Владимир Григорьевич Колычев
Отель искупления грехов

© Колычев В.Г., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

В тумане дождь идти не должен, но хлынуло сплошной стеной. Потому как не туманом дорогу заволокло, машина въехала в самую настоящую грозовую тучу. По стеклу било не понять что, то ли капли, то ли град, «дворники» не справлялись, видимость сошла на нет, а остановиться нереально. Дорога петлистая, обочина узкая, водитель фуры может не заметить вставшую машину, сомнет и пустит под откос. Или «курица» какая-нибудь тупо воткнется, бегай потом по страховым. Словом, лучше ехать, чем стоять, Костя Булахов следовал этому принципу даже сейчас, когда вокруг бушевала природа.

Ливень усилился, видимость нулевая. Костя отнюдь не трус, но ему стало не по себе. Зато Дусе хоть бы хны, глаза закрыты, голова откинута назад, на лице полная безмятежность. Спит Евдокия, хоть из пушек пали. Где-то неподалеку слева и сзади громыхает, густые такие раскаты, плотные, но Дуся не просыпается.

Ливень прекратился почти мгновенно, стоило только вырваться из облака на перевале. Небо впереди все так же затянуто, но стало значительно светлей, как будто солнце вышло. Или это вышла девушка – из кроссовера цвета грозовой тучи. Погода, мягко говоря, не жаркая, а она в одних шортиках. И футболка на голую грудь. Летом Алиса нижнее белье не носила, уж кому-кому, а Косте это известно.

Он узнал свою бывшую подружку, вздохнул, но проехал мимо. Алиса торопилась в магазин, а у них все есть. Дуся запасливая, у нее полная сумка с провизией, бутерброды, котлеты, минералки, соки, в одном термосе чай, в другом – кофе. Печенье, пряники, конфеты, шоколадки…

Дуся будто почуяла появление Алисы, проснулась, глянула по сторонам, зевнула, потянулась. Только затем посмотрела на мужа.

– Кофе будешь?

Костя кивнул. В самый раз покурить, выпить кофе и не взбодриться, как обычно, а, напротив, успокоиться, снять напряжение. Конечно же, Алиса пробудила в нем былые чувства.

Дуся налила кофе не сразу, сначала открыла сумку, достала из нее пластиковый контейнер, откуда извлекла котлету, нанизав ее на вилку. И подала Косте. Одну половинку откусил он, другую – она. И сразу же взялась за вторую. Пока Костя дожевывал свою часть котлеты, она, опередив его, слопала целую котлету. Еще и с хлебом. Дальше яйца, огурчики, редисочка. Про мужа Дуся не забывала, но ела при этом как будто и за него. Ела смачно, с аппетитом. И ей можно было только позавидовать. Кость у нее широкая, ела она за двоих, но при этом не было в ней ни капли лишнего жира. Хотя и костлявой ее не назовешь. Очень даже ничего фигура, роста Дуся выше среднего, талия, бедра, ноги – все в порядке. Грудь, правда, всего лишь второго размера, зато упругая, как у юной девы. А ведь ей уже двадцать шесть, и ребенок есть.

Алисе двадцать семь. Костя гулял с ней, пока она не променяла его на деньги, вышла замуж за толстосума и уехала с ним в Краснодар. Восемь лет прошло с тех пор, образ Алисы потускнел, стерся, но сегодня, проезжая мимо Краснодара, Костя поглядывал по сторонам, вдруг увидит ее. И ведь увидел, по дороге к морю. Сердце до сих пор колотится в груди, никакими котлетками не успокоить. Алиса все стоит перед глазами. Она ведь практически не изменилась. Все такая же красивая, стройная, длинноногая. Внешность подкорректирована, это не укрылось даже от беглого взгляда. Носик подправлен, губки подкачаны, макияж, что называется, парадно-выходной, для особых случаев, но так женщина и должна следить за собой. Это Дуся красится только по праздникам, считая, что естественная красота ей больше к лицу. И ведь не сомневается, что красивая. В чем-то она, конечно, права, но почему же с ней так скучно?..

Костя выкурил одну сигарету, взялся за вторую, только тогда Дуся наконец-то подала кофе.

– А почему так медленно едем? – спросила она.

– Дорога мокрая, котлеты плохо перевариваются.

– Котлеты?.. – задумалась Дуся.

Действительно, при чем здесь котлеты? А мокрая дорога Костю не смущала. Машина мощная, внедорожный «Лексус», резина премиальная, аквапланирование практически нулевое.

Он в свое время и не думал о богатой невесте, женился на обычной, в общем-то, девушке, просто за семь лет отец Дуси успел получить хлебную должность. Пять лет уже осваивает муниципальный бюджет, с каждым годом пила становится все толще, опилки – крупнее. Костя не возражает, но тестя не поддерживает. Тот предлагал ему должность в городской администрации, но Костя ни в какую. У него своя фирма, системы отопления и водоснабжения под ключ. Ростов – город большой, заказов хватает, работа идет. Но на квартиру в Сочи ему пока не хватает. Да он и не стремится. Это у тестя зачесалось, решил обзавестись недвижимостью на побережье, все уже решено, одна часть суммы уже у риелтора, вторую доставит Костя. Квартира готовая, с обстановкой, провести оплату, и можно сразу въезжать. Заодно и отдохнут. Начало августа, высокий сезон. Небо на побережье заволокло тучами, на лобовом стекле дождевые капли. Но уже завтра погода начнет налаживаться.

– Бумажные, – усмехнулся он.

Таких «котлет» у них с полсотни, в обычном пластиковом пакете – на полу за сиденьем, запечатанный сверток прикрыт несвежим бельем. Одна «котлета» – один квадратный метр жилой площади. Квартиры в Сочи жуть какие дорогие, так что денег много. Но к ним нужно относиться просто. Костя давно это уже понял. Начнешь трястись над наличностью, прятать-перепрятывать, обязательно сопрут. А бросил на пол – как будто там какой-то пустяк, и ничего не случится. Ну, если только машину в море не смоет – каким-нибудь селевым потоком. Дождь в горах всегда опасен.

– Это ты про деньги? – догадалась Дуся.

– Довезти нужно в целости и сохранности.

– Нас нужно в целости и сохранности довезти.

– Целость береги смолоду! – усмехнулся он.

– А что с этим не так? – косо глянула она на мужа.

Дуся отдалась Косте с ходу, еще и познакомиться толком не успели, а уже оказались в одной постели. С ним она и рассталась со своей девственностью. Алиса же мурыжила его почти месяц, но первопроходцем с ней он так и не стал. До него кто-то протоптал к ней дорожку. И все же, обнимая Дусю, Костя порой представлял на ее месте Алису. И сейчас он ехал медленно вовсе не из предосторожности. Хотел, чтобы Алиса обогнала его.

И очень скоро это произошло, темно-серый «Инфинити» обошел их по сплошной полосе и преспокойно продолжил путь, оставляя после себя водяную взвесь из-под колес. Дуся распечатывала глазированный сырок, поэтому ничего не заметила. И появление Алисы не почувствовала. А она знала о ее существовании, даже рвалась выяснять отношения. Волосы обещала ей повыдергать, и ведь не шутила. Костя, помнится, с трудом отговорил ее. Дурой назвал, она в слезы, но его это не тронуло. А ее остановило.

Дорога вилась под горами, тяжелые тучи низко стелились над морем. Дождь то усиливался, то слабел, но не прекращался. А «Инфинити» ехал быстро, и Костя старался не отставать. Хотя и не всегда удавалось удержаться на хвосте. «Инфинити» то терялся на серпантине, то снова всплывал перед глазами. Дуся погони не замечала, плотно перекусив, она вернула сумку-холодильник на место, нащупала пакет с деньгами и снова постаралась заснуть. И это ей удалось. Деньги на месте, муж водитель опытный – переживать нечего. Вечером они будут в гостинице, завтра отвезут деньги в банк, а там и новоселье можно справлять. Квартира отличная, ремонт, обстановка, но главное, вид на море. А погода в центре Сочи всегда солнечная, это здесь льет дождь, а там и сегодня рай. С переменной облачностью. А завтра солнце будет жарить от рассвета до заката.

Костя представил себя в шезлонге на пляже, из моря выходит Алиса в мини-бикини, подсаживается к нему… И вздохнул – тайком от жены. Дуся завтра выйдет из моря – в своем закрытом купальнике. Улыбнется ему, и сразу в сумку – сырки там у нее, шоколадки…

Костя уверенно жал на газ, крутые повороты проходил на скорости, но все же не лихачил. И дорога сама по себе сложная, и дождь все хлещет, опять же, видимость ни к черту. Но кому-то не терпелось поскорее отправиться в ад, так он подумал, когда его на запредельной скорости обошла красная «Мазда». Обошла, едва увильнув от мчащегося навстречу «КамАЗа». Один цвет машины говорил о характере ее владельца, а бешеный маневр это подтвердил.

– Чтоб тебя! – Костя не сдержал эмоций.

– Что такое? – Дуся открыла глаза.

– Камикадзе, черт бы его побрал!

– А-а… Я-то думала, нас в море смывает!

– Типун тебе!

– Может, назад?

– Так на обратном пути смоет!

– Давай поосторожней!

В голосе Дуси звучала тревога, но чувство беспокойства не помешало ей снова заснуть. Потрогала пакет с деньгами, налила мужу кофе, отхлебнула для пробы, и снова спать.

За тридцать лет жизни Костя успел уяснить, что лучшая защита – это нападение. И если впереди опасность, то не разворачиваться надо, а, напротив, брать разгон. Может, потому он и не сбросил газ, увидев, как мутный поток воды выносит на дорогу мелкие камни. Откуда-то сверху хлынуло, вода шла, размывая горную породу, и поток стремительно усиливался. Довольно крупный камень, подскочив, ударил машину по заднему крылу, на этом все и закончилось. Для Кости. А цепная реакция за спиной продолжалась.

Костя притормозил, глянул назад и увидел поток из камней и жидкой грязи. Эта бурлящая жижа стремительно расширялась, создавая реальную опасность для дорожного полотна. И для самого Кости, хотя он отъехал довольно далеко. К тому же дождь мог вызвать и новый селевой поток, от которого уже не удастся увернуться.

Костя быстро набрал скорость, само чутье заставляло его спешить.

– Что там? – встревоженно глянула на него Дуся.

– Это по днищу стукнуло?

– По крылу, вмятина будет!

Костя мрачно усмехнулся. Это после удара в глаз синяк не сразу появляется, а вмятина уже существует. Вопрос только в том, большая она или так себе. Ответ он будет смотреть уже потом, когда минуют опасный участок.

– Да?

– Буду называть тебя вороной!

– Чего?!

– А того! Накаркала! Чуть в море не смыло!

– Да ладно!

