Анастасия Булдакова
Лоскутный дом и город тысячи дверей

Иллюстрация на обложке Марии Смирновой (Demara)

Внутренние иллюстрации Алины Гагариновой

Разработка серийного дизайна Елены Дукельской

Также в оформлении макета использовались иллюстрации с Shutterstock.com

© Булдакова А., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Марине Геннадьевне Глотовой.

Я до сих пор помню то удивление и восторг, которые испытала, когда в конце своего первого в жизни читательского дневника увидела не только оценку, но и тёплый отзыв.

1
На море в свитере

– Летом самое главное – хорошенько вымокнуть под грибным дождём. – Ариса достала из комода шляпу с розовой лентой и, сдув с неё пыль, водрузила Иве на голову.

– В таком виде тучи примут меня за гриб… – Ива взглянула на себя в зеркало и поморщилась. – Шляпы у меня есть, правда по размеру они в два раза меньше этой и называются куда скромнее – панамками.

– На море все так ходят. – Ариса спрыгнула с табурета и взялась за Ивин чемодан. – Твои панамки от солнца не спасут. Кожа у тебя вон какая белая, сгорит за две минуты, а у моей шляпы поля широкие. Ты под ними как под зонтом. – Щёлк-щёлк. Ариса расстегнула замки и подняла крышку. – Так и думала! Скажи, ну зачем тебе десять свитеров? Ещё и шапку положила… А на дне что – варежки?! Ива!

Ива потупилась:

– Не знаю… Может, мне лучше остаться? До конца зимы ещё три недели – вдруг что случится?

– Я со всем справлюсь, – успокоила кузину Ариса. – Два месяца у тебя училась. Знаю, и как мороз укрепить, и как за льдом ухаживать. Богаткиных котят мы с тобой раздали, а с одной кошкой я уж как-нибудь слажу. Да и Громушка со мной остаётся. Будет помогать печь пироги и следить за камином.

– Камин – это моё дело, – выбрался из-под дивана Кусь. На голове у него была любимая шапка с помпоном, а в лапках завёрнутая в цветную бумагу коробка с атласным жёлтым бантом. – Вот! – Кусь протянул Иве коробку и с чувством выполненного долга полез на диван. – В дорогу тебе от нас с Арисой, Бертой и Громушкой. Всё ж без Арисиных вкусностей две недели тяжело придётся…

– Мне? – удивилась Ива. – А разве ты со мной не едешь? Тётушка Мотти писала, что ждёт нас обоих.

Кусь закутался в одеяло, оставив снаружи только нос, и пробубнил:

– В море вода холодная, а ещё акулы плавают. Я больше ванну люблю с вишнёвой пеной. Она сладкая и не кусается.

– Ванна? – хихикнула Ариса.

– Пена, конечно! – возмутился Кусь. – И вообще! Хватит отвлекать меня от важного дела. Представляю, какой сегодня будет ужин.

– Его надо готовить, а не представлять. – Ариса достала Куся из его лоскутного укрытия и посадила к себе на плечо. – Идём-ка делать сэндвичи Иве в дорогу. На тебе – помыть овощи.

Кусь ворчал и пытался доказать Арисе, что она моет овощи гораздо вкуснее. Ива их не слушала. Она развязала бант, аккуратно отогнула края цветной бумаги и подняла картонные створки. Внутри под слоем ароматных опилок пряталась…

– Лисья шкатулка!

Та самая Лисья шкатулка, которая разбилась, когда в дверь Лоскутного дома постучала Ариса. Та самая, в которой как по волшебству каждую пятницу появлялись сладости. Та самая… дедушкина.

– Мы склеили её суперклеем, – сказал Кусь. – Собирали как мозаику. А Берта потом на неё заклинание наложила. Из отцовской книжки. Чтоб всё как раньше работало. Нравится?

Ива нахмурилась и плотно сжала губы. Ариса даже испугалась:

– Мы только вчера закончили, поэтому не знаем, получилось или нет. Но выглядит хорошо, правда же?

Ива взяла жёлтый свитер из стопки, которую Ариса выложила из чемодана, и завернула в него подарок.

– Вечера и на юге бывают холодными. – Она положила шкатулку между летними сарафанами и закрыла крышку. Щёлк-щёлк.

– Курлым-урлым, – донеслось с кухни.

– Громушка зовёт, пора собирать корзину в дорогу, – хлопнула в ладоши Ариса. – Тебе сэндвичей с вареньем побольше положить или с тунцом?

– Спасибо, – прошептала Ива и шмыгнула носом. – Теперь я ещё больше хочу остаться…

– Потому что переживаешь, что я буду плохой проводницей зимы? – подмигнула кузине Ариса.

Ива покраснела:

– Потому что буду по вам скучать…

– Две недели пролетят – не заметишь, – подбодрил её Кусь. – К тому же ты планировала это путешествие целый месяц! Если путешествия не путешествовать, они портятся и начинают плохо пахнуть. Вот! А вы что, не знали?

– Всё будет хорошо. – Ариса обняла Иву и, взяв за руку, потянула на кухню. – Ну всё, хватит плакать. Ты даже ещё не уехала! Пойдёмте уже готовить сэндвичи, а то Громушка всё варенье съест.

Громушка чистил пёрышки на спинке кресла. За два месяца он заметно подрос. Кусь больше не мог брать птенца на руки, а когда тот всё же пикировал на чурфылька, Кусь жаловался и грозил превратиться в лепёшку. Крылья у Громушки стали глубокого синего цвета, а клюв теперь отливал серебром. Им Громушка мог с одного удара расколоть грецкий орех, чему очень радовались жильцы Лоскутного дома, зато горожане, напротив, старались держаться от птенца подальше. Кроме клюва их пугал ещё и его белый хохолок, так похожий на хохолок настоящего грома.

Увидев Иву, Громушка вспорхнул с кресла и сел ей прямо на макушку:

– Курлым-урлым, курлым-урлым!

– Я тоже буду скучать, – засмеялась Ива. – Оставляю тебя за старшего. Следи, чтобы Ариса иногда отдыхала, Кусь не съедал за один присест банку шоколадной пасты, а Богатка не точила когти о диван. Справишься?

– Курлым-урлым! – захлопал крыльями Громушка.

Сэндвичи делали всей семьёй, но Ариса решила, что этого мало. Вдобавок к ним она сварила облепиховый морс и напекла маковых булочек. Аромат какао окутал кухню. Кусь покрыл булочки шоколадной глазурью, а Громушка украсил каждую сухими ягодами малины – их вчера подарила миссис Сальто.

Иву собрали в дорогу и проводили до пристани. Там среди вмёрзших в лёд рыбацких судёнышек стоял величественный ледоход с узорчатой надписью «Лёгкость» на правом борту.

