подарки, летать на дорогие курорты, пока я не найду способ лишить папочку всего его состояния. И ночевать мы будем естественно в одной комнате. Клянусь, Максимова, кровать большая, мы там даже случайно не встретимся.

Я настолько ошарашена, что не заметила, как нас проводили за центральный столик ресторан и подали меню. Заказав сливочный суп-пюре с трюфелями и что-то невыговариваемое на горячее, я на всякий случай спрашиваю.

– А ты поговорить с ним не пробовал? Судя по тому, сколько лет тебе и твоей сестре, он совсем молодой был тогда. Может обстоятельства складывались…

– Олеся, меня его обстоятельства вообще не волнуют. – Вижу, как у Степана задергался от волнения глаз, он сжимает и разжимает кулаки, даже не замечая этого. – Он жену свою выбрал и богатство, которое ему давал брак с ней. А мою мать использовал и выкинул за ненадобностью. Это я сидел рядом с кроватью мамы и смотрел, как она угасает от рака, шепча в бреду его имя… Больше никогда мне задавай этого вопроса!

– А твоя сестра знает? – Решаю обойти стороной больную тему, но вопросов только больше становится.

– Она даже разговаривать с ним не стала. И со мной сейчас тоже не разговаривает, как узнала, что я к нему переехал…. Но я, кроме тебя, никому не говорил о своих планах. Только тебе, Олеся. И если ты откажешься, пусть это останется нашей тайной!

– Откажусь? – Я съедаю несколько ложек трюфельного супа и закрываю глаза от наслаждения. – Хатори, если ты обещаешь кормить меня здесь каждый день, я выйду за тебя замуж….

– Ну… так далеко я не загадывал! – Стёпа снова улыбается своей кривой улыбкой и мне почему-то важно, чтобы он улыбался. Сейчас я понимаю, что парень на взводе и тщательно ничего не обдумал. Для этого у нас будет время, я не дам ему совершить ошибку и пустить под откос всю свою жизнь. У меня тоже есть цель в этой вендетте, только это мой секрет. А Степана надо немного опустить с небес на землю.

– Скажи, там большая ванная, удобная?

– Конечно! Там даже диван в ванной есть.

– Как хорошо…

– Ты это к чему?

– Ты же уже понял.

– Ты хочешь, чтобы я спал на диване в ванной? – Возмущению Степана нет предела.

Я в ответ грустно киваю, мне даже удалось изобразить виноватое выражение лица. Но Стёпу я не провела, он слишком хорошо меня знает.

– Ой, Максимова, репетируй лучше! Из тебя плохая актриса, ты прямо светишься от удовольствия!

– Ты прав, дорогой! – Отвечаю, приступая к горячему. Смотрю на Стёпу и театрально хлопаю глазами. – Обещаю, я не дам даже повода твоему отцу усомниться в моей безграничной любви к тебе…

– О боже!

– Я буду смотреть на тебя влюбленными глазами и вздыхать! Стихи тебе читать вечерами и песни петь.

– Господи помилуй…

– Молодец, что подпеваешь, но я другие песни буду петь…

Глава 4

– Когда ты будешь готова переехать? – Спрашивает Степан, остановившись рядом с моей работой. Я не стала ему говорить о том, что почти осталась без жилья. Теперь эта проблема решена.

И похоже, у меня теперь есть прекрасная возможность пресечь домогательства директора раз и навсегда.

– Заедешь за мной сегодня вечером в ресторан «ПАСКУАЛЬ» на новой Риге, я скину тебе адрес смс-кой. У меня там ужин с директором, но думаю, что быстро освобожусь. Мы поедем ко мне и соберём вещи.

– Это апарт-отель за городом, Максимова, ты в курсе? Что ты там собираешься делать с директором? – В зеленых глазах Стёпы загорелись искры ревности, которые срочно нужно задушить прямо в зародыше.

– Хатори, это не твое дело. Заедешь в 19-00 и не опаздывай ни на минуту, понял? – Чмокаю парня в щеку и вылезаю из машины. Вижу пару коллег на тротуаре и киваю им, чувствуя себя богиней. Настроение изменилось до неузнаваемости, давно я себя такой счастливой не чувствовала, по коже бежали мурашки странного предвкушения чего-то необычного и глобальных изменений в моей жизни. Еще не знаю, чем вызвано это чувство, но интуиция меня редко подводила.

Время до вечера пролетело незаметно, я занималась делами и старалась ни о чем не думать. Ближе к концу рабочего дня я получила смс от директора Шмайта с точным адресом ресторана. Загуглила и поняла, что на такси эта поездка мне обойдётся в 1500! И ведь не задумался, засранец, как я буду туда добираться.

Я просто бредила карьерой ландшафтного дизайнера, всегда мечтала облагораживать территорию так, чтобы люди восхищались. И не просто чьи-то участки, а базы отдыха, гостиницы, стадионы, может даже целые города и т.д. И не намерена отказывается от своей мечты из-за какого-то придурка. Мне бы только проект Фазанова закончить, когда там будет стоять мое имя, я уже буду дизайнером с опытом работы, пусть и небольшим.

Вздыхаю тяжко и вызываю такси. Сейчас у меня есть возможность сэкономить на жилье, так что поездка не сильно ударит по моему скромному бюджету.

Такси ехало до удаленного апарт-отеля почти час, за это время я успела себя порядочно накрутить. Желание разыграть своего руководителя обернется мне вероятным увольнением, потому что Федор Карлович шуток не понимает. А от меня ждет беспрекословного подчинения. Сейчас я не готова уволиться, так что придется Федора Карловича немного ввести в заблуждение.

– Приехали, девушка! – Выводит меня из глубокой задумчивости голос таксиста.

– Спасибо большое! – Беру свои папки и выскакиваю из машины, с удовольствием оглядываясь по сторонам. Прекрасная погода для конца августа, немного жаркая, сейчас бы в речке искупаться, вместо того, чтобы ужинать со скучным и назойливым начальником. Интересно, он всех своих сотрудниц проверяет на компетентность через свою постель или только симпатичных?

– Извините, у нас нет свободных мест! – Секьюрити на входе преграждает мне дорогу. Странно, только после того, как я назвала свое имя и заверила, что меня ждут, эта большая туша отодвинулась в сторону и пропустила. Глубоко вздыхаю, настраиваясь на встречу и захожу внутрь уютного ресторана, где меня сразу обдает приятной прохладой кондиционера. Официант, приятный молодой мальчик проводит меня до нужного столика в середине зала, где Шмайт уже нетерпеливо ждет.

– Опаздываешь, Олеся! – Говорит он немного недовольно и смотрит на часы.

– А что вы хотели, Федор Карлович. Конец рабочего дня, знаете какие пробки на МКАДе? – Подаю ему папку с проектом. – Я доработала кое-что по Фазанову, посмотрите…

Директор берет документы и откладывает в сторону, игриво мне улыбаясь. Ну… Это он так думает, что игриво, на самом деле его лицо перекосило так, словно у него уретра простаты обострилась. Или простата уретры… Как бы это вслух не сказать, не поинтересоваться здоровьем. Мне всегда было сложно удержать своих демонов болтливости внутри! Сейчас особенно! Смотрю на время, из-за опоздания, мне осталось продержаться всего полчаса, так что держи, Леся, себя в руках…

– Я знаю, что ты талантливая девочка, иначе не взял бы тебя в свою фирму. Уверен, что доработки понравятся заказчику, но сейчас я хочу поговорить о тебе, не торопясь, в спокойной и расслабленной обстановке. Узнать о твоих мечтах и планах. Может, мне удастся тебе помочь?

Не могу смотреть ему в глаза, неторопливо оглядываю зал, на удивление много посетителей, но в этом ресторане странная посадка гостей. Свободные столики есть! Так почему же мне сказали, что нет мест? Подозрительно. Свободные столики словно окружают один занятый столик в глубине зала, где сидит влюбленная парочка, мужчина в возрасте около сорока лет и молодая брюнетка. Типичная охотница за деньгами с красивой фигурой, ухоженной внешностью и откровенными нарядами. Как же я терпеть не могу такие парочки, от этого мужчины за версту несет властью и деньгами, скорей всего именно это так нравится его спутнице, не смущает разница в возрасте, плохое зрение или импотенция… Ну, это мои догадки…

Презрительно качаю головой, не понимая, чем меня привлекла эта парочка, даже не слушаю, что в этот момент мне говорит Федор Карлович. Девушка так нежно положила свою ладонь на его руку, что-то с придыханием рассказывая. Вернее, не умолкая ни на секунду, а как смотрит на него, словно точно влюблена. А еще этот жест! Как красиво она откинула прядь своих черных блестящих волос! Вот это да! Ее спутник точно попался на крючок умелой охотницы! Молодец… Незаметно салютую ей своим бокалом с водой в знак уважения и делаю глоток, и в этот момент мужчина чуть повернул голову и в упор посмотрел на меня! Просто прошиб до костей своими зелеными глазами, такими яркими, словно изумруды…

Я сильно подавилась и закашлялась! Федор Карлович чуть пододвинулся, чтобы постучать меня по спине, а мне так стыдно. Просто задыхаюсь, своим хрюканьем и карканьем привлекла внимание всех посетителей, половине из них так точно испортила аппетит! Господи, неужели эти ужасные звуки издаю я? Вытерев слезы и наконец, откашлявшись, обмахиваю свое бардовое от стыда лицо.

– Все в порядке, Олеся?

– Да, извините, такое со мной редко случается… – Даже говорить больно, боюсь, что прекрасный ужин оставлю нетронутым! Я случайно смотрю на злополучный соседний столик и вижу снисходительный взгляд мужчины. Он уверен, что это от его восхитительного вида я так подавилась! Это прямо читается на его лице, полном превосходства над всеми. А брюнетка, словно ничего не заметила, так и продолжает тараторить, не замечая, что спутник ее даже не слушает. На меня пялится. А я почему-то прекрасно понимаю, о чем он думает. Его зеленые глаза такие живые, и в них светится презрение ко мне!

Тупая блондинка, заполучившая богатого, женатого и некрасивого любовника, который прячется с ней по ресторанам, находящимся далеко за пределами МКАДа с обязательным условием наличия свободных номеров. Я только не могу найти объяснение, почему так хорошо чувствую, что он думает обо мне?

И вздрагиваю от того, что Федор Карлович прикоснулся к моей ладони и отворачиваю голову. Наваждение проходит, настало время объяснить директору, за чем я сюда приехала.

– Федор Карлович, я говорила вам, что у меня есть жених?

Настала очередь моему спутнику поперхнутся и поморщится, но надо отдать должное, он быстро в себя пришел и невозмутимо пожал плечами.

– Ну… Одно другому не мешает, Олеся! Я не скажу твоему жениху о нашем разговоре, можешь мне поверить. А вот хорошая карьера тебе явно не повредит.

– Об этом я и хотела с вами поговорить, Федор Карлович! – Нагибаюсь ближе, прекрасно понимая, как это выглядит со стороны. Взгляд того незнакомца продолжает буравить меня, испепелять, я знаю, что он смотрит, не отрываясь, но не понимаю, почему. И с какой стати мне хочется его разозлить, подтвердив все те поганые мысли, которые он думает обо мне. Я улыбаюсь Федору Карловичу и тихо шепчу. – Отца моего жениха зовут Василий Орлов, вам что-нибудь говорит это имя?