Дуся открыла окно, высунула голову, но Костя и не думал притормаживать. Потом в Ютубе глянут. Если выживут.

Дорога шла на подъем и упиралась, казалось, в скалистую гору. Но так только казалось. Впереди Костю ждал очередной крутой поворот. Впрочем, он мог обогнуть скалу по щебеночному проселку, который уходил дальше в горы. Дорога, надо сказать, неплохая, не асфальтовая, но полотно ровное, без колеи, достаточно широкое для того, чтобы могли разъехаться две машины. Этот путь Костю не интересовал, но все же он успел заметить указатель: «Отель “Старая сказка” – 2 км». И даже вопрос в голове мелькнул: действительно, а кому интересно это место в горах вдалеке от моря?

Затерянный в горах отель не интересовал его вовсе, куда больше Костя думал о встречных машинах. Он готов был остановиться, чтобы перекрыть дорогу и сообщить об опасности. Но навстречу ни одного автомобиля. Зато очень скоро «Лексус» уперся в задние габариты черного «Икс-седьмого» «БМВ», который, в свою очередь, стоял перед знакомым «Инфинити». Еще дальше – красная «Мазда» и синий «Фокус», возле которого под проливным дождем переминался с ноги на ногу худосочный паренек в толстовке с капюшоном. Там же Костя увидел еще троих мужчин и женщину с зонтом. Все они смотрели куда-то вперед, туда, откуда навстречу не шли машины.

Женщина худощавая, в джинсах, стрижка короткая, волосы темные – это явно не Алиса. Мужчины разной комплекции, один среднего роста, толстый, под зонтом, другой высокий, спортивного сложения, третий коренастый. Но из них Костю интересовал только тот, кто мог ехать в одной машине с Алисой. Возможно, ее муж. Он у Алисы не рослый и не коренастый, возможно, ее суженый стоял сейчас под зонтом.

– Здесь будь, я сейчас!

Дождь не прекращался, но Костя все же вышел из машины, прихватив зонт. Дуся не могла отправиться в дорогу, не узнав прогноз погоды, отсюда и зонт в запасе.

Алиса находилась в «Инфинити», за рулем автомобиля. Она опустила стекло, хотела что-то сказать проходящему мимо Косте, но, узнав его, не смогла выдавить из себя и слова. Он усмехнулся, показав ей спину. Чувствует за собой вину, если дара речи лишилась.

Мужчины, парень и женщина развернулись к Косте, как по команде. В глазах страх и тревога, причем у всех без исключения. И очень скоро стало ясно, что пугало людей.

Впереди оползень. Смещение горных пород вызвало обрушение дороги. Камни, щебень, вода – все ушло вниз, пролом издалека не виден. А с близкого расстояния – страшно глянуть. И еще страшней представить себя в клокочущей пучине, куда с гор бурно и шумно стекала вода.

– Давай назад! – сказал парень, легонько коснувшись плеча Кости.

Лохматый, узколицый, впалые глаза, с горбинкой нос, созвездие родинок на шее. Взгляд беспокойный, но страх в них не сказать что панический.

– Куда назад? Там тоже дорогу смыло! – сказал Костя, снова с опаской заглянув в пропасть.

Пролом довольно глубокий, под нагромождением обломков дорожного полотна шумела вода, вымывая песок. Разжиженный грунт растекался по склону горы – вниз от дороги к морю. Провалившихся машин не видно, доставать вроде бы некого. Но самое время спасаться самому. Корка асфальта под ногами могла уйти вниз в любой момент.

Первым остановился и развернулся к Косте толстячок. Лицо широкое, но не круглое. Лет сорок пять ему, никак не меньше, но ни намека на плешь. Волосы густые, с едва заметной проседью, прическа пышная, с расширением вверх, а щеки толстые – все это придавало голове форму «восьмерки» с двумя глазками в перемычке. И сейчас эти глазки метались в поисках пятого угла.

– Как это смыло?

– Еле успел проскочить, камнем по крылу прилетело.

Костя хмурил брови, глядя на толстячка. Он не узнавал человека, за которого Алиса вышла замуж. Совсем незнакомое лицо. Хотя видно, что мужчина состоятельный. Платиновая цепь на шее, на руке часы с короной, возможно, подлинный «Ролекс». Спортивный костюм от Армани. И зонт с логотипом «БМВ». Возможно, Костя имел дело с владельцем черного внедорожника.

– И что, нельзя проехать? – Женщина под зонтом с интересом смотрела на Костю.

Лет тридцать пять ей, стройная, сухопарая, смугловатая от природы, фигурой она чем-то напоминала Дусю, даже размер бюста тот же. Но если на жену Костя смотрел равнодушно, то незнакомкой он мог бы и залюбоваться. Что-то волнующее угадывалось в изгибах ее упругого тела. Стройные сильные ноги в облегающих джинсах притягивали взгляд, пробуждая непристойные мысли. А еще Костя мог бы запасть на ее глаза, небольшие, но очень красивые – возможно, из-за томной глубины в них. Кожа лица уже не юная, но в тонусе, чистая, гладкая, увлажненная дождем и кремами.

– Не знаю, там хорошо хлынуло. Может, не только сверху. – Костя кивнул за плечо, на оползень за спиной. – Может, и снизу подмыло.

Земля из-под ног могла уйти в любое время, но он стоял как вкопанный, чтобы не прослыть трусом или даже паникером. И красовался он прежде всего перед Алисой, которая уже вышла из машины и смотрела на Костю, развернув над головой пластиковый пакет.

– И что же делать? – спросила брюнетка, она так же с интересом смотрела на него.

Надо сказать, ее взгляд смущал Костю. Да, он высокий, внешность у него вроде бы ничего, в глазах, говорят, что-то есть. И все же красавцем он себя не считал. И женские сердца разбивать не стремился. Хотя супружескими отношениями не дорожил и считал, что ему не повезло с женой.

– МЧС вызывать надо! – сказал парень.

Стоящий рядом с брюнеткой рослый мужчина нехорошо глянул на него. Нахмурился и коренастый. То ли они не считали свое положение столь серьезным, чтобы звать на подмогу, то ли не хотели, а может, и боялись связываться с государственными структурами. Об этом Костя подумал вскользь, хотя и попытался поймать промелькнувшую в голове мысль. Положение аховое, с одной стороны обвал, с другой – обрыв, и люди, которых он видел перед собой, так просто никуда не денутся. И хотелось бы знать, с кем придется иметь дело в ближайшие… возможно, сутки, а то и больше.

Костю спасатели не пугали, но чем они могли ему помочь? Прислать вертолет и забрать его вместе с Дусей? Но машина останется на дороге, возможно, впоследствии будет уничтожена стихией. Деньги он возьмет с собой, а вдруг кто-то очень умный и ответственный узнает про них, могут возникнуть неудобные вопросы. Уж не лучше ли отсидеться где-нибудь в горах? В одной компании с Алисой.

– Тут отель недалеко есть, – предложил вариант Костя. – В горах. И дорога ничего так.

Он смотрел на коренастого. Если рослый держал под локоток брюнетку, значит, этот короткостриженый тип ехал в машине с Алисой. Черствое выражение лица, грубые черты, жесткая линия рта, раздвоенный подбородок. Под крепким широким носом багровый рубец, как раз там, где находился губной желобок. Может, губу когда-то в этом месте разорвали, а потом зашили. Рубашка черная, шелковая, с длинными закатанными рукавами, ворот расстегнут, в темных кущах на груди неудачно прятался золотой крест. К такой рубашке подошли бы зауженные брюки с низкой талией и черные лакированные туфли, но мужчина был в широких шортах и шлепках. Мокрый с головы до ног, но это его мало смущало.

– Да видел, поворот там, – кивнул рослый. – И указатель. «Старая сказка».

И этот имел внушительный вид, жесткие линии, резкие черты. Глаза близко посаженные, неведомая сила как будто притягивала их к узкой переносице, а они отталкивались друг от друга, создавая напряжение, которое усиливало взгляд. А рослый смотрел на Костю не без пристрастия. Не нравилось ему, как брюнетка на него реагирует.

Костя усмехнулся, глядя на него. И тот внутренне всколыхнулся, уловив вызов в его взгляде. Его обрадовал повод наказать Костю, правая бровь угрожающе поползла вверх. Он требовал срочного ответа, хотел знать, что Костя нашел смешного в его словах.

– Из своей «Мазды» видел? – Костя также угрожающе повел плечами, давая понять, что с ним лучше не связываться. – На бешеной скорости!

Он ведь очень даже мог дать в зубы. Кикбоксингом в свое время занимался, даже в боях без правил участвовал, неважно, что на любительском уровне. Важно, что драка его не пугала, для него кулачный бой – как ураган для буревестника.

– На бешеной скорости!.. – незаметно толкнув своего спутника, улыбнулась брюнетка. – Чуть в пропасть не влетели… Спасибо мальчику!

Она кивком указала на паренька и вдруг взяла Костю за руку, с силой сжав пальцами его бицепс. Как будто на прочность его попробовать хотела. В свое удовольствие.

– Нельзя здесь стоять!

Она потянула его на себя, не успел Костя отойти на шаг-два, как асфальт лопнул и кусок дороги, на котором он только что стоял, сполз в пролом.

– Ну вот! – нервно засмеялась брюнетка.

Рослый с силой потянул ее за собой, она отцепилась от Кости и поспешила к своей машине. А паренек лихорадочно открывал дверь своего «Форда», который очень даже мог уйти под землю прямо сейчас.

– И никакой я не мальчик! – буркнул он, собираясь закрыть за собой дверь.

Костя тоже спешил к своей машине, но решил задержаться. Мальчик от обиды мог наделать глупостей и двинуться вперед, когда ехать можно только назад. Костя придержал дверь и в двух словах объяснил, как и куда ехать. Парень сдал назад, избежав столкновения с «Маздой», стал разворачиваться.

И «Мазда» пришла в движение, и Алиса скрылась в своей машине, не забыв глянуть на Костю, когда он проходил мимо. Волосы у нее мокрые от дождя, видно, не очень-то помог ей пакет над головой.

И сам Костя промок до нитки, но это пустяк по сравнению с тем, что могло случиться с ним как в прошлом, так и в настоящем. И с ним. И с Алисой. Их могло засыпать камнями, смешать с песком, и это слабое утешение – быть похороненным в одной с ней могиле. Опасность еще не миновала, расслабляться рано.

О своей жене Костя подумал в последнюю очередь. Но подумал. Ее тоже нужно спасать. Может, в горах действительно безопасно?

Глава 2

Для дома здание большое, для отеля не очень. Стены из серых бетонных блоков, фундамент высокий, из цельного камня, низ первого этажа обложен кирпичом песочного цвета, но работа по облицовке дома прервалась в самом начале. Штабеля кирпича так и остались стоять неподалеку от дома под щитами из рубероида и досок.

