Леонид Ефимович Гомберг
На рубеже веков. Избранные эссе и рассказы

© Л. Е. Гомберг, 2024

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2024

Библейская история. Идеи и образы

Битва за Ханаан

I. Война в Заиорданье

Конечно, Моисей не планировал сорок лет кочевать в пустыне. Если бы такое развитие событий можно было бы представить заранее, то вряд ли Исход вообще состоялся: трудно вообразить, что кто-то из его спутников согласился провести многие годы в скитаниях и умереть, так и не увидев Обетованной Земли. В то же время невозможно допустить, что поражение от местных племен, пусть даже очень тяжелое, могло задержать израильтян на целых 38 лет. Известный востоковед, профессор Бостонского университета И. П. Липовский полагает, что все дело в резко изменившейся политической ситуации. Смута, позволившая Моисею вывести народ из Египта, сменилась сначала стабильностью, а потом и новым ростом могущества страны. Фараон Сетнахт, правда, вскоре умер, но его место занял Рамсес III, последний великий правитель Нового царства. При его вступлении на престол спокойствие в стране уже было восстановлено. Следовало еще возвратить прежнюю гегемонию Египта во внешней политике. Рамсес III подавляет восстание ливийцев на западе и вступает в столкновение с «народами моря», все расширявшими экспансию на Ближнем Востоке и уже всерьез угрожавшими Египту. Нанеся им поражение, фараон вступает в войну с кочевниками Эдома на горе Сеир в непосредственной близости о места дислокации израильских племен Моисея. Дальше войска фараона движутся на север Сирии, где разбивают амореев и хеттов при Кадеше-на-Оронте и занимают несколько крепостей. Рамсес III в значительной мере восстанавливает свое влияние в Ханаане.

Все эти события, конечно, не укрылись от внимания Моисея и его сподвижников. Очевидно, что завоевание Ханаана в период усиления мощи Египта осуществить непросто. Это понимал не только Моисей, но и простые израильтяне, в критические моменты поднимавшие свой голос и сыпавшие своему вождю обвинения в близорукости и авантюризме (Числ. 14;2–4).

Царствование Рамсеса III длилось 32 года. Потом на престол вступил его сын Рамсес IV, правивший всего шесть лет, в течение которых ничего существенного не совершил. Уже при нем начинается новая утрата египетских позиций на международной арене.

Пришедшие за ним фараоны Рамессиды от V до XII, как указывает академик Б.А. Тураев, специалист по истории Древнему Востоку, оставили после себя «лишь кое-какие документы из канцелярии». От египетской власти в Сирии и Ханаане не осталось и следа. Положение вновь изменилось. И Моисей предпринимает новую попытку вторжения, но теперь уже из Заиорданья, подальше от филистимлян и других «народов моря», проявлявших активность в прибрежных районах.

1

Пятикнижие Моисея не рассказывает обо всех сорока годах проведенных израильтянами в пустыне. Мы имеем подробное описание только двух первых и последнего, сорокового, года странствий. В 13 и 14 главах Книги Чисел описана история с «разведчиками» и первое военное поражение израильтян от амаликетян и ханаанеев – события, явно относящиеся ко второму году пути.

Судя по всему, история с разведчиками произошла в начальный период пребывания израильтян в Кадес Барни: согласно Книге Иисуса Навина (14;7,10) во время злополучной «разведки» Калеву было 40 лет, город Хеврон он получил в надел через 45 лет, когда ему было уже 85.

В 19 главе Чисел упоминается о смерти Мириам. И сразу после этого вновь бунт из-за воды против Моисея и Аарона. Традиция определенно относит эти события к сороковому году, последнему году скитаний по пустыне. В 15 главе Книги Чисел коротко описан инцидент с арестом человека, собиравший дрова в день субботний. Бедолагу привели к Моисею и Аарону «и оставили его под охраной, потому что не было еще определено, как с ним поступить» (15;34). В итоге тот человек был казнен. Причем, эта великолепная фраза лучше всяких материальных свидетельств говорит о постепенном и весьма серьезном формировании законодательного кодекса и выработке норм поведения в общине! Далее, в главах 16, 17 и 18 речь идет о бунте Кораха, претендовавшего на роль духовного лидера израильтян, и печальных последствиях этих событий. Таким образом, ни инцидент со сбором дров в Субботу, ни мятеж Кораха не имеют определенной датировки. Конечно, могут быть разные предположения, но в сущности эти два события могли произойти в любое время с третьего по тридцать девятый годы пути. При этом с горечью приходится констатировать: описание второго года кончается бунтом; потом снова бунт, неведомо когда произошедший, и наконец, последний год странствий опять начинается с бунта… Ну что тут скажешь?

И все же о «темных» 37 годах жизни израильтян в пустыне до нас дошли кое-какие отрывочные сведения. После поражения от амалекитян и ханаанеев (во Второзаконии они названы «амореями»), сопровождавшегося паническим бегством, израильтяне вновь собрались в Кадес Барни и пробыли там многие дни. Потом они фактически отправились в обратную дорогу к Чермному (Красному) морю. В Книге Чисел (гл.33) перечислены все стоянки израильтян, к сожалению, далеко не всегда однозначно идентифицированные историками. Но как можно понять, они дошли до Эцион-Гевера, важного города на берегу Акабского залива Красного моря. Потом снова направились вглубь страны и многие дни обходили гору Сеир, так и не решившись напасть на земли, принадлежавшие родственным племенам потомков Эсава. Миновав Эдом по касательной, они повернули к северу: «Отступили мы от братьев наших, сынов Эйсавовых, живущих на Сеире», иными словами, отправились на север, в противоположную сторону «от пути на Араву, от Эйлата и от Эцион-Гевера, и повернули мы и пошли по пути к пустыне Моав» (Втор.2;8). Но и тут израильтяне не стали атаковать родственные племена моавитян.

Обойдя их земли, они оказались у переправы через реку Зеред…

По другой версии израильтяне после разгрома и отступления возвращаются в Кадес Барни. Там умерла и была погребена Мириам. Там происходит новый «водный бунт». Известный российский ученый Игорь Тантлевский на основании Второзакония (2;14) утверждает, что в Кадес Барни «Израиль пробыл 38 лет». Но стих этот можно понять и иначе. Вот он: «А времени, что шли мы от Кадес Барни до переправы через реку Зеред было 38 лет, пока не перевелся весь род боеспособных мужчин из среды стана…» На самом деле, это расстояние напрямую можно пройти за несколько дней, но обходной путь продолжался в течение жизни целого поколения. Иосиф Флавий пишет, что «Моисей признал необходимым увести евреев подальше от Ханаанеи в пустыню…» Впрочем, можно предположить, что часть израильтян отступила на юг, а часть осталась в оазисе.

2

Итак, последний год пути: первый месяц сорокового года… После многолетних скитаний израильтяне снова в Кадесе. Претензии бунтовщиков, по существу, повторяют все то, что мы уже не раз слышали за 39 лет проведенных народом в пустыне. Особенно нелепо в устах этих людей звучит вопрос: «И для чего вы (Моисей и Аарон) вывели нас из Египта?» Ведь это уже другое поколение израильтян, знавшее о Египте только понаслышке от своих умерших родителей. Но они также слышали о «земле, текущей молоком и медом», а увидели… «дурное место, лишенное посева и смоковниц, и винограда, и гранатовых яблок, и воды для питья» (Числ.20;5).

Здесь происходит досадный, а для Моисея и Аарона – драматический инцидент с тяжелыми последствиями. Пророк получает приказание от Господа взять посох, созвать общину и сказать скале пред глазами их, чтобы она дала из себя воду. Он берет посох, созывает общество… Но далее: «И поднял Моисей руку свою, и ударил по скале посохом своим дважды, и потекло много воды, и пила община и скот их» (Числ. 20; 11). И что же? В чем разница? От Моисея и Аарона требовалось организовать Чудо, доступное только Господу. А Моисей добыл воду так, как он к этому привык, как он умел, как делал прежде – с помощью удара посохом по скале. Это был недопустимый промах, за который и он, и Аарон были подвергнуты суровому наказанию: теперь не им суждено ввести народ в Землю Обетованную.

Высшая воля не замедлила вскоре осуществиться. По дороге в Эдом у горы Ор (традиция идентифицирует ее с Джебель неби Харун на территории современной Иордании) умирает престарелый Аарон. Это произошло в пятый месяц сорокового года пути. «И оплакивал Аарона тридцать дней весь дом Израиля» (Числ.20;29). Функция первосвященника по наследству переходит к его сыну Элазару.

В первом боестолкновении с местным населением участвовали ханаанеи из Арада, очевидно, те же племена, которых 38 лет назад пытались атаковать израильтяне, но потерпели сокрушительное поражение. Теперь ситуация изменилась. Ханаанеи сами напали на израильтян, когда те двигались по направлению к границе Эдома, и получили достойный отпор и даже потеряли города.

Еще раньше, из Кадеса, Моисей отправил к царю Эдома послов с просьбой разрешить пройти через территорию страны. Подчеркивая родство племен, он предпослал письмо словами: «так сказал брат твой Израиль». При этом вождь заверял, что израильтяне не пойдут «по полям и виноградникам» и даже «не будут пить воду из колодцев». Моисей собирался идти известной еще со времен Авраама царской дорогой, не сворачивая ни вправо, ни влево. В случае же чрезвычайной необходимости использовать питьевую воду, Моисей пообещал оплатить все издержки. Эдомитяне категорически отказали и даже пригрозили войной. Поскольку военные действия против Эдома не входили в планы Моисея, израильтяне предпочли обойти «родственников» стороной. Для этого им пришлось от горы Ор уйти к югу по пути на Чермное море, чтобы обойти Эдом (Числ.21;4).

Вынужденный маневр заставил израильтян отклониться к пустынным районам Негева, лишенных питьевой воды. Народ снова возроптал, как сказано, на Бога и Моисея, что повлекло немедленную реакцию: «И послал Господь на народ змеев сарафов, и жалили они народ, и умерло много из Израильтян» (Числ.21; 6). Все это повторялось уже много раз: испугавшись неизбежной кары, народ раскаялся, воззвал к Моисею, Моисей помолился Господу за народ, казалось, инцидент был улажен.

Однако последствия оказались непредвиденными. Вроде бы Господь смиловался, простил израильтян, но змеи продолжали кусать людей. И тогда Моисей по указанию Господа сделал змея из меди и водрузил его на шест, видимо, для того, что бы тот был виден издалека. И вот, «если змей жалил человека, то, взглянув на медного змея, тот оставался жив» (Числ.21;9).

(Но что это за медный змей! Зачем он? Неужели Господь просто не мог избавить людей от зловредной напасти, не прибегая к сомнительным опытам пластического творчества? И почему вообще пришлось применять такой странный способ избавления от бедствия? Снова мы видим, что некогда запущенная программа не подлежит мгновенной остановке. Требуются какие-то дополнительные меры, может быть, в форме обыкновенного колдовства. Представьте себе телевизор старой марки. Не имея возможности «цивилизованно» ликвидировать сбой картинки, вы просто ударяете рукой по верхней поверхности ящика, и изображение налаживается.)

