Сергей Вишневский
Холодное пламя: Гори!

Глава 1

По грязным трущобам, зачастую морщась от смрада, за мелким босяком следовал широкоплечий мужчина.

– Долго еще? – спросил он, поглядывая на заинтересованные лица прохожих.

– Почти пришли, господин, – кивнул малец и указал на узенький домик, встиснувшийся в проулок.

Как только они подошли к двери, пацан обернулся и требовательно вытянул руку.

– Уговор! – заявил он. Выглядел он уверенно, но по дрожи в руке было понятно, что парень все равно боится.

Широкоплечий мужчина вытащил из кармана медную монету и протянул ее пацану. Тот схватил ее, тут же засунул за щеку и, шлепая по пыльной мостовой, скрылся в проулке.

Незнакомец же подошел к двери и постучался могучим кулаком по двери. Ответа не было, и он постучался еще раз, громко произнеся:

– Эй! Есть кто живой?

Спустя пару секунд послышались тихие шаги. Скрипнул засов на двери, и в щели показалось детское личико.

– Рус здесь живет? – спросил мужчина, глядя на перепуганную мордочку.

– Рус – здесь, – осторожно ответила она.

– Где он?

– Болеет, – тихо ответила девочка.

Мужчина нахмурился и представился:

– Меня зовут Торк. Он работает в моей кузнице. Давно он слег? Его три дня не было.

Девочка завозилась и, что-то подвинув, отворила дверь, впустив внутрь кузнеца. Тот вошел внутрь и огляделся.

Дом оказался внутри еще меньше, чем снаружи. Небольшая открытая печь, деревянная кровать и стол. Больше в него ничего не влезло. Вся посуда и теплые вещи, скорее всего, хранились на крыше.

На столе Торк обнаружил корзину с яйцами, которые он выдал работнику несколько дней назад в качестве премии за отличную работу. Парень выстоял две смены на мехах и помимо двойной платы получил от кузнеца корзину с яйцами. Корзина была почти полной.

– Он не ест ничего, – проследив за взглядом, ответила девочка. – Только пил, а сегодня уже не просыпается. И не пьет.

Кузнец взглянул на ведро, в котором едва треть воды наберется, а затем указал на парня.

– Чего голый лежит?

Девочка достала из-под кровати обрывки горелой ткани.

– Рубаха на нем тлеть начала, я испугалась, что загорится. И простыню тоже убрала.

Кузнец взял тряпку и, вымочив ее в ведре, положил на лоб парня. В этот же момент раздалось шипение, и потянулся пар.

– Я сегодня три ведра на него извела, – тихо ответила девочка.

Кузнец нахмурился и протянул руку к работнику, но тут же отдернул, почувствовав нестерпимый жар.

– Худо дело, – произнес он.

– Эй! Рус! – раздался голос с улицы. – Ты работать собираешься?

Кузнец удивленно взглянул на девочку, а затем поднялся и вышел из дома. Там его встретил пухлый мужичок, недовольно переминающийся с ноги на ногу.

– Ты кто такой? – спросил он. – И где Рус? У меня рук не хватает, тесто того и гляди упадет, а его три дня нет.

– Торк, кузнец из мастеровых, – протянул он руку по виду пекарю.

– Сулим, – протянул в ответ руку толстяк. – Хлебных дел мастер. Из Сладкого переулка.

– Наслышан, – кивнул кузнец. – Рус, выходит, и у тебя работал?

– Выходит – да. А я еще думал, чего он все в саже постоянно приходит?

– А я удивлялся, почему от него рогаликами ванильными пахнет. Думал, деньги на Сладкий переулок несет.

– Если не секрет, – смущенно произнес повар. – Сколько вы ему платили?

– Восемь монет за смену. Когда две смены отстоит – продуктами помогал. Но у него рука к металлу не лежит. Он только на мехах стоял да вторым молотом работал, – пожал плечами Торк и, так же хмурясь, спросил: – А вы?

– Десять, но он не просто тесто месил. Он и хлеб формовал, и рогалики лепил. Ушлый малый. Работы не боялся. Сейчас таких не хватает.

– Все хотят рогалики есть, но зарабатывать на них никто не хочет, – кивнул кузнец и указал в сторону дома. – Получается, что он утром то с тебя начинал, то с меня?

– Выходит так, – кивнул пекарь и добавил: – Восемнадцать медью в день. А работал он у меня всегда на славу. Два раза в месяц выходной брал.

– У меня так же.

Двое мужчин взглянули на дом и первым витавший в воздухе вопрос озвучил Сулим:

– А куда он деньги, интересно, девал?

– Куда девал – уже не скажет. Слег он с жаром.

– Сильно?

– Я такого раньше не видал, – покачал головой Торк. – Жар у него такой, что тряпка на нем шипит, да пар идет. Сестра говорит, что под ним простыни тлеть начали.

Сулим недовольно зашевелил усами и хмуро взглянул на кузнеца.

– Родители у него есть? Или он сирота?

– Сирота, за то он сам говорил. Только девка малая в доме одна.

– Сестра это, – пояснил Сулим. – Видал ее, помогала как-то к карнавалу, когда рук не хватало. Присыпку по цветочным корзинкам сыпала.

– Корзинки были что надо, – похвалил Торк, припомнив, как на осенний карнавал пробовал кремовые пирожные. – Моя Дола от них визжала прям.

– За похвалу спасибо, конечно, – улыбнулся толстяк. – Но что делать будем?