– Нет… Честно говоря, я не совсем понимаю…

Эх! Теперь даю волю своей фантазии, держите меня семеро…

– А вы наведите справки, Федор Карлович и узнаете, что это очень богатый человек, которого я хочу заполучить в клиенты нашей фирме. Он совсем недавно вернулся в Россию, очень долгое время прожив за границей, и сейчас подыскивает себе загородный дом. Он уже обещал, что его ландшафтным дизайнером буду я, а еще он посоветует фирму, где я работаю, всем знакомым олигархам. Теперь вы меня понимаете?

Федор Карлович нахмурился, а потом в его голове включился калькулятор. Разочарование сменилось деловой заинтересованностью.

– Я рад, что взял к себе в фирму такую бойкую девушку. Не ожидал, честно говоря…

– Федор Карлович, надеюсь, мы друг друга поняли? – Я отодвигаюсь, чтобы снова улыбнутся. На этот раз победно. Я выиграла время, что мне помешает потом сказать, что Орлов передумал? А за это время смогу проявить себя с самой лучшей стороны, наработать новых клиентов и хорошие рекомендации, чтобы уйти не обернувшись. Сейчас я почти решила проблему приставаний директора, а о завтрашних проблемах я подумаю завтра.

Снова бросаю случайный взгляд за соседний столик. Не верю, что незнакомец продолжает пристально меня разглядывать, совершенно не обращая внимания на свою спутницу. Он вообще моргает? А эта дура разве не видит, что любимый ее игнорирует? А в его взгляде столько презрения и ненависти ко мне. Просто взглядом смешал меня с грязью, сволочь! Даже если со стороны я выгляжу молодой любовницей Федора Карловича, он то чем лучше? В своем глазу бревна не замечает?

Мой телефон издает звук пришедшей смс, и я понимаю, что Стёпа за мной приехал. Наконец-то я сбегу из этого ужасного места.

– Федор Карлович, прошу прощения, но за мной уже приехал жених. У вас есть ко мне еще вопросы?

– Нет, Олеся. Можешь идти! – Мой похотливый начальник на время точно присмиреет!

– Спасибо! – Я настолько счастлива, что удалось выкрутиться из скользкой ситуации! Радость омрачает только презрительный взгляд ярких зеленых глаз, я по-прежнему его кожей чувствую. Как же меня бесят такие люди, которые считают, что вправе судить других, не вникая в подробности. Так и хочется сделать этому надменному наглецу какую-нибудь гадость. И я не удержалась…

Встаю и беру со стула свою сумочку, Федор Карлович встает тоже, провожая меня. Он так и не заметил этого незнакомца, потому что сидел спиной к нему. И не ожидал, что я брошусь к нему на шею, вместо протянутой руки, и крепко обниму, даже растерялся. Мои ладони на его спине словно живут своей собственной жизнью. Пальцы сжимаются в кулаки, а средний палец медленно поднимается в недвусмысленном жесте…

Судя по потрясенной реакции, этому богатенькому папочке средний палец давно не показывали, он аж побледнел, но пока мне не прилетело, и он в шоке, надо поскорее бежать. Меня почти сдуло ветром в сторону выхода…

Глава 5

– За тобой кто-то гонится? – Смеется Степан, когда я бегом заскакиваю в его машину и пристегиваюсь.

– Поехали скорей! Мне кажется, я глупость сделала, но не уверена. Не могла поступить по-другому, у меня кольнуло в одном месте…

– Глупость и Олеся – слова синонимы… – Ворчит Степан себе под нос, и я уже хочу возмутиться в ответ, но тут парень тихо ругается.

– Что случилось?

– Машина моего отца на парковке… Интересно, что он здесь делает?

– Может, ты ошибся? – Пищу в ответ, холодея от странной мысли, что один богатый олигарх в этом ресторане точно привлек мое внимание! Может, их там несколько было, он вообще на Степана не похож!

– У него бронированный porsche, таких в Москве больше нет…

– Твою мать! – Если я показала средний палец его отцу, с которым через пару часов должна познакомиться, то… Смех разбирает меня на части… У него, помимо мании величия, еще и мания преследования.

– Олеся, если ты будешь ругаться при моем отце, он вряд ли одобрит тебя в качестве моей невесты.

– Тогда мы его расстроим…

– Узнав поближе, тебя невозможно не любить! – Ворчит Степан, мельком бросив на меня грустный взгляд, а я закусила губу и отвернулась к окну, сделав вид, что не услышала последней фразы. Но Стёпа продолжил.

– Когда ты уже его забудешь…

– Степан… – Шиплю предупреждающе, а если непонятно, то сейчас мои глаза метают молнии.

– Ты из-за Шилова Никиты уехала, все бросила, он тебе сердце разбил так, что находиться в одном городе с ним не могла! Твои слова? Но я думал, время лечит и…

– Степан, замолчи…

– Хоть сама себе не ври, Максимова!

– Если ты не заткнёшься, останови машину! – Закрываю глаза, в этот момент так сильно болит сердце! Я же запретила себе думать о своем бывшем парне. Почти забыла, зачем он напомнил? Разбередил? Он прав, время лечит, теперь я не вою по ночам в подушку, прошло…

– Ладно, проехали, извини… Я не хотел! – Чувствую тепло его ладони на своем колене, но пока не готова открыть глаза. Он, как друг был рядом в тот момент, прекрасно должен понимать, как мне тяжело об этом вспоминать. Надо на что-то поскорее переключиться.

– Если это был твой отец, то он ужинал с какой-то девицей на 20 лет его моложе, и она говорила без умолку. Даже стало жаль твоего папочку…

– У него их несколько! – Слышу презрение и отвращение в голосе Стёпы и открываю глаза.

– Девиц несколько? – Уточняю на всякий случай.

– Ага…

– А они знают, что очередь нужно занимать?

– Вот у него и спроси!

– Тогда он точно меня придушит…

– Ну, он же сейчас делает все, чтобы завоевать мое расположение и получить прощение. Так что моя к тебе огромная просьба, будь особенно невыносимой, я знаю, ты умеешь.

– Спасибо за карт-бланш! Куда мы едем?

– К тебе домой, забирать вещи. Кстати, никогда не любил твою соседку по квартире, она двуличная и очень расчетливая. Странно, что ты этого не замечала.

– Я просто не обращала внимания.

На удивление, мы быстро доехали до района Люберец. А вещей у меня оказалось не так и много, как я думала. Все влезло в один большой чемодан, правда пришлось на нем немного поскакать, чтобы застегнулся.

– Куда ты переезжаешь? – Не думала, что голос Милы может быть таким писклявым. Повторяю, словно для глухих, хотя знаю, что и в первый раз она прекрасно слышала. Просто поверить не может, что так прокололась и не замечала Степана. Ее симпатичное лицо аж перекосило от сильной зависти и злобы. Надо учиться скрывать такие вещи…

– В башню Москва-Сити. Буду жить в огромных двухуровневых апартаментах вместе со Степаном и его отцом. – В последний раз рассматриваю свое отражение в большом зеркале, ведь мне предстоит знакомство с очень могущественным человеком. Он должен поверить, что Степан любит меня… Поэтому легкое, летнее, приталенное платье в классический горошек чуть выше колена, прекрасно подчеркивает мою высокую грудь и длинные ноги. На мой вкус чересчур открытое, но надо произвести впечатление… А волосы я забрала, оставив несколько вьющихся прядей на шее. Каблуки решила приберечь на следующий раз, чувствую, что буду выше и Степана, и его отца, зачем сразу смотреть на них свысока. Чуть тронула губы блеском и глаза тушью, достаточно…

– Ты же его никогда не любила! Нашелся богатый папочка, и ты изменила свое мнение? – Чуть понизила свой визгливый голос, чтобы не услышал Степан, пьющий кофе на кухне. – Сразу прыгнула парню в постель? Или метишь выше?

Подхожу ближе и сочувственно обнимаю свою теперь уже бывшую соседку по квартире.

– Не суди по себе, Мила. И прощай… – Выхожу в прихожую, выкатывая неподъемный чемодан, громко зовя Стёпу, потому что больше ни минуты не могу находится в этой токсичной обстановке. – Я готова, поехали.

– Поехали! – Парень подхватывает тяжелый чемодан, словно не замечая его веса. Он тоже рад поскорее уйти, а меня аж потряхивает от большого приключения, ждущего впереди. После того, как уложил в багажник мои вещи, словно невзначай добавляет. – Забыл тебе сказать, что мы будем жить на 72 этаже!

Я не села, а упала на пассажирское сидение.

– Ты специально ждал, пока не будет пути назад? – Чувствую, как сердце начинает колотиться в ребра. – Он не мог купить жилье пониже? Оооо! Я уже твоего отца ненавижу! Тебя тоже…

– За то, что мы высоты не боимся? – Смеется Степан, выезжая на дорогу и успокаивающей накрывая ладонью мое колено. – Все будет хорошо, не переживай!

– Я там умру! Ты в курсе? – Я закрываю глаза, пытаясь найти дзен в своих панических атаках.

– Не преувеличивай, Олеся…

– Заткнись сейчас! – Глубоко дышу носом, пытаясь успокоиться. И на это потребовалось все наше время поездки. Степан благоразумно молчал, пока мы не подъехали к башне «Москва» и не заехали на подземную парковку, проехав несколько постов охраны. Может еще не поздно вернуть все назад? Видимо, паника все-таки отражается на моем лице, потому что Степан нахмурился и побледнел.

– Прости, я не думал, что ты настолько боишься высоты. Ты мне говорила, но я думал, что немного преувеличиваешь… – Он берет мою ледяную ладонь и сжимает. – Леся, мне так нужна твоя помощь, пожалуйста, не отступай. Ведь я всегда был рядом, как друг, и помогал, когда ты просила о помощи. Сейчас прошу я…

– Не дави на жалость! – Ворчу в ответ, отстегивая ремень безопасности. Может, если я закрою глаза, пока мы будем подниматься на лифте, будет не так страшно? В конце концов, существуют разные успокаивающие средства. Если что, напьюсь, а тогда мне вообще море по колено… А еще злость помогает, это я знаю точно.

Оглядываюсь по сторонам и поневоле восхищаюсь. Даже парковка утопает в роскоши и богатстве. Это специальный отсек для жильцов, каждое машино-место подписано. Удивительно, что нет швейцара, открывающего двери. Наверное, стоит в квартире… В лифте Степан вводит код на сенсорной панели и вставляет пластиковую карту в еле заметное узкое отверстие. И лифт взмыл вверх с немыслимой скоростью. Я это поняла по тому, как мои внутренние органы подперли мозжечок! Чтобы отвлечься, мне срочно нужно что-нибудь спросить.

– Учитывая несколько постов охраны, невозможность попасть в лифт без кода и карты, как вообще в это здание попадают курьеры и доставщики пиццы? – Степан ухмыляется, словно я глупость спросила и люди, здесь живущие, пиццу не едят и не заказывают, но я же утрирую… Всякие ситуации могут быть.

– Тут почти у всех есть личные помощники, слуги, к тому же несколько курьеров работает на посту охраны, я точно это знаю. Доставщики пиццы оставляют им пиццу, а дальше еда проделывает долгий путь наверх…

Представила этот путь, наверное, каждая пицца просвечивается на специальном оборудовании, какие установлены обычно на вокзалах и в аэропортах на предмет обнаружения опасных предметов.

