Любовь Снежная
Что затмило Солнце? 1 – Проклятые письма

Нарциссизм – это не себялюбие. Субъект себялюбия ради себя самого совершает негативное отграничение от Другого. Нарциссический субъект, напротив, не может ясно установить свои границы. Так расплывается граница между ним и Другим. Мир является ему только в оттенках его самого. Он не способен познать другого и признать эту инаковость. Смыслы появляются только там, где он как-то опознает самого себя. Он всюду вязнет в собственной тени, покуда в ней не захлёбывается.

Агония Эроса. Бён-Чхоль Хан

Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения имён, названий и событий с реальными случайны.

1 

Глава 0

2016 год V2.0.0

Майкл продолжал ходить туда-сюда по комнате, бурча что-то себе под нос. Голос жены застал его врасплох.

– Да, дорогая, иду-иду ужинать… Сейчас закончу…

Лиза молча кивнула. С одной стороны, она знала, за кого выходит замуж и что исследователи космоса отдаются своему делу целиком. Но прежде Майкл умел находить баланс между семьёй и работой.

Последние две недели он не вылезал из своего кабинета, даже в постель шёл неохотно и только после напоминания жены. Лизе приходилось напоминать также про то, что надо есть, ходить в душ и стирать одежду. Одержимость Майкла довела его до состояния зомби, только его манили не мозги, а компьютер.

Майкл так и не пришёл. Лиза с детьми уже поела, а его тарелка с сырным супом так и осталась стоять на столе. Одинокая и холодная.

Ей это надоело.

Яростно она влетела в кабинет, схватила мужа за руку и повела силком на кухню, словно непослушного ребёнка.

– Ми-милая… Извини… Я увлёкся… – оправдывался Майкл, водя ложкой по тарелке.

– Хватит! – не унималась Лиза. – Ты уже совсем на себя не похож! Мало того, что исхудал весь, так ещё ни я, ни дети тебя не видим сутками! Рассказывай, что у вас там случилось, или я… или я…

– Но… Дорогая… Это секретная информация…

– Да что у вас за секреты могут быть? Корабль с пришельцами приземлился или что?

– Почти…

Майкл сказал это так серьёзно, что у Лизы пробежали мурашки по коже. Её колени подкосились, и она упала на стул напротив мужа.

Около месяца назад приборы на их станции зафиксировали странный сигнал. Беспорядочный набор частот, но в то же время по амплитуде сильно превышающий обычный шум. Сигнал появлялся несколько раз в день, и каждый раз его амплитуда менялась.

Команда Майкла обнаружила в сигнале признаки осмысленного сообщения и занялась его расшифровкой. Это было достаточно тяжело само по себе – мало ли что это может быть. Может, инопланетяне передают привет, может, это выброс электромагнитной энергии от погибшей звезды или же вовсе ничего особенного, просто ещё один необъяснимый феномен.

Но что уж точно сводило с ума, так это то, что файл с сигналом обновлялся сам по себе, каждый день прибавляя в размере. На всех компьютерах одновременно. Специалисты по безопасности несколько раз проверяли их отдел на вирусы и сбои, но ничего не находили.

Около двух недель назад файл перестал изменяться. И, судя по распечаткам из огромной папки, в это же время сигнал стал стабильным.

Майкл пытался объяснить это Лизе. Он постоянно запинался, уходил в метафоры, путал факты и сам понимал, что звучит как сумасшедший фанатик. Но Лиза внимательно слушала.

– И что? Вы что-то выяснили? – с тревогой в голосе спросила она, когда Майкл закончил свой рассказ.

– Пока нам не удалось расшифровать, но я кое-что обнаружил.

Майкл снова ушёл в сбивчивые объяснения с кучей непонятных Лизе слов. Что было понятно, так это то, что ему удалось перевести сигнал в понятный компьютеру формат. И при просмотре этого файла он обнаружил повторяющийся участок. Предположив, что это что-то вроде пробела, он разбил данные по ним. Эти кусочки тоже имели между собой что-то общее, и после многих часов упорной работы он, наконец, смог упорядочить и их.

Сообщение содержало информацию о четырёх элементах и их состояниях. Как бы он ни пытался, он не мог предположить, чем могут являться эти четыре элемента.

– Знаешь, раз уж я тебе всё рассказал, может, ты сможешь помочь? – спросил Майкл.

– Я бы с радостью, но я просто ставлю укольчики кошечкам и собачкам. Я не разбираюсь в вашей высшей математике.

– В том-то и дело… Мы совсем в тупике. Никто не понимает, что это может быть. А у тебя голова свежая, ты иначе мыслишь.

– Четыре элемента… Может, это как ДНК?

– Мы пробовали уже эту теорию, – вздохнул Майкл.

Несмотря на упадническое настроение мужа, Лиза сдаваться не собиралась. Она искала в своей памяти всё, что может состоять из четырёх элементов: время дня, времена года, даже лапы у собак и кошек. Как назло, в голову лезли только дурацкие идеи.

Но что-то крутилось на языке.

Лиза оставила мужа наедине с супом и прошла в гостиную. Там, в большом книжном шкафу, были собраны, пожалуй, все научные достижения человечества. Её палец скользил по корешкам толстых томов, даже названия которых не каждый смертный сможет произнести – чего уж прочитать и понять.

Это не то. Это тоже не то. Она искала что-то конкретное, хоть и не понимала, что именно. Палец продолжал скользить, пока не споткнулся о причудливую книгу, выпирающую сильнее остальных. Это была «Анатомия для детей с картинками», которая отличалась красочностью и размерами на фоне остальных книг.

Этой книге здесь было не место. Наверное, опять их дочка зачиталась на диване и забыла, что их книжки должны лежать на полках в детской. Лиза вытащила её, чтобы отнести на место, но книжка была такой приятной на ощупь, и мультяшные герои на обложке словно приглашали окунуться в беззаботный мир детства.

Разве кому-то станет хуже, если она на минутку отвлечётся? Тут милое сердечко рассказывает про малый и большой круг кровообращения. Тут подружки почки рассказывают про фильтрацию токсинов. А здесь большой глаз в костюме с бабочкой объясняет про сетчатку и как трубочки и колбочки переводят сигнал в нервный импульс.

Лизу как током ударило.

Палочки и три группы колбочек. Может, это оно?

– Смотри! Смотри! – влетела на кухню Лиза.

От её криков Майкл вздрогнул и уронил грязную тарелку в раковину. Хорошо, что не разбилась.

Теперь Лиза взяла на себя роль сумасшедшего учёного и, тыча мультяшному глазу в зрачок, объясняла свою теорию о палочках и колбочках.

– Лиза! Ты гений!

Впервые за последние две недели Майкл обнял и поцеловал жену.

На следующий день Майкл пришёл на работу полный сил. Он с самого утра стал обзванивать всех врачей и биологов, до которых мог дотянуться, под предлогом того, что ему нужна помощь в разработке глаза для робота. В тот же вечер все согласившиеся собрались на групповом звонке и несколько часов обсуждали различные возможности такой системы.

Майкл узнал всё, что ему было нужно. Следующие три дня он писал свой самый монументальный код. Бесконечная череда неудач не умаляла его пыл. Он знал, что ему всего лишь надо найти правильную форму для конечного изображения и подобрать соответствие значения колбочек цветам.

Рабочий компьютер пыхтел и нагревался, как печь, выводя одну бессмысленную картинку за другой. В один момент стали видны очертания чего-то – Майкл напал на след. Корректируя значения переменных, с каждой итерацией картинка становилась чётче, а детали – яснее.

Он не мог поверить своим глазам. Беспорядочная груда пикселей сложилась в не просто буквы, не просто слова, а в предсказания великой катастрофы, до которой оставался всего месяц.

Тут же он открыл почтовый клиент, судорожно описал ситуацию в письме, приложив ту самую картинку с предостережением, написанным на семи язык. Курсор замигал в окошке рядом с надписью «кому».

И правда, кому?

Для начала начальству, но они-то что смогут сделать? Тогда ещё в Белый дом. И ещё в ООН. И Папе Римскому, на всякий случай.

Последующие дни прошли как во сне. Всё вокруг Майкла казалось нереальным. Голоса родных и близких доносились будто из-под воды. Когда он играл с детьми, его одолевала непреодолимая тревога. Что же будет с ними? Они вот просто так погибнут, даже не став взрослыми?

Как улыбаться им? Как делать вид, что всё хорошо?

Наконец, пришли письма с ответами – бездушные отписки. Начальство даже отчитало. Велело не поднимать панику, не донимать конспирологическими теориями и обратиться к психиатру. Хоть какой-то оптимизм внушал только ответ Папы Римского о том, что ни в коем случае нельзя терять веру.

Майкл всё-таки обратился к психиатру, тот выписал ему антидепрессанты. И только они позволяли ему продолжать таскать тело на работу и с неё. Каждый раз, когда он смотрел на то, что любит, его воображение разрывало это на части. Каждое «я тебя люблю» содержало прощание. Каждую минуту своей жизни он винил себя за то, что не может полноценно ей наслаждаться и только ждёт неминуемой смерти.

И вот тот самый день настал. Крайне иронично это был солнечный выходной день, когда Лиза решила вывести его и детей на пикник в парк. Майкл продолжал играть заботливого и любящего мужа и отца.

Вокруг была куча других семей, дети босиком носились по траве, где-то на лавочке художница рисовала пейзаж с натуры. Мирно и спокойно.

Может, всё обойдётся? Может, государства уже решили проблему и просто забыли сказать Майклу. Он всё-таки человек маленький.

Парк накрыла тень. Сначала этому не придали особого значения – мало ли облако прикрыло солнце. Но тень была куда более интенсивная и становилась темнее с каждой секундой.

– Папа! – дочка дёрнула Майкла за рукав. – Это затмение! Смотри! Затмение!

– Да, милая, – выдавил он улыбку. – Затмение.

Затмение. Как и было предсказано.

«06/12/2016 16:00 Затмение. Диски принесут катастрофу. Уничтожьте их», – так гласила надпись на английском.

От Солнца остался лишь небольшой полумесяц. Люди заворожено смотрели на «затмение». Казалось, только Майкл заметил то, что Солнце затмила не Луна, а огромный чёрный диск, который приближался к Земле с невероятной скоростью и увеличивался в размерах.

Паника началась, только когда диск приблизился настолько, что закрыл собой почти всё небо. Крики, беготня, рёв моторов машин. Все разбежались, только семья Майкла осталась в опустевшем парке.

– Ты этого ждал? – с дрожью в голосе спросила Лиза, прижимая к себе перепуганных детей.

– Да.

– И что теперь делать?

– Не знаю… Не терять веру, наверное…

2 

Глава 1

31 мая 2056 года V2.2.74

Марфа открыла глаза и не сразу поняла, где она. Голубые стены, три кровати в комнате, тихий писк монитора на тумбочке, стойки для капельниц, костыли у её кровати – точно больница.

Но как она тут оказалась? Она помнила только, как шла на свидание к кафе в Старинном районе Нанограда. После этого всё расплывалось.

Оглядевшись, она обнаружила, что одна из кроватей не заправлена, но никого, кроме Марфы, в комнате не было. Видно, соседка вышла из палаты. Слева от себя она увидела, что кто-то заботливо оставил стакан воды на тумбочке. Удачно, так как она очень хотела пить.

Приподнявшись, она схватила стакан и жадно выпила всё содержимое. Голова гудела. Ещё и нога зачесалась. Марфа протянула руку под одеялом к своей правой ноге. Что-то не так. Кончики пальцев коснулись не мягкой кожи, а чего-то твёрдого и холодного.

Марфа резко скинула с себя одеяло и увидела, что часть её ноги ниже колена была заменена на отливающий сине-зелёным протез. Крик вырвался сам по себе.

Со стороны двери послышались быстрые шаги. Дверь распахнулась, и в проёме показалась девушка в зелёной униформе медсестры. Зеваки позади неё хотели заглянуть в комнату, но она разогнала их и захлопнула за собой дверь.

– Ох! Ты наконец проснулась! – с широкой и милой улыбкой сказала она.

Медсестра была высокой и худой. Будучи метр с половиной, Марфа всегда завидовала высоким людям, и эта девушка казалась ей великаншей. Смуглая кожа, пышные чёрные брови и чёрная подводка на глазах – совсем как те девушки из бьюти-блогов.

