Алексей Лобзов
Айкидо как есть

Самые важные аспекты Боевого Искусства

Драка это искусство

Благодарности

Хочу выразить благодарность всем своим Учителям, которые возились со мной и вразумляли на татами и в жизни. Кольцову Валерию Ивановичу моему первому Учителю в Айкидо и постоянному соратнику в продвижении по Пути . Шпилеву Борису Евгеньевичу за расширение горизонтов и возможности практиковать Айкидо под руководством Фуджимото сэнсэя.

Всем тем, кто верил в меня на этапе начала создания этой книги, поддерживал и вдохновлял на Пути. Моей жене Светлане, которая по сути для меня всё. Моей маме, на хрупкие плечи которой ложились порой не сладкие испытания и переживания за своего сына. Моему дяде Макееву Александру Николаевичу за формирование смыслов по жизни и личный пример. Ученикам, которые посещали мои классы и давали пищу для дальнейших поисков.

Особая благодарность Газизовой Олесе, которая являясь моей давней ученицей, поверила и кропотливо вчитывалась в мои не всегда понятные мысли. Большое спасибо ей за труд редактора.

Кундину Дмитрию, практикующему сэнсэю Айкидо, который вносил ясность в некоторые технические детали.

Спасибо тем людям, которые первые получили цифровой вариант и дали свои отзывы, я это очень ценю и безмерно Вам благодарен.

Благодарю Вселенную за то, что она привела меня в эту точку движения!

Глава I Как я попал в эту «историю»…

Быть воином – это не просто желание быть им. Это, скорее, бесконечная борьба, которая будет продолжаться до самого последнего момента нашей жизни. Миямото Мусаси

Читатель всегда стремится узнать что-нибудь об авторе. К. Роджерс

Начало

Тихим сентябрьским вечером 1988 года, на балконе хрущевки, в провинциальном башкирском городе Стерлитамак, я яростно изображал серию «боксерских» ударов, которые увидел во время трансляции матча с Сеульской олимпиады. Целью была куча бельевых прищепок, неосмотрительно оставленных мамой. Прищепки крутились, вертелись, я задал им жару. Похоже, это и было начало моего Пути!

Чушь собачья конечно, тогда я таких слов не употреблял. А тем более не знал про Дао, как наивысшее состояние бытия в его трансцендентности (недоступности через опыт). Однако, это было оно. Ведь это первое, что приходит в голову при воспоминаниях, связанных с Боевыми Искусствами. Горящее сердце, желание быть круче, сильнее других и овладение чем-то, что поможет это доказать. Понимание: чтобы быть круче надо тренироваться.

Ранее, стоя зимой на большущей куче снега, собранного грейдером, я защищал свою гору от попыток таких же карапузов на нее взобраться. «Пан горы» – падая вниз, втыкаясь лицом в снег, ощущая его за шиворотом, в валенках и в варежках, надо было срочно бежать обратно, чтобы на секунду отвоевать свое счастье стоять одному на вершине.

Важное правило – тебе должно нравиться то, что ты делаешь, ты должен этого желать!

Знакомство с Айкидо

Я всегда учился хорошо, отдавая предпочтение точным наукам и физкультуре. Гуманитарные предметы считал второстепенными и ненужными. Красота, эстетика, гармония – что это, как это можно измерить и самое главное – зачем? Правда, всегда много читал – это позволяло ложиться спать позже, чем было разрешено родителями, так я и втянулся в этот процесс. Позже, я конечно изменил свою точку зрения на гуманитарные науки, под логичным влиянием обстоятельств непреодолимой силы.

Начав заниматься Айкидо в 1999 году, и имея стаж всего 3 месяца, в каникулы после зимней сессии я поехал тренироваться в Санкт-Петербург. Хорошо помню, что деньги были только на обратную дорогу и я не представлял, где буду жить в городе на Неве. Адрес, где проходили тренировки, указывал на Обводной канал и там, по-моему, до сих пор проводятся занятия. По рассказам опытных коллег, именно в Санкт-Петербурге Айкидо было серьезно развито, а значит, сразу как представилась возможность, я поехал туда.

Город мне не понравился. Питер – город самоубийц, где всегда серо и промозгло. Тогда расстояния впечатляли – можно было целый день бродить и рассматривать, читать памятные таблички.

