Иван Неклютин
Герр Маннелинг

День первый.

– Просыпайтесь, герр… Ваша милость, пора вставать… Да просыпайтесь же! На утреннюю молитву опоздаете, – крепкий парень слегка потряс за плечо своего господина.

– Что? Ах да… Да, Джерт, я уже встаю. Можешь идти. И принеси воды, – рыцарь Хелгар Маннелинг сел на край постели.

Через несколько минут высокий и статный юноша наконец поднялся и практически сразу опустился на край кровати. В неподвижности герр Маннелинг находился до тех пор, пока Джерт не внёс в комнату таз с подогретой водой.

Хелгар принялся с удовольствием умываться. Джерт не понимал эту странную привычку, но каких только причуд не бывает у господ? Некоторые, например, по утрам изволят бить своих слуг. Нравится герру Маннелингу плескаться? Что ж, Джерт подогреет ему воду, главное, чтобы церковники не прознали об этой варварской привычке.

Умывание по утрам привил молодому рыцарю его бывший командир, опытный воин Гуго фон Гайдн[АД1] , который всю свою жизнь провёл в военных стычках и походах. Уже много лет он отстаивал интересы графа Адольфа II Шауэнбургского[1]. Несколько раз Гуго попадал в плен к дикарям-венедам[2]и прожил у них в общей сложности года три из-за того, что не всегда родственники фон Гайдна могли быстро собрать выкуп. Случалось ему в краткие периоды перемирия посещать Аркону[3]– главный духовный центр славян. Именно от венедов он усвоил, что в чистоте тела заключается секрет здоровья. Фон Гайдн любил приговаривать: «Здоровый воин – это сильный воин, а сильный воин – это слава и деньги». Внушал он это знание своим подчинённым всеми доступными способами. Авторитет у рыцаря Гуго был непререкаемым, да и кулаки – уж очень тяжёлыми! Вот и умывался каждое утро Хелгар, а раз в седмицу мыл и всё тело.

В свежесрубленной небольшой церкви пахло смолой и благовониями. Святой отец Петро Аскони пел гимны, зачитывал отрывки из священных писаний, произносил молитвы и проводил причастие. Несмотря на старательность молоденького пастыря, сердце рыцаря не наполнилось, как это обычно бывало, радостью и надеждой. Герр Маннелинг первым покинул церковь, не оставшись на исповедь.

Завтракал Хелгар в одиночестве. Он находился в одном из сумрачных помещений своего дома и вспоминал раз за разом сегодняшний сон. С момента пробуждения прошло уже достаточно много времени, но небывалое сновидение по-прежнему бередило ум и сердце. Удивительно реалистичные картины для обычного сна: ласковое солнце, тёплый ветерок, колышущий листву деревьев и траву, жужжание насекомых, ароматы полевых цветов и ощущение прикосновения нежных и очень необычных рук…

Снилось герру Маннелингу, что он отправился объезжать владения на своём верном мерине. Хелгар скакал от одной долины до другой, пересекая мелкие, но бурные речушки. Погода прекрасная, никаких забот и тревог. На одной из живописных лесных опушек он остановил скакуна и решил чуть-чуть отдохнуть. Ослабив подпруги, рыцарь отпустил коня пастись: всё равно далеко не уйдёт. Опёршись спиной на одинокую берёзу, с подранной медведем корой, усевшись прямо на траву и разглядывая редкие пушистые облака в лазурной выси, Хелгар услышал пение. Оно доносилось издалека и как будто переплеталось с тёплым ветром. Казалось, что это слова колышут высокие стебли и листья деревьев. Пение приближалось, но слов разобрать не получалось. «Какой красивый голос… должно быть, он принадлежит прекрасной деве», – промелькнула мысль. Через некоторое время на другой стороне опушки на фоне вековых деревьев Хелгар разглядел фигуру. Сначала сердце герра Маннелинга от радости застучало быстрее – в его сторону шла длинноволосая женщина. Но по мере того, как гостья из леса приближалась, радость и предвкушение приятной встречи сменились насторожённостью, которая, в свою очередь, уступила место непониманию, а через некоторое время рыцаря даже охватил страх. Он вскочил и схватился за рукояти меча и кинжала, но оружие не хотело покидать ножны; герр Маннелинг принялся искать глазами коня, но тот был далеко…

Когда Хелгар был совсем ребёнком, его всегда завораживали сказки про страшных и коварных троллей, приспешников самого Сатаны. Воображение рисовало ужасающие портреты сказочных существ с перекошенными рожами, огромными носами и кривыми острыми зубами. В сказках всегда был отважный герой, перехитривший злобную тварь, который получал в награду сокровища тролля и вечную славу. Когда рыцарь только начал упражняться с оружием, его уже посещали мечты о том, как он победит в поединке тролля, а ещё лучше – дракона, заберёт у поверженного врага неправедно нажитое и, разбогатев, женится на красивой графской дочке, а может быть, даже на прекрасной юной герцогине. Герр Маннелинг был четвёртым сыном, а батюшка его владел всего-то двумя деревнями, так что перспективы юноши заполучить знатную невесту были ничтожны. Повзрослев, он довольно быстро понял, что драконы и тролли бывают только в сказках и балладах.