– Отличное название! – одобрила Ариса. – Правда, совсем не подходит этому гиганту.

Ледоход возвышался над остальными лодками, как куст малины над одуванчиком. Ветер обдувал заснеженные поручни, а по железному носу разбегались морозные узоры. В трюмах было темно, но матросы уже спустили трап.

– Скоро объявят посадку. – Ива достала билет и ещё раз крепко всех обняла.

Кусь зарылся в её новый крупной вязки шарф со снежинками и долго не разнимал лапок, а когда всё же сделал это, прочитал Иве целую лекцию о вреде солёной воды, жареной кукурузы и острозубых акул. В ответ Ива поцеловала Куся в розовый нос и пообещала привезти ему мешок каштанов.

Берта, миссис Сальто и Тоби тоже пришли попрощаться. Они долго наперебой рассказывали Иве всё, что знали о тёплых странах и морях, а потом капитан «Лёгкости» пригласил пассажиров на борт. Улыбки тут же исчезли, и в воздухе повисло молчание.

– Ива едет к любимой тёте, чтобы хорошо провести время, – напомнила Ариса. – Всего на две недели. Мы даже соскучиться по ней не успеем. Ну чего вы?

– Я вот уже скучаю, – надулась Берта. – Подождала бы до лета – поплыли бы вместе.

– Я пришлю вам открытки и обязательно расскажу, как у меня дела, – пообещала Ива. – Ариса, напиши мне, если что-то пойдёт не так. Я сразу же вернусь.

– Хорошо, – закивала Ариса. – Иди скорее, а то без тебя уплывут.

– Обещаешь? – настаивала Ива.

– Обещаю.

Последние пассажиры взошли по трапу на борт. Ива подхватила чемодан и побежала за ними. Ариса смотрела вслед кузине и чувствовала, как по телу растекается холодная волна сомнения: «А справлюсь ли я? А вдруг снег начнёт таять раньше времени? А вдруг лёд превратится в желе? А вдруг сосульки покраснеют?..» Она могла бы переживать и дальше, но Громушка сел ей на плечо и боднул в щёку:

– Курлым-урлым.

– Ты прав, – прошептала Ариса, махая кузине. – Я всё знаю. Я же не зря столько училась и тренировалась. Я справлюсь… Я обязательно справлюсь!

2
Уж лучше бы пожар

Ледоход с хрустом отошёл от пристани, оставив за собой широкую полосу тёмно-синей, почти чёрной воды. Фигурка Ивы на борту становилась всё меньше и меньше, а потом и вовсе исчезла. Ариса долго смотрела на горизонт. «Ивы не будет всего две недели, – повторила она про себя. – Ты даже соскучиться не успеешь». Но сердце всё-таки съёжилось. «И как я столько лет жила без Ивы и не грустила? То есть грустила, конечно, но совсем по другим поводам…» Ариса шумно выдохнула, посадила Куся в карман и вместе с притихшей компанией друзей пошла домой.

Вечер тянулся как клейстер, который недавно варила Ива, чтобы подклеить обои в гостиной. Ариса нарезала бумажные полоски для гирлянды, залила ямку во льду в коридоре, стёрла пыль с книг в дедушкином кабинете – а прошло всего каких-то три часа!

Ариса раскинула руки в стороны и повалилась на кровать. Под потолком висела объёмная бумажная снежинка. Её сделала Берта, а Ива раскрасила акварельными красками. Снежинка крутилась взад-вперёд, взад-вперёд… Ариса смотрела на этот медленный танец, и ей казалось, что воздух в Лоскутном доме загустел.

– Что у нас на ужин? – Над матрацем показалась мордочка Куся. – Сэндвичи кончились, а все маковые булочки мы сложили в корзинку Иве. Хочу пирог!

– Пирог был вчера, позавчера и на прошлой неделе. – Ариса перевернулась на живот и свесила с кровати руку.

Лёд кольнул кончики пальцев. По руке пробежала дрожь, а вместе с ней в голове точно искорка полыхнула идея:

– Пирог!!!

От неожиданности Кусь ощетинился и стал похож на большой пушистый шарик:

– Я рад, что ты хочешь порадовать меня пирогом, но зачем так кричать?!

– Кусь, я испеку самый вкусный пирог в мире! – Ариса вскочила с кровати и бросилась на кухню. – Ива такого ещё не пробовала! Представляешь, как она обрадуется, когда приедет!

– Да? – Кусь засеменил следом. – Что ж, я, так и быть, готов стать твоим дегустатором.

До поздней ночи Ариса колдовала над мисками и кастрюлями, смешивала специи, взбивала белки, несколько раз ставила тесто, экспериментировала с пропорциями… Кусь всегда находил, за что похвалить пироги. Ариса просила его быть честным, и он без зазрения совести признавался, что вот здесь корочку можно сделать и «похрустче», а вон там одного варенья в начинку мало – сливок бы сверху, да побольше. Ариса слушала чурфылька, но и своё мнение учитывала. Если пирог казался ей слишком сладким, в следующий раз она могла легко положить на три ложки сахара меньше, хоть Кусь и настаивал, что сладость – главное достоинство «самого вкусного в мире пирога».

К трём часам ночи вся кухня была заставлена противнями, а воздух в ней так разогрелся, что лёд на полу начал таять. Аромат сдобы расползся по всему дому и добрался аж до дедушкиного кабинета, где на оленьих рогах спал Громушка. В половине четвёртого Ариса достала из печи пышный золотистый пирог, украшенный по краям плетёными тестяными косичками с бантиками, а сверху лежало творожное облако. Клубничное, нежно-розовое, оно пахло так, что у давно сытого Куся всё равно потекли слюнки.

Спать Ариса легла с обнимающим чувством радости. Она записала рецепт и теперь могла две недели тренироваться, чтобы к приезду Ивы повторить этот волшебный творожный пирог, а может, сделать его ещё лучше!

Сон пришёл быстро. Стоило Арисе закрыть глаза, как под спиной появился тёплый песок. Набегающие на берег волны оставляли после себя пятнистые ракушки, и Ариса собирала их в корзинку от сэндвичей. Неподалёку на полосатом полотенце сидела Ива. На ней была широкополая шляпа с розовой лентой, а вместо сарафана – длинный вязаный свитер.

– Как там зима? – спросила Ива.

Ариса вспомнила, что должна была следить за Моствиллем. В голове замелькали оправдания. Она не знала, как попала сюда, но что ещё хуже – Ариса поняла, что обманула Иву. Ива так рассчитывала на кузину, а она бросила город, чтобы собирать ракушки! В небе громко закричали чайки. Ариса задрала голову, чтобы не расплакаться, и… проснулась.