– Бедные олигархи не знают, что такое горячая пицца, даже жалко их как-то стало…

– Ты зеленеешь! – Хихикнул Степан, и я свирепо на него посмотрела. – Я еще об одном нюансе тебе должен напомнить…

– Ты уверен? – Хриплю в ответ, жалея, что нож с собой не прихватила. Как назло, в руках нет ничего тяжелого. Эх, парня даже за волосы не оттаскать, слишком короткие.

– Мы пара, Олеся, и иногда должны будем целоваться. Особенно, когда на нас будет смотреть мой отец? Надеюсь ты понимаешь?

– Что? – Уши словно заткнуло ватой, и я едва слышу этот бред.

– Давай потренируемся, пока лифт едет? Заодно, я тебя отвлеку. Знаю, что ты чертовски разозлишься, но лучше так, чем смотреть на твое зеленое лицо…

Степан резко ко мне придвинулся, пока я переваривала сказанное. Мозги из-за стресса работают медленнее, чем обычно. Нежно обхватывает рукой мою шею и прижимается к губам. Чувствую теплую ладонь на талии, а его язык раздвигает мне губы. Я рот открыла от шока, а не для того, чтобы допустить наглое вторжение. Но он воспользовался, и, на миг закрыв глаза и дав парню малюсенький шанс, меня кольнуло сожаление, что я ничего не почувствовала…

От звука открывшейся двери лифта мы вздрогнули и отпрянули друг от друга, как нашкодившие дети. Чувствую, как от ярости начинает краснеть шея, и чтобы не залепить парню заслуженную пощечину, оборачиваюсь к выходу. И сразу вижу отца Степана и с ужасом понимаю, что это тот, из ресторана, который невзлюбил меня с первого взгляда. А сейчас узнал и не смог скрыть своего удивления и потрясения. И его безмятежное лицо перекашивает от ярости, когда он понимает, что невеста его сына, та самая девушка, которая несколько часов назад ужинала в дорогом ресторане с другим…

Глава 6

– Папа, познакомься, это моя невеста Олеся…

Мы вышли из лифта в мраморный холл со вторым светом, Василий Орлов быстро пришел в себя, презрение осталось плескаться только в ярко-зеленых глазах. Лицо безмятежное, словно загорает на морском побережье. Он переоделся в белую рубашку с коротким рукавом и белые джинсы. Стоит, стиснув кулаки и сверкающих глаз с меня не сводит.

– На пару слов, Степан. – Кивает сыну в сторону длинного коридора, полностью меня игнорируя, не здороваясь, не подав руки. А вот это не вежливо. Я ослепительно улыбаюсь Орлову, даже зная, что он сейчас будет говорить своему сыну обо мне. И почему же я так радуюсь, что этот бабник ничего не добьется…

– Василий, ты меня не познакомишь со своим сыном и его девушкой? Меня зовут Маргарет, я близкий друг Василия и его помощница. – Я оборачиваюсь на нежный приятный голосок с иностранным акцентом, чтобы совсем рядом увидеть спутницу Орлова, которую я сразу не заметила. Потому что не могу глаз отвести от Орлова! Красивая, ухоженная брюнетка около 35 лет, в деловом брючном костюме, действительно больше похожая на помощницу, чем любовницу. Хотя одно другого не исключает. Она медленно подошла, чтобы взять Орлова под ручку, словно имеет на это право! Но это не она с ним ужинала пару часов назад. Мне пришлось зажать рот рукой, чтобы не сказать это вслух. Игра началась, и в ней больше игроков, чем я думала…

– Иди, милый! – Хриплю в ответ, из последних сил сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. – Я сама смогу познакомиться…

– Папа, у меня нет секретов от Олеси. Если ты что-то хочешь мне сказать, говори при ней! – Я готова стоя Степану аплодировать. Еще елейнее улыбаюсь Орлову, мы все ждем, что он скажет, когда у него перестанет идти пар из ушей. Только его милая Маргарет не понимает, почему ее Васенька так кипит от возмущения.

– Оскар приготовил поздний ужин, давайте сядем за стол и познакомимся поближе! – Видимо такая долгая фраза вызвала какие-то затруднения с речью у Орлова, потому что он произнес ее с едва заметным акцентом. Не английским…

Дам шанс папочке поговорить с сыном, я почему-то продолжаю понимать, о чем Орлов думает. Странно, я такого никогда раньше не испытывала. Во мне проснулись экстрасенсорные способности? Вот это да!

– Вы располагайтесь, только покажите, где туалет. Нужно помыть руки и пописать. У вас такой лифт страшный, почти описалась по дороге… У вас часто уборщица лифты моет? – Как приятно наблюдать за их потрясенными лицами! Степан дернул меня в сторону коридора, даже не дав договорить. Странно закашлялся и почти втолкнул меня в гостевой туалет.

Только здесь я позволила себе тихонечко хихикнуть. Обмахиваю салфеткой свои пылающие от стыда щеки. Как я могла вести себя столь возмутительно, кто меня за язык дернул? Второй раз вижу этого странного мужчину и не могу сдержать своих внутренних демонов. Он меня своим презрением драконит, вот они и лезут наружу!

Делаю глубокий вдох и осматриваюсь по сторонам. Настолько все сверкает чистотой и богатством, что страшно дотронутся. Если это гостевой туалет, то гостей тут явно не бывает. Странно, что смесители не золотые, а хромированные. Упущение…

Сделала все свои дела, поправив макияж и платье, тихонечко открыла дверь туалета, высунув голову в коридор, словно преступница. Гостиная совсем рядом и до меня сразу доносится глухой голос Степана.

– Это был ее директор, и они обсуждали проект ландшафтного дизайна нового клиента. Если по дороге заехали перекусить, в этом ведь нет преступления?

– Она эскортница, я таких за версту чую, поверь Степан. И совершенно тебе не подходит!

– Позволь, я сам буду это решать?

– Я просто хочу тебе помочь.

– Как благородно с твоей стороны вспомнить о своих отцовских обязанностях спустя 20 лет…

– Прошу вас! Василий, Степан… Вы только нашли друг друга…

Специально громко хлопаю дверью туалета. Проклятый доводчик, пришлось применить усилие, чтобы хлопнуть. Жаль, что на мне балетки без каблуков. Так хочется процокать по белому мрамору до самой гостиной, но я была услышана, и к моменту моего появления голоса смолкли.

Останавливаюсь в гостиной, потрясенно оглядываясь по сторонам. Потолок высотой метров пятнадцать вмещает огромную дизайнерскую люстру, которая освещает такую же огромную гостиную в пастельных светлых тонах. Глаза выхватывают нюансы и детали дорогой отделки и материалов, старинных картин, соседствующих с ультрасовременной техникой. На стену, сплошь состоящую из стекла, я стараюсь не смотреть…

Орлов, его спутница и Степан сидят за длинным столом из белого матового материала. Степан встал при моем приближении, а вот его отец только вопросительно поднял брови.

– Моя помощница по хозяйству Лидия сейчас принесет вам закуски, Олеся, садитесь… – Я оценила порыв Орлова быть гостеприимным, пусть и каждое вежливое слово застревало в горле.

– Спасибо! – Я сажусь рядом со Степаном, беру вилку и подцепляю кусочек белой рыбы из его тарелки. Кладу себе в рот и зажмуриваюсь от удовольствия. Вижу точно таких же бесенят в его темных глазах, он наслаждается моим представлением, едва сдерживаясь от смеха. – Нам и одной тарелки на двоих хватит, правда милый?

Смотрю на парня взглядом, обещающим скорую месть за тот поцелуй, а он мне в ответ только подмигивает.

– И давно вы встречаетесь? – Слышу хриплый вопрос, а от язвительных интонаций в голосе Орлова моя кожа странно вибрирует.

– Спасибо, Лидия! – Вежливо отвечаю тихой скромной женщине, когда она ставит передо мной несколько тарелок с разнообразными закусками. Только потом отвечаю на провокационный вопрос. – Мы вместе с вашим сыном учились в университете, там и познакомились. Сначала дружили, потом проскочила искра…

– Как удачно и вовремя проскочила…

– Представляете, я даже не знала, что у Степана такой богатый отец! – Цепляю очередной кусочек рыбы, кладу в рот и вызывающе смотрю на этого провокатора, которому с каждой минутой не нравлюсь все больше и больше. Мне безумно хочется вывести его из себя! Так, чтобы от злости этому напыщенному индюку снесло крышу, чтобы он орал и брызгал слюной. И показал все свое гнилое нутро, которое сейчас так тщательно маскирует. Надо бы подлить масла в огонь, поэтому невинно интересуюсь. – Простите, а у вас есть жена?

– Моя жена умерла несколько лет назад!

– Примите мои искренние соболезнования. – Боженька, пожалуйста, удержи мой язык от греха, иначе я не продержусь в этих апартаментах и часа! – А что за девушка была с вами в…

– Папа, Маргарет, извините, мне срочно нужно поговорить с Олесей, заодно покажу ей нашу комнату! – Степан закрывает мне рот ладонью и тащит из-за стола. Очень вовремя… Я еще не сказала, что та смазливая девица как раз была очень похожа на эскортницу! И сейчас меня тащила бы охрана Орлова к выходу, но это не важно! Надо показать этому зазнайке, что он нужен женщинам только из-за денег. Сам по себе – пустое место! Хладнокровная рептилия без чувств! Видимо все это сейчас написано на моем лице, поэтому Степан и увел меня. По широкой лестнице на второй этаж, где в конце длинного коридора находилась наша комната.

– Эй! У меня синяки останутся от твоей руки! – Когда гнев немного остыл, я заметила, как сильно Степан сжимает мне плечо. Парень сразу же меня отпускает, прислоняется к стене и сгибается от смеха пополам!

– Что смешного?

– Он почти вызвал охрану! – У Степана самая настоящая истерика, он сползает по стене на пол, продолжая громко смеяться. – Я знал, что ты неудержима, но оказывается, тебе нет равных! Отец еще не настолько меня любит, чтобы стерпеть подобное.

– Я была с ним крайне вежлива! – Начинаю защищаться. – Разве это не он прилюдно меня всячески оскорблял, пытался унизить и смешать с грязью?

– Олеся, он ведет себя так со всеми. – Степан устало трет лицо ладонью и морщится. – Я тебя предупреждал, что будет сложно. Надо просто привыкнуть…

– К оскорблениям? Да кем он себя возомнил?

– Одним из самых богатых людей в мире!

– Что?

– Я тебе этого разве не сказал?

Глава 7

– Тогда почему я раньше никогда о нем не слышала? – Задаю резонный вопрос. Это просто не может быть правдой. Да, я понимаю, что этот мерзавец богат, но не настолько же. Об этом наверняка писали бы все газеты, а девицы любят охотиться за холостяками из списка форбс. Так! Его нет в этом списке. Где подвох?

– Таким людям не нужно самоутверждаться за счет папарацци. – Устало объясняет мне Степан. – Они скрываются от публичности, им она не нужна, у них и так все есть, а лишнее внимание прессы лишь привлекает к ним внимание государства. Как огня, отец ненавидит любое упоминание о себе и всячески избегает. Такие деньги сложно заработать законным путем.

– Я думала, что знаю имена самых богатых людей в мире! Илон Маск, например, Трамп или шейх как его там…

– Самых богатых не знает никто, Олеся… Огромные деньги зарабатываются либо на торговле оружием, либо наркотиками, либо еще чем-то жутко незаконном. Ты хоть раз слышала по телевизору хоть какое-нибудь упоминание о ядерных сделках? Или о том, кто является спонсором разработок новейшего оружия? Эти люди держатся в тени, их фамилий не знает никто! И они никогда не допустят любого упоминания о себе в прессе. Для этого у отца работает целая команда профессионалов.

