Элен Славина
Нежеланная невеста дракона. Вторая истинная

Глава 1

– Софи! – сквозь пелену сна услышала я, желая всем сердцем, чтобы где-то была ещё одна София, которая им так нужна. Только не я. Только не я. – Софи… – меня дёрнули меня за локоть и окончательно разбудили. – Вставай, соня.

– Не-е-ет. Не хочу! – промямлила я и подложила ещё один учебник под голову, чтобы было повыше.

– Софи-и! – голос Аниты Корн жужжанием комара разъедал мозг, и я хотела её чем-нибудь стукнуть.

– Что? – не поднимая головы, пробубнила я.

– Тебя ректор Стрэнд вызывает к себе. Срочно.

– Ректор? Срочно? – вскочила я, словно и не спала совсем. – Что же ты раньше не сказала?

– Ох, Софи. – Подруга подошла ко мне и отлепила от щеки тетрадный листок. – Угробишь ты себя с дополнительными сменами в больнице Эль Мамуна.

– Всё нормально! – Я причесала волосы пальцами и заплела косу. – Скоро выпускные экзамены. Осталось немного, и я стану дипломированным акушером.

– Ну… как сказать. Ты же знаешь, чтобы тебя допустили к лекарскому делу, нужно отпахать в больнице три года.

– Полгода я уже отработала, – махнула я рукой и схватила сумку с учебниками. – Всё будет нормально. Я знаю.

Повернулась к Аните и взяла её за руку. Чуть сжала и нахмурилась.

– Ты не знаешь, зачем меня ректор вызывает?

– Не-а, – шёпотом ответила она. – Но, думаю, ничего хорошего. Ты, случаем, ничего не натворила?

– Вроде нет, – хмыкнула я и закатила глаза. – Не знаю. Не помню. В последнее время из-за постоянных смен в больнице я почти не сплю. Сама не своя.

– Тебя проводить?

– Не надо. Увидимся позже в столовой, – твёрдо произнесла я, вздохнула и пошла на выход из библиотеки.

Интересно, зачем я понадобилась ректору Стрэнду? Может быть, он хочет сократить мои часы работы в больнице Эль Мамуна? Но все выпускники факультета акушерской магии проходят там практику.

– Хм… непонятно, – я шла и бубнила себе под нос, пока кто-то резко не схватил меня за локоть и не потянул под лестницу. – Эй, аккуратнее!

– Ну, наконец-то! Где ты ходишь? – пробасил голос незнакомца, спрятанного за пеленой темноты.

– Вы кто? – я вглядывалась в лицо незнакомца, но мрак под лестницей был таким непроницаемым, что ничего не было видно. – Мы знакомы?

– Конечно, малышка. Неужели ты забыла, как мы веселились пару недель назад в одной из аудиторий?

– Вы меня с кем-то путаете, – возмутилась я и попробовала выбраться из цепких лап мужчины. – Пустите меня!

– Ты обиделась, моя сладкая? Но мне нравится твоя игра, – мужчина прижал меня к стене всем телом, и я почувствовала, что он сильно возбуждён.

Достоинство незнакомца упиралось в мой живот, от этого у меня подкосились ноги, но в следующее мгновение его рот накрыл мои губы и поцеловал так неистово и сладко, что закружилась голова. Запах кардамона сводил с ума… Мурашки побежали по ногам, а внизу живота вдруг так резко скрутило мышцы, что невозможно было выдохнуть. Мужская рука полезла под юбку, пальцы заскользили по бёдрам и через мгновение оказались рядом с трусиками.

– Мамочки, что же это? – хрипло прошептала я прежде, чем его губы не накрыли мои.

– Ты сегодня какая-то другая и пахнешь иначе. Слаще, что ли… Не могу удержать своего дружка в брюках, и мой дракон не против.

– Пустите же меня! – воскликнула я. С силой ткнув кулачками мужчину в грудь, наконец смогла выбраться из тесных объятий. – Вы меня с кем-то перепутали.

Только выбежав на свет, я увидела, что незнакомец вышел из-под лестницы. Его лицо было красивым, длинные каштановые волосы падали на плечи, а глаза, глубокие и чёрные, как бездонные колодцы, смотрели с возмущением.

– Ты кто такая? – зарычал он. – Как здесь оказалась?

– Вы же сами меня… схватили и начали… целовать, – пискляво произнесла я, не узнавая собственный голос.

– Хлябская прорва! Ты совсем девчонка, – мужчина хмыкнул и потёр волевой подбородок. Ухмыльнулся. – Обознался так обознался…

– Я могу идти? – спросила я тихо, всё ещё дрожа от страха и непонимания того, что же сейчас случилось.

– Иди. Сделаем вид, что ничего не было, – незнакомец провёл пятернёй по своим волосам, сунул руки в карманы и быстрой походкой пошёл прочь.

Поправив юбку и блузку, я обнаружила, что несколько пуговиц расстёгнуты.

– Как он успел, что я не заметила? Вот ловкач! – полушепотом хмыкнула я и, вспомнив, что только что тут произошло, ощутила жар на щеках. – Кто же это был? Целуется невероятно, не то, что мой жених Линой. Ему ещё учиться и учиться.

Прикусив нижнюю губу, я подумала о том, что неплохо бы незнакомцу преподать пару уроков моему жениху. Но представив подобное, громко засмеялась. Только сейчас я вспомнила, куда на самом деле бежала.

– О, меня же ректор ждёт! Мамочки, опаздываю!

Я устремилась на лестницу. Через два пролёта оказалась в коридоре, в котором было всего два кабинета: ректора Стрэнда и его помощницы мадам Марты Скау.

Поправив ещё раз одежду и волосы, выбившиеся из косы, я к высокой резной двери, на которой висела табличка. Слова, выбитые на ней, каждый тут знала наизусть: «Ректор Магической академии Торгрим Стрэнд».

Постучала и услышала приглушённое:

– Войдите!

В кабинете, за круглым полированным столом, усыпанном бумажками и какими-то книгами, восседал… он! Длинные седые волосы были забраны в хвост. Усы и борода, аккуратно подстриженные мастером, подчеркивали статность и мужественную красоту Торгрима. Редкие морщины лишь украшали его лицо, а таких серых глаз, напоминающих небо перед бурей, я никогда больше не видела.

– Ректор Стрэнд, мне передали, что вы меня искали, – сделав лёгкий книксен, я посмотрела мужчине в глаза.

– Да, искал. Присаживайтесь, мисс Ольсен, – он показал рукой на стул, стоящий рядом с рабочим столом.

– Что-то случилось?

– Боюсь, что да, – хмуро произнёс ректор. – Вы больше не можете учиться в Академии.

Глава 2

– Я не могу учиться? – дрожащим голосом произнесла я и почувствовала, как на мгновение остановилось сердце. Это, наверное, из-за того мужчины, что поцеловал меня под лестницей. Это всё из-за него!

– София, поймите, если вы не решите, что для вас важнее, не преуспеете нигде.

– О чём вы? – я смахнула слезу и закусила нервно губу.

– Я вижу, что вы взяли на себя слишком большую нагрузку. У вас на носу выпускные экзамены, но также несколько смен в больнице Эль Мамуна. Это правда?

– Да, но, мистер Стрэнд… Вы не понимаете. Я живу этой больницей и пациентами. Мой наставник Эль Мамун очень хороший врач, специалист, и он очень надеется на мою помощь.

– Так, София, – ректор поднялся, обошёл стол и сел на стул рядом со мной. – Я говорил с твоим наставником, и он даёт тебе отпуск на время экзаменов, если ты согласна. Точнее так: либо ты соглашаешься, либо я отстраняю тебя от экзаменов.

– Но, мистер Стрэнд! – возмутилась я такой несправедливости и вскочила со стула. – Магическое акушерство – это моя жизнь, и мне просто необходимо быть в больнице.

– Я что-то не понимаю. Сдаёшь все экзамены, заканчиваешь Академию и через полгода возвращаешься в больницу. Я уверен, Эль Мамун примет тебя с распростёртыми объятиями.

– Нет! Вы не понимаете, – заламывая пальцы, я начала нервно мерить шагами кабинет ректора. Натыкалась на непонятно откуда взявшиеся тумбочки и шкафы с книгами. Как ему сказать, что больница – это единственное место, которое приносит мне хоть какой-то доход?

– Ну так объясни! – вспылил ректор и подошёл ко мне, взял под локоть и посадил на стул. А затем выглянул в коридор и постучал в соседнюю дверь. – Марта! Чаю нам принеси, да побыстрее.

Через мгновение прибежала девушка. Или женщина? Сложно угадать её возраст. Красивая, со светлыми волосами, заплетёнными в косу, как у меня, примерно моего роста, в белоснежной блузке и чёрной юбке. Вот только на Марте было столько макияжа, что рассмотреть под ним лицо было практически невозможно.

Потерев слипающиеся глаза, я отвернулась, понимая, что не знаю помощницу ректора. Девушка устроилась сюда недавно, я видела её всегда мельком – обычно куда-то бегущую с бумагами в руках, конвертами или чаем на подносе.

– Мистер Стрэнд, тут телеграфом пришло послание из больницы Эль Мамуна.

Ректор нахмурился и подошёл к помощнице. Взял с подноса конверт и развернул. Глаза побежали по строчкам, и чем дольше он читал, тем смурнее становился. Затем тяжко вздохнул и посмотрел на меня.

– София… – сказал он таким тоном, что я подумала, что у меня кто-то умер. Но у меня была только младшая сестра, поэтому я вскочила и схватилась за руку ректора.

– Что-то с Кристой? – тихо спросила я.

– А кто это?

– Моя младшая сестра. Она – всё, что у меня есть. Скажите, с ней всё хорошо?

– Я не знаю, – он отошёл от меня. – В этом послании речь идёт не о вашей сестре.

– А о ком? – я моргнула несколько раз и, подняв кружку, сделала глоток чая в надежде, что бодрящий напиток разгонит дурноту и сон, который так и хотел завладеть моим сознанием.

– Боюсь, вы единственная, кто может справиться с задачей, поставленной вашим наставником Эль Мамуном.

– Я справлюсь! – воскликнула я, даже не зная, о чём просит врач, которому я была готова целовать руки за его талант и науку, в которую он меня посвятил.

– Вам нужно отправиться в замок лорда Нордена. Его жена рожает, и им нужен врач со знаниями акушерской магии и плетениями не ниже второго уровня.

– Я готова, – я выпрямилась и схватила сумку с учебниками. – Мне только нужно взять мои инструменты. А где сам доктор Мамун?

– Его нет в столице, уехал по важным делам в другой город. Поэтому и просит именно вас отправиться к Норденам.

– Я поняла, мистер Стрэнд. Можете на меня рассчитывать. Я не подведу.

– Иди, София, – мягко произнёс ректор и сел на стул.

– Значит, я остаюсь в Академии? – улыбнулась я, все ещё не веря, что победила.

– Мы не закончили и поговорим об этом, как только ты вернёшься. А теперь иди. Я распоряжусь, чтобы тебя отвёз экипаж Академии.

– Спасибо вам, мистер Стрэнд, – подмигнула я и вылетела из кабинета ректора.

Экипаж вёз меня по грязным дорогам, и я молила всех богов, чтобы они сделали все, чтобы наша повозка не застряла в какой-нибудь луже. Осень настала так внезапно, и все жители столицы недоумевали, как так получилось, что лето вдруг закончилось, наступили холода и мерзкие, пробирающие до костей дожди.

– Нам ещё долго ехать? – крикнула я кучеру, высунувшись в окно, и за одно мгновение успела промокнуть.

– Нет, мисс, почти приехали. Замок Норденов впереди, будем через несколько минут.