При оплате занятий заявил о желании тренироваться каждый день. Такого расписания не предусматривалось, но я настаивал и просился хотя бы на пару недель. На меня странно посмотрели и спросили, откуда я такой свалился. За какие-то смешные деньги мне выдали абонемент и с ним возможность тренироваться каждый день с 17:00, когда начинались занятия младшей группы и до закрытия.

Мне посчастливилось заниматься у разных инструкторов, с различными подходами и целями на тренировку. Через пару дней кожа на запястьях начала сползать. Дневное время было свободным, я посвящал его музеям и выставкам. И вот тут живущему во мне неандертальцу-гуманитарию пришлось серьезно пострадать. Свалившийся на меня культурный пласт растоптал, обескуражил и заставил в дальнейшем много времени уделить изучению искусствознания, истории, философии, психологии, культурологии и многому другому. Тогда определился круг интересов и план для самообразования, актуальный и сегодня.

В любимой школе склонность к точным наукам ценили и отправляли защищать ее честь на всевозможных олимпиадах по математике, физике, химии, информатике и полиолимпиадах¸ включающих в себя вопросы сразу по всем предметам. Чтобы победить знаний школьной программы было недостаточно, я занимался в многочисленных кружках и на факультативах. А еще учился заочно в физико-математической школе при Московском физико-техническом институте. Здесь я привожу детали моей биографии, не относящиеся к Боевым Искусствам, не с целью покрасоваться и прихвастнуть, хотя и это тоже, а для того, чтобы показать, что смежные дисциплины очень важны для совершенно далекого от всего этого «мордобоя». Возможно, дальше это будет понятнее.

Важное правило – тренируйся больше других, чтобы быть лучше!

Бег бег бег

Если ты устанешь от ходьбы – беги

Хорошие знания привели меня из провинциального города в столицу Республики, в университет, на кафедру вычислительной математики и кибернетики, это случилось вследствие победы на олимпиаде по информатике. Таким образом, в 1996 году меня зачислили без экзаменов с максимальным проходным балом в Башкирский государственный университет .

Школьные годы проходили не только в интеллектуальных баталиях. В третьем классе меня записали в секцию легкой атлетики при спортивной детско-юношеской школе олимпийского резерва. Прыти и дури было – хоть прикуривай, я мог бесконечно наматывать круги на стадионе. Соревнований по бегу было очень много, стопка грамот и дипломов до сих пор хранится вместе с детскими фото у мамы.

Помню, как будто это было вчера, кроссы в спортивном лагере: в лесу один круг составлял 1 километр, а накрутить надо было 10. Через каждые 250 метров, обычно в овражке, находилась мини-спортплощадка с турником, брусьями, штангой, здесь нужно было выполнять определенное количество упражнений и бежать дальше. Не выполнять нельзя – за нами наблюдали серьезные старшие товарищи, готовые с удовольствием дать «волшебный пендель» в прямо смысле этого слова. В лесах южного Урала было хорошо, влажно, прохладно… Если не останавливаться, то и комары не успевают догонять. На шнурке на шее побрякивает в такт бега ключ от номера. Это всего лишь разминка перед тренировкой. Однажды, когда предложили вместо тренировки сходить за 15 км в соседнюю деревню в магазин за пряниками, все согласились не раздумывая.

Изнуряя себя тренировками, ты достигал предела по времени на определенной дистанции. Дальше проходили месяцы, чтобы на доли секунды улучшить время. Но стоило заболеть или пропустить неделю, результаты резко падали.

Важное правило – тренировки должны быть непрерывными и регулярными!

Спорт демонстрировал свои сильные и слабые стороны. Например, однажды тренер приводил незнакомого парня и ставил на соревнования, а тот побеждал. Выяснялось, что он вообще никогда спортом не занимался, и это было странно. Нивелировало все затраченные тобой усилия. Позже пришло понимание, что профессиональный спорт это не секции и тренировки, а воронка селекции по поиску самородков. Просеивая большое количество человеческого материала, выжимая их на пределе, тренер понимает от кого будет толк, а от кого нет. И тогда всё внимание и знания тренер направляет на этот «генетический самородок», потому что он принесет тренеру премии и известность.

Важное правило – ищи тот вид деятельности, к которому у тебя природная предрасположенность!