Из этого же кирпича сложены были заборные столбы и верхняя часть фундамента под него. Наверняка проемы планировалось заполнить чем-то серьезным, но никак не сеткой-рабицей, натянутой к тому же кое-как. Забор огораживал большой двор, часть которого занимал загон для овец, их блеяние не резало, но напрягало слух. За домом виднелись стройные ряды виноградника.

– Это что такое? – спросил паренек, выходя из машины.

Он с недоумением смотрел на вывеску над крыльцом. «Отель “Старая сказка”». Хочешь – верь, хочешь – не верь. В такую сказку.

– Зато дождя нет, – сказал Костя.

Вряд ли отель работал, зато место живописное. Дом стоял у подножия густо поросшей лесом горы, возвышаясь над речной долиной. Ничто не указывало на возможность схода селевых потоков. Дождь здесь, конечно, был, трава мокрая, с водосточной трубы все еще капает – в переполненную бочку на углу дома. Но лужи только во дворе, да и на дороге тонкие ручейки, больше вода нигде не скапливалась, все стекало в реку, которая шумела метрах в трехстах под горой. Нужен всемирный потоп, чтобы вода поднялась к дому.

К дому подъехала красная «Мазда». Толстяка и Алисы со своим спутником еще нет, а может, их и не будет. Они отправились к месту, где дорогу накрыл селевой поток. То ли не поверили Косте, то ли решили, что не все так серьезно. Возможно, грязевая жижа уже сошла, не смыв дорожное полотно. Может, и проезд открылся. Но путь на Сочи в любом случае закрыт, а возвращаться домой Костя не очень-то и хотел.

Не дожидаясь, когда из «Мазды» выйдет брюнетка со своим спутником, Костя открыл калитку и вошел во двор.

– Осторожно! – крикнул паренек.

У Кости екнуло сердце, на него мчалась огромная овчарка с оскаленной пастью. Собака не гавкала, всего лишь утробно рычала – верный признак, что это не предупреждение, а прямое нападение. Но пса остановила цепь, прикрепленная к его ошейнику. От чувства беспомощности овчарка громко залаяла. Костя наблюдал за ней уже из-за калитки.

Дверь открылась, на крыльцо вышел седовласый мужчина с недоразвитой нижней челюстью и выступающими верхними резцами. Клетчатая рубашка с длинным рукавом была заправлена в старые трикотажные треники только одной половиной, другая свисала чуть ли не до колен. В правой руке свернутый в трубку глянцевый журнал, им он и замахнулся.

– Мухтар, фу!

Из названия журнала Костя смог разглядеть две буквы. «Р» и «L». Еще разглядел пышные серебристо-пепельные волосы какой-то глянцевой красотки. Неужели «Playboy» с голыми бабами?.. Но если мужик и листал журнал, то наверняка редко. У него явно было занятие поважнее, чем пялиться в журнал. Об этом свидетельствовали натруженные руки – загорелые, промаринованные потом, землей и, пожалуй, овечьим навозом. Треники мокрые до колен, в брызгах грязи. Калоши – такие же. Видно, в загон ходил недавно – под дождем.

– Красавец Мухтар! – Рослый смело зашел во двор, без страха подошел к собаке.

Он смотрел ей в глаза так, как будто пытался подавить ее волю. И ведь преуспел в этом. Мухтар голову перед ним не склонил, но по холке себя потрепать позволил. При этом он едва слышно рычал, но рослый все равно мог праздновать победу. Прежде всего над Костей. И он отпраздновал, глянув на него высокомерно-покровительственно, а на свою спутницу – торжествующе и в ожидании похвалы.

– Отец, может, ты мне объяснишь, где здесь отель? – спросил он, снисходительно глянув на седовласого.

– Где отель?! А ты не видишь?

– Работает?

– Ну-у! – крепко задумался мужчина.

– Там дорогу размыло, нам бы переночевать! – сказала брюнетка.

Она подошла к Косте и по-хозяйски положила руку ему на плечо. Прикосновение не то чтобы мягкое и нежное, но приятное. Только вот радости оно Косте не доставило. Он понял, что брюнетка таким образом дразнила своего мужчину, игриво наказывая за какие-то мелкие грехи. Его дразнила, а Костю подставляла.

– Дорогу размыло?!. – Глазки у седовласого забегали, как будто в голове включился калькулятор.

Отель относительно небольшой, номеров не очень много, но можно тупо поднять цену. Дороги нет, конкурентов тоже, почему бы не воспользоваться ситуацией?

– Точно пока не знаем, – в раздумье сказал Костя.

Если обратная дорога открылась, они могли бы вернуться в Туапсе, машину оставить там, а в Сочи отправиться на катере, чем не вариант?.. Действительно, а что ему здесь делать, если Алиса уехала? Это с ней здесь будет интересно, а без нее тоска и скука.

– В Сочи точно дороги нет, – сказал паренек. – Там такой пролом, за неделю не сумеют восстановить дорогу.

– А зачем вам Сочи? – Седовласый вскинул руки, взывая к горно-курортным богам. – Оглянитесь, какая красота вокруг!.. А дышится как!

Костя кивнул. Воздух здесь отменный, особенно сейчас, когда после дождя пахнет озоном. И немного овечьим дерьмецом, что не критично. И дождь не идет. На трассе, может, и хлещет, а здесь только под ногами мокро.

– И какие у вас номера? – спросила брюнетка.

– Номера как номера… И стоянка для машин. – Седовласый неуверенно повел рукой вправо.

Большую часть места, отведенного под стоянку, занимали штабели кирпича, досок, на куче щебня лежала ржавая совковая лопата. Можно было поставить пару машин, но Костя не стал бы рисковать: слишком уж это сомнительное удовольствие – получить саморез в покрышку. Тем более что он мог спокойно оставить «Лексус» на дороге, она хоть и узкая, зато обочина широкая и, главное, прочная, дождем не размоет.

Дорога не обрывалась, тянулась дальше вдоль русла реки, петляя, уходила в лес, но вряд ли по ней часто ездят.

– Можно глянуть? – спросил паренек, решительно открывая калитку.

– Ну а чего ж нельзя? – вроде бы и приветливо, но уныло посмотрел на него седовласый.

Паренек зашел, но Костя остался стоять, что-то не хотелось ему заходить в дом. Наверняка внутри такой же недодел, как и снаружи, возможно, даже стены не оштукатурены. Видно, хозяин поздно хватился, сначала возвел здание, а потом понял, что спросом гостиница пользоваться не будет. Не хотел народ слушать старые сказки, оттого стройку и заглушили. Здание хозяин сносить не стал, завел баранов и овец, так и живет, наслаждаясь прекрасными пейзажами и женщинами с картинок. Но ведь это не отель, и все это понимали.

– И вы заходите! – Седовласый глянул на Костю и стоявшую рядом брюнетку, видимо, посчитав их мужем и женой.

– Пойдем?

Женщина по-свойски провела рукой по плечу Кости, подталкивая его к калитке. Он не повелся, отошел в сторону, освобождая ей путь. Она прошла мимо, не повернув головы, но взглядом по нему все-таки скользнула, затаенно при этом улыбнувшись. И рослый глянул на него – косо, предостерегающе. Как будто это Костя клеился к его жене, а не наоборот.

Седовласый провел гостей в дом, дверь закрылась, из машины торопливо вышла Дуся. Она что-то жевала, Костя кисло глянул на жену. Ее легче убить, чем прокормить… Чем видеть, как она постоянно жует.

– Ты чего стоишь? – с набитым ртом суетливо спросила Дуся. – Все номера хорошие займут!

Костя качнул головой. Не интересовали его номера без Алисы. Но вдалеке, на дороге показались машины, черный «БМВ» и темно-серый «Инфинити». И сразу стало ясно, что обратного пути нет. И что им с Алисой никуда не деться друг от друга.

Настроение не то чтобы поднялось, но дышать стало легче. Костя не жаловал Дусю, тяготился ею, но при всех своих недостатках она – мать его ребенка. И неплохая, надо сказать, мать. Да, любит поесть, но так и готовит она вкусно. Отменная хозяйка, может, и скучно с ней в быту, но комфортно. И не гуляет она, глазами в мужиков не стреляет, а в постели – горячая штучка. Не так уж с ней и плохо, если разобраться. Во всяком случае, на сторону Костю тянуло только в мыслях, в реальности же он ни разу не изменил жене. И не собирался. Даже сейчас не собирался. Алиса отрезанный кусок, возвращения к ней не будет, он точно это знал. И настраивался на то, что встреча с ней станет для него испытанием. Вдруг представится возможность тряхнуть стариной, как в таком случае отказаться? А отказаться придется… Но в то же время Алиса словно глоток свежего воздуха, потому и дышать стало легче.

– Ты давай! – Костя кивком указал на дом. – А я за машиной присмотрю!

– Ну да, машина… – кивнула Дуся.

Перетягивая на ходу волосы, она зашла во двор отеля. Даже не глянув на поникшего пса, поднялась на крыльцо и скрылась в доме, оставив дверь приоткрытой.

Костя кивнул, глядя вслед жене. За машиной глаз да глаз нужен, слишком уж там крупная сумма, чтобы не придавать ей значения. Но чахнуть над золотом он не собирался. Если что, тесть еще наворует.

Сначала подъехал «БМВ», толстяк еще не успел выйти, как остановился «Инфинити».

– Что это за сарай? – кривился мужчина, глядя на отель.

– Не знаю, но говорят, есть номера.

Костя крепко затянулся, глядя на выходящую из машины Алису. Все те же развратные шортики на ней, ножки завораживают взгляд. А вместе с ней из машины выходил счастливый обладатель этого чуда. Возможно, коренастый только-только убрал руку с ее коленки.

– И номера есть, и бараны, – усмехнулся он.

Голос у него по-мужски густой, но не басовитый. Зато слегка дребезжащий. Чем-то напомнил беканье матерого барана.

– Шашлык, – кивнул Костя. – А в подвале домашнее вино. Если очень хорошо попросить. За отдельную плату.

– Ты здесь был? – с подозрением глянул на него толстяк.

– Нет.

– А откуда знаешь?

– Так овцы. И виноград.

Виноград еще только созревал, наливался соком, ну так на новый урожай никто и не претендовал. Наверняка в подвале хранилась бочка прошлогоднего вина. А может, и не одна.

– А то, может, ты нас нарочно сюда завел!

– Ага, и дорогу обвалил, – глянув на Алису, с усмешкой сказал Костя. – Возле своей гостиницы.

И она смотрела на него, причем, что называется, во все глаза. И с затаенным восторгом улыбалась, чуточку приоткрыв рот. Глаза сияли в предвкушении великих событий, во всяком случае, так могло показаться.

– Так это все-таки твоя гостиница? – с хищным торжеством во взгляде сощурился толстый.

– Нет, конечно!

