Светлана Эдгаровна Мухтарова
Красивый бизнес от души

© Светлана Мухтарова, текст, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Я посвящаю эту книгу своей семье, учителям, друзьям, партнерам и всем тем многочисленным людям, которые поддерживали и вдохновляли меня на протяжении всей жизни. Я точно знаю, что одно горящее сердце может зажечь сотни других. Я хочу, чтобы моя история стала вдохновением и поддержкой для людей, отважившихся идти своим путем.

Эта книга написана мною не только ради описания пути в бизнесе. Мое дело перекликается с делом моей души. Она о том, как я к этому пришла и какие сокровища я обрела, однажды сделав выбор – раскрыть подлинную силу своего сердца.

Предисловие. Бизнес как поле для творчества

Я глубоко верю в бессмертие души и в то, что все мы на этой Земле – гости. И раз уж я нахожусь здесь временно, это время мне очень дорого. Я очень хочу успеть оставить после себя что-то хорошее, служа на благо людям и высшему целому. Служить красоте как проявлению божественного начала – в этом смысл моего существования и возможность собственного духовного роста, созидания, сотворчества. Я создаю не просто качество для людей, а всегда делаю лучшее из того, что могу на сегодняшний момент, и никогда не останавливаюсь на достигнутом, каждый раз думая, что и как способна сделать еще лучше.

На первый взгляд кажется, что духовность и бизнес – понятия из разных плоскостей. Но если взглянуть на дело, которым профессионально занимаешься, не просто как на зарабатывание денег, а как на доступный тебе способ привнести в этот мир что-то ценное, тогда становится очевидным, что именно духовность, вера, понимание, ради чего ты все делаешь, являются движущими силами, помогающими бизнесу существовать, развиваться и оставаться востребованным долгие-долгие годы.

В 2024 году наша компания отпразднует 35-летие. За это время мы прошли через самые разные этапы. Начинали в 90-е, не зря названными лихими – с ними прочно ассоциируются такие понятия, как рэкет и хаос. Это были годы сумбурного развития рынка новообразованного российского государства, когда несколько раз в месяц приезжали совершенно разные «бригады» крышевать нас. Затем пришли 2000-е, ставшие для нас периодом самого высокого признания, в том числе на государственном и международном уровне. Затем мы пережили годы, в которые невероятный взлет сменился крахом. Это было время и экономического кризиса, и кризиса старых принципов. Пошатнулось все, на чем прежде держался наш бизнес. Кризис я переживала очень тяжело и в какой-то момент даже отошла от дел, переключившись на воспитание детей и саморазвитие. Именно тогда мы с мужем стали ездить в Индию и у нас появился духовный учитель. Глубинные изменения, произошедшие в нашем сознании, позволили увидеть всю неестественность положения, когда ты всем жертвуешь ради бизнеса и однажды понимаешь, что не бизнес для тебя существует, а ты для бизнеса. Произошло полное переосмысление стратегии, с кардинальной сменой целевой аудитории, концепции и рынка сбыта. И я вернулась в бизнес, понимая, что буду заниматься им с совершенно новыми смыслами и отныне стану задействовать все имеющиеся у меня ресурсы для реализации новой цели – служение красоте. Именно тогда я почувствовала, что занимаюсь делом своей жизни и никуда не уйду.

Пройдя трансформацию, мы создали бизнес как поле для собственного развития и творчества. В самых смелых своих мечтаниях я даже ожидать не могла, что он может давать такое состояние потока и приносить невероятную радость, огромные возможности, прекрасных партнеров. Именно такой бизнес мы имеем на сегодняшний момент.

Развитие семейного бизнеса – это колоссальная ответственность, ведь за переданным тебе делом стоят люди, входящие в твою «корневую систему». Получается, что это уже дело всей жизни, в твоих руках мощный потенциал, сохранение и приумножение которого целиком и полностью зависит от тебя. Но помимо этого, у меня есть к этому делу собственный большой интерес, а самое главное – есть вера в высший смысл того, что мы делаем.

