Иван Ильин
Альбом моей души

Глава I

Снова утро, снова нужно вставать на работу…

Навязчивая мелодия будильника, которую ежесекундно проигрывал телефон, лежащий под подушкой, заставила меня открыть глаза. Сделал я это нехотя. В квартире царил мрак и холод, что было не удивительно, так как за окном было ранее февральское утро.

Выключив телефон, я встал с кровати и, укутавшись в халат, побрел в сторону ванной. Яркий свет лампочки, горевшей в коридоре, причинил мне резкую боль и я, зажмурившись, прикрыл глаза ладонью. Спустя несколько секунд я снова смог нормально видеть. Подойдя к зеркалу, я всмотрелся в глубокие синяки, вздохнул и открыл кран с горячей водой. Умылся, вытерся полотенцем и чуть более свежий отправился на кухню. Поставив чайник, я встал около окна.

Темнота. Лишь тусклый фонарь легонько освещал тротуар, усыпанный снегом. Пока я глядел на эту картину, чайник раздражающе засвистел, призывая отключить его. Я достал с полки кружку, залил в нее кипяток и бросил пакетик. После, взяв эту кружку, я сел за стол и стал отхлёбывать напиток, что изо дня в день заменял мне завтрак. Я достал телефон, открыл новости и начал читать все то, что упустил за одну ночь. Просидел я так добрый десяток минут, а после направился одеваться. Теплые носки, джинсы и колючий, теплый свитер. На левую руку я надел железный браслет, а на правую часы. Вышел в коридор, как вдруг из-за стены, недовольно бурча что-то на своем, выбежал мой кот.

– Точно, тебя то я как забыть мог, – Подумал я и быстрым шагом снова направился на кухню, чтоб покормить несчастное жирное животное.

Положив в кошачью миску корм, я подошёл ко входной двери, нацепил сапоги, замотал шарфом лицо и надел тяжёлый пуховик, что сковал все мои движения.

– Что ж, вроде готов.

Крикнув коту «пока», я захлопнул дверь и быстрым шагом устремился вниз по лестнице, попутно доставая с кармана наушники.

– Пускай сегодня Башлачёв играет, – Произнёс я в своей голове и включил плейлист из песен родного "СашБаша" и под "Осень" вышел из подъезда.

– Лето прошло, черт с ним, – Шёпотом, еле слышно, я подпевал одну из любимых песен, стоя уже в маршрутке и стараясь изо всех сил удержаться за поручень.

За окном то и дело сменялась картинка: то речка, пронизывающая лес, то одноэтажные домики, то густая современная застройка. Я все ехал и ехал, до самой конечной остановки. Наконец дверь отворилась и меня окатило холодным воздухом. Я вышел и огляделся вокруг. Все тот же до боли знакомый пейзаж. Старый университет, в котором не так давно я учился, а теперь преподаю, хмурое небо, с которого падали крупные хлопья снега, красавицы березы, что возвышались по всему склону, расположившемуся над рекой.

– Тишь какая… Невероятно, – Выдохнул я.

Я закрыл на пару секунд глаза.

– Как же я устал, – Мельком пронеслось в моей голове, – Так хочу отвлечься от этого всего, просто отдохнуть…

Казалось, что я где-то в небытие, внутри собственной головы. Однако, неожиданно, я был возвращен в реальность резким толчком в спину.

– Здорово! – Раскидистым басом воскликнул Санька – мой дорогой коллега и хороший товарищ.

– Привет-привет, – Улыбнулся я ему в ответ и пожал протянутую мне руку.

– Ты чего кислый то такой опять? – Поинтересовался у меня достаточно высокий, коренастый парень.

– Настроения нет, бывает…

– У тебя последнее время настроения вообще нет. Зайди-ка к Палычу после пар, попроси дать отгулы хотя бы, тебе развеяться надо, отдохнуть. Не дело это.

Я лишь робко усмехнулся в ответ. «Стал бы я ещё от отсутствия настроения идти к начальству, дабы попросить дать выходной… Конечно-конечно, бегу уже. Позориться ещё буду там, ага.» – Произнес я в собственных мыслях, но внезапно возникло ощущение, будто сказал это вслух. Мой собеседник нахмурился, взглянул мне прямо в глаза и внушительно произнес:

– Иди давай, хватит геройствовать. Если у тебя в башке всякая ересь, так надо разобраться с этим, с собой наедине побыть! Понял меня?

– Ладно, ладно, зайду, уговорил! – Уже смеясь в голос проговорил я.

– Ну вот и славно! – Саша тоже расплылся в улыбке и, развернувшись, направился в корпус учебного заведения.

Не став медлить, я тоже направился в здание.

