Анатолий Хитров
Полководцы и флотоводцы. Они вершили историю России

Автор выражает искреннюю признательность к.т.н. Хитровой Л. Н. и ветерану РВСН подполковнику в отставке Киселёву Л. А. за помощь в подготовке рукописи к изданию.

Давая возможность авторам высказаться, Издательство может не разделять мнение авторов.

© Хитров А.Н., 2023

© ООО «Издательство Родина», 2023

Тринадцатый век
1221–1263

Александр Невский

1

Святой новгородский князь Александр Невский вошёл в историю как национальный герой, которым россияне гордятся по сей день. Будучи разумным государственным деятелем, политиком, великим воином, стратегом, он заслужил звание хранителя свободы русского народа и его православной веры.

Александр Невский родился 13 мая 1221 года в Переславле-Залесском (Владимиро-Суздальское княжество). При крещении получил своё имя в честь святого мученика Александра Римского воина.

Его отец Ярослав Всеволодович был одним из младших сыновей великого князя владимирского Всеволода Юрьевича Большое Гнездо. Мать – княгиня Ростислава (при крещении – Феодосия) была дочерью новгородского и галицкого князя Мстислава Удатного (т. е. «Удачливого»), смелого и талантливого полководца конца XII и начала XIII веков.

Она была тихой и смиренной, отдавшей себя женскому служению. Прожила с мужем в любви и согласии 40 лет, родила ему 11 детей, из них 9 сыновей и 2 дочерей. Из сыновей только один (второй сын Александр) стал исторической личностью – известным на Руси князем, мудрым политиком, великим полководцем и святым Русской православной церкви. Видно, при рождении сам Господь его поцеловал…

В детстве Александр быстро научился читать и писать, пристрастился к чтению книг, был серьёзен, спокоен, рассудителен и в то же время – добр, силён, жесток к врагам и ловок. Эти, казалось бы, противоречивые черты характера пригодились ему в дальнейшей жизни и государственной деятельности.

Спокойные и интересные его детские годы в Переславле, к сожалению, были очень кратки. Причиной тому был переезд семьи в Новгород Великий, где Александру рано пришлось войти во взрослую жизнь.

Княжение отца в Новгороде оказалось трудным и весьма неспокойным. В течение почти семи лет князю Ярославу Всеволодовичу пришлось провести в боевых походах на Литву, Емь и Чудь, со всех сторон наседавших на новгородские земли. В то же время в самом городе между жителями часто возникали распри, требующие твёрдой княжеской руки и воли для наведения порядка. Четырежды князь Ярослав уезжал в Переславль и вновь возвращался в Новгород по просьбе самих жителей.

Несмотря на свой детский возраст, Александр уже тогда познал, что такое борьба князей за власть и что такое народные волнения и мятежи новгородцев против насилия бояр.

В 1228 году, покидая в очередной раз Новгород, князь Ярослав Всеволодович решил в качестве своих наместников оставить малолетних сыновей (8-летнего Фёдора и 7-летнего Александра), под присмотром их воспитателя боярина Фёдора Даниловича. Но уже в феврале следующего года молодым княжичам пришлось бежать из Новгорода, опасаясь за свою жизнь – в городе начались волнения. Так что первый опыт правления князя Александра стал первым «знакомством» с новгородской вольницей. Конечно, отец быстро «успокоил» восставших и вернул беглецов в Новгород.

Через 8 лет совместного княжения старший из братьев Фёдор, достигнув совершеннолетия, решил жениться. На торжество, связанное с венчанием молодых, были приглашены родичи жениха и невесты. Но случилось то, что в жизни бывает очень редко: гости съехались не на свадьбу, а на похороны. Накануне жених неожиданно сильно занемог и скоропостижно скончался.

Все тяготы княжения в Новгороде легли на плечи 15-летнего Александра. Несмотря на личную трагедию, связанную с уходом из жизни старшего брата, Александр стойко перенёс семейную трагедию. Помогла сила воля его характера, приобретённая ещё в детские годы. Недаром говорят: «Всё начинается с детства…»

Первые годы самостоятельного княжения Александра в Новгороде проходили в сложной и неспокойной международной обстановке. В декабре 1236 года папа римский Григорий IX торжественно провозгласил крестовый поход с целью насаждения католичества среди финских язычников и русского православия, который на самом деле означал захват новых земель Ливонским орденом. Однако из-за несогласованности в действиях немецких рыцарей, шведских войск, боевых отрядов Литвы поход оказался неудачным.

Через год папа римский объявил о втором крестовом походе с той же целью. На этот раз поход на Финляндию проходил под командованием рыцаря Ливонского ордена Биргера. К нему присоединились датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман фон Балк. Они договорились о разделе Эстландии, совместных боевых действиях в Прибалтике и захвате Новгородских земель.

Молодому новгородскому князю Александру Ярославичу ничего не оставалось, как браться за оружие и сражаться. В этих условиях 15-летнему князю пришлось принимать самостоятельные и важные решения. В частности, ливонский вице-магистр Андреас фон Вельвен специально приезжал на переговоры с Александром. В результате князь согласился прислать небольшой отряд в 200 псковских лучников, чтобы принять участие в походе немцев на одну из прибалтийских стран.

Этим ему удалось на время обезопасить границу русских в Прибалтике и не допустить совместных действий Швеции и Ордена меченосцев против Новгорода, сохранив силы для последующей решительной борьбы. Таким образом, политика совсем ещё молодого князя Александра оказалась достаточно дальновидной.

