Антонина Ромак
Нина, беги!

Глава 1

Припекало не в меру жарко майской солнце, но еще никто не понимал, насколько будет испепеляющим само лето. Ярко алая помада на губах Аллы Андреевны, уважаемого риэлтора, непоправимо таяла и затекала в мелкие морщинки, чем больше она морщила свой рот, тем плачевнее становилась ситуация, а клиент опаздывал, и она все чаще смотрела на часы и все больше морщилась. Жара разогрела капот ее красного форда так, что можно было жарить на нем яичницу, но она терпела, больше всего ей хотелось продать этот дом и поехать в Сочи к своей сестре, что перебралась туда на постоянное место жительства.

И вот на горизонте показался чёрный внедорожник, Алла выдохнула. Автомобиль припарковался и ей навстречу выскочил молодой мужчина, следом за ним мужчина чуть постарше. Молодой был в белоснежной рубашке, идеально сидящей на нем, правильно скроенных брюках и по сверкающим дорогим часам, она поняла, что деньги для него не вопрос. Возможно, показ будет последним и ее перестанут мучать показами молодые семьи с материнским капиталом, которым такое жилье не по зубам.

– Извините за опоздание! – сверкнул он очаровательной улыбкой, доли секунды ей хватило, чтобы по достоинству оценить его внешность и пожалеть, что она старше его минимум на пятнадцать лет. Неимоверно яркие голубые глаза, прямой, почти греческий нос, чуть низковатые брови слегка сходящиеся на переносице, но ничего не портило его, а лишь каждая деталь заставляла рассматривать и любоваться им.

– Идемте, – улыбаясь в ответ, повела она мужчин в дом.

– Забыл представиться! Александр Бойко. Тут Алле стало все предельно ясно, это был новый «царёк», что приобрёл лесопилку и склады на окраине посёлка, а то, что местные бандиты туда не совались, означало о более значимых фигурах, под чьим присмотром был этот бизнес. И покупка дома означала, что он тут надолго.

Она старательно расписывала прелести дома, идеальный участок с высокими соснами по задней границе и кустами гортензий, посыпанными белой мраморной галтовкой, дорожки обрамляющие изумрудный газон.

– Местные любят больше сады, чтобы были яблоки да вишня, а тут европейский стиль. Делал проект дизайнер, если надо, то я вам дам контакты. Хотя разве можно тут что-то менять? Нет конечно! – отвечала она на свои же вопросы.

Александр бегло осмотрел оба этажа дома и о чём-то спросил своего спутника, тот кивнул. Разговора их Алла не услышала.

– Мне нравится! Я беру этот дом.

Алла Андреевна летела домой на крыльях, сделку договорились провести утром, она назначила приём у нотариуса и почти пела вслух. По пути забежала в местный магазин за бутылкой холодного кваса, а сама мысленно пила любимый «Киндзмараули» на летней террасе под крики чаек.

– Чего такая радостная? – спросила ее Мария, хозяйка местного магазинчика, что снабжал весь поселок свежим хлебом да сплетнями, которая разбирала товар и делала вид бурной деятельности. Ей нравилось играть во владелицу бизнеса, хоть все было устроено задолго до нее, ее же родителями, одни и те списки продуктов у поставщиков, одни и те же покупатели, одни и те же новости, по типу кошка окотилась, собачка умерла.

– Дом Копытовых продала! – хвастливо отчеканила Алла, давая понять важность события. – Теперь могу заслуженно уехать на отдых, даже не торговались.

– Поздравляю, – равнодушно бросила Маша.

– В век не догадаешься кому! Новому хозяину ангаров, – так все называли те склады и пилораму.

Маша замерла, ее заветной мечтой была богатая жизнь методом выхода удачно замуж, а так как на местных «женихов» никакой совсем надежды не было, то если появлялся на горизонте мало-мальски подходящий мужичонка, то она своего не упускала. Но вот только воз и ныне был на одном мете, а точнее в небольшом поселковом магазине.

– И как он? Мачо предпенсионного возраста? Приехал сюда провожать молодость, – безрадостно проговорила она, не ожидая другого ответа.

– Молодой, красивый! Рубашка, как в журналах, часы швейцарские!

А как он выглядел вживую, Мария увидела уже следующий день. Александр Бойко появился в их магазинчике почти сразу после открытия, только не в рубашке и брюках, а в темно-серой футболке и джинсах, что идеально подчеркивали его фигуру, а серый цвет оттенял оттенок почти синих глаз. Купил несколько бутылок воды и пожелал хорошего дня.

– Мой вариант! – сказал Маша свой подружке и по совместительству продавщице в ее магазине Свете.

– Помниться, ты так про Витю говорила! И что теперь?

– Витя? Нет, мы с ним разные люди. Его же все время подпинывать нужно, сам ничего не хочет. А это мой вариант!

– Такие мужчины не смотрят на таких девушек как мы, – печально ответила Света.

– На таких, как ты! Ты меня со всеми под одну гребенку не это вот самое! – Мария лукаво помахала пальчиками с хорошим маникюром у лица. – Ты там не обижайся!

Света лишь хихикнула в ответ, зная какое у ее начальницы тире подруги высокое самомнение о себе.

Цену Мария себе знала. Природа щедро одарила ее фигурой, голубизной глаз, густотой белокурых волос. Хотя в детстве и дразнили ее бульдожкой, за чуть выдвинутую нижнюю челюсть, зато сейчас ни один мужик не мог отвести взгляд от ее белоснежной улыбки.

После обеда она поехала по улице, где находился дом Копытовых, уже бывший, а теперь оказалось, идёт стройка полным ходом. На зелёной лужайке выросла гора стройматериалов и копошилась бригада рабочих.

Маша отыскала в толпе Александра, он стоял с обнаженным торсом, сам руководил процессом, а увидев, что машина девушки не может разъехаться с подъехавшим грузовиком, подошёл и помог ей жестами вырулить, хотя сидя за рулем с четырнадцать лет, это она могла сделать и сама без особых проблем.

– Ой, не стоило из-за меня от дел отвлекаться, – опустила она стекло, выпуская прохладный кондиционированный воздух из салона автомобиля, а учитывая слой макияжа на лице, что норовил потечь в ту же секунду, это было опасно. Почти весь поселок знал, если Мария накрасилась и надела все свои украшения сразу, это непременно означало, что она нашла новую цель. Обычно ей хватало недели, чтобы новая жертва пала, под ее чарами и напору подомному цунами, сначала с лица пропадал макияж, потом она снимала красивые наряды, а после и интерес пропадал совсем. А не состоявшийся жених еще долго обивал пороги ее магазина, но в итоге все же уходил ни с чем.