– Надо спросить сестру. Если он деньги дома прятал, то вызовем лекаря. Может, хоть посоветует чего, – произнес Сулим. – Жалко работящие руки.

– А если нет?

Пекарь хмуро глянул на кузнеца и спросил:

– Сами заплатим, а на него долг положим. По-людски, с отсрочкой.

– А если его боги приберут?

– А если приберут, то значит, мне не стыдно будет к нему на погребальный костер прийти, – пожал плечами пекарь и протянул руку. – Ну, как?

– Не по-людски рабочие руки оставлять, – кивнул Торк и пожал руку.

* * *

Лекарь остановился перед дверью и выжидательно уставился на сопровождавших его пекаря и кузнеца.

– Пожалуйста, – произнес кузнец и вложил три серебряные монеты в руку худощавого старика.

– Ну-с, – вздохнул он и, напялив на лицо маску с прорезью для глаз, вошел в дом.

Там он оглядел скудное убранство, покачал головой и подошел к кровати, на которой лежал больной. Он протянул руку к его лицу, но, не прикоснувшись, тут же одернул.

Брови старичка поднялись вверх, и он полез в принесенную с собой кожаную сумку. Вытащив из нее огромные кожаные перчатки с фиолетовым отливом, он тут же принялся их надевать. После этого он приподнял голову парня и, жмурясь от исходящего от него жара, оттянул ему веки.

– Вот как, – пробормотал старичок и аккуратно положил его обратно.

После этого он повернул его на бок и взглянул на доски кровати, которые уже почернели, а местами виднелись красные угольки.

– Третья степень, не меньше, – вздохнул он.

После этого он оглянулся и, найдя на полу тряпку, начал искать воду.

– Вода вот, – произнесла подскочившая сестра Руса.

– Благодарю, – произнес старичок и спросил: – А вы, барышня, кто будете?

– Сестра.

– А звать вас как?

– Луна.

– Какое интересное имя, – улыбнулся старичок. – Скажи мне, Луна, сколько твой брат так лежит?

– Третий день.

– А перед этим он на что-то жаловался?

– Да. Говорил, что жарко постоянно. Два дня не ел, только пил. Теперь уже не пьет.

– Угу, – кивнул старичок и смочил тряпку в ведре. Затем он достал небольшие песочные часы и, приготовив их, поставил на стол, одновременно положив тряпку на лоб больного. – Одежда где его?

– Я сняла. Рубаха его тлеть начала, вот я и испугалась, – призналась девочка. – И постельное убрала.

– Правильно сделала, – кивнул старичок, наблюдая, как идет пар от тряпки. Когда пар заменил дым, и тряпка начала чернеть, старик мельком глянул на песочные часы и вздохнул. – Четвертая степень.

– Он поправится? – с надеждой спросила девочка.

– Пока я не могу тебе точно сказать, – ответил старичок. – Надо переговорить с людьми, которые оплачивали его… осмотр.

– У Руса деньги были, – тут же затараторила девочка. – Двадцать серебром есть! Мы копили…

– Боюсь, этого для лечения будет мало, – задумчиво произнес старичок. – Да и лечением это не назвать. Тут скорее будет “временное решение”.

Старичок поднялся и, сложив в сумку инструменты, вышел из дома, где его ожидал пекарь с кузнецом.

– Жить будет или?.. – произнес кузнец, глядя на старичка.

– Начнем с самого главного, – хмыкнул старичок. – Это не заразно. Это не лихоманка и не синий круп. Бояться тут нечего.

Старик достал небольшую трубку и мешочек с табаком, усевшись на крыльцо дома, принялся набивать табак.

– С мальчиком случилось то, о чем мечтают многие благородные и обеспеченные люди. У него проснулся дар, причем очень сильный. Четвертая степень – это очень хороший показатель… Для нашего захолустья.

– Он магом будет? – недоверчиво спросил Сулим.

– Если все оставить так, как есть, то он будет трупом, а не магом, – старик набил трубку и достал небольшую огнивку, кончик которой от одного дуновения тут же заалел. – Дар слишком большой. Сам он не справится, и сила просто сожжет его тело.

– Сам не справится? – уточнил кузнец.

– Обычно хорошим даром считается третья степень. И чтобы справиться, используют множество алхимических рецептов и уловок. Здесь же вообще четвертая. Не каждый с таким даром выживает даже при вливании зелий. Проще говоря, без профессиональной и дорогостоящей помощи, парень сгорит меньше чем за неделю.

Пекарь с кузнецом переглянулись.

– Руки рабочие – это хорошо, – осторожно начал кузнец. – Но сколько стоить будет его на ноги поднять?

– Десять золотых, не меньше, – покачал головой лекарь и выпустил клубок дыма. – Это только алхимия. Выходить его после этого тоже денег стоить будет, если вы, конечно, лично не согласны им заниматься.

Сулим стал совсем мрачным, а Торк склонил голову.

– У нас денег таких нет, да и если бы было…

– Я именно поэтому с вами об этом разговариваю, а не даю отмашку собирать деньги на погребальный костер, – улыбнулся старичок. – У нас с вами под носом лежит очень прибыльная жила.

Кузнец и пекарь тут же навострили уши.

– Да, нам всем придется вложиться, – начал лекарь. – Однако мы можем получить очень важный и ценный ресурс.

– О чем ты?

– О маге. Вы подумали, что будет, если у нас получится вытянуть его из этого состояния?

– Ничего не будет. Заберет его к себе какой-нибудь маг в ученики, ну а если повезет – уедет в столицу империи и поминай, как звали, – произнес Сулим.