Бег это лучшая тренировка выносливости, особенно по пересеченной местности с разным темпом. В своих личных тренировках я постоянно использую бег, когда мне нужно повысить функциональную выносливость.

Знакомство с Самбо

Самбо – искусство, спорт и война в одном лице.

Когда мне было 9 лет, мы с товарищем решили изучать Самбо в местном Дворце спорта. Материальные возможности семьи были ограничены и тренер предложил бороться не в кимоно, которых у нас не было, а в старых школьных пиджаках. Много позже я узнал, что кимоно это не просто белая пижама, как мне тогда казалось.

Кимоно(яп. 着物) традиционная одежда в Японии. Кимоно является рабочей одеждой гейш и майко (будущая гейша). А то что используется на тренировке называется «кэйкоги» яп. 稽古着) – «костюм для тренировки» или «доги»(яп. 道着) – «одежда для практики Будо». Надо сказать, школьная форма тогда была весьма добротна, имела синий цвет и карманы. Даже когда ты из нее вырастал, она была оставалась крепкой, хоть и лоснилась. Учитывая, что шилась она не для борьбы, схватить ее было трудно – вплотную прилегала к телу, что давало небольшое преимущество и раздражало оппонентов. Сквозь зубы они цедили что-то вроде: «эх, новички-нищеброды», чем давали нам повод бороться агрессивнее, ввиду социального неравенства.

Тренер на первом же занятии показал технику под названием «задняя подсечка» и сказал, что этого пока достаточно. Чтобы выполнить прием требовалось крепко прихватить противника за рукава и пригрузить его левую ногу. Затем одновременно с рывком в обратную сторону сделать своей левой ногой подсечку его ноги под правую пятку.[1, с.218] «Болевых» приемов в партере поначалу я не знал, поэтому только делал перевод в партер и удерживал противника внизу.

Важное правило – не нужно знать тысячу ударов, достаточно тысячу раз повторить один.

Надо сказать, в конце почти каждой тренировки приходили ребята, занимающиеся у других тренеров и мы по очереди все со всеми боролись. Как оказалось, было несколько знакомых ребят из других районов. А разные районы, как водится, друг с другом враждовали. Горе тебе оказаться в чужом районе на велосипеде или пешком – можно было остаться без «катафота» или с фонарем под глазом. Эта вражда продолжалась и на тренировке, поэтому боролись мы яростно и бескомпромиссно. Тренеры считали очки и растаскивали, если кто-то начинал драться. Была одна особенность, которая помогала выигрывать. Некоторые подростки физически (рост, вес) развивались медленнее своих сверстников и это, как ни странно, давало им преимущество в борьбе. Так как, находясь в одной весовой категории, по возрасту они были старше на 2-3 года. Это значительная разница в опыте, развитии и большое преимущество на соревнованиях – тренеры не стесняясь приписывали им меньший возраст и получали медали.

Позже тренер показал ещё две техники: «Зацеп пяткой изнутри», с меньшей дистанцией, где надо было схватить за куртку в районе плеч. Дальше все так же как в задней подсечке, загрузить противника на левую ногу и в то же мгновение зацепить правой изнутри правую пятку противника, так, чтобы оба ахиллесовых сухожилия прижались друг к другу. Поднимая своей правой ногой правую ногу противника, рывком рук влево вниз опрокинуть его на спину[1,c.224].

Второй техникой был «болевой прием» – рычагом локтя захват руки между ног»[1, c.274]. Эта техника очень популярна в Самбо, существует множество вариантов её исполнения и выхода на неё.

Надо отдать тренеру должное – это была логическая связка. По дистанции, и по тому, что я бросал и влево и вправо – левой и правой ногой, изнутри и снаружи.

Важное правило – твои технические действия должны лежать в одной двигательной системе и дополнять друг друга, а не собираться из разных стилей.

Тогда же я понял, что такое заниженный центр тяжести – условный «треугольник» – самая устойчивая фигура, и один из важнейших принципов Айкидо.

Первая драка.

Парень во время драки вспомнил, чему его учил отец, но умение коптить свинью ему никак не пригодилось. КВН

Однажды осенним погожим деньком нас со всей параллелью 8-х классов вместо учебы отправили собирать картошку. В начале постсоветского периода учащиеся добровольно-принудительно помогали колхозам собирать урожай. Это было прекрасным развлечением, куда-то ехать, весь день провести на свежем воздухе, а не сидеть на нудных уроках. Наградой было ведро картошки, а это уже добыча. Пользы и помощи, я подозреваю, было не много, но всё это было частью воспитания в нас уважения к труду, что не плохо.