Только вот с Александром все было по-другому, на ее красоту он не реагировал, вежливо улыбался, хотя девушка замечала, что тайком он на нее поглядывает и света это тоже подмечала. Мария лишь нервно прикусывала губу и продумывала план, как бы найти точку соприкосновения да понадёжнее, чем поселковый магазин. Хотя со стороны это выглядело, словно она пытается вывернуться наизнанку, но всё тщетно. Хотя они стали встречаться почти каждое утро, когда Маша открывала магазин, а Александр приезжал проверить процесс ремонта дома.

Бригада справилась быстро, почти за месяц дом был перестроен, обнесён по периметру сплошной верандой, местные парни, что работали там, удивлялись: пандусам по всему дому, почти полному отсутствию дверей и особенностям мебели.

В один из дней, когда магазин уже был открыт, и Мария наведя лоск во всю ждала его появления, но он так и не забежал за, ставшими традиционными, парой бутылок воды и утренним приветствием. А к обеду появилась Света, весело что- то напевая себе под нос.

– Чего грустим? – поинтересовалась она у начальницы, на ходу надевая рабочий фартук и собирая волнистые волосы в хвост.

– День не задался! – почти рыкнула в ответ Маша. – Знала бы, что сегодня утром не заедет, не стала бы смену себе ставить.

Про кого она это сказа, было понятно и без уточнений.

– Так он вчера вечером был, почти под самое закрытие. Попросил помочь, продукты выбрать, а то это же не совсем мужское дело, – с издевкой ответила Света, смотря на реакцию Марии.

– А ты совсем глупая? Нужно было сказать, что утром соберем, и я привезу! – не на шутку разозлилась она. – Ясно же, как белый день!

– А до утра, он что голодный бы сидел, – ухмыльнулось Света. – Собрала ему три огромных пакета продуктов. Считай, недельную выручку сделали! Да он еще попросил меня, с ним до дома проехать и разложить все по местам.

– И что ты поехала? – негодуя от злости, почти выкрикнула Маша.

– Конечно, поехала и помогла, а потом он еще меня до дома отвез! Ты не думай, что мужикам только ты нравишься! Вся из себя красавица и умница, им разные нравятся!

Они почти перешли на крик, и тут же прекратили ругань, когда появились покупательницы, две местные бабульки вечные сплетницы.

Было понятно, что под чары нового жителя поселка попали женщины всех возрастов, они наперебой расхваливали Александра за вежливость по отношению к собственным персонам, за помощь, даже самую незначительную. Он действительно был обходительным и приятным, местами казалось, что такое его поведение напрягает местных мужчин, но и с ними Александр быстро находил общий язык, вмиг становился если и не лучшим другом, то точно хорошим приятелем.

Мария стиснув зубы слушала непрекращающийся треп своих покупательниц и бросала гневные взгляды на работницу Свету, а когда женщины, наконец, ушли, то бросила ей листок бумаги ручку.

– Пиши заявление по «собственному», чтобы ноги тут твоей больше не было!

– Ты сейчас серьезно это говоришь? – удивленно спросила Света, но листок выхватила и начала писать нервно и размашисто, трясущимися руками. – Можно подумать тут будет очередь из желающих работать с тобой. Можешь забыть про отдыхи на море, это я дура пахала на тебя без выходных и проходных. Посмотрим, как запоешь поле недели на ногах!

Она дописала и со стуком бросила ручку на стеклянную поверхность витрины, так что корпус той разлетелся в стороны.

– Чего шумим? – в помещение вошел Денис, их общий знакомый. – На всю улицу слышно.

Мария, вдруг, как то осеклась, приняла вновь примерный вид, а не образ ведьмы в разгар шабаша.

– Мы тут рабочие вопросы решаем, а тебе чего? – смахнула накатившую слезу.

– Сигарет, – смущенно ответил парень, понимая, что стал свидетелем разговора, не предназначавшегося для его ушей.

– Света, отоварь покупателя. – кивнула Мария.

– Ты меня уволила минуту назад! – гордо ответила ей Света.

– Да ладно, ты! Поругались, и хватит, – смяла она листок с заявлением и бросила в урну.

Денис улыбнулся им, покачав головой то ли от удивления, то ли от смеха и пошел на выход.

– А ты чего не работаешь? – окликнула его Маша, прекрасно зная, что парень подрабатывал на стройке у Бойко.

– Так всё! – там все готово. – Александр Григорьевич сегодня за женой поехал.

И сверкнув хитрой улыбкой Денис удалился.

– За какой женой! – в один голос переспросили тишину магазина девушки.

А буквально через пару часов поселок облетела новость, что он действительно на минивене привёз личные вещи. Из рабочих осталась пара ребят, которых он попросил помочь разгрузить машину. Автомобиль въехал во двор, Бойко вышел, открыл дверцу и выкатил кресло на колёсиках, дорогое с джойстиками управления, а потом аккуратно вынес на руках девушку и посадил в кресло. Она покрыла ноги пледом, и сложила поверх тонкие изящные ладони. Её волосы цвета молочного шоколада были собраны в низкий хвост и прихвачены заколкой с бантом, одета просто в белую рубашку и брюки, правда, которых было не разглядеть из-за пледа. Сколько ей лет было сложно определить, то насколько она выглядела хрупкой и нежной, можно было подумать, что лишь вчера исполнилось восемнадцать, но выдавал возраст взгляд. Она смотрела так, точно оценивала все вокруг, спокойно, но проницательно и немного свысока.

Пока разгружали машину и переносили коробки в дом, девушка старалась быть ближе к воротам и даже попыталась немного отъехать на подъездную дорожку к дому, за пределы участка, но Александр ловко развернул её кресло и покатил ближе к дому.

– Аккуратнее нужно, вдруг машина и ты не успеешь отъехать, – прошептал он ей на ухо и чуть громче пошутил. – Чтобы не сбежала!

Девушка ничего не ответила.

– Нравится? – спросил он ее.

– Очень, – грубо ответила она и покатилась по дорожке к дому.

Новость о жене на инвалидном кресле облетела посёлок со скоростью света. Через неделю все знали, что каждый третий день к новым соседям приезжает уборщица, что жену Александра зовут Арина и все на этом. То насколько был открыт, дружелюбен и приветлив Александр, ровно настолько его жена была нелюдима.