Я чувствую себя продолжательницей не только семейного дела, но и семейной миссии – служения. Мой дедушка был именитым физиком и беззаветно служил науке, делая все, чтобы люди тянулись к знаниям и развивали их. Папа, также выходец из науки, безоговорочно верит в свое дело и продолжает через него служить людям. Я служу красоте как проявлению божественного в этом мире.

Считается, что книгу о себе, своем бизнесе и своей философии пишут тогда, когда уже все достигнуто и сделано. Но эта книга не мемуары, не подведение итогов. Она отражение моего личного опыта изменений, происходящих во всех сферах жизни, когда рассматриваешь ее через призму взаимосвязи духовного и материального. Эта книга – о служении, вере, ценностях и духовном смысле дела, через которое реализуешься в жизни

Пролог. Как мы замахнулись на святое

В середине 2000-х годов я ощущала себя курицей, несущей золотые яйца. Миллионные партии косметики ежемесячно, популярность у покупателей, солидная научная база, оборудованное по мировым стандартам производство, государственные и международные награды. Казалось бы, что еще надо для счастья? Но исчезло главное – интерес к профессии. Бизнес превратился в гонку, которая ужасно изматывала, особенно своими ограничениями.

Масс-маркет – это мир, работающий по особым правилам, связывающим производителя по рукам и ногам. Все, что требовалось от меня, как технолога-разработчика, – не выходить по себестоимости ингредиентов за определенные рамки и обеспечивать стабильность продукции в течение заявленного срока годности. С другой стороны, любую инициативу убивали жесткие условия работы и диктат со стороны крупных розничных сетей: шаг вправо, шаг влево – штраф! Что бы ни случилось – хоть потоп, хоть дефолт, а товар должен стоять на полке, завлекая покупателя яркой этикеткой и баснословно низкой ценой. Партнеры, представители крупного торгового дома, эксклюзивно занимавшиеся нашей дистрибьюцией, считали, что если для продукта разработать правильную стратегию продвижения и выбрать выгодный концепт, привязав его к запоминающейся упаковке, то люди купят именно эту упаковку. Главное, чтобы у продукта была яркая внешность, а внутрь можно налить что угодно.

Помню случай, когда мы разработали косметику по уходу за лицом, которую большинство людей из фокус-группы в слепом тестировании оценили не хуже известного французского бренда аналогичной ценовой категории. Средства содержали облепиху, поэтому имели желтоватый оттенок. Дистрибьютора это не устроило: крем должен быть белоснежным, «как у французов». Нам сказали: делайте что хотите, но чтобы крем стал белым. Это значило, что мы будем вынуждены либо убрать компонент, который и оказывает главное действие на кожу, либо добавить в состав титановых белил. В обоих случаях мы получим качественно совершенно не тот продукт, который высоко оценили потребители.

Выходило, что наши научные изыскания, усовершенствование качества и поиск нового никому не нужны, а нужен недорогой простой товар, который быстро продается в огромном объеме. Мы же ориентировались на наукоемкий продукт, который по условию не может быть супердешевым и массовым. У нас уже были коллаборации с российскими ведущими вузами, со швейцарским фармацевтическим институтом, на платформе нашего объединения защищались кандидатские и писались докторские диссертации, у нас в штате появился свой врач-биофизик. За два года была проделана внушительная работа, появились интересные продукты. Конечно, мы хотели внедрять их в производство. Но продавцам это было не интересно и не нужно. Мы стояли горой за качество продукта, а дистрибьюторы – за массовость, дешевизну и высокий оборот. На этой почве возникли серьезные разногласия, и мы начали резко конфликтовать с торговым домом. Силы были неравными, нам ясно дали понять: «Ваш паровоз летит в стену – вы никому не продадите то, что вам интересно производить. А продажи – это святое».

Честно говоря, мы и сами уже «подсели» на высокие продажи и привыкли к ним, но продолжать топтаться на месте и работать в кабальных условиях сочли для себя невозможным. Медленно, но верно мы подходили к точке кипения.