– Твой отец торгует оружием? – Я замираю на месте, даже дышать перестаю от испуга.

– В основном, что я успел узнать к этому времени, купля-продажа ценных бумаг по всему миру и крупное инвестирование во все, что можно. Он пока не особо мне доверяет. Я слышал, что у него в Африке есть земля, где ведутся секретные разработки. Знаю, что именно в тех местах ученые предполагали залежи ядерного урана.

И этому человеку Стёпа собирается мстить? Лучше, пожалуй, сменить тему разговора, потому что и у стен есть уши… Я растерянно оглядываюсь по сторонам, впервые обратив внимание на уютную обстановку в спальне с такими же высокими потолками. Где они взяли такое большое стекло? Зачем на такой высоте стена из стекла? Конечно, панорамный вид. Содрогаюсь от своей фобии, как же высоко…

Кровать очень широкая, как и говорил Степан, но я не буду с ним спать в одной постели.

– Две ванных комнаты на одну спальню? – Вопросительно смотрю на парня, и он кивает мне.

– Можешь выбрать любую… А также две гардеробные, здесь подсобных помещений больше, чем жилых. Есть комната для стирки и глажки, ты можешь отдать свои вещи Лидии…

Я только заметила, что у кровати стоит мой чемодан, который мы оставили в багажнике машины. Как он сюда попал? Здесь работают слуги-невидимки? На миг закрываю глаза, прислонившись к стене, и понимаю, что очень устала. Казалось, прошла вечность с того момента, как Мила разбудила меня утром, чтобы рассказать о своих планах. И вот сейчас усталость нахлынула волной цунами, не то что двинуться, моргнуть нет сил…

Очнулась только тогда, когда почувствовала нежное прикосновение к плечу. Вздрогнула и открыла глаза, увидев близко-близко Степана.

– Тебя донести до кровати? – Шепчет он мне, и я чувствую теплое дыхание на своих губах. Наши лица на одном уровне и губы в сантиметрах десяти. Так близко… И я в который раз задаюсь вопросом, почему нет искры к такому хорошему и красивому парню?

– Отчего это зависит? – Грустно шепчу ему в ответ, но он не понял, поэтому добавляю. – Почему мы не можем влюбиться по собственному желанию? Почему нельзя приказать сердцу любить или не любить? Почему чувства не слушаются голоса разума?

Пока жду ответа на свой риторический вопрос, снова внимательно рассматриваю Степана. Парень словно сошел с экрана корейской дорамы, такой белокожий, с темными волосами и глазами, неуловимые восточные черты лица только притягивают взгляд. Тонкокостный с прекрасной фигурой, узкими бедрами и широкими плечами. Фигура никак не боксера, а скорее музыканта…

Совсем не похож на своего невежественного и опасного отца.

– Видимо, ты сильно устала, раз задаешь такие глупые вопросы. – Степан хихикнул, легонько щелкнув меня по носу. – Тебе нужно отдохнуть!

Он прав, почти закрытыми глазами я иду по направлению к кровати. Смыть косметику и раздеться для меня сейчас задача из разряда фантастики. И пусть я много раз обещала самой себе никогда не засыпать, не умывшись, а любимое платье послужит ночной сорочкой, я подумаю об этом завтра. Со стоном падаю на мягкий матрас и зарываюсь лицом в подушку.

В этот момент мне абсолютно все равно, где Степа будет ночевать. Я не в силах прогнать его. Глаза уже спят, но я чувствую, как парень накрыл меня одеялом, как маленькой подоткнул края.

А в следующее мгновение я открываю глаза и понимаю, что наступило утро. Так… Правильнее будет сказать, с трудом разлепила глаза и застонала, потому что представляю, как выгляжу со стороны. И не хочу, чтобы меня кто-нибудь видел такой… Мельком бросаю взгляд на соседнюю примятую подушку и понимаю, что Степа спал рядом. Вел себя как джентльмен… наверное! Иначе бы я заметила, но не послушался и не пошел на диван. Убежал, пока я не проснулась! Трус… Ладно, я еще поговорю с ним на эту тему, а пока его нет в комнате, надо поскорее уединиться.

Ванная комната просто огромная, в светлых нейтральных тонах, и тут действительно есть кожаный диван, круглый пушистый ковер и душевая, в которой можно танцевать вальс. А еще белая ванная на серебряных ножках, стоящая прямо у окна во всю стену. Туда я точно не подойду… Когда вижу свое отражение в зеркале над раковиной, истерически смеюсь. На панду похожа, но мишка симпатичнее. Передо мной на широкой столешнице набор люксовой косметики и все, что нужно для снятия макияжа и умывания. Кто-то заранее позаботился о моем удобстве, и это точно не Василий Орлов.

Благодарю неизвестного спасителя, потому что достать свою косметику я вчера не смогла, вырубилась за считанные секунды. Смываю макияж и чищу зубы, расстегиваю мятое платье, раздеваюсь, чтобы встать под живительные струи теплой воды.

Как хорошо, что не надо никуда торопиться, ведь сегодня суббота. Я потеряла счет времени, пробуя на себе возможности душевой и насчитав около 16 массажных форсунок. Каждую попробовала, весело взвизгивая, когда на меня из разных точек начинали бить струи воды.

Даже силы появились для следующей битвы… Вернее, встречи с ужасным папочкой Степана. Надеюсь, сегодня его настроение будет лучше. Если он начнет язвить, держите меня семеро.

Все еще хихикая, заворачиваюсь в мягкое махровое полотенце, заботливо оставленное на полочке. Вернее, там пирамида из полотенец разных размеров, я выбрала среднее. Напевая веселый мотив песенки, вхожу в комнату и вижу у окна Орлова. Он стоит ко мне спиной, засунув руки в карманы темно-синих брюк и разглядывает панораму города.

Холодок бежит по позвоночнику, потому что в комнате больше никого нет! А на мне из одежды всего лишь полотенце, едва прикрывающее бедра… И пусть я знаю, что у меня красивая фигура и длинные стройные ноги, но по пока непонятным для меня причинам, не хочу, чтобы Орлов меня видел такую…Растерянно оглядываюсь по сторонам, в поисках предметов, которые могли бы послужить оружием, и в этот момент Орлов резко оборачивается. Зеленые глаза сощуриваются, когда он начинает пристально меня разглядывать. И вид, и поза и даже выражение глаз говорят о превосходстве. Словно я грязь под ногами…

От его пристального взгляда кажется, словно кто-то медленно проводит кубиками льда по моему телу, по позвоночнику, ключицам, груди, надежно скрытой полотенцем. Руки покрываются мурашками, а ноги становятся ватными. Мне не нравится моя реакция на его рассматривание, не понимаю ее. Хотя сама тоже не могу оторвать глаз от его мужественного, красивого лица с еле заметной отросшей щетиной, и я с неохотой это признаю. Его одежда безупречна… Словно он собрался на деловую встречу, рубашка с закатанными до локтя рукавами аж сверкает своей белизной. А еще вижу на грудном кармане рубашки вышитую монограмму. Уверена, что это его инициалы, только не на русском. И от этого показушничества противно! Да и прервать затянувшееся молчание давно пора…

И тогда что-то щелкает в голове, просыпается идиотская смелость, граничащая с сумасбродством…

– Очки дать, чтобы лучше видно было, Василий Иванович? А то, боюсь, в вашем возрасте, да с такого расстояния, только размытое пятно в фокусе, я права?

Еще мгновение он молчит, а потом откидывает голову назад и хохочет. Весело так, с хрипотцой, словно я забавная игрушка, созерцанием которой он наслаждается. Вообще-то у него есть женщины, даже не одна. Я за один день знакомства уже двух видела… И это злит меня еще сильнее, потому что интерес в его взгляде становится только отчетливее.

– Что вы делаете в моей комнате? – Задаю вопрос, когда этот негодяй перестал смеяться. – Где Степан?

Орлов медленно приближается, словно опасный хищник, готовый к броску в любой момент. С неохотой отмечаю, как же вкусно от него пахнет. Лесом и одновременно океаном… Стою, не двигаясь, боясь даже шелохнуться, но вот мой язык продолжает жить своей жизнью. Я, когда сильно нервничаю, вообще заткнуться не могу!

– Уверена, что вы телефоном и компьютером не пользуетесь, Василий Иванович. – Киваю головой на карман его рубашки. – Пишите письма на именной бумаге с водяными знаками, потому что, даже не заходя ваш кабинет, почти представляю гербовую печать с вашим именем, которой вы конверты заклеиваете или запечатываете. Иначе как ваши деловые партнеры поймут, какая вы исключительная личность!

– Это мои апартаменты, Олеся…

– Что?

– Ты спросила, что я здесь делаю? Я отвечаю, это моя собственность, где хочу, там и хожу. А Степан уехал ненадолго по моему поручению.

Делаю глубокий вдох, судорожно сжимая края полотенца на груди. От его близости что-то странное продолжает твориться с моим телом, кожа краснеет от стыда, а вот другие реакции я начинаю с ужасом понимать! Мое тело на него реагирует. Какой кошмар! И я читаю в его ярких глазах, что он видит эту мою непроизвольную реакцию, доволен и светится, как елка новогодняя! Как же стыдно…

– Я прошу вас немедленно уйти! – Господи, если он до меня дотронется…

– Хотел сказать, что Лидия приготовила завтрак. – Орлов делает еще шаг ближе ко мне, подошел почти вплотную. Я чувствую его свежее дыхание на своих губах. Наверное, он меня гипнотизирует своими змеиными глазами, потому что я не могу вот так себя вести, я же его ненавижу! – Что за духами ты пользуешься?

– Что? – Откуда этот неуместный вопрос? Даже рот открыла от изумления. Я только из душа вышла, какие духи?

– Ладно, проехали… Я хотел извиниться за свое вчерашнее поведение и пригласить тебя позавтракать. – Даже рот открыла от удивления! Он же меня вчера с грязью смешал, и, несмотря на странность ситуации, я по-прежнему почти понимаю, что он чувствует. Знаю всем своим нутром, что он продолжает меня презирать и ненавидеть. Так почему изменил тактику поведения? Ладно, сделаю вид, что поверила.

– Принимаю ваши извинения и буду готова через 15 минут.

– Договорились, Олеся. До встречи! – Он вежливо мне кивает и сразу уходит. А я еще некоторое время стою как дурочка посреди комнату и вспоминаю, как двигаться…

Глава 8

Пристально разглядываю себя в зеркале, обращая внимание на каждую мелочь. Никогда я с такой тщательностью не готовилась позавтракать. Даже выпрямила свои волнистые светлые волосы. Длинные пряди достают почти до талии. Тушью подчеркнула темные глаза и нанесла блеск на пухлые губы.

Нет, я вовсе не хочу, чтобы этот олигарх обратил на меня свое внимание. Тем более, у меня есть подозрение, что ему нравятся брюнетки восточного типа, а я высокая нахальная блондинка. Шансов почти нет, да мне они и не нужны. Зачем мне этот… грубиян, годящийся в отцы! Фу… Мне он даже не нравится, ни его противные глаза, ни дерзкая усмешка, ни поведение. И вообще, мужчины почти одного со мной роста мне не подходят, надо только на баскетбол чаще ходить, вот там наверняка есть достойные кандидаты!