Марфа начала немного приходить в себя. Она снова оглядела свою ногу – вернее, что было вместо неё – и уставилась на медсестру, пытаясь подобрать слова.

– Тебе, наверное, страшно, – мягко сказала та и получила от Марфы в ответ кивок. – Я не могу всего тебе объяснить, так как не знаю, что точно произошло с тобой. Но попытаюсь рассказать как могу…

Она присела на заправленную кровать напротив Марфы и начала рассказ с того, что вчера она с родителями гуляла по лесу. Вдруг послышался шум, будто что-то грохнулось на землю. Они побежали проверить и увидели, что среди ручья помоев, вытекающих из сточной трубы, лежала девушка.

Марфу нашли без сознания, голень её правой ноги была прострелена. Её тут же подхватили и повезли в больницу. Повезло, что её нашла семья врачей и мать медсестры оказала первую помощь ещё в машине, пока отец жал на газ и маневрировал между деревьев.

В операционной им стало ясно, что ногу спасти не удастся, так как началось заражение. И поэтому они приняли решение об ампутации. На складе как раз был протез.

– Что?! Эти штуки больше моей жизни стоят! – возмутилась Марфа. – Сколько вы с меня содрать собираетесь?!

– Не переживай, нам их сдают на благотворительность. В Соме все протезы меняют как перчатки, а старые модели отдают нам. Так что мы ничего не возьмём.

– В Соме?! Это где?! Вы меня тут обобрать собираетесь?!

Медсестра рассмеялась.

– Ты явно из Нанограда, – сказала она. – Вы все там только о деньгах думаете. У нас всё бесплатно. Правда.

– А мы не в Нанограде?! Где тогда?!

– В Малых Пеньках.

Это название что-то означало, но Марфе было трудно вспомнить, что именно.

– Так вы же бантонутые тут! – выпалила она, как только вспомнила.

В ответ медсестра рассмеялась и расстегнула первые две пуговицы своего халата, показывая под ним красный бант, пришитый к горловине футболки.

– Не знала, что вы нас так называете. Это хорошо, – снова рассмеялась она.

Марфа была растеряна.

– А что хорошего?

– Не нужно нам, чтобы толпа из Нанограда сюда привалила. Стервятников и то много, но к ним мы уже привыкли.

– Стервятники? А что они у вас забыли?

– Я случайно лишнего взболтнула, не обращай внимания.

Они обе замолчали. Было слышно только навязчивое пищание монитора.

– Кстати, у тебя при себе не было документов, – прервала неловкую паузу медсестра. – Можешь рассказать о себе? Как зовут? Есть ли хронические болезни? На что есть аллергия? Разыскивают ли тебя Стервятники?

– Зачем это? Не собираюсь я ничего рассказывать! И вообще, при чём тут Стервятники?!

– Люди из Нанограда так просто тут не оказываются. К нам сюда попадают только неплательщики долгов. Не переживай, мы всё равно тебе поможем, но нам нужно это знать.

– У меня нет никаких долгов!

– Хорошо-хорошо, я поняла. Но вопрос про болезни и аллергии всё ещё актуален.

– Нет у меня ничего.

– Отлично! Уже прогресс! Может, ты хотя бы имя своё скажешь, а то неловко обращаться как «пациентка».

– Имя?.. Ну, Марфа…

– Очень приятно, меня зовут Регина, – она подошла к кровати и протянула руку, которую Марфа неохотно пожала. – Кстати, я понимаю, что это не моё дело, но меня раздирает любопытство. Кем тебе приходится моя тёзка? Это твоя подруга? Сестра?

– О чём ты?! Не встречала я до этого никаких Регин!

– А это что?

Регина указала пальцем на запястье левой руки Марфы. Тонкие белые линии, похожие на ожог, сложились в слова: «Верь Регине». Это было похоже на клеймо, однако очень искусно выполненное. Дыхание Марфы участилось.

Эти сектанты способны на всё.

Марфа резко вскочила с кровати. Бежать. Отсюда надо бежать. И поскорее.

С громким хлопком тело Марфы рухнуло на пол. Ей не удалось сделать даже одного шага от своей кровати.

Регина тут же подбежала к ней, помогая подняться.

– Ты… Ты чего? – спросила она, усаживая Марфу на кровать.

– Как чего?! Вы что-то задумали! Я знаю! – со слезами на глазах кричала Марфа. Ей самой было неясно, плачет ли она от боли или безысходности.

– Ничего мы не задумали! – оправдывалась Регина. Она звучала как невинный ребёнок, которого зря ругали.

Сердце Марфы бешено билось, как у загнанной львами антилопы. Взгляд блуждал по комнате в поисках выхода. Здоровая нога отбивала о пол быстрый ритм марша.

И тут щёлкнули пальцы.

Прямо перед её глазами. Марфа вздрогнула. Её взгляд сфокусировался на пальцах Регины. На указательном пальце она заметила светящее зелёным кольцо. Марфа видела много интересных колец в Нанограде, но это выглядело особенным.

– Вот, попей, – Регина протянула ей стакан воды.

Марфа отвела взгляд в сторону. Тяжёлый вздох. Дрожащими пальцами она взяла стакан и сделала глоток.

– Что… Что вы сделали со мной?

Горячие слёзы скатывались по щекам Марфы ручейками. Она поставила стакан на тумбочку у кровати и закрыла лицо руками. Регина тяжело вздохнула. И с пару секунд пыталась подобрать нужные слова под звуки плача.

– Эм… Марфа… Я понимаю, что тебе очень страшно сейчас и что тебе тяжело доверять незнакомым людям. Но я говорю тебе правду. Мы нашли тебя вчера раненую без сознания, и сейчас мы пытаемся тебе помочь, – Регина погладила Марфу по плечу. – Попей ещё водички, это помогает.

– А как ты это объяснишь? – Марфа показала ей своё запястье со странным шрамом. – Это тоже не вы?!

– Послушай, ожоги за день не заживают, а этот выглядит так, будто давно у тебя. Вот я и поинтересовалась. В Соме люди и более безумные вещи делают с собой…

Марфа снова попила воды.

– Ты совсем ничего не помнишь? – спросила Регина.

– Нет… Где… Где мой телефон?

– У тебя его не было с собой…

Марфа упала на спину поперёк кровати. Как это могло с ней произойти? Она пыталась выудить из закоулков памяти хоть что-нибудь о вчерашнем вечере. Но как бы она ни пыталась, она находила только расплывшиеся картинки.

Верить словам Регины – единственное, что ей оставалось. Если всё так, как она говорит, то, наверное, её свидание пошло совсем не по плану. Но кто мог желать ей зла? Она же обычная бедная официантка.

Старуха, у которой она жила и работала, постоянно смотрела видео о криминале в Нанограде. Уже начала терять слух, а потому включала их на всю громкость, так что Марфе было некуда бежать от этого. В этих видео было столько страстей, что потом даже посреди дня было страшно на улицу выйти.

Хотелось сказать ей сделать потише, но Марфа была совсем безвластна в их доме. Старики подобрали её давным-давно, когда ей было ещё четырнадцать. С тех пор они не забывали каждый день ей напоминать о том, как много они сделали для неё. И также не забывали заставлять её работать почти каждый день в их кафе.

Как только Марфа вспомнила о стариках, она поняла, что её амнезия не так уж необычна, как она думала. Она не помнила себя до четырнадцати лет. Её жизнь будто началась с той маленькой комнаты в их большой квартире в Железном районе Нанограда и работой в кафетерии на полставки.

– Если ты хочешь, я найду тебе телефон… – Регина прервала поток её мыслей. – Ещё одежду тебе надо. Твоя совсем… Ну, ты поняла. Мы её выбросили.

– И это тоже всё бесплатно?

– Конечно… – Регина замерла и задумалась, будто она забыла что-то важное. – Ах да! Душ с туалетом – вот там. Столовая – сразу направо вторая дверь. С этим протезом ты быстро адаптируешься, но пока используй костыли. Если что-то мешает, ты говори – эту модель можно подгонять под размер.

Марфа ничего не ответила и просто продолжала лежать, смотря в потолок.

– Я… Я пойду. Вечером занесу вещи, – тихонько сказала Регина и выпорхнула за дверь.

Соседка по палате зашла почти сразу же после того, как ушла Регина. Женщина средних лет с загипсованной рукой хотела завязать разговор, но Марфа была совсем не в настроении и соврала, что хочет спать.

Она укрылась в одеяло с головой, чтобы никого не видеть и не слышать. Сон пришёл не сразу. Множество мыслей пролетали одна за другой, превращаясь в огромный комок сомнений. Вскоре этот комок превратился в пушистое облачко неразборчивых образов. А облачко затем растаяло, не оставив за собой ничего.

Во сне она стала сказочной птицей. Она летела над прекрасной страной, покрытой цветочными полями. Вдалеке она увидела огромный замок и полетела к нему.

В замке она превратилась в прекрасную принцессу, которая была в самом центре большого бала. Все гости крутились в танце. У каждого из них одна из ног была деревянной.

Из толпы собравшихся к ней навстречу вышел прекрасный принц, поклонился и поцеловал руку. Он что-то пытался ей сказать, но было сложно разобрать его речь. Что-то очень важное. Что-то… про ужин?

– Ужин! Ужин! – послышался из коридора женский крик.

Марфа протёрла глаза и села на кровать. Куда делись прекрасный принц и замок? Ушло несколько секунд, чтобы понять, что это был всего лишь сон. Но впервые за долгое время ей приснилось что-то хорошее. Последние недели её мучили кошмары, в которых она то была связана, то была птицей, тщетно мечущейся по клетке.

Неужели ей удалось вырваться из этой клетки? Значит ли это, что клетка – это Наноград? Пока на такие размышления не было сил. Она уже сутки ничего не ела, пора на ужин.

До этого она ни разу не пользовалась костылями и крутила их в руках, пытаясь понять, как на них опереться. Соседка по палате вызвалась помочь. И как Марфа ни пыталась её отговорить, она была полна решимости причинить добро и помогла девушке встать на ноги.

Они вышли вместе в коридор, и только там, взглянув в огромное зеркало, Марфа наконец поняла, как ужасно она выглядит. Её одежда – если это можно так назвать – состояла из двух кусков старых простыней, вырезанных в форме буквы Т, соединённых через край верёвочками из той же ткани, завязанных бантиком. А длинные светло-русые волосы смешались в шершавый клубок.

В самой столовой ей было ужасно неловко. Всего там было где-то шесть пациентов, но они были в нормальной одежде и выглядели прилично. У всех были такие же красные банты, как и у Регины. Они улыбались и спрашивали Марфу об её самочувствии. Явно хотели поддержать, но Марфе не хотелось делиться с незнакомцами своей историей. Так что все её ответы были попытками отшутиться и отвести от себя внимание.

Одна пациентка, пожилая женщина, вызвалась принести Марфе еду. И точно так же, как и в случае с соседкой по палате, не обращала внимания на явный протест. Марфа покорно села за один из трёх маленьких столиков и следила за тем, как эта старушка, шаркая ногами по полу, несёт к ней поднос с тарелками.

Старушка села рядом и что-то бурчала себе под нос. Марфа еле разбирала её слова, но из вежливости кивала, когда понимала, что та закончила фразу. Это не мешало ей жадно поглощать одну ложку щей за другой.

Когда они закончили есть, старушка, продолжая бурчать под нос, составила тарелки обратно на поднос и отнесла их к столику сбора посуды. «Милая девочка, очень милая», – с улыбкой сказала она Марфе, прежде чем вышла из столовой и с характерным шарканьем направилась к своей палате.

Вернувшись в свою палату, Марфа обнаружила, что Регина стоит около её кровати, но уже не в форме, а в обычной футболке с пришитым бантом и джинсах. В руках у неё была огромная котомка – она принесла то, что обещала.

– Ты уверена, что на меня это налезет? – спросила Марфа после того, как Регина разложила вещи на кровать рядом с ней. – У вас тут вряд ли проживает много жирных карликов.

– Не говори так! – возмутилась Регина в ответ. – Избыточный вес у тебя не такой уж и большой. Да и ты явно не видела людей из Сомы…

Относиться к этому как к комплименту или нет – Марфа не знала и решила больше не возражать. Она покрутила в руках странную одежду: она была такой цветастой, будто на ткань вырвало единорога.