Было тяжелым моральным испытанием каждое утро просыпаться с недоумением: ну почему это мне не приснилось, почему я должна снова разгребать эти суды, разбираться со всевозможными организациями и проверками, которые как будто поселились на нашем предприятии.

Меня настигло большое разочарование: зачем были все годы учебы, научные разработки? К чему я шла? К тому, чтобы своими же руками уничтожить свою мечту? Разве могла я представить себе такое будущее тогда, когда все только начиналось?

Часть 1. Как все начиналось. Путь семьи в бизнес

1. Ген науки

В семье Мухтаровых все так или иначе связаны с наукой – как будто это заложено в нашей ДНК. Мой дедушка – ученый, беззаветно преданный физике. Любовь к науке и готовность служить ей в любых условиях он по наследству передал детям – все трое: Расим, Эдгар и Медина – пошли по его стопам и стали физиками.

Папа, окончив в 1958 году школу, принял участие в Московской олимпиаде по физике в МГУ. Став одним из призеров, он поступил на физфак МГУ. Спустя год папа вместе со своей мамой и сестрой Мединой уехал в Баку и продолжил обучение в Азербайджанском госуниверситете. Поступив после окончания университета в аспирантуру, он снова переезжает в Москву. Одновременно они со старшим братом помогают дедушке работать над докторской диссертацией, которую он блестяще защитил в конце 1966 года. После этого папа защищает свою кандидатскую диссертацию, в дальнейшем продолжив исследования, касавшиеся физики твердого тела, спектроскопии органических кристаллов.

К тому же периоду относится их знакомство с мамой. Они стали мужем и женой в 1967 году, а спустя год родился мой старший брат, которого в честь дедушки назвали Илалом.

Так сложилась судьба, что в 1972 году Мухтаровы (дедушка с бабушкой и дочерью Мединой, дядя Расим и папа со своими семьями) окончательно обосновались в Москве. Семьи жили в разных районах города, но неизменно соблюдали сложившуюся традицию: 21 марта, в день рождения дяди Расима и день празднования мусульманского нового года, дедушка собирал нас всех у себя, а 4 июля, в день рождения моего брата Илала, все съезжались к нам на дачу.

В 1973 году родилась я. Мое детство прошло в кругу ученых, дома всегда велись разговоры о науке и исследованиях, я часто бывала у папы на работе. С 1975 по 1988 год он возглавлял крупную лабораторию физико-химических исследований при ВАСХНИЛ, которая занималась разработками технологий по извлечению из природного сырья биологически активных веществ с сохранением их целебных свойств. Лаборатория была только-только организована, и папа, став заведующим, стал приглашать к себе специалистов из числа выпускников физического, химического и биологического факультетов МГУ, Московского химико-технологического института, Московского института тонких химических технологий – всего в коллективе было около 150 человек. Разработки лаборатории внесли огромный вклад в развитие фармакологии, медицины, пищевой промышленности, косметологии.

До сих пор помню, как меня завораживала обстановка лаборатории: люди в белых халатах, ароматы, колбочки-скляночки. Необычайно притягательной выглядела и сама идея: не синтезировать биологически активные вещества, которые можно выделить из природных источников, не выдумывать заново то, что уже создано живой природой, этим неисчерпаемым источником красоты, истинной и вечной. Правда, тогда, в детстве и ранней юности, я даже не подозревала, что когда-нибудь у нас с папой и братом будет семейный бизнес, где мы станем делать косметику, в основе которой лежат законы Великой Природы. Тогда папа для нас с братом был просто папа. Нет, не просто. Он был нашим самым первым и самым важным учителем.

2. Учитель, защитник, друг

Мне кажется, учительский дар у папы встроен настолько органично, что он даже не ставил себе целью воспитывать и учить нас, своих детей. Он просто очень сильно любил нас. Причем не эгоистичной любовью, когда родитель хочет видеть ребенка самой лучшей версией себя. Его любовь, наоборот, выражалась в бесконечной самоотверженной отдаче нашим интересам.