Улыбка на губах Алисы ничуть не померкла. Ей все равно, есть у него своя гостиница или нет. Прежде всего ее интересовал он сам, а не то, чем она могла поживиться. По крайней мере, сейчас. Это в прошлом деньги стояли на первом месте, поэтому она и променяла пустой карман Кости на тугую мошну.

– Ну смотри!

Толстяк поднял руку, как будто собирался ущипнуть Костю за щеку, предостерегая от обмана, но в последний момент передумал и повернулся к нему спиной.

– Эй! – позвал его Костя.

Толстяк остановился и с важностью большого босса повел ухом. Забыл, наверное, что нет с ним охраны, некому подстраховать его откормленную задницу.

– Тебе не туда, тебе к баранам!

– Что?! – Толстяк резко развернулся к нему.

Но Костя лишь усмехнулся, сурово глядя на него.

– Если ты быкуешь, это не значит, что ты бык! – сказал он, откровенно насмехаясь над немощностью оппонента.

– Да ты хоть знаешь!..

– Началось! – нахраписто перебил его Костя.

И надвинулся на него, заставив попятиться. Алиса засмеялась в голос, толстяк обиженно глянул на нее, покосился на коренастого, как будто тот должен был, но не пришел ему на помощь. И снова повернул к дому. На ходу вынимая мобильник с таким видом, как будто собирался поднять по тревоге личную охрану.

Коренастый подошел к Косте и протянул руку. Он смотрел на него с иронией человека, получившего удовольствие от зрелища.

– Федор! – сказал он с ударением на вторую гласную.

Костя вяло пожал его руку. Что-то не было желания дружить с человеком, который только что лапал его любимую женщину.

– Костя!.. – представился Булахов. – Ты бы шел, Федор, пока хорошие номера не разобрали.

– А что, есть плохие? – уже на ходу спросил мужчина.

– Ты такой оптимист! – усмехнулся Костя.

Федор не смог устоять перед инстинктом брать от жизни самое лучшее, перешел на быстрый шаг и очень скоро скрылся за дверью.

– Представляю, какие там номера! – сказала Алиса.

Она шла неторопливо, глядя Косте прямо в глаза. И при этом вынимала руку из несуществующего набедренного кармана, пальцы ласкающе двигались вверх по обнаженной ноге.

– Костя! – представился он.

– Алиса! Будем знакомы! – вкрадчиво улыбнулась она, оценив его шутку.

– Ах, Алиса!

– Ну так встретились же.

– И я не один, и ты непонятно с кем.

– Увы, жизнь не стоит на месте! – не очень опечаленно вздохнула она.

– Может, это твой пасынок? – усмехнулся Костя, давая понять, что шутит.

– Ага, с большими… – Алиса осеклась, осознав неуместность такого юмора.

– С большой машиной, – подсказал он.

– Ну да, ну да… А я все думаю, что за «Лексус» за нами гонит! – Она обласкала взглядом его внедорожник. – Большой такой!

Костя кивнул. Если бы не гнал, то не успел бы оказаться на изолированном отрезке дороги – рядом с ней. На застывшем отрезке судьбы.

– Думаешь, за тобой гнался?

Алиса глянула так, словно заглянула к нему в самую душу – нежно, хитро и глубоко.

– Это ты так думаешь!

И так же нежно провела пальцами по его плечу. И не длинными своими ногтями с акриловым покрытием провела, а подушечками пальцев, чтобы почувствовать тепло его тела. И пошла дальше, оставляя после себя пьянящий аромат цветочного поля – и благоухающие розы там, и горечь полыни, и дурман маков. Только что духами сбрызнулась, и помада на губах совсем свежая. Видно, что готовилась к встрече с ним. В предвкушении чуда. Вокруг никого, только пес на задних лапах да с жалобным взглядом, никто не увидит, как Костя проведет рукой по ее спине до самой талии. А она не будет против, он точно это знал. Но воли рукам не дал… Испытание огнем началось.

Дверь открылась, на порог с недовольным видом вышла брюнетка. Первым делом она глянула на Костю, затем уже на Алису, недовольные складки в уголках губ разгладились.

– Что-то не так? – останавливаясь, спросила Алиса.

Она не притормаживала, глядя на женщину, напротив, набирала ход. Короткие до невозможности шорты грациозно покачивались в такт движениям, что-что, а играть бедрами Алиса умела. И не только бедрами… Костя помнил… Он все помнил!

– Караван-сарай какой-то! От слова сарай!

– Туалет на улице?

– Да нет, все удобства. Вроде бы…

Алиса кивнула, продолжила путь, открыла дверь, переступила порог. Костя с трудом оторвал от нее взгляд. И перевел его на брюнетку, которая ревниво глянула на оголенности Алисы.

Пожар в душе требовал срочных мер, Костя быстро достал сигарету, щелкнул зажигалкой. Что-то слишком уж много он стал курить. Это, конечно, объяснимо, но скоро никотин из ушей закапает.

Достала сигарету и брюнетка. Подошла к Косте, горячо посмотрела в глаза и повела рукой с зажатой в двух пальцах сигаретой. Она просила огонька, но Костя качнул головой. Ее тонкие, черного цвета брови удивленно взметнулись вверх.

– Сначала познакомимся… Костя!

– Ну, конечно! – польщенно улыбнулась она. И коснувшись пальцами его плеча, назвалась: – Агата!

– Все-таки угадал! – изобразил он радость.

– Я так почему-то и думала, что вас Костя зовут… Может, на «ты» перейдем?

– Ну, мы же здесь самые догадливые! Конечно, на «ты»!

– Догадливый, – кивнула она. – Ты догадливый. Шашлык вечером будет. И вино! Ты угадал!

Костя озадаченно провел пальцами по щеке. Агата находилась в доме, когда он предсказывал шашлык и вино, как она могла слышать? Но ведь услышала.

– Сам от себя иногда балдею, – отшутился он.

Агата не осталась в долгу. Посмотрела на него с иронией.

– Ты этим особенно не увлекайся! – сказала она и кокетливо провела пальцами по своим волосам. От живых женщин балдеть надо, как бы говорила она, особенно от красивых. А она явно считала себя таковой. И не безосновательно.

Агата направилась к своей машине, а на крыльцо вышла Дуся, бледная, растерянная, как будто мышь в номере увидела. Или тараканов. Костя усмехнулся, глядя на нее. Она могла погибнуть на дороге, их отрезало от внешнего мира, но это такая мелочь по сравнению с тараканами.

Спускаясь по ступенькам, она смотрела куда-то сквозь Костю, подошла, остановилась. Только тогда осмысленно посмотрела на него.

– Это я Алису сейчас видела? – спросила она.

– Я вот тоже думаю, что это привидение, – кивнул он.

– Привидение?! – Дуся качнула головой, отказываясь верить ему.

– Призрак из прошлого. Надо бы тронуть ее… за что-нибудь… Может, и не призрак.

– Ты это серьезно?

– Что призрак?

– Что тронешь?

– Можешь ты попробовать. В принципе, все равно, кто тронет. Если призрак.

– Я тебя трону!.. Больно! – Дуся всем видом давала понять, что не шутит. А ударить она могла. Рука у нее не мужская, но крепкая. И тяжелая.

– И я тебя люблю… Номер взяла? – спросил он.

– Взяла! – Она не сводила с него глаз.

– И как?

– Никак! Ни о чем номер! Но лучше, чем твоя эта!

– Вещи брать?

– Вещи?! – нахмурилась Дуся.

– К Алисе переезжать.

– К Алисе?!

– В номер! С тобой!

– А-а, в номер! – растормаживаясь, захлопала глазами Дуся.

– Мы здесь надолго.

Костя кивнул, в раздумьях глядя на жену. Если дороги нет, если они отрезаны от внешнего мира, само провидение велит им держаться вместе. Держаться друг за друга. Не только узы брака должны связывать их, но и чувство единения, которое исподволь охватывает попавших в беду людей. Тем более что Дусе не на кого здесь больше надеяться, кроме как на мужа. Костя не имел права подвести ее.

– Ну да, говорили…

– Что говорили?

Костя вспомнил, что так и не спросил у Федора об обратной дороге, хотя и собирался.

– Обвал там, на дороге, где мы проезжали. Сильно завалило.

– Сейчас переоденемся и поедем разгребать, – сказал Костя.

– Завал? – нервно спросила Дуся.

– Кто, если не мы?

– А Алиса останется? – Дуся кивком указала на дом.

– Алиса останется, – усмехнулся он.

– А мы поедем?

Косте вдруг стало не до шуток. Похоже, Дуся готова была делать что угодно, хоть ползком на край света, лишь бы Алиса исчезла с горизонта. Уж очень она переживала и ревновала.

– Никто никуда не поедет. Здесь будем… И ничего не бойся! – тихо, но четко сказал он и повернул к машине.

– Все надо забрать! – с упором на первое слово сказала Дуся, когда он открыл багажник.

– Не все! – качнул головой он, выразительно глядя на жену.

Вряд ли в номере есть сейф: не тот уровень обслуживания. Или даже не обслуживания. А машина закрывается надежно, сигнализацию так просто не отключить, да и не полезет туда никто. Даже тот не полезет, кто знает про деньги. Миллионы будут искать в номере, но никак не в машине.

– Думаешь? – Дуся напряженно смотрела на него.

– Сколько раз тебе говорить, не суетись под клиентом!

– Не знаю, может, ты Алисе об этом говорил!

– Оставь Алису! – тихо сказал он.

– Вырядилась, как проститутка!.. А почему как?

– Я сказал, хватит! – Костя резко глянул на жену.

Дуся взяла сумку с остатками еды, свою любимую подушку, а Костя занялся поклажей, забрал сумки, чемодан, рюкзак. Пакет с деньгами остался в машине. Он так решил – и точка.

Как он и ожидал, отель изнутри оставлял желать лучшего. Но и не пугал. И стены оштукатурены, и пол застелен линолеумом. На первом этаже холл, широкой аркой совмещенный с довольно-таки просторной столовой. Стены не белены, всего лишь зашпаклеваны под покраску, но смотрятся вполне терпимо. Линолеум дешевый, но это куда лучше, чем голая стяжка. Двери сосновые, без наличников и доборов. Столы под пышным слоем строительной пыли. Большая часть помещения захламлена – упаковки с ламинатом в штабеле, фанера, сухая смесь в мешках.

– Я все уберу! Будет как надо! – говорил, оправдываясь, седовласый.

Федор слушал его со скепсисом, Алиса же с пренебрежением смотрела на Дусю, демонстративно не замечая Костю.