К концу дня все были немного нервные, уставшие и уже по дороге домой я обратил внимание, что один парень из «В» класса глумится над своим одноклассником. Издевался он показушно и отвратительно, так, что я просто не мог на это смотреть. Учителя устали, предпочли не замечать, да и давно махнули рукой на вечно отстающий в учебе «В» класс. Произошла стычка, мы обменялись ударами в узком пространстве автобуса, и позже условились встретиться за школой чтобы выяснить всё «по-мужски». Мой оппонент был ниже ростом, но коренастый и наглый.

Первое, что я увидел когда мы начали – как он подпрыгнув, сделал «вертушку» – удар ногой с разворота. Вреда это не принесло, но демонстрировало явную серьезность его намерений и способностей. А закончилось тем, что меня, дико сопротивляющегося и орущего стаскивала с врага учительница соседней школы, которая проходила мимо. Мне очень хотелось сидеть на противнике дальше и молотить его по башке. Угрозы вызвать милицию и поставить меня на учет действия не возымели. Почти ничего из драки я не запомнил, только злобу и желание нанести максимальный ущерб. А само действо напоминало, вероятно, возню диких зверят. С тем парнем позже мы общались уважительно, почти по-дружески.

Важное – мир не справедлив и чем раньше это понять, тем лучше для тебя. Драки неизбежны, свои идеалы надо защищать, желательно качественно.

Знакомство с Каратэ

Конечная цель каратэ не в победе, а в совершенствовании характера участников. Гитин Фунакоси.

В спортзале нашей школы организовалась секция Каратэ. Все знания об этом таинственном явлении происходили из «боевиков», которые крутили в видеопрокатах. Видеопрокат – это такие мини-кинозалы, с несколькими рядами стульев, телевизором и видеомагнитофоном. За небольшую сумму можно было посмотреть западный фильм в сомнительном качестве и незабываемом «гнусавом переводе». Самыми популярными были фильмы, где герои владели навыками загадочного Каратэ. Они наносили удары руками и ногами, так быстро и ловко, что враги просто разлетались. Мне было 9 лет и я уговорил родителей записать меня в секцию Каратэ.

Это было первое знакомство с восточным подходом к изучению боевых искусств. На волне популярности Каратэ школьный зал был переполнен такими же энтузиастами, как и я. Среди нас выделялись ребята в белых кимоно – «старшие», их надо было слушаться. В стороне они отрабатывали удары в парах, нам это пока не позволяли. Сэнсэй(яп. 先生 –«ранее родившийся», «учитель», «инструктор») был невысокий молодой человек.

Мы строились рядами и Сэнсэй показывал движение, которое мы должны были много-много раз повторить. Оказалось, что я могу отжиматься 50 раз на кулаках на деревянном полу, под громкий японский счёт: ичи, ни, сан… Мы изучали много прямых ударов руками с выкриком Киай. Занимались растяжкой и ударами ногами по воздуху, мы сидели в странной позе на коленях, пока Сэнсей объяснял. На стопах и коленях оставались кровавые мозоли, и когда сейчас новички корчатся от боли, сидя на мягком татами, я с улыбкой вспоминаю тот зал из 90-х.

Важное правило – в Боевых Искусствах действует закон – чем хуже, тем лучше!

Это продолжалось пару месяцев, но после очередного медосмотра у меня выявили искривление позвоночника с полным запретом заниматься ударными видами спорта. На этом мое знакомство с восточными видами боевых искусств закончилось, фактически так и не успев начаться.

Начало занятий Айкидо

Нокдаун в жизни может быть случайностью, но вставание с пола и движение вперед – это уже сознательный выбор.

После поступления в Университет, мне выделили место в общежитии. В конце 90-х это было весьма специфическое заведение, со своей иерархией и «околоприблатненными» порядками, установившимися среди жильцов. Те, кто учился и жил университетской жизнью вели себя скромно. Чего нельзя было сказать о тех, кого отчислили или тех, кто «случайно» заселился в общежитие, а в свободное время занимался вымогательством и разбоем.