Лоскутный дом сотрясался от звона дверного колокольчика.

– Кто это ходит в гости с утра пораньше? – проворчал Кусь и спрятал голову под подушку. Спать один он боялся, поэтому после отъезда Ивы перебрался в комнату Арисы. – В такое время только на пожар будить…

Ариса вылезла из-под тёплого одеяла и побежала открывать. Богатка уже кружила у порога. Она всегда слышала гостей первая и скребла косяки, привлекая внимание домочадцев. Ариса взяла кошку на руки и поднялась на цыпочки, чтобы заглянуть в дверной глазок.

– Только не это… Уж лучше бы пожар.

3
Незваные гости,
или Привет из Вильмоста

На крыльце стояла девочка на голову выше Арисы. Такая же светлая, курносая, синеглазая, только без очков. Она прятала руки в карманы фиолетового пуховика и от нетерпения притопывала белыми сапожками. Рядом копошилась полная невысокая женщина в бордовом пальто и не по погоде лёгкой шляпке с красным пером. Ариса затаила дыхание. За спинами незваных гостей стояли два огромных чемодана с одинаковыми фиолетовыми лентами на потёртых ручках.

– Мяу, – подала голос Богатка. Она тоже попыталась заглянуть в глазок, но Ариса шикнула:

– Тише…

Девочка в пуховике нажала на кнопку дверного звонка и, похоже не собиралась её отпускать. «Так и Громушку рассердить можно», – подумала Ариса. Она до сих пор не верила, что её любимый птах может однажды лопнуть, но рисковать не хотелось. Колокольчик не унимался.

– Слышу я, слышу… – сдалась Ариса и провернула ключ в замке.

– И года не прошло! – Девочка в пуховике кинулась обниматься.

От неё пахло ванилью и лимоном, а ещё немного розмарином. Ариса поморщилась – он всегда напоминал ей запах плесени. Объятия были долгими и крепкими. И хоть с улицы задувал морозный ветер, Ариса всё равно чувствовала, что ещё немного – и она зарумянится, как пирог в печке.

– Жарко-жарко. – Она попыталась высвободиться из объятий, но девочка намертво сцепила руки.

– Я тебя три месяца не видела, – укорила она. – Буду обнимать сколько влезет, а ты, раз уж не нарастила мышцы, терпи.

– Ириса, ты её задушишь. – Женщина в пальто занесла чемоданы в прихожую. – Здравствуй, Ариса. Приехали тебя навестить. Насилу дом нашли – такая метель!

– Здравствуй, тётя Августа, – простонала Ариса. – Почему вы не написали, что приедете? Я… Я… ведь даже ничего не приготовила.

– Врёшь. – Ириса выпустила младшую сестру из объятий и принюхалась. – Чую сладкий сдобный аромат. Пирог с творогом! Угадала?

– Остатки вчерашнего, – вздохнула Ариса. – А вы надолго? Ива уехала к тёте на море, и у меня сейчас много дел. Надо следить за зимой. Ещё и госпожа Замкус обещала наведываться, так что…

Ириса скинула пуховик на пол, выскочила из сапог и побежала на запах сдобы.

– Стой! – крикнула вдогонку Ариса. – Ты коньки не надела!

Ириса ловко проскользила по коридору и, зацепившись за косяк, свернула на кухню:

– Сначала завтрак!

– Мы на пару недель. – Тётя Августа приобняла Арису и с удивлением уставилась на пол. – У вас лёд в доме?! Ива уехала, а ты и не следишь… – Она подалась вперёд и крикнула так, что у Арисы зазвенело в ушах: – Ириса! Растапливай печь! А ты, – обратилась она к Арисе, – покажи мне, где у вас тут дрова. Будем камин разжигать. Смотри, он едва потрескивает – засорился, что ли?

– Не надо растапливать печь, не надо забивать поленьями камин, – испугалась Ариса. – Я и так вчера на кухне лёд попортила, теперь восстанавливать придётся.

– Не говори ерунды. – Тётя Августа вышла на улицу и полезла в сугробы на поиски дровяника.

– Я растопила, – выглянула из кухни Ириса. – Хорошая у вас печка. Быстро жар набирает.

– Потуши огонь! – взвыла Ариса. – А то от льда ничего не останется! – Она быстро сменила коньки на ботинки и побежала во двор за тётей.

– Не спешите, я пока приготовлю яичницу! – крикнула Ириса. – А то пирог твой слишком пресный получился.

Когда Ариса уговорила тётю Августу вернуться в дом, завтрак уже был готов: яичница, бекон, шаньги с картофелем, салат из морковки и капусты с уксусом, бутерброды с томатами и тушёным перцем. Ириса лучилась радостью и суетливо расставляла тарелки.

– Я переложила орехи в ящик с ручкой в форме луны, там посуше, – предупредила она сестру, пока та шлёпала по залитому водой полу. – А морковка теперь в ящике с ручкой-жёлудем. В нём холоднее. Говорила ведь тебе: не держи морковку в тепле – завянет.

Ариса без сил опустилась в кресло. Богатка запрыгнула ей на колени и принялась вылизывать мокрые лапы. Тётя Августа хотела нарезать остатки творожного пирога, но Ириса её остановила: «Тебе не понравится».

– Это самый вкусный пирог на свете! – возмутился Кусь. Он стоял на пороге кухни и прикидывал, на чём бы доплыть до ближайшего стула.

– Монстрикус пушистый! – ахнула Ириса и выставила вперёд сковородку. – Тётя, Ариса, выбирайтесь через форточку. Я его задержу.

– Где-то мы это уже видели, – фыркнул Кусь. – Я чурфыльк необыкновенный. Не уверен, что рад знакомству. Ариса, кто это?

– Моя старшая сестра Ириса и тётя Августа. – Ариса попыталась забрать у Ирисы сковородку, но сестра не хотела оставаться без оружия в одной комнате с монстрикусом пушистым.

– Монстрикусы прекрасно владеют гипнозом, – предостерегла Ириса. – Разве ты не читала в той книжке, которую у меня стащила?

– Я не стащила, а взяла на время, – оправдывалась Ариса.

– Уи-и-и-и! – завизжала тётя Августа.

Ариса обернулась и увидела, что тёте на макушку сел Громушка.

Тётя Августа замахала руками и полезла под стол. Тарелки и кружки заходили ходуном, шаньги повыпрыгивали на скатерть, ложки посыпались на пол. Громушка взлетел к потолку, зацепился за люстру и зашипел. Кончики его синих перьев покраснели, а в глазах вспыхнули белые искорки.

– Громушка, всё хорошо, – успокаивала птенца Ариса. – Успокойся, пожалуйста, это мои родственники. Иди сюда. Громушка, милый…

– Из-за вас он может лопнуть, – предупредил Кусь тётю Августу, но та продолжала визжать.