А вообще медный змей Моисея – вещь вполне реальная. Еще в конце прошлого века ученые предположили, что «змей» был заимствован у мадианитян, с которыми израильтяне имели самые тесные отношения, особенно, на первом этапе Исхода. Подтверждением этой версии стала находка израильского археолога Бенно Ротенберга в Тимне неподалеку от остатков древнего медного рудника. Это был идол в виде медного змея длинной в пять дюймов, частично украшенный позолотой. Неподалеку было обнаружено древнее святилище, напоминавшее библейскую Скинию. Ротенберг обнаружил отверстия для шестов, на которые натягивался навес и даже остатки ткани. К слову, после этого открытия скептики, полагавшие, что Скиния, подробно описанная в Пятикнижии – лишь выдумка, слегка приутихли.

Итак, двинувшись от горы Ор, израильтяне вынуждены были обойти землю Эдома, свернув к Чермному морю, т. е. на юг… И в Числах, и во Второзаконии обозначена стоянка в Аварим, поблизости от долины Зеред на границе с Моавом. Далее они обошли Моав (Числа, Второзаконие) и вышли к его северным рубежам, реке Арнон, бывшей в ту пору границей между моавитянами и племенами заиорданских амореев. С этого времени начинаются территориальные завоевания израильтян.

Впрочем, Моисей по-прежнему не желает обострений. Он посылает послов к аморейскому царю Сихону и просит дать возможность спокойно пройти по его земле, причем обязуется не заходить в поля и виноградники и не пить воду из колодцев. Сихон отказывает и собирает войска против израильтян. Судя по всему, речь идет о небольшом аморейском государстве с центром в городе Хешбон. Насколько можно судить из текста Чисел, прежде Сихону удалось отвоевать северную часть территории Моава и занять исконные моавитские земли от реки до моавитских степей, примыкавших к северному берегу Мертвого моря.

Далее сказано: «И поселился Израиль в земле Эморейской» (Числ.21;31) Это очень важное замечание: у израильтян впервые появился кусок земли, который они могли использовать как плацдарм для дальнейших боевых действий. А потом: «И повернули они, и поднялись путем Башанским» (Числ.21;33) «Поднялись» – значит, продолжили движение на север. Но ведь, как известно, к северу от моавитян жили аммонитяне, также родственники израильтян – потомки Лота. Поэтому израильтяне повернули, т. е. обогнули Аммон. Теперь уже они никого ни о чем не просили, а просто вторглись в Башан и разбили башанского царя Ога в битве при Эрдеи, – как сказано, «овладели землею его» (Числ.21;35).

Некоторые подробности о войне в Заиорданье сообщает Иосиф Флавий… Сихон, увидев наступающих израильтян, растерялся, да и войско его, казавшееся непобедимым, было объято паникой. Не дожидаясь сражения, амореи обратились в бегство, больше не веря в свои силы и ища спасения. Они рассчитывали укрыться за надежными укреплениями своих городов, но тщетно. Поняв, что враги отступают, израильтяне пустились в погоню и расстроили их боевые порядки. Паника еще усилилась. В то время как амореи в ужасе бежали в свои города, израильтяне не прекращали преследования. Они отлично владели пращами и другим метательным оружием. Легкое вооружение облегчало им преследование. Они либо настигали врагов, либо били их из пращей и добивали копьями. Дело было летом, в жару, – амореев стала одолевать жажда. Желание напиться привело их к реке. Израильтяне окружили их и поразили дротиками и стрелами из луков. В этом бою погиб и царь Сихон. Войска Моисея захватили много оружия и других трофеев. Поскольку поля были полны хлебом, им удалось существенно пополнить свои запасы провианта. Израильтяне беспрепятственно шли по стране, занимая города и захватывая добычу, поскольку вооруженные силы противника были практически уничтожены.

Царь Башана и Гилада Ог поспешно двинул свои войска на помощь Сихону. И хотя до него дошли сведения, что тот пал в битве, Ог все же решил вступить в бой с израильтянами. Царь отличался исполинским ростом и беспримерной храбростью. Однако он был убит, и все войско его разгромлено. Моисей переправился через реку Иавок и пошел по стране Ога, разрушая города и уничтожая живую силу противника. Израильтяне заняли шестьдесят хорошо укрепленных городов и захватили богатую добычу.

Далее они повернули к югу и остановились в моавитских степях на своей территории, отвоеванной у амореев. К западу, за Иорданом, стоял Иерихон.

Скорее всего, уже после победы над Сихоном значительная часть израильтян и огромный обоз оставались в «моавитских степях» в базовом лагере. И только военный отряд вышел на войну с Башаном.

3

В результате первых месяцев завоеваний израильтяне получили значительные земли в Заиорднье – севернее реки Арнон и до самой горы Хермон (Втор.3;8). Конечно, новые политические реалии в регионе не радовали племена, которые жили на этой территории до прихода израильтян. Первым предпринял ответные шаги царь Моава Балак, вероятно, испугавшийся, что вскоре его может постичь судьба Сихона и Ога. Он вступил в сговор с давними союзниками израильтян мадианитянами, теперь, вероятно, утратившими былое влияние на израильскую элиту и обеспокоенными нынешним развитием событий. Вместе они снаряжают посольство к известному в тамошних местах колдуну Валааму и просят его воздействовать на израильтян с помощью колдовства. Послы передают ему слова Балака, который прямо говорит: «…может быть смогу сразиться с ним и выгнать его (Израиль)» (Числ.25;11). Однако затея моавитян полностью провалилась: вместо проклятий Валаам изрекает благословения. Между прочим, именно в этом эпизоде колдун озвучивает известную характеристику евреев, в значительной мере распространенную и сегодня: «…вот народ отдельно живет и между народами не числится» (Числ.23; 9). Этим словам Пятикнижия часто придают серьезный общефилософский смысл. Между тем, они вполне соответствуют реальной политической ситуации в Ханаане в те дни. Израиль уже имеет свою территорию, но еще не оформил своей государственности среди других народов и племен Ханаана, что зафиксировано в надписи на так называемой израильской стеле Мернептаха после похода фараона в регион.

В 1967 году в Заиорданье в полутора километрах к северу от реки Иавок были обнаружены фрагменты надписи, сделанные на стенах старинного языческого храма или жертвенника. Несмотря на то, что ученым удалось восстановить лишь небольшую часть текста памятника, все же можно понять, что это фрагменты значительной по объему «Книги Валаама, сына Веорова, провидца богов», воспроизведенной на древнеарамейском языке в VIII веке до н. э. с гораздо более древнего оригинала. Вероятно, эта книга являлась священным писанием местного языческого населения, где излагались деяния богов, а также некоторые нравоучительные изречения. Таким образом, имя пророка Валаама было известно здесь с давних времен.

Впервые израильтяне начали жить среди других народов Ханаана. И это повлекло новые инциденты.

Существует мнение, что мадианитяне в XIII–XII веках до н. э., особенно, в периоды ослабления египетского влияния в Ханаане, осуществляли контроль над народами, занимающими ключевые караванные пути в регионе, с помощью своих представителей, проживающих в их среде. В Числах в этой связи упоминаются некие «старейшины мадиамские», живущие в Моаве. Вероятно, поэтому много лет назад Моисей уговаривал своего родственника Ховава, сына мадианского жреца сопровождать израильтян в пути. Дружеские отношения израильтян с мадианитянами существенно испортились после того, как «старейшины» попустили, а может, и спровоцировали евреев на идолопоклонство и блуд уже в период их проживания в «моавских степях».

Дело в том, что соблазнительные, но злокозненные моавитянки, с которыми блудодействовали израильские мужчины, стали приглашать последних к жертвам божеств своих, а те, как нетрудно догадаться, пошли у них на поводу. Моисей вынужден был принять жестокое решение повесить начальников народа, виновных в преступном попустительстве, а может, и соучастии. Он приказал судьям беспощадно расправиться с виновными.

Но тут глава колена Шимона Зимри, понимая безнадежность своего положения, подвел к братьям своим мадианитянку Козби, ни какую-то там безвестную женщину, а дочь одного глав родов в Мадиане. Желая разжалобить вождей, они плакали у входа шатра соборного на глазах у Моисея и других израильтян. В это время сын первосвященника Элазара и внук Аарона Пинхас, по-видимому, поняв, что престарелый Моисей может, как говориться, дать слабину и помиловать преступников, взял копье и пронзил вероотступника и его соблазнительницу. Очевидно, молодые аарониды, зная о родственных связях с Моисея с мадианитянами, предпочли действовать быстро и жестко, чтобы предотвратить проникновение заразы в среду израильтян. Сказано, что «было умерших от мора двадцать четыре тысячи». Не исключено, что речь идет о карательной акции. С тех пор мадианитяне были объявлены врагами, замышлявшими козни против своих бывших союзников.

Вскоре Моисей организовал военный поход против мадианитян. Было собрано войско численностью 12 тысяч человек, по тысяче от колена, под командованием Пинхаса, человека, судя по всему бескомпромиссного и безжалостного к врагам. В результате мадианитяне были разгромлены, убито пять царей мадианских, города, поселения и воинские станы сожжены, пленные и военные трофеи доставлены в лагерь израильтян.

Интересно, что добычу разделил пополам между войнами, ходившими на войну и всей общиной, причем часть доли воинов была принесена в жертву Господу, а часть доли община (1/50) досталась левитам.

Перед походом в Ханаан и переходом через Иордан Моисей и Элазар провели еще одну перепись израильтян от двадцатилетнего возраста, поступающих в войско. Необходимость проведения этой акции обусловлена тем, что завоеванные территории должны быть разделены по числу имен: чем больше колено, тем обширнее надел, который оно должно получить. Колено Левия было пересчитано отдельно, поскольку из-за своей малочисленности вряд ли могло претендовать на собственный надел, что, впрочем, не умоляло их прерогатив. Перепись показала, что ни одного человека из исчисленных в Синайской пустыне, кроме Моисея, Калева и Иисуса Навина, среди израильтян больше не оставалось.

В преддверии похода на Ханаан израильтяне из колен Рувима и Гада, а также полуколена Манасии попросили у Моисея предоставить им земли в Заиорданье. Сперва вождь осерчал, даже вспомнил «предательство» разведчиков, но, получив заверения в непременном участие воинов этих колен в предстоящем походе, согласился.

Впрочем, граница Земли Израиля, зафиксированная в Книге Чисел (гл.34), начиналась от пустыни Син на юго-востоке, шла на рубеже с Эдомом до восточного берега Мертвого моря, проходила на юго-западе от Кадес Барни к потоку Мицраим (вади Аль-Ариша), на западе шла по берегу Великого (Средиземного) моря, на севере доходила до Хамата и реки Оронт (около 200 км южнее Багдада), далее сворачивала к югу, шла к восточному берегу озера Кинерет и по Иордану до Мертвого моря. Интересно, что при этом Заиорданье оказывалось вне границ Земли Обетованной, но, несмотря на это, израильтяне завоевали и заселили восточные земли. Политическая целесообразность оказывается существеннее предварительных планов, даже если они продиктованы Свыше.