Короткие блузки и свободные штаны с кучей порезов. Совсем не её стиль, но Регина уверяла, что это всё пик моды в Соме. Вернее, был. Всё-таки в благотворительность модную одежду сдавать не будут.

– Ах да, ещё вот! – Регина достала из кармана брюк потёртый телефон с треснутым экраном. – Всё, что удалось найти. Он старый и медленный, но мессенджеры работают. Пока я подключила его к сети Сомы, но если вспомнишь свой айдишник, я помогу подключиться к сети Нанограда. Сможешь родным и друзьям написать!

От этих слов на душе у Марфы похолодело. Через усилие она взяла телефон в руки и положила его на колени. Взгляд её потух, всё тело сжалось.

– Что-то не так? – участливо спросила Регина.

– Всё нормально! – резко и крайне неубедительно рявкнула Марфа.

– Хо-хорошо… Тогда… Я пошла…

Марфа смотрела, как Регина идёт в направлении двери. Почему она не стала расспрашивать её дальше? Почему не дала возможность высказать всё, что она думает о стариках и своих биологических родителях? Почему не подставила плечо, на котором можно поплакать?

Почему она вот так просто уходит?

Слова подступали к горлу, просились наружу, что их было тяжело удерживать. Ведь полагаться на кого-то – это так глупо, любому понятно. Никому в этом мире верить нельзя.

«Верь Регине», – взгляд случайно упал на странные слова на запястье. Они как будто дали Марфе разрешение. На секунду тело обмякло, и у неё получилось сказать:

– Регина!

В тот момент Регина уже положила руку на ручку двери. Она обернулась. Но увидев её лицо, Марфа снова зажалась. Хотелось так много сказать, но в то же время страх не позволял вымолвить и слова.

Но кое-что важное она всё-таки обязана была сказать.

– С-спасибо, – выдавила она из себя. – Спасибо за всё!

– Пожалуйста, – улыбнулась Регина и вышла за дверь.

***

Ближе к ночи Марфа начала привыкать к своей новой механической ноге. Сначала она вставала, опираясь на кровать, затем начала делать скромные шаги. Действительно, этот протез – самое настоящее чудо техники, даже стопу можно поворачивать силой мысли.

На дне пакета, который принесла Регина, Марфа обнаружила полотенце, шампунь и мыло. Было бы неплохо принять душ перед сном. Соседка уже вовсю сопела – вряд ли бы она проснулась от звука бегущей воды.

Тихими шагами Марфа направилась в сторону душевой, прихватив комплект одежды. Уж лучше выглядеть как клоун, чем носить старые простыни.

Напор был слабый, зато вода была тёпленькая. Никогда до этого Марфа не думала, что простой душ может однажды стать самой приятной вещью на Земле. На несколько минут все её проблемы растворились под струйками больничного душа.

«София. Так зовут ту женщину. Она умерла первого июня около часу дня… Спасти её…»

Что-то в голове Марфы кричало, разрывая её на части. Живот прихватило от боли. Как только она закрыла глаза, перед ними застыла карта округа Нанограда, и одно из мест на этой карте сияло ярким светом.

Истошный крик. Грохот и треск.

Соседка тут же вскочила и прибежала в душевую, где увидела лежащую на полу Марфу.

Быстрые шаги. Громкий и взволнованный голос из коридора. Шаги становились громче.

Вода продолжала течь, но Марфа не чувствовала её тёплых прикосновений. Только боль.

Белый халат. Женский взволнованный голос. Шаги и крики.

Голова коснулась подушки.

Тьма.

3 

Глава 2

1 июня 2056 V2.3.0

Солнце пробилось сквозь тоненькие шторы и, как назойливый будильник, прервало сон Марфы. Девушка привстала на кровати, на что тут же отреагировала соседка по палате: замахала руками, заахала и заохала, рассказывая о событиях прошлой ночи. При этом она выглядела радостной от того, что у Марфы всё хорошо.

Из пересказа соседки мало что было понятно. Наверное, потому что и дежурный врач не поняла, почему Марфа была в таком состоянии: сотрясения мозга нет, других серьёзных травм тоже не обнаружено.

Голова уже совсем не болела. Марфа себя чувствовала прекрасно. Будто весь вчерашний инцидент в душевой был не более чем кошмарным сном. Только небольшие синяки на ноге и руках свидетельствовали о том, что что-то произошло.

София. Первое июня. Около часу дня.

Марфа вспомнила про «сообщение» и про карту, которая к нему прилагалась. Можно было бы списать это на временное помешательство или усталость. Но Марфа уже знала это ощущение.

Воспоминания о будущем.

– Какой сегодня день? – спросила Марфа, потягиваясь на кровати.

– Первое июня сегодня, – ответила соседка.

Плохо дело.

Марфа увидела на тумбочке телефон и включила его. Половина двенадцатого.

Всё ещё хуже.

Она вскочила, быстро накинула на себя одежду, оставленную на спинке кровати, и начала перебирать ногами в сторону двери так быстро, как только могла.

– Ты куда это? – удивилась соседка.

– А? – Марфа растерялась. – Вспомнила, что мне нужно идти…

– А вдруг ты снова в обморок упадёшь?! Подожди врача, скоро обход будет.

Вместо ответа Марфа продолжила неспешно, но уверенно продвигаться к двери. Одно нажатие на ручку – она в большом коридоре. Большие цифровые часы висели на стене почти сразу напротив её палаты. Двоеточие между цифрами одиннадцать и тридцать восемь предательски мигало. Марфа осматривалась вокруг в поисках кого-нибудь, кто бы мог ей помочь.

– Могу чем-либо помочь? – послышался женский голос.

Марфа обернулась: в нескольких шагах от неё стояла женщина в белом халате с бейджиком, на котором написано «Венера». Скорее всего, это мама Регины – они очень похожи.

Регина! Она точно сможет что-нибудь придумать!

– А, да… Вы же мама Регины? Можете подсказать, как с ней связаться?

– Могу, конечно… – Венера смерила Марфу с головы до ног. – А у вас всё в порядке? Сегодня ночью вы потеряли сознание.

– Ах да… Я это… Поскользнулась и ударилась головой.

Венера подошла к ней, осмотрела её голову со всех сторон, затем попросила последить за её пальцами, с чем Марфа легко справилась. Венера облегчённо вздохнула.

– Поздравляю, вы отделались лёгким испугом! Хоть эти протезы очень современные, всё равно нужно время, чтобы научиться ими пользоваться. Потеря координации – вполне ожидаемое явление, должно скоро само пройти.

Одиннадцать тридцать девять.

– Это… Можете мне помочь связаться с Региной?

– Да, конечно. Она сегодня отдыхает… – Венера достала телефон из кармана, а потом улыбнулась, будто её посетила отличная идея. – Знаете, вы можете заглянуть к нам в гости. В больнице все равно нечего делать, а Регине как раз нужно общение со сверстниками. А то опять весь день Сомовские сериалы будет смотреть… Я ей напишу сейчас, чтобы за вами зашла.

***

Спустя пару минут Регина уже стояла у дверей больницы. Марфа как раз успела обуться в ярко-оранжевые босоножки со стразами. В Нанограде за такое бы точно подняли на смех, но Марфа уже поняла, что Сома – крайне своеобразное место.

Они вместе вышли в самое сердце деревни. Вокруг стояли деревянные и кирпичные дома высотой не больше двух этажей. Больница тоже была двухэтажной, а также единственным зданием из бетона.

Вдалеке было видно стадо овец, которое погоняла собака. Отовсюду доносились звуки разных животных: мычанье, кукареканье, хрюканье; а также, к сожалению, и их запахи.

Девушки прошли к ближайшему к больнице кирпичному дому. Вокруг него был невысокий забор – установленный чисто в декоративных целях. Около домика в огороде всё было зелено, а грядки аккуратно прополоты.

Такие домики Марфа видела только в статьях об истории. Снаружи о современном мире напоминали только солнечные панели, которыми была уложена вся крыша, и микробный электрогенератор около крыльца.

Регина усадила Марфу на диван в гостиной, где на большом экране застыло изображение со странным парнем с фиолетовыми волосами. Он прижал к лицу бионическую руку и задумчиво смотрел на кого-то перед ним. На его щеке сияла неоновая татуировка в виде сердечка.

– Это кто? – не сдержала любопытства Марфа.

– Это? Свит Харт. Он в Соме очень популярный.

– А что у него с… – Марфа даже не знала, что именно выбрать.

– Я же говорила тебе, что в Соме все помешаны на протезах. Они даже здоровые конечности меняют.

– Он тебе нравится?

– Что? Что это за вопрос такой? – смущённо рассмеялась Регина. – Ну, актёр из него так себе, мне больше его песни нравятся. Это я уже от нечего делать решила посмотреть.

Рассматривая парня на экране, Марфа поймала себя на мысли, что она где-то его уже видела, но не могла вспомнить, где. Наверное, все симпатичные актёры похожи. В верхнем углу экрана она увидела часы – оставалось чуть более часа. Как же начать разговор?

– Ты говорила, у тебя что-то срочное, – Регина будто прочитала её мысли.

– Да… Мне… Мне срочно надо в одно место.

– Хорошо. Папа сегодня собирался в Наноград, может тебя подбросить.

– Нет, мне не в Наноград… Я… Я не знаю точно, как это называется…

Марфа достала телефон и открыла приложение с картами. В её голове изображение оставалось таким же ярким, как и в видении. Место где-то в окрестностях Нанограда, около реки.

Нашла!

– Вот! Это здесь, у реки!

Регина взяла телефон в руки. Увидев карту, она замерла на мгновение и едва заметно вздохнула, после чего внимательно изучила её.

– На машине это где-то часа два будет. Там одни холмы и кочки. Папа вернётся около шести и отвезёт тебя.

Марфа поникла.

– Нет… Слишком поздно… А может кто-то другой? Хотя… Все равно два часа слишком много.

Регина посмотрела карту ещё раз.

– Не знаю, к чему такая срочность, конечно. Но тут, у института, есть трубка, с ней быстрее получится.

– За сколько?

– Ну, до института полчаса где-то, на трубке минут десять. Потом там близко совсем.

– Отлично! Твой папа сможет подбросить до института?

Регина посмотрела на неё серьёзным взглядом и дрожащим голосом спросила:

– Зачем тебе туда?

– Там есть кое-кто… Кому нужна моя помощь и срочно.

– Можешь подробнее? То место опустело почти сразу после Катастрофы. Кто там мог остаться?

– Прости… – выдохнула Марфа. – Это всё, что я могу сказать.

– Слушай, я бы с радостью тебе помогла, но ты сейчас не в лучшем состоянии. Мама говорила, что ночью тебя на полу нашли без сознания. Тебе нужно ещё время, чтобы восстановиться.

Последняя надежда утекала у Марфы сквозь пальцы. Она бы рада рассказать Регине, кто такая София и почему её нужно спасти… Но самой бы знать.

Входная дверь распахнулась, в комнату вошла молодая девушка. Она оглядела немую сцену.

– Я не вовремя? – спросила она.

– Да проходи, чего как не родная, – отвлеклась на неё Регина. – Марфа, это моя сестра Эля. Эля, это Марфа.

Эля и Марфа молча перегляделись и неловко кивнули друг другу. Эля пошла в сторону маленькой кухоньки, открыла холодильник и стала складывать еду к себе в сумку.

– Собралась куда-то? – спросила Регина.

– Да, с Димой и Сашей пойдём гулять. Надолго.

– С Димой и Сашей? – раздражённо выдавила Регина. – С этими…

– С кем?

– С этими неорганизованными и безответственными разгильдяями безо всякого чувства самосохранения и здравого смысла.

– То есть дебилами? Ты уж говори прямо.

Регина сжала зубы и уставилась разъярённым волком на свою сестру.

– Не важно, как я их называю. Важно, что они постоянно влипают в истории, и в их компании тебе не место.

– Да ты просто завидуешь! – бросила Эля и громко хлопнула дверцей холодильника. – Ты хуже мамы с папой! Они куда больше разрешают!

– Да потому что они не знают, кто такие Дима с Сашей!

– А что ты предлагаешь? Сычевать целыми днями дома, как ты? – она сложила руки на груди. – А знаешь что? Не нравятся Дима и Саша – я пойду в Красный Маяк! Там, говорят, куча симпатичных парней, найду себе кого-нибудь получше.