Здание общежития представляло собой пятиэтажное строение, на каждом этаже сорок комнат, две кухни, туалет и раковины в конце коридора. Обитая там, ты всегда находился в окружении людей и никогда один. В комнате нас было четверо. Чтобы сходить в туалет, нужно было преодолеть весь коридор и если ты ботан-первокурсник, случиться с тобой могло всякое. Общежитие не располагало к учебе, к счастью до позднего вечера работала библиотека и компьютерные классы, где можно было заниматься. Конфликты случались ежедневно и ежечасно. Те, кто стоял выше на иерархической лестнице отнимали ценности и продукты у тех, кто стоял ниже – всё как у животных. А кто не соглашался на «сделку» получали моральное и физическое воздействие. Очень скоро стало понятно, что надо повышать уровень обороноспособности.

Важное правило – ничего само не произойдет, пока ты сам не встанешь и не сделаешь первый шаг. Даже путь в тысячу ли начинается с первого шага.[8, гл. 64, стр. 12]

Со временем мною было замечено, что борцы хорошо себя показывают в драках. При явном проигрыше в обмене ударами, обычно они стремились сближаться и мгновенно переворачивали оппонента головой в раковину, об угол стола, а то и головой на кафельный пол, чем и заканчивали схватку в свою пользу. Попытка записаться в секцию греко-римской борьбы при Университете окончилась фиаско, из-за нестыковки расписания или недостаточной настойчивости. На занятиях физической культуры я занимался в секции волейбола. Этот выбор я сделал еще в начале поступления, когда надо было выбирать между волейболом и боксом. Логично рассудив, что программисты зарабатывают на жизнь головой, удары были не желательны. Хотя, при поселении в общаге, я и не предполагал, сколько их достанется на мою глупую голову. И однажды, знакомый одногруппник рассказал, что занимается Айкидо.

Об Айкидо я не знал ничего, кроме самого слова и Стивена Сигала из фильмов десятилетней давности. Я был покорен молниеносно, попав в уютный зал со строгим и вдумчивым Сэнсэем. Меня не допустили до занятий сразу, а предложили сначала понаблюдать трёхчасовую тренировку со стороны. Сказать, что мне понравилось – ничего не сказать. Всё было настолько экзотично и не похоже на виденное мной ранее, что просто захватывало дух. К тому же, порядок, сдержанность резко контрастировали с тем хаосом, который творился вокруг меня. В конце тренировки Сэнсэй задал мне вопрос: «для чего мне Айкидо?» Я чего-то невнятно ответил, о том что нравится и всю жизнь мечтал и со следующей тренировки был допущен к занятиям. Так я начал заниматься в Айкидо-клубе «Мусуби». Помимо библиотеки и компьютерного класса, появилось ещё одно место, где можно было пропадать допоздна, чтобы не возвращаться в общагу. Тренировался я с большим энтузиазмом и усердием, впрочем, это относится ко всему, чем я в жизни начинал заниматься.

Важное правило – если уж начал что-то делать, делай это хорошо и желательно лучше других, а иначе не стоит и пробовать.

Я постоянно докучал «старичкам» в зале каверзными вопросами и «проверками». Кто-то отмахивался и сторонился, а кто-то помогал. Возраст, занимающихся в клубе, был очень разный. Информация по Айкидо отсутствовала, программы тренировок были, я полагаю, авторским видением Сэнсэя. Только-только начинали появляться видеокассеты в плохом, перезаписанном и размагниченном качестве, где мастера Айкидо что-то показывали и объясняли на английском или японском. Видеомагнитофона у меня не было, но был компьютерный класс с доступом в интернет, я закачивал ролики Айкидо и изучал их. Это помогало мне лучше усваивать и классифицировать материал. Видео интерпретировались Сэнсэем и предлагались для тренировок. Семинары Мастеров-японцев анонсировались только в больших городах, Москве и Санкт-Петербурге. Спустя три месяца занятий я направился в Питер.