Моисею осталось довершить немногое: он официально назначает священника Элазара, сына Аарона, и Иисуса Навина руководителями похода на Ханаан, а также определяет начальников колен Израиля, претендовавших на свою долю земли в Ханаане, причем первым, конечно, назван Калев сын Иефонии из колена Иеуды (Числ.34;16–29).

Не забыл Моисей и о левитах, которым определено местожительство в городах и угодья за пределами города. Названы также города-убежища, где могут укрыться от возмездия люди, совершившие неумышленное убийство.

Наконец все приготовления были завершены.

* * *

На сороковом году странствий, в первый день одиннадцатого месяца, Моисей обратился с последним напутственным словом к Израилю.

Обращение Моисея к народу – текст весьма значительный как по объему, так и по смыслу. Теперь он говорит от первого лица. Пророк вспоминает события прошедших сорока лет в пустыне, иногда перетолковывая их смысл в соответствии с нынешним историческим моментом. Он напоминает израильтянам о заповедях, которые они получили на горе Синай, и важнейших установлениях, о которых речь шла в предыдущих книгах Пятикнижия. Впрочем, о некоторых вещах, может быть, особенно важных для него, Моисей говорит впервые. Он рассказывает и том, что Израилю еще предстоит совершить после переправы через реку Иордан, в том числе и частных законодательных установлениях, порой кажущихся малозначительными деталями, но по существу, если вдуматься, очень важных и сохранивших свое значение на долгие века.

Слово пророка заканчивается благословением колен Израиля.

Далее Моисей восходит на гору Нево, еще раз осматривает территорию Ханаана, которую предстоит завоевать, и уходит в вечность.

«Когда он отправился туда, где ему было положено умереть, – писал Иосиф Флавий, – то вся толпа народная с плачем последовала за ним. Тогда Моисей знаком руки остановил стоявших подальше, прося их не следовать за ним, а тех, кто стояли ближе к нему, уговаривал не увеличивать своим присутствием тягости разлуки. Не смея перечить ему в этом его желании один на один встретить смерть, они со слезами на глазах остановились и не последовали за ним дальше. Лишь старейшины, первосвященник Элазар и военачальник Иисус (Навин – Л.Г.) еще сопровождали его. Когда же Моисей достиг вершины горы Аварим (Нево), то отпустил и старейшин. Затем он обнял Элазара и Иисуса и пока еще говорил с ними, его вдруг окружила туча, и он скрылся в каком-то ущелье. Впрочем, в священных книгах он сам упомянул о своей смерти из опасения, как бы люди не вздумали утверждать, будто бы он вследствие особенной к нему любви со стороны Господа Бога, был взят прямо на небо», – добавим, как это в давние времена случилось с допотопным патриархом Енохом, а впоследствии, несколько веков спустя, – с пророком Илией.

II. Завоевание Обетованной земли

1 

Завоеванию Ханаана израильтянами посвящена Книга Иисуса Навина (Иеошуа бин Нуна в еврейской традиции), шестая книга Библии, хронологически следующая за Пятикнижием Моисея. Ее открывает рассказ о разведчиках, посланных в город Иерихон, чтобы на месте разузнать обстановку в регионе. Перед нами настоящие профессионалы, а не «уважаемые люди», сорок лет назад полностью провалившие свою миссию. Теперь от них требуются не общие слова поддержки замыслов вождя, а конкретная информация, в том числе, и оперативная.

Разведчики вышли из базового лагеря израильских войск в Ситиме за Иорданом, дошли до города и остановились в доме блудницы Рахав. Это был точный выбор. Наверняка здесь толпилось много народу, а в толпе легче затеряться среди пришлых людей. Без сомнения, в доме велись разные разговоры, – подслушивая и участвуя в них нетрудно раздобыть необходимые сведения. Но самое главное, жилище Рахав находилось в городской стене, а значит, из ее окна можно было сразу выбраться за пределы города, миную охрану.

Несмотря на все предосторожности, властям все же стало известно, что в городе появились вражеские «соглядатаи»: в ожидании наступления израильтян горожане были настороже. Стражники явились в дом Рахав, но женщина направила их по ложному следу. Разведчиков же она спрятала на крыше своего жилища, а потом помогла укрыться в горах близь города. Когда через три дня стража вернулась ни с чем, израильтяне вышли из укрытия, переправились через Иордан и вскоре предстали с докладом перед Иисусом Навином. В благодарность за помощь Рахав и вся ее семья были спасены от смертельной опасности во время штурма города.

На следующий день, рано утром войска израильтян двинулись в поход; они дошли до Иордана и разбили лагерь в непосредственной близости от реки.

Началась переправа. Впереди шли священники-левиты, за ними двинулось войско. Иисус Навин приказал вынести из Иордана двенадцать камней по числу израильских колен и водрузить их на западном берегу на месте предстоящей ночевки войска в Гилгале.

Гилгал – означает «круг камней», такое сооружение археологи называют «кромлех». В период неолита и даже раннего бронзового века кромлехи возводили во многих местах Евразии, самый известный из них – британский Стоунхендж. Назначение кромлехов не всегда ясно. В данном случае речь идет, скорее всего, о некой «храмовой территории» на месте стоянки главных сил израильтян. Считается, что Гилгал находился неподалеку от Иордана, на расстоянии четырех-пяти километров к востоку от Иерихона.

Иерихон – первый город на пути израильтян.

В Библии Иисус Навин предстает как выдающийся полководец, который, в конце концов, приводит израильские колена к окончательной победе в Ханаане. Как нетрудно заметить, важное место в своей военной стратегии он уделял моральному состоянию воинов – подавлению воинского духа противника и подъему боевого настроя собственных солдат и командиров. В этом он был непревзойденный мастер. Вот и при осаде Иерихона он придумал мощный по силе психологического воздействия маневр. В течение шести дней отряд израильтян обходил город. Во главе процессии двигался военный авангард, за ним шли семь священников-левитов, трубящих в шофары. Эти сигнальные трубы из рога копытных животных издавали громкие и резкие звуки. Шествие замыкали священники, несущие Ковчег Завета, сияющий на солнце короб, обитый золотом. Легко догадаться о впечатлении, которое эта необычная процессия производила на осажденных жителей города.

На седьмой день отряд вышел с утра пораньше и обошел семь раз вокруг стен. При этом войско, окружившее город, пребывало в полной тишине. И вдруг последовала команда Иисуса Навина: «Кричите, ибо Господь предал вам город!» Священники затрубили в роги, а войско заорало в сорок тысяч глоток.

Далее сказано: «…И распались стены на месте своем, и вступил народ в город» (Нав.6:20).

О том, что же произошло в Иерихоне библеисты и историки спорят давно и ожесточенно. Кое-кто говорит, что внезапно произошло землетрясение, и стены обрушились. Версия о природной катастрофе высказывали многие, ее ярым поборником был известный американский писатель и психоаналитик Иммануил Великовский. В самом деле, в книге Иисуса Навина речь идет о целой чреде аномальных природных явлений. Но если согласиться с этой версией, придется признать, что землетрясение случилось очень вовремя.

Немецкий исследователь Вернер Келлер писал, что в течение бронзового века стены Иерихона из-за землетрясений, войн, эрозии отстраивались заново не менее семнадцати раз. Не исключено, что уязвимость иерихонских стен стала в те времена притчей во языцех и нашла отражение в библейском рассказе о том, как израильтяне с помощью только лишь боевого клича захватили город.

Предполагали также, что пока осажденные в ужасе наблюдали за происходящим в течение семи дней действом, солдаты Иисуса Навина устроили сразу несколько подкопов под городские стены. В решающий момент, они проникли в город, частично разрушив укрепления.

Но не исключено, что, поддавшись психической атаке, завороженные многодневным необычным зрелищем, завершившимся громоподобным трублением и криком, люди сами в панике открыли ворота города – и распались стены на месте своем – в прямом и переносном смысле.

Следующим на пути израильтян был город Ай. Он находился в пяти километрах к западу от Иерихона и имел двенадцать тысяч жителей. Неподалеку от него, еще западнее, примерно в часе ходьбы, располагался Вефиль. Оба города известны еще со времен Авраама. Но на этот раз разведчики израильтян явно переоценили свои возможности, сообщив Иисусу Навину, что для захвата города достаточно всего двух-трех тысяч воинов. Горожане оказали нападавшим ожесточенное сопротивление, израильтяне отступили и обратились в бегство, несколько десятков воинов погибли… «Растаяло сердце народа и стало водою» (Нав.7;5), – так сказано об этом в Библии.

Но дело было не в самом поражении: Иисус Навин испугался, что ханаанеи узнают о разгроме, и в результате будет развеян миф о непобедимости израильтян на поле брани! А это никуда не годилось. Полководец детально разработал новый план захвата города. Теперь к боевым действиям он привлек тридцать тысяч воинов. К западу от Айя, между Вефилем и Айем, он поставил в засаду отряд из пяти тысяч солдат, а сам остался с основными силами. Рано утром полководец выступил во главе войска, подошел к городу и встал на равнине к северу от него. Утром царь во главе ополчения горожан вышел навстречу израильтянам, но те неожиданно отступили, заманивая в ловушку солдат противника. Те поддались на уловку и начали преследование. К ним присоединились ополченцы из Вефиля, находившиеся с Айем в союзнических отношениях. Увлеченные погоней за неприятелем они фактически оставили оба города лишенными защиты. И тут Иисус Навин подал условный сигнал, подняв свое копье и указывая им в сторону Айя. В засаде, с горы, войны увидели сигнал командира, пошли в атаку, заняли незащищенный город и подожгли его. Горожане, увидев поднимавшийся к небу столб дыма, поняли, что их перехитрили и в панике остановились. Иисус Навин развернул свое отступающее войско и напал на преследователей. В это время израильтяне, занявший Ай, вышли на равнину и в свою очередь атаковали ополчение, оказавшееся зажатым между двумя израильскими отрядами. Бойцы Айя были разбиты и уничтожены, царь взят в плен и казнен, город сожжен и разрушен.

Захватив несколько городов на востоке Ханаана, Иисус Навин принял решение соорудить жертвенник, принести жертвы Господу и провести массовую церемонию «основания», как и завещал Моисей (Втор.8;33). Израильтяне встали по обе стороны Ковчега Завета – половина против горы Гризим, другая против горы Гевал. Иисус Навин благословил народ Израиля, а затем вслух прочитал Моисеево Пятикнижие. Особо подчеркнуто: в церемонии участвовали все – женщины, дети, а также пришельцы, то есть люди, в разное время присоединившиеся к Израилю. Это впечатляющее зрелище очень походило на устрашающую акцию, призванную окончательно сломить боевой дух противника.