Громушка всё краснел и краснел. А когда синей у него осталась только голова, Ариса, запрыгнув на стол, схватила птенца и крепко прижала его к груди. Громушка шипел и извивался, но Ариса его не выпускала.

– Ариса! – Кусь зажал лапками уши.

– Всё хорошо, всё хорошо, – гладила Ариса своего помощника. – Я рядом. Я с тобой. Я тебя никому не дам в обиду. Тише, мой милый. Тише, Громушка…

Громушка потихоньку успокоился и снова стал синим от хохолка до кончиков перьев на хвосте. Тётя Августа, тоже перестав кричать, выбралась из-под стола и с презрением уставилась на чудище в руках племянницы. Ариса ничего объяснять не захотела. Вместо этого она осторожно слезла на пол и отнесла птенца в кабинет дедушки:

– Посиди тут, пока я не научу этих дам хорошим манерам, ладно?

– Курлым-урлым, – пожаловался Громушка.

– Знаю, – вздохнула Ариса. – Обещаю, что к ужину я насобираю тебе зимних сокровищ. Хорошо?

– Курлым-урлым, – прищурился Громушка. – Курлым?

– Целую корзину, – пообещала Ариса.

Громушка поднял правую лапку и нехотя отвернулся, чтобы подремать.

Ариса спустилась вниз и с облегчением увидела, что Кусю её помощь больше не нужна. Чурфыльк попробовал упавшую на пол шаньгу и с удовольствием её слопал. Этого оказалось достаточно, чтобы Ириса опустила сковородку и начала восхищаться его пушистостью.

– Такой славный монстрикус. – Она толкнула сестру в бок. – И как ты умудрилась его приручить? Шаньги-то у тебя всегда подгорают.

– А я всеядный гурман, – погладил живот Кусь. – Ем что дают. Главное, чтобы много и вкусно. Вот!

Ариса усадила гостей за стол и объяснила правила Лоскутного дома:

– Во-первых, лёд здесь – естественное состояние пола зимой, и растапливать его не надо. Во-вторых, Громушка – мой помощник. Он не кусается и не дерётся, но любит садиться на голову. К этому просто надо привыкнуть. В-третьих, Ива уехала на море, и мне две недели нужно следить за зимой. Я рада вас видеть, но, пожалуйста, не мешайте мне заниматься делами. Не хочу подвести Иву…

– Мы приехали тебя проведать. – Тётя Августа подцепила вилкой бекон со скатерти и переложила в тарелку. – Убедиться, что дом, в котором ты живёшь, и люди… – она покосилась на Куся, – то есть чудища, которые тебя окружают, достаточно хорошие.

– В этом можете не сомневаться, – почавкал Кусь, набивая рот яичницей.

– Обещаем не мешать, – заверила сестру Ириса.

Ариса вздохнула. Последний раз она видела их всего три месяца назад. Хотя по ощущениям казалось, будто с того дня, как она сбежала из дома, прошло не меньше года. Ариса сердилась из-за льда на полу, из-за слов Ирисы о самом вкусном пироге на свете, из-за того, что тётя Августа испугала Громушку… Ариса знала, что тётя любит всюду наводить свои порядки, а Ириса постоянно хочет доказать, что она лучше всех, но… Ариса смотрела на незваных гостей – и на душе у неё кружились снежинки.

«Неужели я… соскучилась? – подумала она и тут же прогнала эту мысль. – Нет. Я помню, как мне жилось в Вильмосте…» И всё же смотреть, как тётя Августа оттопыривает мизинец, когда пьёт чай, и забавно морщит нос от его терпкого аромата, было приятно.

– Доедайте и кыш из кухни. – Тётя Августа приподняла край шляпы и подмигнула Арисе. – Буду замораживать ваш чудо-пол обратно.

– Никогда не видела катков в домах, – хмыкнула Ириса.

Ариса приготовилась, что сестра начнёт смеяться. Внутри всё сжалось, кожа покрылась невидимыми колючками, спина сгорбилась. Ариса задержала дыхание – так ей всегда было легче справиться с неприятными словами, но Ириса просто… улыбнулась.

– Мне нравится, – сказала она. – Только встал с кровати – и сразу на коньки. Мечта!

Впервые Ирисе понравилось то, что любит младшая сестра.

– Я рада, что вы приехали, – на радостях призналась Ариса, правда уже через полчаса пожалела об этом…

4
Зимние сокровища

Проводнице зимы нужно было не только разбудить Озимуса и принести в город снег, но и поддерживать его несколько месяцев. Чтобы всё шло хорошо, Ива каждый день обходила Моствилль и проверяла, достаточно ли за ночь выросли сугробы, ярко ли блестит лёд на катке в центре города и красивые ли за ночь распустились узоры на окнах. Ещё Ива посыпала дорожки песком, сметала снег с лавочек и наполняла семечками птичьи кормушки. Ариса всегда помогала Иве, поэтому точно знала, что нужно делать.

– Метла, щётка, корм для птиц, кисточки для морозных узоров, белая гуашь, рулетка… – проверяла она снаряжение. – Кажется, ничего не забыла.

– Обещаю быть паинькой и слушаться. – Ириса не хотела сидеть дома и с самого утра ходила за Арисой хвостиком. – Ну, что у нас по плану?

Ариса достала из кладовки две розовые лопатки и протянула одну сестре:

– Я обещала Громушке принести зимних сокровищ. Тётя его сильно напугала.

– А что такое зимние сокровища?

Ариса повела сестру на задний двор. Снег укрыл его толстой периной, и забор выглядывал из сугробов коротким чёрным пунктиром. На соседнем участке из трубы солнечного домика миссис Сальто валил дым. Он тянулся в небо лентой и присоединялся к облакам.

– Вон то похоже на мой торт, смотри! – Ириса указала на облако в форме трёхъярусного торта с короной на верхушке. – Я готовила его на мамин день рождения, жаль, что ты не приехала. Было вкусно. От торта и крошки не осталось! А угадай, какую я сделала начинку. Подсказка – оно фиолетовое и состоит из множества шариков.

– Ежевика. – Ариса выдала сестре ведро и лопатку. – Я бы и без подсказки её назвала. Любишь ты всё фиолетовое.

Сугробы доходили до пояса, снег хрустел под ногами, а мороз кусал за щёки. Солнце поднялось высоко и светило так ярко, что ни одно облако не решалось к нему подойти. Ариса любила такую погоду. Синее небо напоминало ей реку возле родного Вильмоста, а холод, наоборот, подсказывал: это Моствилль – «мой новый дом. Здесь мне никогда не будет жарко. Здесь я очень нужна».