– Так и есть, но у нас есть шанс повесить на него обязательство, – снова пыхнул трубкой лекарь. – Вы ведь знаете, что такое контракт, скрепленный силой?

– Знать-то знаем, но кто его делать будет? – задумчиво произнес Кузнец. – Такой договор стоит не меньше пяти золотом.

– И у меня есть такой, – кивнул лекарь и тут же пояснил вылупившимся на него кузнецу и пекарю. – Один пациент им услугу оплатил. Не каждый маг знает, что делать, если прихватит бл… одна болезнь, сопровождающая девиц легкого поведения.

– Сколько стоит алхимия для него? – задумчиво произнес Сулим.

– Если я ее буду варить сам – думаю, в восемь золотом уложимся, – кивнул Лекарь.

– Получается, тринадцать золотом? – нахмурился Кузнец. – По четыре золотых на каждого.

– Рано считать договор, – покачал головой Лекарь. – Для того, чтобы его считать, надо чтобы у нас получилось, и он выжил.

– Если ты умеешь алхимию сам для него делать, то зачем тебе мы? – спросил Сулим, быстро прикинув варианты.

– Во-первых, чтобы разделить потери, если он все же не выживет, – ответил старичок, выпустив дым через ноздри. – Во-вторых, уход. Это большая затрата времени. Я бы сказал, что просто гигантская. У благородных для этого всегда найдется парочка слуг, а у меня таковых нет. И не думаю, что найдутся у вас. Но если с меня контракт, то с вас я потребую именно уход.

– Хлопотно? – тут же задумался кузнец.

– Хлопотно, – кивнул лекарь. – Если у него дар пошел жаром – скорее всего, пламя ему стихией будет, но тоже не факт. Бывает, что и две, а то и три стихии берет. А его сейчас надо будет в холодное место отнести и водой холодной обливать. Если жар сбить получится – он в себя придет ненадолго. Как придет – его кормить надо силой. Да так, чтобы до отвала. Потом пару часов, и тело снова в жар уйдет, и так по кругу. Снова в холод и в воду ледяную. Это помимо алхимии моей. Одна алхимия ничего толком не сделает.

Кузнец с пекарем переглянулись.

– Если восемь золотых на троих поделить – по два с половиной золотых выйдет, – сказал Сулим. – Не шибко уж и дорого.

– Тут подумать можно, – кивнул Торк.

– Подумайте, – кивнул старичок и, в последний раз затянувшись, вытряхнул угли и пепел из трубки на землю. – Только недолго. День-два, и даже я не возьмусь его из стихии вытаскивать.

– Нечего думать, – вздохнул Сулим. – Я в деле! С договором или без, но посадить мага в должники свои – дорогого стоит!

Кузнец взглянул на толстяка и кивнул.

– Надо пробовать, а как уж там выйдет… Может, и вправду маг в должниках будет.

* * *

– Где я? – спросил Рус, как только открыл глаза.

Над головой были ветки деревьев, а под ухом журчала вода.

– У ручья, – послышался голосок сестры. – На север от города.

Парень попытался приподняться, но сил хватило только на то, чтобы повернуться на бок.

– Лежи! Не вставай! – начала ругаться на него сестренка. – Лекарь Жулье сказал, что тебе двигаться нельзя. И поесть обязательно надо.

Сестра показалась с глубокой тарелкой и ложкой.

– Похлебка уже остыла, но я и не думала, что ты в первый день в себя придешь, – девочка уселась рядом и поднесла ложку ко рту. – Ешь давай!

– Не хочу… мутит меня.

– Жулье сказал, что если есть не будешь – умрешь.

– Не помру. Я же не…

– Ты три дня в себя не приходил. Тебя кузнец с пекарем выволокли из дому. Я тебя день колодезной водой поливала, чтобы тебя отпустило. Только когда сюда тебя перевезли, ты в себя пришел, – хлюпая носом, произнесла сестра. – Я боялась, ты совсем умрешь… А я что без тебя делать буду? Я не хочу, как Шали, в портовые шлюхи идти…

– Никто тебя в шлюхи не отдаст, – сглотнув ком в горле, произнес парень.

– Ты не отдашь, только не умирай… Покушай… Ну? Жулье сказал, есть не будешь – точно помрешь.

– Давай… – усмехнулся парень и открыл рот.

Сестра тут же сунула ему в рот ложку, а как только тот проглотил холодный мясной бульон, перемешанный с толченым картофелем, попыталась засунуть вторую.

– Ты где мясо взяла? – успел спросить парень, но тут же получил еще одну ложку в рот.

– Ты не болтай, жуй давай! – повторила любимые слова брата Луна и, пока тот проглатывал, начала рассказывать: – Торк и Сулим тебе лекаря оплатили. Тот опознал, что в тебе дар живет магический. Если тебя выходить и алхимией помочь, то ты не умрешь, и выйдет из тебя настоящий маг.

– Причем тут магия? – возмутился парень и приподнял голову.

Тут он обнаружил, что лежит всем телом в ручье, а голова и плечи лежат на плоском камне. Чтобы его не снесло водой, его привязали за подмышки к вбитому в землю колу.

Вверх по течению ручей был обычным, а вот вниз по течению он испускал пар, словно горячая вода.

– Почему я в воде?

– Потому что тело твое силой греет так, что на тебе рубаха сгорела, – буркнула сестра и, зачерпнув похлебки, снова сунула ложку в рот. – И водой я тебя поливала без устали, но тебя ни одна вода не брала. Ты как кочерга раскаленная, воду грел, она кипела, а тебе хоть бы что.