– Хватит!

Регина крикнула настолько громко, что сама испугалась. Она бухнулась на диван рядом с Марфой.

– Иди куда хочешь уже!

Эля так и поступила. Гордо задрав голову, она прошествовала к двери и громко хлопнула ею на прощание.

– Вот же! – Регина откинулась на спинку – Шестнадцать лет! Совсем ветер в голове! Я в её возрасте уже капельницы ставила, а она!

Марфа не знала, стоит ли ей вмешиваться в семейную драму, но молчать было неловко.

– Знаешь… Может, с ней всё будет хорошо.

– Ты права, – выдохнула она, смотря в потолок. – Она такой наивный ребёнок, не знает, каким опасным может быть мир. Хотела бы и я иногда такой быть… Может быть, даже подружилась бы с кем-нибудь из Маяка, кто знает.

Повисла неловкая пауза.

– А ты сильно её старше? – спросила Марфа.

– Да. Мне двадцать пять.

– Ничего себе! Ты так молодо выглядишь!

– Ага, все так говорят. А тебе?

– Двадцать два.

– Почти ровесницы.

Лицо Регины немного просветлело. Она встала с дивана, прошла в кухоньку и начала что-то искать в шкафу около мойки.

– Знаешь, может, и с тобой всё будет хорошо, – сказала она. – Мама тоже говорит, что мне нужно перестать так сильно переживать за других. А вот же она!

Она поднялась с небольшой холщовой сумкой в руках, подошла к столику, на котором лежали маленькие яблочки, и сложила их в сумку. Марфа вскочила и, чуть ли не хлопая в ладоши, подлетела к Регине:

– Спасибо! Спасибо тебе большое!

– С водой посложнее, конечно, – бурчала себе под нос Регина. – У нас только старый термос остался. Вот же он! Так что пообещай, что ты вернёшься и отдашь его.

– Да оставь, не нужен мне этот термос.

– Ты не поняла, – сказала Регина, подставляя термос по струю воды. – Пообещай… Нет! Поклянись, что ты вернёшься. В целости и сохранности.

Термос наполнялся быстро.

До этого Марфа лишь пылала желанием найти разгадку тайны этой мифической Софии, а вопросы собственной целостности и сохранности не особо волновали её. Та зона, должно быть, часто патрулировалась Стервятниками, и вроде переживать было не о чем. Но какие опасности может таить в себе мир за пределами Нанограда?

Вода перелилась через край.

– Я клянусь! Я клянусь, что вернусь в целости и сохранности!

***

Машина мчалась по ухабистым кочкам. Вернее будет сказать, карабкалась, но это не так романтично для первой поездки по дикой природе за пределами стен Нанограда. Вокруг не было ни души – только деревья покачивали ветками ей вслед.

Регина села на заднее кресло, потому что всегда ездила сзади. Марфа рядом с ней – садиться рядом с папой Регины было как-то неловко.

Первые минут десять отец и дочь болтали о своём, пока Марфа, как любопытная мартышка, рассматривала происходящее за окном. Хотя сложно было сосредоточиться на окружающей красоте, когда рядом обсуждали гнойные раны одного из пациентов.

– Ой, мы с тобой, наверное, Марфе настроение портим, – послышался с водительского кресла голос папы Регины, Ильдара. – Ты уж прости, профдеформация. Нас такие вещи не отвращают уже.

– Да ничего… – выдавила улыбку Марфа, пытаясь скрыть явное облегчение.

– Давай о чём-нибудь другом поболтаем! – предложил он. – Может, расскажешь, что у вас там в Нанограде новенького?

– Да не знаю… Всё как всегда…

Ильдар очень добродушно допрашивал Марфу об её жизни в Нанограде. Работает официанткой. Живёт в доме хозяев ресторана. Родителей не знает. Братьев и сестёр тоже.

– Эх… – всё что мог ответить на это Ильдар. Сам того не зная, он просыпал соль на старые раны.

– А почему вы носите банты? – быстро перевела тему Марфа.

– Это долгая история, – усмехнулась Регина.

– Нам ещё долго ехать. Расскажи, интересно же.

Двадцать два года назад случилась Катастрофа. В один день все биржевые рынки рухнули, деньги всех стран превратились в пыль. Потом начались погромы, грабежи, убийства. Вся планета погрузилась в анархию.

Интернет, телевидение и даже радио – все контакты со внешним миром были оборваны. Их семья тогда оказалась в плену маленького городка. С каждым днём оптимизм иссякал. Кто-то бежал куда глаза глядят, кто-то безмерно поглощал оставшийся в магазинах алкоголь, кто-то выпрыгивал из окон.

Но на фоне серых отчаявшихся лиц засияла пожилая женщина с красным бантом на шее. То была главврач их городской больницы, Андропова. Но она отреклась от этого имени и стала называть себя Гуру Астрой.

Она говорила, что человеческая кровь создана из погибших звёзд и что все люди братья и сёстры, которые должны друг другу помогать. Именно кровь олицетворял её красный бант.

Сначала в ответ на такие речи коллеги просто крутили палец у виска – сошла с ума на старости лет. Но чем дольше не было вестей из внешнего мира, тем больше людей начинали всерьёз прислушиваться к тому, что она говорила. В один момент она даже стала давать речи в холле больницы как персоналу, так и пациентам и случайным посетителям.

Её последователи нарезали красные ленты и украсили ими свою одежду, но это вызывало недовольство со стороны жителей города. Они терпеть не могли «двинутых сектантов» и угрожали им. Тогда Астра приняла решение переехать в заброшенную ещё до Катастрофы деревню, где она выросла.

Упаковав вещи, старые приборы из больницы и несколько генераторов, они поехали через опустевшие дороги навстречу неизвестности. Они двигались осторожно, стараясь избежать ненужных встреч. Так они добрались до деревни в целости и сохранности.

Там их ждали обветшалые сгоревшие дома и заброшенная сельская больница. Они работали сутками напролёт – ремонтировали здания и обрабатывали землю. Каждый вечер они собирались у большого костра, слушали истории Гуру Астры о звёздах и огромной Вселенной.

Когда Регине было двенадцать, сердце Гуру Астры остановилось во время сна. В девяносто лет она воссоединилась со звёздами, которые так любила.

– Но мы продолжаем носить красные банты, – завершила историю Регина. – Это символ крови, которая объединяет нас всех.

– Ты это… Думаешь, что глупо это, да?.. – замялся Ильдар.

– Вы разве не верите в это? – удивилась Марфа.

Регина громко рассмеялась.

– Нет. Мне нравилось слушать Гуру Астру, когда я была маленькая, но звёзды – это всего лишь звёзды, в них нет ничего мистического.

– Да… – протянул Ильдар. – Но в то время только сумасшедшие вроде Андроповой, то есть Астры, могли позволить себе о чём-то мечтать. Без неё мы бы так и остались в том городе…

– Да не переживай ты, пап! Всё же хорошо сложилось… – неуверенно подбодрила Регина.

– Да, хорошо… Только я вот думаю, что бы случилось, если бы не ушли тогда…

Марфа наклонилась поближе к Регине и шёпотом спросила:

– А что случилось с вашим старым городом?

– Это ты мне и расскажешь, когда вернёшься, – также шёпотом ответила она. – Ты как раз туда и отправляешься.

4 

Глава 3

1 июня 2056 V2.3.0

Машина затормозила около комплекса огромных зданий. Большая часть окон была разбита, стены разукрашены небрежными штрихами маркера. Над дверями ещё висела надпись «Институт Изучения Эклипсиона».

Они вышли около пешеходной дорожки.

– Девочки, вы идите, я заправлюсь.

Микробному генератору подходила любая органика. Бактерии сжирали всё: от травы до дерева – а после производили специальный горючий газ, который использовался в двигателях и электрогенераторах. Ильдар собрал небольшой букетик травы и поместил его в специальный отсек.

Шредер заскрежетал, но до девушек доносился слабый гул. Они стояли на площади между зданиями комплекса рядом с покрытой грязью цилиндрической конструкцией.

Неподалёку располагалась стойка информации с заламинированными листками. В основном это была реклама, восхваляющая «инновационный» вид транспорта. Гидравлическая трубка, усиленная эклипсионом, позволяла развивать огромную скорость и преодолевать большие расстояния за считанные минуты.

«Перед вами представлен тестовый образец, но вскоре гидравлические трубки станут таким же ежедневным видом транспорта, как автобусы или поезда».

Однако рядом с цветными плакатами серые инструкции по безопасности объясняли, почему этому смелому заявлению не суждено было стать реальностью. Огромный список противопоказаний: болезни почек, сердца, печени… Разве что люди со здоровьем космонавтов могли прокатиться на этом чуде техники.

Регина стёрла слой грязи с панели с кнопками, что-то нажала, и громоздкая дверь проскользила в сторону. Внутри трубки находилось шесть сидений в два ряда в шахматном порядке. Под потолком камеры был подвешен монитор так, чтобы все пассажиры могли его видеть.

– Ты уже каталась на ней? – спросила Марфа, ощупывая странного вида сиденья.

– Нет, меня это убьёт.

– Что? И меня тоже?

– Нет, ты, скорее всего, выживешь.

– Ну, ты умеешь успокоить, конечно.

– Ты можешь не рисковать. Папа сможет тебя отвезти в шесть…

– Да поняла я! Поняла! Это хотя бы бесплатно?

– Ещё бы они брали за это деньги! Они построили это как выставочный образец, и только у нас в городе нашлись недальновидные граждане, которые повелись на их уговоры. Говорили, поднимется туризм. Но в итоге этой штукой почти никто не пользовался. По крайней мере, так мама говорила. Она эту трубку терпеть не могла.

Марфа аккуратно прошла внутрь. Она подошла к одному из массивных кресел с большим количеством ремней безопасности и двумя высокими стойками по бокам. На одной из стоек было написано «багаж», а чуть ниже небольшая кнопка. Щёлк – и открылась небольшая дверца, куда Марфа сложила свою сумку.

Она села на кресло, тут же включился экран. На нём появились инструкции по пристёгиванию ремней безопасности, сопровождаемые женским сгенерированным голосом.

Голос спросил, хочет ли Марфа отправиться в конечный пункт. Конечно же, она согласилась.

– Счастливого пути! – пожелала Регина.

– И тебе не болеть!

Марфа сидела к двери спиной и только слышала удаляющиеся шаги Регины, пока они не были прерваны скрежетом закрывающейся двери. Кабина начала медленно опускаться под землю, а голос в это время продолжал перечислять длинный список противопоказаний к поездке.

После погружения под землю голос спросил:

– Вы подтверждаете, что у вас нет указанных выше заболеваний?

– Подтверждаю.

– Желаете ли вы стать донором органов в случае маловероятного несчастного случая?

– Что?!

– Желаете ли вы стать донором органов в случае…

– Нет! Не хочу!

– Ваши ответы учтены. Поездка займёт десять минут, двадцать секунд. Слева от вас открылся контейнер с кислородной маской, наденьте, пожалуйста.

Марфа послушно выполнила инструкции.

– На ручках сиденья расположены браслеты безопасности. Проденьте через них запястья.

«Браслеты» больше походили на оковы. Марфе сразу же вспомнился один очень старый фильм, в котором подобные штуки были на электрическом стуле. Но выбора не было, и она подчинилась.

Послышался странный звук, похожий на завывание ветра, только намного громче.

– Приготовьтесь к ускорению. Пять…

Марфа даже не знала, как она может подготовиться, и обратный отсчёт только заставлял её сердце биться сильнее от ужаса.

– Два… Один…

Спина Марфы впечаталась в спинку мягкого сиденья. Оковы на руках сжались, причиняя боль. Стало тяжело дышать. Её тело раздирало на кусочки. В глазах стало темнеть, изображение на экране слилось в размытое пятно.

Сколько это продолжалось? Десять минут? Час? Вечность?

– Ускорение завершено. Время ускорения составило четыре секунды. Текущая скорость составляет двести восемьдесят восемь километров в час. Можете снять маску.

Всего четыре секунды? Казалось, вся жизнь пронеслась перед глазами. Но хотя бы «браслеты» больше не сжимали руки – только красные полоски на коже остались. Марфа сняла маску и старалась отдышаться.