Кажется, это возымело действие. Перепуганные жители города Гаваона пришли к Иисусу Навину в Гилгал, притворившись обитателями весьма дальней страны, пожелавшими заключить союз с израильтянами. «Мы рабы ваши», – сказали они, и это не было простой данью вежливости; они, в самом деле, претендовали только на роль младших партнеров сильных израильских колен. Гаваон располагался километрах в двадцати пяти от Иерихона и восьми от Айя; так что не зря опасались горожане – они вполне могли оказаться следующими на пути израильтян. Трудно поверить, что бы такой человек, как Иисус Навин попался на удочку с неправдоподобной историей «весьма дальней страны». Обман раскрылся очень скоро. Буквально через несколько дней израильтяне оказались в Гаваоне и еще трех подчиненных ему селениях. Полководец, однако, принял решение не карать обманщиков, так как формально с ними был уже заключен союз, но он на долгие годы поставил горожан в подчиненное положение.

Между тем ханаанеи и не думали сдаваться без боя. Несколько царей во главе с иерусалимским главой Адони-Цедеком, услышав о договоре израильтян с Гаваоном, городом большим, как один из городов царских, решили предпринять ответные действия. В союз против Иисуса Навина, кроме Иерусалима, вошли южные города Хеврон, Ярмут, Лахиш и Эглон. Цари аморейские, жители гор собрали объединенное войско и подступили к стенам Гаваона, жители которого, конечно же, обратились за помощью к Иисусу Навину. Израильтяне шли всю ночь из Гилгала, а это более тридцати километров, и сходу внезапно напали на вражеский стан. Войско южных амореев обратилось в паническое бегство. Помешать окончательному разгрому могла лишь ночная темнота. Но случилось невообразимое: над долиной Аялон «остановилось солнце, и луна стояла, доколе мстил народ врагам своим» (Нав.10;13). Аялон расположен примерно в полутора десятках километров к западу от Гаваона, а это значит, что амореи отступали в сторону моря, где израильтян еще не было.

После новой блистательной победы над сильным противником Иисус Навин раскинул свой стан у Македы и на следующий день сходу взял этот город. Дальнейшие его действия не трудно было предсказать: израильтяне нападают на Хеврон, Эглон, Девир и другие города юга, захватывают нагорье и низменность. После тяжелых боев на южном направлении Иисус Навин вместе с войском возвращается в свою ставку в Гилгал.

На следующем этапе военные действия перемещаются на территорию северного Ханаана. Инициатором новой военной компании становится царь Хацора, самого крупного города в северном регионе страны. Он собрал войска нескольких городов к северу и югу от озера Кинерет (Галилейского моря), а также ханаанеев на востоке и западе. Все эти отряды собрались у Мей-Мерома, что обычно переводится как «воды Меромские» и соответствует озеру Хуле на Иордане примерно в двух десятках километров к северу от Галилейского моря. Войско было особенно многочисленным, как песок на берегу моря, да к тому же включало коней и колесницы, и, стало быть, представляло грозную военную силу. Иисус Навин снова напал внезапно, войско северных городов дрогнуло и отступило, израильтяне начали преследование сразу в нескольких направлениях. Хацор был сожжен, другие города захвачены, но не разрушены.

2

Невозможно отделаться от мысли, что настойчивое описание чудес в книге Иисуса Навина может иметь отношение к загадочным природным явлениям, которые происходили в этот период в Восточном Средиземноморье. В свое время писатель Иммануил Великовский посвятил этим событиям несколько сенсационных исследований, правда, с весьма сомнительными результатами. В Библии подробно описана остановка вод реки Иордан, случившаяся во время перехода израильтян, с точным указанием городов и местности, где это случилось. «Остановились воды реки Иордан, текущие сверху, встали одной стеной…, текущие в Ям Аарава, в Ям Амелех (Мертвое море), совершенно пресеклись они, и народ переходил против Иерихона» (3;16). Легко предсказать скептические улыбки на лицах читателей, побывавших в Израиле и своими глазами видевших Иордан: мол, что там особенно удивительного – река неширока и неглубока, нетрудно перейти ее вброд. Однако в прежние времена Иордан был гораздо полноводнее, не такой извилистый, как сегодня, да к тому же, как сказано, «Иордан выступает из всех берегов своих во время жатвы» (3;15). А дело было как раз перед Пасхой, когда в Израиле начинается жатва ячменя.

По мнению Вернера Келлера, переправа израильтян проходила через известный с древних времен брод в среднем течении реки. Исследователь утверждает, что Иордан не однажды оказывался «перегорожен» в результате землетрясений. «Последний катаклизм такого рода случался здесь в 1927 году. От мощных толчков берега реки провалились, и с невысоких холмов, тянущихся по берегам Иордана, целые тонны почвы обрушились в воду. Течение было заблокировано на двадцать один час. В 1924 году произошел аналогичный случай. В 1906 году Иордан был настолько засыпан землей при землетрясении, что русло ниже по течению близь Иерихона пересохло на целые сутки».

Дальше случилось нечто невообразимое. На исходе битвы Иисуса Навина с коалицией аморейских царей южных городов Ханаана, в то время, когда израильтяне начали одолевать врагов, и те побежали… «остановилась солнце, и луна стояла» (Нав.10;13). Понимая великую значимость этого события и его уникальность, составители книги Иисуса Навина в доказательство правдивости своих слов, прибегают к прямому цитированию свидетельства «Сефер а-яшар», «Книги Праведного», авторитетного древнейшего источника, легшего в основу библейского повествования. «И остановилось солнце среди неба, и не спешило к заходу почти целый день! И не было такого дня ни прежде, ни после него…» (Нав.10;13). Но и это еще не все… Во время бегства врагов Израиля «Господь бросал в них камни большие с неба, и они умирали; больше было тех, которые умерли от камней града, нежели тех, которых умертвили сыны Израиля мечом» (Нав.10;11). Речь явно идет о катастрофическом явлении под названием метеоритный дождь, возникающем при прохождении Земли через так называемый метеоритный рой. В принципе такое случается не редко, но обычно небесные тела сгорают при прохождении через плотные слои атмосферы. Но иногда Земля встречается с очень плотным потоком, и тогда на поверхность выпадает настоящий метеоритный дождь, который может продолжаться один-два часа. Астрономы говорят, что такое случается несколько раз в столетие.

Некоторые ученые, но еще в большей степени публицисты, пытались идентифицировать происшедшие события с масштабной природной катастрофой, произошедшей во времена Иисуса Навина. И. Великовский даже создал целую теорию, объясняющую многие библейские события серией катастрофических явлений, случившихся во время Исхода и завоевания Ханаана. Это весьма захватывающее чтение, но сегодня, спустя больше полувека, идеи, высказанные автором, представляются романтическим вымыслом.

В результате военного похода, длившегося долгое время, израильтяне заняли несколько анклавов в разных районах Ханаана. Текст книги Иисуса Навина не позволяет утверждать, что страна, или даже большая ее часть, была занята полностью. Многие земли на юге и севере Ханаана, на побережье Средиземного моря в районе Цидона, а также в Заиорданье оставались во владении ханаанских народов. Не был отвоеван Иерусалим, оставшийся городом иевусеев. Но главное, юго-западная область оставалась под властью филистимлян, которых окончательно смог победить только царь Давид несколько веков спустя.

Библейские книги свидетельствуют, что овладение Обетованной землей вышло за рамки одного, пусть и победоносного, военного похода, а продолжалось несколько десятилетий. Израильский археолог Амихай Мазар подчеркивает, что «библейское завоевание Ханаана можно рассматривать как сжатое отражение сложного исторического процесса, в котором некоторые из ханаанских городов-государств, ослабленные и обедневшие после трех столетий египетского владычества, уступили в Железном веке I (т. е. в начале XII века до н. э.) место новому национальному образованию – Израилю».

Тем не менее, Иисус Навин произвел разделение всей территории Ханаана между коленами Израиля, оставив решение главной задачи полного овладения Обетованной землей на будущие времена. Дальнейший ход исторических событий показал, что такое решение было правильным.

В результате в Заиорданье полуколено Манасии получило большую часть Башана, колено Гада – землю Гилада; за коленом Рувима была закреплена территория к югу от Хешбона до реки Арнон, впадающей в Мертвое море примерно в середине его восточной береговой линии. Южнее располагался враждебный израильтянам Моав.

Колено Иеуды, возглавляемое престарелым, но все еще мощным Калевом, сыном Иефонии, получило обещанную вождем территорию – от потока Египетского (Вади аль-Ариша) и Кадес Барни на юге до северных окраин Иевуса (Иерусалима) в центре страны. Калев занял Хеврон, разгромил анаков, остатки старого неолитического населения Ханаана, взял несколько крупных городов к западу от Мертвого моря и пустыни Цин. К наделу Иеуды были «приписаны» и земли филистимлян с их городами, но, конечно, лишь номинально, – завоевать их не удалось. Иерусалим также не смогли отбить у иевусеев.

В пустынных землях на юге Иеуды скромно приютилось колено Семеона, ослабевшее и вскоре исчезнувшее с исторической сцены.

Севернее разместились колено Вениамина с городами Иерихон и Гаваон, а также земли «дома Иосифа» (колено Ефрема и второй половины колена Манасии) с важным центром в Сихеме. На побережье Средиземного моря располагались земли Дана и Ашера, а в центре страны – Исахара, Завулона и Нефалима.

Войска колен Ефрема и Манасии так и не смоги изгнать сильные ханаанейские кланы из Гезера и еще нескольких крупных городов. Лидеры жаловались Иисусу Навину, что у ханаанев Бет-Сана на плодородной Изреельской долине имеются на вооружении железные колесницы, и поэтому одолеть их невозможно. Они намекали вождю, что в силу такой уважительной причины неплохо было бы расширить их земли за счет уже завоеванных территорий. Но Иисус Навин отказал им, сославшись на многочисленность людей «дома Иосифа» и необходимость освоения горных участков страны.

Воинов из колен Рувима, Гада и полуколена Манасии, до конца выполнивших свою миссию, Иисус Навин отпустил на их заиорданские земли. Однако вождь и его окружение боялись раскола, особенно обращения израильтян к «иным богам» Ханаана, что было предсказано и казалось неизбежным. Поэтому, как только стало известно о сооружении заиорданскими коленами своего отдельного жертвенника – большого, видного издалека, в ставке не на шутку встревожились и решили превентивно применить к ним военную силу. К «отступникам» была направлена делегация, состоящая из видных представителей израильских семей, тысяченачальников, во главе с Пинхасом, несгибаемым священником и воином, внуком самого Аарона. Посланникам разъяснили, что эта акция предпринята не для того, чтобы «переметнуться» к иным богам, а наоборот, чтобы сохранить веру отцов и Израиля. Инцидент был исчерпан, но тревога, вероятно, осталась. Ведь еще Моисей не сразу принял решение о выделении земель за Иорданом, в непосредственной близости от моавитян, уже пытавшихся совратить Израиль. Вероятно, тревога лидеров израильтян не была напрасной. Согласно знаменитой песни Деборы (Суд., гл.5), считающейся одним из древнейших поэтических текстов Библии, спустя несколько десятков лет в боевых операциях израильтян приняло участие только полуколено Манасии-Махира, т. е. заиорданская часть «дома Иосифа». Другие два колена своими союзническими обязательствами явно манкировали. А впоследствии колено Рувима и вовсе перестало упоминаться в тексте Библии, возможно, оно просто растворилось среди соседей, отчасти моавитян, отчасти гадитов.