– Спасибо, – я откинулась на сиденье. Ничего страшного же не случится, если я на пару минут прикрою глаза и вздремну? Тем более эта качка просто убивала. А может, виной всему бессонные ночные смены в больнице. В любом случае, спать хотелось неимоверно, но я вспомнила слова моего наставника: «Дорогая София, врач работает круглосуточно всю свою жизнь и должен научиться спать в любом состоянии и в любом месте. Учись приспосабливаться». Не смея ослушаться Эль Мамуна, я прикрыла глаза и в мгновение ока провалилась в сон.

Разбудил меня резкий толчок, от которого я свалилась на пол. Потёрла глаза. Где я? Что делаю внутри экипажа? Мысли путались, и собрать их воедино не получалось.

Наконец дверь открылась, и яркий свет фонаря осветил часть экипажа и лицо того, кто смотрел на меня в упор. Глаза его пылали от ярости, губы сжались в тонкую полоску, а желваки на скулах заходили от нарастающей злости. Откуда я знала этого человека?

– Не может быть, чтобы больница прислала мне какую-то несносную адептку! – зарычал мужчина, поставил ногу на подножку и чуть наклонился, чтобы разглядеть меня. Тут же сморщился. – Ты!

– Я не несносная, – пропищала я неубедительно, страшась того, что может сделать со мной этот грубиян. – Я выпускница и прохожу практику у главного врача Эль Мамуна.

– Неважно! – рявкнул мужчина, и тут до меня дошло, откуда я его знаю. Это же тот самый незнакомец, который целовал меня под лестницей!

– Не может этого быть! Это вы? Но что вы здесь делаете?

– Я лорд Норден, и сейчас вы находитесь на моей территории.

– Простите мою бестактность, ваша жена сейчас рожает?

– Моя! И мне обещали, что из больницы пришлют квалифицированного специалиста, а не какую-то пигалицу, которая даже целоваться толком не умеет.

– Хм-м-м… Зато умею кое-что другое, – я протянула руку, чтобы этот грубиян помог мне встать. Но он даже не посмотрел на меня, а пошёл прочь.

– Идите за мной, адептка. И не отставайте!

– А вы всегда такой невыносимый хам и сноб?

Лорд резко остановился и в следующий миг развернулся. Мокрые волосы взметнулись и ударили его по щеке, но, не обратив на это никакого внимания, он кинул фонарь на землю и посмотрел мне в глаза.

Вспыхнувший фонарь погас под проливным дождём, и наступила темнота. Я стояла и тряслась от страха, а лорд находился так близко, что я чувствовала запах его тела и прерывистое дыхание.

– А сейчас послушай меня, девочка, только внимательно послушай. Для тебя я лорд Норден. Хочу, чтобы ты запомнила кое-что важное. Если с моим ребёнком или женой что-то случится, я не посмотрю, что ты девушка, раздавлю вот этими самыми руками!

Глава 3

Я посмотрела на руки лорда Нордена. Могу поверить в то, что он сдержит своё обещание. Я представила на мгновение, что длинные пальцы мужчины окажутся на моей шее, и мне стало не по себе. Ноги задрожали, и я, отшатнувшись от нависшей опасности, сглотнула вдруг образовавшийся ком. Таких угроз я ещё никогда в жизни не получала…

– Не смейте ко мне прикасаться! – пискнула я и, прижав сумку с инструментами к себе, сделала ещё один шаг назад.

Недовольно рыкнув, лорд сжал кулак возле моего лица, а затем резко развернулся и направился в сторону дверей своего замка. До них было не больше десятка метров, но, учитывая, что фонарь погас где-то в районе уехавшего экипажа, темнота пугала. Впрочем, лорд Норден пугал больше.

А ещё этот промозглый дождь, который никак не собирался заканчиваться. От него невозможно было спрятаться, он проникал под одежду, стекал тонкими струйками по коже и поднимал упрямые волоски, будя непослушные мурашки. Кожа охлаждалась, и я ничего не могла сделать с той дрожью, которая заставляла стучать зубы.

– Не отставай, пигалица, здесь бегает слишком много диких собак, которых я не успеваю отстреливать.

– Что? – я побежала быстрее, стараясь не запутаться в мокром подоле платья, который всеми силами пытался прилипнуть к замёрзшим ногам.

То ли я стала жутко рассеянной, то ли незнакомец постоянно вводил меня в ступор, да вот только я не заметила, как врезалась в широкую спину лорда. Резко отпрянув, я тут же поскользнувшись на липкой грязи и приземлилась мягким местом в лужу.

– Ой, мамочки! – вскрикнула я от неожиданности, всё ещё прижимая к себе сумку с инструментами.

Хозяин замка медленно повернулся и оглядел меня с ног до головы. Уголок губ пополз вверх, но тут же остановился, словно поняв, что это неуместно.

– Вы ещё и неуклюжая, как я посмотрю. И как таких неловких держат в одной из лучших больниц столицы? – лорд отвернулся от меня и, снова не подав мне руки, направился в открытую дворецким дверь замка. – Надо поговорить с Эль Мамуном, чтобы он пересмотрел свои кадры.

– Что? Вы не посмеете! – я с трудом поднялась на ноги и оглядела себя. Поняла, что одежду уже не спасти, поэтому не стала даже отряхиваться. С плаща стекала грязь, с волос – капли дождя, руки тряслись от холода, и зуб не попадал на зуб.

– Мисс, – посмотрел на меня невозмутимый дворецкий и подал руку в белоснежной перчатке. – Вам помочь?

– Д-д-да-а! Б-благод-дарю, – я сделала шаг внутрь замка, и дверь, наконец, закрылась. Тепло воздушным потоком накрыло меня, и я застонала от удовольствия. –У в-вас т-т-тут т-тепло.

– Позвольте ваш плащ и сумку, – произнёс появившийся из ниоткуда управляющий и, повернувшись в сторону одной из комнат замка, крикнул: – Аннора, принеси в комнату для гостей полотенце, горячий бульон с хлебом и тёплые носки с обувью.

– Ну что в-вы, н-не н-надо,—я продолжала дрожать и отнекиваться, но мысленно поблагодарила управляющего за то, что он для меня делает.

– Меня зовут Клемент, и мне оказана честь принимать в этом доме протеже самого Эль Мамуна. Я так понимаю, вас прислали из больницы? – медленно кивнул управляющий. – Верно?

– Д-да. Всё верно.

– Тогда снимайте башмаки здесь и идёмте за мной. Пока вы не согреетесь и не поедите, к хозяйке дома нечего и соваться.

– Но она же рожает! – возмутилась я, намереваясь пойти в ту сторону, куда ушёл лорд Норден.

– Не переживайте, как я слышал от одной акушерки, схватки у миссис Норден только начались.

– От акушерки? – удивилась я, немного сопротивляясь тому, что управляющий взял меня под локоть и повёл за собой. Войдя на цыпочках в комнату для гостей, я присела в старенькое кресло у горящего камина и приняла из рук большое полотенце. – Можно я все-таки сначала осмотрю роженицу?

– Позвольте мне сначала поухаживать за вами. А потом я вас провожу наверх.

Я нехотя кивнула и приняла из его рук полотенце. Вытерла лицо и руки и накинула его на плечи. Тепло окутало со всех сторон, и зубы больше не отбивали чечётку.

– Если наверху есть акушерка, зачем меня пригласили?

– Не путайте, мисс, мух со слонами. Вы акушерка со знаниями магических плетений, а в покоях хозяйки Олинды – обычные.

– Откуда вы знаете, кто я? – недоверчиво посмотрела я на подтянутого мужчину с почти невидимыми очками, зализанными назад волосами и тонкими чёрными усиками.

– Моя работа состоит в том, чтобы знать обо всём, что происходит в этом доме и за его пределами.

В комнату вошла служанка. Она присела передо мной и, опустив глаза, поставила на стол поднос. На нём стояла плошка с горячим ароматным бульоном и лежали два куска хлеба. Тут же находился глиняный чайник с чаем и бордовый джем в фарфоровой креманке.

Положив рядом носки и обувь, сделанную из кожи, я потрогала их и утонула в невероятной мягкости. Тут же сбросила с себя мокрые гольфы и, извинившись за неподобающий вид, надела сухое и тёплое.

Служанка быстро вышла из комнаты, оставив нас с управляющим наедине.

– Ну хорошо, не буду вам мешать. Кушайте и грейтесь у камина, а я пойду узнаю, как хозяйка Норден.

– Спасибо вам! – крикнула я вдогонку управляющему и, как только закрылась дверь, набросилась на еду. Оказывается, ела последний раз за завтраком, потом была длинная пара, выполнение домашнего задания в библиотеке и… поцелуй.

От воспоминания о сладком и таком порочном действии, я зарделась и улыбнулась. А ведь тот поцелуй был невероятно хорош…

– Так, София, у тебя есть жених, которому ты дорога, и не смей думать о женатом лорде, который на самом деле оказался жутким грубияном и хамом, – прошептала я.

Я кивнула самой себе, доела всё до последней крошки, выпила кружку горячего ароматного чая с клюквенным джемом и поняла, что готова к работе. Спать вроде больше не хотелось, по крайней мере, так казалось.

Высохнув и согревшись окончательно, я поднялась и решила посмотреть, куда подевался управляющий. Открыв дверь, увидела, как ко мне уверенной походкой направляется хозяин этого дома.

– Лорд Норден, – начала я бодро и улыбнулась, – хотела поблагодарить вас за радушный приём и сообщить о том, что готова осмотреть вашу жену.

– Да? – он подошёл ко мне и, схватив за локоть, крепко сжал. От боли я вскрикнула и попыталась освободиться, но не тут-то было. – Я смотрю, очень удобно устроилась. Пока моя жена в муках пытается родить моего наследника, ты прохлаждаешься?

– Но… я думала, что у неё только начались схватки.

– Если ты сейчас же не поднимешься в покои жены и не поможешь ей разродиться, пожалеешь о том, что появилась на свет! – он схватил меня за подбородок и сверкнул глазами. – Я ясно выразился?

– Да, лорд Норден, – прошипела я и высвободилась из его хватки.

– Пошла! Живо! – крикнул он напоследок и вытолкнул меня из комнаты.

Глава 4

Чувствовала я себя отвратительно. Всё, чему учил мой наставник, человек, ради которого я пошла в Магическую академию, я позабыла тотчас, стоило попасть на первые настоящие роды. Из головы вылетело всё подчистую. Ну, и к кому обратиться за помощью? Эль Мамуна рядом не было, а книгу по магическим плетениям я благополучно забыла в своей комнате в Академии.

Оставалось надеяться только на себя и свои знания. Вот с этим всё было в порядке. Предметы я знала на высший балл, все лабораторные сдавала вовремя и всегда занимала первые места на местных соревнованиях. А ещё была старостой в нашей группе и очень ответственной девушкой. Про таких говорят: зануда и всезнайка, с такими, как правило, не дружат. Но мне в этом плане повезло. У меня была лучшая подруга, а на обидные обзывательства я не обращала внимания. Ведь благодаря моим знаниям и упорству Эль Мамун заметил меня и взял под своё крыло. Он всегда говорил, что я многого добьюсь, главное – учиться и практиковаться. Этим я и занималась последние полгода: посвящала медицине всё свободное время, почти не спала, не видела младшую сестру и особо не интересовалась её жизнью. А ведь Криста поступила на первый курс Магической академии, на факультет Ментальной магии. Я была уверена, что она достигнет лучших результатов, чем я. Сестра была способней и активней, ей всё давалось легко. Поступая в Академию, Криста уже владела кое-какими знаниями в области магии иллюзий и магии духа.

– Тебя как зовут? – мужской голос выдернул меня из мыслей, которые роились в голове, пока мы поднимались по лестнице и шли по длинному коридору.

– София Ольсон, – негромко ответила я, чтобы не нарушить стоящую здесь тишину. Осмотревшись, поняла: пока я витала где-то далеко, пропустила добрую половину пути и невероятной красоты картины на стенах. На полотнах, освещаемых с обеих сторон свечами в канделябрах, можно было увидеть яркий закат солнца и звёздную ночь, глубокую синеву моря и зелень полей.