Мне просто нужно узнать Орлова получше, вычислить слабые стороны и помочь Степану отомстить отцу. И пусть каждой клеточкой своего тела чувствую опасность, что с такими людьми шутки плохи, мне почему то хочется лезть на амбразуру. Вот прям неймется!

За окном жаркий август, поэтому легкая маечка и хлопковые светлые шорты будут как нельзя кстати. Испытываю небольшую досаду из-за того, что Степан бросил меня в самый неподходящий момент. Я еще не знаю правил игры и как мне себя вести. Неужели парень не мог меня разбудить перед уходом? Беру телефон, звоню, но телефон Степана вне зоны действия сети. Пишу возмущенную смс-ку и понимаю, что на завтрак придется идти одной.

И зачем Орлов сам приходил в нашу спальню? Не мог послать Лидию с приглашением? Ладно, я трудностей никогда не боялась и опаздываю лишь потому, что укладка заняла немного больше времени, чем я рассчитывала. Осторожно выглядываю в коридор, любуясь белым мраморным полом и картинами на стенах. Тихонечко крадусь по направлению к столовой, где накануне вечером ужинали такой дружной компанией. Только на этот раз за столом сидит один Орлов, а за его спиной стоит элегантно одетый в темный костюм мужчина около 40 лет. Не замечая меня, Орлов что-то листает на мониторе планшета и тихо разговаривает со своим собеседником.

– Отмени встречи с Вересовым и Багровым, Илья. Скажи, что я еще не принял решение. У меня немного изменились обстоятельства…

– Доброе утро… – Захожу в столовую, приветливо улыбаясь незнакомцу. Видимо это секретарь или помощник. Их можно узнать по одинаковым очкам в скучной роговой оправе.

– Илья, знакомься, Олеся Николаевна, девушка моего сына. – Глаза за линзами очков у Василия Ивановича загадочно сверкают. – Илья – мой личный секретарь, Олеся. Ты часто будешь его видеть…

«Если конечно задержишься здесь, в чем я очень сомневаюсь» – читаю эту недосказанную фразу в глазах Орлова. А еще я понимаю, что, когда он на меня смотрит, я не могу дышать. И есть тоже, у меня кусок в горле застрянет.

– Очень приятно, Илья. – Мне сложно понять, зачем устраивать представление из завтрака. Сколько бы денег ни было! Сидеть, как царь, за сервированным огромным столом и ждать, пока тебя обслужат. Если я сейчас сяду за этот стол, то заправлю льняную салфетку себе за вырез майки, честное слово. Чтобы он подавился и захлебнулся от моих манер… Поэтому не сегодня, поживи еще, Василий Иванович! – А можно мне позавтракать на кухне? Этот панорамный вид из окна вызывает у меня стойкую тошноту, и я испорчу вам аппетит, Василий Иванович? Где тут кухня? Лидия?

Весело машу рукой присутствующим и поворачиваюсь к Орлову спиной, вижу у входа ошалевшую от моей наглости Лидию. Она, как рыба, выброшенная на берег, рот открывает, а слов не слышно.

– Проводите меня на кухню, пожалуйста!

Лидия кивает и почти убегает. А я вслед за ней, чтобы сделать живительный вдох. Так злюсь на себя! Что происходит? Почему я так реагирую на человека, которого должна презирать. В конце длинного коридора, с другой стороны от спален, мы заходим на уютную и современную кухню. Не ожидала увидеть за столом двух грозного вида мужчин. Понимаю, что это, наверное, телохранители Орлова, которые сидят и ждут распоряжений. Приветливо улыбаюсь грозным мужчинам, которые немного офигели от моего появления и поспешно встали.

– Надеюсь, мальчики, что не помешаю вам? Меня Олеся зовут… – Первым делом меня манит современная кофемашина, поэтому я быстро теряю интерес к охранникам, и почти не слышу их приветственного бурчания. – Лидия, скажите, чтобы сделать капучино, мне нужно нажать вот эту кнопочку?

– Олеся, садитесь за стол, я вам сама сделаю, наш повар приходит чуть позже… – Лидия тоже смущена моим наглым поведением, но старается не подавать виду.

– А вы не знаете, куда ушел Степан?

– Разве Василий Иванович вам не сказал?

– Мальчики! – Терпеливо обращаюсь к телохранителям, которые застыли и побледнели. – Садитесь уже, передо мной не надо вскакивать по стойке смирно. Я не укушу и обещаю не жаловаться…

– Олеся, ты специально это делаешь? – Раздается сзади ледяной голос, от которого кровь в жилах стынет. Он пошел за мной…

– Что делаю? – Оборачиваюсь и понимаю, что Орлов в шаге от того, чтобы вытащить ремень из своих брюк и применить его не по назначению. Или отдать команду своим церберам, чтобы они меня пристрелили. Куда делся мой инстинкт самосохранения? Потому что когда этот человек на меня смотрит своими сверкающими от ярости глазами… Что-то странное творится!

– Бесишь! И делаешь все, чтобы я вышвырнул тебя отсюда, а потом объяснял это своему сыну!

– Вы вчера обозвали меня проституткой! Сегодня снова оскорбляете…

– Все вон отсюда! – Прерывает меня Орлов на полуслове, и я боковым зрением вижу, как люди исчезают за секунду. А после того, как мы остались одни, он медленно ко мне приближается. Словно готовится к нападению… И снова это странное покалывание во всем теле… – Как мой сын мог выбрать себе такую сумасбродную авантюристку? Скажи, сколько тебе заплатить, чтобы ты навсегда исчезла из его жизни? Перед тем, как ответить, Олеся, имей ввиду, что я тебе предлагаю оптимальный вариант решения проблемы.

– У вас не хватит денег от меня избавиться, Василий Иванович! – Блин, я упустила шанс стать миллионершей, но выражение лица Орлова того стоило.

– Ты хорошо подумала? – Еще шаг ко мне и наши лица почти на одном уровне, и я снова чувствую его дыхание на своих губах. Отодвинуться, значит проиграть в нашей схватке. И я почти не дышу…

– Да… – Выдыхаю! И в этот момент Орлов сжимает мою шею, притягивая к себе. Касаясь губ жалящим поцелуем. Неумолимо. Чувствую его вторую руку на своей талии, он не просто прижимает меня к своему телу, а впечатывает! Не давая ни малейшего шанса отодвинуться! Язык вторгается в рот самым наглым образом и я, вместо того, чтобы укусить или закричать, со стоном сдаюсь и отвечаю на каждое дерзкое движение его языка! Словно я ждала этого поцелуя всю жизнь! Потому что отвечаю с такой жадностью, потом мне точно будет ужасно стыдно, а сейчас просто кайфую от умелых движений и интимного исследования самых потаенных уголков моего рта. И вот наши языки сплетаются в страстном танце, и эта странная химия между нами заставляет меня тихо постанывать, безмолвно моля о продолжении. Его руки спускаются ниже, стискивая ягодицы, прижимая, и я чувствую своим пахом его возбуждение. И это тягучее чувство тяжести я не спутаю ни с чем на свете. И это отрезвляет! Я с ужасом начинаю вырываться, колотя кулачками по груди, которая на удивление оказалась… непробиваемой и твердой! Но Орлов меня сразу же отпускает, буквально отталкивает. А в его взгляде торжество победителя одновременно с презрением ко мне!

Я просто попалась в умело расставленную ловушку, ведь Орлов не знает, что мое сердце свободно. От окончательного унижения спасает вибрация телефона…

Звонка я не слышала, Василий чертыхнулся, достал гаджет из заднего кармана брюк, и, не спуская с меня взгляда, ответил.

– Говорите…

Пока он слушает звонившего, я прихожу в себя. Чувство презрения к самой себе чередуется с паникой! Что я наделала? Уже готова бежать куда угодно, но слова Орлова заставляют остановиться…

– Что значит, Степан попал в аварию? Разве я вас нанял не для того, чтобы вы глаз с него не спускали?

Глава 9

– В какой он больнице? Твою мать, я же предупреждал вас о последствиях! – От волнения его восточный акцент становится сильнее. Я сама замираю от волнения, слушая обрывки слов. – Что значит… Так… Какая операция!? Фамилия доктора… Я сейчас приеду!

Я понимаю, что со Степаном что-то случилось, и тяжелый взгляд Орлова это подтверждает. Он смотрит на меня презрительно, а в его душе… Облегчение! От чего? Я продолжаю интуитивно понимать, что он чувствует. Этому нет объяснения, а с боженькой я еще поговорю на эту тему! Почему он посадил меня в кармическую лодку с этой холодной акулой?

– Что со Степаном? – Задаю вопрос, и дыхание сбивается от беспокойства!

– Попал в аварию! – Он разворачивается, видимо считая, что я не нуждаюсь больше в объяснениях. Быстро уходит, на ходу выкрикивая. – Марк! Мы срочно уезжаем…

– Я еду с вами! – Бегу за ним, не отставая ни на шаг. А Орлов оборачивается и шипит.

– Ты только что показала свое отношение к моему сыну! Он будет только рад удостовериться в том, что мое мнение о тебе абсолютно верно! Так что собирай свои манатки и убирайся к чертовой… Алло!

Ему снова кто-то звонит, и услышав имя Степана, я почти падаю от облегчения.

– Я скоро приеду и со всем разберусь! Не переживай! Не понял… Взять с собой Олесю?! – Вижу, как губы Орлова сжимаются от досады, но чувствую облегчение! Степан просит, чтобы я приехала, и этому бабнику с отсутствующим сердцем, придется взять меня с собой. Но я потом подумаю о том, какую глупость совершила и как теперь расхлебывать эту ситуацию! Понимаю, как все выглядит со стороны, Орлов теперь имеет полное право считать меня потаскушкой, но мне плевать на его мнение. С моим другом случилось несчастье, все остальное подождет!

– Собирайся! – Шипит он мне сквозь зубы. – Сын попросил, чтобы ты приехала.

– Я готова! – Тихо говорю в ответ, и Орлов сжимает губы, рассматривая мои ноги в коротких шортах. Пусть только попробует мне что-нибудь сказать по поводу одежды. И тогда я отвечу, что именем Василий называют только наглых мартовских котов, которые гуляют сами по себе! А еще хряков-производителей на свинофермах…

Без слов мы заходим в лифт вместе с двумя охранниками, которых мне этот наглый олигарх отказался представить. Одного вроде Марком зовут… Он нажимает нужную кнопку, прикладывает карту, и лифт бесшумно скользит вниз. От переживаний за Степана, даже притупляется боязнь высоты. Я спокойно переношу это падение в пропасть парковки! Но выдыхаю с облегчением, когда лифт останавливается.

– С вами все в порядке? – Спрашивает Марк, внимательно на меня смотря. Видимо, он немного посмелее, раз осмелился открыть рот в присутствии своего хозяина. – Вы сильно побледнели.

– Все хорошо! – Отвечаю, немного помедлив, потирая замерзшие плечи ладонями. Не готова открыть свою слабость из-за Орлова. Он этим воспользуется и подвесит меня за ноги с террасы, я уверена…

Мы выходим на парковку и садимся в дорогой автомобиль. Водитель и охранник спереди, я и Орлов сзади.

– Что со Степаном? – Снова задаю вопрос, на который так и не получила ответа.