Конец Бронзового века принес немалые разрушения на всем Древнем Востоке. Не стал исключением и Ханаан, издавна служивший мостом между Египтом и государствами Месопотамии, и потому избыточно отражавший происходившие перемены.

Первая волна разрушений в Ханаане относится ко второй половине XIII века до н. э. и, возможно, связана с походом фараона Мернептаха (ок.1213–1203 до н. э.). Поселения вновь были разрушены в период с начала и до середины XII века до н. э., скорее всего, из-за нашествия «народов моря» и вторжения израильтян. Упадок последних египетских и ханаанских укрепленных городов, очевидно, были связаны с концом египетского влияния в Ханаане.

С начала XII века до н. э. этническая картина и материальная культура в Ханаане значительно меняется. Система городов-государств, между которыми хозяйничали кочевые и полукочевые племена, сменилась этнополитической структурой, при которой отдельные районы были заселены различными народами. В западном Ханаане поселились израильтяне, филистимляне и родственным им «народы моря». В Заиорданье израильтяне соседствовали с эдомитянами, моавитянами, аммонитянами и арамеями.

В некоторых случаях, но не всегда современные археологи находят подтверждение фактов, упомянутые в Пятикнижии. Как мы уже говорили, история о пророке Валааме из Книги Чисел (гл.22–24) убедительно подтверждена настенными надписями в Тель Дейр-Алле около устья реки Иавок. На рубеже XIII и XII веков до н. э. по данным археологов были разрушены северные и южные города Вефсамис (Бейт-Шемеш), Тимна, Тель Бейт-Мерсим и Тель Халиф, что не противоречит библейской традиции. По мнению израильского археолога Игаэля Ядина, крупнейший ханаанский город Хацор был уничтожен в результате прихода израильтян. В Бейтине (Бей-Эль) разрушено укрепленное ханаанское поселение Позднего Бронзового века, которое было восстановлено уже в XII веке до н. э., что, по словам археолога Амихая Мазара, также подтверждает подлинность библейского рассказа о завоевании Ханаана.

В Книге Судей (1;27–35), а также в Книге Иисуса Навина перечислены не завоеванные израильтянами территории Ханаана. В некоторых из этих мест, таких как Веф-Сан, Мегиддо (Меггидон) или Гезер, ханаанская культура с дополнительными элементами, привнесенными «народами моря», существовала с начала Железного века, что соответствует данным Библии. В Таанахе ханаанский город был разрушен к концу XIII века до н. э., и на его месте выросло небольшое поселение израильтян. В Сихеме же, где неподалеку от города после перехода через Иордан был вновь подтвержден союз Израиля с Господом, ханаанский город, по мнению археологов, находился вплоть до XI века до н. э.

Археологическая разведка выявила принципиально новый тип расселения, сложившийся с начала XII века до н. э. Сотни мелких поселений, определенно связанных с израильтянами, возникли в гористых районах Верхней и Нижней Галилеи, на холмах Самарии, в северном Негеве, в центральном и северном Заиорданье. Площадь некоторых из них едва достигала одного акра.

Наибольшее количество поселений располагалось на центральном нагорье, на территории наделов колена Ефрема и полуколена Манасии, где порой они доходили до десяти и более акров. Среди значительных населенных пунктов выделяется Шило, главный культовый центр израильтян в этот период. В наделе Биньямина развивались несколько городов, в их числе Мицпа (близ современной Рамаллы), а также Гива, в период становления монархии ставшая столицей первого израильского царя Саула (ок.1029–1005 годы до н. э.). Южнее Иерусалима выделялся город Гило. В районе Хеврона поселения израильтян в начале XII века до н. э. были очень редки. В долинах Арада и Вирсавии основано несколько новых селений, в том числе и Тель-Масос, едва ли не самое крупное в стране, достигавшее более 20 акров. Освоение возвышенности Негева интенсивно осуществлялось в более позднее время. В Заиорданье, Гиладе, к северу от реки Иавок, в десятке небольших поселений жили израильтяне полуколена Манасии-Махира; интересно, что точно такие же поселения возникли в горах Самарии, где проживало другое полуколено. Редкие поселения израильтян в Заиорданье располагались и южнее.

После раздела Ханаана миссия Иисуса Навина была с честью завершена. Он скончался в своем наделе на территории колена Ефрема и был похоронен на горе Ефремовой, холмистой местности в центре страны. В Ханаане все еще оставались города, занятые ханаанеями и филистимлянами. Окончательная победа придет гораздо позже. Но уже с этого времени Обетованная земля между Иорданом и Морем, и даже отчасти к востоку от Иордана, становится Землей Израиля, Эрец Исраэль.

Из книги «Добрая земля за Иорданом»

(С-Пб.: Алетейя, 2017)

Пещерная библиотека и ее читатели

Одним из важнейших археологических открытий XX века на Ближнем Востоке стало обнаружение в 1947 году так называемых свитков Мертвого моря. С тех пор в пещерах Кумрана и других районах, прилегающих к Мертвому морю, были найдены тысячи рукописей – от больших свитков до мелких клочков пергамента с несколькими буквами, – датированных со II века до н. э. до I века н. э. Все эти находки с исчерпывающей полнотой отражают духовные процессы в израильском обществе конца эпохи Второго Храма. В частности, среди кумранских рукописей содержится до 180 списков библейских книг, в основном, фрагментов, а также цитат. Нет сомнений, что читатели, авторы и переписчики видели в библейских текстах отражение реальной исторической памяти.

1

Юный бедуинский пастух Волчонок Мухаммед (Мухаммад эд-Диб) рассказал, как в один из знойных дней 1945 года при поисках пропавшей козы он вдруг обнаружил пещеру, а в ней таинственные кувшины, которые один за другим он разбил в надежде найти сокровище. Но вместо сказочных богатств он наткнулся на свернутые куски кожи, испещренные какими-то каракулями. Парень решил прихватить кожу с собой, прикинув, что она может пригодиться для ремонта изрядно поизносившихся сандалий. Куски кожи Мухаммед положил в вещевой мешок, где они благополучно пролежали года два, пока однажды к нему не зашел дядя и не предложил продать их надежным людям в Вифлееме.

Весной 1947 года бедуины показали несколько кожаных свитков торговцам антиквариатом, которые, угадав их древность, известили настоятеля монастыря св. Марка митрополита Афанасия. Узнав, что они из района Кумрана, митрополит проявил к свиткам неподдельный интерес и, разумеется, решил выяснить точное место находки. Но он опоздал – бедуины ушли из Вифлеема. И все же отец Афанасий не отступил: через некоторое время ему удалось встретиться с ними и приобрести пять рукописей за 50 фунтов, причем две из них оказались частями одного свитка – ставшего впоследствии известным как «Устав общины». Митрополит послал своих людей обследовать пещеру, и они, в самом деле, отыскали там оставшиеся от свитков фрагменты.

По инициативе митрополита Афанасия в августе 1947 года одну из рукописей впервые осмотрел компетентный специалист – голландский ученый Ван дер Плог, гостивший тогда во Французской археологической школе в Палестине. Он безошибочно опознал в ней Книгу пророка Исайи. Потом свитки осмотрели еще некоторые ученые, но не проявили к ним особенного интереса.

Тем временем, в ноябре 1947 года, иерусалимский торговец древностями позвонил по телефону профессору Еврейского университета в Иерусалиме Элиезеру Сукенику (18891953) и вызвал его к границе, проходившей в то время прямо по территории города. Через ограждение он протянул ученому кусок кожи, исписанный древними еврейскими буквами. Это была часть все той же находки Мухаммеда, которую не удалось перехватить митрополиту Афанасию у бедуинов. Профессор Сукеник сразу определил большую древность и особую ценность рукописи. Через посредство антиквара ему удалось связаться с бедуинами из Вифлеема и приобрести три свитка вместе с сосудом, в котором они хранились в пещере. Ученый «на глазок» датировал их элинско-римским периодом.

В конце января 1948 года Э. Сукеник получил письмо от доверенного лица митрополита Афанасия, который просил профессора о свидании. Место и время встречи должны были оставаться тайной. Ночью, при свете карманного фонарика Сукеник рассмотрел показанные ему рукописи и в одной из них узнал текст Книги пророка Исайи, другие рукописи оказались частями свитка «Устава». Было решено организовать встречу митрополита с ректором Еврейского университета в Иерусалиме для переговоров о приобретении рукописей. Но прежде посредник, давний знакомый профессора по археологическим раскопкам в Палестине, доверил ему свитки на три дня для более детального обследования. За это время ученый успел сделать из них обширные выписки, а потом и расшифровал их. Уже в 1948 году он опубликовал свой первый выпуск с обзором рукописей под название «Укрытые свитки»; второй вышел в 1950 году.

Между тем митрополит Афанасий не спешил выходить на связь с руководством Иерусалимского университета. Вероятно, ему казалось, что лучше иметь дело с американцами, и в феврале 1948 года он обратился в Школу восточных исследований (США) в Иерусалиме. Так все пять рукописей митрополита оказались в руках молодого ученого Джона Тревера, у которого древность свитков с самого начала не вызвала сомнений. Чтобы убедиться в этом окончательно, ему достаточно было сличить их «с папирусом Нэш», названным так по имени английского археолога В.Л. Нэша, самым древним из известных рукописных памятников до кумранских открытий, датированным около I века н. э.

Получив разрешение митрополита, Д. Тревер вместе с коллегой У. Браунли начал фотографирование рукописей. Фотокопию свитка с Книгой Исайи Тревер послал профессору У. Олбрайту. В ответном письме выдающийся ученый поздравил молодого коллегу «с величайшим из сделанных в новое время открытий рукописей» и датировал свиток I веком до н. э. Тем временем Тревер и Броунли завершили фотографирование и идентификацию еще двух древних книг. Два свитка, соединенные учеными, оказались тем самым «Уставом», на котором впоследствии была основана господствующая до последнего времени теория Кумранской общины ессеев. Другой оказался комментарием на текст пророка Аввакума, древнейший из дошедших до нас комментариев библейских текстов. Последний свиток с четвертой книгой был так сильно поврежден, что в те годы его не могли даже развернуть.

Весной 1948 года руководитель американской восточной школы М. Берроуз начал подготовку к фундаментальной публикации о кумранском открытии. Американцы отправились из Иерусалима в США, где приступили к дешифровке текстов и подготовки их к печати. Тогда же в прессе появились первые сообщения о находке рукописей вблизи Мертвого моря.

Тем временем митрополит Афанасий тайно вывез рукописи за границу и поместил на хранение в сейфе одного из нью-йоркских банков. Нужно сказать, что сделал он это весьма своевременно: в ходе арабо-израильской войны летом 1948 года монастырь св. Марка сильно пострадал от пожара, а это могло привести к утрате бесценных рукописей.