Ещё здесь были портреты людей, которые являлись значимыми фигурами и, возможно, когда-то жили в этом замке. Я никого из них не знала, и от этого стало почему-то досадно. Надо будет потом расспросить лорда Нордена. Стоило об этом подумать, как этот самый лорд резко застыл и, схватив меня за руку, остановил. Если бы он не сделал этого, я бы продолжила путь по коридору, вглядываясь в незнакомые лица людей и пейзажи, написанные талантливым художником.

– Далеко собралась? – грубо спросил хозяин замка.

– Нет! – я покачала головой и увидела перед собой тяжёлую двустворчатую дверь. Оттуда слышались постоянные стоны и голоса людей. – Ваша жена там?

Лорд закатил глаза и тяжко вздохнул.

– Адептка Ольсон, вы не считаете, что уже пора включать голову и настраиваться на работу?

– Простите… могу я войти туда?

Не удостоив меня ответом, он открыл двери и впустил меня в комнату. Сам тоже зашёл и остановился посреди покоев леди Норден. Гостиная была большой и интересно обставленной. Видно, что хозяйка этого замка имела врождённое чувство вкуса. Вот только с выбором мужа произошла оплошность. Добровольно согласиться жить с таким грубияном, да ещё и распутным парнем, который, возможно, изменял, пока жена была беременна, было в высшей степени опрометчиво.

По гостиной носились женщины с полотенцами, вёдрами с водой и кувшинами. На них были белые чепчики, под которыми прятались волосы. Такого же цвета были и фартуки, надетые поверх серых платьев. На рукава до локтей были натянуты тряпичные нарукавники – уже не белые, а ярко-красные.

Из второй комнаты – скорее всего, спальни – послышался крик. Он был такой громкий, что едва ли не взорвал мои барабанные перепонки. Испугавшись, я закрыла ладонями уши.

– Иди… туда! – прошипел лорд Норден и толкнул меня вперёд.

Выпрямившись по струнке, я собралась бежать в спальню, но только сейчас поняла, что одежда, инструменты и дневник с записями остался внизу, у управляющего. Вся моя жизнь была там.

– Моя сумка… – пропищала я и подняла глаза на хмурого хозяина.

– Что? – рявкнул лорд. – Говори громче! Я тебя не слышу из-за этих сводящих с ума криков.

– Моя сумка с инструментами осталась внизу, – я рванула в сторону выхода, но меня резко схватили и прижали к себе. Запах кардамона окутал меня, от страха я вся сжалась и заморгала. Чёрные глаза лорда, казалось, читали мою душу и проникали в самое сердце. Волевой подбородок, покрытый двухдневной щетиной, пугал и заставлял поднимать глаза на выступающие скулы и крупные надбровные дуги. Всё в этом мужчине было жутким и зловещим. Одна-единственная мысль пробежала в голове: «Бежать отсюда подальше!»

– Ни шагу отсюда, адептка Ольсон! – словно прочитав мои мысли, лорд продолжил: – Я ясно выразился? – он отпустил меня и протянул фартук, лежащий на столе. – Одевайтесь и приступайте уже к своей работе! Иначе я всерьёз подумаю, что вы сюда приехали за чем-то другим, но только не помогать моей жене разродиться.

Через мгновение мрачный хозяин замка покинул покои жены, и мне стало значительно легче. Выносить его присутствие становилось всё тяжелее. Надев фартук и обвязавшись им, как положено акушеркам, я увидела на столе чепчик и нарукавники. Сделала из косы пучок, надела на себя остальное и только после этого вошла в спальню.

Увиденное повергло меня в шок. На кровати, накрытой простынями и полотенцами лежала женщина. От изнеможения она тихо стонала и уже не двигалась. Кровь, кажется, была повсюду: на полу, на акушерках, которые крутились вокруг роженицы и приговаривали, что всё будет хорошо и как будто вот сейчас уже пора тужиться. Но самое страшное было другое: кровь, похоже, пропитала все простыни, матрас и одеяла, а из промежности хозяйки замка торчали маленькие красные пяточки.

Глава 5

Стоило мне увидеть пяточки ребёнка, я тут же осознала всю серьёзность положения. Торчавшие ножки словно отрезвили, и я взглянула на всё под другим углом. Тазовое предлежание не сулило ничего хорошего, особенно в нынешней ситуации. Мы были не в больнице, а в замке, где не было ни одного опытного врача и возможностей использования инструментов.

Закатав рукава, я сдвинула чепец повыше на лоб и осмотрела тот бедлам, что творился здесь и сейчас. Неадекватные акушерки, словно суетливые муравьи, ходили из стороны в сторону, махали руками, но никак не помогали хозяйке дома разродиться. Они продолжали говорить Олинде Нордон слова, которые та уже не воспринимала:

– Тужься, тужься! Дыши, дыши! – причитали они и вытирали пот с её серого, как туман, лица.

– Хватит говорить ерунду! – рявкнула я. – Вы что, не видите, что ей нельзя больше тужиться?

– Тужиться надо всегда, – вякнула тучная женщина и сложила руки на груди крест-накрест. – И вообще, ты кто такая, что смеешь нас учить? Мы принимали роды, когда ты только под стол ходила.

– Я адептка Магической академии, меня прислал сюда Эль Мамун, чтобы помочь роженице, – произнесла я и поискала глазами кувшин с водой. Санитария – это первое правило врача-акушера. Так нас учил наставник, зная, сколько женщин умирает при родах от элементарного сепсиса.

– Эль Мамун? – нахмурилась акушерка и посмотрела на других женщин. – Это тот самый шарлатан, который утверждает, что смертность при деторождении можно свести к нулю.

– Бред! – воскликнула одна.

Тут же подхватила другая:

– Рождение ребёнка – это всегда риск, и ни один врач не сможет спасти роженицу, если на то будет воля богов.

Больше не слушая этих акушерок, я взглянула на Олинду Нордон и подошла к ней. Коснулась покрытого испариной лба женщины, поняла, что температура тела была очень высокой. Надо сбивать, иначе нам не удастся спасти ребёнка и маму.

Я прошла мимо тучной женщины, перегородившей мне дорогу, и быстро проникла в ванную. Увидела на стуле пустой таз, а рядом кувшин. Он был полон. Дотронулась до воды и поняла, что та остыла. Как же так? Где же мыли руки эти акушерки? И мыли ли вообще?

Тяжко вздохнув от гнетущей догадки, я решила подумать об этом позже. Сполоснула руки чуть тёплой водой, натёрла ладони куском ароматного мыла и вытерла чистой тряпицей, которую нашла в одном из подвесных шкафов. Взяла с собой пачку свежих полотенец, лежавших рядом, а еще таз и кувшин с водой. Вышла из ванной и, положив всё на пол, обратилась к акушеркам:

– Кто готов помочь мне принять роды у этой бедной женщины, пусть останется, а кто будет и дальше ходить и причитать, тех попрошу выйти.

Хмыкнув, с гордо поднятыми головами вышли все, кроме одной девушки, сидящей у изголовья роженицы и держащей её за руку.

– Тебя как зовут? – я подошла к ней и вручила кувшин с водой.

– Мия, – тоненьким голоском сказала девушка и взяла посудину, захлопала глазками.

– Значит, ты акушерка? – я поставила рядом с ней таз, забрала кувшин, налила туда холодной воды, намочила полотенце и протянула его девушке.

– Нет. Я только учусь.

– Как и я, – я убрала выбившуюся прядь волос и отошла от Мии. – Меня зовут София, и мне нужно от тебя, чтобы ты сбила температуру у нашей роженицы. А я…

– Вы будете применять магические плетения?

– Откуда ты знаешь? – я взяла подушку и положила её между ног Олинды Норден. Опустилась на колени.

– Я слышала, что вы учитесь у великого Эль Мамуна, – произнесла Мия с восщищением. – Я мечтаю работать с ним. Но для этого мне нужно закончить Магическую академию.

– Мия, давай поговорим об этом, когда спасём этих бедняжек? Это наша работа, и мы обязаны сделать все, что в наших силах. Твои подруги натворили здесь таких дел, что мы не разгребём, если сейчас же не начнём.

Больше не говоря друг другу ни слова, мы начали работать. Мия скинула с кровати все кровавые простыни и полотенца, обтёрла роженицу холодной губкой, которую нашла в ванной, как и ледяную воду, которая подошла лучше для сбивания температуры. Но, к нашему сожалению, Олинда была в бреду и не приходила в себя. Эль Мамун всегда говорил в таких случаях: «Ты необычная акушерка, в твоих руках имеется дар магических плетений, и их необходимо использовать с умом и в нужное время!»

Именно сейчас наступил тот самый момент, когда плетения могли спасти жизнь ребёнку и его матери. Сейчас у меня не было тетради, но те плетения, которые могли помочь, были в голове. Инструменты в сумке, за которыми побежал несносный лорд Норден, тоже были сейчас не нужны. Они пригодились бы для стандартных родов, которые я изучала и видела в больнице Эль Мамуна.

Но этот сложный случай я изучала лишь в учебниках, и там было описано только два способа спасти ребёнка. Первый: кесарево сечение, которое делал только квалифицированный врач, но гарантировать, что мамочка выживет, никто не мог. А второй случай мой: тот, которому я училась в Академии и который применяла в больнице, но там были плетения первого уровня. И никаких других я применять не пробовала, просто не было случая. Как-то обходилось всё без осложнений.

Магические плетения первого уровня помогали разродиться роженице легко и без разрывов. Плетения второго уровня распутывали петли пуповины, что обвивались вокруг шейки ребёнка и помогали при отслойке плаценты. Плетения третьего уровня – самые сложные. Они помогали родиться малышу с задним предлежанием и спасти мать ребёнка. Но важным было то, что всё это должно делаться в самом начале родов, когда мать в сознании.

Дотронувшись до пяточки крохи, я почувствовала, что она тёпленькая. Значит, время у нас есть, но его катастрофически мало. Я понимала, что магическое плетение третьего уровня достаточно сложное для исполнения и, скорее всего, заберёт у меня все силы. Но решила рискнуть. Иначе поступить не могла. Ни секунды больше не сомневаясь, я скрестила руки, ударила несколько раз запястьем о запястье и произнесла одними губами магическое заклинание.

Воздух нагрелся, и через мгновение передо мной появился переливающийся шар изумрудного цвета. Он был размером с яблоко и крутился вокруг своей оси, между моими ладонями. Разъединив их, шар начал растягиваться, и вот он уже превратился в длинный канатик. Соединяя ладони и словно танцуя в воздухе, мои пальцы проделывали немыслимые пируэты, путая изумрудные нитки. Сначала первый уровень, самый простой: обычная косичка. Но она была не нужна. Дальше…

Силы утекали из меня как вода из разбитого стакана. Не говоря ни слова Мии, я увидела, как она подбежала ко мне и полотенцем вытерла со лба пот.

– Спасибо, – прошептала я одними губами и сосредоточилась на плетении второго уровня.

Нитки заплетались дальше, и вот уже передо мной нужное плетение. Это не просто косичка, а сложная, комбинированная цепь, переплетающаяся сама с собой.

– Ты справишься, – тихо произнесла Мия и снова протёрла мне лоб.

Через несколько мгновений передо мной было магическое плетение третьего уровня. Оно по виду напоминало хвост дракона: изумрудные петельки, словно чешуйки, заходили одна за другую, цеплялись кольцами, и в каждой мерцал свет.

– Какое же красивое, просто невероятно,– прошептала Мия, всё ещё находясь рядом со мной и не сводя глаз с плетения.

Я сама никогда не видела ничего подобного, поэтому смотрела, как в воздухе переливается хвост дракона, а основание пытается догнать самый кончик. Но вот он соединился в одно большое кольцо и теперь уже кружился по своей оси, сверкая и горя изумрудными всполохами.