2

В начале 1238 года на Русь нагрянули полчища монголо-татарского войска во главе с ханом Батыем. Они быстро опустошили разрозненные удельные северо-восточные российские княжества. В историю это событие вошло как Нашествие Батыя. Великий князь владимирский Юрий Всеволодович попытался «пойти на Батыя с мечом» и сосредоточил все имеющиеся у него силы у речки Сить для решающего сражения. Туда же должны были подойти полки Ярослава Всеволодовича, который в те годы княжил в Киеве, и дружина Александра из Новгорода. Но они опоздали… Хитрый и коварный хан Батый со своей конницей внезапно напал на русских ранним утром. Войско Юрия Всеволодовича было разгромлено, а сам князь погиб.

Нашествием Батыя на Русь воспользовались литовцы, захватившие в 1239 году Смоленск. Понимая, что захват важного русского города может спровоцировать нападение литовцев на другие новгородские земли, Александр стал собирать войско для отпора врагу. И ему это удалось…

Следует отметить, что 1239–1242 годы для совсем ещё юного новгородского князя Александра Ярославича стали в его жизни важными:

– во-первых, ему удалось укрепить границу на западе с Литвой;

– во-вторых, он женился;

– в-третьих, за победу на Неве князь получил историческое прозвище – Невский.

Своё первое в жизни сражение 18-летний князь новгородский Александр провёл весьма успешно: при поддержке отряда лучников, присланным отцом из Владимира, он отвоевал у литовцев город Дерпт. Потом была важная победа в сражении за Смоленск. После окончания в 1239 году войны с Литовским княжеством Александр стал укреплять границу, поставив городки по реке Шелони. Наступил хоть и кратковременный, но мир…

Слегка отдохнув от ратных дел, князь Александр Ярославич (18 лет от роду) решил жениться. Осенью 1239 года состоялся его династический брак – он женился на княжне Александре, дочери князя Братислава Полоцкого. Венчание молодых проводилось при большом стечении прихожан храма святого Георгия в Торопце.

Через год у новобрачных на свет появился сын Василий, а потом жена подарила мужу ещё трёх сыновей: Дмитрия, будущего князя новгородского, переславского и владимирского; Андрея, который будет костромским, владимирским и городецким князем; Даниила – первого князя московского. У княжеской пары также была дочь Евдокия, которая впоследствии вышла замуж за Константина Ростиславовича смоленского.

Наступил 1240 год… К сожалению, после венчания и свадьбы князю Александру Ярославичу насладиться семейным счастьем не удалось. Недруги из Западной Европы не давали покоя. Ещё в апреле 1239 года Ливонский орден снарядил посольство в Новгород во главе с рыцарем Андреасом фон Вельвеном, который в качестве шпиона готовил почву для нападения на Псков и Новгород. Слухи о разорении Руси Золотой Ордой во главе с ханом Батыем давали рыцарству надежду на относительно лёгкую победу, что вызывало новые посягательства на новгородские земли.

Первой из западных стран этой возможностью воспользовалась Швеция. Летом 1240 года её флот вошёл в Неву, планируя овладеть Ладогой. Для размещения пехотных полков они разбили лагерь возле устья Ижоры.

Узнав об этом от местных старейшин, князь Александр решил действовать согласно русской поговорке: «Куй железо, пока горячо». Он спешно собрал конную дружину (своих воинов и часть новгородских) и, не дожидаясь подмоги из Владимира, выступил к Ладоге, полагая, что захват именно этого города является целью врага. Но после разведки выяснилось, что планы у шведов были более агрессивными: они начали строить опорный пункт (лагерь) в устье Ижоры и там размещать свои войска для дальнейшего захвата русских земель.

Зная замысел врага, князь Александр сумел скрытно подойти к лагерю шведов и нанести внезапный удар. По словам летописца, битва началась рано утром в воскресный день 15 июля 1240 года. Внезапное появление русских в лагере вызвало среди шведов панику. Часть их бросилась на корабли, другая старалась переправиться на левый берег реки Ижоры. Предводитель шведского войска пытался оказать сопротивление русским воинам, поставив оставшихся в боевые порядки. Но всё было тщетно. Непрерывно атакуя, русские заставили их бежать.

В этой атаке 19-летний Александр проявил большое личное мужество. Неся большие потери, шведы с трудом добрались до своих кораблей, погрузили на них тела наиболее знатных воинов и спешно отплыли в море.

Таким образом, первое крупное боестолкновение юного полководца князя Александра Ярославича закончилось полным триумфом. Именно после этой исторической победы на Неве он ещё при жизни получил своё славное прозвище Невский. В этой битве отчётливо проявился полководческий почерк князя: глубокая разведка, умение быстро ориентироваться в меняющейся обстановке, создание перевеса сил на направлении главного удара, готовность личным примером увлечь воинов в атаку.

Историки особо отмечают, что эта победа не позволила шведским феодалам закрепиться в этом районе и закрыть Новгороду и другим русским землям выход к морю. На Руси этот успех был особенно значителен на фоне трагедии нашествия Батыя.

Победа в битве на Неве и другие прежние победы новгородского князя Александра Невского подняли его авторитет как на Руси, так и за рубежом. Некоторые новгородские бояре испугались возросшего влияния молодого князя и путём различных каверз и подстрекательств добились того, чтобы он уехал к отцу во Владимир.