Парень открыл было рот, чтобы что-то спросить, но Луна и звука не дала произнести, тут же запихнув ещё порцию.

– Мне никто ничего не говорит, я толком не знаю, но тебя за помощь в долг взять хотят. А за сам долг они ничего не говорят. Только за тобой смотрят и еду возят.

Брат хмуро глянул на сестру, а та снова выждала момент и снова засунула ему ложку в рот.

– Съешь все сначала, потом я тебе зелье дам, а уж после него можешь хоть уболтаться. Жулье говорил, что ты сразу не встанешь и надолго в себя не придешь. Потому меня к тебе и приставили, чтобы ты поесть успел, когда в себе будешь.

– Что с домом?

– Кузнец запер его, – пояснила Луна. – Замок свой принес и на ключ запер.

– А…

– Деньги я все с собой унесла. – кивнула девушка, засовывая в рот очередную ложку. – Одежду тебе взяла теплую, ботинки твои и еду, что у нас оставалась.

Тут девушка засунула руку в воду и осторожно выудила из-под спины брата вареное яйцо. Тут же постучав, она принялась его чистить.

– Сколько они в долг мне ставят?

– Не знаю, говорю же. Только переглядываются и бормочут что-то.

Парень вздохнул и сморгнул. Его мгновенно потянуло снова в сон.

– Спать хочу, – произнес он, и сестра тут же подскочила.

– Стой! Не спи! Я тебе зелье еще не дала!

Девочка сбегала до шалаша и принесла оттуда небольшой керамический флакончик.

– Выпей все! Я понюхала – пахнет отвратно, так что пей в один глоток.

Парень открыл рот и тут же получил вязкую, терпкую и горькую субстанцию. Сморщившись от вони, он с трудом себя пересилил и сглотнул все, при этом еще и закашлявшись.

– Дрянь какая, – выдавил он, с трудом сдерживая кашель.

– Вкусных лекарств не бывает, – ответила сестра и тут же схватила плашку с похлебкой. – Ты зажуй! Оно так легче будет!

Парень начал открывать рот и с трудом осилил еще пять ложек. После этого усталость взяла свое, и он выдохнул:

– Мочи нет… спать хочу…

* * *

Луна подтянула свой лежак поближе к брату и сложила теплое одеяло вдвое. Ночи стали холодать, а тело брата на седьмой день принялось остывать.

Он все чаще приходил в себя, а проточная вода смогла остужать его тело достаточно быстро. Он больше ел, чаще разговаривал, но при этом и больше волновался.

Сегодняшний разговор с Торком, попавшим на пробуждение парня, закончился известиями о долге перед пекарем, кузнецом и лекарем, которые взялись за лечение парня. Ни о какой сумме он не сказал, и это взволновало парня еще больше, чем само известие о долге. Однако парень оказался слишком слаб, и даже такие дурные вести не смогли долго поддерживать его тело в бодрствовании. После очередной порции еды и зелья он снова отправился в забытье.

– … Когда север закружит юг, – начала Луна сказку, которую часто рассказывала мать. – А свежий бриз понесет песок на запад и восток…

Под звездным небом, в свете молодой луны, девочка смотрела на угольки догорающего костра и ощущала, как спину греет тепло брата. Из ее уст звучала старая сказка о розе ветров, находящейся в центре мира, о тоскующем великом маге, сыне короля, который покрыл всю землю песком, и о том, как одна девушка превратила самого принца в камень, а песчинки в цветы.

– В спицах колеса наши полюса… – прошептала девочка и зевнула, заканчивая сказку.

– В центре всех миров роза их ветров, – закончил мужской голос.

Из темноты вышел мужчина в черном балахоне. Он оглядел шалаш и нехитрую утварь, лежащую на пригорке, а потом остановил взгляд на девочке.

– Здра-а-а-а-асть! Могу я узнать, что тут делает столь юная особа в одиночестве? – спросил он.

Девочка вскочила с плетеного лежака и затравленно оглянулась. Под рукой не было даже палки, чтобы защитить брата. Она вернула взгляд на незнакомца и только сейчас заметила, что радужка его глаз светится едва заметным красным цветом.

– Упырь… – едва слышно произнесла перепуганная Луна.

Глава 2

– Не подходи! – сжав зубы, произнесла девочка и схватила камень у ног.

Мужчина слегка наклонил голову и удивленно взглянул на ребенка.

– Ты действительно думаешь, что сможешь мне помешать?

– А ты попробуй! – девочка со всей силы швырнула в него камень и схватила еще один.

Маг с усмешкой уставился на снаряд, стукнувший его по сапогу, и снова поднял взгляд на Луну.

– Очень интересная реакция на облаченного силой, – задумчиво произнес он. – Интересно, что твои родители рассказывали про нас? Мы едим детей? Злодеи и порождения бездны?

Девочка затравленно оглянулась на пребывающего в бессознательном состоянии брата, а затем снова взглянула на мага и повторила:

– Не подходи!

– Не буду, – хмыкнул незнакомец и вытянул в ее сторону руку.

На кончиках пальцев вспыхнул черный клубок нитей и тут же погас, заставив мага вскинуть брови.

– Человек? – растерянно произнес он и сделал шаг к лежащему по грудь в воде парню.

Луна тут же бросилась к магу, замахнувшись рукой с камнем. Одного небрежного движения противника хватило, чтобы девочку отбросило на несколько метров.