Глава 2

Утро начиналось с чашки чая возле окна, очень хотелось свежесваренного кофе, но ей этого удовольствия не разрешали. Она смотрела сквозь стекло на чудовищно безвкусный ландшафт, того что отдаленно можно было назвать садовой композицией. Создавалось ощущение, что пытались сделать на абсолютно ровной площадке, к тому же еще и очень маленькой, стесненной высоким забором, отгораживающим дом не только от соседских глаз, но и от солнца и свежего воздуха, то ли итальянский дворик, то ли английский, в любом случае получилось нагромождение разросшихся кустов гортензии жмущихся по углам, нелепых дорожек засыпанных белой галтовкой, чуждой этому месту и ярко зеленому газону, часть которого пришлось варварски закатать в бетон под парковку. Когда-то она часами рисовала и мечтала заниматься дизайном, чего именно тогда еще не определилась, но гармония и ритм были у нее врожденные, а еще цветовой баланс, но это было в прошлой жизни. А сейчас ее окружала какофония из предметов мебели этого ужасного дома, отвернутого от солнца так, что за день ни в одной из комнат дневного света не хватало в полной мере, царил легкий полумрак, да еще неуместно много мрамора – мраморные столешницы, мраморные мозаики на полу и вазы в углах и во всех закутках.

«Склеп, а не дом, – думала она. – Натуральная египетская пирамида».

За такими мыслями ее всегда заставал Саша, что возвращался с пробежки. Она накрывала ему на стол, он же пил кофе, запах которого ее сводил с ума, и читал новости в интернете. Она уезжала в свою спальню на первом этаже, а когда захлопывалась входная дверь, то возвращалась, убирала со стола и начинала делать свои упражнения, специально разработанные для нее. Одна, методично, упорно, сложно.

Если днём приезжала помощница Вера, то она прерывалась, а если весь день дом был пуст, то не останавливалась ни на минуту. Обычно в середине занятия ей удавалась встать на ноги, удерживаясь себя, ухватившись за шведскую стенку, но не более. Ноги не слушались.

После принимала душ и готовила ужин, сервировала стол. Саша часто приезжал с работы с кем-то, она ужинала с ним. За столом обсуждали работу, бесконечные подсчеты кубометров, названия городов, откуда и куда шел лес. Эти разговоры эхом звенели у нее в голове, буквально через десять минут она теряла нить повествования и уезжала в свою комнату.

Мужчины после пили виски в его кабинете. Большая часть гостей уезжала сразу после самого ужина, но те кто задерживался на выходе шутили, что пора оставить семью наедине, они ее просто выводили из себя.

Все происходящее в такие вечера напоминало ей «свадьбу шутов» – ту самую, когда Анна Иоанновна решила поженить своего шута на шутихе, для чего действа выстроили в февральские тридцатиградусные морозы дворец изо льда, да на потеху всем оставила «молодых» там на первую брачную ночь; точно так же на них смотрели коллеги Саши, словно сквозь прозрачные стены дома, а уходя, оставляли на медленную смерть в оковах ледяного плена.

Она стала делить коллег и друзей Саши на две категории: первая – это те, которые были в «теме» происходящего, и чтобы не смущать ни его, ни самих себя не ставить в неудобное положение, уезжали пораньше; но были и новые знакомы, вот они задерживались за полночь, к той же категории она относила и всех новых соседей, они то и дело норовили забежать в гости или поинтересоваться, не помочь ли чем по дому.

Одним утром в поселковом магазине Мария и Света, как обычно начинали рабочий день.

– Он ее любит! Стал бы мужик свою жизнь на инвалида гробить просто так? Ты об этом думала? – спросила Света Марию.

– Может чувство вины! – парировала Маша.

– Не лезь в чужую семью! Вот тебе мой совет!

Девушки замолчали потому как, в магазин вошёл Александр. Он одет безупречно, костюм наглаженный, туфли сверкают, рубашка с легким голубым отливом, подчеркивает цвет глаз. Но Маше больше нравиться он в серой футболке и джинсах, тогда она чувствует себя на одном уровне. Она никогда не общалась с мужчинами, которые с утра надевают костюм и пахнут дорогим парфюмом, ее женихи носили костюмы только по праздникам.

– Можно вас попросить об услуге? – спросил он.

– Слушаем!

– Завезите свежего молока и хлеба ко мне домой, когда привезут, а то у меня дела. Сам не успею, – и протянул тысячную купюру, помимо оплаты покупок.

– Уберите! – наигранно обиделась Мария.

– Мне кажется, ему бы очень пошла форма, – мечтательно говорит Света, когда мужчина уходит из магазина.

– Какая форма? – удивленно переспрашивает Маша.

– Обычная, военная например или как у пилотов самолетов, фигура красивая. Мама говорит, что у него есть выправка.

– Света! – тянет Маша последнюю букву ее имени. – Я все понимаю, но тут возможна только тюремная.

И когда через пару часов поставщик привёз товар, она упаковала пакет и не думая отправилась в дом Александра. Стоило только ей выйти из машины, у ворот его дома; именно «его», «они» говорить, даже мысленно, Мария себе запрещала; как ворота автоматически распахнулись. Сердце зашлось беспокойным стуком, и она пошла по дорожке к дому, стуча каблучками. Очень ей хотелось посмотреть на его жену вживую.

Она в доме была не одна, по хозяйству суетилась помощница, высокая мощная женщина.

– Вера, – протянула она руку за пакетом.

– Очень приятно! – ответила Маша.

В этот момент из комнаты жужжа моторчиком выехала жена Александра. Маша удивилась, тому какая она была красивая, тонкая стройная, чистое открытое лицо, милая россыпь едва заметных веснушек. Жгучий укол ревности и тягучая тянущая боль завибрировала за грудиной.

– Добрый день, Арина, – поздоровалась она и легко улыбнулась, на ее щеке заиграла ямочка, только присмотревшись, Мария поняла, что это небольшой аккуратный шрам.

– Я вам тут завезла, – кивнула она на пакет.

– Я поняла.

– Тебе наверно скучно? Совсем из дома не выходишь. У нас тут много хороших женщин вокруг, если что нужно, то не стесняйся, зови нас.

Арина улыбнулась.

– Спасибо! Я много тренируюсь, – она кивнула на дальний угол комнаты, где стояли тренажёры. – Времени совсем нет.

Мария улыбнулась в ответ, кивнув распрощалась с хозяйкой дома и женщиной Верой.

После этого визита уверенность Маши стала прочнее, план более четким, сомнения отпали, она уже видела свою цель, ощущала ее каждой клеточкой тела.

Вечером вернулся Александр, девушка накрыла на стол.

– Накрой ещё на одного человека, – сказал он, ещё даже не поприветствовав ее.

– Хорошо. Сегодня заходила девушка из магазина, ей кажется странным, что я совсем не выхожу из дома.

– И что ты ей ответила?

– Ничего.

– В твоих интересах не говорить лишнего. Ты же ничего лишнего не сказала?

– Нет.