– Чтобы скоротать время, я покажу на экране короткий мультфильм, – монотонно объявил голос. – Вы даже не заметите, как поездка закончится. Среди всего земного транспорта гидравлическая трубка – самый скоростной способ передвижения.

Мультик был всем знакомой историей. Мужчина гуляет по улице, видит на небе затмение – точнее, приближение чёрных дисков. Сначала он напуган и пытается убежать. Но потом диски сгорают в атмосфере и опадают на землю в виде тёмного праха.

У мужчины над головой загорается лампочка. Он собирает немного праха и несёт в лабораторию. Там он выливает на него содержимое цветных пробирок. Вот он берёт одну, на которой написано «Серная кислота» – кап-кап-кап – и все приборы в комнате начинают пищать. Так был обнаружен эклипсион – прежде неведомая науке сила, которая «точно изменит мир к лучшему».

Дальше в мультике появляются грустные люди, у которых постоянно ломается техника. Учёный с улыбкой до ушей подбегает к ним, берет сломанный аппарат, отворачивается от зрителя, что-то делает с прибором и протягивает обратно уже исправный, и все улыбаются. Так повторяется несколько раз.

«Техника, усиленная эклипсионом, никогда больше не сломается!» – говорит диктор весёлым голосом. Это правда, изделия с экслипсионом не поддаются коррозии и износу. «Можно хоть катком проехаться – царапины не появится» – что, собственно, учёный в мультике и делает. Уже три раза проехался, а на кофеварке ни царапины. Конечно, это преувеличение, но у рекламщиков достоверность никогда не имела высокий приоритет.

Дальше – больше. Усиленные солнечные батареи, генетически модифицированные бактерии, производящие горючий газ – теперь зелёная энергетика доступна как никогда. Над пыльным и несчастным городом рассеивается смог, и теперь горожане бегают и скачут по зелёной траве, а дети запускают воздушных змеев.

Демонстрация неудержимого оптимизма по поводу эклипсиона действовала Марфе на нервы. Тогда аниматоры не знали, что в один день эта новейшая технология обречёт весь мир.

Это случилось в год рождения Марфы. В один день всё оружие, усиленное эклипсионом, исчезло. Словно растворилось в воздухе. И не только оно, но и все оружейные заводы по всему миру в одну секунду лишись всего оборудования.

Никто так и не понял, почему это произошло. Всех захлестнула паника. Как только открылась биржа, все акции и облигации компаний, использующих эклипсион, были выставлены на продажу. Иначе говоря, абсолютно все ценные бумаги в одну секунду превратились в мусор, от которого старались избавиться как можно скорее. Никогда прежде не случалось такого экономического кризиса, а за ним последовала уже Катастрофа. Привычный мир перестал существовать.

Мультик закончился. В нём все счастливы и носят учёного на руках. Другой концовки и быть не могло. «Институт Изучения Эклипсиона – мы создаём будущее», – сказал диктор напоследок.

Музыка оборвалась, что был слышен лишь гул скольжения капсулы внутри трубки.

– Надеюсь, вам понравилось, – сказал голос. – Торможение начнётся через минуту, пожалуйста, подготовьтесь.

Марфа снова нацепила на себя маску и с недовольным вздохом поместила руки в кандалы. Торможение было таким же тяжёлым, как и ускорение. После него кабина медленно поднялась на поверхность.

Пока голос снова лепетал что-то отвратительно оптимистичное про институт, Марфа боролась с головокружением. Дверь распахнулась, она встала, на автопилоте собрала вещи и выпорхнула из этой пыточной.

Руки ещё болели и еле удерживали телефон. Карта расплывалась перед глазами, но была видна указывающая направление стрелка. До часа дня оставалось двадцать минут. Навигатор в картах показывал, что до пункта назначения идти пятнадцать. По крайней мере, страдала она не зря: эта трубка и правда очень скоростная.

Марфа тихо шла по разбитой асфальтовой дороге, глаза уставлены в телефон. Шаг за шагом она сокращала счётчик оставшихся метров. Но тут под ногой раздался хруст.

Под её ногой была кость. Похоже, что человеческая.

От страха Марфа осмотрелась вокруг: серые многоэтажные дома и магазины с выбитыми витринами. Никого поблизости она не видела и не слышала, но от этого становилось даже тоскливее.

Она пнула кость от себя и ускорила шаг. Теперь взгляд гораздо чаще отрывался от телефона, бродил по окрестностям. Она прислушивалась ко всему, что происходило вокруг, но громче всего слышала своё сбившееся дыхание.

В одном из магазинов стеллажи были повалены, повсюду разбросаны пустые бутылки, консервные банки и упаковки из-под чипсов. И из-за стеллажа послышался шорох. С опаской, медленно перебирая лапами, вперёд выползла одичавшая тощая собака. В своей пасти она держала ещё одну большую кость.

Она уставилась на Марфу, которая остолбенела и смотрела в ответ. Собака прижала хвост, прыжками вскарабкалась по лежащей мебели и выпрыгнула в окно, у которого уже не осталось стекла.

Марфа ускорила шаг, что почти бежала. Но из-за непривычного протеза она постоянно запиналась и сбивалась с такта.

Оставалось немного, совсем немного. Она уже почти около реки.

Постепенно депрессивный пейзаж мёртвого города оставался за спиной, а впереди её встречала гостеприимная тишина частного сектора. Почти все деревянные домики либо сгорели, либо прогнили насквозь. Один из них, однако, выделялся.

В его дворе росли культурные растения, а рядом шипел микробный генератор. Также это был единственный дом, около которого была машина, хоть и накрытая полотном плотной ткани.

Тропинка между домами поросла травой, доходящей до колена, но около того самого дома она была утоптана и шла как раз по направлению к реке. Марфа успокаивала себя мыслю, что это дом той самой Софии, и даже помахала в окно, но не получила никакого ответа.

Вдалеке за домами виднелось то, что на картах называлось городским парком, а сейчас представляло собой высокий лес, застивший горизонт. Тропинка заворачивала за рядом домов.

Когда Марфа достигла последнего дома в ряду, она услышала скрип и обернулась. Но никого не увидела. Наверное, всего лишь ветер и разыгравшееся воображение.

Что на часах? Осталось только две минуты.

Ярко пылающее июньское солнце ослепило Марфу. Она приложила руку ко лбу и увидела вдалеке фигуру. Человек стоял к Марфе спиной, но она смогла различить длинную светлую косу и повязанный на голове платок. Неужели это та самая София?

До часа осталось совсем ничего. Марфа набрала в грудь столько воздуха, сколько могла.

– София! – крикнула она.

Фигура резко вздрогнула и обернулась к ней лицом. Теперь Марфа могла разобрать силуэт и лицо с морщинками – это точно женщина. Навскидку ей лет пятьдесят. А может, и чуть за шестьдесят.

– Марфа! – надрывисто крикнула женщина со слезами на глазах.

Она тут же понеслась навстречу Марфе и обняла её.

– Марфа! Марфушка! – плакала она, гладя Марфу по волосам. – Какими судьбами?! Что с тобой случилось?! Что с твоей ногой?!

Марфа не знала, что ответить. Слёзы женщины, которая, судя по всему, и есть та самая София, скатывались ей на лицо. Ситуация становилась крайне неловкой.

– София, да? – спросила Марфа, в ответ женщина легко кивнула. – А вы откуда меня знаете?

– Ах да… – выдохнула София и выпустила из своих объятий. – Ты же не помнишь меня… Дай угадаю, у тебя было видение, что тут произойдёт что-то плохое.

– Что?! Видение?! Откуда вы знаете?! – от удивления Марфа отшатнулась назад. Она никому не рассказывала про то, что умеет видеть будущее, а эта София говорила о них, будто в этом нет ничего необычного.

Свист.

Это уже точно был не ветер. Со стороны домов донёсся свист, которым обычно подзывают собак. Марфа обернулась и увидела там высокого человека во всём чёрном с балаклавой на голове.

В руках у него было ружьё. София выдвинулась вперёд, прикрывая Марфу. Теперь стало ясно, о чём пыталось предупредить видение.

5 

Глава 4

1 июня 2056 года V2.4.0

Не прошло и пары секунд, как таинственный человек поднял ружьё над головой. Затем он демонстративно переломил его, высыпая патроны себе в руку. Положив их в карман, незнакомец поклонился в театральном реверансе.

Что он творит?

После этого представления он скрылся за развалившимися домами. София и Марфа стояли как вкопанные ещё долгое время. Ни та, ни другая не могли вымолвить и слова.

– Пойдём! – София резко схватила Марфу за руку.

Быстрым шагом София двинулась по вытоптанной тропинке. Она не обращала внимания на вопросы Марфы, только сильно сжимала её запястье и тащила за собой.

Оказалось, Марфа не ошиблась в своих предположениях: тот самый необыкновенно живой дом и правда был убежищем Софии. Как только они прибыли к крыльцу, София стянула с машины полотно и открыла в багажник.

Марфа осталась стоять около крыльца и смотрела, как София выносит из дома вещи и кидает их в багажник. Одежда, наспех скинутая в старые пластиковые пакеты, электрический чайник, плитка, генератор.

Смахнув пот со лба, София окинула взглядом полностью заваленный багажник, затем пробурчала себе что-то под нос, открыла заднюю дверь и стала переносить на задние сиденья ноутбуки, диски и странные устройства, назначение которых Марфа не знала.

– Всё! – выдохнула София. – Поехали отсюда!

София дышала тяжело, но не сбавляла темп. Она открыла дверцу автомобиля, упала на водительское сиденье и пристегнулась, но Марфа стояла около машины, касаясь ручки, но не решаясь её потянуть.

– Ты что?! Давай садись! – София ударила по соседнему креслу со всей оставшейся в ней силой.

– Меня учили в машину к незнакомцам не садиться.

– Ты чего комедию ломаешь? Этот с ружьём может передумать и вернуться!

Марфа огляделась по сторонам.

– Я никого не вижу.

– Ты неудачное время выбрала препираться! Марфа, что случилось?

– Да, действительно, что случилось? Нет, правда! Что это сейчас было?! – Марфа старалась сдерживаться и не выдавать своих чувств, но слёзы выступили сами собой. – Вы знаете меня, знаете про мои видения, но я не знаю ничего! Ни о вас! Ни о видениях! Ни о себе!

София потупила взгляд на руле и задумалась на секунду, пока Марфа снаружи шмыгала носом и утирала слёзы рукой. Собравшись с мыслями, она отстегнула ремень и вышла из машины.

– Это всё и правда очень тяжело объяснить, – начала София и легонько погладила Марфу по плечу. – Понимаешь, ты сама решила забыть обо всём, что с тобой произошло до четырнадцати лет.

– Я? Сама? Но зачем?

– Тут скорее не «зачем», а «почему». Те воспоминания… Они слишком ужасны. Они портили тебе жизнь. И ты попросила меня их стереть.

Несмотря на то что слова Софии звучали странно, они объяснили Марфе очень многое. Не только отсутствие воспоминаний, но и странные разговоры со стариками. Они часто спрашивали про женщину и парня, которые к ней приезжали. А однажды старуха сказала, что Марфа очень похорошела и перестала «нагонять на всех депрессию».

Теперь всё вставало на свои места.

– А как вы это сделали?

– Это… Новая технология такая…

– Почему я тогда в первый раз об этом слышу? Вы в Нанограде могли бы такой бизнес на этом построить…

София вздохнула.

– Нет… Это не на всех работает… Поверь, тебе не стоит об этом вспоминать. Меньше знаешь – крепче спишь.

Марфа начала потихоньку успокаиваться. Она устало взглянула на Софию и спросила:

– Куда вы собираетесь ехать?

– Ну, сначала тебя отвезу, а потом найду новое место, где меня не найдут.

– Кто?

София нахмурила брови, а пальцы её задрожали.

– М-мой сын, – выдавила она.

Они молча сели в машину.

София сделала привычные процедуры, мыча себе что-то под нос. Машина зажужжала и сдвинулась с места. Они проехали деревенские домики, выехали на дорогу к городу. Марфе стало не по себе, она не хотела снова туда возвращаться. Но, к её счастью, София сразу свернула и поехала по ухабистой дороге в сторону моста.

– Ой! А куда мы едем? – выпалила Марфа, словно проснувшись от дрёмы.

– В Наноград. Я помню туда дорогу, не переживай.