Лестница широкая, удобная, но мраморные ступеньки на железном каркасе закреплены плохо, шатаются, постукивают под ногами. На втором этаже все тот же ламинат и грунтованные стены. Дверь в комнату без наличников и доборов. Холл захламлен, пол грязный. И в номере не ахти. Пыль с палец толщиной, пол вообще без покрытия – голая стяжка, окно без подоконника и занавесок, зато с видом на дорогу, где стояли машины. Из мебели двуспальная кровать, тумбочки, шкаф и пара стульев, даже трюмо отсутствовало. Зато санузел в рабочем состоянии. И кафельная плитка там, и фаянс, и душевая кабинка, с лейки в железный поддон капала вода.

– Зато машину видно! – будто прочитав его мысли, сказала Дуся.

Костя приложил палец к губам, выразительно глядя на нее. Чем чаще говоришь о деньгах, тем больше навлекаешь на них беду.

– Я понимаю, что здесь никто ее не угонит, но все равно.

Дуся выразительно глянула на стену, за которой находился соседний номер. Все правильно, у стен есть уши. А может, она имела в виду чьи-то конкретные уши, Алисы, например. Возможно, Алиса со своим Федором заняла номер по соседству с ними. А он вовсе не сын ее мужа, тут явно что-то другое. Разве Алиса не могла развестись и снова выйти замуж? Это верно, жизнь на месте не стоит.

– Не угонит, – сказал он. – И не смоет. Думаю, здесь безопасно.

– Не знаю, мне здесь никто не нравится, – качнула головой Дуся.

– Даже я?

– Ты особенно!

– И как мне исправиться?

Дуся стояла у окна, смотрела на машину, на ней тоже шорты, хоть и не такие короткие, но тем не менее. Спортивный топик с широким плетением сзади, спина, считай, открытая. Кожа у нее чистая, гладкая, упругая, приятно увлажненная. И фигура хороша, особенно сзади. Шорты на резинке, снимаются легко, а ему срочно нужно выпустить пар после разговора с Алисой. Да и Агата женщина волнующая…

– Как исправиться… – пожала она плечами, продолжая смотреть на машину и думая о деньгах.

– Может, что-нибудь придумаем?

Костя прижался к жене, настраиваясь на порочную волну, но почему-то ничего не почувствовал. И шорты у Дуси какие-то не такие, и топик не сексуальный, и стояла она как-то коряво, да и вообще…

– Что придумаем?

– Как насчет половой жизни?

– Гм!

– Ты вытираешь пыль, я мою пол! – отстраняясь от нее, сказал он.

Определенно номер нуждался в генеральной уборке, иначе жить здесь просто невозможно. Тем более с Дусей.

Глава 3

Ноги связаны, голова задрана, нож у самого горла, а овца лежит, даже не дергается. У Кости внутри все сжалось, а ей как будто хоть бы хны.

– Ну, извини, дорогая!

Яша, муж Агаты, уверенно провел ножом по горлу, хлынула кровь, овца наконец задергалась.

– А чего ты такой бледный, герой? – с ухмылкой безжалостного убийцы спросил Яша. Он смотрел прямо в глаза, наслаждаясь его растерянностью.

– Тебе так кажется! – парировал Костя.

Он угадал, гостиница спросом не пользовалась, поэтому хозяин так и не закончил свой проект, переориентировав его под фермерское хозяйство, которое, судя по всему, еще не скоро оправдает вложенные в стройку средства. Если вообще оправдает. Впрочем, Георгий Артурович прав на «Старую сказку» не имел, он всего лишь работал здесь, хозяйские вложения его мало интересовали, он отвечал только за настоящее. Распорядитель не упустил возможности подзаработать, и номера случайным гостям сдал, и барана заколоть разрешил – за отдельную, разумеется, плату. Он и сам бы это сделал, но Яша напросился. И канавку для крови в земле вырыл, и овцу связал, и ножом по горлу, и все так спокойно, как будто каждый день убивал. При этом он смотрел на Костю так, как будто вскрывал горло ему.

– Ну что ты хочешь от городского парня!

Агата погладила Яшу по голове, предупредительно при этом глянув на Костю. Она просила его не заводиться, не нагнетать обстановку. И еще она как будто обещала не заигрывать с ним. И ему обещала, и Яше. Ситуацию действительно нужно было успокоить. Сейчас в ход мог пойти нож, потом шампуры. Все может произойти. Ведь к шашлыкам полагалось вино. Георгий Артурович обещал привести всех в полный восторг. Он сейчас пока что занят, порядок в доме наводит.

– А вы сами откуда? – примирительным тоном спросил Костя.

– А это тебя не должно чесать! – Яша продолжал смотреть ему в глаза.

– А если повежливей? – Костя угрожающе сощурил глаза.

Нож не так страшен, как кажется. Десять ударов можно пропустить и остаться в живых. Костя всегда так начинал думать, когда намечалась драка с поножовщиной.

– Умер, бедняжка! – вздохнула Агата, с грустью глядя на несчастное животное.

– А мы будем его кушать, за наше здоровье! – сказал Федор.

– Сначала шкуру снять! – усмехнулся Яша, протягивая Косте нож рукоятью вперед.

Барашка нужно освежевать, дело нужное, не вопрос. Но если этим должен был заняться Костя, то Яша черта с два здесь угадал.

– Нарываешься? Ну давай! – Костя резко вскинул руку, вызывая его на драку.

Яша разжал руку, окровавленный нож упал в канавку с кровью. Поднялся, повел плечами. Костя усмехнулся. Поигрывать плечами, вскидывать руки, показывая свою готовность к бою, это всего лишь жесты, за которыми должно следовать дело. Если ничего не происходит, то это всего лишь бравада. И вообще, руки вскидывают не для того, чтобы принять стойку, а чтобы набрать инерцию для немедленного удара. Во всяком случае, Костя поступал именно так. И если он поведет сейчас рукой, то драки не избежать. А он уже подал импульс в кулак.

– Так, все!

Агата встала между ними. Поворачиваясь лицом к мужу, она глянула на Костю с кокетливым укором.

– Он что, шуток не понимает? – сбавляя обороты, спросил Яша.

– Он спросил, откуда мы!

– Оттуда! Где баранов на раз-два плюнуть режут!.. Но мы люди мирные, да? – Яша обращался к Косте, а смотрел на жену.

– Да пошел ты! – Костя сплюнул себе под ноги, повернулся и, скользнув взглядом по Федору, направился к дому.

И Дуся еще там, и Федор вышел без Алисы. Обед им не предлагали, ужин еще только начинают готовить, а отношения уже обострились. Понятно, что камнем преткновения стала Агата, но Косте от этого не легче. Осталось только с Федором столкнуться из-за Алисы. Один ревнивец ударит с фронта, другой – с тыла, как в такой ситуации не пропасть?

Время близилось к вечеру, но еще светло. Тучи разошлось, выглянуло солнце, Костя с яркого света зашел в затхлый полумрак дома и лоб в лоб столкнулся с Георгием Артуровичем. Они остановились в полушаге друг от друга, в нос ударил запах крепкого табака и прокисшего пота, такой смесью только собак со следа сбивать.

– Ты из какого номера? – спросил старый, тяжело, исподлобья глядя на него.

– Костя меня зовут. Константин Булахов.

– Пошли в подвал, Константин Булахов! – распорядитель не сводил с него взгляда.

– Не понял!

– Вина возьмешь!

– А сам не можешь?

Что-то не хотелось Косте ни в какой подвал – даже из любопытства.

– Да сам-то могу.

Глаза привыкли к сумраку, и Костя заметил, как у Георгия Артуровича вздулись желваки. И передние резцы стали как будто больше. Взгляд помутнел. Не понравилось мужику, что с ним на «ты» без уважения. И это несмотря на его почтенный возраст.

– Только ты потом жалеть будешь, Константин Булахов.

– Чего так?.. Винный зал там у вас?

Костя решил смягчить тон. В конце концов, мужик действительно уже в возрасте, лет шестьдесят ему, не меньше. Да и не пугал он его, просто внешность у него жутковатая, оттого и взгляд кажется зловещим.

– И черепа. – Георгий Артурович все так же тяжело смотрел на него.

– Черепа?

– Древнее захоронение раскопали, когда строили. Решили не выбрасывать.

– И много черепов?

– Да шучу! – засмеялся распорядитель.

– Да иди ты!

– Ну что, за вином идем, Константин Булахов?

В подвал вела широкая каменная лестница, ступеньки под ногами не шатались, дверь дубовая, и наличники здесь, и доборы, все как положено. Лестница выводила сразу в зал, где стояли бочки с вином, в соседнем помещении находилась винодельня, через широкую арку Костя заметил дробилку, пресс с длинной ручкой, чаны.

– Ну как тебе? – спросил Георгий Артурович.

– Впечатляет!

– Считай, что экскурсия… С дегустацией.

В подвале прохладно, воздух свежий и влажный, как в горной пещере, под потолком лампы под плоскими жестяными абажурами. Бочки не маленькие, дубовые, прохладные, приятно липкие на ощупь. Все с деревянными затычками, только две с медными кранами. Здесь же наряду с пустыми трехлитровыми банками стояли глиняные кувшины. Георгий Артурович взял один.

– Шесть литров белого, девять красного, думаю, хватит, – сказал он, размышляя вслух.

– А если не хватит? Ночью здесь, в подвале, не опасно?

– Ну, если не запрут случайно, то нет.

– А могут запереть?

Костя глянул по сторонам. Подвал глубокий, стены каменные, пол бетонный, окошки под потолком, но все маленькие, свет сквозь них практически не пробивается, но воздух поступает исправно.

– Ну, если без спросу пойдешь.

Лампы светили тускло, но все же Костя видел, что кувшины и банки запыленные, и это не помешало старому поставить емкость под кран и повернуть рычаг.

– А мыть тару не пробовали? – спросил он.

– Внутри чисто, – не моргнув глазом, отбился Георгий Артурович.

– Да?

Костя взял пустую банку, заглянул в нее. Внутри пыли поменьше, но тем не менее.

– Ты с Дусей из Ростова, да? – спросил старый, будто не замечая его манипуляций с банками.

– С Дусей, из Ростова, – кивнул Костя, удивленно приподняв бровь.

– Хорошая у тебя жена, – чуть ли не с завистью произнес распорядитель.

– Не жалуюсь! – Костя вскинул обе брови.

– Красивая… Чем занимаешься, Костя?

– С Дусей?

– Вообще. Где работаешь?

– Отопление, водоснабжение под ключ. Но я так понимаю, вам это не нужно.

– Да успели провести, – кивнул старый.

– Неудачное место?

– Да место хорошее… Думали, что дело выгорит. А не выгорело. Не хочет народ к нам ехать. Думали, будут заезжать, горы, воздух. Вино, шашлык… А-а! – Георгий Артурович махнул рукой, отгоняя непрошеные сожаления.

– Ну вино-то, надеюсь, не пропадает?

Старый наполнял уже банку, Костя взял кувшин, понюхал, оценивая содержимое. Судя по запаху, вино хорошее.

– Можешь попробовать.