– Я сам не знаю! – Раздраженно слышу в ответ. – Но тебе не все ли равно! Передо мной можешь не притворяться, что обеспокоена! Я таких, как ты, за версту чую…

Какое дикое желание оправдаться и сказать, что Василий в корне не прав! Я вообще стараюсь чувства скрывать. А потом посмотрела в его горящие презрением глаза и передумала. В голове звучат, сказанные очень давно слова любимой бабули: «Никогда не оправдывайся, девочка, если ты не виновата. Оправдания только сильнее убедят в твоей виновности…»

И пусть он меня выставит за порог, но я до конца жизни запомнюсь этой холодной акуле своим неповиновением и дерзостью.

– Завидуйте нашей огромной любви молча, Василий Иванович! – Скрещиваю руки на груди, просто наслаждаясь, как из его ушей повалил дым, а на переднем сидении закашлялась охрана.

– Мой сын идиот, если верит тебе. Я был о нем лучшего мнения!

– Видимо, вам часто приходится ошибаться в людях, Василий Иванович. Ваше презрение меня абсолютно не волнует. Впрочем, как и ваши деньги!

И тут он засмеялся! Словно я глупость сказала. Просто отворачиваюсь к окну, понимая, что его упрямую башку ничем не прошибить! Только потрачу время и нервы. И до самой больницы я не произнесла ни слова. Только внимательно прислушивалась к телефонному разговору Орлова. Из обрывков фраз поняла, что Степана разбился на машине, у него сложный открытый перелом бедра и ноги, переломы ребер, сотрясение мозга. И сейчас он в операционной, так что нужно немного подождать. Но самое главное, его жизни ничего не угрожает. А вот будет он ходить или нет, еще неизвестно!

Когда мы поднялись в приёмный покой, нас проводили в комнату ожидания. Я сама не замечала, что меня трясет, пока обратила внимания на звук постукивания балеток о плитку на полу. Кто-то подал мне стаканчик с кофе, но я даже не посмотрела, кто это был. Сделала глоток, но вкуса не почувствовала. Безмолвно рассматриваю автомобильную парковку из окна, потеряв счет времени…

Как же так, Стёпа? Ругаю его про себя? О чем ты думал, так сильно превысив скорость? Как же твои планы на будущее? В них никак не вписывается эта авария. И пусть я всего лишь друг, и, рано или поздно, отойду на задний план. Но твои мечты о путешествиях, вождении спортивных автомобилей и рискованные виды спорта…

– А еще он хотел забраться на Эверест… – Я понимаю, что случайно произнесла эту фразу вслух и услышала тихое в ответ…

– Не знал об этом…

Открываю рот, чтобы сказать этому болвану о том, что если бы он присутствовал в жизни сына раньше, то знал бы намного больше… Но в этот момент дверь открывается, в комнату входит врач, высокий, худой мужчина в темно-синем медицинском костюме и угрюмым взглядом.

– Операция прошла успешно, Степан отходит от наркоза. Вы можете навестить его, Василий Иванович.

Меня они не замечают, тихо переговариваясь, уходят из комнаты ожидания, а я падаю на диванчик, обнимая себя руками и потирая замерзшие плечи. Я подожду, пока Орлов навестит сына, а потом ему придется позволить нам увидеться. Надо только подождать, когда он проснется. Степан ненавидит отца и не захочет его присутствия в такой момент слабости. Поэтому я жду…

Снова вздрагиваю от звука открывшейся двери, на пороге вижу охранника Орлова. Марк вроде… Смотрю на него вопросительно…

– Пойдем со мной, Олеся, я провожу тебя в палату.

Облегчённо вскакиваю и иду за охранником по бесконечным коридорам и этажам больницы. Когда Марк открывает передо мной дверь палаты, я вижу только кровать, на которой лежит мой друг, устало улыбаясь мне своей кривой улыбкой. Его нога приподнята и в гипсе, на лице пара ссадин и огромный синяк, но живой ведь.

– Стёпа! – Подхожу ближе, не обращая никакого внимания на Орлова, который стоит рядом с кроватью, насупившись, прожигая меня полным ненависти взглядом. Надо просто не обращать внимания. Я наклоняюсь к Степану, прижимаясь лбом к его лбу, также криво улыбаюсь в ответ и шепчу. – Как же так?

– Наши планы в силе, красотка! Не переживай! Мы их только чуть-чуть подкорректируем! – Слышу бодрый шепот в ответ.

– Что случилось?

– Заметил слежку за собой и психанул! – Вижу, как он зыркнул в сторону отца, но Орлов благоразумно молчит. – Не думал, что теперь совершенно лишен самостоятельности…

– Надолго здесь?

– Врач сказал, что на три недели – минимум! Продержишься без меня это время?

Мы разговариваем шепотом, и со стороны постороннего слушателя наши фразы абсолютно невинны. Только мы вдвоем понимаем их настоящий смысл.

– Я постараюсь, ты самое главное выздоравливай.

– Так не хочу оставлять тебя одну… – Степан хмурится, прекрасно понимая, что я совсем одна в логове зверя. Но мной подавиться можно, и парень это прекрасно знает. И читает это в моих глазах.

– Все будет хорошо! Ты же знаешь, какой невыносимой я могу быть.

– Именно за это качество я тебя и полюбил! – Шепчет мне Степа, и в этот момент дверь палаты сильно хлопает. Орлов не выдержал нашей беседы и демонстративно вышел прочь. Туда ему и дорога, нечего подслушивать чужие разговоры. Мне лишь непонятно, почему его так задела наша встреча. Он ведь думает, что мы влюбленная парочка, неужели ожидал другой встречи. Мне дорог Степан как друг, я никогда его в беде не оставлю. Только вот разговоры о любви нужно пресекать на корню.

– Не обольщайся, Хатори! И выздоравливай поскорее. Я монолог подготовила о невыполненных обещаниях, довольно длинный, но очень поучительный! Тебе обязательно нужно послушать…

Степан в ответ смеется, качая головой. Он понял меня с полуслова!

– Олеся, оставайся такой всегда…

– Обещаю…

Глава 10

Я провела у постели Степана весь день, до самого вечера. Даже пообедать не ходила, совсем забыла об этом. Он решил никому ничего не говорить, особенно сестре, но с этим я была не согласна. Парень чуть не умер, родные должны быть в курсе.

– Не хочу, чтобы Вика встречалась с отцом. Даже шанса не должно быть на сближение или прощение. У меня свои планы, они лишь только немного отложатся.

– Твой отец недосягаем, я думаю. – Беру Степана за руку и немного сжимаю. Озвучиваю вслух очевидные доводы. – Он очень умный, иначе не заработал бы столько денег. Уверена, что все счета и бизнес у него за границей. А если пороюсь в его вещах, найду как минимум паспортов десять с гражданствами разных стран. Он в России появился из-за тебя. Какой он русский? Даже говорит с акцентом, а пара его телефонных разговоров, которые я слышала, происходили на беглом японском. Может…

– Олеся, просто понаблюдай! Я больше ни о чем не прошу и ни во что не вмешиваю. Пожалуйста, больше не говори со мной о нём, это очень больная тема.

Степан побледнел и осунулся за последние несколько часов. И я понимаю, что сильно задержалась в его палате. Ему нужно отдохнуть, я сейчас только мешаю и нервирую. Несколько раз заходил врач, мягко намекая, что больному нужен отдых.

– Я поехала… в наш новый дом. – Немного застревала в горле эта фраза, но я ее все-таки произнесла.

– Будь аккуратна, Олеся. – Кивает в ответ Степан и хмурится. – Там везде камеры, кроме спален. Просто наслаждайся жизнью, пока меня не будет. А дальше посмотрим.

Вспомнила об утреннем поцелуе и сердце кольнуло. Я никогда в жизни не признаюсь в этом Степану, но так не вовремя с ним приключилось несчастье. Он мне всего лишь друг и прекрасно знает, что шансов никаких, но чувство, словно я его предала этим поцелуем становится сильнее с каждым часом. Я готова сама себя отлупить за глупость. Как я могла ответить на поцелуй? Как???

– Отдыхай! – Я не успела выйти за дверь, как Степан закрыл глаза и, наверное, сразу же уснул. С улыбкой выхожу в коридор и с удивлением вижу на стуле у палаты Марка. Он ждет меня или охраняет единственного сына олигарха? Страшная мысль закрадывается в голову.

– Марк, это ведь не покушение? – Мужчина встает, меня увидев. Но на мой вопрос не отвечает, игнорирует. Кто я вообще такая? Мусор…

– Мне велено вас дождаться и проводить.

– Куда проводить? Из страны? – Задаю наводящий вопрос. Судя по поведению Орлова, не удивлюсь, если через пару часов буду лететь в самолете на Курилы… Вижу, как невозмутимое лицо охранника растягивается в непроизвольной улыбке.

– Туда, откуда вы вышли сегодня утром.

– Меня не выгоняют?

– Наоборот! – Марк пожимает плечами, потом неохотно добавляет. – Если я вас не привезу, буду уволен.

– Ого! Как строго…

– Приказано глаз с вас не спускать.

Я вдруг замерзла от неприятного предчувствия и обняла себя руками, потирая голые плечи. Я только сейчас поняла, что нахожусь во власти Орлова, а Степан мне не поможет. Почему я боюсь, ведь не изнасилует он меня! Слишком высокого о себе мнения, считает, что дамы должны сами прыгать в его постель. Или умолять о близости, стоя на коленях.

– О чем вы думаете? – Вдруг слышу вопрос. Поднимаю глаза на замершего охранника, он так внимательно на меня смотрит, с каким-то удивлением, словно… Никогда женщин не видел.

– Вам не понравится мой ответ! – Говорю уклончиво, но правдиво. Мы выходим из больницы на улицу, и я делаю глубокий вдох свежего воздуха. Стерильный запах палаты просто выкачивает силы, а они мне пригодятся для противостояния с Орловым. Уверена, что у нас впереди еще не одна битва! И я вдруг осознаю, что это я не его боюсь, а саму себя и своих странных реакций.

Просидев целый день в палате Степана, я понимаю, что с удовольствием бы прогулялась. Представив, что Марк сейчас меня отвезет в апартаменты из стекла и бетона, на самый верх, замираю от страха.

– Я как Рапунцель! – Шепчу растерявшемуся охраннику. Потому что упрямо остановилась перед распахнутой дверцей черного джипа. – Меня из плена высокой башни должен спасти прекрасный рыцарь. Но так как он сейчас немного приболел, придется справляться самой.

Марк нервно сглотнул и так растерянно моргает, словно ему в глаз соринка попала.

– Поэтому, парень, чтобы я перестала нести бред, мне нужно немного пройтись, понимаешь? Есть у тебя телефон? Я позвоню, как буду готова вернуться!

– Приказы Василия Ивановича не обсуждаются, я обязан отвести вас…

– Марк, правильно? – Перебиваю охранника, потому что он свою работу выполняет, а я ни перед кем отчитываться не обязана. – Где мы вообще находимся?

Оглядываюсь по сторонам, но в Москве это бесполезно. Можно прожить здесь тысячу лет, но так и не узнать каждую улочку, слишком их много. Я даже близко не узнаю район.

– Ладно, мне все равно. Можешь даже следить, только на глаза не показывайся!