И вот пред рыцарем предстала девушка-тролль. В этом не было никаких сомнений: очень высокая, аж на целую голову выше Хелгара, хотя чаще всего мужчины недотягивали по росту до него; непропорционально длинные руки, серовато-зелёная кожа и всего по четыре длинных пальца на руках. Но лицо было достаточно миловидным, каштановые волосы струились до пояса, платье зажиточной горожанки скрывало явно женскую фигуру.

Пока существо медленно приближалось, Хелгар успел подумать, что в своей жизни встречал уродливых и покалеченных женщин, которые походили на троллей гораздо больше. Обычно они вызывали у герра Маннелинга чувство отвращения… реже – жалости. Но это были люди. Они понятны и обыденны. Сейчас же острое чувство отчуждённости переполняло его. Хелгар смотрел на женщину-тролля, впав в странное оцепенение. Ноги как будто приросли к земле. Вспотевшие ладони сжимали оружие, никогда прежде не подводившее своего хозяина и вдруг ставшее таким бесполезным.

– Доброй ночи, храбрый рыцарь, – с доброжелательной улыбкой и лёгким поклоном поприветствовала герра Маннелинга незнакомка.

Хелгар заметил, что у неё слегка увеличенные нижние клыки и раздвоен кончик языка.

– Доброй ночи? Но сейчас же светло… сейчас день, – рыцаря окончательно сбили с толку это поведение и приветствие.

– Как сказать, – с загадочным видом проговорила девушка-тролль и, видя, что собеседник растерян, взяла инициативу в разговоре: – Позвольте представиться. Я Берта, из княжеского рода Крайм.

В голове юноши вихрем проносились сотни мыслей. Он отчаянно искал выход из странной ситуации. Обуздав свои эмоции, наконец поклонился так, как того требовал этикет по отношению к даме из знатного рода, и проговорил:

– Рыцарь Хелгар Маннелинг, хозяин окрестных земель по воле моего сюзерена[4]графа Адольфа Шауэнбургского и короля данов[5]Магнуса, – с языка чуть не сорвалось привычное «к вашим услугам», но он сумел сдержаться.

– Как всё запутано в отношениях человеческих, – пожимая плечами, сказала Берта. – Германский дворянин и датский конунг распоряжаются землями свеев[6].

Мимолётная тень пробежала по её лицу, но вот уже снова та жизнерадостно улыбнулась, и герр Маннелинг в этот момент подумал, что у собеседницы совершенно удивительная улыбка, в ней столько искренности и обаяния, даже хищная форма её зубов не портила впечатления.

Девушка-тролль заговорила вновь:

– Всё это не имеет значения! Главное, что вы здесь. Как вам, герр Маннелинг, нравится наша земля?

Слух Хелгара резанула фраза «наша земля». Он уже привык говорить «моя земля», «мои владения», хотя принял феод[7]всего около года назад. Старательно подбирая слова, ответил:

– Земля эта хороша. Тут есть плодородные долины и леса, богатые дичью, а в горах – пригодный камень для строительства. Ежедневно благодарю Господа нашего за милость к верному рабу своему. Я счастлив обладать этой землёй и докажу моему сюзерену, что достоин этой чести.

Берта лишь слегка хмыкнула на эту тираду. Рыцарь только сейчас заметил, что они не стоят на месте, а куда-то идут уже некоторое время. Ещё Хелгар отметил, что девушка-тролль хоть и одета в платье, но её манеры скорее походят на мужские. Она держится на равных, смотрит прямо в глаза, свободна в выражении своих чувств, то есть нет и в помине приниженности, так свойственной человеческим женщинам. С большим удивлением Хелгар признался себе, что это обстоятельство воспринимается им как само собой разумеющееся и даже импонирует. Возможно, тут дело в силе, скрывавшейся за изящной фигурой, – такое, будучи опытным воином, Хелгар чувствовал буквально кожей.

Итак, они куда-то шли, Берта напевала ту самую мелодию, что рыцарь услышал при её приближении.

– Взгляните, любезный герр, – остановившись, произнесла девушка-тролль, – это мой личный табун, гордость и отрада моего сердца.