В сентябре 1948 года почти одновременно с публикацией Э. Сукеника, о которой мы говорили выше, появились первые статьи Д. Тревера и М. Берроуза о рукописях Мертвого моря. В 1950-51 годах американцы издали два тома с факсимиле трех дешифрованных ими рукописей – «Устава», «Комментариев на Аввакума» и книгу Исайи. С тех пор поток публикаций, исследований, статей не прекращается по сей день.

Свитки митрополита Афанасия пролежали в банковском сейфе до лета 1954 года. Ему пришлось сильно уменьшить цену – с 1 миллиона до 250 тысяч долларов, – прежде чем нашелся покупатель. Им оказался профессор Иерусалимского университета Игаэль Ядин, сын к тому времени уже покойного Э. Сукеника. Так свитки Мертвого моря вернулись в Израиль.

Конечно, ученые вскоре сообразили, что «пещера семи свитков» или «пещера № 1», возможно, не единственное место в округе, где могли храниться рукописи. Но археологи были не одиноки в своих надеждах, в свою очередь бедуины открыли неплохой источник доходов и взялись за дело с необыкновенным рвением: если первые найденные ими рукописи ушли практически за бесценок, то новые находки продавались гораздо дороже. В результате были обследованы сотни пещер к северо-западу от Мертвого моря. Рукописи были обнаружены лишь в нескольких из них, – не только литературные произведения, но и деловые документы. Особый интерес представляют находки, относящиеся ко времени восстания Бар Кохбы (132–135 годы). Оказалось, что пещеры, расположенные неподалеку от Кумрана в вади Мурабаат, служили укрытием для повстанцев.

2

Уже к началу 60-х годов прошлого века археологами и бедуинами было обнаружено около 40 тысяч фрагментов рукописей на коже, пергаменте и папирусе, которые представляли собой остатки около 600 книг, причем только не более десятка дошли полностью или почти полностью. Все остальное – отрывки, иногда буквально клочки с несколькими или даже одной буквой, часто едва различимой.

После Шестидневной войны, когда территории к западу от Мертвого моря перешли под юрисдикцию Израиля, в Иерусалиме состоялась научная конференция, которая подвела итоги нескольких десятилетий работы. Так возникла новая наука – кумранистика. Между тем поиски продолжались, была обследована едва ли не каждая пядь земли в этой части Иудейской пустыни. В результате почти в 250 пещерах были обнаружены 900 свитков и фрагментов.

Однако и в конце 60-х годов, и далее все материалы, находившиеся в ведении Рокфеллеровского археологического музея в Восточном Иерусалиме, все еще оставались в полном и безраздельном распоряжении узкой группы специалистов, которую возглавляли знаменитый археолог Ролан до Во (1903–1971) и его преемники. Лишь в 1991 году группу возглавил профессор Эммануэль Тов, и исследовательская деятельность приобрела подлинный размах.

Все говорило о том, что свитки Мертвого моря – остатки большой библиотеки.

Но кому она принадлежала? Дело в том, что скалы с пещерами, в которых были обнаружено «основное хранилище», находятся примерно в полукилометре от руин древнего поселения, о котором ученым было известно еще в XIX веке. Конечно, о них «вспомнили» археологи Ролан де Во и Ланкастер Хардинг, проводившие раскопки в Кумране с 1951 по 1957 годы. Они нашли там израильское поселение середины VIII–VI веков до н. э. Следующее по времени поселение возникло там гораздо позже – во II веке до н. э. и просуществовало до 68 года н. э., когда было занято римлянами. Во время восстания Бар Кохбы здания использовались иудейскими повстанцами, после чего были окончательно заброшены.

Наиболее важной частью комплекса Хирбет Кумран, по мнению археологов, является северо-восточный «квадрат» 37 на 37 метров, возникший на месте более древнего поселения. В северо-западном углу его расположена двухэтажная башня с массивными стенами толщиной 1 м 30 см. Живой интерес ученых вызвала длинная прямоугольная комната: Ролан до Во сразу решил, что это был скрипторий, т. е. место, где писались и переписывались рукописи. О таком экзотическом назначении комнаты свидетельствовали остатки стола, а также чернильницы – целых пять штук. На двух других имевшихся в комнате столах обнаружились выемки, как смело предположил Р. де Во, для воды, которой писцы совершали ритуальное омовение рук, если в тексте вдруг встречался тетраграмматон, сакральное четырехбуквенное обозначение имени Всевышнего. Странно, что ученый не сообразил, что писать сидя за столом люди стали значительно позже. В древности они располагались в позе, похожей на йоговский «лотос», положив рукопись на колени. Уже потом, при детальном анализе выяснилось, что чернильницы принадлежат к разным периодам, три из них – вообще III века (нашей эры!), когда рукописи были давно написаны, а Иудея опустошена.

В комплексе была найдена кухня с хорошо сохранившимися очагами, а также «посудная» с более чем тысячью предметами глиняной столовой утвари. Имелось также обширное помещение для собраний – по мнению де Во, устроенное так, чтобы собравшиеся сидели лицом к Иерусалиму – со столовой для ритуальных трапез. В комплексе размещались гончарные мастерские с подсобными помещениями, мельницы, пекарня с печами, зернохранилище, стойла для вьючных животных и другие хозяйственные службы. Картину дополняла необходимая в пустыне система водоснабжения с цистернами и бассейнами, а также канализация.

Ученые определили, что большая часть предметов из керамики местного кумранского производства. Причем графика на сосудах из Хирбет Кумрана оказалась сходной с графикой рукописей из кумранских пещер, что, по мнению археологов, говорило о наличии определенной взаимосвязи «хранилища» и «центрального здания» и даже, возможно, о том, что они использовались членами одной общины. В пещерах был найден железный топорик-кирка, который, как отмечал Ролан де Во, соответствует описанному Иосифом Флавием орудию: его носили при себе ессеи и использовали при отправлении естественных потребностей – выкапывали ямку, а потом засыпали ее землей.

Вот и произнесено заветное слово – ессеи! Но кто они такие?

3

Идея о том, что рукописи принадлежали некоей религиозной общине, жившей в Кумране, явилась сразу же. Она была сформулировано еще в начале 50-х годов прошлого века и с некоторыми небольшими коррективами продержалась до настоящего времени. Вскоре после открытия кумранских рукописей ученые припомнили разрозненные сообщения о находках в районе Мертвого моря древних свитков и скрывавшейся там некоей «пещерной секте».

В книге Иосифа Флавия «Иудейская война» запечатлен яркий рассказ об одном из трех самых значительных течений иудаизма того времени – ессеях, стоящих в оппозиции к представителям истеблишмента того времени – саддукеям и фарисеям. Ессеи избегают наслаждений, считая их пороком, добродетелью полагают воздержанность и контроль над собственными страстями. Они презирают богатство и живут единым сообществом. Все имущество принадлежит всем сообща. Они используют частое омовение для очищения души (обилие ритуальных бассейнов в Хирбет Кумране). Они без устали изучают старинные книги, преимущественно, религиозного содержания (вот и скрипторий, и библиотека). Они ревностно чтут субботу, собираются на ежедневные молебны и трапезы (а вот – трапезная и молельный зал!) Особым почтением пользуется у ессеев их духовный лидер – Законодатель, и его хуление карается смертью. Их богослужения связаны с восходом солнца. Они верят в бессмертие души; если за грехи люди не будут наказаны в этой жизни, в следующей их ждет неминуемое наказание. Интересно, что ессеи расходятся во взглядах на брак. В некоторых сообществах от брака воздерживаются, в других же полагают, что брак допустим, но только для продолжения рода; после зачатия супружеские отношения прекращаются. Все это говорит о наличии каких-то переходных форм в религиозных представлениях жителей Иудеи, особенно часто встречающихся на фоне предчувствия глобальных общественных бедствий.

Вот только в сообщении историка не упомянуто о точной привязке общины ессеев к Иерихону и Мертвому морю. Там сказано только, что «у них нет ни одного города, однако повсюду имеются многочисленные общины…»

Зато точная локализация есть у римского ученого Плиния Старшего (23–79 годы н. э.)

Он пишет: «На запад от берегов Асфальтового озера (т. е. Мертвого моря) живут esseni, замкнутое и странное, если сравнить с другими, племя. Esseni живут совсем без женщин, отказавшись от любви, – среди пальм… За ними был город Engade (очевидно, поселение Эйн-Геди), второй после Иерусалима по богатству пальмами и рощами, теперь (т. е. в середине I века н. э. – Л.Г.) это груда развалин. Дальше расположена крепость на скале Моссада близь Асфальтового озера…»

Топография Плиния Старшего определенно указывает на район Кумрана.

4

Как мы уже говорили, обилие «общественных помещений» Хирбет Кумрана, а также некоторые другие особенности поселения не могли не навести ученых на мысль, что в комплексе должна была квартировать религиозная община ессеев. Этого очень хотелось всем, особенно руководителю раскопок священнику Ролану до Во. Христиане желали видеть в ессеях своих предшественников, иудеи – одно из экзотических направлений неортодоксального иудаизма рядом с привычными саддукеями и фарисеями. Задать себе вопрос – почему, собственно, община, а не, скажем, военный гарнизон или рабочая артель? – на библейской земле было как-то неловко. В пользу общины говорила и хорошо отлаженная система водоснабжения с большими бассейнами, оснащенными лестничными спусками. Емкости были немедленно объявлены купальнями для ритуальных омовений – миквами. Правда, потом выяснилось, что такие же хранилища имелись и в других местах в окрестностях Иерусалима, явно не связанных с религиозными отправлениями, а лестницы сделаны для удобства черпания воды, когда ее запасы подходили к концу.

Некоторые находки Хирбет Кумрана, казалось, должны были бы смутить археологов, во всяком случае, несколько поколебать их уверенность в том, что речь идет о религиозной общине. Ну, например, избыток керамической посуды в одной из комнат неподалеку от гончарных мастерских. Зачем столько посуды – кувшинов, чаш, кубков – непьющим общинникам-аскетам? Хорошо сохранившиеся мастерские дают возможность проследить весь производственный процесс и предположить, что керамика могла изготовляться на продажу.

Значительный интерес представляют остатки костей домашних животных, обнаруженные в Кумране. Скопления костей найдены в различных местах комплекса в горшках или вместе с глиняными черепками; все говорит о том, что они были аккуратно сложены в сосуды. Ученые предположили, что такая аккуратность может быть связана с некими сакральными целями, неизвестными ни из традиционных еврейских источников, ни из документов, найденных в кумранских пещерах. Но, возможно, особый порядок связан с процессом переработки в производственных целях?

Неясно также происхождение большого количества монет, в том числе и нескольких кладов на довольно внушительную сумму, относящихся к разным периодам история Хирбет Кумрана. Как-то не вяжется религиозная община аскетов с богатыми кладами тирских и кейсарийских тетрадрахм (т. е. монет в четыре драхмы – 17 г серебра).