Этим сразу же воспользовались недруги России. В конце августа 1240 года на псковские земли вторглись крестоносцы Ливонского ордена. После кратковременной осады они завладели Изборском. Затем защитники католической веры осадили Псков и быстро заняли его с помощью бояр-изменников. Не встречая особого сопротивления, крестоносцы захватили земли вожан и крепость Копорье.

Когда немцы приблизились к Новгороду на расстояние в 30 вёрст, новгородцы вдруг одумались и срочно обратились к владимирскому князю Ярославу Всеволодовичу за помощью: умоляли вернуть им князя Александра на княжение. Великий князь владимирский Ярослав простил их и предложил на княжение сына Андрея, но они настояли на кандидатуре Александра.

В начале 1241 года князь Александр Невский со своей дружиной вернулся в Новгород Великий и немедленно приступил к мобилизации всех сил для защиты города и дальнейшего генерального сражения с целью разгрома армии Ливонского ордена. По призыву князя Александра на помощь новгородцам прибыли войска из Владимира и Суздали под командованием его брата князя Андрея. Соединённое новгородско-владимирское войско немедленно двинулось в поход на передовые позиции немецких захватчиков и, отрезав дороги из Ливонии на Псков, завладели городом Псковом, а потом и Изборском.

Основное войско Ливонского ордена в количестве от 12 до 14 тысяч конников и пеших воинов было сосредоточено под Юрьевом. Туда со своим войском в 15 тысяч конников и лучников двинулся Александр Невский. Но приблизившись к врагу, он как мудрый стратег и тактик отступил. Князь Александр решил провести решающее сражение на льду Чудского озера.

Не разгадав замысла молодого полководца, немецкие рыцари двинулись на русские полки, используя своё любимое построение войска «свиньёй» – глубокой колонной, начинающейся тупым клином. Такое построение войска позволяло тяжеловесной рыцарской коннице наносить таранный удар и ломать боевые порядки неприятеля.

В начале боя так и произошло. Рыцари в тяжёлых доспехах на конях ринулись на русских лучников, которые еле сдерживали немецкую громаду и постепенно отступали к центру озера. Со временем немцам удалось частично прорвать строй русских полков, и битва приняла крайне упорный характер.

Именно в этот решающий момент с флангов ударила новгородская лёгкая кавалерия. Это был заранее продуманный и спланированный ход сражения, который подтверждает полководческий талант Александра Невского.

Такого удара с флангов немцы явно не ожидали и дрогнули. Построение их войска «свиньёй» превратилось в месиво полков. Это как в стихотворении Михаила Лермонтова «Бородино»:

Смешались в кучу кони, люди…

Лёд не выдержал тяжести конных рыцарей в железных доспехах, и часть войска Ливонского ордена оказалась на дне Чудского озера. Уцелевшие конники и пешие воины, слегка «огрызаясь», устремились к берегу. Согласно новгородской летописи, «русские 7 вёрст преследовали немцев по льду».

Это сражение произошло 15 апреля 1242 года и вошло в историю как Ледовое побоище. По условиям мирного договора, подписанного Ливонским орденом, он отказался от недавних завоеваний и отступил от Новгорода и Пскова.

Военные успехи Александра Невского позволили ему повысить свой авторитет как защитника русских земель. Поэтому благодарные новгородцы даже и не помышляли о замене князя на другого. А он продолжал княжить в Новгороде, уверенно выполняя свой долг.

Так, уже через три года ему вновь пришлось взяться за меч, чтобы «угомонить» литовцев: в 1245 году они вероломно напали на принадлежащие Новгороду земли Торжка и Бежецкого Верха. Александр Невский во главе своей конной дружины и новгородских лучников успешно отразил этот набег, а потом и разбил литовцев под Жижитом и Усветом.

Не успел князь Александр Невский навести порядок на западных рубежах России, как возникла проблема на Востоке. Она была связана с урегулированием острых вопросов с монголами, которые установили свою власть над большинством русских княжеств, не ограничиваясь только обложением данью. Наводя свои порядки, они жестоко обращались с населением, вплоть до лишения жизни.

Отец Александра Невского великий князь владимирский Ярослав Всеволодович на правах столичного князя решил собрать войско для того, чтобы «прогнать Золотую Орду с русской земли». Однако убедить удельных князей освободить Русь от монголо-татар силой оружия ему не удалось.

В конце 1245 года им была предпринята попытка решить эту проблему миром. Для этого он с дарами отправился к хану Батыю в столицу монгольской империи город Каракорум, что на реке Орхон. Поездка оказалась роковой: мира он не добился, был отравлен и 30 сентября 1246 года скончался.

3

После смерти отца решение вопросов, связанных с распределением княжеских владений в «русском улусе» Золотой Орды, легло на плечи Александра Невского. Он, как и его отец, не стал брать в руки меч, чтобы добиться «правды». Его стратегия осталась прежней: на западной границе Руси – беспощадная борьба с врагами на поле боя, на восточной – мирное сосуществование.

В течение двух лет (1247–1249) князь Александр Невский ездил к хану Батыю в Орду и Каракорум на переговоры. Чтобы в своё отсутствие защитить западные рубежи России от новых крестовых походов Ливонского ордена, он провёл тонкую дипломатическую игру: вступил в переписку с римским папой, не давая при этом никаких конкретных обещаний.