Спустя час приехал Дед, родственником Александру он не приходился, его все называли так. В наглухо застегнутой белое рубашке и коричневом пиджаке, этот мужчина создавал впечатление очень положительного человека, выдавали его лишь выцветшие до небесно голубого наколотые перстни на пальцах.

За ужином она лишний раз не понимала глаз, потом убрала со стола и привезла серебряный набор для коньяка, Дед других напитков не признавал.

– Хорошо тут! Правда, же? – обратился он к ней. – И бизнес рядом, и тихо. Подальше от чужих глаз. Оленька, подойди поближе, а ты Саша оставь нас погуторить чуток.

– Арина, – поправила она его и подъехала к дивану, где расположился Дед.

– Оставь это для чужих ушей. Мне не очень важно, какие тебе документы выправили. Так?

Он накрыл ее руки своими ладонями. Она вздрогнула, это прикосновение иссохших холодных рук было ей неприятным.

– Да, – ответила она.

– Расскажи мне, может ты что вспомнила?

– Нет, – ответила она почти одним дыханием, тогда он начал сжимать ее руки достаточно сильно, чтобы она начала чувствовать боль.

– А время идёт. Есть в него такое неприятное свойство и если его уйдёт слишком много, то я думаю, что не найдётся клиники, которая согласиться взять тебя на реабилитацию. А ты же хочешь снова ходить?

Она кивнула и Дед ослабил хватку.

– Иди в свою комнату.

И ночь после Нина спала, падая из одного жуткого кошмара в другой, они цеплялись друг за друга и мучали ее до самого утра, только с приходом ночного дождя, что принёс прохладу, она уснула. Утро встретило ее запахом кофе, она наспех приняла душ, и не досушив волосы выехала на кухню, которая в принципе были и гостиной. Александр сидел за журнальным столиком с ноутбуком и пил кофе. Поверх его белоснежной рубашки бала надета кобура с пистолетом, девушка поёжилась.

– Ты плохо выглядишь.

– Я плохо спала, наверно погода меняется.

– Вызвать Руслана?

– Нет, он должен приехать в эти выходные.

– Почему об этом я не знаю? У вас секреты?

Она напрягалась, стакан с водой задрожал в ее руках.

– Нет, это плановый визит.

– А то я подумал, что ты нашла себе друга. Думаешь, что Руслан вместе с медицинским образованием получил звание хорошего мальчика? Ты ошибаешься. Не пытайся найти себе сочувствующего, я все равно все узнаю.

– Я прекрасно понимаю куда попала.

– Не самое ужасное место в мире, для тебя именно. Можешь идти, тебя ни кто не держит, только не забывай, что помощи там ты точно не найдёшь. Особенно учитывая, что убила мента. Не забывай, что тебя ищут, а если найдут, то до суда ты не доживёшь! – хлопнула крышка ноутбука, в доме повисла тишина. – А может, вспомнила? – его рука легла ей на шею плавно сжимаю все сильнее, отрезая доступ воздуха. На долю секунды ей показалось, что она больше не может вздохнуть, но тут все прекратилось. – Не строй из себя невинную овечку, я вижу тебя насквозь.

– Что ты можешь видеть? Кроме денег?

И тут он схватил ее не на шутку сильно, хорошенько встряхнув за плечи. Она с вызовом посмотрела в его глаза, не знала, что хочет в них увидеть. Сострадание? Нет. А увидела неподдельную ненависть.

– Не забывай, что у тебя есть хороший любящий муж, и ты его любишь. Жена моя!

Она отбросила его руки. Александра ушёл, но его голос ещё долго блуждал в ее мыслях.

Глава 3

Она долго не могла заставить себя сделать хоть одно мало-мальски простейшее упражнение, сидела и смотрела в одну точку. День перевалил за полдень, теперь нашла в себе сил, ухватилась за поручни и потянулась вверх, правую ногу пронзила острая боль, на малую доли секунды, но это принесло такое счастье, чувство о котором она стала забывать, как это чувствовать свои ноги. Замерла и молила, чтобы это повторилось вновь. Ничего не повторилось.

А когда она решила сесть обратно в кресло, то неловко толкнула его, и оно отъехало в сторону, опрокинулось и оказалось в противоположном конце комнаты.

Как она оказалась на полу, беспомощная и одинокая, тихо сидела и молилась, чтобы Александр вернулся вечером один, чтобы никто не видел её слабости. Она бы отдала все, чтобы и он не видел этого, но сделать ничего все равно бы не смогла. Слишком много раз она была слабой и безвольной, больше такого не будет, она поклялась, что пойдёт и докажет себе, что сильная.

Саша вернулся почти к полуночи, вошёл тихо в дом, от хруста ключей в замке девушка проснулась, он запнулся о валявшееся кресло, выругался и включил свет. Девушка сидела, прислонившись к стене.

– И сколько ты так сидишь?

– Немножко.

Он прикатил кресло и наклонился, чтобы ей помочь, она пыталась увернуться от его рук, но силы покинули её.

– Гордая? – Саша сел рядом и притянул её к себе, согревая её озябшие плечи, хоть он и не питал к ней абсолютно никаких чувство, но видеть её униженной, тоже было не особо приятно. Каждый человек имеет право на собственное достоинство.

– Это последнее, что у меня есть свое, – спокойно ответила она. – Гордость.

– А все гораздо проще! Просто тебе нужно все вспомнить. Помнишь, что доктор сказал? Просто живи в своих обычных условиях и память вернётся, а там ты свободна.

– Когда я все вспомню, то смогу сосчитать свои последние часы.

Он обхватил её за подбородок и развернул к себе, внимательно вглядываясь в её глаза.

– Ты все помнишь! Просто молчишь?

– Нет, не помню.

– Не забывай, если менты найдут бабки раньше нас, то никому ты не будешь нужна. Вообще никому. Тебе страшно?

Она вырвалась из его рук и все же смогла сесть в кресло сама.

– Я же сказала, что у меня ничего кроме гордости не осталось и страха тоже. Может раньше лучше, чем позже? – теперь у неё была надежда, о том, что в ноге почувствовала боль, она никому не рассказала, даже Руслану, который приехал посмотреть её состояние в конце недели.

Понедельник. С субботы на воскресенье, были гости, вереница машин начала разъезжаться, лишь под утро.

– Тебе не кажется, что соседи начинают уставать он количества машин приезжающих к нам и так часто?

– Претензий никто не предъявлял, люди хорошие. Кстати, нас пригласили на юбилей, хороший повод познакомиться с соседями, а то и правда, подозрительно, что ты совсем нигде не бываешь.

– Мне это не интересно, – отвечает девушка.