Ярко запомнился один инцидент из того периода моего детства, когда я училась в начальной школе. Как-то во время игры на детской площадке одноклассник оттаскал меня за косы. Папа, увидев, что я пришла домой вся растрепанная и зареванная, спросил:

– Что с тобой?

– Там, на площадке, Димка обидел, – захлебываясь слезами, пожаловалась я.

– Ну-ка, пойдем!

Подведя меня за руку к Димке, папа сказал:

– Вот теперь сделай с ним то же самое, что он сделал с тобой.

Вы бы знали, с каким азартом я кинулась выполнять папино распоряжение! Как я оторвалась на бедных Димкиных волосах! Справедливость восторжествовала! Но давний случай запомнился мне не поэтому, а потому что я в тот момент испытывала чувство полной защищенности: меня никто безнаказанно не обидит, ведь за мной стоит такой человек, такая личность – мой папа! С тех пор это чувство всегда со мной, и оно придает мне силы и уверенность.

Папину поддержку я действительно ощущала всегда и абсолютно во всем. Наиболее ценно, что даже в спорных ситуациях он всегда принимал мою сторону. Я никогда не была пай-ребенком, а в переходном возрасте, лет в 14–15, со мной стало особенно сложно. В школе я вела себя вызывающе: неумеренно красилась яркой косметикой, могла прогулять уроки, надерзить учителю. Ответ за мое поведение приходилось держать папе. Причем манера общения между педагогами и родителями тогда была своеобразной: на родительском собрании папу, как провинившегося, поднимали перед всеми и прилюдно отчитывали, не забывая перечислить каждый мой грех и промах.

Однажды на собрании классная руководительница в очередной раз стала жаловаться: «Ваша Света приходит в школу накрашенная, и вообще ведет себя вызывающе». Конечно, учительница ждала, что папа начнет оправдываться, пообещает провести воспитательную беседу с непутевой дочкой и наставить ее на путь истинный. Но папа встал и произнес: «Вы знаете, а вам бы тоже не мешало подкраситься! Добрее бы были».

Спустя много лет, когда прокатилась перестройка, появилось предпринимательство, и мой папа оказался в первой волне людей, начавших свой бизнес, классная руководительница, встречая меня, восхищалась: «Твой папа – мощнейшая личность! Он никогда не был ограничен рамками, предрассудками. И знаешь, он любит тебя беззаветно!»

Я и сама чувствовала его любовь, принимающую меня безраздельно, со всеми несносными подростковыми манерами и максимализмом. Мама иногда сокрушалась: «Мне так стыдно за твое поведение. Вон как повезло маме твоей подружки: она только и хвастается, какая ее дочь умница и помощница, а мне и гордиться нечем». Папа из-за этого спорил с ней, всегда вставая на мою сторону. Особенно туго со мной пришлось родителям, когда наступил тот возраст, в котором на первое место встают друзья. Я была готова на всё, чтобы произвести на них впечатление. Вплоть до того, что ночью выкрадывала у папы ключи от машины, угоняла ее, и мы с друзьями катались, упиваясь собственной крутизной. Папа все знал, но никогда не вел со мной нравоучительных бесед. Только однажды сказал:

– Ты, наверное, считаешь, что я глупый? Я же понимаю, что происходит. Я замечаю, что машина стоит не совсем на том месте, где я ее вчера оставил. Сажусь с утра за руль и вижу, что бензин в баке на нуле. Не делай этого больше.

Думаете, я оценила это великодушие? Нет, при первой же возможности опять угнала его машину! И когда нас остановили инспектора ГАИ, мы, бросив ее посреди дороги, кинулись врассыпную. Папу подняли в четыре часа утра и сообщили: вашу машину нашли.