– Я рассчитывал на малый прорыв стихии, – забормотал незнакомец. – Но уж точно не человека…

Он подошел к Русу и задумчиво вгляделся в его лицо. Его рука нависла над грудью парня. Под пальцами снова появился сложный узелок с кучей нитей, в который потянулась тонкая струйка пламени из груди парня.

– Кто бы мог подумать, – с улыбкой произнес он. – Что в человеке может быть столько силы…

В этот момент пламя полыхнуло сильнее обычного, и пришедшая в себя Луна четко увидела длинные клыки, выступающие из пасти незнакомца.

Страшилки, которые рассказывали ребята в подворотне про темных выродков с красными глазами и острыми клыками, тут же встали перед глазами, как живые.

Девочка тут же подхватила камень, вылетевший из рук, и пулей метнулась к противнику. Она подскочила к нему и, ухватившись за мантию, подпрыгнула к его голове и со всей силы влепила по затылку камнем.

– Вот тварь, – рыкнул противник, под руками которого развалилось плетение.

Огонек исчез, а сам противник тут же обернулся к ребенку с перекошенной от злости гримасой.

– РУС! – закричала Луна с перепугу.

Незнакомец на глазах преображался, превращаясь в изуродованную силой тьмы тварь. Уши вытянулись, нос вытянулся, а кожа стала белее снега.

– Ах, ты! – прошипел противник, вытянув когтистую лапу в сторону девочки.

На ней тут же полыхнул красным квадрат, внутри которого красовался бараний череп, но в следующий миг за его спиной полыхнуло пламя.

Очнувшийся Рус обнаружил перед собой спину лысого незнакомца и перепуганную сестру, в сторону которой противник вытянул руку. Дожидаться эффекта от заклинания парень не стал и метнулся к нему. То, что его тело тут же объяло пламенем, парень даже заметить не успел.

Подскочив к противнику, он кинулся ему на спину, попутно влепив ногой под колено. Тело противника тут же завалилось назад, а красный луч, ударивший из лба бараньего черепа, ушел куда-то в звездное небо.

– Уршаловуш! – невнятно прохрипел незнакомец. Рус уже рукой нырнул под подбородок и принялся душить врага.

Однако вопреки привычной анатомии, голова неизвестного мага провернулась на сто восемьдесят градусов и открыла пасть, чтобы вцепиться в лицо Русу.

– Это упырь! – закричала сестра в попытке помочь брату.

Парень тут же сориентировался, отпустил шею противника и ухватил голову двумя руками. Большими пальцами он вдавил глаза темной твари, заставив ее истошно завизжать.

Девочка перепуганно стояла в отдалении, не зная, как помочь. Упырь визжал и изворачивался, а на нем сидел полыхающий пламенем брат. Как помочь, она просто не представляла.

Тварь тем временем с хрустом вывернула руки и сдавила шею Руса, несмотря на то, что руки шипели от пламени парня. Началось противостояние.

Рус задыхался, но продолжал душить противника, видя, как под руками кожа пузырится и осыпается пеплом. Тоже самое происходило и с кистями упыря.

В критический момент, когда в глазах начало мутнеть, он взревел от ярости, и его тело ударило волной голубого пламени. Тварь, как и трава вокруг, обратились в пепел. Камни у берега потекли и сплавились в один огромный булыжник, а вода из ручья в один момент превратилась в облако пара, поплывшего к звездам.

– Рус? – морщась от жара, произнесла Луна.

– Все хорошо, – глубоко дыша, произнес парень. – Все хорошо…

Пламя сменило цвет с голубого на обычное.

– Сейчас… я немного передохну… – парень поднялся и, пошатываясь, сделал пару шагов к ручью. – Все хорошо…

Еще два шага, и он рухнул лицом в высушенное русло ручья, которое только начало наполняться водой. Поток воды, идущий с гор, тут же объял тело парня. В небо устремился столб пара.

– РУС! – взвизгнула Луна и метнулась к парню.

Не обращая внимание на невыносимо горячую воду и плечи брата, обжигающие руки не хуже каленого железа, девочка смогла вытащить его к берегу так, чтобы голова была на поверхности.

* * *

Глава стражи опустил взгляд и уставился на клыки. Его брови отчаянно поползли вверх, но он изо всех сил постарался вернуть их на место.

– Это не волчьи, – произнес он, не решившись озвучить факт.

– Это клыки принадлежат упырю. Тому самому, с горного хребта, – ответил Жулье.

Он сидел в кресле перед начальником стражи и внимательно следил за его мимикой.

– Клыки, как вы видите, белые и не успели пожелтеть. Вот тут и вот тут остались ткани, свидетельствующие о недавнем извлечении.

– Хорошо, – вздохнул усатый мужчина. – Допустим, они принадлежат упырю. Что вы хотите от меня?

– Награды за его голову, – развел руками лекарь. – Вам, уважаемый Зит, прекрасно известно, что за упыря с перевала Укто назначена награда в десять золотом.

– Во-первых, назначена награда за голову, а не за зубы, – задумчиво ответил тот, разглядывая клыки. – А во вторых, вы можете доказать, что это именно его голова?

– Так сложилось, что он был уничтожен при помощи огня, – признался Жулье.

– Но череп же целый?

– Целый, но его можно, не особо торгуясь, продать за двадцать золотом на торжище в Кусарифе, – пожал плечами лекарь. – Какой смысл его отдавать вам?

Стражник хмуро посмотрел на собеседника и уточнил:

– Кто знает об убийстве этого упыря?

– Пока только четверо человек, и все они предупреждены, – кивнул лекарь, уловив мысль стражника.