– А стакан есть?

– Так пей, никто не увидит.

– Я увижу, – качнул головой Костя, с подозрением глядя на мужчину.

Такой и плюнуть в вино мог, а потом на стол подать. Или в банку налить, в которую справлял малую нужду.

– Не хочешь – не надо, – обиженно буркнул Георгий Артурович.

Он наполнил еще одну банку, велел отнести в столовую.

– Дальше я сам.

Поднимаясь по лестнице, Костя пожал плечами. И зачем этот старый хрыч звал его в подвал? Чтобы два раза не ходить или хотел поговорить о Дусе? Может, влюбился на старости лет? А почему бы и нет? Дуся очень даже ничего собой. Костя помнил, как познакомился с ней. Не такой уж он тогда был пьяный; увидев ее на танцполе в ночном клубе, с ходу оценил красоту ее спины и короткое коктейльное платье. А задницей она как двигала. И когда повернулась к нему, он от страха не шарахнулся, смазливая мордашка, сочные губки. А как дрожали руки, когда он забирался к ней под платье… Понятное дело, Алиса вызывала в нем куда более бурные чувства, но так и Дуся одно время горячила кровь. А он взял да заскучал с ней…

Чувства пробудились с новой силой, стоило только Косте увидеть Алису. Она стояла в холле на втором этаже. Волосы собраны в пучок, бейсболка на голове, теннисное платье чуть короче среднего, кроссовки с пышной шнуровкой. И без каблуков ноги стройные, длинные, чертовски сексуальные. Эти ножки сводили с ума не только Костю.

– Если вы хотите поиграть в теннис, у меня ракетки есть! – молодой водитель «Фокуса» тужился изо всех сил, чтобы удерживать взгляд на уровне ее груди.

В глаза смотреть стеснялся, на ножки – боялся, а грудь закрыта платьем… Хотя и туда смотреть нельзя. Костя поймал себя на желании схватить парня за плечи и с толчка повернуть его спиной к Алисе, чтобы не пялился на нее. И не предлагал какой-то там теннис. Ракетка у него есть…

– Не хочу я играть в теннис! – Алиса великодушно улыбалась, глядя на бедного паренька.

– Нет? – вздохнул тот.

– Если Алиса надела кроссовки, это не значит, что она собирается бежать кросс! – сказал Костя, останавливаясь перед ними.

Но парень даже не повернул головы.

– А вас зовут Алиса? – дрожащим от волнения голосом спросил он.

– Меня зовут Алиса!

– Слава!

– Слава чему? – засмеялась Алиса. – Теннису?

– И теннису тоже!.. Я, между прочим, чемпионат города выиграл! – Парень гордо расправил плечи.

– Город, наверное, маленький, и мы о нем даже не слышали, – не удержавшись, съязвил Костя.

И нарвался на острый, осуждающий взгляд Алисы. Если она и кокетничала со Славиком, то как с забавным парнишкой, не более того. Но при этом никто не давал Косте права насмехаться над ее собеседником. Глупый у него юмор, неуместный – именно это она и хотела сказать.

– Город маленький, – уныло глянул на него паренек. – И вы вряд ли о нем слышали.

– Но Слава все равно герой! – заступаясь за него, сказала Алиса.

– Да ну! – Костя и понимал, что нужно притормозить, но что-то не очень получалось.

– Видел бы ты, с какой скоростью красная «Мазда» неслась! – продолжала она.

– Видел! – кивнул он.

– И я видела! Как она на Славу неслась! А он встал посреди дороги, руки раскинул!.. Да, Слава?

– Да сам не знаю, как получилось! – засмущался парень. – Смотрю, дороги нет, а машина несется как бешеная!..

– Тебя же насмерть могли сбить! – Алиса восхищенно смотрела на него. И на Костю глянула – хитро, загадочно, как будто дразнила его вниманием к постороннему персонажу.

– Ну так не сбили же!

– И мы остановились, а могли улететь!.. Ты бы и нас остановил?

– Кого это вас? – спросил Костя, выразительно глядя на Алису.

Она так и не ответила на вопрос, с кем путешествует. А он не рискнул навести справки, хотя и мог выяснить через Георгия Артуровича, кем Федор приходится Алисе.

– Я, Слава, уже второй раз замужем, – с наигранной печалью сказала она. – А ты ко мне клеишься!

– Я клеюсь?!. Да нет!

– Клеишься, – сквозь зубы процедил Костя.

– Я замужем, мальчики!.. Если что-то хотите спросить, узнать, пишите письма. В запароленных конвертах!.. Пока!

Алиса весело щелкнула Славу по носу, тихонько засмеялась и повернулась к лестнице, нарочно крутанув задом так, что платье вздулось колоколом. Костя стоял на одном с ней уровне, он ничего не мог видеть, но по лестнице поднимался толстяк, имя которого пока оставалось неизвестным. У мужчины захватило дух – такие виды перед ним открылись.

– Алиса, вы просто прелесть!

– Игорь Евгеньевич! – то ли восхитилась, то ли возмутилась она.

– Алиса не играет в теннис! – громко сказал Костя.

– При чем здесь теннис? – удивился толстяк.

– А при том, что ракетку свою спрячь!

В это время открылась дверь, и Костя увидел Дусю, которая смотрела на него, не переступая порог номера.

– Послушайте, молодой человек! Я, конечно, человек терпеливый! – завелся толстяк.

– Игорь Евгеньевич, не обращайте внимания! – Насмешливо глянув на Костю, Алиса взяла мужика за локоток и легким движением заставила развернуться. – Люди молодые, неопытные, стресс у них, гормональный сбой, нервы ни к черту.

– Да уж!

Алиса не брала толстяка под руку, но Костя смотрел на нее так, как будто она уходила с ним в обнимку. А ведь она могла делать все что угодно, и он не вправе указывать ей. Да и какая ему, в общем-то, разница, с кем она спит, с мужем или с первым встречным?

– У тебя, говоришь, ракетка есть? – глянув на Дусю, спросил у Славы Костя.

– У меня настоящие ракетки!

– На чемпионат в Сочи ехал?

– Да нет, не чемпионат… Открытое первенство!

– Накрылось твое первенство… Или ты не девственник? – усмехнулся Костя.

– Слышь! – вскинулся парень.

– Извини, если обидел!

Костя легонько шлепнул его ладонью по плечу и направился в свой номер. Дуся посторонилась, губки надуты, взгляд осуждающий.

В номере уже более-менее, после влажной уборки свежо, кровать застелена, сама Дуся в домашнем халате, волосы влажные после душа.

– Навела порядок? – спросил он.

– В твоей голове?

– Моя голова предмет темный.

Костя открыл шкаф, и там все в полном порядке. Полочки протерты, вещи разложены, пакет, в котором чистое белье, полотенца, широко раскрыт. Впрочем, вытереться он мог и тем полотенцем, которое сушилось в ванной. Может, и не любил он Дусю, но ничуть не брезговал ею.

– Потому и тараканы в ней! Одного, кажется, Алиса зовут, да?

– В коротком таком платье?

– Ага!

– Алиса вне конкуренции!

Костя зашел в санузел, стал раздеваться.

– Да я заметила! Как кобели вокруг сучки! – Дуся разговаривала с ним через открытую дверь.

Он разделся, встал под душ.

– Ты, кстати, тоже пользуешься спросом.

– Спросом пользуются вещи!

– Артурыч на тебя глаз положил. Хорошо, что не зубы. Они у него ух!

– Дербенов?

– Ты его уже и по фамилии знаешь?

– Так на ночное свидание приглашал. Не могу же я гулять с незнакомым мужчиной!

– Это ты прикалываешься?

– Не могу я с Дербеновым гулять. Не хочу. Старый он. А с Федором подумаю!

– С Федором?

– Сказал, что я интересная… На свидание, правда, не приглашал. Но у нас вроде как банкет намечается, да?

– Все впереди! Надейся и жди!

– Все впереди у тебя!.. И у Федора, кстати, тоже!

– Да ну!

Костя задумался. Интересная ситуация: Дуся уходит с Федором, а он – с Алисой. И ему вдруг захотелось, но не Алису, а Дусю. Может, это и неудивительно. Не вдохновлял Костю грядущий пикник, не самые лучшие там представители человечества. И Дербенов жути нагнал. В душе предчувствие беды. И потребность в близком человеке, который не предаст. Алиса чужая, одна только Дуся своя. За нее и нужно держаться. Всей душой и телом. Всеми частями тела. И неважно, мужа она хочет или кого-то другого.

– Грудью встану! На защиту твоих фантазий! Ты же Алису хочешь? Я отвлеку!

Костя выключил воду, наспех вытерся и пошел на жену. Дуся нахмурилась, глядя на него, испуганно попятилась, сдвигаясь в сторону комнаты. А Костя продолжал напирать, прижав ее к кровати.

– Грудью, говоришь, встанешь?

Она распахнула халат, взглядом, казалось, доставая до самого дна его души. И в ней вспыхнуло, задымилось, заискрило.

– Может, и костьми ляжешь?

Дусю он толкнул легонько, она вполне могла удержаться на ногах. Но села, а затем и легла, под давлением его взгляда проталкиваясь на середину кровати. Проталкивалась она, активно помогая себе локтями, ногами. Костя выбрал момент, когда она согнула ноги, взял ее за коленки, развел их немного в стороны.

– Что ты делаешь? – горячо задышала она. Ее взгляд затуманился, рот приоткрылся.

– Сейчас узнаешь!

Костя навалился на нее, немного потерся, усиливая желание, и точным движением вошел в пышущее жаром лоно… И уже позже он подумал, что так и не представил на месте жены Алису.

Глава 4

Навес без крыши, стол без скатерти, лампа на ветру качается, в загоне блеют барашки, тучи затянули небо, скрыв звезды и луну. Шашлык уже остыл. Но это никого не печалит, всем хорошо, все в тонусе. Женщины пьют белое, мужчины красное, все, как сказал Дербенов. Но кувшины и банки уже пустые, а расходиться никто не собирается. Вот тут Георгий Артурович ошибся, не рассчитал.

– Артурыч, что за дела? – обращаясь к распорядителю, Яша почему-то смотрел на Костю. – Давай наливай!

А ведь его жена с Костей уже не заигрывала, не строила ему глазки, не клеилась. Даже ногой коленки не коснулась, хотя сидела напротив него через стол.

– Идти надо!

А Дербенов смотрел на Дусю, как будто предлагал прогуляться с ним. Он сидел напротив нее, рядом с Агатой.

– Так в чем же дело?

– Одному страшно! – Дербенов не сводил глаз с Дуси.

– А ты зайди, и сразу головой в песок! – Костя качал головой, предостерегающе глядя на него.

– Там бетон! – засмеялась Агата.

– Пойдем? – спросила Дуся, незаметно толкнув Костю ногой.