– Я готова, – сказала я и, растянув кольцо до нужного размера, надела его на ножку ребёнка. Обвив лодыжку, оно исчезло внутри матери, и наступила тишина.

Глава 6

Тишина была недолгой. Магия плетений сработала, и пяточки ребенка затянуло внутрь матери. В следующее мгновение тело роженицы дернулось, женщину затрясло в судорогах.

Я отпрянула, потому что никогда не видела ничего подобного. В учебниках по магии не вдавались в подробности, вся процедура была описана сухим научным языком. Про судороги было написано добрых две страницы, но, видимо, издатели не слышали про наглядные изображения. Теперь-то я видела всё воочию.

На самом деле настоящая жизнь была здесь, рядом с пациентами, за пределами Академии, среди обычных людей. Даже в больнице под руководством Эль Мамуна всё была иначе. Он всегда подстраховывал, часто выручал, и мне казалось, что моя практика просто идеальна. Оказывается, мне не хватало другого: твёрдости настоять на своём и свободы в действиях. Методы моего наставника были слишком лояльными. Или… это касалось только меня?

– Держи ее, Мия! Сейчас будет переворот, – я схватила роженицу за ноги и увидела, как тело леди Норден выгнулось, она застонала не своим голосом.

– Что это такое? – крикнула Мия и, отбросив полотенце в сторону, схватила женщину за руки. Навалившись на нее, держала, пока приступ не пройдёт.

– Это магия, – прошептала я. – Ребёнок переворачивается внутри матери.

– Почему приступ не проходит? – выбившись из сил, спросила Мия.

– Я не знаю, – перед моими глазами было мутно, плетение третьего уровня вытягивало последние силы. – Мы не справимся! Беги за помощью, Мия. Живо!

– Поняла, – вскинулась девушка и, выпустив руки роженицы, спрыгнула с кровати и побежала из покоев хозяйки замка.

Как только она исчезла из виду, Олинда Норден опустилась на мокрые от пота и крови простыни и застонала. Приступ прошёл так же внезапно, как начался. Роженица открыла глаза и взглянула на меня.

– Подойди ко мне… – одними губами прошептала измученная женщина и протянула вялую руку с тонкими пальцами.

Я обошла кровать, держась за край, чтобы не упасть, и присела рядом. Взяла руку Олинды и сжала ее. Сила там была, и ее было много. Почувствовав жар, исходивший от ее пальцев, я поверила, что женщина справится. Метка Истинной мерцала и давала ей силы.

– Я здесь, рядом.

– Спаси… моего… ребёнка, умоляю.

Олинда чуть приподняла голову, и я увидела глаза, наполненные слезами.

– Я постараюсь. Сделаю все, что знаю и умею, – я сжала руку и погладила ее по запутавшимся волосам. Роженица была слабой, но внутри горел огонь. Лишь бы он не погас, лишь бы успеть!

– Он готов к жизни, а я готова… – сморщилась Олинда от приступа боли и в следующую секунду закричала.

Я держала ее, пока длились схватки, а потом почувствовала, что ребёнок выходит. Оставив женщину на секунду, я рванулась к подножию кровати и увидела в промежности только что появившуюся головку малыша с черными волосиками, испачканными кровью. Придерживая головку, я посмотрела на Олинду и кивнула.

– Давай, милая. Постарайся! Делай глубокий вдох и тужься так сильно, как можешь. Твой малыш уже здесь, осталось полшажочка – и ты увидишь свою радость. Готова?

Олинда кивнула из последних сил и сильно потужилась, сдерживая крик.

Через секунду новорожденный лежал у ног матери и не двигался. Ему была необходима помощь, чтобы начать дышать. Ведь он ещё никогда в жизни не дышал настоящим воздухом.

Разрезав магическим плетением пуповину, я взяла кроху на руки и тихонько шлёпнула его по попе. Комнату огласил звонкий крик здорового ребёнка.

– Олинда, смотри, какая у меня девочка! – улыбнулась я и смахнула слёзы радости.

– Девочка! – раздался позади недовольный мужской возглас.

Я оглянулась и увидела в дверях лорда Нордена. Из-под нахмуренных бровей его глаза сверкали молниями, желваки ходили на скулах, делая лицо ещё более устрашающим. Размяв шею, он бросил мою сумку с инструментами на пол и скрестил руки.

– Да, очень красивая и здоровая девочка! – улыбнулась я искренне, любовь и счастье переполняло меня. Так случалось всегда, когда я принимала роды и вручала ребёнка мамочке. Подойдя к Олинде, вдруг поняла, что с роженицей что-то не так.

– Олинда. Вы слышите меня? – потрепала я ее по руке. Та не реагировала.

– Что там происходит? – рявкнул лорд и сделал шаг к кровати.

– Я не знаю,– упавшим голосом произнесла я, повернувшись к мужчине и вручила ему ребёнка. – Держите свою дочь. Вы не видели Мию?

Я села рядом с Олиндой и взяла ее руку. Пульс не прощупывался. Метка Истинной исчезала. Не может этого быть! Она что, умирает? Нет, нет, нет!

– Какая-то тощая бегала по коридору, зовя на помощь. Да вот только все акушерки ушли вниз, потому что вы их прогнали.

Не слушая его, я приложила пальцы к шее, надеясь нащупать пульс около артерии. Но безрезультатно.

– Она умерла, – прошептала я и повернулась к лорду.

– Что? – зашипел Норден. – Что ты несёшь, пигалица! Этого просто не может быть!

Лорд положил рёбенка и, отодвинув меня, сел рядом с женой. Взял ее за руку и первым делом посмотрел на запястье. От метки Истинной оставалось лишь слабое свечение, которое, вспыхнув последний раз, навсегда исчезло.

– Нет! Олинда! Не-е-ет! – он обхватил ее голову и посмотрел в глаза. Прижался головой к груди жены и послушал сердце. – Олинда-а-а-а-а! Ты не можешь со мной так поступить! Не мо-о-о-ожешь!

Я стояла, дрожа всем телом, заламывая руки, и чувствовала, как слёзы бегут без остановки. Что я могла сейчас сказать? Лишь слова сочувствия. Подойдя к лорду, положила руку ему на плечо и проговорила:

– Я сочувствую вашему горю…

– Что-о-о-о? – рявкнул Норден и резко повернулся ко мне.

Глаза его наливались кровью, а чёрный зрачок медленно превращался в вертикальный. Драконья чешуя пробивалась через кожу, и я не на шутку испугалась. Отбросив мою руку со своего плеча, он поднялся и с силой толкнул меня так, что я упала на пол.

– Ты убила мою Истинную, поганка! И теперь я убью тебя!

Он поднялся и пошёл на меня.

Глава 7

Ильгизар Норден

Внезапно я ощутил внутри такую пустоту, что захотелось самому сгореть в драконовом пламени . Зарычал, и струя дыма вырвалась из меня, окрасив воздух в чёрный цвет. Я покачнулся, почувствовав слабость, и снёс прикроватную тумбу. С грохотом посыпались на пол пузырьки, разбилось зеркало, разлилась вода из кружки.

– Хлябская прорва! Да чтоб тебя! – выругался я и сделал шаг в сторону девки, которая убила мою истинную. Она смотрела на меня испуганным взглядом и закрывалась от гнева руками. Нижняя губа её смешно подрагивала, и я на одно мгновение вспомнил наш поцелуй… очень нежный и сладкий. От этого внутри забурлила и как будто загустела кровь, во рту пересохло, как от нескольких бокалов Эрлинг-брю.

Я сжал кулаки, схватившись за кровавую простыню, и учуял запах моей Истинной. Уже не Истинной. Уже не моей. Проснувшийся внутри меня дракон проснулся и зашипел.

– Олинда… Моя… Ар-р-р!

Я повернул голову к своей истинной и ничего не почувствовал. Метки на моей руке не было, у жены она тоже исчезла.

– Спаси её. Попр-р-робуй! – рыкнул дракон внутри меня, и я почувствовал, как его глаза закрылись.

– Эй, ты что! Зверюга! Очнись, – произнёс я, понимая, что мышцы слабеют. – Держись, воин. Ещё не время складывать крылья, мы ещё полетаем.

Ноги почти не слушались. Резко помутнело в глазах. Держась из последних сил, дракон заставил меня сесть на кровать. Что происходит? Никогда такого не чувствовал и сейчас ощущал себя полнейшим слабаком. Никчёмным существом. Грязной драконьей подмышкой. Неужели так повлияла на меня смерть Истинной?

Взяв жену за руку, я понял, что от горячо любимой женщины, полной огня и страсти, ничего не осталось. Ладони были холодными, с тонкими прожилками вен. Проведя пальцами по коже Олинды, я ощутил лишь отвращение: она была вялая, безжизненная, чужая. Больше не моя. Боль внутри разрывала сердце в клочья из-за страданий дракона.

– Спаси её… – голос дракона, почти безжизненный, почти бездыханный, сводил с ума. Я понимал, что теряю своего зверя, как и свою истинную.

Но силы покидали и меня. Дотронувшись ладонью до груди жены, я понял, что сердце уже не билось. Жизни в этом теле больше не было. Что я мог сделать? Как мог спасти свою истинную? Хотел ли я этого?

Последние годы нашей совместной жизни были кромешным адом. Вся нежность и любовь прошла, как будто никогда и не было. Всё утекло сточной водой в канаву.

Изменяя налево и направо с кем попало, часто не задумываясь о том, где проводил ночь и сколько вчера выпил, я вспоминал о своей Истинной только тогда, когда возвращался из забытья. Я не думал ни о чём, кроме удовлетворения плотских утех. Мужская сущность брала своё, и я не мог противиться этому инстинкту, да особо и не хотел.

Отказывая мне в том, что требовал, Олинда часто обижалась и запиралась в своей комнате. Мы не виделись по несколько дней и ночей.

Но в определённые женские дни, будучи в диком хмелю, я выбивал двери в покои жены, срывал с нее ненужные дорогие тряпки, скрывающие то, что знал и когда-то любил. И тогда я забирал своё, то, что мне принадлежало по праву мужа и дракона.

В одну из таких ночей моя жена понесла. Единственный раз за все годы нашей совместной жизни.

После этого я превратился в примерного мужа, такого, каким хотела меня видеть истинная. Я прекратил пить, ходить по борделям и драться. А ещё я перестал являться к жене по ночам и домогаться её. Чтобы не навредить нашему первенцу, я начал носить Олинду на руках и усмирять свои животные потребности.

Но надолго меня не хватило. В последние месяцы перед родами у меня так сорвало крышу, что я не смог удержать свой посох в штанах. А всё из-за этой ведьмы Марты. Чтоб она провалилась в Сидонайский разлом и сгорела заживо! Ходила, трясла своими сиськами по Академии. Естественно, я не смог устоять. Особенно после того, что у меня не было соития много месяцев.

Откинув от себя ненужные мысли, я вернулся к жене и понял одно. Это конец. Конец нашей эпохи с Олиндой. Позвав своего зверя, я ничего не услышал. Тишина оглушала и сбивала с ног. Я его больше не чувствовал. Истинная покинула меня, как и мой дракон. Ну что ж, кому-то летать, а кому-то ползать…

Неуклюже поднявшись, я случайно задел ребёнка рукой и он стал падать на пол. Реакции притупились, и как бы я ни старался поймать первенца, у меня бы ничего не получилось. А впрочем, кажется, я и не старался. Всё в мире вдруг стало пустым и незначительным.

Но эта пигалица, всё ещё сидящая на полу, оказалась быстрее меня, ловчее, что ли. Поймав ребёнка, она прижала к себе хнычущий и раздражающий мой мозг живой свёрток. Видимо, это живое существо в комнате так хотело жить, что сопротивлялось смерти несколько суток, не отдавая свою мелкую жизнь старухе с косой.