Кроме того, неподалеку от комплекса были обнаружены кладбища с 1200 могилами, отличающимися от традиционных еврейских захоронений. Немного ли для сравнительно небольшой общины, как ее оценивают археологи? И еще: среди прочих найдены женские и детские останки. Странно? Но стоит ли удивляться: ведь Иосиф Флавий говорит, что среди ессеев есть и общины, признающие брак…

Нужно еще добавить, что в трех километрах от Хирбет Кумрана в руинах оазиса Эйн Фешхи, возможно, также связанных с «пещерной сектой», археологи преступили к систематическим раскопкам в 1956 году. Вскоре там были обнаружены остатки стены, которая, по мнению ученых, служила ограждением для каких-то насаждений, а также строение с остатками керамики, сходной с керамикой Хирбет Кумрана, что подтверждает несомненную связь обоих комплексов. Здание было построено в конце II века до н. э., в конце I века до н. э. оно было покинуто, потом вновь заселено и обитаемо до частичного разрушения в конце 60-х годов I века н. э. Все говорит о том, что комплекс Эйн Фешхи использовался для общественных нужд. Рядом со зданием находился сарай, который, по предположению Ролана де Во, мог быть использован для сушки и обработки фиников. (Вспомним слова Плиния Старшего о том, что ессеи жили среди пальм!) Огороженный пустырь вокруг сарая мог служить загоном для скота, двор по соседству с целой системой бассейнов – кожевенной мастерской, а кожи, которые там выделывали, использовались при изготовлении рукописей. Не оставляет ощущение, что, увлекшись «пещерной сектой» или «ессейской общиной», ученые вступили в сферу совершеннейшей фантастики.

5

Найденные в пещерах рукописи толкали археологов дальше по избранному ими пути…

Как мы видели, одной из первых была найдена и попала в руки ученых рукопись «Устава общины», причем в отличие от многих других находок, сохранившаяся почти полностью. Сразу оговоримся, «Устав» – это условное название, которое дали рукописи специалисты, в свитке начало отсутствует. Однако в тексте часто встречается слово «серех» [srk], которое можно перевести как «регламент» или «распорядок». В рукописи излагаются цели общины, правила приема новых членов, вопросы внутренней жизни, наказаний за проступки и нарушения… Причем отмечается, что правила эти сохраняются вплоть до прихода мессии из дома Аарона и Израиля. Речь идет также об основах учения общины: противостоянии «царства света» и «царства тьмы»… Кроме того, в «первой пещере» была обнаружена рукопись с так называемым текстом «Двух колонок», который начинается словами: «И вот устав для всей общины Израиля в последние дни», ясно указывающими на его эсхатологический характер. При этом в документе говорится о воспитании подрастающего поколения и об обязанностях членов общины в соответствии с их возрастом. Речь идет о женитьбе «общинников» и прохождении ими воинской службы, правда, не понятно в каких частях и какой армии, ибо упоминается, похоже, сражение в конце времен. Но как бы то ни было, устав в тексте «Двух колонок» резко контрастирует с «Уставом общины». Представляется совершенно невероятным, чтобы оба текста принадлежали одному и тому же сообществу людей. Но понимание этого пришло не сразу…

Исключительно важное значение имеет так называемый «Дамасский документ», один из немногих текстов, известный ученым до кумранских находок. Дамаск – место изгнание Нового союза «сыновей Цадока», первосвященника известного из Библии. В документе рассказана история «союза», основы его вероучения, изложена версия истории евреев со времен сыновей Ноаха под углом неких этических оснований. В тексте упоминается «толкователь Торы», указаниям которого необходимо следовать до появления «учителя праведности в последние дни».

Этот список можно еще продолжить, но из сказанного понятно, что несколько самых первых, самых хорошо сохранившихся документов из пещер повествуют о жизни некоей общины… Или общин? И не беда, что разговор в них идет о различных группах людей, – если они и имеют что-то общее друг с другом, то совсем немного; да к тому же все они лишь с большой натяжкой подходят под описания ессеев, сделанных древними авторами. Но все это казалось легко преодолимыми деталями… Особенно будоражило воображение неоднократно упоминающийся в кумранских текстах «толкователь Торы», «учитель праведности»; невозможно избежать соблазна отождествить этот фантом с Иеошуа из Назарета, почитаемым христианами как Иисус Христос, Мессия, сын Божий, или, на худой конец, с Иоанном Крестителем, который и в самом деле, возможно, имел отношение к реальным ессеям.

Всему этому наваждению способствовали и результаты раскопок в пещерах, Хирбет Кумране, Эйн Фешхи, которые провоцировали ученых, поддавшись искушению, проглотить очередную наживку… Можно вообразить, какой сладкой музыкой звучали слова: «скрипторий», «библиотека», «миква», «первохристиане»…

6

Но уже довольно давно, еще в 70-80-е годы прошлого века, ученые начали высказывать сомнения в правильности господствующей «ессейской теории». Говорили, например, что и сам отец де Во сильно сомневался в ней и долго колебался, прежде чем представить ее коллегам. Полный отчет его так и не был опубликован, некоторые его письма и доклады потерялись. Похоже, что французский археолог решил не принимать в расчет некоторые факторы (в том числе и артефакты), противоречащие его теории. В поселке «кумранцев» была найдена красивая посуда, украшения, расчески, даже косметические принадлежности и драгоценности, что подтверждает присутствие в поселении женщин и противоречит версии об аскетах-ессеях и их монастырском образе жизни. Возможно, все это свидетельствует о зажиточности некоторых «кумранцев».

В 90-е годы начались новые систематические раскопки в Кумране, которые предприняли израильские археологи Ицхак Маген и Юваль Пелег. Начали они с анализа снимков местности, сделанных с воздуха, и пришли к выводу, что люди поселились в Кумране совсем не потому, что хотели стать отшельниками и удалиться от мира, – просто это место было самым удобным для создания поселения. Вся окрестная территория подвержена опасности наводнений в зимнее время: низины находятся под ударом водных потоков с гор. Кумран же расположен на вершине холма, и при этом открывалась возможность использовать стекающую с гор воду.

По мнению археологов, с начала I века до н. э. Кумран служил крепостью: комплекс расположен не на отшибе, как считалось до сих пор, наоборот, он господствует над всем пространством вокруг Мертвого моря и предоставляет возможность прекрасного обзора окружающей местности. Ученые полагают, что Кумран в то время был звеном в общей цепи укреплений. Следующий этап начался в 63 году до н. э. с приходом к Мертвому морю римлян и закончился после поражения в Первой Иудейской войне. В этот период здесь работала крупная гончарная мастерская, что подтверждается большим количеством различных глиняных сосудов и наличием печей для обжига глины. Но где было взять столько материала для гончарного производства? Оказывается, сильные зимние дожди приносили глину и песок вместе со сточной водой из окрестных ущелий. Для этого была создана целая система водоснабжения с фильтрами и оборудованными местами забора воды. Под одним из бассейнов археологи обнаружили несколько тон отличной глины, из которой они в порядке эксперимента соорудили несколько глиняных кувшинов.

И. Маген и Ю. Пелег вообще отрицают возможность жизни в этих местах большой общины. Чтобы накормить 200250 человек в течение 170 лет, по подсчетам археологов, потребовалось бы около 100 тысяч голов овец, да еще мука, овощи, фрукты… Для этого пришлось бы использовать около 30 печей, а найдено всего четыре-пять. Две сотни человек должны где-то спать, где-то сидеть во время приема пищи…

Археологи отрицают возможность жизни ессеев в пещерах, как об этом говорят некоторые специалисты; ведь речь идет о людях, соблюдающих культ чистоты, а это вряд ли осуществимо в пещерных условиях. Да к тому же в окрестных скалах обитали хищники, в том числе дикие кошки, даже львы. Ролан де Во и его коллеги объясняли обилие костей в Кумранском комплексе какими-то сакральными целями, возможно, жертвоприношениями. Маген и Пелег утверждают: по костям видно, что мясо варилось и жарилось для употребления в пищу. Опасаясь привлечь крупных хищников, «кумранцы» складывали кости в глиняную посуду и закапывали прямо на территории комплекса. С наступление темноты люди просто боялись выходить наружу. То же самое они делали и с отходами фиников, которые использовались для производства меда.

При этом совершенно непонятно, зачем «кумранцам» хранить в пещерах свою рукописную библиотеку. К чему подвергать себя опасности встречи с хищниками или римскими легионерами, которые во многих случаях оказывались ничуть не лучше хищников? Почему бы не хранить библиотеку прямо в комплексе, оборудовав специальный тайник на случай опасности? К тому же в пещерном хранилище не было обнаружено никакой системы, присущей всякой библиотеке; наоборот, там во всем ощущается беспорядок, просто хаос… Рукописи явно прятались поспешно. Скорее можно предположить, что, предвидя осаду Иерусалима, жители города спасались бегством и прятали свитки в горах.

Как мы уже видели, далеко не все рукописи Кумрана носят ессейский отпечаток, – есть ощущение, что они отражают различные религиозные взгляды своего времени. Конечно, среди спасавшихся от римлян израильтян могли быть и ессеи, почему бы и нет. Вот им то и принадлежала, вероятно, ессейская часть сочинений. Иосиф Флавий пишет, что ессеи жили во многих городах Иудеи, в том числе и в Иерусалиме. Как отмечают ученые, такая гипотеза вовсе не умаляет огромного значения кумранского открытия, скорее, наоборот: книги принадлежали не одной какой-то секте, а разным иудейским течениям, жившим в конце эпохи Второго Храма.

7

И вот уже в нынешнем веке явилась новая сенсация. Археолог Ханан Эшель из университета Бар-Илан обнаружил в районе Мертвого моря фрагменты свитка, чей возраст составляет почти две тысячи лет. И это при том, что с 1965 года здесь больше свитков не находили. По словам Эшеля, два маленьких кусочка потемневшей кожи, на которых на древнем иврите написаны стихи из Книги Левит, одной из книг Пятикнижия Моисея, были найдены в пещере Нахаль Аругот близ Мертвого моря, где повстанцы Бар Кохбы скрывались от римлян во II веке нашей эры.

Впервые эти фрагменты показали профессору Эшелю еще в 2004 году во время тайной встречи, организованной в заброшенном здании полицейского участка около Мертвого моря. Бедуин, которому на черном рынке предложили 20 тысяч долларов, хотел получить экспертную оценку специалиста. Археолог, работавший в Иудейской пустыне с 1986 года, был потрясен. Поскольку он не мог предположить, что когда-нибудь увидит эти фрагменты еще раз, исследователь настоял на том, что должен сфотографировать их, полагая, что в ближайшее время их контрабандой вывезут из страны.

Каково же было его удивление, когда в марте 2005 года, он узнал, что части свитка по-прежнему находятся у того самого бедуина. Х. Эшель приобрел их всего за 3 тысячи долларов, предоставленных для этой цели университетом Бар-Илан, и передал находку в Управление древностей. Археолог заявил, что купленные им фрагменты – часть так называемого 15-го свитка, чей возраст совпадает по времени с восстанием Бар-Кохбы против римлян.

Бежавшие в Иудейские горы воины Бар-Кохбы скрывались в пещерах два-три месяца, пока часть из них не была взята в плен римскими легионерами, а часть не сумела убежать в Галилею.