– Тридцать золотом за череп и показания об участии в операции стражи славного города Вивек, – задумчиво произнес стражник и добавил: – И меня лично.

– Отличное предложение, – расплылся в улыбке Жулье. – Я даже не ожидал подобного мудрого плана.

Стражник со скепсисом взглянул на хитрого лекаря и произнес:

– Зубы на место вернешь. Завтра чтобы мне план предоставил, кто где был, чем занимался и как все было.

– Разумеется, но только сразу после…

Стражник поднялся и подошел к шкафу. Открыв потайную дверцу сбоку, он выудил оттуда ключи и, обойдя шкаф, открыл скрытый в стене сейф.

– Десять золотом, – положил он перед лекарем небольшой кошелек. – Задаток. Остальное сразу после показаний тебя и тех, кто в курсе.

Лекарь сгреб кошелек за пазуху и остался сидеть на месте. Начальник стражи закрыл сейф, сел на свое место и уставился на собеседника.

– Что еще? – спросил он.

– Информация. Пятьдесят золотом, – уверенно заявил лекарь.

– Ну, и что за информация? – вздохнул Зит и недовольно пошевелил усами.

– В городе есть одаренный, – с гордостью произнес Жулье.

– И?

– Четвертая степень дара минимум. К тому же его тело приняло силу.

Лекарь внимательно следил за стражником. Тот продолжал удерживать маску безразличия, всячески показывая свое отношение к такой информации. Единственным, что его выдало, был палец, отстукивающий по столу ритм. Во время паузы ритм начал ускоряться.

– Что же, – поднялся на ноги Жулье. – Я был прав, когда решил продать эту информацию в Кусариф.

– Сядь, – ледяным тоном произнес стражник. – Сиди и жди.

Мужчина кивнул и спокойно уселся в кресло. Начальник стражи вышел и вернулся через несколько минут.

– Знаешь, что это такое? – спросил он, поставив перед лекарем небольшую шкатулку, на которой драгоценными камнями было выложена руна “правда”.

– Знаю, – кивнул Лекарь.

– Тогда давай с начала и по порядку. Где маг, и как ты с ним встретился?

Лекарь, несмотря на то, что ходил по острию ножа, приподнял малый кошелек с монетами и показательно взвесил его в руке.

– Тебе давно пора проверить лед под ногами, – пригладив усы, произнес стражник. – Может оказаться так, что он слишком тонок.

– Этот лед меня выдержит! – выпрямившись, произнес Жулье.

– Посмотрим, посмотрим, – кивнул Зит и снова полез в тайник. Отсчитав полагающиеся монеты, он положил их перед ушлым лекарем и скомандовал: – Рассказывай!

– Пекарь Сулим и кузнец Торк. Именно они меня позвали на осмотр одного юноши…

* * *

Молодой мужчина взглянул на дверь, в которую постучал слуга, и громко произнес:

– Входи.

– Господин, – произнес вошедший вышколенный слуга. – Указанные вам господа доставлены.

– Пусть войдут, – кивнул он и принялся дальше закидывать кусочки сочного мясного рагу.

Молодой мэр города Айзу оказался человеком деятельным. Он часто игнорировал правила приличия, отчего слыл среди знати города грубияном и человеком крайне низких моральных принципов. Он без тени стеснения ходил в единственный в городе публичный дом, ел во время важных переговоров и зачастую говорил то, что думал, вне зависимости от того, с кем общался.

В первое время это стало для многих непреодолимым препятствием для продуктивного сотрудничества. Однако стоило ему взять все дела в свои руки, как вольный город Вивек начал преображаться. Внезапно исчезли налоговые сборы для товаров из этого города в Кусарифе. Тут же появились торговцы, с удовольствием закупающие продукцию у местных ремесленников.

Появились деньги, умирающий от давления налогами город ожил, и пошла бойкая торговля. Потекли налоговые сборы в казну города, стража начала получать достойную плату, но перед этим все чины в органах правопорядка от капитана до начальника стражи города сменились.

Власть в городе менялась и двигалась быстро, как и быстро изменялась экономическая ситуация. Единственным местом, где все пока осталось по-старому были – трущобы.

– Здравствуйте, ваше благородие, – вразнобой произнесла вошедшая троица и поклонилась.

– Здравствуйте, – кивнул Айзу. – Думаю, вы понимаете, почему я вас позвал? В дураках ни один из вас замечен не был.

Троица переглянулась. Каждый из них знал, что их связывает между собой. Мэр закинул еще несколько кусочков мяса в рот, запил сильно разбавленным вином и отодвинул полупустую тарелку.

– Мы с вами, господа, имеем уникальное событие для нашего пусть и небольшого, но славного города, – начал он и пододвинул к себе папку. – В Вивеке появился одаренный, что неслыханно по меркам нашего захолустья. Как вы думаете, что это значит для нашего города?

Мужчины переглянулись, и первым взял слово Жулье:

– Самое первое – для города это статус, – произнес лекарь. – Если в городе есть маг, то появятся и товары с магической силой. А это новые торговцы, новые деньги и новые налоги в казну города.

– Отличная точка зрения, – кивнул Айзу. – Всегда был убежден, что у франков превалирует практический подход.

– Спасибо, – улыбнулся Жулье.

Мэр же перевел взгляд на пекаря.

– А что по этому поводу думает уважаемый Сулим?

– Я в том мало, что ведаю, но если маг будет в вольном городе Вивеке, то и целительское дело новый виток получит. Лечение сложнее, а значит, дороже. Да и мора можно не бояться, если за спиной маг есть.