Пребывание в монгольских владениях позволили Александру Невскому оценить их реальную силу, чтобы оградить себя от непродуманных военных действий против Орды. Кроме того, ему, как великому дипломату, удалось заполучить от Батыя существенные послабления:

1) русские удельные князья, находящиеся в зависимости от монголо-татар, свободно получали ярлыки на свои владения ежегодно и непосредственно в Орде без всяких даров;

2) вопросы распределения улусов решались на княжеских съездах без участия монгольских сотников;

3) во время мобилизации в Орде русское население не стало входить в монгольское войско;

4) зависимость русских от монголов в повседневной жизни ограничивалась лишь в своевременной выплате дани.

Однако, несмотря на эти послабления, грабежи русских земель со стороны монголо-татарской Орды продолжились. В этой ситуации некоторые удельные князья, включая близких родственников Александра Невского, стали роптать, требуя «с мечом идти на Батыя». Однако князь Александр по-прежнему твёрдо придерживался своей внешней политики.

Его восточная политика во время поездок в Орду (1252, 1257, 1263 гг.) имела цель не допустить дальнейших нашествий монголо-татар на Русь и была связана с мирным урегулированием конфликтов. Занявший после смерти отца владимирский великокняжеский стол, он не поддержал планируемое восстание своих братьев Андрея и Ярослава Ярославичей против монголо-татарского ига, как заведомо обречённое на провал.

При этом он остался с братьями в дружбе и союзнических отношениях. Хотя… Отстаивая свою мирную стратегию на Востоке, он действовал жёстко и решительно (в том числе против собственного сына Василия). Когда в 1259–1260 гг. монгольские «численники» вновь приехали в Новгород, чтобы провести перепись («число») жителей города для обложения данью, ему с большим трудом удалось сдержать новгородцев от восстания. Василий тогда был оставлен княжить в Новгороде, но был лишён права наследования великого владимирского стола.

Следует отметить, что годы середины XIII века для княжения Александра Невского оказались наиболее трудными. Ему приходилось решать проблемы, возникающие как на Западе, так и на Востоке. Причём если на Востоке он ограничивался лишь мирными переговорами, то при попытках западных соседей России нарушать её границы князь действовал, как и прежде, решительно и с применением военной силы.

Так, в 1255 году шведы и датчане начали строить опорную крепость на берегу реки Нарвы, принадлежащем Новгороду. Отсюда они рассчитывали начать наступление на вожские и ижорские племена, входящие в Новгородское княжество.

Узнав об этом, новгородцы обратились за помощью во Владимир и стали собирать собственное ополчение. Когда слухи об Александре Невском дошли до шведов и их союзников, они, не дожидаясь прихода боевых дружин князя, спешно погрузились на шведские корабли и бежали за море.

Это бегство врагов позволило Александру Невскому зимой 1256 года предпринять поход из Новгорода на ранее захваченную шведами землю финского племени Хеме (по русской летописи «Емь»).

Этот поход оказался для князя Александра Невского как полководца последним. Несмотря на суровые зимние условия, он закончился вполне успешно. После этой победы внимание шведских феодалов надолго переключилось с Новгорода на Финляндию.

Вернулся домой во Владимир князь Александр Невский в хорошем настроении. Однако через некоторое время с Востока пришли плохие вести: ордынский хан Берке, младший брат Батыя, придя к власти, вновь вернулся к принудительной мобилизации жителей Руси в монгольское войско. Александр Невский в 1262–1263 гг. был вынужден отправиться в столицу Орды Сарай-Берке (т. е. двор Берке), чтобы вернуть послабление, данное ранее Батыем.

Летописцы отмечают, что хан Берке несколько месяцев держал у себя князя Александра Ярославича, пока тот не заболел, причём сильно. Возможно, сказалось обострение тяжёлой ранее болезни. Что касается возможного отравления, как случилось в Орде с его отцом Ярославом Всеволодовичем, об этом история умалчивает…

Будучи больным, князь Александр Невский с большим трудом по Волге через Нижний Новгород добрался до Городца. Болезнь не отступала, и он понял, что до Владимира ему не доехать. Днём 14 ноября 1263 года Александр Ярославич постригся в монахи (под именем Алексей), а вечером того же дня скончался.

4

Похоронили Александра Невского во Владимире в Рождественском монастыре рядом с его известным дедом Всеволодом Большое Гнездо.

После смерти великого князя владимирского Александра Невского стольным градом Руси правили сначала его младшие братья, а потом сыновья Андрей и Дмитрий (старший сын Фёдор, как известно, умер в юном возрасте, а сын Василий был лишён княжения во Владимире ещё отцом за попытку восстания в Новгороде). Поэтому борьба за владимирский великий стол началась между его сыновьями Андреем и Дмитрием. Эта борьба за власть вновь повергла Северо-Восточную Русь в пучину княжеских междоусобиц и на долгие годы задержала её развитие в плане создания единого Русского государства.

Русская церковь высоко оценила роль Александра Невского. В 1269 году во многих русских храмах появилась патрональная икона семьи – «Святой Александр». О его ратных подвигах была написана «Повесть о житии и о храбрости благоверного и великого князя Александра», или «Повесть о житии Александра Невского» (датируется 80-ми годами XIII века).

Особым для священного православия оказался 1381 год: после победы на Куликовом поле, в обстановке общенационального подъёма, состоялось обретение мощей Александра Ярославича – его тело было обнаружено нетленным и перенесено в раку поверх земли.

В 1547 году на церковном соборе состоялась общероссийская канонизация Александра Невского (причисление к лику святых), после чего была составлена новая редакция его «Жития» с добавлением новых чудес правоверного воина.