– И вправду, имею ж я право отдохнуть, с собой побыть. Черт с ним, пойду и поговорю, – Произнёс я, поднимаясь по старой, измученной временем лестнице центрального корпуса.

Со скрипом предо мной отворилась старая, массивная дверь. Я поздоровался на входе с охранником, прошел внутрь и направился вглубь темного, освещённого лишь одной жёлтой лампочкой, коридора. Остановился около двери, вверху которой красовалась старая табличка «Аудитория 8».

Я вставил ключ в замочную скважину, дважды провернул его, распахнул дверь и зашёл в просторное помещение. Тут же меня обдало ледяным воздухом. Взгляд мой мгновенно упал на открытое окно. Видимо, забыл закрыть вчера, когда уходил. Не став медлить, я сразу устранил причину жутких мурашек, что даже под слоями одежды носились будто муравьи по лесной тропе. Раздеваться не хотелось вовсе. Собственно, куртку я решился снять только минут через пятнадцать, когда дыхание наконец прекратило сопровождаться паром. После я заварил себе горячий чай, дабы хоть как-то согреться и уселся за стол, рассматривая бумаги, разложенные на столе. Это были многочисленные расшифровки лекции, что я готовил к сегодняшнему дню. Речь шла о вооруженном конфликте на востоке – операция «Иракская свобода», которая была проведена американцами в марте 2003 года. Очередная кровавая бойня, устроенная ненасытным гегемоном. Из раза в раз их гарнизоны наносили ракетно-бомбовые удары по мирным кварталам городов, убивали ни в чем неповинных женщин, стариков, детей… И всё это ради получения собственных благ, ради поддержания своего авторитета. Жуть берёт от этих мыслей. Пентагон никогда не считался с человеческими жертвами, и именно это пугает в первую очередь.

Пока я плутал в собственных мыслях, в дверь постучали.

– Открыто!

– Здравствуйте, можно войти? – Робко выговорил невысокой парень, в запотевших на морозе очках.

– Калачев, ты ж каждое утро это спрашиваешь и ещё ни разу я тебе не отказал. Конечно! Проходи, садись!

Я улыбнулся, глядя ему в глаза, которые искрили робостью и стеснением. Студент улыбнулся в ответ и быстрыми шагами направился к своему рабочему месту.

И так каждый день. Я готовлюсь к лекции, а он приходит самым первым, садится напротив меня и вдумчиво зачитывается собственными конспектами. Хороший парень, только мало общается с кем-то. Но, во всяком случае, позже оно все равно будет.

Прошло около получаса, аудитория наполнилась шумом несмолкаемых бесед ребят. В помещении стало гораздо теплее. Глядя на них, счастливых и улыбчивых, внутри и у меня самого разливалось приятное тепло.

– А ведь не так давно и я был на их месте…

Звонок вернул меня на землю. Я поднялся с кресла, дабы поприветствовать собравшихся, после чего начал лекцию, что пролетела совсем незаметно для меня, да и студентам, вроде как, было интересно. Во всяком случае, я на это надеюсь. И вот, я снова один средь замкнутых стен. Сегодня была лишь одна пара, поэтому я с лёгкостью на душе стал собираться. Погасил свет, закрыл дверь.

Несколько секунд я стоял в проходе, думая, стоит ли все-таки идти «на ковёр». И всё же, моральное здоровье мне важно. Я уверенно повернулся и поспешил вверх по лестнице в кабинет декана. Подойдя к нему, я постучал в дверь и моментально почувствовал себя на месте Калачева.

– Да-да, войдите! – Раздался голос изнутри.

Внутри все сжалось, я немного напрягся, но всё-таки вошёл.

– Александр Павлович, день добрый.

– Добрый, ты по какому вопросу?

– Я не хочу ходить вокруг, да около, скажу прямо – разрешите взять на завтра отгул.

Мужчина передо мной хмыкнул.

– Ты присядь, я надолго не задержу.

Надо признаться, что в этот момент сердце стало биться куда чаще обычного. Хоть мы и были в отличных отношениях с Палычем, опасаться его следовало. Иной раз и вечерников накинет.

– Очень рад, что ты сам пришел ко мне. Долго откладывал этот разговор, но, благо, время пришло. Уж месяц, наверное, я думал, что необходимо дать тебе время для разгрузки. С каждым днём убеждался в этом всё сильнее. Ты морально вымотан, со стороны это очень хорошо видно. Моё предложение, а вернее сказать – моё непосредственное решение, принятое на правах начальства, заключается в том, что с понедельника ты уходишь в отпуск, пока он бессрочен, ибо я не знаю, сколько времени у тебя уйдет на восстановление. Но, надеюсь, к апрелю ты будешь в строю с новыми силами.