Адептка яростно взглянула на меня и что-то прошептала одними губами.

Ещё одна ведьма. Плевать!

– Это ты во всём виновата, проклятая! – дёрнулся я к ней, чтобы закончить начатое, но нога стала будто бы ватной и больше не слушалась меня, а потом зацепилась за ножку кровати.

Дальше было фееричное падение и сильный удар головой о мокрый пол, после которого я отключился и возблагодарил драконьего бога за то, что он наконец-то забирает меня к себе.

Глава 8

Я держала на руках ребёнка и смотрела на то, как ко мне приближается этот неадекватный мужчина. А потом он упал. Громко и эффектно, ударившись головой настолько сильно, что мне показалось, что лорд разбил себе лицо и, возможно, сломал нос.

Отложив от себя ребёнка, я подвинулась к лорду Нордену и в первую очередь проверила у него пульс. Вздохнув с облегчением, поняла, что он есть. Слабый, еле прощупываемый, но самое главное: Норден был жив. Значит, пора бежать за помощью!

Ведь судя по тому, что происходит в замке, стоит отправить из этой комнаты хоть кого-нибудь, тот сразу же пропадает.

Поднявшись, я увидела на полу свою сумку с инструментами. Как я могла забыть о том, что лорд Норден принёс её по моей же просьбе? Внутри был стандартный набор акушерки, учащейся в Магической академии. Перетряхивая сумку, я откладывала катетеры и пинцеты в сторону, но ничего подходящего, чтобы привести в чувство хозяина этого замка, там не было.

– Что здесь происходит? – услышала я мужской голос.

Подняв глаза, поняла, что передо мной стоит управляющий, а рядом с ним незнакомый мужчина в форме полисмена. За ними кучкой толпились знакомые мне акушерки. Они смотрели на ситуацию во все глаза и не спешили ничего произносить.

– Лорд Норден без сознания, я пытаюсь привести его в чувства, – отчеканила я спокойно, как и учил мой наставник. – Но в моей сумке ничего нет, чтобы ему помочь. Можете сами посмотреть.

– Она его убила! – крикнула одна из женщин.

– Как и его истинную, – вторила другая. – Посмотрите, может, она и ребёночка задушила? Что-то он не подаёт признаков жизни.

Я крутила головой, не понимая, что здесь происходит. Они что, с ума все посходили? Нет! Этого просто не может быть. Вдруг управляющий выдернул из моих рук сумку и прошёл к лорду. Наклонился и проверил пульс.

– Он жив… пока. Но я не знаю, что с ним сделала эта… хм… дамочка, – обратился он к полисмену, который продирался через окровавленные полотенца и простыни к умирающей женщине. – Смотрите, уважаемый, что я нашёл в её сумке.

– Ничего не трогать, это место преступления! – рявкнул мужчина в форме. – Поставьте сумку на место и не берите ничего без моего разрешения.

– Простите, – Клемент поднялся с корточек и обошёл кровать с другой стороны. Взглянул на роженицу и сморщился, видимо, от омерзения. – Бедная, бедная леди Норден! Я скорблю больше всех. Она была хорошей женщиной и лучшей хозяйкой этого замка, пока эта… – и посмотрел на меня так, словно мечтал уничтожить одним взглядом.

– Я её не убивала, в отличие от… них, – кивнула я на стайку акушерок. – И кстати, если вы не поторопитесь, этот замок останется ещё и без хозяина, лорда Нордена.

– Вы бы лучше побеспокоились о вашем нынешнем положении. Оно у вас незавидное, мягко говоря. А лекарь уже в пути и скоро будет в замке, – злобно сказал управляющий и обратился к акушеркам: – Девушки, заберите кто-нибудь ребёнка!

Прихватив двумя пальцами полотенце, в которое был завёрнут новорождённый, мужчина весь скрючился. Казалось, его сейчас стошнит. Лицо управляющего выражало неприязнь и брезгливость, и он этого не скрывал.

– В соседней комнате всё подготовлено для того, чтобы привести ребёнка в порядок.

Старшая акушерка, которую я запомнила по тому, как она вела себя при родах, протолкнулась через своих коллег и направилась в сторону постели, где лежал кроха. Проходя мимо, она специально толкнула меня плечом. Я покачнулась и чуть не растянулась на скользком полу, но удержалась и злобно взглянула в глаза этой женщины. Там я прочла довольство собой и уверенность в победе.

– Чего встала на дороге! – рявкнула акушерка, взяла ребёнка на руки и удалилась с парочкой своих коллег из спальни. Остальные остались ждать дальнейшего развития событий. Спектакль ещё не закончился, а мне уже хотелось покинуть эту сцену. Как же мне не хватало здесь моего наставника Эль Мамуна! Вот он бы точно мне сейчас помог и вытащил из этой передряги.

Вдруг за спиной я услышала торопливые шаги мужчины. Он вошёл в гостиную Олинды Норден и уже направлялся в спальню. «Это Эль Мамун!» – подумала я, надеясь, что боги меня поддержат.

Но в комнату вошёл небольшого роста мужичок с лысиной на голове и в очках на маленьких бесцветных глазках. Плащ скрывал его практически полностью: казалось, что у незнакомца совершенно нет ног, а это одно сплошное туловище с руками и некрасивой головой.

– Кто болен? – прохрипел старик и осмотрел комнату. Но лорда не заметил и направился в сторону постели. Не видя и не понимая, что делать, он сел на край кровати и взял руку умершей роженицы. – Пульс не прощупывается, здесь, к сожалению, я бессилен.

– Болван! – рявкнул полисмен и, схватив за шиворот старикашку, толкнул в сторону лорда. Сумка лекаря отлетела в одну сторону, сам он – в другую. – Пациент на полу, ему необходима твоя помощь, старик. Усёк?

– О-о-о, простите великодушно. Мои очки давно перестали видеть, и в основном я двигаюсь на ощупь, – продолжал вещать старик, ползая на коленях в поисках потерявшихся очков, сумки и пациента.

Мне стало его так жаль, что я присела и начала искать очки лекаря. Найдя окуляры, протянула ему.

– Вам помочь?

– Вы уже мне помогли. Спасибо, дорогая, – старик перевернулся и сел, облокотившись о кровать, нацепил очки на нос и только сейчас смог рассмотреть меня. Лекарь улыбнулся отеческой улыбкой и неловко потрепал мне руку.

– Ваша сумка, – я протянула ему облезлый кожаный саквояж с заплатами.

– А где же мой пациент? – растерянно произнёс старик.

– Прямо у вас перед глазами, – показала я на лорда и решила перевернуть того на спину.

С трудом осилив сложный трюк, я посмотрела на лицо Нордена. Какой же он красивый… Даже разбитая губа и, возможно, сломанный нос не сделали его уродливым.

– Вот, возьмите, – протянул старик какой-то пузырёк из тёмного стекла, – поводите им перед носом пациента, он должен очнуться… если жив.

Положив голову лорда себе на колени, я сделала так, как велел лекарь. Содержимое пузырька так сильно воняло, что я отпрянула от этого запаха и закашлялась. А затем поднесла к носу лорда, и всё случилось так быстро, что я немного ошалела.

Ильгизар Норден дёрнулся и открыл глаза.

– Не может быть… – хриплым голосом произнёс лорд и улыбнулся. – Сладкие губки, и ты здесь, со мной. Кажется, мне несказанно повезло!

Глава 9

– Он очнулся! Очнулся! – закричал Клемент и подбежал. Грубо отодвинул меня и, схватив Ильгизара за подмышки, поднял на ноги.

– Хлябская прорва! Чего ты так орёшь? – лорд зажал уши и попробовал отстраниться от надоедливого слуги.

– О, мой лорд, я думал, вы… вы умерли, как… ваша истинная.

– Моя истинная! – вскрикнул мужчина и тут же поник, видимо, всё вспомнив. Схватил себя за руку и отодвинул мешающий рукав. – Её нет, моей метки истинности. Нет!

– Это всё она! – вскричал управляющий и показал на меня пальцем. – Она убила вашу суженую, вашу Олинду.

– Я не убивала! – вскрикнула я и поднялась с пола, подала руку врачевателю и посмотрела на злобного управляющего, а потом на лорда. – Вы меня задержали внизу, когда я просила вас пустить меня к леди Норден.

«Хотя я все равно вряд ли успела бы», – подумала я, но не стала произносить это вслух.

– Вы акушерка и должны знать правила оказания лекарской помощи умирающей.

– Но вы сказали мне… – попыталась я возразить, понимая, что никто в этой комнате мне не верит.

– Я? Я ничего вам не говорил! – управляющий отвернулся от меня и, держа лорда под руки, повёл его прочь из покоев леди Норден.

– Где моя дочь? – хриплым голосом спросил лорд Ильгизар и посмотрел на меня.

– Её унесла куда-то одна из акушерок, – сказала я и убрала выбившиеся из-под чепчика волосы.

– Найди её! – рявкнул лорд и посмотрел на управляющего. – Живо!

– Но мой лорд, – возразил Клемент, – она сейчас в надёжных руках. Её осматривают акушерки.

– Те самые, которые сутки мучили мою жену и сделали все, чтобы она умерла? – он отодвинул от себя управляющего и присел в кресло.

– Всё было не так, мой лорд. Акушерки, находящиеся в этой комнате, очень опытные и…

– Хватит! Принеси сюда мою дочь! Быстро! Хочешь проверить, на что я способен? Я не посмотрю, что ты здесь работаешь со времён первых драконов, разорву на куски вот этими самыми руками.

– О… мой лорд, – плаксиво произнёс Клемент и выбежал из покоев.

– Пошли все вон отсюда! – гаркнул Ильгизар и медленно повернул голову в сторону акушерок. Замешкавшись на мгновение, они исчезли так быстро, словно их тут и не было.

– Я смотрю, вы пришли в себя, мой лорд? – произнёс полисмен и сделал шаг в его сторону.

– Мой дракон покинул меня так внезапно, что тело отреагировало не так, как я ожидал. Подобного со мной никогда ранее не происходило… дракон никогда не оставлял меня с момента моего первого оборота.

– Может, мы перейдём в гостиную? Здесь не очень удобно говорить.

– Я не против, – ответил лорд и посмотрел на меня и мнущегося рядом старого врачевателя. – Что они здесь делают?

Полисмен обернулся и сделал такое лицо, словно совершенно забыл о нашем существовании. Сморщился, как от кислого лимона, подошёл к лекарю, схватил его за локоть и повёл прочь из покоев.

– Спасибо, старик. В твоих услугах мы больше не нуждаемся.

– Но… – промямлил тот и посмотрел на меня. – Я хочу кое-что сказать.

– Говори, только быстро! – рявкнул полисмен.

– Я не знаю, что здесь произошло, но могу сказать одно: эта девочка не виновата.

– Всё! Пошёл вон отсюда! – вытолкав его из покоев, полисмен посмотрел на меня и сделал шаг ближе.

– Не трогай её, – зашипел лорд Норден и поднялся с кресла. На его лбу читалась болезненная усталость, уголки рта были опущены, а под носом запеклась кровь.

– Я просто хотел, – промямлил полисмен и резко повернулся к лорду, – отвести её к экипажу.

– Нет! Я сам это сделаю. После того как я посажу её в экипаж, вернусь, и мы обо всём поговорим, – властно сказал лорд Ильгизар и посмотрел на меня. – Иди за мной, адептка.

Схватив сумку с инструментами, я побежала за лордом. Лучше с ним, чем оставаться наедине с этим отвратительным полисменом. Его глаза навыкате под толстыми очками, казалось, могли прожечь во мне дыру, а в яйцеголовой голове роились такие мысли, от которых даже мне становилось жутко.

Выбежав вслед за Ильгизаром, я заметила, что он остановился у дверей. Рядом стоял Клемент и держал свёрток с новорождённой девочкой. Лорд Норден аккуратно взял ребёнка и посмотрел на меня.