Ариса выбрала место под старой липой и принялась копать.

– Что мы ищем? – спросила Ириса. – Сундук с конфетами?

Ариса не ответила. Она копала усердно, а когда дошла до земли, не удержалась и вскрикнула:

– Есть!

Ариса достала из сугроба зелёный листок, со всех сторон покрытый льдом, отчего он больше походил на леденец с начинкой.

– Красиво. – Ириса доковыляла до сестры и стала рассматривать её находку. – Это и есть зимние сокровища?

– Если повезёт, можно найти крапиву или веточку рябины. Однажды Ива нашла шишку, представляешь? Громушка был так рад, что весь день её разглядывал. Еле пообедать его уговорила.

– Ух ты! – Ириса побежала к своей лопате. – Теперь я хочу найти рябину!

– Имей в виду, – предупредила Ариса, – чтобы найти зимнее сокровище, нужна интуиция. Я вот её специально развиваю. На картах. Угадываю, какая масть под рубашкой: красная или чёр…

– Ой! – вскрикнула Ириса. – Кажется, я что-то нашла…

– Не расстраивайся, если там обычная трава, – вздохнула Ариса. – Найти что-то ценное сложно, к тому же ты не тренируешься.

– Это шиповник! – Ариса вытащила из-под снега обледенелую ветку с ягодой шиповника. – Ты когда-нибудь находила такое?

– Шиповник часто попадается… – Ариса отвернулась. – Складывай в ведро и копай дальше.

Солнце плыло на запад. К полудню Ариса с удовольствием обнаружила в своём ведре три зимних сокровища – лист берёзы, веточку и травинку. «Хороший улов!» – мысленно похвалила она себя и пошла к Ирисе, чтобы позвать её на обед, а заодно и похвастаться. Ириса копала у дома. Заметив сестру, она опустила лопату и протянула ей ведро:

– Как думаешь, этого хватит? А то я уже замёрзла.

В ведре у неё лежало не меньше десятка самых удивительных зимних сокровищ. Тут был и жёлудь, и рыжий кленовый лист, и ветка рябины, и шарик репейника…

– Хватит, – буркнула Ариса и повела сестру в дом.

Она и забыла, как здорово у Ирисы получается всё, за что бы она ни взялась.

Зимние сокровища девочки отдали тёте Августе и отправили её мириться с Громушкой. Вернулась тётя Августа счастливая и окрылённая:

– Зашла я в комнату, а птах на оленьих рогах сидит и на меня смотрит. Пристально так… Наверное, думал, что я драться буду. Выложила ему, значит, ваши ледышки по ту сторону окна – так он сразу подобрел. Честное слово! А потом курлыкнул и сел на подоконник – дары разглядывать. Больше всего ему шиповник понравился: дольше всего им любовался. Попрощались уже друзьями. Я только его попросила предупреждать меня, когда на макушку сесть захочет. Вроде понял…

– Громушка умный. – Ариса водила ложкой в тарелке с вермишелевым супом.

Есть не хотелось. Ириса так легко насобирала целое ведро зимних сокровищ, хотя вчера ещё вообще не знала об их существовании. Как так?

В приоткрытую форточку задувал ветер. Вода на полу ещё не до конца замёрзла, но тётя Августа, сказала, что снова откроет окно только после обеда.

– Мы приехали всего на две недели, – объяснила она. – Не хватало ещё простыть! Да и тебе болеть нельзя. Ива же тебя за главную оставила. Проводница зимы – ответственная работа, так ведь?

Ариса кивнула и отодвинула тарелку:

– Спасибо большое, я наелась. Пойду проверять морозные узоры, да и птиц ещё надо покормить…

– Подожди, я с тобой. – Ириса быстро доела суп и с ломтём хлеба в зубах выпрыгнула из-за стола. – Я готова!

День ещё больше распогодился. На улицы Моствилля высыпали дети. Они строили снежные лабиринты, играли в «двенадцать звёзд», бегали и шумели. Сёстры обошли северную часть города и двинулись к поместью госпожи Замкус. Отношения у Ивы с главой города наладились, но напряжённость сохранилась. Ариса чувствовала это, поэтому и кормушку на дубе возле поместья всегда оставляла напоследок.

– Ногу подвинь!

– Смотри, там сучок, зацепишь.

– Ползи вперёд, ветка выдержит, а если нет – хватайся за забор.

– Давайте его в одеяло поймаем? Растянем, как в сказках пишут.

Толпа мальчишек обступила старый дуб. Тоби забрался на нижнюю ветку и пытался отвязать от неё птичью кормушку.

– Тоби, что ты делаешь? – Ариса прижала к груди сумку с кормом и побежала разбираться.

– Он сделал новую, – ответил за Тоби рыжий Стефан. В руках он держал новенький птичий домик с трубой и объёмной черепицей.

– Ух ты! – восхитились Ириса. – Неужели сам сделал?

– У отца инструменты попросил. – Тоби, закусил нижнюю губу, воюя с тугим узлом на старой кормушке. – С разметкой он мне помог, конечно, но собирал и красил я уже сам.

– Здорово получилось, – похвалила его Ириса. – Мне больше всего крыша нравится. Надо же так каждую черепичку прорисовать!

Тоби рванул верёвку – и кормушка полетела вниз. От неожиданности Ариса успела только зажмуриться и втянуть голову в плечи, но на неё ничего не рухнуло. Мальчишки снова загалдели:

– Вот это реакция!

– Ну ты даёшь… Я уж думал, пристукнет.

– Молодец, вовремя успела.

– Ой, – услышала Ариса голос Тоби. – Прости, Ариса. Спасибо, что поймала…

Ариса открыла глаза и увидела над собой дно птичьей кормушки. Ириса держала её на вытянутых руках и улыбалась.

– Я Ириса, её старшая сестра. Мы идём проверять морозные узоры. Хотите с нами?

– А чего их проверять? – спросил Пик, самый младший из мальчишек. – Вон они на стёклах, никуда не делись.

– Это потому, что мы с Ивой каждый день их проверяем, – возмутилась Ариса. – И восстанавливаем, если что-то не так.

– А что может быть не так? – хмыкнул Стефан. – Ещё и каждый день… Вам что, заняться больше нечем? Узоры же сами собой появляются. От мороза!

– У меня нет времени с вами спорить. – Ариса развернулась и пошла к пекарне мистера Фондана. Из-за больших печей узоры там чаще всего нуждались в починке.

– Ты почему грубишь? – догнала её Ириса. – Они ведь помочь могли. В Моствилле столько окон, а проверить надо каждое. Помнишь ведь, как мама говорит: «Надо налаживать связи, а не рубить сплеча».