«Известно, что свиток Книги Левит раскатывают с двух сторон и читают лишь срединную его часть, – пишет израильский писатель Эфраим Баух. – Один из ассистентов профессора Эшеля, Иосси Брухи, открыл, что огонь сжег лишь скатанные края свитка, впитавшие в себя влагу, а срединная часть осталась сухой и уцелела. Из текста Левита ясно, что он был последним, который беженцы Бар-Кохбы произносили до своего побега – его читают в Песах (так называемую «еврейскую Пасху» – Л.Г.). Таким образом, стало ясно, что беженцы читали этот отрывок весной 135 года новой эры в дни праздника. Остатки диких сезонных плодов в пещерах, созревающие в сентябре-октябре, указывали на то, что беженцы покинули пещеры осенью. Обрывки 15-го свитка опровергают это предположение, указывая на то, что беженцы вели нормальную религиозную жизнь до весны. Этого мы до сих пор не знали. Теперь ясно, что в течение лета 135 года новой эры они готовились к бегству, ибо жизнь их стала невыносимой».

Исследования показали, что находка состоит из двух обрывков пергамента оленьей кожи величиной от пяти до семи сантиметров. Пергамент сохранился в течение двух тысяч лет и был покрыт слоем пыли и катышками испражнений летучих мышей.

В двух этих обрывках фрагменты 36 строк из Книги Левит.

В первом обрывке – стихи 38–39 из 23-й главы книги (курсивом отмечены слова, сохранившиеся на пергаменте):

«…Кроме всех обетов и кроме всего приносимого вами по усердию вашему, что вы даете Господу.

А в пятнадцатый день седьмого месяца, когда вы собираете произведения земли…»

Во втором обрывке – стихи 41–44 из той же 23-й главы:

«И празднуйте этот праздник Господень семь дней в году: это постановление вечное в роды ваши. В седьмой месяц празднуйте его.

В кущах живите семь дней; всякий живущий в Израиле, должен находится в кущах,

Чтобы знали роды ваши, что в кущах поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш.

И объявил Моисей сынам Израиля о праздниках Господних».

Из книги «Голос пустыни. Исход из Египта: современный взгляд» (СПб.: Алетейя, 2014)

Равновесие с пробелами
Теория катастроф в свете библейской традиции

Сегодня много говорят и пишут о том, что традиционная теория эволюции природы и человека не в состоянии ответить на многочисленные вопросы, появившиеся в последнее столетие в результате накопления научных знаний и просто наблюдений за происходящими в природе и космосе явлениями. У ученых, придерживающихся нетрадиционной, альтернативной точки зрения, обнаружились фундаментальные претензии к своим коллегам-традиционалистам. Ведь пресловутые «недостающие звенья эволюции» так и не найдены, несмотря на многочисленные обещания и надежды. Дарвинизм, который базируется на предположении, что все сущее имеет в своей основе материю, не объяснил, откуда появилось сознание: вряд ли оно смогло бы сформироваться в процессе естественного отбора – возможности человеческого разума далеко превосходят то, что необходимо только для выживания.

Дальше – больше.

1

По мнению ученых, придерживающихся господствующей теории, резких смен цивилизаций на земле не существовало, человечество развивалось постепенно, эволюционным путем. Меньшинство – те, кого часто именуют дилетантами и шарлатанами – все громче говорит о катастрофизме как стандартной модели развития как природы, так и человека, являющегося частью природы. Они утверждают, что непрерывность жизни на планете внезапно блокировалась, и тогда происходили «скачки», нарушающие эволюционный процесс развития. Теорию, согласно которой историю нашей планеты можно представить в виде длительных периодов стабильных состояний, время от времени прерываемых внезапными, часто радикальными изменениями, вызванными катастрофическими событиями – активной вулканической деятельностью, падением астероидов, изменениями планетарной температуры и т. д. – иногда остроумно называют «равновесием с пробелами».

Впрочем, и «официальная» наука не отрицает, что на земле действительно происходили катастрофы различной разрушающей силы, вплоть до глобальных, космических. Такое отрицание выглядело бы весьма странно: ведь Земля – часть Вселенной, а катастрофы во Вселенной астрономы наблюдают едва ли не ежедневно. Классическая катастрофа, ставшая общим местом в околонаучном дискурсе, связана с вымиранием динозавров за очень короткое время 65 миллионов лет назад. Другой «хрестоматийный» пример, относящийся к совсем близким по историческим меркам временам, – падение Тунгусского метеорита 1908 году. Но, пожалуй, вряд ли какое-либо другое событие в мировой истории обсуждается с такой неутихающей веками страстью как исчезновение Атлантиды, описанной Платоном. Была ли эта Атлантида вообще, и, если была, то где находилась – об этом, кажется, можно спорить бесконечно.

Немало описаний катастроф есть и в Библии. Среди писателей, посвятивших себя проблемам «катастрофизма» в библейской истории самым значительным – и по масштабам литературного дарования, и по грандиозности воображения – является без сомнения американский психоаналитик Иммануил Великовский, создатель книг «Века в хаосе», «Миры в столкновении» и ряда других. Сегодня, несмотря на скептическое отношение к его творчеству большинства ученых, альтернативная наука признает его своим «гуру». Но как бы там ни было, в Библии действительно приведены описания катастроф разного масштаба, самой грандиозной из которых бесспорно является Всемирный потоп, согласно Книге Бытия, круто изменивший не только сценарий развития человеческого общества, но и саму природу человека.

«И был потоп на земле сорок дней, и умножилась вода… (Быт.7;17) И вода усилилась на земле чрезвычайно, и покрылись все высокие горы, которые под всем небом. На пятнадцать локтей вверх поднялась вода, и покрылись горы. И погибла всякая плоть, движущаяся по земле, из птиц, из скота, из зверей и всех гадов, ползающих по земле, и все люди (Быт.7;19–21)».

Важным доказательством всемирного характера библейского катаклизма, по мнению ученых альтернативного направления, является повсеместное распространение легенд и преданий о Потопе от Аляски до островов Океании, включая американских индейцев и аборигенов Австралии. Конечно, эти рассказы серьезно расходятся в деталях, но практически везде говорится, что Земля была полностью затоплена, и только нескольким ее обитателям удалось спастись.

Дэвид Льюис, один из авторов книги «Запретная история» (М.: АСТ: Астрель, 2011), составленной из статей ученых альтернативного направления в журнале «Атлантис Райзинг», полагает, что важное значение имеют сведения о совпадении глобального потепления около 9645 года до н. э., сопровождавшегося поступлением огромных масс пресной воды в Мексиканский залив, а также информация Платона о погружении Атлантиды в воду – с гипотезой о мощном ударе о Землю астероида или иного астрономического объекта около 10 тысяч лет до н. э., вызвавшего внезапное окончание ледникового периода, что и привело к Потопу.

Если бы такая теория подтвердилась, это означало бы, что в не столь отдаленном прошлом Земля подверглась разрушительному воздействию вследствие события, возможно, ставшего частью какой-то космической катастрофы. Д. Льюис подчеркивает: «Последовало массовое вымирание растительности и животных, а также вызывающая суеверный страх глобальная темнота». Причем, как свидетельствуют некоторые исследования, катастрофа произошла внезапно. «Люди, которым удалось выжить, искали убежища в горных пещерах, – продолжает исследователь. – Сообщения об их бегстве сохранились до наших дней в сотнях древних мифов о потопах и пожарах – фактически такие мифы имеются у каждого народа».

Есть такая история и в библейской Книге Бытия: племянник патриарха Авраама Лот, после страшной катастрофы в Содоме спасается в близлежащем городе Цоаре, затем бежит в горы и укрывается в пещере; причем ни он сам, ни его дочери не подозревают, что на всей Земле, кроме них, выжил еще кто-то.

Традиционная наука объясняет «неопровержимые свидетельства о великом катаклизме X тысячелетия до н. э.» движением и таянием ледников. Однако, по мнению «нетрадиционалистов», с помощью только этих событий невозможно объяснить «нечто экстраординарно ужасное», что обрушилось на планету, «стирая с лица земли большинство млекопитающих, обитавших во всем мире, поднимая горные хребты, вызывая повсеместное извержение вулканов, прорезая долины и фьорды, разбрасывая по всей суши огромные камни».

Авторы книги «Запретная история» приводят слова историка Дж. Б. Делеира: «Эволюция не всегда может считаться следствием выживания наиболее приспособленных. Возможно внезапное событие, которое может стереть с лица Земли не только лучших, но и худших. В этих случаях выживают самые удачливые».

2

Все чаще в разных источниках приводятся свидетельства существования древнейшей земной цивилизации, ставшей жертвой глобальной катастрофы огромной силы. Как правило, речь идет об удивительных технологиях каменного строительства, позволяющих достичь весьма впечатляющих результатов даже в сравнении с современной строительной индустрией. Приводятся также и другие поразительные факты.

Исследования альтернативных ученых показали, что эрозия в фигуре и постаменте Большого Сфинкса в Гизе объясняется затяжным выпадением осадков, а не длительным воздействием песка и ветра, как это принято считать. По их мнению, самые старые фрагменты древней скульптуры следует датировать по меньшей мере на 2500 лет ранее, чем считалось до сих пор, – периодом между 7000 и 5000 годами до н. э., поскольку в дальнейшем в регионе не выпадало значительных осадков в виде дождя.

В качестве важных доводов в пользу существования доисторической цивилизации приводится также наличие развитых поселений на Ближнем Востоке в IX–VIII тысячелетиях до н. э. (Иерихон) и Анатолии в VII тысячелетии до н. э. (Чатал-Гуюк), а также весьма древних грандиозных мегалитических сооружений, в том числе и астрономически ориентированных.

В России проблемами «працивилизации» занимался известный исследователь и путешественник Андрей Скляров (1961–2016), который в своих фильмах задает немало вопросов, на которые у специалистов либо вовсе нет ответов, либо они их тщательно скрывают.

Ну, например: каким образом мастера Древнего Египта делали рельефные надписи и рисунки в подземных бункерных сооружениях, – как в обширных залах, так и узких штольнях, – притом, что никаких следов копоти на стенах и на потолках никто никогда не обнаруживал? Они, что, пользовались электричеством или каким-то иным искусственным освещением?

Или – еще: каким образом им удавалось с микроскопической точностью обрабатывать трехплоскостные углы гранитных саркофагов и другие сложные профили с помощью медного зубила, если и сегодня повторить это не могут высококвалифицированные специалисты, оснащенные передовой современной техникой… И это далеко не все.

Как подчеркивает А. Скляров, «странные» артефакты можно найти по всему миру, что невозможно объяснить ни чем, кроме как существованием на земле высокоразвитой цивилизации, неважно, доморощенного или инопланетного происхождения.

В библейской Книге Бытия мы также находим свидетельства существования «допотопной цивилизации», но если современные исследователи рассуждают о ней с точки зрения науки и производства, то Библия говорит преимущественно о нравственно-этических проблемах, ставших причиной грандиозного катаклизма – Всемирного потопа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.