– Арина, тебя не спрашивают. Мы идём в пятницу на праздник. Тем более это ещё и наша годовщина, пять лет законного брака. Ты помнишь?

– Пять выдуманных лет, плотно утрамбованных в несколько месяцев. Видимо день за пять нужно считать. У нас даже нет свадебных фотографий. И мне нечего надеть.

Она была уверена, что Александр закатили глаза или хмыкнул, но вместо этого на её колени опустился ноутбук.

– Обижаешь! У меня очень красивая жена! И одета, должна соответствующе. Выбери что тебе нужно, но не забывай без глупостей, я слежу за тобой, – он провёл костяшкой пальцев по контуру её подбородка и заправил выпавшую прядь их хвоста за ухо.

Нина пробежалась по интернет магазинам с доставкой и вернула ноутбук Александру.

– Оплати, что лежит в корзине.

– Сорок тысяч?! Ты заказала бальное платье? – услышала она его возглас из своей спальни.

– У тебя очень красивая жена, которая разбирается в хорошей одежде! Ты не на помойке меня подобрал!

В пятницу ближе к вечеру она была готова к первому выходу в свет, как Наташа Ростова. Блузка и брюки, легкий макияж, только туфли она не могла надеть сама.

– Саша, помоги мне! – крикнула она его, когда уже была в гостиной. Тот спустился со второго этажа, застегивая рубашку на ходу.

– А тебе можно каблуки?

– Я такой же человек из плоти и крови, конечно можно.

Александр замер, пальцы замерли на гладкой коже лодыжки, но девушка этого не заметила, она этого не почувствовала.

– И будь сегодня такой.

– Какой? – склонилась она чуть ниже, окутывая его ароматом своих духов.

– Живой.

Получилось неловко.

В огромной и просторной беседке собралось около двадцати человек, среди них она узнала ту блондинку, что заходила на прошлой неделе. Вокруг их пары суетилась жена именинника, розовощекая женщина в огромных очках с черепаховой оправой, с первых минут было понятно, что ей немного неловко от того, что она не знает, как себя вести, что можно предлагать, а что нет.

– Мы не долго, – Саша сразу предупредил именинника.

– А что так?

– У нас сегодня годовщина свадьбы, – Александр накрыл своей ладонью руку Арины, и она машинально сжала её в кулак, и на что он не выпускал её, пока пальцы под его настойчивым упором не расправились. Только после этого он легко погладил тыльную сторону ладони девушки и убрал свою.

– Будь естественней, – шепнул он на ухо и покинул стол.

Мужчины жарили шашлык, хозяйка суетилась, меняла тарелки и приборы, а после села рядом, чтобы новой гостье не было одиноко в незнакомой компании.

– И сколько вы женаты? – неуверенно спросила женщина, а девушки, болтавшие за другим концом стола стали говорить чуть тише, было понятно, что им тоже интересно.

– Пять лет, но знакомы дольше.

– Саша говорил, что ты год уже в кресле, а родители твои как?

– Я из детдома.

– Вот как бывает, и Арина Саша тоже. Он говорил. Как тебе с ним повезло! – надо же подумала, сколько они о нем знают. – Жаль ребёночка не родила.

Нина легко расселялась.

– Могу, вся жизнь впереди.

Вернулись мужчины, на столе расставили, блюда с мясом, по рюмкам и бокалам полилось вино и коньяк.

– А от меня тост! – поднялась, чуть захмелевшая хозяйка. – Давайте поздравим Сашу с Ариной! У них ведь тоже сегодня праздник! Горько!

Арина чуть не свалилась под стол.

– Может, мы наш праздник оставим для дома?

– Я настаиваю! Горько!

Девушка заметила, как натянуто, улыбался Александр, его фирменная улыбка, которую можно было сравнить с гагаринской, стала более строгой.

– Саша, целуй свою жену! – пробасил именинник.

После чего Саша спокойно повернулся и обхватив ладонью лицо, запустил пальцы в её волосы, словно решаясь или собираясь мыслями, а потом коснулся её губ легко и невесомо.

– Раз!

– Два!

– Три!

Начали отсчёт гости, прихлопывая в ладоши.

Такое развитие событий не входило в планы ни Саши ни Арины, но отступать было поздно и поцелуй продлился до начала второго десятка, а после он ещё долго держал её руку, переплетая свои пальцы с её, хотя четко чувствовал порывы своей ненастоящей жены освободиться от его прикосновений.

– Жалеешь, что на моем месте не Руслан? – прошептал он ей на ухо.

Нина удивлённо свела брови.

– Жалеешь, что я не Маша? – едко ответила ему.

– Почему именно она?

– Тут всем видно, как она смотрит на тебя, – Арина кивнула на девушек, что стояли немного поодаль, делая вид, что дышат свежим воздухом.

Александр поднялся и вышел из беседки, оставляя её в одиночестве, а спустя несколько минут она смотрела, как он веселит девушек, они смеются и мило ему улыбаются. Легкий эффект дежавю, она уже все это проходила, только по-настоящему.

Всю дорогу домой они молчали, девушка настукивала знакомую мелодию ногтями, Саша косился, но молчал, его это раздражало, она понимала, но не прекращала. И когда они начали выезжать на перекрёсток, сбоку вылетела машина, которую не удалось рассмотреть. Саша ударил по тормозам, джип развернуло, её тело заскользило по кожаному сиденью, но не успев упереться руками вылетела через лобовое стекло. Все случилось настолько быстро и неожиданно, что первые на первые несколько секунд Александр растерялся. И только повернувшись в сторону пассажирского сиденья, понял, что произошло. Её тело почти наполовину распласталось по капоту. Она не была пристёгнута.

Первым делом нужно было вызвать Руслана и сообщить Деду, эта новость явно никого не обрадует.

Александр

Отец его был военным и поэтому детство прошло в сплошных разъездах, так что по два года на одном месте не задерживались. Мама же была образцовою офицерской женой, на ней был быт и воспитание сына, хотя натурой она была энергичной, знала несколько языков, бывало, работала в школах или кружках, удивительно быстро вливалась в новые коллективы, словно батарейка заряжала своим жизнелюбием окружающих. Саша пошел этим в нее, а от отца ему досталось дисциплинированность, организованность, казалось он взял от родителей самые лучшие их качества. К двенадцати годам бегло говорил на трех языка, занимался спортом, по утрам они бегали с отцом по лесу или стадиону, получая от этого невероятное удовольствие. Отец воспитывал в нем военного с самых пеленок, а мама как бы невзначай оговаривалась, что выбор будет только за ним, хотя тайком мечтала для него о карьере дипломата.