– Александр Павлович, может не стоит? В принципе, всё хорошо, я готов продолжать работу.

– Слушай, я вижу твою работу, вижу твою старательность. Именно поэтому я без зазрения совести могу позволить себе отпустить тебя на время, дать тебе возможность стать лучшей версией себя и вернуться на рабочее место с колоссальной бодростью и мотивацией. Это всё в моих интересах. Уж не знаю, почему ты говоришь, что все хорошо. Либо не ощущаешь, либо стараешься скрыть. В любом случае, я был в такой ситуации, мне не помогли. Это привело к тяжёлым последствиям, которые я мог и не преодолеть…

Мужчина глубоко вздохнул и замер, опустив голову вниз.

– Так, ладно, – Встрепенулся он и, улыбнувшись, повернулся на меня, – Никаких возражений я не принимаю. Пар у тебя сегодня больше нет, к тому же сегодня пятница, ты свободен. Если что, пиши всегда. Сам тоже по возможности буду держать с тобой связь.

– Александр Павлович…

– Что ещё тебе не ясно в моих словах?

– А заменять меня кто будет?

– На сей счёт не переживай, у нас хватает молодых практикантов, опыта им все равно набираться придется, вот пусть и набираются.

– Что ж, хорошо, – я подошёл к мужчине и протянул ему руку, – Спасибо вам большое…

– Общее дело делаем, пожалуйста, друг мой, – Палыч крепко сжал мою руку и улыбнулся.

Распрощавшись с Палычем, я взял сумку и вышел в коридор. На самом деле, это было очень вовремя. Пожалуй, мне действительно требовался отдых. Надо было разрешить личные проблемы, что накопились в голове, преодолеть затянувшийся творческий кризис, ведь я уже долгое время не выдавал чего-то стоящего. Вот и пришло время со всем разобраться.

Спустя пару минут я уже был на улице, вдыхая морозный воздух, что сейчас ощущался особенно приятно, будто сейчас не февраль, а май месяц, да и я не преподаватель в универе, а самый обычный школьник. Тёплое чувство. Улыбнулся и быстрыми шагами направился к остановке. Маршрутка пришла буквально сразу, практически пустая. Я расплатился и сел у окна, доставая с кармана наушники. Включил себе родной плейлист, собранный из отечественного рока, и уставился в виды за окном. Небо очистилось, засияло солнце.

– Так давно я этого не видел… Как же это красиво, – Произнёс я в своих мыслях, – И вправду, обычно ведь уже по темноте возвращаюсь, да и солнце в феврале – редкость.

Впервые за долгое время на моём лице сияла искренняя улыбка. Я даже времени не замечал, просто ехал прокручивая в голове варианты того, чем займусь во время так называемого отпуска. В наушниках играла бодрая музыка, что в течении нескольких последних месяцев для меня была несвойственна.

Спустя минут тридцать, маршрутка завернула на мою улицу. Завидев это, я поднялся с кресла и быстрыми шагами направился к выходу. Нажал кнопку на поручне, дабы водитель остановил вовремя. Дверь отворилась, позволив мне выйти наружу. Солнце светило, под его светом блестел снег. Время на часах показывало – десять часов, тридцать одна минута.

– Только освободился, а заняться нечем уже сейчас. Так, что ж делать то? Точно! У Андрея же выходной должен быть.

Я полез в карман, судорожно доставая телефон. Снял перчатку, чтоб хоть номер набрать спокойно. Приложил мобильный к уху. Гудок, второй, третий.

– Здорово, Андрюх! Я освободился сегодня раньше, может встретимся?

–Ну, давай, – Ответил мне заспанный голос.

– Ставь чайник давай, через десять минут буду.

– Давай-давай.

Я убрал телефон в карман куртки и направился в частный сектор. С крыш домов поднимался дым, наполняя улицу приятным, столь родным запахом. Будто идёшь не по городу, а по узким дачным улочкам. Вокруг топятся бани, а тебе всего юных четырнадцать лет, беззаботное время. В мыслях стали проноситься воспоминания с того времени. Далее я так и шел, прокручивая в голове эти воспоминания. Аж на душе хорошо стало. Тем временем впереди показался дом из красного кирпича.

– Столько связано с этим местом, просто невероятно.

Я подошёл к черной кованой двери, нажал на звонок. Буквально несколько секунд и я прошел на территорию. Заспанный Андрей стоял около входа в мятой после сна футболке, шортах и дряхлых тапочках, несмотря на температуру.

– Привет.

Вымолвил он, протирая глаза под очками и протянул мне руку.

– Здорово, – Я пожал руку в ответ и прошел в дом.

– А ты чего так рано сегодня? – Зевая, пытался сказать мой друг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.