Она обращалась к нему, но Дербенов, услышав ее, не так понял.

– Пойдем! – Он резко поднялся, но, видимо, кровь прилила в голову, он пошатнулся, накренился, заваливаясь назад.

– Эй!

Агата среагировала почти мгновенно, с легкостью кузнечика соскочила со скамейки, на которой сидела, в последний момент поймав его и даже удержав. Яша чуть промедлил, но все же пришел жене на помощь. Впрочем, Дербенов сознания не потерял, ему всего лишь помогли восстановить равновесие, окончательно в себя он пришел уже на ногах.

– Голова закружилась! – будто оправдываясь, сказал он и снова глянул на Дусю, чувствуя досаду на себя.

– Так это, вино неслабое. – Язык у Федора не заплетался, но ворочал он им уже тяжело.

В каком состоянии находилась Алиса, Костя не видел: она сидела слева от него через Федора, который, судя по всему, действительно приходился ей мужем. Алису мог видеть Игорь Евгеньевич, который сидел напротив нее рядом с Яшей. И Славик сидел напротив нее, но по другую сторону стола, строго по диагонали. Однако это не мешало Славику посматривать на нее. Костя нет-нет да перехватывал его взгляды.

– Может, ему спать пора? – спросила Алиса.

Она поднялась, как будто собиралась помочь Яше и Агате, которые держали Дербенова с двух сторон.

– Не надо спать! Хорошо все!

Виновато глянув на Дусю, Дербенов расправил плечи, развел руки, давая понять, что поддержка ему не нужна. И когда его отпустили, направился к дому. Верный Мухтар сорвался с места и засеменил за ним. Овцы дружно заблеяли. А все, кто находился за столом, негромко засмеялись.

– А ты чего сидишь, герой? – обращаясь к Славе, спросила Алиса. – Помоги дяде Гоше!

Слава сорвался с места и присоединился к Дербенову.

– А что, не герой?.. – усаживаясь на место, Агата смотрела ему вслед. – Мы без него точно бы влетели!

– А может, и перелетели бы! – усмехнулся Костя. – Через пролом. На такой скорости!

– Вот, и я думаю, перелетели бы! – подхватил Яша.

– А скорость да… Ты, случайно, не камикадзе? – спросил Федор.

– Камикадзе! На крыльях любви!

Яша обнял Агату и чмокнул в ухо, да так, что у нее там зазвенело.

– Ты чего? – Агата потирала ухо, но не злилась, на мужа смотрела весело.

– Это любовь! – кивнул Федор, поворачиваясь к Алисе.

Она испуганно вскочила, отпрянула.

– Вот только не надо!

– Нельзя?

– В ухо?

– Что, в прейскурант не входит?

– Что в прейскурант не входит?! – возмущенно глядя на мужа, Алиса покрутила пальцем у виска.

– А ты реально гнал, как камикадзе! – махнув на нее рукой, Федор повернул голову к Яше.

– По-другому не умеем!

– Да мы тоже, в общем-то… Это ты в черном «Лексусе» за нами ехал? – Федор вдруг повернулся к Косте.

– За вами? – Костя постарался изобразить невинное удивление, но голос у него, кажется, дрогнул.

– То догонишь, то отстанешь… Крутая тачка, не вопрос!

– Не знаю, не гнался я.

– И Алису не знаешь? – Федор буравил его взглядом.

– Знаю. И Алису знаю, и тебя.

– Да нет, меня ты сегодня узнал. А с Алисой у тебя что было?

– Феде больше не наливать!

Алиса по-прежнему стояла, через голову мужа глядя на Костю. И знаками просила не обращать на пьяного внимания.

– Ты же знал ее раньше, да?

– Тебе не все равно?

– А-а, все-таки знал!.. Все-таки за ней гнался!.. Что, не догнал?!

– Белка за тобой гонится! Что, не догонит?

– Слушай, а ты борзый! – Федор поднимался медленно, угрожающе.

Костя прекрасно понимал, чем это может для него закончиться. А кулак у Федора крепкий, рука сильная, тело тренированное. Пришлось подниматься вслед за ним. Хорошо, Дуся правильно все поняла, вышла из-за стола, освобождая место для маневра. Правда, при этом взяла Костю за руку, собираясь повиснуть на ней, но вовремя осознала свои глупые действия.

– Борзый, да? – настраиваясь на удар, спросил Федор.

– Я Алису раньше знал, – сказал Костя в готовности к атаке.

Он чувствовал неуверенность противника, себя держал под полным контролем, так что возможный удар отражать не будет. Ударит на опережение, как он это умел.

– Бросила она тебя, да? – скривился Федор.

– Закрылся бы ты! – рыкнул Костя.

Алиса схватила мужа за руку и потянула на себя.

– Хватит молоть чушь! – будто соглашаясь с Костей, сказала она.

– Сама же говорила!

– А у тебя язык как у бабы! Болтливый!

– Молчи, женщина!

– Алиса, отойди! – попросил Костя.

Он смотрел на противника, но при этом краем глаза видел и Яшу с Агатой, они наблюдали за сценой, мысленно делая ставки на противников. Яша болел за Федора, Агата, похоже, за Костю. Хлеб, вино, зрелище… Если грянет драка, вечер, считай, удался.

– Отойди!

Глядя на Костю, Федор повернулся к Алисе боком. Оттолкнул ее плечом и вдруг, резко повернувшись к противнику, выбросил вперед руку. Но Костя ударил еще раньше – коротко и быстро. Точно в подбородок противника. Федор вырубился начисто. Хорошо, Алиса успела отойти, иначе в падении он подмял бы ее под себя.

В себя Федор пришел сразу же, как только оказался на земле. Тряхнул головой, поднялся, с трудом удерживая равновесие.

– Еще? – спросил Костя.

Он не смотрел на Яшу, но чувствовал его реакцию. Яша в раздумье чесал репу, ведь на месте Федора мог оказаться он сам. И толстяк хмурил брови, он ведь тоже задирал Костю.

– Не надо! – Алиса выступила вперед, закрыв собой мужа.

Костя кивнул, взял свой стакан и жестом предложил ей выпить. Алиса недовольно цокнула языком, но приглашение приняла. Но выпить с ней тет-а-тет не удалось, под руку подлезла Дуся и, хищно глядя на Алису, чокнулась с Костей.

Допивали остатки, но появился Славик, принес две банки – одну с красным, другую с белым вином. Дербенов не пришел.

– А где дядя наш Гоша? – спросила Агата.

Она старательно не смотрела на Костю, чтобы не злить мужа. Федор успокоился, но вспылить мог Яша. В этом случае Федор мог присоединиться к нему. Игорь Евгеньевич точно останется в стороне, он драться с Костей не собирался даже мысленно. И не хотел, и не мог, потому что боялся. И еще потому, что его клонило в сон. Подняли тост за мир во всем мире, толстяк выпил, встал, вскинул руки, давая понять, что ему пора.

Его сильно качнуло, откуда-то появился Федор, взял его под руку.

– Пойдем, Евгенич, провожу!

– Федя, про жену не забудь! – издевательски бросил вслед Яша.

И получил локтем в бок. Агата ударила его, но на Алису глянула без всякого чувства вины за него. Может, Федор на самом деле предпочитает мужчин красавице-жене? Маловероятно, но вдруг?

– А это правда, что вы с Костей раньше встречались? – спросила Агата, когда Федор и толстяк скрылись в доме.

– Неправда! – ответила за Алису Дуся и так посмотрела на Агату, что у нее отпала охота продолжать разговор.

Зато Алису понесло.

– Я не бросала Костю, – сказала она. – Я всего лишь изменила ему. С красивой жизнью. А он не простил… И правильно сделал!

– Изменила она! – презрительно фыркнула Дуся. – Вышла замуж за толстожопа!.. Э-э, за толстосума!

– И за толстожопа тоже, – не очень весело засмеялась Алиса.

– А на Костю не мылься! Он мой!..

– И что ты мне сделаешь? – приняла вызов Алиса.

– Ой, как интересно! – Агата сложила ладошки на груди, акриловыми ногтями касаясь подбородка. Она умоляла не останавливаться и продолжать шоу.

– А узнаешь!

– Все! – Костя решительно поднялся из-за стола.

Он налил себе полный стакан, предложил выпить на посошок, его поддержали. Двести граммов залпом взбаламутили в нем хмельной осадок, кровь заиграла, голова поплыла, Костя плохо помнил, как дошел до номера.

Там его слегка отпустило, он смог ощутить под собой точку опоры, правда, уже лежа на спине.

– Я тебя этой сучке не отдам! – Дуся суетливо стягивала с него джинсы.

– А ты Федю видела? – спросил он.

– Да нужен мне твой Федя! – Дуся всем, чем только могла, показывала, что ей нужен только Костя.

Так вдруг захотелось закурить.

– И я его не видел. Может, правда, с толстым закрылся? – скривил он губы.

Если Федя вдруг какой-то не такой, то спать Алиса ляжет одна. Если, конечно, Славик не подсуетится. Но Славика она вряд ли к себе подпустит, а с Костей ей точно захочется тряхнуть стариной… Может, зря он ушел? В Алисе столько секса, он мог бы наесться досыта. Она сама кормила бы его с руки. И плевать на Дусю… Или нет?

Дуся будто читала его мысли и делала все, чтобы сомнения мужа в жене гибли в самом зародыше. И делала так страстно… Очень скоро Костя забыл об Алисе. Но Дуся не унималась. Пока он курил, она достала из сумки бутылку коньяка, наполнила бокалы, он выпил. И очень скоро заснул…

Разбудила его Дуся. За окном светло, на часах половина десятого, а в голове все еще ночь. Спать охота, сил нет. Но Дуся трясла его, требуя к себе внимания.

– Завтракать давай!

В комнате пахло жареным мясом и кофе, на тумбочке стоял поднос, на нем дымящаяся чашка, тарелка с шашлыком, хлеб. Дуся уже что-то жевала.

– Завтрак в постель – это хорошо, – кивнул Костя, вспоминая вчерашние с ней выкрутасы.

А ведь неплохо было. Но так и Алиса, наверное, не скучала.

– Вчерашний ужин. Не знаю, кто там последний уходил. В холодильник все убрали. Шашлык, вино… Вина половина трехлитровой банки. Белого!

– В холодильнике?

– Холодненькое, – кивнула Дуся. – Принести?

– А мы куда-то едем?

– Это вряд ли! Слава ездил, смотрел, дорогу еще не расчистили.

– Слава ездил?

– Там только Слава один живой… Ну, еще дядя Гоша, он там с баранами, на пастбище куда-то их погнал.

– Ну так остальные сейчас оживать начнут. А вина всего полбанки.

– Я сейчас!

Дуся ушла, Костя взял тарелку с теплым после микроволновки мясом, пальцами взял кусок, засунул в рот. Да, холодненького винца сейчас бы не помешало.