К памяти полководца Александра Невского приложил свою руку и император Пётр Великий, который высоко ценил его роль в истории России. В 1724 году он решил перезахоронить святого Александра Невского. Рака с его мощами была перевезена в стольный град Санкт-Петербург и установлена в Александро-Невской лавре. Там же на площади у входа в лавру ему был сооружён памятник.

Позже, при советской власти, в мае 1922 года рака с мощами Александра Невского была вскрыта, а потом передана в Эрмитаж, где и находится по сей день.

Церковное и государственное почитание Александра Невского продолжалось и в последующие годы, а в период конца 1941 года приобрело также светский характер (учреждение ордена «Александр Невский», установка памятников, наименование улиц и пр.). О нём снимались кинофильмы («Александр Невский» режиссёра Сергея Эйзенштейна и др.), писалась музыка (кантата композитора Прокофьева «Александр Невский» и др.). А в 2016 году решением патриарха Московского и всея Руси Кирилла святой воин Александр Невский определён небесным покровителем Сухопутных войск Российской Федерации.

Историки, оценивая значение личности Александра Невского, отмечают, что «его жизнь с подросткового возраста была наполнена крупными событиями, сложными дипломатическими переговорами, решительными битвами и победами. Как полководец он едва ли имеет себе равных среди других князей средневековой Руси».

Известно, что он не проиграл ни одного сражения. Будучи человеком своей эпохи, он сочетал в себе доброту к подданным и заботу о них, но в то же время был жесток к врагам и изменникам.

Он осуждал междоусобную борьбу удельных князей. Примечательно, что Александр Невский ни разу в своей жизни не участвовал в кровавых междоусобных схватках за власть. Проводя дипломатические переговоры, в частности с ханами Золотой Орды, он добивался облегчения жизни покорённого русского народа.

Подводя итог повествованию, нужно подчеркнуть, что главными чертами государственной деятельности великого князя Александра Ярославича в критический момент русской истории стали сохранение целостности территории, обеспечение границ, забота о населении родной земли, укрепление православной веры. Всё это и определяет выдающееся значение Александра Невского в истории России.

«Князь Александр Невский в битве на Чудском озере». Миниатюра из «Лицевого летописного свода»

Клавдий Лебедев. «Александр Невский возвращается с Ледового побоища с полоном и добычею во Псков (1242 год).

Валентин Серов. «Въезд Александра Невского в Псков после Ледового побоища»

Ф. Моллер. «Александр Невский побеждает ярла Биргера на реке Йжоре». Роспись Большого Кремлёвского дворца

Павел Корин. «Александр Невский». Фрагмент

Икона святого благоверного князя Александра Невского

Четырнадцатый век
1350–1389

Дмитрий Донской

1

Великий князь московский Дмитрий Иванович (Донской) вошёл в историю как полководец и государственный деятель – собиратель русских земель и освободитель Руси от монголо-татарского ига. Своё имя Дмитрий Донской получил за историческую победу в Куликовской битве, разгромив войско Золотой Орды.

Родился Дмитрий Донской в княжеской семье, родословная которой своими корнями уходит к древнейшему на Руси роду Рюриковичей.

Отец Дмитрия – великий князь московский Иван II Красный – был сыном известного московского князя Ивана Калиты. Мать, княгиня Александра Ивановна, была второй женой Ивана II Красного. Родители поженились в 1345 году и жили в уездном Звенигородском княжестве. При крещении родители дали младенцу имя Дмитрий в честь святого Дмитрия Саульского, покровителя воинства.

Отметим, что рождение и первые годы жизни княжича Дмитрия Ивановича совпали с тяжёлым и страшным периодом в истории человечества. Когда Дмитрию едва исполнилось 3 года, на Русь обрушилось моровое поветрие – чума. Кроме того, были пожар, засуха, голод. Заразная и смертельная болезнь проникла на Запад с Востока с торговыми караванами. Очаг эпидемии вспыхнул в Китае.

На Руси поветрие сначала проникло в Псков, потом перекинулось на Новгород. Целиком, до последнего человека, вымерло население Белозерска.

В своём известном труде «История государства Российского» Н. М. Карамзин писал: «Сия жестокая язва несколько раз проходила и возвращалась. В Смоленске она свирепствовала три раза. Наконец, в 1387 году осталось в нём только пять человек, которые, по словам летописи, вышли и затворили город, наполненный трупами».

Болезнь коснулась и княжеских семей: у князя московского Симеона (старшего брата Ивана II Красного) сначала умерли от чумы малолетние сыновья – наследники Московского престола, а потом ушёл из жизни и он сам.

В это непростое время в семье звенигородского князя Ивана II Красного родился ещё один ребёнок, которого родители назвали в честь отца и деда Иваном (Малым).

В 1353 году, после смерти от чумы старшего брата московского князя Симеона Гордого, отец Дмитрия Иван II Красный совершил трудную для русских князей поездку в Золотую Орду, взяв с собой богатые подарки великому хану, его семейству и вельможам. В Сарае он получил ярлык на великое княжение и стал первым по старшинству правителем на Руси. Так судьба княжича Дмитрия сделала крутой поворот: из наследника уезда он стал наследником великокняжеской власти.