Машу ему рукой и разворачиваюсь в противоположную сторону. Мне нужен этот глоток свежего воздуха вечерней Москвы. Звонит в сумочке телефон, но я не обращаю внимания. Иду, куда глаза глядят, по широкому тротуару, мимо проносятся машины, спешат прохожие по своим делам. Гуляют влюбленные парочки…

Субботний вечер такой теплый, я даже сначала не поняла, откуда раздался грохот! Это гром! Я настолько задумалась, что не заметила приближающейся тучи. Гроза налетела настолько неожиданно, поднялся ветер, а я растерянно стою посреди тротуара. По близости, как назло ни одного магазина, некуда забежать и спрятаться от начавшегося ливня. Дождь начался буквально за несколько секунд, а я продолжаю растерянно стоять на тротуаре, подняв лицо к небу и промокнув насквозь мгновенно.

Я не боюсь грозы, стихия дикая и прекрасная в своем неистовстве. Жаль только, что с прогулкой придется подождать до следующего раза. Подслеповато моргаю, пытаясь в стене из дождя разглядеть машину Марка. Я знаю, что он медленно ехал за мной, не выпуская из поля зрения. Даже немного почувствовала себя знаменитостью, которую охраняют. Приятное чувство. Со смехом бегу к его машине, когда он подъехал ближе, благоразумно не выходя, чтобы не вымокнуть насквозь, как я.

Грузовик я заметила только тогда, когда он окатил меня с головы до ног из грязной лужи! Даже в рот попала вода! Эй! Вместо того, чтобы поливать его руганью в ответ, у меня истерика от смеха. А еще от растерянного вида Марка, потому что меня такую сейчас придется сажать на белые кожаные сидения эксклюзивного автомобиля. Интересно, кто больше испугался, он, мгновенно выскочив из машины под дождь, или я?

– Олеся, с вами все в порядке? Я запомнил номера этого придурка. Садитесь скорее в машину, а то простудитесь!

Прыгаю в гостеприимно распахнутую дверцу, хихикая, как безмозглая девица. Погуляла, называется. Даже закрыла рот ладошкой, потому что дурацкий смех никак не желал прекращаться! Ловлю в зеркале заднего вида тяжелый взгляд Марка.

– Мне попадет за это! – Ворчит он, выруливая на шоссе, вливаясь в поток машин.

– Валите все на меня, Марк!

– Не поможет…

– Я сама поговорю с вашим цербером, Марк, не переживайте!

Устало откидываюсь на кожаную спинку удобного сидения, пачкая машину еще сильнее. Прямо чувствуя, как вниз стекают потоки грязи. Хочется отряхнуться, как собака, и сказать, что я не просила меня караулить. Сама бы добралась, пусть и замерзла. Я Орлову не жена и не дочь, но высказывать свою точку зрения Марку не буду. Закрываю глаза, собираясь с силами для грядущего противостояния…

Глава 11

Я, только поднимаясь в лифте, обратила внимание на свое отражение в зеркале. С испугом хихикнула над грязными разводами на лице. На прилипшую к телу мокрую майку и просвечивающие сквозь кружевной и наверняка испорченный лифчик, соски. Выгляжу, как порномодель, вываленная в грязи! А волосы!

Не смогла сдержать стон отчаяния и уловила чуть заметную усмешку на невозмутимом лице Марка, которую он тут же постарался скрыть. А я к тому времени уже сильно замерзла в мокрой одежде, зубы начали отбивать чечетку. А когда я мерзну, такая злая становлюсь… А еще это чувство, что сердце ухнуло в пятки! Я никогда не привыкну к такой высоте, от которой подгибаются ноги и хочется упасть в обморок от страха.

Еле сдержалась, чтобы какую-нибудь пакость не сказать ни в чем не виноватому охраннику. Приберегу весь свой яд для одной знакомой мне акулы.

Выхожу из лифта в очень боевом настроении и на удивление в холле сразу сталкиваюсь с той брюнеткой из ресторана и Орловым. Оба при параде, словно собрались на красную дорожку кинопремии. Я и забыла, что сегодня вечер субботы, у сладкой парочки наверняка куча планов. И сын, попавший в аварию, Орлову эти планы не испортит.

Как же идет брюнеткам красный цвет, особенно если короткое платье подчеркивает каждый изгиб идеальной фигуры этой старлетки. Ее забранные вверх волосы открывают длинную шею, на которой блестит и переливается дорогущее ожерелье с рубинами. Вижу, как лицо брюнетки вытягивается от удивления и отвращения, и теперь меня не сможет сдержать даже смертная казнь…

– Василий, ты представляешь! Я попала под дождь и меня окатил из лужи мусоровоз. – С сияющей улыбкой поворачиваюсь к девушке, делая вид, что хочу ее обнять и познакомиться. Она отпрыгнула на метр задом! Вот это талант! С трудом сдерживаю смех, обращаясь непосредственно к ней. – Милочка, имей ввиду, что заднее сидение автомобиля немного испачкано. Твое платье может испортиться, и ты не успеешь его продемонстрировать всему миру! Имей ввиду на будущее, показывать нужно либо ноги, либо декольте, но не то и другое одновременно. Это свидетельствует о твоем плохом вкусе, а Василий не любит безвкусных девиц!

– Олеся, хватит!

Снова оборачиваюсь к Орлову, нехотя обратив внимание на его безупречный вид, белую рубашку, бежевый пиджак и брюки. Как он поднял руку, обхватив брюнетку за тонкую талию и презрительно скривил губы, глядя на меня в своей обычной манере… И сразу в глаза бросились именные запонки! Я так и знала, что у него есть герб из завитушек английских «V» и «О», но, Карл, именные!!! Красивый золотой вензель на темно коричневом фоне под цвет его дорогих, сделанных на заказ где-нибудь в Лондоне, туфель. Я себя полным ничтожеством чувствую в это момент, надеюсь, что этого никто не заметил.

– Милый, ты позволяешь слугам так с собой разговаривать? – Пищит брюнетка, пока Орлов в себя приходит от моей наглости. Ну, а меня не остановить…

– Мне так приятно, что ты каждый раз выходишь меня встречать, но честное слово не стоило! – Орлов хватает меня за руку и куда-то тащит мимо ошарашенной брюнетки. – Я сама найду свою комнату, не надо провожать…

Мельком я заметила Лидию, прижавшуюся к стене и подмигнула ей, пока она в тихом шоке сползала по стене на пол. Орлов точно тащит меня на террасу, чтобы сбросить вниз.

– Ты! – Шипит он мне, захлопнув дверь комнаты, оказавшейся светлым и очень уютным кабинетом. – Что мне сделать, чтобы ты исчезла из жизни сына и моей?

– Может, купить ему отдельную квартиру? Или у вас денег нет? Имейте ввиду, взрослые дети всегда живут отдельно от родителей, чтобы не мешать и не нервировать.

– Как велико желание тебя задушить, Олеся! – Он медленно кладет ладони мне на шею и надавливает. В его глазах самый настоящий шторм.

– Сожмете чуть сильнее, и я двину коленом вам в пах, тогда сегодняшний вечер пойдет насмарку, Василий.

Наши лица так близко, мы тяжело дышим, стоя друг напротив друга. И от его пальцев на моей шее вниз по позвоночнику спускается странная дрожь. А еще стало трудно дышать, и тогда Орлов отдергивает руки, словно обжегся. И те места, где он меня касался становятся такими горячими.

– Я обещал сыну, но не знаю, как сдержать обещание. Ты просто невыносима и не представляешь, на что я способен. Олеся, не представляешь своим мелким умишком, разговаривая со мной подобным образом…

– А вы нарушьте свое обещание! – Хрипло шепчу в ответ, потому что задыхаюсь от его близости. Моей коже понравилось прикосновение, и я готова кричать от отчаяния. А кожа просит новых прикосновений!

Я просто не поняла, как наши губы снова встретились, вернее столкнулись в вечном противостоянии! И если первый раз был случайностью, то сейчас явно попахивает закономерностью, а вот прямо сейчас мысли одна за другой покидают мою голову, оставляя один на один с ослепляющей страстью, которую странным образом вызывает во мне этот человек.

Я не могу бороться, у меня нет сил, со стоном поражения отвечаю на каждое умелое движение его губ и языка. Чувствую его руки на своей заднице, как он сжимает ягодицы, впечатывая меня в свое тело, прижимая так сильно, словно я не покрыта грязью с ног до головы. Но нам обоим все равно. Что-то случилось, видимо выплеск накопившегося напряжения, но я подумаю об этом потом, когда останусь одна и смогу думать, а не чувствовать.

А пока я беспрепятственно позволяю стянуть с себя мокрую майку и расстегнуть лифчик. Орлов чуть отстраняется. Рассматривая мою обнаженную грудь.

– Леся! – Его хриплый шепот и то, как он меня назвал… Только очень близкие люди так меня звали. – Что ты со мной делаешь? Почему вызываешь такие сильные чувства? Буквально за секунду, сменяя желание убить на желание распластать на письменном столе! Я давно не испытывал подобного и не имею права…

Я сама льну к его губам, прерывая бессмысленный поток слов, мне сейчас как воздух нужны его уверенные, решительные прикосновения, вызывающие у меня пожар на коже и под кожей…

Орлов медленно, но настойчиво подталкивает меня к столу, и вот я уже сажусь попой на него, раздвигая ноги, и все это время мы целуемся, как сумасшедшие подростки. Он стаскивает с себя пиджак, очень быстро расстегивает рубашку, выдергивая ее из брюк. Потом я чувствую его пальцы на пуговице своих шорт, приподнимаю попу, чтобы ему было удобнее стянуть их вместе с трусиками, и вот, через мгновение, я почти распластана на письменном столе, как он и хотел. Но нет никакого стыда или сожаления, потому что в его взгляде такое первобытное желание. Что-то дикое там прячется…

Мой лобок чисто выбрит, и я благодарю за это вселенную, а еще в паху красуется татуировка разноцветной ящерки! Ошибка прошлого на интимном месте, которая сейчас приковывает взгляд очень возбужденного мужчины. Слышу тихое ругательство сквозь зубы, и он на миг закрывает глаза, словно испытывает сильнейшую боль.

Я чувствую, что он просто безумно меня хочет и это желание передается мне по воздуху и через прикосновения, как опаснейший вирус! Если бы я стояла, то уже бы упала.

Руки меня не слушаются, они живут своей жизнью, с восхищением проводя по мужской груди, редким волоскам, спускающимся вниз тонким ручейком. Он вздрагивает и стонет, когда я дотрагиваюсь случайной лаской до маленьких, коричневых сосков. Не верю, что вижу кубики пресса на его животе. И худощавая фигура такой только казалась, мужская грудь и плечи полностью состоят из тугих мышц, твердых, как корабельные канаты. Они только не выпирают, как у качков-бодибилдеров, а идеально гармонируют между собой, открывая мне вид мужской фигуры, красивее которой я в жизни не видела.

Василий расстегивает молнию своих брюк и его мужское достоинство гордо и упруго вырывается наружу. И снова я ошибалась, причем очень сильно. Мне так нравится то, что я вижу перед собой. Его гордо торчащий вверх большой член, с розовой головкой и вздутыми венами.

Орлов засовывает руку в задний карман своих чуть приспущенных брюк, вытаскивая презерватив и быстро раскатывает его на всю длину своего органа. Потом как ураган сметает меня, наклоняет, чтобы я полностью легла на гладкую поверхность стола, нависает сверху, губами и языком щекоча чувствительный сосок. А его наглая рука уже во мне, раздвигает мокрые складочки, ловко находя и лаская клитор. Потирая именно в таком темпе, как бы я хотела. Тугие спирали удовольствия волнами расходятся по всему телу, я выгибаю спину, а из глаз искры от дерзких прикосновений языка, губ, умелых пальцев!