– Это удивительно, слушать такое от пекаря, а не от лекаря, – хмыкнул глава города и кинул взгляд на нахмурившегося Жулье. – Ну а вы, уважаемый Торк, что по этому поводу думаете?

– Война, – произнес кузнец. – Я за то не шибко знаю. Большие дела нас стороной обходят, но я так думаю: если прознают про то, что в нашем городе маг объявился – войной пойдут. Те же вельможи из Кусарифа за прибыль могут и ватагу собрать для дел темных и армию повести, если уж совсем в убытке будут.

– Вот, – кивнул Айзу. – Тут вы, уважаемый Торк, попали в самое уязвимое место. Если узнают, что у нас маг – без войны не обойтись. Только вот к чему я это вас спрашиваю? А к тому, что отпустить на чужие поруки молодое дарование, что вы обнаружили и выходили – никак нельзя. Но и скрывать его долго не получится.

Тут глава города перелистнул страницу и вытащил из нее лист исписанный мелким почерком.

– А тут еще один факт есть. Его семья от мора и поборов бежала с западного побережья. Отец с матерью полегли в лихоманке той зимой. По превратным записям – они у нас еще года не живут и пришли с земель барона Кальмана. Чтобы их официально называть вольными, ему еще два года у нас прожить надо. А за эти два года надо много чего успеть.

Мэр снова перелистнул страницу и пробежал глазами по тексту, после чего поднял их на Жулье.

– За два года он должен научиться читать и писать. Это не обсуждается, – не сводя взгляда с лекаря, произнес он. – Также вы должны обучить его своему ремеслу. Это касается всех вас. Можете считать это обязательным ученичеством.

Тут он обвел взглядом всех троих и повторил:

– Это не обсуждается.

– Простите, господин мэр, – вмешался лекарь. – Но мое дело очень часто связано с кровью и…

– Это не обсуждается, – надавил Айзу.

– А не проще ли его переселить к вам, в администрацию, и звать лучших мастеров города для обучения? – вмешался Сулим.

– Нет, не проще. Тайну будет сложнее удержать, но и не только в этом дело, – вздохнул мэр. – Мне не нужен просто маг. Мне нужен человек, владеющий даром к магии, но при этом любящий свой город. Мне нужен фанатик, преданный слуга, но не очередной вельможа и интригант. Мне нужен идейный лидер, способный на сложные проекты. Не ради наживы, не ради бахвальства. Мне нужен человек, который любит этот город, – Айзу откинулся на спинку и добавил: – Такой же, как я.

Видя непонимание в лицах приглашенных ремесленников, он объяснил:

– Я хочу, чтобы он прошел все круги нашего общества. Мне нужно, чтобы он понял, чем дышит и как работает кузница. Мне необходимо, чтобы городской маг знал, как месить тесто, и почему у уважаемого Сулима изумительные цветочные корзинки, а все поделки под его работу и рядом не стояли. Мне нужно, чтобы наш маг не только пьянствовал от одного дома вельможи к другому, но и знал, как остановить мор, создать артефакт, наделить работу ремесленника силой и обуздать лихоманку.

Мужчины переглянулись.

– А самое главное, он должен появиться тогда, когда мы будем готовы, – закончил глава города. – Готовы к войне с Кусарифом.

– Что от нас требуется? – хмурясь, спросил кузнец.

– Молчание и максимальное вовлечение парня в вашу работу, – ответил Айзу. – Чем меньше людей знает о его даре, тем больше шансов у нас вбить в голову парня мысль о том, что его дом тут, в Вивеке, а не в империи или том же Кусарифе.

Глава города закрыл папку и отодвинул ее от себя. Он поднялся на ноги и подошел к троице ремесленников.

– Это шанс для города стать точкой притяжения торговли, военной и политической мощи на всем западном побережье, – произнес он, заглядывая в глаза каждому. – Это ваш шанс стать частью истории нашего города или, чем демоны не шутят, истории нового государства.

– Такой шанс грех упустить, – тихо ответил Сулим. – Мое дело – хлеб, но если уж выпало на мою долю дело, чтобы такое совершить – до последнего стараться буду.

– Мое слово крепче слоеной стали, – произнес кузнец, не отводя взгляда. – Я за это дело всей душой!

Мэр перевел взгляд на лекаря. Тот хмыкнул и уверенно произнес:

– Есть вещи, которые не купишь. Место в истории, к примеру, ни в одной лавке не продается.

– Рад, что вы стали моими соратниками, – улыбнулся Айзу. – Насколько мне известно, у уважаемого Жулье есть один очень важный бланк договора с магической защитой.

Лекарь молча кивнул.

– В ответ за спасение этого парня – возьмите с него клятву, что он вернется в свой родной город и станет городским магом, – мэр города повернулся к шкатулке, стоявшей на столе, и достал оттуда три приготовленных мешочка. – Ну а это станет для вас достойной компенсацией.

В этот момент в кабинет постучали, и в дверях появилась лицо капитана стражи.

– Ну вот, – вздохнул глава города. – Очередной обед окончен, я так и остался голодный, а у нас новое совещание. Рад был нашей встречи, – расплылся в улыбке мэр, пожал руку каждому и быстрым шагом отправился прочь из кабинета.

Как только он вышел из кабинета, оставив растерянных ремесленников, то к нему тут же пристроился глава стражи.

– Найди Рыжего Кота из трущоб. Пусть сядет на хвост этому франку, – начал выдавать указания на ходу Айзу. – Всю почту от него перехватывать и проверять. За телом следить, из города не выпускать.