В Москве воспитателем и духовным наставником пятилетнего мальчика Дмитрия стал сам патриарх Киевский и всея Руси Алексий (в миру Бякон). Это был человек огромного ума, большого такта, широкого политического кругозора. Он имел поддержку среди православных людей, живших в Московском княжестве, что по тем временам имело решающее значение. Более того, в качестве верховного главы церкви Алексий обладал вполне реальной властью над всеми русскими князьями без исключения. Он умел пользоваться своим авторитетом для проведения в жизнь идеи главенства Москвы в Северо-Восточной Руси. Повзрослев, Дмитрий не раз советовался с ним, продолжая политику отца и деда по собиранию земель вокруг Москвы.

Со временем злое поветрие ушло, а Господь даровал Дмитрию жизнь для его дальнейших добрых дел…

О раннем детстве Дмитрия Донского в исторической литературе сказано совсем немного. Из документальных источников до нас дошёл, пожалуй, лишь анонимный памятник XIV века «Слово о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича, царя русского». В нём о ранних годах княжича Дмитрия говорится следующее: «Воспитан же он был в благочестии и славе, с наставлениями душеполезными и с младенческих лет возлюбил Бога. Ещё юн был годами, но духовным предавался он делам, праздных бесед не вёл, непристойных слов не любил и злонравных людей избегал, а с добродетельными всегда беседовал».

Отец всё свободное время находился рядом с сыном и обучал его, как надо решать житейские и государственные дела. Но не по книжкам, а своим примером.

По мнению историков, становление князя Дмитрия Донского как полководца и государственного деятеля началось именно с детских лет: воспитанный среди опасностей и шума воинского, он не имел знаний, почерпнутых в книгах, но знал Россию и науку правления силою своего разума…

Когда мальчику Дмитрию исполнилось 9 лет, его отец скоропостижно скончался (13 ноября 1359 года в возрасте 33 лет). О причинах смерти великого князя московского Ивана II Красного в летописи не осталось ни слова. Все свои владения князь завещал сыновьям и близким родственникам.

Москва со всеми землями была поделена на три равные части между Дмитрием, Иваном и их двоюродным братом Владимиром Андреевичем серпуховским. Дмитрий, как старший в роду, получил также два важнейших на Руси города – Коломну и Можайск.

По праву престолонаследия во главе Русского государства стал девятилетний княжич Дмитрий Иванович, а его опекуном – митрополит Алексий. В течение последующих нескольких лет именно он станет фактическим правителем на Руси.

В 1360 году митрополит Алексий отправил юного Дмитрия во главе Московской делегации с дарами в столицу Золотой Орды Сарай за ханским ярлыком на великое княжение. Поездка была сопряжена с большой опасностью, но являлась крайне важной с политической точки зрения.

К сожалению, этот вояж в Орду оказался неудачным: право на великокняжеский престол, который принадлежал его отцу, юный княжич Дмитрий (ему было 10 лет) не получил, поскольку в Орде не было принято выдавать ярлыки на великое княжение вассалам-детям.

Ярлык ушёл в Суздальское княжество князю Дмитрию Константиновичу. Казалось, что будущее не сулит юному князю московскому особо радужных надежд и с мечтой о первенстве на Руси покончено. Однако мудрый опекун юного князя патриарх всея Руси Алексий так не считал. Он знал о междоусобице со сменой власти в Золотой Орде и умело воспользовался этим. Зная заинтересованность очередного золотоордынского хана в русском серебре, Алексий в 1312 году вновь отправляет подросшего 12-летнего Дмитрия в Сарай, где новый хан Мурат вручил ему желанный ярлык на великое княжение.

Узнав об этом, якобы неправомерном решении Золотой Орды, некоторые удельные князья во всеуслышание заявили о нежелании подчиняться Москве. Наиболее строптивыми оказались князья Дмитрий Суздальский, Михаил Тверской и Олег Рязанский.

2

В этой ситуации московские бояре, воодушевлённые полученным ярлыком на великое княжение, недолго думая, решили «пойти войной» на Суздаль. Они собрали большое войско, посадили на коней малолетних наследников московского престола – Дмитрия, его брата Ивана и их двоюродного брата Владимира – и двинули свои полки на Суздальское княжество.

После длительного противостояния войск двух княжеств князь суздальский Дмитрий Константинович уступил, бежал перед дружиной 13-летнего князя московского Дмитрия Ивановича и попросил мира.

В Москву князь Дмитрий Иванович вернулся летом 1363 года, когда природа преподнесла человечеству новую напасть – большое солнечное затмение! Летописцы разных городов древней Руси отмечали: «Солнце черно, акы гвозди, а мгла велика стояла со два месяца». Озёра, пруды и ручьи в оврагах пересохли, земля окаменела. В городах снова начался мор.

Но Господь вновь спас жизнь юному князю для свершения им ратных и добрых дел.

За последние три года юноша повзрослел, возмужал. По вечерам его одолевали мысли о случайной встрече с красивой девочкой. Встреча произошла в имении побеждённого им Суздальского князя Дмитрия Константиновича, а девочкой оказалась его дочь Евдокия. Юный князь московский Дмитрий понял, что влюблён в красавицу Евдокию, и решил на ней жениться.

Следует заметить, что в те давние времена (не только на Руси, но и в Европе) были весьма «модными» династические браки для создания военно-политических союзов. Так случилось и на этот раз: бывшие враги вдруг стали близкими родственниками.