Дуся вернулась с полной банкой. Жаль, что не трех-, а однолитровой.

– Я там нашла, перелила…

– А ты чего в халате?

Костя потянулся к жене, поднял полу халата, заглянул под него. Вроде не голая. Но так и белье не совсем обычное, стринги на ней с прозрачным кружевным нашлепником.

– А что не так? – приятно удивилась она.

– Перед Славиком задом крутишь?

– Ну, если зад есть, чего не покрутить? – Дуся смотрела прямо в глаза.

– Перед Славиком?

– Перед Славиком, – кивнула она, разливая вино по стаканам.

– Задом?

Костя схватил Дусю, потянул на себя, она захихикала, но забралась на него. Ногами сжала его бедра, не выпуская при этом из рук стаканы.

– Выпьем или будем осторожно? – спросила она, поудобней устраиваясь на нем, как в седле.

– Осторожно не будем! – качнул головой Костя.

Он махом осушил стакан, поставил его на тумбочку. Дуся успела сделать всего пару глотков, прежде чем он забрался под нижнюю ниточку ее стрингов. И стал ее раскачивать – медленно и осторожно, постепенно наращивая темп.

Алиса появилась на самом интересном месте. Причем появилась не в возбужденных фантазиях, а наяву. Открыла дверь, вошла в номер, два-три мгновения в замешательстве смотрела на них, а затем сказала:

– Щукина убили!

– Мы сейчас! – сказал Костя, не глядя на нее.

Он Алисе не изменял, неоткуда взяться чувству вины, и все равно лучше бы она здесь не появлялась. И еще Алиса была прелесть как хороша в своем коротком шелковом халатике. Волосы распущены, глаза и губы сочно накрашены.

– Выйди! – крикнула Дуся.

Алиса кивнула и скрылась за дверью. Дуся соскочила с Кости, оправляя на себе халат. Надо было подниматься, куда-то идти, они оба это понимали.

– Я сейчас!

Она торопливо направилась в душ, но вдруг замерла на полпути. И в недоумении повернулась к Косте.

– А кто такой Щукин?

В ответ он пожал плечами. Действительно, кто такой Щукин? И почему его убили?

Глава 5

Труп лежал под обрывом, на полпути от дома к реке. Голубое с бежевым поло, широкие синие джинсы, слипоны с белой подошвой. Именно так вчера был одет Игорь Евгеньевич. Он же Щукин.

От дороги вниз к реке вел пологий склон, который обрывался практически под прямым углом. Поросшую травой почву сменял скальный каменистый грунт, на всем расстоянии от обрыва до реки чередующийся с гравийно-галечными отложениями. Река разлилась от дождей, но все равно лежащее на земле тело находилось далеко от воды.

Уступ неглубокий, метра два-три, не больше, Костя мог бы спрыгнуть вниз, но у трупа сидел Мухтар. Хозяин поставил ему задачу охранять тело, и собака рычала на всех, кто выходил к обрыву. Здесь уже находились Агата, Славик, в сопровождении Алисы подошли Костя и Дуся. От дома торопливо шел Федор. Дербенов пока не появлялся, насколько понял Костя, он пытался дозвониться до полиции.

– Смотрю, заходит! Губы сжаты, даже зубов не видно! – рассказывал Славик. – Что такое, дядя Гоша, спрашиваю? Не ответил! Сначала тетрадь свою открыл, фамилию нашел, только тогда ответил – Щукина, говорит, убили!

– А почему убили? – спросил Костя, с высоты глядя на труп. – Крови вроде не видно.

С уступа можно было спуститься вниз по тропинке, это всего двести-триста метров в обход. Но смущала собака, это во-первых. А во-вторых, на месте будет работать следователь, нельзя там оставлять следы. Каждый мог убить Щукина, и Костя в том числе.

– Так вроде на животе лежит, – пожала плечами Агата. – Может, впереди там где-то рана?

– Или задушили… – предположил Славик. – Дядю Гошу нужно спрашивать, он видел. Он сказал, что убили.

– Так, может, он и убил? – спросила Алиса.

– Кто, дядя Гоша?

Костя глянул на нее, но она отвела глаза. Как будто видеть его не хотела. И халат она как будто нарочно сняла, надев футболку и спортивные брюки.

– Сейчас придет, спросим, – сказал Славик.

– Что ты спросишь? – Агата повела бровью, удивленно глянув на него. – Думаешь, он признается?

– В чем? – спросила Дуся.

Взяв Костю под руку, она с опаской глянула вниз. Высота, может, и небольшая, но лучше не срываться.

– Что, правда Игоря Евгеньевича убили? – Федор остановился рядом с Дусей и взял ее за руку, чтобы глянуть вниз.

– Эй! – Костя предостерегающе глянул на него.

Во-первых, Дуся – не станция страховки. А во-вторых, чего это он за бабу хватается? Может, потому что сам баба? В душе. И Алиса сказала, что он баба болтливая. Может, она знала про него что-то ну очень интересное.

Федор спохватился, отдернул руку, но было уже поздно. Костя в упор смотрел на него.

– Вчера он для тебя просто Евгеничем был!

– Когда вчера?

– А когда ты с ним в номер ушел. И закрылся там.

– Я?! В номере закрылся? – Федор беспомощно глянул на Алису – в ожидании поддержки.

– Уходил, уходил, – закивала Агата.

– Так я потом вернулся!

– Сразу после того, как мы ушли? – глянул на него Костя.

– Ну, не сразу…

– Успели? – Костя в упор посмотрел на Федора.

– Что успели?

– Может, ты его обесчестил?

– Слышь, ты! – Федор попытался схватить Костю за грудки, но не смог.

Рука оказалась в захвате рычагом наружу.

– Костя, не надо! – Алиса положила руку ему на плечо.

Он отпустил Федора, а она руку не убрала.

– Ты хоть думай, что говоришь! – Федор возмущенно смотрел на Костю, но как будто не замечал ее руки на его плече.

– Ну а вдруг? Может, он от этого со скалы бросился?

– Не вынес позора? – прыснула Агата.

Зато она смотрела на руку Алисы на его плече. И Дуся заметила.

– А если серьезно? – спросила она, скинув руку и зло, с презрением глянув на Алису.

– Серьезней нужно быть, а вы тут глупости говорите!

Федор совершенно расклеился. Мужик мужиком был, а тут вдруг раскис. Может, с ним на самом деле не все в порядке.

– Паспорт покажи! – потребовал Костя.

– Зачем паспорт? – нахмурился Федор.

– Да, зачем паспорт? – спросил Славик.

– Что-то не верю я, что ты муж Алисы.

– А кто сказал, что я ее муж?

– Никто не говорил? – Костя возмущенно вскинул брови.

– Ну, Артурычу сказали…

– А на самом деле он тебе кто? – Костя резко глянул на Алису.

От неожиданности она шарахнулась от него.

– Тебе не все равно?

– Вчера было все равно! А сегодня нет!

– Ну, друзья мы… – выдавила она.

– А муж где?

– Умер муж! В прошлом году еще.

– Еще раз, кем тебе приходится Федя?

– Говорю же, друг!

– Семьи?

– Почему семьи?

– Ну, муж у тебя не бедный был.

– Ну не бедный…

– И этот при бабках, – сказал Костя.

– И что? – Алиса потрясенно смотрела на него.

Но он перевел взгляд на Федора.

– Может, ты втираешься в доверие к богатым толстячкам, а?

– Слушай, пацан, ты меня достал!

– Я пацан? Насколько ты старше меня? На три года, на четыре?

– На шесть, – подсказала Алиса.

– Ой, какой большой!

Федор ударил неожиданно, кулаком в живот, только каким-то чудом Костя успел напрячь пресс. Резкая боль заставила его скривиться и слегка согнуться в поясе, но на колени он не упал, в бараний рог не скрутился. Костя, отступив, справился с болью, выровнял дыхание.

Федор больше не атаковал, но боксерскую стойку принял, с ликованием поглядывая на Алису. Но зря он надеялся на свою неуязвимость. Костя чувствовал в себе силы отправить его вслед за Щукиным – с обрыва вниз, а там уж как повезет.

– Ну так что, чем ты там в доверие втираешься? – спросил он.

– Я ведь и добавить могу!

– Ну давай! – Костя этого только и ждал.

– А ведь ты не сразу вернулся, – сказала Агата, обличительно глядя на Федора. – Полчаса тебя не было.

– Да какой полчаса, минут двадцать!

– Не знаю, не слышал, чтобы ты от Щукина выходил, – сказал Костя.

Не так уж вчера скрипела кровать под ними с Дусей, он мог услышать, как открывалась дверь.

– Ну, хорошо, полчаса! Поговорили, как мужик с мужиком!

– О чем?

– О чем? – задумался Федор.

И снова ударил – в расчете на внезапность, но в этот раз Костя не позволил застать себя врасплох. Федор провел прямой в голову, а он поймал его на опережение – ногой в живот, под пупок.

– Твою мать! – опускаясь на корточки, простонал несчастный.

– О чем вы говорили? – спросил Костя.

– Тебя это не касается!

– Нас касается! – Славик смешно вскинул голову и расправил плечи.

Карликовый петушок хвост распушил.

– Хотелось бы знать, – кивнула Агата, без всякой насмешки глянув на парня.

А со стороны дома к ним шел, прихрамывая, дядя Гоша. За ним брел, потирая глаза, Яша. Даже издалека было видно, как он зевает, забывая закрыть рот ладошкой.

– Да просто за жизнь поговорили!..

– И ты ушел? – спросил Костя.

– И я ушел, – кивнул Федор.

– А Щукин остался?

– Да, остался!

– И когда вы все разошлись? – глянув на Агату, спросил Костя.

Она смотрела на приближающегося мужа, его же как будто и не замечала. Но на вопрос ответила четко:

– Да через час… Может, через два.

– Я еще за вином в подвал сходил, – кивнул Федор.

– За белым?

– Да я уже не помню.

– Не помнишь. Потому что голова другим была забита. Ты к Щукину ходил. Сюда, к обрыву! Глянуть, как он там, не разлагается еще?

– Как он мог разлагаться, если он живой был? – возмущенно проговорила Алиса.

– Где был?

– В номере!

– Ты к нему заходила? – с усмешкой спросила Дуся.

– А если заходила, тебе-то что? – зыркнула на нее Алиса.

– Девочки, спокойно! – мотнула головой Агата. – Вопрос серьезный! Щукина убить мог любой из нас!

– Любой из вас. – Останавливаясь, Дербенов угрюмо смотрел на нее.

– А из вас? – резко спросил Костя.

– У меня нет мелкашки! – глянув на него, отрезал старый.

– При чем здесь мелкашка?

– А ты вниз спустись, переверни тело, рана там в груди. Маленькая дырочка. Такую только мелкашка оставить может.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.