Ариса достала из рюкзака кисточки, банку белой гуаши и бутылку с горячей водой:

– Если не понимают, как важны проводники зимы, то и помощь их мне не нужна. Ива сама справлялась, я тоже смогу.

Ариса смочила кисть в бутылке с водой и окунула кончик в банку гуаши. Рука дрожала, но Ариса не собиралась отступать. Она мазнула по стеклу и отошла на пару шагов посмотреть, что получилось. Жирная клякса сразу бросалась в глаза. У Ивы линии были тонкими, изящными, они всегда становились частью рисунка. Арисе стало стыдно. Она достала из кармана платок и, намочив его водой, попыталась стереть кляксу, но вместе с ней с окна исчезла и большая часть морозного узора.

– Давай я поправлю. – Ириса забрала у сестры кисть и за минуту восстановила морозный узор. – Не дави сильно, пусть кончик движется свободно. Тогда и линия тебя послушается. А насчёт ребят – это ты зря. Они поймут, если им объяснить.

К ужину сёстры обошли весь Моствилль. Единственным местом, куда не заглянули, было поместье госпожи Замкус. «Не стоит главе города видеть, что проводнице зимы кто-то помогает, да ещё и рисует в сто крат лучше… – подумала Ариса. – Ива ведь за меня поручилась. Вдруг госпожа Замкус решит, что я не справляюсь, и пошлёт Иве срочную телеграмму: “Возвращайся, у твоей кузины ничего не вышло”?»

После ужина Ариса улизнула из дома, чтобы рассыпать песок по тротуарам, но всего через полчаса Ириса уже весело шагала рядом. Она действительно решила стать Арисиным хвостиком и до самой ночи не оставляла младшую сестрёнку в одиночестве.

В «благодарность» Ариса застелила для Ирисы диван в гостиной. Ариса спала на нём почти месяц, поэтому прекрасно знала, как диван любит запускать в незваных гостей пружины. Тётя Августа заняла комнату Ивы. Ариса сменила на кровати бельё и предупредила тётю, чтобы та ничего не трогала:

– Завтра я напишу Иве, что ты будешь спать у неё. Уверена, она не станет возражать.

– Вы с Ивой подружились? – Тётя Августа забралась под три одеяла и похлопала по кровати ладонью, приглашая Арису сесть. – Она хорошая девочка?

– Самая лучшая на свете. – Ариса устроилась рядом и сразу вернулась в прошлое.

Она вспомнила, как летними ночами, когда на улице бушевала гроза, так же забиралась к тёте в кровать и слушала рассказы о тех, кто смешит осьминогов из долины Эмму, о лесе, который на самом деле был полярным медведем, о старике Мраке – собирателе ароматов… Образы кружились, жужжали пчелиным роем, и вместе с этим звуком отступал страх.

– Я так горжусь тобой, булочка. – Тётя Августа поцеловала племянницу в лоб и запела старую колыбельную: – На далёкой глубине, в толщах моря чёрного, под покровом тьмы живёт дух Тимеокор…

– Мне уже не три года, – тихонько пробурчала Ариса, а сама устроилась поудобнее и закрыла глаза.

Она думала о Громушке, который выбрал любимым сокровищем шиповник, а не зелёный лист. Думала об изящных морозных узорах Ирисы: она рисовала их так ловко, будто занималась этим всю жизнь… Думала о творожном пироге. Кусь говорил, что вкуснее ничего не ел! Так неужели и пирог у Ирисы получится лучше? Ну нет, вкуснее того пирога ей не испечь. Завтра! Завтра Ариса это докажет. Завтра она обойдёт сестру. А пока…

Ариса забыла, что хотела сделать. Мысли спутались, затихли, на смену им пришёл низкий бархатный голос тёти Августы. Она пела о новой хранительнице Острова всех сказок – и вот уже Ариса верхом на чайке летела её будить.

Новый день в Лоскутном доме снова начался со звонка в дверь. Ох, если бы только Ариса знала, к чему это приведёт… Тогда она бы ни за что не впустила в гостиную счастливую миссис Сальто.

5
Кондитерское золото

Миссис Сальто пургой влетела в Лоскутный дом. Шарф развязался, платок на голове сбился, а куртка в нынешние минус тридцать была застёгнута всего на три пуговицы. Миссис Сальто улыбалась от уха до уха.

– Милочка, что с вами? – вышла навстречу гостье тётя Августа. Она вытерла руки о фартук и поспешила затворить дверь, но прихожую всё равно успело засыпать снегом.

– Вам нужна помощь? – сбежала по лестнице Ириса.

Миссис Сальто кивнула, а потом помотала головой:

– Здравствуйте! Я соседка девочек. Живу в солнечном доме, жёлтом. Окно кухни на него выходит. Я… Я только… Ой, что это я? Так спешила – а зачем? – Миссис Сальто прижала ладонь ко лбу и задумалась.

В последнее время она часто забывала, куда и по каким делам шла. Ариса решила, что и в этот раз случилось то же самое. Она помогла миссис Сальто снять куртку, развязала платок и проводила на кухню. В печи скворчала яичница, на столе лежала свежая булка присыпанного мукой хлеба, и красный с белыми бабочками чайник пускал пар. Куда бы тётя Августа ни уезжала, она всюду брала его с собой.

– Заварила чай с апельсином и грушей. – Тётя Августа придвинула миссис Сальто стул. – Садитесь, милая, позавтракайте с нами. А руки-то у вас какие холодные! В такой мороз – и без варежек? В Моствилле они так же необходимы, как в Вильмосте шляпы.

– Я живу через дорогу, – напомнила миссис Сальто. – Да и спешила. Так спешила, а теперь не помню зачем… Вот ведь!

Ариса налила миссис Сальто большую кружку чая и полезла в ящик с ручкой в форме кристалла за маслом. «Хлеб с маслом к фруктовому чаю – идеально. Миссис Сальто согреется и всё вспомнит», – рассудила Ариса. Но ящик оказался пуст.

– Перед Ивиным отъездом я купила пару кусков масла, – сказала Ариса. – Ничего не понимаю…

– Я убрала его к морковке, там холоднее, – Ириса взяла на руки Богатку, и та предательски замурчала. – К тому же эта прохвостка умеет открывать нижние ящики и вытаскивать из них еду. Ты что, не замечала?

Кошка боднула Ирису в подбородок и зажмурилась от удовольствия.

– Можешь строить мне глазки, но масло тебе всё равно нельзя. – Ириса почесала кошку за ушами. – Представляете, прихожу сегодня утром воды налить, а она сидит посреди кухни и грызёт сушки. Причём в них явно переложили мака! Ариса, не покупай больше такие.

– Я их пеку, а не покупаю, – буркнула Ариса.