Князь суздальский Дмитрий Константинович дал согласие на брак своей дочери. При этом он отказался от притязания на ярлык великого Владимирского княжества в пользу Москвы, и князь московский Дмитрий Иванович получил право считаться великим князем. В свою очередь суздальский князь Дмитрий Константинович получил право на княжение в более богатом и известном на Руси Нижнем Новгороде.

К тому времени в Москве случился очередной пожар. Она почти полностью выгорела, не устоял даже дубовый Кремль Ивана Калиты, стены которого были обмазаны глиной и побелены известью. Поэтому свадьбу молодых (князю Дмитрию было 15 лет, Евдокии на 2 года меньше) сыграли в Коломне, вдали от Москвы и Нижнего Новгорода. Венчались молодожёны, как гласит предание, в каменной Воскресенской церкви.

Забегая вперёд – брак между Дмитрием и Евдокией был крепким и долгим. В любви и согласии они прожили почти четверть века. Жена подарила мужу 12 детей. К вопросам, связанным с семьёй и семейными отношениями, князь Дмитрий Иванович относился трепетно и с благоговением.

Брачный месяц молодожёнов прошёл в Коломне. Для юного князя московского Дмитрия это было время чудесной спокойной семейной жизни, когда можно подумать и помечтать о своём княжении, укреплении Москвы от врагов и расширении границ Московского княжества.

Именно в Коломне у него возникла мысль построить в Москве белокаменный Кремль, где в случае необходимости можно укрыться от пожаров и врагов. Московские бояре и русская церковь во главе с патриархом Алексием князя поддержали, и вскоре грандиозная московская стройка завладела душами всех москвичей от мала до велика. Вот что сообщает об этом историческом событии Рогожская летопись: «В зиму 1367 года князь великий Дмитрий Иванович, погадав с братом своим и боярами старейшими, задумал ставить город каменный Москву. Да что умыслил, то и сотворил».

Известковые камни для строительства Кремля возили на санях по руслу замёрзшей Москвы-реки, а весной сплавляли их на плотах из Мячковских каменоломен, которые находились недалеко от Москвы. Крепость с девятью башнями начали строить одновременно по трём линиям, разделённым на боярские участки. Кроме белокаменного Кремля в Москве были возведены монастыри-крепости (Симонов, Андронников), прикрывавшие подступы к центру города. Кроме того, Кремль впервые на Руси был оснащён огнестрельным оружием – пушками.

В дальнейшем новые мощные стены Московского Кремля каждый раз выдерживали натиск врагов. По мнению историков, построенный белокаменный Кремль стал первой исторической победой юного князя московского Дмитрия Донского.

Железные ворота нового каменного Кремля были гостеприимно раскрыты лишь для ханских послов Золотой Орды (молодой князь Дмитрий, как его отец и дед, пока предпочитал откупаться от ордынских ханов богатыми подарками). Для других соседей и дальних удельных князей-соперников Кремль стал недоступен.

Этим был весьма недоволен удельный князь Михаил Тверской, который и раньше враждебно относился к правителям Москвы. Иногда он приезжал в Москву без приглашения. В 1368 году, когда князь тверской Михаил оказался в Москве, он со своими боярами был схвачен и помещён в заточение. Лишь вмешательство ордынских послов, находящихся тогда в столице, вернуло Михаилу свободу.

Озлобленный князь Михаил, вернувшись в Тверь, стал энергично готовиться к войне с Москвой. Но и князь московский Дмитрий «не дремал». Не дожидаясь, пока Михаил соберёт силы, он двинул полки на противника, и тот, спасая свою жизнь, бежал в Литву. Там жила его сестра, которая была замужем за великим князем литовским Ольгердом. Михаил обратился к своему шурину за военной помощью и попросил Ольгерда пойти войной на Москву. Князь Ольгерд словно того и ждал. Он, подстрекаемый католической церковью и лично папой римским, давно искал повода, чтобы разобраться с православной Москвой, а заодно захватить часть её земель.

К сожалению, 18-летний великий московский князь Дмитрий Иванович не обладал ещё достаточным опытом и не принял заградительных мер на западных рубежах Российского государства. Дорога на Москву для Ольгерда, который быстро собрал войско, была практически открыта.

О нашествии литовских войск в Москве узнали слишком поздно. Наспех собранный сторожевой полк под руководством воевод Дмитрия Минина и Анкифа Шубы был полностью уничтожен превосходящими силами конницы Ольгерда 21 ноября 1368 года. Князь Дмитрий Иванович (вместе с боярами и патриархом Алексием) укрылся в своём стольном граде и приготовился к обороне, держа под рукой свою небольшую дружину. В течение трёх дней и ночей войска Ольгерда осаждали новую каменную крепость, но Москва не сдалась. Захватив добычу и пленных, Ольгерд ушёл в Литву, приказав сжечь в Москве всё, включая церкви и монастыри. По пути домой литовцы грабили русские города и сёла, истребляя людей.

В 1372 году литовский князь Ольгерд ещё дважды подходил к Москве, но оба раза так и не смог преодолеть белокаменные стены Кремля.

И всё же за годы так называемой Литовской войны (50–60-е гг. XIV века) Московское княжество пострадало: Литва захватила Чернигово-Северские земли, часть Смоленского княжества и стала непосредственным соседом московских владений. Кроме того, Москве пришлось возвратить удельному князю тверскому Михаилу земли клинского княжества.

Этот небольшой успех Михаила стал началом борьбы за земельные угодья и других удельных князей. Так, в конце 1372 года князь Рязанский Олег неожиданно появился с большим войском на исконных московских землях, требуя их себе. Однако рязанцы, несмотря на значительное превосходство числом, были разгромлены славной дружиной великого князя Московского Дмитрия. Израненный Олег еле спасся, покинув пределы своего княжества.