Сейчас я удивляюсь, как он все это выдерживал? Примеряя те обстоятельства на себя нынешнюю, маму троих детей, я не уверена, что сгоряча не наказала бы ребенка за такие проделки, потому что у меня нет столько терпения, сколько потратил на меня папа. А он всегда очень бережно со мной разговаривал, тщательно выбирая тон и находя самые верные слова. Интересно, что именно его деликатность вызывала во мне особенно жгучий стыд. Стыд, после которого я больше никогда не повторяла своих цирковых номеров.

Папа – мой первый учитель. И главный урок, который он мне преподал: воспитание – это не насилие, не внушение догм, не давление «ты должна!», не встраивание в шеренгу, где надо выглядеть и поступать как все. Воспитание – это бескрайняя любовь, настоящая, бескорыстная и безусловная. И огромное терпение, пример которого также показал мне папа. После того как я повзрослела, произошло переосмысление того, что он для меня сделал, и родилась благодарность. Настолько глубокая и искренняя, что многие вещи в жизни я сделала только из благодарности к папе. Я думала: «Он верит в меня, и ради него я обязательно справлюсь». Это помогало мне делать над собой усилия и преодолевать свои сомнения и страхи.

Не уверена, что без папиного ободрения, одобрения и веры у меня хватило бы стойкости отучиться в аспирантуре и на восьмом месяце беременности защитить кандидатскую. Смелость и решимость на многие подобные сверхусилия у меня появлялись именно благодаря его жизненным убеждениям.

Например, папа всегда говорил: успех – это усердие. Я взяла это убеждение в свою жизнь и, как жемчужину мудрости, готова передать по наследству своим детям, потому что проверила – да, так и есть. Успех – это усердие, когда ты не размениваешься, не отступаешься, а идешь и идешь к своей цели. Согласитесь, большинство из нас хоть однажды, но поддавались соблазну бросить начатое. Если тяжело или что-то не удается, мы опускаем крылья и ищем пути полегче. А у папы другая стратегия: выбрал свое направление – так иди, несмотря на трудности. Иди, и если есть усердие, успех гарантирован. Целеустремленность и умение всегда доводить начатое до конца – папины черты, которые я вижу и у себя.

Папа делал все, чтобы я могла максимально раскрыться. Он никогда не говорил: «Нет, это нереально!». Наоборот, всегда показывал, что нет ничего невозможного, даже если на первый взгляд мои предложения выглядели уж слишком революционными. Чего стоила, например, моя идея заняться косметическим производством, когда у нас не было для этого ни цеха, ни опыта, ни специалистов. Первая реакция, которую следовало бы ожидать от рационально мыслящего предпринимателя: «Ну, ты понимаешь, цех – это же такие вложения. Ты представляешь, как это все сложно и что для этого надо сделать?» Папа же отреагировал по-своему. Внимательно выслушав, он не стал сразу отметать дочкины фантазии, а на следующий день сказал: «Я придумал, как все сделать поэтапно. Все получится». Так продолжается до сих пор: я подхожу к нему с любой идеей, он иногда округляет глаза от удивления, но спустя некоторое время говорит: «Послушай, я вижу, как это можно сделать».

У папы, и раньше и теперь, на первом месте всегда – семья и дети. Он однолюб и всю жизнь очень трепетно относился к маме. Мама не участвовала в семейном бизнесе, но была настоящей боевой подругой: она всегда одобряла папу, с интересом слушала, чем мы занимаемся, пользовалась нашей косметикой. Мама не давала советов, а всегда говорила, что мы сами лучше знаем, как поступить.

Всем своим образом жизни папа демонстрирует: какие бы разногласия межу супругами ни возникали, семья – высшая ценность, которую надо любым способом сохранить. Это убеждение тоже стало моим на 100 %.

Думаю, брат подтвердит мои слова, так как он тоже всегда был окружен папиным вниманием и любовью. Так же, как и мне, в очень непростых ситуациях папа подставлял сыну свое надежное плечо, не давая скатиться в депрессию, зависимости или сделать заведомо ошибочные шаги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.