– Выпечка! – всплеснула руками миссис Сальто. – Ариса, я же к тебе с подарком! – Она похлопала по карманам юбки и достала из правого маленький чёрный пузырёк с пробкой. – Сестра прислала. Говорит, для кулинаров – величайшая ценность.

Ариса взяла пузырёк и внимательно его осмотрела: лёгкий, меньше ладошки, внутри булькает. Ариса откупорила пробку – и… За окном было облачно, но ей вдруг показалось, что всё осветило жаркое летнее солнце. Стены раздвинулись, лёд заблестел пуще прежнего. Ариса взглянула на сестру и поняла, что нисколечко на неё не сердится. «Ириса проделала сложный путь, чтобы добраться до Моствилля – и всё ради меня. Чего я вообще на неё взъелась? Подумаешь, рисует лучше…» Арисе захотелось обнять Ирису, но стоило Ирисе закрыть пузырёк – чувство ушло.

– Весь запах выпустишь. – Она забрала у Арисы подарок, посмотрела на просвет. – Ванильный экстракт. Его действительно сложно достать. Мы с тётей только в книжках про него читали.

– Кондитерское золото, – подтвердила тётя Августа. – Так его называют. Вы правда хотите подарить это моей племяннице? Это же целое состояние!

Миссис Сальто в три глотка осушила чашку:

– Ариса у нас лучший кондитер в Моствилле. Даже мистер Фондан признаёт, что её маковые булочки – это нечто. Вот я и хочу попробовать пирог с этим… как его… золотом. – Миссис Сальто повернулась к Арисе и сложила ладони лодочкой. – Ну что, порадуешь старушку?

– Ух ты! – просияла Ириса. – А можно и мне что-нибудь приготовить? Ванильный экстракт – настоящая редкость. Мне всегда хотелось сделать с ним творожник.

– Один пирог – хорошо, а два – лучше, – на пороге появился Кусь. Разговоры о еде в сочетании с ароматом чая и яичницы приманили его аж с третьего этажа.

«Сейчас и узнаем, кто лучше печёт, – подумала Ариса, доставая из ящиков посуду. – Пирог у меня, видите ли, пресный, шаньги всегда подгорают, в сушках мака много… Посмотрим, что ты скажешь, когда миссис Сальто выберет мой творожник…» Ариса промыла горсть изюма и выложила его сушиться на свежее полотенце. Взяла две миски для теста и разбила в них три яйца: в одну желтки, в другую белки. Всё как учила тётя Августа: «Тесто поднимется, расцветёт». Арисе нравилось представлять тесто живым и растить его как цветок.

К желткам Ариса добавила творог, пару капель ванильного экстракта и, чтобы придать творожнику южную нотку, натёрла немного апельсиновой цедры. Миссис Сальто и тётя Августа ушли в гостиную, чтобы не мешать девочкам, а Кусь забрался на самый верх шкафа – следить, как идут дела. Под голову вместо подушки он подложил шапку и каждые десять минут напоминал, что со вчерашнего дня он ничего не ел.

Ириса подкармливала Куся нарезанной морковкой. Творожник она решила испечь открытый – такой же, как недавний «самый вкусный пирог на свете» Арисы. Раскатав тесто, она выложила сверху творог и закрыла его тонким кружевом тестяных косичек. Ванильный экстракт она пока не использовала. Это удивило Арису, но напоминать сестре о главном ингредиенте она не собиралась.

Ариса взбила белки с сахаром и смешала их с тестом. Форму взяла круглую, чтобы пирог получился похожим на Луну. Миссис Сальто не так давно начала читать стихи вслух, и в них упоминались небесные светила. Пирог пах ванилью, творогом и апельсином. От этих ароматов кружилась голова, а в груди зарождалось прыткое чувство дикого счастья. Хотелось нарезать круги по гостиной, делать пируэты и драться подушками. Ариса поставила пирог в печь и не удержалась – проехалась змейкой до окна. На льду остались две волнистые линии.

Ириса тоже отправила пирог выпекаться и, оттолкнувшись, сделала красивое вращение. Ариса вспомнила, как две недели училась кружиться, и с завистью посмотрела на коленки сестры: два дня на коньках – и ни одного синяка!

– Никогда не каталась, но, похоже, это у меня в крови, – похвастались Ириса. – Сыграем в догонялки, пока пироги пекутся?

Ариса гонялась за сестрой по всему дому, но поймала её только тогда, когда прозвенел будильник: пора доставать противни.

– Не расстраивайся, – утешила её Ириса. – Ты тут живёшь и можешь практиковаться хоть каждый день.

Тётя Августа вскипятила воду и разлила по кружкам чай. Ариса достала из печи пирог. Он подрумянился, поднялся и так вкусно пах, что Кусь в одну секунду слетел со шкафа и заголосил:

– Мне первому! Я больше всех ждал.

– Дамам надо уступать, – решила поучить его манерам тётя Августа. – К тому же пир у нас благодаря миссис Сальто. Это она принесла ванильный экстракт.

– Кстати, о нём. – Ириса тоже достала пирог, но не спешила нести его к столу. – Ариса, ты пока порежь свой, я ещё не закончила.

Ариса вынула пирог из формы. Облачко пара окутало его и быстро растаяло в прохладном воздухе Лоскутного дома. На белом блюде пирог больше напоминал яркое горячее солнце. Миссис Сальто и тётя Августа наперебой восхищались им, а когда Ариса положила на тарелку первый кусок, все ахнули.

– Нежнее вишнёвой пены, – Кусь ткнул коготком в воздушную мякоть пирога. – Ариса, ты чудительница!

– Кто-кто? – рассмеялась Ариса.

– Чудотворительница, – поправился Кусь. – Ну давай уже режь дальше. Хочу самый большой кусок!

Творожник вышел на славу, а потому исчезал на глазах.

– Как будто у меня день рождения! – Миссис Сальто потянулась за добавкой, но тут Ириса вынесла свой пирог.

– В кондитерском деле важнее всего время и пропорции, – сказала она.

Пирог Ирисы был белым, с холмами и кратерами, как самая настоящая Луна. Богатка, учуяв взбитые сливки, покрывающие творожную начинку, замяукала, требуя кусочек. Кусь перестал жевать, тётя Августа замерла, а миссис Сальто подалась вперёд и прошептала:

– Так вот оно какое… кондитерское золото.

Запах стоял такой насыщенный, будто за спиной Ириса прятала открытый пузырёк экстракта, нарезанные яблоки и миску свежемолотой корицы. Ириса торжественно водрузила пирог на стол и, подмигнув Арисе, спросила:

– Ну что? Сравним, чей вкуснее?