– Мне не туда надо! Я… Я обещала в другом месте быть…

– Хорошо, тогда включи карты на телефоне.

Марфа нашла на картах Малые Пеньки и протянула телефон Софии.

– А, это в том же направлении, только вот тут повернуть налево надо, – пробубнила София, водя пальцами по телефону.

– Кстати! – выхватила телефон Марфа. – Вы есть в сетке Нанограда? Правда, сейчас у меня тут Сома добавлена. Но вы телефон свой скажите, я запишу и потом добавлю вас куда-нибудь.

– Ох… У меня нет телефона.

– Это как?

– Ну вот так… Даже по отключенному телефону можно определить местоположение, – сказала она как что-то само собой разумеющееся.

Наконец, Марфа встретила того, кто может ответить на все её вопросы, и похоже, другого момента их задать ей больше не предоставится.

– Этот с ружьём – это ваш сын был?

София чуть не подпрыгнула от этого вопроса.

– Нет, это не он! Это… Я думаю, Коля… Да, скорее всего, именно он.

– А он кто?

– Это не важно…

– В смысле неважно?! В меня кто-то стрелял! – Марфа указала руками на свой протез.

– Коля бы в тебя никогда не выстрелил, – уверенно ответила София. – Ты же сама видела, что он не стал ничего делать, потому что ты появилась.

– Я ничего не понимаю! – схватилась за голову Марфа.

– Тебе не о чем волноваться. Коля никогда тебя не тронет, а Артуру нужна только я.

– Артур? Это так зовут вашего сына?

– Не будем об этом, – с грустью вздохнула София.

Она стала вертеть между пальцами странного вида кулон на верёвочке. Он был небольшой, прямоугольной формы и янтарного цвета. Но вся его поверхность была во впадинках, сплетающихся в необычный узор. Как будто смотришь на лабиринт сверху.

– Тогда кто в меня стрелял?

– Не знаю… Подожди! Когда это случилось?

– Позавчера.

– Позавчера… Это же… Это же тридцатое мая! – прокричала София, словно у неё случилось озарение.

– Ага… Даты так работают… – замялась Марфа.

– И ты ничего не помнишь, да?

– Ну да, не помню… Стойте-ка! Вы же у нас тут специалист по стиранию памяти! Что вы со мной сделали?!

– Это… Это уже не я…

София продолжала крутить странный кулон, пока не сжала его в кулак. Машина затормозила посреди моста. София смотрела в одну точку, и только её губы шевелились, не издавая ни звука. Затем она склонила голову, сняла с себя верёвочку с кулоном, протянув её по всей своей длинной косе.

– Это тебе. Надо добавить серную кислоту, чтобы заработало.

Марфа взяла кулон в руки, рассмотрела его поближе. Он был не просто янтарным, а в некоторых местах в зависимости от угла падения света отливал различными цветами. Марфе даже начало казаться, что в кулоне появляются новые вмятины.

– Что? Зачем это мне?!

– Они просили передать. Сказали, что это подарок тебе.

– Кто «они»?!

– Прости… Я не могу тебе всего рассказать. Сейчас не могу.

– Серная кислота?! Это какой-то прикол с эклипсионом?! Это точно не взорвётся или типа того?

– Если и взорвётся, ты увидишь видение об этом заранее.

Марфа не знала, как ответить на это, лишь неловко натянула его на шею.

– Ладно! Возьму вашу побрякушку, но мне надоело уже! У меня столько вопросов, а вы только путаете меня больше!

– Я могу ответить на некоторые твои вопросы. Только не про кулон, хорошо?

– Ну вот, например, кто мои родители?

– Не знаю, ты сирота.

Какая она сирота? Разве всё это время она зря витала в облаках, когда разносила подносы клиентам? Зря представляла, что, на самом деле, старики украли её, а настоящие родители Соколы из Высотных Башен?

Если подумать, будь они Соколами, уже давным-давно бы наняли кучу Стервятников и нашли бы её.

В любом случае вот так разбивать чужие мечты как-то бестактно.

Наверное, София была права: прошлое Марфы действительно было слишком ужасным, чтобы его помнить. Может, жизнь со стариками – лучшее, на что она могла рассчитывать? Охота задавать вопросы о своём прошлом у Марфы отпала, но она не могла не спросить о том, что мучило её уже столько лет:

– Хорошо, предположим я сирота и мне правда лучше не знать о моём прошлом. Но вы же объясните мне, откуда у меня эти видения?!

– Скажем так, ты «избранная». Поэтому ты можешь видеть будущее и менять его. Так что можешь полностью верить этим видениям. Но ты это уже и без меня поняла, раз уж ты здесь.

– Это не ответ!

– Это всё, что я могу тебе рассказать.

Судя по навигатору, им предстояло терпеть друг друга ещё около полутора часов. Телефон был занят, даже в игры не поиграть. Марфе оставалось только смотреть в окно.

Впервые она увидела стены Нанограда со внешней стороны. Они были достаточно далеко, но можно было разглядеть металлические пластины, выстилающие забор по всей площади, и мотки колючей проволоки в несколько рядов по всему периметру.

За стеной были видны только сверкающие в дневном солнце Высотные Башни – небоскрёбы в самом роскошном районе Нанограда, где цены такие, что Марфа чуть не упала в обморок, когда она увидела их в первый раз. Их в шутку называют «гнёздами», потому что живут там только Соколы и некоторые Стервятники.

Из-за Башен стыдливо выглядывало колесо обозрения. Даже в его рекламе использовался слоган: «Вид как с Высотных Башен». Но и за одно это жители Нанограда готовы были выложить немалые деньги.

Марфа каталась на колесе несколько лет назад – тогда она поняла, что боится высоты. Но, несмотря на это, она заставила себя взглянуть на город, чтобы увидеть его таким, каким его видят Соколы каждый раз, когда выглядывают в окно.

Она поклялась тогда, что тоже однажды станет Соколом. Отложит кучу денег, откроет свой бизнес – а дальше дело в шляпе, и ключи от уютных апартаментов Высотных Башен, можно сказать, в кармане.

Колёса автомобиля неспешно скользили по дороге. София постоянно отклонялась от маршрута и старалась ехать по местам, где точно никто не обитал. Это раздражало Марфу, потому что это удлиняло их вынужденное сосуществование. Её даже посещали мысли о том, чтобы просто выйти из машины и пойти пешком. Но тогда она вернулась бы разве что к следующему утру.

Наконец, на горизонте показался институт. Марфа еле могла сдержать восторг. До Малых Пеньков им оставалось совсем немного. Но машина начала сбавлять ход и вскоре остановилась совсем. Марфа взглянула на Софию – та была совсем зелёная от страха.

– Нет! Нет! Нет! – смотрела она в одну точку и повторяла эти слова вполголоса, как мантру.

– Что на этот раз?

– Я уже забыла про это проклятое место! Я… Я не пойду туда…

София схватила телефон и долго рассматривала карты под разными углами.

– Чёрт! Его никак не объехать! Марфа, прости! Я… Я не могу… – последние фразы она выдавливала из себя сквозь слёзы.

Сложив голову и руки на руле, она продолжила плакать. Рука Марфы неуверенно потянулась к плечу Софии, но потом дрогнула. Плач не прекращался, будто наружу прорвалась накопленная за несколько лет печаль.

Пальцы коснулись плеча.

– Эм… С вами всё в порядке? – как можно доброжелательнее спросила Марфа в надежде разрядить обстановку.

– Нет. Порядка в моей жизни не было уже очень давно, – София поднялась и утёрла слёзы. – Это тебя не касается. Для тебя кошмар закончился. А мне… Мне предстоит ответить за свои поступки…

– Не знаю, о чём вы… Я уже была там сегодня, ничего страшного не произошло.

– Понимаешь, Марфа… Страшное – оно не снаружи. Оно внутри.

Марфа неловко погладила Софию по плечу. Та сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Марфа, я не смогу. Не смогу…

Марфа продолжила легонько водить рукой по плечу, размышляя над возможными вариантами. Можно вернуться к разъезду и повернуть в Наноград. Но хочет ли она возвращаться туда? Можно попробовать дойти до Малых Пеньков на своих полутора ногах, но этот вариант она обдумывала почти всю поездку, и он явно не подходил.

Но что если есть третий вариант? Может, Регина сможет забрать её из института? Так и объяснений будет меньше: на трубке уехала, на ней же и вернулась. Ильдар уже уехал, но не может же он быть единственным, у кого есть автомобиль.

Свободной рукой Марфа взяла телефон. Сигнала нет. Неудивительно.

– А вы же это, шарите во всяких технических штуках, так ведь?

– Ну да, я же программист как-никак.

– Программист?! Круто! Тогда скажите, как усилить сигнал сетки Сомы?

– А тебе зачем? Сеть Нанограда тут ловит лучше.

– Да, я знаю. Но у меня подружка, – Марфа споткнулась на этом месте. – То есть не подружка… Не важно! Короче, у них приложухи из Сомы. И они же не работают с Наноградом…

– Да, правда что…

София задумалась, и печаль полностью улетучилась с её лица. Только заплаканные красные глаза напоминали о недавнем всплеске эмоций. Она сосредоточенно искала информацию в своей памяти, что-то рисовала пальцем в воздухе. Затем выхватила телефон у Марфы из рук.

– Точно! – воскликнула она. – Это точно поможет.

Она вышла из машины, открыла заднюю дверцу и начала что-то искать в горе хлама. Марфа тоже вышла к ней и внимательно наблюдала за тем, как София перекладывала пакеты и повторяла: «Не то. И это не то».

В конце концов, она вытащила небольшую пластиковую шкатулку. Внутри неё скрученными змейками лежали десятки, если не сотни проводков. Только их хозяйка была в силах распутать этот клубок и найти то, что ей нужно.

– Вот, – протянула она короткий кабель Марфе. – Около института есть тарелка. Раньше с неё считывали сигнал со спутников. У неё есть интерфейсы для подключения. Так вот, с помощью этого кабеля ты сможешь подключиться к ней, и она усилит сигнал.

– Интерфейсы?

– Гнёзда для подключения кабелей. Кстати… Может, понадобится её повернуть, но там это через рычаг делается – справишься.

Марфа бросила проводок в сумку, из которой донёсся сладкий аромат яблок. Её желудок заурчал, и она достала наливное красное яблочко и надкусила его. София пожелала приятного аппетита и спешно уселась на водительское сиденье.

– Что ж, спасибо за понимание, Марфа! Счастливого тебе пути.

Машина попятилась назад.

– В смыфле? – Марфа чуть не подавилась. – Вы куда это?! Как мне вас найти?!

Машина не стала замедляться. Наоборот, она развернулась и уже была готова умчаться прочь.

– Если судьбе будет нужно, она сведёт нас вновь! Прощай, Марфа! – крикнула София через опущенное окошко и надавила на газ.

Да как она смеет! Ради неё Марфа пережила перегрузки на гидравлической трубке, прошла сквозь город-призрак, чуть не была застрелена – а эта София просто так берёт и уезжает.

Марфа доела яблоко и с тяжёлым вздохом сделала первый шаг в сторону института.

6 

Глава 5

1 июня 2056 года V2.3.3

До института Марфа добралась ужасно уставшей. Она вышла к месту с трубкой и осмотрелась. Там она нашла карту института. Тарелка находилась далековато: на полянке за пределами основного кампуса. Марфа сфотографировала карту и пошла по тропинке.

Тропинка из плитки извивалась вдоль высоких деревьев. Голоса птиц сливались в умиротворяющую мелодию природы. Находясь в этом сонном царстве летнего дня, Марфа слышала, как успокаивался быстрый ритм её сердца.

Не было необходимости следить за временем, так что Марфа не знала, сколько заняла у неё дорога до полянки. Рядом с тарелкой, металлической конструкцией высотой в три этажа, был странного вида навес длиной в несколько метров.

Крыша его была полностью заполнена плитами солнечных батарей. Снизу раздавался гул – лопасти вентиляторов в коробочках продолжали выполнять свой долг, несмотря на то что были покрыты толстым слоем пыли.

Марфа прошла к панели управления исполина, с усмешкой смотрящего на неё сверху вниз. София не обманула, провод подошёл к гнезду. На телефоне вместо крестика у значка с интернетом появилась робкая палочка. Немного покрутив рычаги около тарелки путём проб и ошибок Марфа смогла повернуть тарелку на запад, в сторону Сомы.