Помолчав немного, она пропела:

Двенадцать кобылиц отдам, что на моих лугах

Пасутся на рассвете.

Они не ведали узды, не знали седока…

И быстры – словно ветер.

Пропев куплет, Берта замолчала. Лошади сперва насторожились, но, увидев хозяйку, поспешили к ней, стремясь получить немного ласки. Девушка-тролль ходила от одной кобылы к другой, поглаживая и нашёптывая что-то в уши. Лошади были прекрасны, любой герцог был бы счастлив приобрести такое животное для себя. Герр Маннелинг только примерно представлял цену на подобных скакунов, но точно знал, что самая крупная из его деревень со всеми сервами[8]и всей рухлядью стоит дешевле любой из этих кобыл. Рыцарь любовался грациозными животными до момента пробуждения.

***

…И вот герр Маннелинг сидит в одиночестве, а перед глазами по-прежнему проносятся картины из сновидения, в ушах назойливо звучит мелодия песни.

Выйти из состояния угнетающей задумчивости никак не получалось, даже промелькнула мысль: не сойти бы с ума. Но тут в столовую залу вошёл Джерт.

– Господин, к нам прибыл гонец от герра Клауса Маннелинга. Прикажете пригласить?

– Конечно, немедленно проведи его сюда.

Хелгар любил и уважал своего дядю, и мысли о родственнике немного ослабили наваждение.

Удивительной и незаурядной личностью был младший брат отца Хелгара. Когда Клаусу исполнилось шестнадцать лет, он заявил, что отказывается от своей части наследства в пользу старшего брата, а всё, что ему необходимо, – это лошадь, меч и немного денег. Именно благодаря этому поступку Клауса братья сумели сохранить тёплые отношения. Получив затребованное, юноша отправился в Кёльн, где достаточно быстро сумел устроиться на службу к архиепископу Гериберту фон Ротенбургу, человеку с огромной властью и богатством, а уже через несколько лет выполнял его поручения.

Гериберт фон Ротенбург был сильным политиком и занимал в разное время много влиятельных постов, как духовных, так и светских, и даже совмещал должности архиепископа Кёльна и канцлера Священной Римской империи. Многому научился Клаус Маннелинг, наблюдая за своим нанимателем. А сейчас был личным посланцем и доверенным лицом курфюрста кёльнского Арнольда фон Рандерата.

Дядя Клаус постоянно путешествовал с поручениями князя-епископа и побывал, наверное, во всех странах. Умел говорить на многих языках и мог растолковать всё что угодно. Сильный и ловкий, он имел репутацию прекрасного бойца, но при этом старался избегать драки и никогда не принимал участия в больших походах, какой бы заманчивой ни была возможная добыча.

Клаус являлся авторитетом для своего племянника, тот даже планировал стать правой рукой какого-нибудь епископа, а если повезёт, то и архиепископа. Но жизнь сложилась иначе: приняв вассалитет графа Шауэнбургского, Хелгар пошёл по другому пути – пути воина.

С поклоном в комнату вошёл гонец.

– Ваша милость, я прибыл по поручению герра Клауса Маннелинга. Мне велено сообщить о его прибытии.

– Превосходно, как скоро будет герр Клаус и по какой дороге он едет?

– Он движется с полночной стороны по направлению к побережью. А будет в вашем поместье ещё до сумерек.

– Очень хорошо. Джерт, проводи гонца в людскую и скажи, чтобы его накормили и напоили как следует. А затем бегом на конюшню, седлай лошадей, поедем навстречу дядюшке.

Хелгар был очень рад, что сумел отбросить гнетущие мысли, но главное заключалось в другом: дядя – это бесценный источник информации, он поделится новостями, сможет объяснить истинные мотивы поступков знатных вельмож, оказывающих огромное влияние на его жизнь. И ещё один важный момент заставил рыцаря отправиться в путь – разведка местности.

Прошло уже чуть больше года, как Хелгар обосновался на этой земле, но за это время он ещё не успел хорошо познакомиться с окрестностями. Постоянные заботы по обустройству хозяйства не давали возможности хорошенько изучить все леса, болота и долины вокруг. Этот факт сильно тревожил, поскольку он чётко понимал, что знание местности – важная составляющая безопасности. Но, с другой стороны, молодой феодал уже успел понять, что небольших шаек разбойников ему и его людям бояться не стоит, а на случай набега свеев, норманнов[9]или венедов он пока не сможет дать достойный отпор.