Самый долгий срок на одном месте они прожили в Подмосковье три года до Сашиного пятнадцатилетия, надеялись, что это финальная их точка, но планы военного ведомства вновь отправили их через всю страну. Было тяжело уезжать, успели прикипеть к месту и друзьями обзавелись, тяжелее всего было Саше, у него появился самый настоящий друг.

Родители Жоры работали в милиции, если быть точнее, то дедушка по линии отца был генералом, отец начальником отдела, а мама преподавала. Куда их сын пойдет учиться, после школы они точно знали. Но вот родители Саши и не заметили, как в один момент их сын выбрал для себя будущую профессию, он буквально заболел юриспруденцией, его влекло знание закона и охрана порядка, точную специальность он не выбрал, но уже знал свои цели на будущее.

Друзьям пришлось расстаться, переписывались и созванивались до конца одиннадцатого класса, а после не сговариваясь подали документы в один вуз, и Саша вернулся в Подмосковье и чуть позже перебрался в Москву.

И так получилось, что учиться они стали вместе, хотя все удивлялись как они так дружат, невозможно было встретить двух более непохожих людей.

Саша был очень острожным и рассудительным, а Жора же в неполные двадцать сыграл свадьбу со своей одноклассницей. Вокруг Саши всегда косяком ходила толпа девчонок, но серьезно встречаться он начал лишь на выпускном курсе с Виталиной и почти сразу предложил ей жить вместе и вместе строить быт, копить на свадьбу.

Примерно тогда же его заметил один из преподавателей Константин Михайлович, он очень хорошо разбирался в людях и часто подсказывал своим студентам куда лучше идти дальше, где строить карьеру. Для себя тот отметил умение Александра находить контакт с людьми, но быть при этом очень осторожным. Молодой человек казалось, был всегда на виду, вроде не балагур и шутник, но душа компании и при том же уметь быть незаметным в толпе, словно сливался с происходящим вокруг. И так Константин Михайлович следил за ним на протяжении пары лет и потом подобрал одно очень хорошее место, так Саша стал оперативным работником.

Работу он свою любил, в ней было все, чтобы была возможность показать свой потенциал и вот однажды, случайно, как тогда показалось Саше, он встретил на улице Константина Михайловича. Они немного поговорили о работе, жизни, о родителях, которые к тому моменту уже переехали в Москву и вдруг разговор перешел в другое русло.

Константин Михайлович рассказывал Саше об одной очень опасной и влиятельной группировке, о том что известны почти все ее члены, но как только их пытаются взять, то ничего не получается.

– Понимаешь, эти злодеи, как ящерица, хвост отбросят и новый отращивают, – рассказывал Константин Михайлович. – На них столько дел висит, а подобраться мы к ним не можем. Нам нужен там свой человек.

Саша сразу понял, что ему предлагают, на горизонте засияло солнечным светом вот именно то, чего он ждал от своей профессии. Молодая кровь в жилах гнала его за великими делами.

– Ты подумай основательно, взвесь все за и против. Это не на месяц или два, возможно год или два вылетят из твоей жизни, – закончил разговор Константин Михайлович.

Для себя Саша все решил, парой слов перекинулся с отцом, тот уже военный пенсионер одобрил дело, мать слега опечалилась. Самый сложный разговор должен был состояться с Виталиной. В суть дела девушку посвящать не разрешили, Саша сказал, что его переводят на усиление в другой регион, и если она будет ждать, то все будет хорошо, но в любом случае примет ее ответ. Несостоявшаяся невеста плакала три дня подряд, просила взять ее с собой, но в итоге они решили поставить отношения на паузу.

А после началась подготовка, Александр день и ночь учил свою новую биографию, знакомился с делами и запоминал фото действующих участников группировки. День за днем, пока ему не сказали, что он готов и пора уезжать.

Спустя несколько суток на поезде, он вышел на крошечном перроне посреди тайги. Возле такого же крошечного вокзала не было даже такси или бомбил, он поинтересовался у работника станции, как добраться до поселка, на что тот ответил, что нужно ждать и бывает ждать нужно долго или идти пешком по разбитой Уралами дороге, может, кто и подберет. Но вот при себе нужно иметь ружьишко, а то вокруг ходит медведь.

Саша кивнул и пошел в том направлении, куда ему указал стрелочник. Шел несколько часов, изрядно подустал, старался не уходить далеко от дороги и вот услышал за спиной шум мотора. Его обогнал внедорожник, на основательно высокой раме и таких же колесах, приспособленный ездить по разбитым дорогам. Чуть проехал вперед и остановился.

– Садись, подброшу, – крикнул ему водитель, открыв водительскую дверь. – На станции сказали, что могу по дороге тебя встретить.

Александр не стал отказываться и, бросив сумку на заднее сиденье, попутно заметив медицинский чемодан, запрыгнул в салон.

– Руслан, – представился водитель. – И протянул руку.

– Саша, – имя ему оставили родное.

– Куда путь держишь?

– Я вроде как бывший местный, еду посмотреть, что государство сберегло для меня.

– Это как?

– В детдоме я вырос, тут от родителей дом остаться должен, или что от него осталось.

Руслан кивнул понимающе в ответ. Пока ехали до поселка, водитель рассказал, что он выполняет функции местного фельдшера и знает людей, кто может помочь с работой на лесопилке, если понадобиться работа. Рассказчиком он был занимательным, ему удавалось, не прекращая крутить руль, чтобы машина не влетела в одну из огромных ям с жижей из глины и при этом не терять нить разговора, в основном рассказывал, когда и кого подрал медведь, и как нерадивый работник пилой ногу разодрал.

Высадил Руслан Сашу возле небольшого дома, тропинка к которому заросла бурьяном, окна были заколочены. Он потоптался возле калитки.

– Чего вынюхиваешь? – услышал за спиной, чужим видимо были не рады. Обладательницей голоса была женщина лет шестидесяти с повязанным платком из шерсти крест-накрест на груди.

– Я вроде как домой приехал, – ответил он женщине.

– Сашка! Гришкин сын! – всплеснула она руками.

«Признали своего, начало хорошее» – подумал Саша.

Глава 4

– Арина!

Он выскочил из машины и попытался вытащить ее полностью из салона, под ладонями стало тепло и влажно, по ее лицу из-под волос вытекала алая кровь.

– Как так?! – закричал он во весь голос.

Уложил ее на землю, параллельно вызывая скорую помощь, а после Руслану.

Она застонала.

– Тихо! Тихо! Сейчас скорая помощь приедет! – гладил он ее то по руке, то по волосам.

– Туфли жмут, – прошептала она. – Сними их.

Он торопливо освободил ее от шпилек.