– Что мне с этим делать? – тихо спросил меня мужчина, в котором я первый раз за всё время увидела человеческие черты.

– Это же ваша дочь, лорд Норден.

– Я знаю, что она моя дочь! – гаркнул он так громко, что девочка проснулась и заплакала. – Хлябская прорва!

– Лекарь должен обязательно её осмотреть. Роды были тяжёлые, и она тоже пережила не очень приятные сутки. Советую отвезти малышку в больницу к доктору Эль Мамуну, чтобы её осмотрели опытные магические педиатры.

– А ты можешь её сама осмотреть? Сейчас!

– Нет. Я так не… думаю. Это не очень хорошая идея.

– Понятно, – скрипнул он зубами. – А дальше что?

– Найдите ей кормилицу… и любите вашу дочь так же сильно, как любили свою жену.

– Хм… ясно, – лорд вручил кричащий свёрток дворецкому и отвернулся. – Успокой её. Немедленно!

Затем посмотрел на меня и фыркнул.

– Вам не мешало бы принять горячую ванну и сжечь всю одежду, что сейчас на вас.

– Спасибо, я позабочусь о себе сама.

– Ваше право.

И больше не говоря ни слова, Ильгизар быстрым шагом, на который только был способен, покинул комнату леди Олинды Норден. Я семенила рядом, стараясь не отставать. Пройдя через длинные коридоры, мы оказались на лестнице.

В главном холле лорд вручил мне плащ и открыл дверь.

– Экипаж ждёт вас у дверей, – показал он рукой на стоящую повозку без каких-либо опознавательных знаков, запряжённую чёрной лошадью.

Я сделала шаг за порог и поняла, что дождь так и не закончился. Накинув плащ на плечи, только сейчас поняла, что экипаж мне не знаком.

– Это не повозка Академии, – сказала я и повернулась к лорду.

– Всего хорошего, адептка. Надеюсь никогда больше вас не увидеть.

Дверь захлопнулась, и я осталась стоять на пороге.

– И я вас тоже! – крикнула я в сторону двери. – Хам и жуткий сноб!

Надев капюшон, я прижала к себе сумку с инструментами и, трясясь от холода, недосыпа и случившегося в этом доме, села в незнакомую повозку. Высунувшись в окно, крикнула кучеру:

– В Магическую академию. Быстро!

Повозка дёрнулась, и через мгновение повезла меня обратно в Академию. А я, положив сумку под голову, подогнула под себя ноги и моментально уснула.

Проснулась я от жуткого толчка, повозка резко остановилась, сумка упала на пол, я следом за ней. Дверь открылась. Не успела я пискнуть, как на голову надели грязный сырой мешок, а запястья сзади стянули верёвкой в тугой узел. Не особо церемонясь, меня вытащили из повозки. Запнувшись о какой-то камень, я упала на колени и завопила от страха и боли.

– Помогите! – закричала я. Следом на мою голову опустилось что-то тяжёлое, и я провалилась в вязкую тьму.

Глава 10

– София… – услышала я мужской голос и открыла глаза.

Приподнявшись на локте, застонала. Боль вернулась и разлилась по затылочной части головы.

– А-а-а-а, мамочки! Как же больно, – я потёрла ноющее место и осмотрелась.

Похоже на тюремную камеру. Мрачное каменное помещение с одной-единственной лавкой, на которой я сижу. Дыра в углу как отхожее место. Тяжёлая деревянная дверь с маленьким окошком наверху. А над потолком – решётчатое окно, из которого льётся тусклый свет луны, освещая небольшое пространство камеры. Через просветы железной решётки мерно капает непрекращающийся дождь, стекая тонкой струйкой на каменный пол и превращаясь в лужу, которая становится всё больше и больше.

– Бр-р-р, как же холодно! – поёжилась я и, обхватив себя руками, прижала к телу колени.

– София! – вновь этот голос. Я осмотрелась и только сейчас поняла, откуда он доносится. Из того самого окна над потолком.

– Кто там? – тихо спросила я и подняла голову, надеясь увидеть, кто меня зовёт.

– Это я, Эль Мамун, твой наставник.

– О, слава небесам! – я вскочила с лавки и подбежала к тому месту, над которым было окно. – Вытащите меня отсюда, пожалуйста. Я ни в чем не виновата.

– Меня не пускают к тебе как минимум до утра. Видимо, кто-то постарался, чтобы тебя заперли на ночь в этой тюрьме. Я не знаю кто, но, думаю, ты в опасности. Будь осторожна.

– В опасности? – я задрожала от осознания того, что нахожусь в этом жутком месте и никто не поможет, случись что-то ужасное. Стало по-настоящему страшно. – Эль Мамун, что же мне делать?

– Используй защитную магию.

– Но мои плетения никуда не годятся. Они нужны только для акушерства и медицинских операций.

– Иногда и этого бывает достаточно…

Прислонившись к окну, я увидела в свете луны морщинистое лицо наставника в очках, залитых каплями дождя. Серые глаза смотрели на меня упрямо, но с чистой любовью старика к своей внучке.

– Мне страшно… – призналась я и прислонилась к холодной стене камеры.

– Ничего не бойся. Ты смелая девушка, а ещё очень умная и добрая. На-ка вот, держи.

Я повернулась и увидела, как наставник что-то протягивает мне через прутья решётки.

– Что это? – удивлённо спросила я и протянула руки.

– Это передала твоя подруга Анита Корн. Как только она узнала, что ты находишься здесь, быстро собрала мне кое-какие вещи для тебя.

В мои ладони опустился довольно тяжёлый холщовый мешок.

– Эль Мамун, ответьте мне, где я нахожусь.

– К сожалению, в тюрьме, – не задумываясь, сказал мужчина.

– Вы знаете, почему я здесь?

– Ох, София… – отвёл он глаза и убрал руку из окна. – Мне всё рассказали.

– Я не убивала леди Норден, – твёрдо сказала я и ударила кулаком по каменной стене. – Я бы никогда… вы же знаете меня.

– Знаю. Ты слишком добра, чтобы навредить кому бы то ни было.

Я сползла по стене и села на холодный пол. Только сейчас заметила, что на мне был тот самый белоснежный фартук, который выдали в доме Нордена. Вот только сейчас он был весь в крови роженицы. Сжав зубы, я развязала кушак и стянула с себя фартук, чепец тоже слетел, и волосы рассыпались по плечам.

– Эль Мамун! – крикнула я в окно, надеясь на то, что мой наставник ещё не ушёл.

– Да, моя дорогая?

– Почему вы отправили меня к леди Норден? Случай же был крайне тяжёлый и на практике в больнице меня не допускали до подобных операций. Вы говорили, что сначала я должна закончить Академию и только после этого…

– О чём ты говоришь, деточка? – крайне удивлённо произнёс главный лекарь больницы и схватился морщинистыми пальцами за прутья решётки. – Я никуда не отправлял тебя!

– Но как же? – я поднялась и посмотрела в честные глаза Эль Мамуна. – То письмо… от вас. Оно пришло телеграфом. Ректор прочитал его и отправил меня в дом к лорду Нордену, а ещё сказал, что вас нет в городе, поэтому я единственная, кто может справиться с задачей.

– Что? Не может этого быть! – вскрикнул старик. – Я был в городе, но не в больнице, а на совете попечителей. Кто-то сегодня подставил нас обоих, отправив тебя на безнадёжный случай в дом лорда Нордена.

– Но кто? – неуверенно спросила я, не понимая, кто мог сделать подобное.

– Верь мне, София, я бы никогда не отправил студентку на такой тяжёлый случай. Тазовое предлежание, да ещё и обильная кровопотеря. Леди Норден сутки мучилась, и даже если бы я приехал к роженице вместо тебя, то ничего не смог бы сделать! То, что ребёнка удалось спасти, говорит о том, что вы, София Ольсон, большая умница и невероятно трудолюбивая ученица. Я горжусь тем, что ты проходишь практику в моей больнице, а ещё надо обязательно поблагодарить твоего ректора за то, что научил тебя магическим плетениям. То, как ты перевернула ребёнка в утробе матери, говорит о высочайшем уровне владения третьим уровнем магии и твоём потрясающем таланте.

– Спасибо… конечно. Но я не смогла спасти жизнь Олинде. Теперь её ребёнок остался без матери.

– У девочки есть отец. И самое главное, она будет жить. София! Посмотри на меня! – громко сказал врач, и я подняла на него глаза. – Ты спасла жизнь этому ребёнку. Помни об этом. Помни об этом всегда!

– Но все обвиняют меня в том, что я убила жену и истинную лорда Нордена.

– Не все. Только те, кому это выгодно. Мы докажем обратное. Верь мне, девочка.

– Вы думаете, кому-то выгодно обвинить меня в смерти Олинды Норден?

– Да. Я в этом уверен. Убийце надо замести следы, и он решил это сделать с помощью тебя.

– А письмо, которое пришло телеграфом? Его тоже написал убийца?

– В этом нам ещё предстоит разобраться, – наставник оглянулся и замер. – Кто-то идёт, мне пора.

– Эль Мамун. Не уходите…

– Утром я снова приду и, будь уверена, вытащу тебя из этого злополучного места.

– Спасибо, что навестили меня, – я протянула руку, но смогла достать только до кончиков пальцев наставника.

– Девочка моя, прости, что ты находишься в тюрьме, в то время как я на свободе. Жизнь несправедлива. Ох как несправедлива…

Сказав это, Эль Мамуна исчез из окна, а через мгновение я услышала удаляющиеся шаги. Поднявшись с холодного пола камеры, я отряхнула своё выходное платье, прижала к груди холщовый мешок и перебралась на лавку. Накинув на плечи жёсткое покрывало, как будто сделанное из опилок, я подогнула под себя ноги и решила посмотреть, что же мне передала подруга.

Глава 11

Дождь продолжал хлестать за решётчатым окном, и струйка воды, не останавливаясь, стекала по каменной стене. В центре камеры лужа становилась всё больше и больше, и я то и дело смотрела, как она растекается и увеличивается в размерах.

Поёжившись от холода, я развернула мешок и вытащила оттуда всё, что собрала мне подруга: одно яблоко, завёрнутый в жёсткую бумагу хлеб и кусок сухого мяса. Ещё она положила немного печенья и маленькую плитку тёмного шоколада.

Вытащив из мешка свою тетрадь с магическими плетениями, я открыла её и тут же закрыла. Без света прочитать всё равно бы не получилось. Блеск луны иногда выхватывал куски замкнутого пространства, но чаще всего ночное светило пряталось за облако, и поймать его не представлялось возможным.

Поэтому, отложив тетрадь, я вновь засунула руку в мешок и вытащила оттуда тёплую кофту и бумажный конверт. Мысленно поблагодарив подругу за то, что подумала обо мне, я надела кофту сверху на платье. Завернувшись в жёсткое покрывало, вскрыла конверт и развернула бумагу к свету.

«Софи, когда я узнала, что ты в тюрьме, очень испугалась за тебя. Но твой наставник успокоил меня, сказав, что ты сильная и обязательно справишься. А ещё он мне рассказал, что случилось в доме лорда Нордена. Я знаю, что ты не убивала леди Олинду, мне кажется, что вас подставили.

Когда Эль Мамун прибыл в Академию, он первым делом побежал к ректору. Что творилось за дверями Торгрима Стренда, никто не знает. Но их крики, кажется, слышала вся Академия.

Я положила в мешок твою тетрадь с плетениями, если захочешь прочитать её, внутри есть моя особая закладка. Та самая, которую мы сделали вместе на первом нашем уроке по магии. Ты знаешь, как она работает. Поэтому, если захочешь прочитать что-нибудь на последней странице тетради, нужно будет произнести лишь одно заклинание. Ты знаешь какое.