Мне так нужно большее, но Василий не торопится, продолжая мучать грешными ласками, доводя до исступления. Касаясь именно самых чувствительных местечек, и как ему это удается! Когда от накопившегося напряжения хочется кричать, я приподнимаюсь на локтях, чтобы поторопить или умолять, еще не знаю.

Именно этот момент он выбрал для дерзкого проникновения. До самого конца, сначала плавно, потом резко, но каждый раз беспощадно. И я всхлипываю от облегчения, благодаря бога и нужной высоты стол…

Его ладони накрывают мои груди, мягко сжимая, а движения бедер становятся все интенсивнее. Каждый толчок уносит на небо, мои стоны все громче и громче.

– Давай! – Шипит Орлов, вбиваясь все сильнее. – Кончи для меня!

Наклоняется, чтобы укусить меня за сосок, свет на миг меркнет, и я взрываюсь от удовольствия, бьюсь в конвульсиях в крепких руках, а мой крик он ловит губами, кончая вслед за мной…

Глава 12

Если мои мозги в самый ответственный момент покинули голову, то сейчас начали возвращаться на место. Что я наделала, закрадывается первая шальная мысль!

Василий медленно отстраняется, недоверчиво смотря на меня.

– Что ты со мной сделала? – Тихо задает вопрос. Отпрянул, словно от прокаженной. На миг замер, и снова передо мной холодная акула без единой эмоции на лице. Он даже не раздевался, приходит осознание. Рубашка распахнута на груди, брюки висят на бедрах. А я лежу голая на столе, без стеснения раздвинув ноги. Мне даже сказать нечего. Да я и не могу сказать, что мое сердце свободно. Потому что нет оправдания моему срыву, я никогда так себя не вела, даже когда была в отношениях и любила…

Просто секса у меня не было больше года. Может поэтому я так отреагировала.

Медленно сажусь, подавляя желание прикрыться. Он меня видел, скрывать нечего, да и поздно. Теперь только гордость мне в помощь, поэтому я лишь повыше задрала подбородок.

– Обвиняешь меня? – Шепчу возмущенно в ответ.

Орлов неспешно привел свою одежду в порядок, бросив использованный презерватив прямо на пол. Его светлый костюм и рубашка запачканы грязью и помяты. Придется переодеваться, и как он объяснит это своей спутнице, которая ждет его за дверью?

– Этого не должно повториться! – Шепчет он мне, встряхивая за плечи и прожигая взглядом, полным ненависти. – Я найду другой способ разлучить тебя с сыном, но об этом он знать не должен, ты понимаешь?

– А твоя дама за дверью? С ней можно поделиться секретом? Или уже не нужно, так как она все слышала? – Задаю неудобные вопросы, стряхивая его руки со своих плеч. Мне так больно, я прямо чувствую всей душой его ненависть и презрение. А еще меня душит клятва, данная Степану.

– Мы с Эльвирой приглашены на одно мероприятие, и ты не сможешь помешать нашим планам. Мы лишь немного опоздаем. – Приподнимает мне подбородок своим пальцем, чтобы я не смогла отвести взгляд. – Запомни, Леся, я никогда не отчитываюсь перед женщинами. Вопросы задаю я, они подчиняются…

Как ни в чем не бывало, он разворачивается и уходит. Открыв дверь, громко извиняется за задержку. А больше я ничего не слышу, шум в ушах становится оглушительным. Закусываю зубами кулак, чтобы мой крик никто не услышал. Даже я сама…

Не знаю, сколько времени я так просидела. Только когда затряслась от холода, медленно слезла со стола и с неохотой надела грязные шорты, нашла на полу свой лифчик и майку. Теперь я изнутри и снаружи вываляна в грязи! И мне даже ни в чем не обвинить эту холодную акулу, он ничего не сделал против моей воли, я на все была согласна. А какая кожа чувствительная, и как сладко сжимается в паху при воспоминании о произошедшем. Как я могу одновременно испытывать такие разные чувства?

Пусть и поздно себя ругать за это. Вообще не понимаю, что произошло. Даже когда моя единственная любовь, Шилов Никита, за мной начал ухаживать в мои неполные 18 лет, я несколько месяцев его мурыжила до постели. Пусть потом и влюбилась, как сумасшедшая. Несколько лет мы встречались, я строила планы о замужестве и детях, а потом узнала, что он мне изменяет. И ладно бы кто сказал мне об этом. Нет, все видела своими глазами. Прижал одну из своих поклонниц к двери туалета бара, и плевать парочке было на проходящих мимо людей, так их страсть захватила.

Я думала, у нас взаимно, а Никита заявил, что женится только на ровне, я была так, для развлечения. Его родители имеют такой вес в обществе, а я никто… Самая красивая девушка в городе, как он тогда мне сказал. И вызов ему бросила своей девственностью. Еще сожаление выразил, что небогата, иначе все было бы по-другому. Очень удивился, когда я его бросила. До сих пор помню его растерянное выражение лица, поверить не мог до последнего, кричал, что пожалею и приползу назад с извинениями на коленях. Дурак! Так плохо меня узнал за несколько лет… Думала, что нельзя сделать больнее. Наивная. Сейчас, прожив несколько месяцев в Москве, я как никогда это понимаю.

Но почему вдруг я вспомнила об этой перевернутой странице своей жизни? Раньше не могла даже думать и гнала воспоминания прочь. А сейчас понимаю, что отпустило. Больше не болит, а на горизонте другая напасть, возможно более опасная. Я оказалась между двух огней и что делать, не представляю.

Вела себя, как распутная девка! Как же стыдно… Что мне делать? На данный момент принять душ и лечь спать. Больше не буду себя корить. Открываю дверь в коридор и вижу Лидию, которая невозмутимо ждет. Или ждет, когда я освобожу комнату, в которой нужно прибраться…

– Василий Иванович просил меня проводить вас до спальни.

– Лидия, спасибо, но я сама ходить умею, а так как память мне не отшибло, куда идти тоже помню. – Отмахиваюсь от помощницы и краснею, когда она внимательно на меня смотрит. Только кивнула и пошла по своим делам. А я побрела в свою комнату, вернее, нашу со Степаном спальню. Сразу на пороге скидываю осточертевшую одежду, и голая иду в ванную.

Включаю тропический душ и смываю с себя этот день. Вместо того, чтобы плакать, я стою с закрытыми глазами и улыбаюсь, как глупенькая. Почему, Леся, ты никогда не ищешь легких путей?

Выхожу из ванной, уже немного похихикивая. Полотенце-тюрбан на голове, другим замотала тело. Подхожу к большому зеркалу в гардеробной, сбрасываю полотенца и внимательно на себя смотрю. У меня красивая фигура, длинные, стройные ноги, тонкая талия, высокая грудь второго размера. Очень яркий контраст между светлыми, почти белыми волосами и темно-карими глазами.

А еще эта татуировка ящерки в паху. Шилов попросил меня ее сделать, сидел рядом и держал за руку. Какая была глупая, на все согласная ради любви. Хотя стоит сказать Никите спасибо за требование сделать лазерную эпиляцию ног и зоны бикини. Достаточно лишь небольшой коррекции раз в несколько месяцев. Мое тело теперь гладкое и шелковистое, не стыдно продемонстрировать.

Теперь я изменилась и, если делаю ошибки или спотыкаюсь по жизни, ни перед кем не буду отчитываться. Ты меня захотел, Орлов? Что ж, у тебя хороший вкус, но если думаешь, что растаю от любви и буду бегать за тобой, как глупая курица, глубоко ошибаешься. Я знаю, как мужчины умеют обманывать. Они лгут, смотря тебе в лицо самыми честными глазами. А потом наносят удар, от которого невозможно оправиться.

Больше никогда не влюблюсь. Я себе обещала, на тему любви могу только шутить. Я склеила свое раненое сердце, теперь оно в броне, такой крепкой, что никому не расколоть. Тем более неприлично богатому грубияну, который сам влюбится и положит к моим ногам весь мир. А потом я развернусь и уйду, помахав ручкой на прощание.

Орлов ответит за каждое унижение меня и моего друга. За каждую разбитую мечту маленького мальчика, за всю боль, которую причинил, когда бросил его мать. Я обещала Степану, своему лучшему другу. Я в долгу перед ним за бескорыстную любовь, когда он ни словом, ни делом не упрекнул, лишь поддерживал.

Еще есть лучшая подруга Соня, которая всегда была рядом. Сейчас я жалею, что поругалась с ней. Медленно подхожу к сумочке, достаю телефон, но позвонить не решаюсь. Не готова… Понимаю, что сама виновата, потребовала от нее невозможного. А она всего лишь не хотела бросать свою старенькую бабушку. Но я просто не могла находится в родном городе, он меня душил возможностью случайной встречи. Да, я сбежала от любви, и вот, спустя несколько месяцев отпустило.

Я даже рот открыла от удивления и облегчения! Медленно, словно во сне, дотрагиваюсь до своего сердца, кладу ладонь между грудей.

– Эй! Спасибо, что больше не болишь! Я даже не замечала, что чувства к Никите прошли… – Его имя, произнесенное вслух, уже не вызывает боли, и я все больше смелею. Ну действительно, что мне будет, если я со своим сердцем разговариваю? Да море по колено после этого! – Даю слово, сердечко, что теперь буду очень строго отсеивать претендентов и никогда не позволю себе влюбится в недостойного… Теперь мой разум всегда будет управлять сердцем…

Качаю головой, хихикаю, падая на мягкую кровать, которая манит с каждой минутой все сильнее и сильнее. И продолжаю сама с собой разговаривать.

– Олеся, кого ты обманываешь? Будь честной хотя бы перед самой собой! Какие мозги, где они были у тебя час назад, когда ты потеряла голову от страсти?

Наверное, это уже бред от усталости, я вспоминаю о том, что нужно высушить волосы феном, иначе завтра проснусь с вороньим гнездом на голове. Ну и плевать, закрываю глаза и проваливаюсь в сон без сновидений.

Глава 13

Утром, когда открыла глаза и вспомнила вчерашний вечер, застонала от стыда. Нужно забыть произошедшее поскорее. И не вспоминать. Уверена, что Орлов того же мнения. Чищу зубы и думаю о том, что не удивлюсь, если сейчас вызовет меня в кабинет и будет угрожать разными ужасами, если я кому-нибудь расскажу. Чуть не подавилась зубной пастой, когда увидела свое отражение в зеркале, волосы в ужасающем состоянии, торчат в разные стороны, как у пугала огородного, впрочем, в этом нет ничего странного. А вот почему у меня глаза так ярко блестят? Не к добру…

Привожу в относительный порядок свои непослушные локоны, расчесываю и завязываю в тугую гульку, на лицо крем и немного блеска на губы. Теперь можно и позавтракать. Понимаю, что очень сильно проголодалась, учитывая стрессы вчерашнего дня, в животе аж урчит от голода. Скидываю домашний халатик, влезаю в удобный хлопковый сарафан и тихонько открываю дверь в коридор. Никто меня не затащит сейчас в официальную столовую, как преступник, на цыпочках пробираюсь на кухню. Когда вижу там только одну Лидию, выдыхаю от облегчения. К новой схватке я буду готова только тогда, когда поем и ни минутой раньше!

– Доброе утро! – Здороваюсь с помощницей по хозяйству, закрывая лицо от удовольствия и принюхиваясь. – Пахнет просто божественно, что вы готовите?

Лидия оборачивается, приветливо улыбаясь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.