Уже три палочки из четырёх. Прекрасно!

Сообщение было отправлено: «Я вернулась. Торчу у института, заберёшь меня?» Регина долго не отвечала, Марфа уже начала беспокоиться. Но спустя пару минут пришло сообщение от неё: «Я рада, что всё в порядке! Папа уехал. Машины нет. Я заеду на велике. Полчаса подожди».

Из этого места Марфе хотелось уйти как можно скорее, а полчаса всё равно лучше, чем целая вечность. Они договорились встретиться около трубки.

«Надеюсь, меня не съедят тут», – в шутку написала Марфа, отгоняя от себя плохие мысли. «Ты не переживай. Институт разнесли в начале Катастрофы. Он никому не нужен уже», – пыталась успокоить Регина. Марфа выдохнула, но всё-таки огляделась по сторонам. Ничего, кроме леса, вышки и странного навеса, она не видела.

«Я уже на велике. Скоро встретимся. Кстати, не знала, что там так хорошо ловит», – пришло последнее сообщение от Регины, и её статус сменился на «офлайн».

Марфа отключила телефон от тарелки. Как только она сделала всё, что запланировала, накопившаяся усталость свалилась на неё каменной плитой. Ноги уже сами подкашивались, и Марфа уселась на траву рядом с тарелкой.

Эта полянка выглядела подозрительно. Никаких зданий, командных пунктов или хотя бы лавочек. Лишь куча вентиляторов, защищённых навесом с солнечными батареями. Это место явно что-то скрывало.

Марфа нашла на телефоне только очень старые игры. И как бы она ни пыталась отвлечься и провести эти полчаса в мире фантазий, у неё никак не получалось.

Звук вентиляторов прерывал поток мыслей. Они будто дразнили: «Ты ни за что не догадаешься, что мы скрываем». Марфа посмотрела на часы, она играла всего минут пять. С любопытством было тяжело бороться. Она поднялась, положила телефон в карман и пошла к навесу.

Гудящие коробочки стояли рядами с двух сторон, освобождая полосу посередине.

Знакомое место.

Шаг. Ещё один шаг. Если он здесь… Марфа бросила взгляд вниз – и действительно, там находился люк, который она ожидала увидеть.

Была ли она уже здесь? Воспоминания Марфы были стёрты, но, возможно, не до конца. От этого места веяло тоской, а сердце сжималось от боли.

Люк был прикрыт наполовину, как будто его забыли закрыть в спешке. Что же там внутри? Есть только один способ узнать.

Откинув крышку люка полностью назад, Марфа увидела узкое пространство с приваренной к стенке металлической лестницей. Чувство грусти усилилось, но никаких видений не было. Это слегка её успокаивало. Видения всегда сообщали о чём-то плохом.

Тихонько, по одной ступени за раз она опускалась в темноту. Только мягкий свет из люка робко освещал ей путь вдоль тесного пространства.

Нога передвинулась на одну из ступеней, и её обдало холодным ветерком. Ещё ниже – и спина Марфы перестала упираться в стену, за ней оказалось открытое пространство.

Значит, уже близко.

И вот уже твёрдая земля под ногами. Марфа взглянула вверх, сложно было точно определить, но, скорее всего, она была на глубине минимум трёх своих ростов. Она достала телефон – яркая вспышка маленького фонарика заскакала по стенам искусственной пещеры из бетона. Она остановилась на большом лифте прямо напротив.

Лифт был перекрыт несколькими слоями решёток. Рядом с ним была панель управления, похожая на ту, что у спутниковой тарелки. Палец Марфы легонько коснулся экрана на ней.

– Добро пожаловать в убежище! – радостно поприветствовал мужской голос из маленьких динамиков. – На данный момент установлен режим повышенной безопасности. Пожалуйста, воспользуйтесь картой доступа или отсканируйте отпечаток пальца для аутентификации.

Рядом с экраном Марфа нашла плоскую панель для приложения карты, а под ней небольшой датчик для считывания отпечатков. Попытка не пытка. Указательный палец легонько надавил на датчик.

– Идёт поиск, – отреагировал голос. – Совпадение обнаружено. Пользователь «Марфа», вы обладаете правами доступа в Убежище! Лифт скоро будет открыт.

Марфа замерла на месте. Кровь подлила к лицу. Она сделала неловкий шаг в сторону лестницы. Тяжёлые металлические решётки у лифта отодвигались в сторону одна за другой. Его двери раздвинулись в стороны, и стала видна синяя кабина.

– Пользователь «Марфа», обнаружен скрипт, который должен быть исполнен в момент вашего входа. Обработка… Пользователь «Николай» сообщает: «С возвращением, беглянка!»

По спине Марфы пробежали мурашки. И точно не от холодного сквозняка. Свет телефона-фонарика беспорядочно запрыгал по одинокой лестнице и бесцветной стене. Никого не было ни видно, ни слышно. Только пылинки витали в воздухе в слабом свете, пробивающемся с поверхности.

– Пользователь «Марфа», прошу вас воспользоваться лифтом. Лифт закрывается через пять, четыре…

Марфа вбежала в лифт, не открывая глаз от лестницы. Тяжёлые двери закрылись, и кабина направилась вниз. Эта железная коробка могла бы вместить человек десять как минимум. А если не учитывать нужду в личном пространстве, то и все сорок.

В лифте горло сдавила клаустрофобия. Только звук скольжения по тросам свидетельствовал о движении вниз. Ни окон, ни экрана. Словно она была заперта в большом саркофаге.

Лифт наконец остановился. Как глубоко она под землёй? Двадцать метров? Сто? Двести? Наверное, это не имеет значения.

Двери открылись, и перед Марфой открылся тёмный коридор, в котором угадывались силуэты дверей. Она сначала провела фонариком по уголкам – никого нет. Несколько шагов вперёд. Тут слева должен быть выключатель.

Щёлк.

Вдоль коридора одна за другой зашипели лампочки на потолке. Стал виден длинный коридор. Марфа прошла вперёд к первой двери справа с надписью «Склад». За ней действительно находилась достаточно просторная комната, полностью заваленная хламом. Повсюду валялись матрасы, одежда, кухонные принадлежности. Слева от двери ещё продолжали аккуратно стоять в несколько рядов коробки с консервами. Срок годности на них не закончился бы ещё пару лет.

Следующая дверь вела в душевую. Вдоль стен этой комнаты стояли лавочки и шкафчики, в глубине комнаты стояли три кабинки, закрытые шторками. На всякий случай Марфа проверила их все. К счастью, она никого там не обнаружила.

Уже направляясь к выходу, она заметила объявление на стене: «Внимание! В случае ядерного взрыва вблизи убежища использовать душ как можно реже и экономить воду! Фильтрация в условиях заражения почвы радиоактивными изотопами крайне времязатратный процесс. Администрация ИИЭ рекомендует не использовать душ чаще, чем раз в месяц, до тех пор, пока анализ грунта не будет отображать максимально допустимый уровень радиоактивных элементов. Для приблизительного расчёта можете воспользоваться таблицей периодов полураспада в наблюдательном пункте, а также библиотеке».

Далее была дверь с номером, а за ней, судя по кровати внутри, на которой остался только матрас, была спальня. Напротив неё была такая же комната с номером, но в ней мебель валялась беспорядочно. Возможно, тут было что-то вроде кабинета.

Следующие четыре комнаты: две с одной стороны, две с другой – не имели дверей. Вместо них были решётки. За этими решётками виднелись одноместные кровати. Одна из комнат привлекла внимание Марфы. В свете, пробивающимся из коридора, она увидела разбросанные по полу книги и что-то непонятное на стене напротив – надпись или рисунок.

Лязг двери. Шаг внутрь. Выключатель должен быть тут справа.

Щёлк.

Лампа загудела.

«С возвращением, беглянка», – это сообщение было оставлено маркером на стене. Большие и уродливые буквы были выведены широкими мазками. Этот «Николай» продолжал насмехаться над ней, а она даже не помнила, из-за чего. Неужели она и правда заслужила такое отношение?

Марфа осмотрела покрытые пылью книжки на полу. Все они были сказками для детей: русские народные, Пушкин, братья Гримм, Андерсен… Ещё красивый толстенький томик мифов Древней Греции с картинками.

Она увидела упавший шкаф с книжками, и сердце её сжалось. Она точно читала эти истории. Может быть, здесь, может, в другом месте. Она помнила их смутно, но в них было что-то такое… Тёплое.

В любом случае книжки не заслужили такого отношения. Они не заслужили пожизненного заключения в никому не известном бункере. Не заслужили быть забытыми и обречёнными на то, чтобы покрыться несколькими слоями пыли, так и не почувствовав тепло пальцев на своих страницах. Глупо так думать, наверное. Книги ведь не чувствуют боль.

Зато Марфа её чувствовала.

Одну за другой она подняла их с пола, смахнула пыль и положила в сумку.

– И ты полезай! И ты! – говорила она им.

Как только все книги были помещены во внезапно отяжелевшую сумку, Марфа обернулась. Камер в комнате она не увидела. А то было бы так стыдно, если кто-то увидел бы, как она разговаривает сама с собой.

Марфа взглянула на телефон. Согласно обещанию, Регина будет здесь через минут пятнадцать – можно продолжать исследование. Это место, каким бы пугающим оно ни было, казалось таким знакомым. Словно она пыталась вспомнить таящий в лучах восходящего солнца сон.

Коридор заканчивался дверью с надписью «Наблюдательный пункт». По пути к нему была оранжерея с разросшимися по ней когда-то культурными растениями, а сейчас не более чем сорняками. За оранжереей кухня с холодильником, из которого доносился отвратительный запах; маленькой плиткой, тумбочками и столом со стульями.

Напротив оранжереи и кухни была дверь без надписей и обозначений. Марфа попробовала открыть её, но она не поддалась. Рядом с ручкой был набор из считывателя карты и датчика отпечатков пальцев, как и у лифта. Не особо раздумывая, Марфа приложила палец к датчику.

– В доступе отказано, – послышался безразличный голос из динамика над дверью.

Марфа видела, как в фильмах закрытую дверь выносили очень сильным ударом. Ей всегда было интересно, получится ли у неё. Сначала ногой, потом ногой с протезом, потом плечом… не поддавалась.

– Пользователь «Марфа»! – послышался снова голос, но он звучал уже сердито. – Требую сейчас же прекратить попытки выломать дверь! В противном случае система будет вынуждена активировать режим защиты от проникновений и пустить по двери электрическое напряжение, которое может нанести ущерб вашему здоровью.

В эту же секунду искорки запрыгали по всей поверхности двери.

– Хорошо-хорошо! Не буду! – сказала Марфа голосу.

Расскажет ли она об этом бункере Регине или нет, Марфа ещё не решила. Она не знала, как можно было бы объяснить то, что с ней произошло в этот день. Оставалось надеяться на то, что Регина не будет задавать лишних вопросов.

Марфа прошла дальше и зашла в Наблюдательный Пункт. Это была огромная комната, заставленная различной техникой. Прямо напротив двери несколько рядов экранов. Большая часть показывала сухие данные об изменении температуры и влажности.

Но были и экраны, показывающие видео с камер наблюдения. Парочка из коридора, одна, видимо, установлена где-то у тарелки, и из пяти оставшихся лишь одна была рабочая и направлена на гидравлическую трубу.

Справа, в ряд около стены во всю высоту комнаты находились корпуса для серверов, но только один был заполнен маленькими жужжащими коробочками. Марфа припомнила, что в машине у Софии были подобные штуки.

Слева был бардак. Опрокинутые столы и стулья, разбитый ноутбук, бумаги и всякий прочий мусор. От чужих глаз этот позор был скрыт плотной простынёй. Марфа лёгким движением стянула её.

«Цок-цок-цок» – упал к её ногам череп. Это ещё один розыгрыш этого Николая? В институте наверняка было много пластиковых скелетов для изучения анатомии.

Но что-то подсказывало Марфе, что он настоящий.

Оставшиеся кости на груде мусора едва удерживала в одном месте одежда – старый свитер, брюки и белый халат поверх. Судя по коричневым ботинкам сорок пятого размера, останки раньше принадлежали взрослому мужчине. На халате в районе груди дыра, около которой тёмные очертания давно застывшей крови.