Обнимаю и жду возвращения, твоя подруга Ани Корн».

Отложив письмо, вновь я взяла свою тетрадь и открыла на последней странице. На первый дилетантский взгляд, она была абсолютно пуста. Но девственно чистый лист вполне мог оказаться исписанным. Нужно лишь найти способ увидеть таинственное послание.

И только двое, я и Анита, знали секрет той закладки, что была спрятана внутри тетради. Особая, сделанная из коры мандрагоры с вплетёнными в неё лепестками пассифлоры, она уже сейчас немного светилась и дрожала.

– Флос Люкс, – произнесла я заклинание, которому нас учили, и дотронулась до закладки. Вспыхнув голубым светом, она осветила всё пространство камеры, и я поняла, что перестаралась. Вновь дотронувшись до закладки, забрала часть света и спрятала его в своих пальцах. – Так-то лучше.

Последняя страница озарилась магическим светом, и я увидела, что на ней нарисована карта. А сверху было написано: «Тюрьма Флоххул, вид сверху».

– Это что, план побега? – усмехнулась я и поднесла закладку ближе к карте. Под планом-схемой было написано одно заклинание, которое было мне незнакомо. А в скобках надпись, сделанная от руки: «Скажи его стражнику».

Я опустила ноги с лавки и посмотрела на тяжёлую дверь, что охраняла меня от внешнего мира, словно я была преступницей. А может, так оно и было?

Сидя в тюрьме, я ожидала следующего дня, когда станет ясно, что со мной сделают. Неизвестность пугала, но ещё больше пугали слова Эль Мамуна: «Кто-то постарался, чтобы тебя заперли на ночь в этой тюрьме. Я не знаю кто, но думаю, ты в опасности. Будь осторожна!»

– От меня хотят избавиться! – сказала я себе и задрожала, вдруг осознав эту страшную истину.

За дверью стояла жуткая тишина. И на миг показалось, что люди с той стороны камеры как будто ждали, когда я усну, чтобы прийти и убить меня. Тогда мне точно никакие плетения не помогут. Я погибну в тюрьме за то, что не смогла спасти истинную лорда Нордена.

А что, если сам лорд решил избавиться от меня? Он ведь угрожал мне не раз, когда я была в его доме. И напоследок сказал, что надеется меня больше никогда не увидеть.

Убедив себя в том, что так и есть на самом деле, я задрожала всем телом.

– Ой, мамочки! Что же делать? – я посмотрела в окно и решила действовать. Раскрыв холщовый мешок, начала складывать туда свои вещи: тетрадь, письмо от подруги и остатки еды. Туда же убрала и тёплую кофту. Как ни жаль мне было, но пришлось её снять ради только что придуманного плана.

Повторив в уме заклинание, которое написала подруга в конце тетради, я поднялась.

Я очень боялась, но ещё страшней виделась перспектива остаться здесь и не дожить до утра.

Я не знала планов тех людей, которые привезли меня сюда, перед этим ударив по голове. Надеясь, видимо, покончить со мной, они не рассчитали силу удара, а ещё возможности моего черепа. Он оказался крепче, и я просто провалилась в небытие. Поняв, что меня так легко не убить, они заперли меня в камере, надеясь убрать без свидетелей.

Всё казалось логичным. Я кивнула, наконец-то распутав клубок неясностей. Но от того, что разгадала, легче не стало. Громко выдохнув, подошла к двери и тихонько постучала по грубой деревяшке. Поняв, что меня никто не услышал, постучала вновь.

– Эй! – крикнула я так громко, как позволяли связки. – Стражник! Открой дверь! – забарабанила я кулаком, а затем ударила туфлёй.

Услышав шарканье, я обрадовалась тому, что на меня обратили внимание.

– Чего тебе? – хриплый голос за дверью застал меня врасплох. А и правда, чего мне надо? Маленькое окошко открылось, и я увидела глаза стражника.

– Открой дверь! – крикнула я вновь, расстегнув верхние пуговицы платья и оголив шею.

– Зачем? Сиди тихо, иначе схлопочешь у меня.

– Ты не понимаешь, мне нужно срочно выйти… просто я… просто моя одежда пришла в негодность, – показала я стражнику на своё платье и расстегнула ещё одну пуговицу.

– Чего? – охранник прислонился ближе к двери, его глаза заволокло вожделением.

– Оно всё промокло насквозь, и я, опасаясь заболеть, хочу снять его. Но если я это сделаю, мне станет холодно, даже покрывало из опилок не спасёт. Понимаешь меня? – я вздохнула, понимая, что следующая фраза, решит всё. Сделала губы бантиком и хлопнула глазками. – Может быть, ты зайдёшь сюда и согреешь меня, а?

Глава 12

Долго ждать не пришлось. Я сделала шаг назад, не понимая, что будет дальше. Хотя, наверное, понимала. Как только страшный бугай появится передо мной, мне останется одно: произнести заученную фразу, которую зашифровала подруга на последней странице моей тетради. Непрестанно повторяя заклинание, я надеялась только на одно: не забыть его в самый нужный момент.

Дверь со скрипом отворилась, и я увидела перед собой огромного стражника. Казалось, он выше и шире меня раза в два. Старая разорванная рубаха, зашитая в нескольких местах, висела на нём мешком. В мощной волосатой руке он держал фонарь, через мутные стёкла которого слабо горел жёлтый свет, в другой руке у него были ключи. Сбоку на кожаном ремне висел меч в ножнах.

– Согреть тебя, говоришь? – пробасил стражник и улыбнулся щербатым ртом. По уродливому лицу пробежала тень нестерпимого желания. – Я очень даже не против. Это… я только за.

– Ой, мама… – прошептала я и сделала шаг назад. Не заметив холщовый мешок за спиной, споткнулась и упала на попу. Вскрикнула и сморщилась от боли.

– Не ушиблась? – пробурчал стражник, поставил фонарь на каменный пол и потянул ко мне свои лапищи. – Сейчас я тебя пожалею и согрею. Акуб всегда готов.

Стражник улыбнулся своим большим ртом и наклонился ко мне. Закрывшись руками от огромного страшилы, я молилась только о том, чтобы он меня не раздавил. Но вдруг в голове что-то щёлкнуло, и заклинание всплыло передо мной яркой фразой.

– Ваде сомнум кустодие! – крикнула я и взмахнула руками, выпуская плетение второго уровня.

Заклинание ударилось в крупного стражника, и тот, покачнувшись, начал заваливаться. Наступил ногой на фонарь, отчего тот превратился в стеклянное крошево. Огонь последний раз вспыхнул и погас под грязной пяткой стражника Акуба.

В этот самый момент в камеру кто-то забежал и, не успев увернуться от падающего стражника, начал заваливаться.

– Хлябская прорва! – успел крикнуть мужской голос и замолк.

– Ой! – проронила я. – Хлябская прорва… – повторила я, понимая, что где-то уже слышала это.

На полу лежал стражник, а из-под него выбирался… лорд Ильгизар Норден. Свет луны осветил разгневанное лицо и пылающие яростью глаза дракона. Всё это было направлено на меня и не предвещало ничего хорошего.

– Адептка, вы в своём уме? – с силой оттолкнув от себя тушу стражника, лорд поднялся, отряхнулся, посмотрел на лицо громилы и сморщился. – Мерзость! – оттолкнул его ногой и, увидев в руке связку ключей, схватил их.

– Вы? – словно очнувшись ото сна, я взглянула на хмурого лорда. – Но что вы здесь делаете?

– Догадайтесь, Ольсон! – он подал мне руку, и по его лицу скользнула злорадная ухмылка. – Поднимайте свой симпатичный зад, и уходим, пока не пришла пересменка.

Не смея больше медлить, я протянула руку и обхватила пальцами крепкую мужскую ладонь. Не успела опомниться, как мой нос уткнулся в широкую грудь лорда. От терпкого аромата кардамона и табака закружилась голова, и я попробовала отстраниться. Но ничего не вышло. Руки мужчины крепко держали меня и не хотели отпускать.

Мы стояли рядом в мрачной камере, около лужи мутной воды, спящего под ногами стражника и раздавленного фонаря у двери. Смотрели друг другу в глаза и молчали. В это мгновение, кажется, каждый думал о своём. Я – о том, что здесь делал этот грозный лорд и почему он так пристально на меня смотрел.

– Вы пришли убить меня? – тихо спросила я, не понимая, как повернулся язык такое сказать.

– Кажется, ты отморозила себе все мозги, пока сидела здесь, – лорд снял с себя сюртук и небрежно набросил на мои дрожащие плечи. – Идём. Живо!

Он властно схватил меня за руку и повёл прочь из камеры.

– Мешок! – вскрикнула я, резко затормозила и схватила самое дорогое, что было в этой камере. А затем поспешила за лордом, который, кажется, не собирался останавливаться. – Подождите меня!

Лорд резко остановился, повернулся, и я, не успев затормозить, врезалась в его мощную грудь и вновь вдохнула аромат этого мужчины.

– Да что за пропасть!

– Ты можешь не орать? – прошипел Ильгизар. – Хочешь, чтобы сюда вся стража прибежала?

– Нет, – пропищала я и прикусила щеку. – Простите.

Больше не сказав ни слова, он снова взял меня за руку и повёл по тёмным коридорам тюрьмы. Откуда лорд знал, куда идти, я спрашивать не стала, хоть и было жутко интересно. Норден периодически резко останавливался, чтобы вовремя спрятаться в тёмные ниши, когда проходили стражники, и вновь продолжал свой путь.

Пока лорд прятал меня за своей спиной, я наконец-то поняла, что убивать меня в его планах не было. Этот мужчина пришёл меня спасти, и каждый раз, когда приближалась опасность, он прижимал меня к себе, как величайшую драгоценность.

Никогда в жизни я не чувствовала ничего подобного, поэтому наслаждалась каждым таким мгновением, пускай и было безумно страшно. Каждый темный коридор вызывал новые приступы мурашек, которые я не могла контролировать, как и те крики, которые сдерживала при помощи мужской ладони, закрывающей мне рот.

Когда мы вышли к одной из железных дверей, я сразу поняла, что это и есть выход.

Не говоря ни слова, Норден достал из кармана связку ключей и осмотрел каждый.

– Я не вижу, какой здесь нужен ключ, – тихо произнёс он. – Мне не хватает света.

– Что я могу сделать? – я подошла к двери и дотронулась до замка.

– Ну не знаю. Подумай! Ты же учишься в Магической академии, не я, – хмыкнул Норден.

– Все мои плетения связаны с акушерством… но иногда и этого бывает достаточно! – произнесла я слова своего наставника и улыбнулась. Эль Мамун никогда не ошибался и всегда давал дельные советы.

– Тогда пробуй! – рявкнул дракон. – Теряем время.

– Думаю, будет достаточно плетения первого уровня.

Я скрестила руки, ударила несколько раз запястьем о запястье и произнесла губами магическое заклинание. Воздух нагрелся, и через мгновение передо мной появился переливающийся шар изумрудного цвета. Он был маленький, но этого было достаточно. Фигура направилась к замочной скважине, осветила её, а затем скользнула к связке ключей, выбрала нужный и потянула его за собой.

Лорд ухмыльнулся и вставил ключ в скважину. Щёлк-щёлк – и замок открылся.

Спрятав в рукаве изумрудный шар, я похлопала в ладоши и неожиданно для себя сделала перед лордом изящный реверанс.

– Адептка, вы справились отлично! Прошу,– подав руку, он открыл передо мной дверь и замер. Улыбка сползла с его лица, и тут я увидела, что за порогом стоял тюремщик. Чуть склонив голову, он направлял на нас остриё своего меча. Ухмыльнувшись, стражник любезно спросил:

– Вы куда-то собрались?

Глава 13

– Собрались! – рявкнул дракон и ударил кулаком по голове стражника. Удар его был такой силы, что мне показалось, будто череп тюремщика треснул и раскололся пополам.