И только сейчас Александр ощутил себя настолько беспомощным, что единственная мысль его была лишь о молитве, но нужных слов он не помнил и просил Господа как мог. Ему было страшно, а если она сейчас умрет, но ещё понимал и то, что должен ненавидеть ее, только кому должен позабыл, уж точно не самому себе. Бросить все, развернуться и позабыть, только он уже так не сможет. Нет, это не ради тех денег, что ищут все. Такие мысли клубились в его голове, опережая одна другую. Было ясно одно, она уже сполна выплатила свой долг, рано или поздно все встанет на свои места и приговор ей уже вынесут по закону. А может и лучше, если она уйдёт так.

Она снова что-то зашептала, но он не мог разобрать слов, скорой все не было и ни одной мимо проезжающей машины.

– Что? Повтори, – склонился он над ней. – Арина! Арина!

Потом мелькнула мысль.

– Оля, ты слышишь меня?

– Мамочка мне так больно, – так тихо, что едва различимо.

Подъехал Руслан, а с ним и Дед.

– Жива? – сухо поинтересовался старик, Александр кивнул.

Пока Руслан осматривал ее, Дед стоял в трёх шагах, заложив руки за спину монотонно покачиваясь с пятки но носок.

– У неё ещё рука порезана, помоги рукав срезать. Стекло врезалось, нужно жгут наложить.

Кусок окровавленной ткани упал на край обочины, Дед старался не смотреть, но какая-то неведомая сила заставила его сделать два шага. В его ног лежала девушка: ниточка, связывающая его с огромной суммой денег, что он упустил, но обязан вернуть; девушка, которой жить бы и жить, но она просто оказалась не в то время, не в том месте; девушка на чьей окровавленной руке чуть выше локтя темнело родимое пятно напоминающее стрекозу. Старческое сердце кольнуло, он потёр глаза, но это не было видением. Дед всмотрелся в ее лицо и, покачнувшись, стал опускаться на землю.

Память отлистала почти тридцать лет назад в одно знойное лето, когда на морском побережье, гуляя по галечному пляжу у самой кромки воды, он встретил девчонку с такими же зелеными глазами, как у этой самой девушки, лежащей на разогретом асфальте перепачканной собственной кровью. Ту девчонку звали Аня, ей только семнадцать стукнуло, а он не придумал ничего более изобретательного, чем назваться Московским профессором, искателем скифских сокровищ на землях полуострова, хотя за спиной уже было три ходки. Их не смутила разница почти в двадцать лет, смущала всех, особенно тетку, которая последние пару недель ее пребывания в гостях, водила ее исключительно за руку и гневно бросала взгляд, только он появлялся на горизонте. Пока поезд не увез её домой. А еще через год они вновь встретились все на том же побережье, только у Ани взгляд больше не сиял, был потухший, ей исполнилось восемнадцать. Встречаться им никто больше не запрещал, но уезжать ей всё-таки пришлось вновь и уже на вокзале она сказала, что родила ребенка, но его у нее забрали, даже не сказали, кто это был. Больше они никогда не виделись, осенью того же года он сел в четвертый раз и решил, что останется для нее навсегда московским профессором археологии, который ищет легендарное золото скифов на необъятных просторах советского союза.

– Ты то что? – подхватил его Руслан.

Старик вынул колбочку нитроглицерина из внутреннего кармана и отправил кругляш под язык.

Подъехала карета скорой помощи, врачи погрузили Арину на носилки.

Ночь они с Русланом провели в больничном коридоре, ожидая прогноз врача, почти не говорили, Саша кожей чувствовал, что Руслан осуждает его за такую халатность, заметено было, что парень уже не скрывает свою симпатию к чужой жене.

– Вы ее как принцессу охраняете, – прокомментировала их нахождение в больничном коридоре пожилая санитарка.

Мужчины вышли на крыльцо, Саша закурил, хотя бросил несколько лет назад.

– Пусть пока не читает и телевизор меньше смотрит, сотрясение было сильным, – Руслан запнулся. – Я там оставил успокоительное, если начнётся истерика, то коли.

– Не буду. Она на овощ похожа, становиться после уколов.

– Ей покой нужен, чтобы начать ходить. Она сама этого не понимает, у неё просто страх.

Словно из ниоткуда появился Дед, он кивнул саше в сторону от крыльца, предлагая пройтись с ним, Руслан прекрасно понял, что это не для его ушей и сделал вид, что копошится в своем телефоне.

– У меня к тебе просьба, но о ней не должна знать ни одна душа. Особенно в наших кругах, – старик постучал по плечам, где под рубахой были набиты звёзды. – Проверь ещё раз информацию о нашей Олечке.

– Там и так все понятно. Детский дом, потом, – Саша запнулся, он не мог произнести имя.

– Мы что-то упустили. Знаешь проверь ещё такое имя, – он чуть закашлялся. – Анна Ивановна Белова, ей сейчас около пятидесяти пяти из того же города. И внимательно присматривай за своей женой. Дьявол кроется в деталях. Девушка, которая может одним ударом ножа убыть здорового мужика.

Старик горько вздохнул и пошёл прочь по гладкой бетонной дорожке к калитке.

Александр и сам уже стал замечать, что что-то упускает, словно какая-то навязчивая мысль монотонно билась возле запертой двери его сознания, но он не понимал, что же это такое. Если бы был жив Жора, то он смог бы помочь, у него чутье было невероятное, он родился чтобы распутывать сложные дела и улавливать самую суть происходящего. Мысленно вздохнул.

– Как же мне тебя не хватает, дружище! Я обещаю, когда все закончиться, то все получат по заслугам, по закону. Я клянусь, тебе! Мамой клянусь! – прошептал еле слышно сам себе.

Глава 5

Александр

Уезжать сейчас из городка одному было странно и не логично, когда твоя, пусть и не настоящая жена лежит в больничной палате, а документы об аварии лишь наспех оформлены. Но ехать было нужно, он сейчас правя рука Деда и чем ближе тем скорее это все закончиться.

Подобраться так близко, ему помогло упорство и может немного удачи. Тогда пристроиться на лесопилку ему помог Руслан, пришлось много и тяжело работать, и лишь через пару месяцев его приметил бригадир, обратил внимание, что парень не пьет, а это на фоне постоянно уходящих в запои местных работяг, очень сильно его выделяло. Так слово за слово, нужно было ненавязчиво преподнести свою легенду, что он имеет экономическое образование, пусть и всего лишь колледж, но считает хорошо. Рассказал о себе как-то удачно без посторонних глаз и ушей и ждал, когда же что-то сдвинется с мёртвой точки, ждать пришлось еще почти месяц, пока бригадир не предложил попробовать себя в самом простом учете. Он, конечно, согласился, хотя волновался неимоверно, все эти месяцы он доучивал экономику по ночам, но все пошло даже слишком гладко, новая работа далась легко.