Как только Марфа смогла победить сковавший её страх, она тут же понеслась со всех ног к лифту. Она часто теряла равновесие, но продолжала бежать.

Проклятая комната осталась позади. Финишная прямая к лифту. Датчик. Приложила палец. Голос что-то сказал. Двери открылись.

– Увезите меня отсюда! – крикнула Марфа.

– Запускаю процедуру…

Свет в коридоре выключился в один момент.

– Скажи, что это ты сделала! Скажи! – кричала Марфа, вжавшись спиной в стенку лифта.

– Пользователь «Марфа», подтверждаю, это сделала «я», система жизнеобеспечения убежища. Напоминаю вам, что в целях сбережения энергии в отсутствие пользователей всё освещение отключается.

«В отсутствие пользователей»… Эта кучка кода даже не представляла, как Марфе хотелось именно это услышать.

Двери закрылись, лифт начал ускорение вверх. Обессилевшая Марфа сползла по стене вниз, отдышалась и достала из-под книжек термос.

Глоток воды никогда прежде не был таким освежающим.

7 

Глава 6

1 июня 2056 года V2.3.3

Широкие колёса велосипеда карабкались по кочкам под жужжание электромотора. Регина старалась ехать быстро, но опоздания она боялась намного меньше, чем аварии. Хоть на ней и был старый шлем, она знала, что он вряд ли бы спас её от серьёзных травм.

Серые здания бывшего института были уже совсем близко. Регина сбавила скорость, и мотор с громкого рыка перешёл на мягкий шёпот, а затем совсем умолк, отдавая обязанность двигать колеса педалям.

Регина выехала на площадку около гидравлической трубки. Марфа уже ждала её там, правда, выглядела она так, словно призрака увидела: опустила голову и смотрела между своими ботинками.

– Марфа! – помахала рукой Регина, та ожила и пошла к ней навстречу. – Ты как?

– Да… Нормально… – ответила Марфа едва слышно.

– Трубку один раз пережить сложно, а ты и туда, и обратно… Скоро пройдёт. Но на всякий случай давай я быстро тебя осмотрю.

Регина поставила велосипед на ручной тормоз, подошла к Марфе, заставила её покрутить головой, задала несколько вопросов о самочувствии, потом присела и осмотрела протез.

– Всё хорошо! – заключила она.

Регина достала из багажника-сиденья шлем, протянула его Марфе, убедилась, что та его плотно надела. После чего усадила её в кресло и проверила, что все ремни безопасности хорошо застёгнуты.

Удостоверившись, что с Марфой всё хорошо, Регина оседлала велосипед, и они тихонько последовали в сторону деревни.

***

Регина остановила велосипед около калитки своего дома и помогла Марфе выпутаться из плена ремней безопасности.

– Что собираешься делать? – спросила Регина, заводя велосипед за калитку.

– Не знаю, – растерянно ответила Марфа. – Наверное, продолжать лежать тюленем на больничной койке.

– Ты устала?

– Есть такое, да и что ещё делать?

– Если хочешь, можешь зайти на чай.

– Давай.

Они прошли внутрь маленького домика, где, наконец, освободили головы от давящих шлемов. Регина убрала их в шкаф. В это время Марфа что-то перебирала в сумке. После поисков она триумфально вытащила термос и протянула его Регине.

Регина заметила, что сумка была чем-то заполнена, но решила, что спрашивать о содержимом было невежливо. Она молча приняла термос и безучастно положила его в мойку.

– Кстати! У вас тут есть библиотека? – спросила Марфа.

Регина удивилась этому вопросу, но, как всегда, ответила вежливо и участливо:

– Если ты имеешь в виду библиотеку с бумажными книжками, то нет. У нас в основном читают pdf-ки из Сомовской библиотеки.

Марфа положила сумку на столик у дивана и достала книжки одну за другой, складывая их в аккуратную стопку. Регина осмотрела названия на корешках.

– Сказки? Мифы Древней Греции? Ты не слишком большая для этого? – она засмеялась.

Марфа растерялась.

– Да не. Ты неправильно поняла. Я думала, вашим детишкам отдать. Мне они ни к чему.

Регина взяла красочную книгу с самой вершины стопки, «Мифы Древней Греции». Пролистала страницы. Они были наполнены иллюстрациями богов в туниках, но на секунду мелькнуло изображение с цветами. Бегло прочитав страницу, Регина вспомнила миф о Нарциссе.

Прекрасный юноша, который разбивал сердца всем, кто в него влюблялся, был проклят богами на то, чтобы провести остаток своей жизни, любуясь собственным отражением в пруде. И всё, что от него осталось, это красивый цветок, названный в его честь.

Плоды фантазии древних людей часто вызывали в Регине отвращение своей невероятной жестокостью и бесчеловечностью. Но в то же время сложно было отрицать их поэтичность.

– Так что? – голос Марфы оборвал поток мыслей. – Ты возьмёшь?

– Не знаю… Можно их поместить в больнице. Может, будут читать, – Регина положила книжку назад и поправила стопку. – Точно! Мы же чай пришли пить!

Она тут же пошла к шкафчикам, достала кружки, насыпала высушенные травы по кружкам и нажала на кнопку на электрическом чайнике. Марфа увлечённо смотрела, как на его дне собираются пузырьки. Когда же вода вскипела, Регина разлила её по кружкам и села напротив Марфы.

– Как там?.. Как город? – едва слышно, прикрывая лицо кружкой, спросила Регина.

Марфа рассказала всё, что ей удалось увидеть во всех подробностях. Описывала в деталях столкновение с собакой, приукрашивая её ужасный облик. С каждой репликой Регина сжималась, а лицо её бледнело.

– Ой. Я забыла совсем, что вы там жили… когда-то… – наконец обратила на неё внимание Марфа.

– Ничего страшного, – Регина немного расправила плечи, но всё равно что-то продолжало тянуть их вниз. – Не знаю, чего я ожидала… Глупо было надеяться…

– На что?

Регина тяжело выдохнула.

– На то, что он снова будет жить. Я думала, что вокруг столько бродяг – может, они хотя бы поселятся там. Знаешь…

Она перевела взгляд на кружку и неуверенно продолжила.

– Родители уехали, когда мне было всего три года, и я совсем не помнила того места. Они часто рассказывали о том, какой жизнь была до Катастрофы. И мне… Мне так хотелось встретить наших старых соседей, погулять с ними по улицам нашего города, послушать их истории. Папа съездил туда лет десять назад и сказал, что мне лучше этого не видеть. Думаю, он был прав.

– Но тут же, в Пеньках, намного лучше.

Из тумана смутных воспоминаний возникли очертания некоторых историй, которые Регине рассказывали родители и другие жители деревни. Истории о бессмысленных спорах и драках, ругани и брани. Словно те люди боролись за лучшие места на тонущем корабле.

– Наверное, тут и правда лучше. Может, я и правда слишком уж размечталась. В любом случае уже ничего не исправить…

Регина подняла глаза на Марфу, которая рассеянно водила ложкой по дну кружки. И тут она обратила внимание на новый кулон у Марфы.

– А это что у тебя?

– Это… Да так, одна знакомая подарила… – промямлила она в ответ.

– Ты ездила к этой знакомой?

– Можно и так сказать.

Пальцы Марфы начали отбивать быстрый ритм о поверхность стола. Регина непонимающе взглянула на неё, но не успела она даже подобрать слова, как тишину нарушил сигнал телефона из её кармана. Тревожное сообщение.

– Нет! Нет! Нет!

Регина швырнула телефон в сторону дивана и выбежала на улицу, оставив Марфу за столом. Широкими шагами – чуть ли не прыжками – она двигалась к своей цели – группе людей, стоящих в самом центре деревни.

Один из них – мужчина средних лет с залысиной, оставшиеся двое – молодые парни. Последние трусливо прятались за старшего и отводили взгляд в сторону.

– Где Эля?! – крикнула Регина так громко и яростно, что сама испугалась.

Парни замялись.

– Ну, это… Регина, ты не сердись… Мы просто…

– Да это всё он! Это всё его идиотские идеи!

– Нет! Это он! Это он предложил!

Перепалка продолжалась недолго. Как только они пересеклись взглядом с Региной, оба вздрогнули и замолчали.

Губы её дрожали, руки сжимались в кулаки, а взгляд выжигал души Димы и Саши. Пожалуй, до этого момента никто не видел, как Регину охватывает пламя гнева. Она даже не услышала, как Марфа подошла к ним.

– Они говорят, что ходили в Солнечный и Эля там пропала, – объяснил мужчина, лицо Регины стало ещё краснее. – Говорят, хотели там Вампира Солнечного заснять.

– Что хотели?! Вы с ума сошли?! Как вы вообще туда попали? Отвечайте! Быстро! – рявкнула Регина на них, что те подскочили.

Перебивая один другого, Дима и Саша рассказали про канал в сети Сомы, в котором ребята их возраста выкладывают видео о том, как ходят по заброшенным местам и ищут призраков. Вот они и подумали, что смогут получить кучу просмотров, если смогут заснять Вампира Солнечного.

Они планировали миссию несколько дней. Проделали дыру в обветшалом заборе, зарядили аккумуляторы, сложили чеснок в рюкзаки и перекинули велосипеды на другую сторону под покровом ночи. В этот день они проделали путь до старого посёлка Солнечный, начали снимать, как и хотели.

Сначала всё было тихо, даже скучно. Вампиром и не пахло. Они разделились, чтобы лучше всё осмотреть. Спустя несколько минут послышался истошный крик. Это была Эля.

На этом моменте они начали друг друга перекрикивать. Каждый пытался доказать, что именно он героически пытался спасти подругу, а второй пустился наутёк. Регина вновь прикрикнула на них, и те перестали спорить.

– Последнее, что я видел, – дрожащим голосом завершал свой рассказ Дима, – это девушку в жуткой маске. Она вышла ко мне из-за угла дома. Не знаю, что там творится, но там что-то пострашнее вампира.

– Как можно быть настолько тупыми! – позволила себе разозлиться Регина. – Вам сколько лет, чтобы верить в эти дурацкие сказки про вампиров?! Не было там никогда вампира! Это был серийный убийца! Вы понимаете? Серийный! Убийца!

Дима и Саша потупили глаза и жалостливо попросили мужчину их отпустить. Тот в ответ махнул рукой, словно отгонял назойливых мух: «Идите уже!» И они разбежались по домам.

– Как же так?! Олег Львович, что же делать сейчас? – тревожно спросила Регина.

– Я связался с другими дежурными, двое уже пошли собираться. В прошлый раз они закрыли ворота, когда мы ломанулись туда толпой, так что лучше идти небольшим составом. Мы поедем туда и сделаем всё, что в наших силах, – ответил мужчина и тяжко вздохнул. – Прости, Регина, что я втягиваю тебя в это. Твои родители не отвечают.

– Ну да… Папа уехал, а мама сейчас на операции. Надеюсь, всё это окажется простым розыгрышем, и мы вернёмся до того, как они узнают об этом всём, – Регина нервно рассмеялась.

– Мне нравится твой позитивный настрой, но нужно трезво оценивать ситуацию. Я позвал тебя, потому что нам может потребоваться медик. Да и я думаю, ты бы всё равно поехала бы с нами. Не волнуйся, мы не дадим тебя в обиду!

– Я с вами! – послышался звонкий голос Марфы.

Олег Львович удивлённо уставился. Регина тоже наконец заметила её присутствие:

– Нет! Не может быть и речи! Ты – пациент! Твоё место в больнице!

– Девочки, вы решайте этот вопрос сами, мне нужно тоже собраться, – сказал Олег Львович, повернувшись к своему дому. – Если что, у нас хватит в машине места для неё.

Почему это Марфа предложила свою помощь? Она явно не понимала всю серьёзность ситуации. Ярко-зелёное кольцо раздражало своим отвратительным сиянием. Регина сжала его кончиками пальцев и нервно завращала из стороны в сторону.

Столько времени прошло, а она не сделала и шага. Ей было страшно. Раньше казалось, что ради семьи, а тем более своей единственной подруги, Регина готова пойти на всё. Но в этот момент она хотела провалиться под землю и ждать, когда этот кошмар закончится.

Как можно волноваться за себя, когда сестра в смертельной опасности?

Кольцо продолжало сиять зелёным.

– Регина! Регина! – Марфа махала рукой перед её лицом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.