Ноги нашего противника подогнулись. Непроизвольно разжав ладонь, он уронил меч на землю, и тот тихо звякнул. Глаза у стражника закатились, и, издав булькающий звук, мужчина повалился набок.

– Ой, мамочки! – я посмотрела на упавшую тушу стражника и наклонилась к нему. Приложила пальцы к артерии, пытаясь нащупать пульс. – Вы же убили его.

– Не занимайся ерундой. Нашла время! – Лорд Норден поднял меня с колен и взял за локоть. – Уходим. Быстро! – произнёс он хриплым голосом и повёл за собой.

– Но… мы должны помочь ему, – я глянула на тело стражника и снова рванулась вернуться. – Это моя обязанность!

– Хватит! – лорд встряхнул меня, как тряпичную куклу, и зарычал в лицо: – Если мы сейчас же не покинем это место, нам обоим конец. Пойми это уже!

– Но… – я зажмурилась и кивнула. – Хорошо, я поняла. Отпустите меня.

Лорд схватил меня за руку, и мы побежали вдоль высокого забора, что скрывал за собой территорию тюрьмы. Дождь, кажется, тоже был против нас. Он не успокаивался, затекал за шиворот, хлестал по ногам и рукам, стекал по волосам, заставляя дрожать и стучать зубами. Но всё-таки польза от осадков была: дождь был настолько противным, что мы бежали так быстро, как только могли, стараясь скрыться от него, словно за нами погоня.

Завернув за угол, я увидела под деревьями повозку. Её почти не было видно, и лишь очертания и тихое ржание коней выдавали присутствие экипажа. Сжав зубы и не отпуская руки, мы устремились в ту сторону.

– Быстро внутрь! – Лорд открыл мне дверь, и я упала без сил на сиденье. Он запрыгнул за мной. – В замок Норден. Живо! – крикнул мужчина извозчику. Не успела дверь закрыться, как экипаж сорвался с места, а я, не удержавшись, упала Нордену под ноги.

– Простите, – пролепетала я и подняла глаза на лорда. В темноте повозки было видно лишь его насмешливое лицо и хищный взгляд.

– Я, конечно, всё понимаю, – он томно вздохнул. – Ты хочешь поблагодарить меня за спасение, – лорд подал мне руку, и я вложила свои холодные пальцы в его горячую ладонь. – Но знаешь, слов благодарности будет достаточно. Правда.

– Что? – я уселась напротив него и спешно поправила подол поднявшегося платья. – О чём это вы?

– Хм… ты ещё девчонка совсем, – лорд положил локти на колени и наклонился в мою сторону. – Поэтому не обращай на мои слова внимания.

– Хор-р-р-рошо, – я обняла себя руками, стараясь согреться. Но вместо этого задрожала ещё сильнее.

– Замёрзла? – он снял с меня насквозь промокший сюртук, достал из ящика под ногами сухой и теплый, накинул мне на плечи, а затем сел рядом и неожиданно прижал к себе. – Он сырой только сверху, внутри сухой.

– Спасиб-б-бо… за всё, – я подняла глаза на мужчину, которого считала убийцей, а в итоге именно он вытащил меня из тюрьмы.

– Сейчас быстро согреешься. – Норден убрал руку с моего плеча и откашлялся. Пересел на своё место, сложил руки на груди, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

– Лорд Норден, ответьте мне на один вопрос, – я засунула руки в рукава сюртука, и сохранившееся тепло мужчины окутало меня. Я втянула носом приятный запах кардамона и табака и продолжила: – Ради чего вы рисковали своей жизнью, вытаскивая меня из тюрьмы?

– Хм, – он усмехнулся, – я хочу, чтобы ты запомнила лишь одно: не думай, что я делал это ради тебя, – тихо произнёс лорд, не открывая глаз.

– Я и не думала, – я опустила взгляд, – ничего такого. Просто хотела узнать.

– Дело не в тебе. Точнее, не совсем в тебе. В общем… не обращай внимания, – Норден вновь зашёлся кашлем, и в этот момент экипаж подпрыгнул на кочке, лорд ударился головой о крышу. – Хлябская прорва, чтоб тебя!

– Вы в порядке? – я было дёрнулась к нему, но замерла, потому что он остановил меня выставленной рукой.

– Спокойно, адептка, никто не умирает и никому спасать жизнь не нужно! Вы уже попробовали один раз, в моём доме, у вас ничего не вышло. Так что сядьте спокойно и не дёргайтесь.

– Но… но… – заикалась я, не зная, что ответить. Да и что я могу? Сколько можно оправдываться? – Неважно.

Я натянула сюртук до носа и, закинув ноги на сиденье, спрятала их под полами теплой одежды. В одно мгновение блаженный сон окутал меня, и я не услышала того, что экипаж привёз меня в то самое место, откуда увёз несколько часов назад.

Дверь повозки открылась, и я не поверила своим глазам. Наконец-то настало утро. Эта ночь, казалось, никогда не закончится. Самая долгая ночь в моей жизни, в которой я успела помочь родиться новому человечку и не успела помочь выжить истинной одного дракона. Увидела тюремную камеру изнутри и даже успешно попыталась выбраться из заточения.

– Адептка Ольсон, вы как? – раздался голос с улицы, и я увидела, как мне подают руку.

– Спасибо, неплохо, – нехотя высунув нос из тёплого сюртука, я спустила ноги на пол и сладко потянулась.

Голова лорда нырнула внутрь повозки, и я увидела на его лице хмурое выражение.

– И долго ты собираешься прохлаждаться или, может, тебя за ноги вытащить наружу?

– Не надо! – вспыхнула я и спешно покинула повозку, не забыв захватить холщовый мешок, который оказывается, весь промок. С него текло, и я поняла, что всё содержимое пропало. – Вот же подмышка дракона! – крикнула я в сердцах, вспомнив любимое ругательство моей сестры.

– Что ты сказала? Подмышка дракона? – лорд хмыкнул. – Забавно, такого я ещё не слышал. Идём, не нужно, чтобы тебя видели посторонние люди.

– Если бы вы пообщались с моей сестрой, ещё и не такое бы услышали, – я запахнула сюртук, который все еще меня согревал.

– Спасибо, мне с лихвой хватает одной сестры Ольсон! – серьёзно произнёс мужчина и быстрым шагом последовал по каменной дорожке. Я еле поспевала за ним.

– Вы многое теряете, мой лорд. Мы с сестрой абсолютно разные, и я была бы счастлива за вас…

– Куда вы её ведёте? – послышался недовольный возглас дворецкого, который преградил нам дорогу к дверям замка.

– Сам разберусь, занимайся своими делами! – зарычал дракон и оттолкнул непутёвого старика от себя.

– Но мой лорд, это немыслимо. Она же… она… убила… – от волнения дворецкий стал запинаться, попутно взмахивая руками.

– Закрой свой рот, Клемент! И держи язык за зубами, – цедил слова Ильгизар. – Иначе я подвешу тебя над пропастью и подожгу твои розовые пятки. Ты меня знаешь!

Глава 14

Ильгизар Норден

Налив себе бокал янтарной жидкости Эрлинг-брю, я сел в кресло и, облокотившись о спинку, подумал о том, что привезти несносную адептку к себе в замок было дурацкой идеей. Не просто дурацкой, но бредовой и очень опасной.

Надо было её вытащить из тюрьмы и бросить где-нибудь по дороге. Какой хлябской прорвы я вернул её сюда, где совсем недавно произошло убийство! Возможно, по ее вине.

Но что я мог сделать? Как мог сопротивляться тому голосу, который вновь во мне проснулся? Это он заставил меня поехать за адепткой и спасти из той клетки, в которую её посадили. Ей грозила опасность, а точнее, смерть. И если бы я опоздал, пришлось бы хоронить бы пигалицу в тот же день, что и мою жену.

Ох, если бы не тот вибрирующий голос… Знакомый до боли в сердце, до холодных колючих мурашек, пробежавших по позвоночнику, и поднявший меня с постели.

Мне казалось, что мой зверь навсегда меня покинул. Со смертью Истинной пришла и смерть дракона. Наверное, я полностью не осознал, что больше не почувствую внутри своего зверя. Сколько я себя знал, он всегда был со мной. Моя вторая половина, моя сущность, моё второе Я. Неотъемлемая часть меня, которая должна была умереть вместе со мной. Когда-нибудь, когда придёт мой час, я бы попрощался со своим зверем, и мы бы вместе вошли в незримый мир.

Но я ошибался.

Как и он.

Он не умер, а только исчез – на время, на минуты, на часы, которые казались мне вечностью. Зверь покинул меня, чтобы вернуться другим.

Да вот только я остался прежним. Я всё ещё тосковал по своей Олинде и никак не мог поверить в то, что её больше нет. В голове не укладывалось, что я не смог её спасти, не смог уберечь от ошибок несносных врачей. Возможно, если бы то чудовище, которое разрывало её изнутри, умерло несколько месяцев назад, если бы Олинда выкинула ее, то могла бы жить.

Ну почему я не подумал об этом раньше?

Я не хотел этого ребёнка, не любил и не ждал. Он был мне ненавистен, и в ближайшее время я планировал отправить его в деревню, к родственникам Олинды. Подальше от себя и своей пустой жизни.

Всё перевернулось с ног на голову. Мы же с женой мечтали о ребёнке, но сейчас, когда её не стало, мне не нужен был этот орущий свёрток. Я хотел лишь одного: чтобы всё стало как прежде. Чтобы нас снова было трое: я, Олинда и мой дракон.

Самое страшное то, что я знал: главной убийцей жены стала моя дочь, а я ничего не смог с этим сделать. Я был слаб против маленького живучего существа, которого боялась сама смерть. Оставалось только жить с этой мыслью и тихо ненавидеть ту часть себя, которая лежала в соседней комнате и периодически выводила меня из равновесия.

Сделав глоток любимого напитка, я поднялся и прошёлся по комнате, раздвинул глухие тяжёлые шторы. Над горизонтом поднималось яркое солнце. Наконец-то закончился этот бесконечный дождь, который, казалось, залил всё вокруг, оплакивая всех, кого возможно. Значит, уже утро. А я так и не уснул. Видимо, сон ушёл в землю, как и это мерзкий никому не нужный дождь.

В голове вдруг всплыла картинка прошлой ночи, когда я с этой несносной пигалицей убегал из тюрьмы под дождём. Она выглядела смешно, но в то же время очень отважно. Я видел и ощущал, что ей страшно, но адреналин делал своё дело, поэтому мы без остановки бежали к экипажу под струями холодной воды. Мокрое платье, облепившее тонкую фигурку девушки, показывало всё и даже больше. Стройные красивые ноги, средних размеров грудь, которую сковывали ненужные тряпки и корсеты. Я чувствовал, что она просилась на волю, в мои ладони. Сжимая зубы от подобных мыслей, я тряс головой, стряхивая дождь, и старался не думать о ней. Заставлял себя забыть о том сладком поцелуе под лестницей, от которого всё окаменело в брюках, о бархатной коже ножек и тоненьких трусиках, за которыми скрывалось то, от чего мужики во всём мире сходят с ума. А потом в повозке она упала на колени передо мной, и, если бы не ситуация, в которой мы оказались, я бы не смог сдержаться.

Почему меня так тянуло к этой девчонке? Она ещё совсем молодая, неопытная, наверняка девственница. Я же привык к другим. Все мои любовницы горячие, сходящие по мне с ума бабы, которые текут, как только я появляюсь. А эта другая. Совершенно не такая, как они.

Поставив пустой стакан на каминную полку, я вышел из своих покоев и на мгновение остановился. Прислушался и понял, что в замке все спят. Даже в соседней комнате стояла тишина, которая так сладко грела уши, что самому не верилось. Наконец-то этим бестолковым служанкам удалось уложить капризное дитя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.