У Деда был, конечно, бухгалтер и звали его Архипов Вадим, типичный очкарик с калькулятором вместо мозга, уникальный в своем роде, держал в памяти все счета и пароли. Но будучи парнем не слишком симпатичным, был падок до женского пола и в этом уязвим. И вот в одну из важных поездок в Москву его умело опоила пара красоток, и Вадим потерял свой ноутбук, где были открытыми программы со счетами в зарубежных банках и пароли, бери все не хочу.

Оценив степень своего проступка и величину наказания, Вадим бросился с моста. Дед рвал и метал, поднял на ноги всех и вся, чтобы найти пропажу и нашел ниточку.

Маленький провинциальный городок встретил Александра сгущающимися летними сумерками,

– Приехали? – заговорил он сам с собой, оглядывая отделанный пластиковыми панелями, фасад гостиницы.

На входе в крохотную придорожную гостюшку его ждала хозяйка, тоже видимо спавшая ещё недавно.

– Припозднились вы! Уже ужин закончился. Пойдёмте я вас накормлю.

– Не откажусь! Мне кажется, что я голодный, как волк!

Он ужинал под одиноким фонарем на летней террасе маленькой кафешки, хозяйка принесла блины и разогретый шашлык.

– Из Москвы?

– Нет, – ответил ей Александр.

– Этим летом много из Москвы проезжих, все бегут на свежий воздух. Если к морю поедите, то я вам о своём секретном месте скажу, там тихо и чистая вода, – она смотрела на него подперев голову ладонью.

– Может знаете женщину Анна Ивановна, сейчас она Волошина, но девичья фамилия Белова. Она тут лет пять живет, – и показал копию черно-белой фотографии с паспорта.

– Знаю! У нас сыновья дружат.

Она коротко объяснила, где ее можно найти и через полчаса Александр стоял возле обычного панельного дома.

Ждать долго не пришлось, к подъезду подкатил огромный внедорожник. Женщина вышла с пассажирского сиденья, а с водительского парень лет двадцати. У него были светлые волосы, серые глаза, он напомнил Саше Руслана.

– Анна Ивановна, можно на пару вопросов? – он шагнул ей навстречу, мимолетно показав красные корочки.

Женщина всплеснула руками, ухватилась за подошедшего парня.

– Сколько можно! Столько лет прошло! Если вы ее нашли, скажите сразу!

Саша ничего не понял.

– Кого?

– Вам лучше знать! Дочь мою. Нину!

– Нет. Я по другому вопросу. Вам знаком Дедков Василий?

Женщина побледнела, едва заметно толкнула парня.

– Витя иди домой.

– Мама, все в порядке?

– Да.

Из подъезда выскочил мужчина и бросился к Александру.

– Что вы ее мучаете? – зарычал он на Александра.

– Вы кто собственно?

– Егор, Витя, идите домой. Я сейчас. Извините, это мой муж.

Мужчины ушли, женщина тяжело опустилась на скамейку.

– Василия знаю, но не виделись уже лет тридцать или больше, если не больше.

– При каких обстоятельствах познакомились?

– Курортный роман.

– И все?

– Все… И дочка от него была.

– А где она сейчас?

– Без вести пропала десять лет назад. Что ему нужно от меня?

– Ничего. Просто привет передать! – на эти слова женщина зябко поёжилась.

– Лучше бы дочь нашли.

Она поднялась и пошла прочь.

Вечером того же дня, решив ехать обратно на рассвете Саша спустился в местный бар, где суетился бармен в белой застиранной рубашке и бродовом жилете и золотистым бейджем на груди. В стеклянном бокале плескался виски, который Саша пить и не собирался, так для вида заказал, чтобы завязать разговор. Бармен изредка поглядывал на него, словно желал, чтобы гость скорее ушел в свой номер.

– Тихий у вас городок? – спросил он, пытаясь заполнить неловкую паузу.

– Вроде того… – не отрывался от натирания бокалов бармен. – Понравилось?

– Вроде того и до моря не далеко. Хорошо бы к старости перебраться.

– Приезжайте. У нас много кто, по молодости, уезжали, а сейчас обратно возвращаются. Вот, вы интересовались Беловой, она сама -то не местная. Муж ее жил тут с рождения, потом уехал. Вот сейчас вернулся с семьей. У жены его дочь пропала без вести, там история темная слишком. Не смогли дальше жить в своем городе, вот сюда вернулись. А вы кем приходитесь Беловой?

– Так от родственников привет просили передать, я тут проездом. Удачно получилось.

После он не мог сомкнуть глаз до самого утра, новые имена не давали покоя, хотелось докопаться, какое отношение эта женщина имеет к Деду и ко всей истории с деньгами в целом. Саша прекрасно изучил Дедкова и был уверен, что у него все ходы просчитаны наперед, нет ни одной лишней фигуры на «игровом поле».

Утром в холле гостиницы его окликнули, он удивился на диване сидела Белова, нервно теребила ручки своей сумки и озиралась, словно боялась, что ее кто-то может узнать.

– Знаете, я вас хочу спросить… – она запнулась. – Чисто по человечески. Что Дедкову нужно от меня? Я знаю, что он ни какой не ученый, а вор. Таким как он детей вроде иметь не полагается, по их понятиям. То – что первого нашего ребенка у меня забрали в роддоме, даже не показали, он это прекрасно знает. Я так и не смогла найти его за всю свою жизнь. А вот Нина, возможно, была и не от него. И Нины теперь со мной нет…

Александр внимательно слушал женщину, не перебивая, лишь изредка кивал.

– У нас в те года очень много девушек в городе пропадали… я так боялась за нее. Просила ходить всегда с подружкой, старалась встречать, если могу. Но представляете, нас горе не обошло, ее подругу нашли убитой прямо у нас в подъезде, А Ниночка моя пропала. Мы столько прошли за это время, в аду наверно проще. Мою дочь обвинили в убийстве, собственно подруги, и мужа моего на полиграфе вдоль и поперек проверяли. А я все эти годы им говорю, ищите маньяка, я столько материалов насобирала. Все напрасно. А еще наша квартира сгорела и все бумаги, что я по крупицам, и все фото … Все сгорело. Одним словом, не смогли мы там больше жить и переехали.

Александр был ошарашен.

– Передайте Дедкову, что ему нечего опасаться.

После этих слов женщина поднялась и быстро ушла, даже не попрщавшись.

Глава 6

Александр

Это был очень тяжёлый день, раньше они проводили его вместе. Если и был человек, который не верил в существование дружбы, то встречая их менял

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.