– Если попытается улизнуть? – уточнил Зит.

– Устранить. С франками в нашем городе я цацкаться не намерен.

– А если парень?

– Что?

– Попытается улизнуть?

Айзу сбился с шага и на секунду замер. Взглянув на начальника стражи, он нехотя произнес:

– Тоже в расход. Нельзя, чтобы он оказался в Кусарифе или где-то неподалеку. Стихия огня и четвертая степень… это слишком опасно.

* * *

Глава 3

– Что с меня хотите за лечение? – спросил парень, осторожно поглядывая на собравшихся мужчин.

Собрание проходило в мастерской кузнеца. В роли стола был использован верстак, а вместо стульев – чурбаки. Собравшиеся Жульен, Сулим и Торк хмуро переглядывались, надеясь повесить роль главного друг на друга.

– Что же, – решился начать лекарь. – Дела обстоят так, что лечение твое вышло у нас в девять золотых.

От озвученной суммы глаза Руса расширились, и сердце ухнуло от названной суммы.

– Но мы с тебя денег не требуем, – тут же вмешался кузнец. – Мы с тебя дело требуем, так как… в общем…

– Дар у тебя, – продолжил за него пекарь. – Дар к магии, и никуда ты теперь от него не денешься, а тот жар был – прорывом силы в тебе.

– Собственно, основная стоимость этого лечения была из ингредиентов для алхимии. Готовить тело к перестройке овладению силы при помощи зелий – крайне дорогое мероприятие, – развел руками Жулье. – Но даже так… Вам несказанно повезло, юноша.

Рус хмуро оглядел собравшихся и произнес:

– Никакой силы я за собой не чувствую.

– А вот амулеты говорят об обратном, – продемонстрировал лекарь ему светящийся едва заметным красным свечением медальон с прозрачным камнем.

– Мы неволить тебя не будем, – вмешался Сулим. – И на гиблое дело тебя толкать тоже не станем.

– Мы с тебя только одно дело попросим, – кивнул Торк. – Ты в наш город вернешься и магом городским станешь.

Парень, хмурясь, оглядел собравшихся и спросил:

– Почему вернусь? Я никуда…

Лекарь молча развернул свиток из серой бумаги. На нем красовалось несколько старых рун и большое золотое тиснение от магической печати.

– Сначала уговор, – произнес он. – Это свиток с клятвой магической. По нему ты клянешься, что после того, как выучишься, в славный город Вивек вернешься и магом свободного города станешь.

– Я… писать не умею, – тихо ответил парень, оглядывая ровные и красивые буквы на бумаге.

– За это пока не думай, – кивнул Жулье. – Это мое дело. Я тебя и писать, и читать научу. Тебе кровью своей вот тут прижать надо.

Парень взглянул на небольшой нож, лежащий на столе. После того, как он надрезал палец и прислонил его к бумаге, свиток начал темнеть. Спустя несколько секунд он превратился в пепел без единого языка пламени, а лекарь скомандовал:

– Рубаху задери.

Парень поднял рубаху, и на левой груди обнаружил маленькую черную метку. Она была выполнена в виде одной руны со значением “долг”.

– Ты парень умный, – начал говорить Торк после того, как Жулье довольно кивнул. – За нашу вражду с Кусарифом все равно слышал. Как думаешь, что делать будут, если узнают, что у нас маг растет?

Парень мрачно взглянул на кузнеца.

– Потому и учиться тебе надо не здесь. Если сойдутся звезды – в империи. Если нет, то у мага вольного в учениках ходить, – произнес тот. – Но как бы то ни было, здесь тебе долго быть нельзя. И для города плохо, и по твою душу прийти могут.

Парень вздохнул и задумчиво произнес:

– За родом моим… Отец мой мне рассказывал, что за родом моим долг висит, – произнес Рус. – Долг тот неволей оплачен, но…

– Ты нам за то не говори, – хмыкнул Сулим. – Знаем уже. Редко кто по своей воле на западное побережье стремится. А закон он для всех одинаков – если три года живешь тут или воином во время набега с островов стоишь, то по праву человек свободных земель. И нет с тебя спроса за долги. Этот закон даже империя не пресекает.

– Выходит, тебе еще два года выстоять надо, – кивнул кузнец. – А уж на два года мы тебе дела найдем, ты за то не сомневайся.

* * *

– Тише! – скомандовал Торк, вытаскивая заготовку.

Рус соскочил с мехов и, подхватив кувалду, встал рядом. Кузнец молотом показывал, куда бить, стукая по месту, а парень наносил мощные удары.

Работа было много, и это была последняя заготовка. Руки парня дрожали от усталости, но он продолжал работу. Спустя полчаса махания кувалдой Торк скомандовал:

– Хорош!

Парень устало опустил руки с молотом и вздохнул.

– Прибирайся. На сегодня все, – Торк осматривал заготовку и высматривал в ней изъяны. – Завтра к Сулиму пойдешь.

Парень устало кивнул и подошел к бочке с водой. Зачерпнув воды ковшом, он с жадностью его осушил. После этого он приблизился к раскаленным в печи углям и вытянул руку.

Кузнец оторвал взгляд от своей заготовки и уставился на печь, жар которой за несколько секунд ушел, впитываясь в руку парня. Он вздохнул и отложил заготовку, после чего вышел из кузницы и громко крикнул:

– Дола!

Спустя несколько минут он вернулся с корзиной продуктов, которые поставил на прибранный верстак. Парень уже успел смести с него мусор и раскладывал инструменты по местам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.