Много свободного времени уходило на рекрутирование окрестных сервов в дружину, а также на организацию тренировок с оружием для новобранцев. Но львиную долю внимания Хелгара съедали чисто хозяйственные дела, о которых он раньше даже и не задумывался. А теперь ясно видел проблемы, связанные с недостатком сельхозинвентаря, отсутствием амбаров и овинов, расчисткой территорий под пастбища и поля, со сборами податей, и ещё тысячи других вопросов, требующих решения. Вот и получалось, что вдумчивая разведка окрестностей всё время откладывалась на неопределённое время.

***

Два всадника удалялись от небольшой обжитой долины, ставшей их домом, и постепенно продвигались в глубь всё ещё чужой земли.

По узкой тропке друг за другом они направлялись на северо-восток. Плодородные долины остались позади. Мужчины скакали среди холмов, поросших небольшими лиственными лесами. На горизонте появились далёкие горы. Главенствовали тут могучие кряжистые дубы и величественные буки, встречались и светлые берёзовые рощи, иногда перемежавшиеся яркими островками вереска. Всё чаще тропе приходилось петлять, обходя исполинские валуны. Пробираясь мимо небольшого озерца с небесно-голубой водой, лошади спугнули пару красивых белых лебедей. Среди елей пробежала, не обращая внимания на людей, росомаха.

На одинокой берёзе сидел ворон и так пристально смотрел, как будто специально следил за чужаками. Неспешной рысью всадники приближались к этому отдельно стоящему дереву. В сознании Хелгара промелькнуло, что эту берёзу он уже видел. Ещё чуть-чуть – и мужчины поравнялись со стволом, на котором герр Маннелинг заметил приметный след от когтей медведя. Настоящий водопад мыслей обрушился на рыцаря: «Таких совпадений не бывает! Это был вещий сон? Должно быть, всего лишь совпадение… А может, тут всё-таки замешана чёрная магия».

Герр Маннелинг остановил мерина и как зачарованный рассматривал четыре глубоких борозды, уродовавших бело-чёрную кору. Но уже через мгновение, вновь сбросив чары наваждения, положил руку на холодную рукоять меча и принялся осматривать опушку леса, на которую вывела тропа. «Не может быть сомнений, это та самая поляна, что привиделась мне ночью… А из-под тех деревьев вышла она».

От внезапного и громкого карканья Хелгар вздрогнул и обернулся на взлетающего ворона. Тяжело хлопая крыльями, птица сделала несколько кругов над опушкой и скрылась за верхушками высоких сосен.

Только сейчас герр Маннелинг заметил, что Джерт с недоумением поглядывает на своего господина. «Наверное, я сейчас очень глупо выгляжу, нужно держать себя в руках», – подумал Хелгар. А вслух излишне бодро добавил:

– Всё хорошо, Джерт, продолжаем путь.

Они добрались до предгорий. Леса стали гуще и шире, начали преобладать ели. Всё чаще их путь пересекали ручьи, резво текущие с гор по каменистым руслам. Довольно долго тропа пролегала вдоль бурной речки, воды которой с грохотом проносились мимо, поднимаясь гребнями над валунами, образовывали буруны и воронки, пороги и перекаты и миллиардами брызг неслись вниз. Рядом с этой первобытной мощью люди чувствовали себя слабыми и малозначительными.

Но вот тропка отвернула в сторону, и всадники углубились в лес. Иногда в отдалении они видели странные постройки из массивных или просто огромных светлых камней, которые напоминали низкие домишки. Несколько булыжников образовывали стены, а на них сверху лежала большая плита – крыша. Мимо первых двух проехали, а к третьему свернули и спешились, чтобы рассмотреть получше.

– Это дольмен[10], – послышался знакомый мужской голос из-за спины. – Его лучше не трогать.

– Здравствуй, дорогой дядя! – рыцарь обернулся и поспешил поприветствовать родственника.

– Здравствуй и ты, Хелгар, – старший Маннелинг с радостной улыбкой ответил на объятия племянника.

– Объясни, пожалуйста, что это за штуковины такие, кто и зачем их тут поставил? – спросил Хелгар, залезая на коня и поворачивая к дому.

– Склепы языческих вождей местных племён или их колдунов, – помолчав немного, он добавил: – Вполне возможно, что в них приносились человеческие жертвы демонам, которых северные дикари почитают за богов. Святые отцы пока ещё устанавливают истину, но в любом случае доброму христианину к этим камням лучше не прикасаться.

– Какая мерзость! – воскликнул молодой рыцарь. – Как церковь может терпеть такое?

– Спокойнее, мой дорогой Хелгар, – с улыбкой ответил Клаус. – Сейчас в этих диких местах у настоящих христиан ещё очень много дел, куда более важных, чем никому не нужные камни. Поверь мне, пройдёт время – и под пение церковных гимнов разберут эти дольмены до камешка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.