6
Пернатикус вещий

После ужина Ариса поднялась в свою комнату и достала из-под матраца кулинарный блокнот:

– Если бы я только знала…

Она раскрыла блокнот на чистой странице и написала большими буквами: «ПРИ НАГРЕВАНИИ ВАНИЛЬНЫЙ ЭКСТРАКТ ТЕРЯЕТ АРОМАТ!!!»

Громушка сидел в изголовье кровати и смотрел в окно. А когда Ариса спросила, что лучше добавить в «самый вкусный пирог на свете» – побольше сахара или побольше варенья, Громушка беззвучно раскрыл клюв.

– Хочешь пить? – заволновалась Ариса. – Или что-то болит?

Громушка расправил крылья, вытянул правую лапку назад и затрясся всем телом. Ариса отбросила блокнот и протянула руки к Громушке. Она гладила его по спине, просила сказать, что случилось, но Громушка не реагировал. Раньше он краснел, когда боялся, мог шипеть, если ему что-то не нравилось, но такое с ним было впервые. Ариса выбежала в коридор, чтобы позвать на помощь:

– Тётя Августа, Ириса! Скорее! Громушке плохо!

Ириса примчалась первой. Едва взглянув на Громушку, она сразу потребовала у Арисы книгу о монстрах.

– Да отдам я тебе эту книгу, – разозлилась Ариса. – Сейчас надо Громушке помочь! Я не знаю, что с ним. Раньше никогда такого не было…

– В книге об этом что-то было, – объяснила Ириса. – Где она?

Книга лежала под стопкой носовых платков в первом ящике тумбочки. Серебряное название на обложке стёрлось от частого чтения, некоторые страницы помялись. Арисе стало стыдно перед сестрой, но Ириса, не дожидаясь извинений, выхватила книгу и принялась листать.

– Верблюзавры дикоросликовые… Сапфиритовый мышехвостик… Котрикс полосатый… Всё не то! Где же я об этом читала? – Пальцы Ирисы быстро бегали по страницам. – Хрюнкус карликовый… Брызголюб болотный… Нашла! – От радости Ириса чуть не выронила книгу. – Пернатикус вещий – монстр, похожий на птицу. Живёт преимущественно в лесистой местности северных широт, маскируется под облака и может предсказывать будущее от пяти минут до целого дня вперёд.

– Громушка не пернатикус. – Ариса так надеялась, что сестра поможет, а та решила почитать про сказочных существ. – Тётя Августа, у тебя есть какое-нибудь лекарство?

– Только таблетки от головной боли. – Тётя Августа открыла окно, чтобы Громушке легче дышалось, но от этого он затрясся ещё сильнее.

– Закрой! Закрой! – закричала Ариса.

– Это похоже на трясучую лихорадку. – Тётя Августа упёрла руки в бока. – Ариса, беги на кухню за льдом, я принесу из комнаты бинты. У нас есть минут десять, пока он не пошёл фиолетовыми пятнами.

– Стойте, не надо бинтов. – Ириса встала в проходе, преградив сестре и тёте путь. – Вот! Тут написано, что когда пернатикусы видят опасность, они раскрывают клюв, вытягивают правую лапку, расправляют крылья и исполняют танец тревоги.

– Танец тревоги? – Тётя Августа взглянула на Громушку. – Хочешь сказать, он так… танцует?

– «Так пернатикусы вещие предупреждают сородичей об опасности», – прочитала вслух Ириса. – Думаю, Громушка просто чего-то боится.

– Но он не пернатикус, – ещё раз напомнила Ариса. – Он птенец северного дрозда. Может, наполовину Гром, но это не точно.

– Громушка куда-то смотрит. – Ириса подошла к подоконнику и выглянула на улицу. – Слушай, у вас всегда рос этот голубой куст?

Во дворе прямо из сугроба действительно торчал ветвистый шарообразный куст с ярко-голубыми ветками. Ариса прищурилась, чтобы рассмотреть куст, но Ириса задёрнула шторы.

– Ну и кто был прав? – спросила она. – Громушка успокоился.

Громушка опустил лапку, сложил крылья и как ни в чём не бывало принялся чистить пёрышки. Он выглядел здоровым и, похоже, совсем не понимал, почему все смотрят на него с тревогой.

– Курлым-урлым? – обратился он Арисе.

– Курлым-урлым, – выдохнула она и, придя в себя, поспешила на улицу.

Когда Ариса дошла до загадочного куста, тот уже обзавёлся синими листьями. Сначала Ариса подумала, что кто-то принёс его сюда специально – устроил розыгрыш. Не проклюнулся же куст сам – зимой, из-под снега! Но следов вокруг не было. Змейками по двору петляли лишь их собственные с Ирисой вчерашние дорожки, да сплетались в лёгкое кружево отпечатки вороньих лапок.

– Получается, что сам… – прошептала Ариса. – А листья? Откуда они взялись? Прошла ведь всего пара минут.

Ариса уставилась на куст и не моргала сколько хватило сил, но он так и не шелохнулся. Ни новых листьев, ни новой веточки. Высотой куст доходил Арисе до колен, а шириной был в две тёти Августы. Ветки его переплетались так тесно, что он напоминал перекати-поле – степное растение в виде шара. Только голубое. И с синими листьями.

– Нет, листья зимой не вырастают. – Ариса отвернулась, сделала несколько шагов к дому и снова взглянула на куст: не исчез ли?

Куст не исчез. Так и торчал посреди двора – синяя клякса на белом листе. Его внезапное появление, необычный цвет и удивительные листья встревожили юную проводницу зимы. Чтобы не рисковать зимой, Ариса решила обратиться за помощью к специалисту.

7
Не говорите папе

– Здравствуйте, миссис Моль, а Берта дома?

– У себя в комнате, сидит над математикой. – Миссис Моль вышла на крыльцо и плотнее запахнула махровый халат. – Что-то случилось? Что-то с зимой? Я знаю, что Ива уехала, и… – Миссис Моль понизила голос. – Ариса, нет ничего страшного в том, что у тебя что-то не получается. Если нужна помощь, ты всегда можешь об этом сказать. Госпожа Замкус…

– У меня всё под контролем, – перебила её Ариса. – Правда, всё хорошо. Не беспокойтесь. Я справляюсь, честное слово. – Она улыбнулась самой милой улыбкой, на какую была способна, и попросила позвать Берту. – Хочу спросить у неё, как находить дискриминант. Я тоже на математику поднажала в последнее время. Ива говорит, что для проводницы зимы это очень важный предмет.

– Конечно-конечно, – закивала миссис Моль. – Может, сама к ней поднимешься? Вместе и позанимаетесь.

Ариса увидела хвост кусачего калиткуса (на зиму его переселили в прихожую) и вежливо отказалась:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.