К сожалению, набеги на Москву и борьба князей за Великий Владимирский престол на Руси продолжалась. В 1374 году князь Михаил Тверской, воспользовавшись очередной сменой власти в Золотой Орде, с помощью большого выкупа и при содействии темника Мамая получил ярлык на великое княжение. Узнав об этом, великий князь Московский Дмитрий Иванович был сильно разгневан. Приехавшему в Москву ордынскому послу с этим известием он в присутствии князя Михаила Тверского твёрдо заявил: «К ярлыку не поеду, Михаила на княжение в землю Владимирскую не пущу, а тебе, посол, путь чист».

Просто так отдавать верховную власть на Руси, а также свою вотчину – знаменитый город Владимир с его богатыми землями – великий московский князь Дмитрий Иванович не захотел. Он немедленно стал собирать большое войско, чтобы силой заставить тверского князя Михаила отказаться от ярлыка на великое княжение в пользу Москвы. Михаил вновь обратился за военной помощью к Литве. Но на этот раз ему не повезло. В 1375 году великий князь московский Дмитрий в пух и прах разбил литовское войско под Любутом. Князь тверской Михаил, принимавший участие в этом бою, попросил у Дмитрия мира.

Договором от 1375 года между Тверью и Москвой было закреплено: «…тверской князь низводится до положения „младшего брата“ великого князя Московского, навсегда отказывается от притязаний на великое княжение и соглашается на союз с Дмитрием против Золотой Орды». Заметим, что это было первое в истории письменное указание на намерение Москвы создать союз русских княжеств для защиты от литовцев на Западе и ордынцев на Юго-Востоке.

В последующие несколько лет великий князь московский Дмитрий Иванович в битвах за старшинство среди удельных князей одерживал верх ещё не раз. За последние годы XIV века к Москве были присоединены города Галич, Углич, Белозерск, а также Костромское, Дмитровское, Чухломское и Стародубское княжества. Значительно улучшилось и экономическое состояние московского княжества. Москва стала крупным ремесленным и торговым городом. В ней впервые начали чеканить серебряную монету. Власть на Руси великого московского князя Дмитрия Ивановича крепла, а его авторитет возрастал. Стало ясно, что военный союз русских становится реальной силой, способной сокрушить Золотую Орду и освободить русский народ от татарского ига.

Успех молодого московского правителя во многом объясняется мудрой поддержкой митрополита всея Руси Алексия.

Историк Михаил Коялович в своих трудах писал:

«Мысль об этом историческом призвании Москвы – собирать русские земли для свержения татарского ига – давно уже таилась в русской душе, освящаясь по временам русским сознанием, и к тому времени, когда Дмитрий Иванович приходил в зрелый возраст, становилась неотложной задачей».

3

Усиление Московского княжества на Руси, по мнению историков, проходило в период, когда Золотую Орду терзали внутренние междоусобицы. Они начались ещё в 1359 году после смерти хана Бердыбека. Произошла так называемая «великая замятня» – продолжительный период борьбы за власть. После довольно частой смены ханов в Золотой Орде наступило двоевластие…

Первым из двух в 1362 году власть в Орде захватил темник (командующий десятитысячным войском) беклярбек Мамай. Под его правление отошли все земли вокруг древней столицы Золотой Орды Сарая, в том числе и некоторые поселения в низовьях Волги. Его соперник мурза (крупный военачальник) Тохтамыш обосновался в землях белой Золотой Орды, простирающихся от Волги до Западно-Сибирской низменности. Заметим, что Тохтамыш на первых порах не вникал в дела вассальной Руси. Своей первой задачей он считал подготовку войска для борьбы с Мамаем за единовластие в Золотой Орде.

В феврале 1378 года скончался митрополит всея Руси Алексий. В течение 28 лет князь Дмитрий был под его духовным присмотром. За эти годы Дмитрий Иванович превратился в талантливого военачальника и политика, окружённого опытными воеводами.

Москва стала привлекать к себе множество храбрых и энергичных людей. Увеличился постоянный состав российского войска (до 20 тысяч дружинников), появились слаженные полки, состоявшие из городских и сельских ополченцев. Значительно улучшилась организация войска: было создано единое командование, возросла выучка русских воинов. Конница получила на вооружение сабли, оказавшиеся удобными в схватках с ордынской конницей.

Тем временем Мамай продолжал набеги с целью грабежа и разорения некоторых удельных княжеств, включая такие крупные и богатые, как Рязанское и Новгородское. Это сильно раздражало их князей. Многие требовали ответных вооружённых действий «супротив супостата Мамая».

Учитывая возросшую силу русского оружия и патриотизм народа, а также междоусобицу в Золотой Орде, великий князь московский Дмитрий Иванович сделал первый шаг против Мамая – он отказался платить дань.

Несмотря на внутренние проблемы, правители Золотой Орды Мамай и Тохтамыш решили строго наказать Москву. Летом 1378 года Мамай послал большое войско (пять туменов) во главе с темником Бегичем в поход на Русь. Узнав об этом, князь Дмитрий сумел хорошо организовать разведку намерений противника, и русские на пути супостата перекрыли брод через приток Оки – реку Вожу. Именно здесь собирались переправляться ордынцы. Русские полки заняли выгодную позицию на холме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.