Первый нокаут

Тот, кто находит удовольствие в уединении – либо дикий зверь, либо Бог. Аристотель

Дверь внезапно распахнулась, хотя была закрыта на задвижку. На пороге стоял невысокий коренастый парень из постоянных обитателей студенческого общежития. Линия волос начиналась практически сразу над сросшимися бровями, пронзительные черные глаза горели яростью. Диалог сразу не задался. О чем можно беседовать с человеком, вымогающим деньги? Отдавать нельзя, иначе навеки можно было стать «дойной коровой». Не отдавать можно, но тогда тебя могли избить, и неоднократно. Решать в такие минуты надо быстро и, желательно, заранее подготовившись к ответу. Его группа поддержки ждала наготове и, без особых угрызений совести, могла попрыгать у тебя на голове и печени. В голове дурацкие представления о добре и зле, безупречные герои из фильмов, которые всегда знают, что делать. А в жизни всё выходит проще.

После несильного толчка в грудь я встал в стойку и приготовился к драке. Когда парень двинулся вперед я ударил его в подбородок и…не попал. Легкое удивление вызвала непринужденность, с которой он увернулся. И тут в моей голове что-то вспыхнуло, погасло, очнулся я лежа на полу, на мне кто-то сидел и бил.

Начало драки мне рассказали позже. Стоя в соплях и в крови, тяжело дыша от сведенных мышц, униженный и оскорбленный я отмывался в раковине. Это был первый нокаут и сотрясение мозга, заставившие меня две недели ходить как в тумане и скверно соображать. Первый, как известно, не последний, а после шестого я перестал их считать.

Как ни странно, даже такая позорная для меня драка принесла неплохие плоды. Была четко очерчена граница, что просто так наживаться на мне не получится и хоть минимальный ущерб, но я, несомненно, нанесу. Так как жить в общежитие мне предстояло ещё долго – это было важно. Позже я выяснил, что парень этот мастер спорта по Кикбоксингу и какой-то там областной чемпион, в общежитии все были приезжие. Мы несколько раз даже потом тренировались в местном, стихийно-самодельном спортзале, где он показывал, как правильно наносить удары руками. Как говорится, пока дрались заодно и познакомились.

Важное правило – никто не может покушаться на Вашу личную свободу. А в Боевых Искусствах нет понятия «отступить», но есть – «отложить наказание».

Общага это уникальное, чарующее, для тех кто там не жил, и опасное место. Чаще всего здесь оказываются иногородние. Сначала воздух свободы и самостоятельной жизни кружит голову вчерашним школьникам. Но, примерно месяца через три такой взрослой жизни, их представления о ней, под прессом обстоятельств, претерпевают серьезные изменения. Если раньше человек жил в благоприятной школьно-домашней среде, где большая часть обязанностей почетно перекладывалась на родителей и учителей, то здесь он оказывался лицом к лицу со всеми трудностями жизни. Со временем вчерашний школьник становился совсем другим человеком, даже визуально менялся, кто-то в лучшую сторону, а кто-то нет.

Попадая в общежитие, человек подавляется как индивид. Твое мнение, к которому раньше прислушивались близкие люди, здесь ничего не значит. Право голоса надо заслужить конкретными делами. Ты не выбираешь, в какой комнате жить, с кем, и что ты хочешь сейчас делать. Всё за тебя решает социум или кто-то, обладающий властью. А система здесь полностью игнорирует твои права. Вещи, тебя окружающие: кровать, матрас, шкаф, стол – чужие, во временном пользовании. Иметь свои вещи можно, но из-за переездов, неурядиц они постоянно пропадают и необратимым образом портятся. В общаге твоя комната становится проходным двором, ты не можешь побыть один, когда ты этого хочешь. Поневоле участвуешь в чужих, ненужных проблемах. Жизнь наполнена не своими целями, а чередой нелепых и ненужных случайностей.

Однако, есть положительные моменты – общага показывает тебе кто ты такой, реально и без прикрас. Видеть это не всегда приятно. Но в этот момент ты понимаешь, что кроме себя у тебя больше ничего нет. И тогда ты начинаешь адекватно оценивать свои возможности. Общага ставит задачи, которых в обычной жизни ты мог и не заметить. Но решать их придется сразу, не откладывая, чтобы остаться человеком. Задачи эти не самые умные, но требуют воли, характера, смекалки и смелости, а их не всегда оказывается в нужном количестве. А если не ответил или замешкался, можешь сразу оказаться среди неудачников.

Важное правило – учись оценивать свои слабые и сильные стороны. Сильные стороны делай ещё сильнее, слабые стороны прикрывай, не выставляй напоказ.

Тренировки Айкидо продолжаются

Когда ты тренируешься годами, тебе не о чем сожалеть, даже если ты не сумел стать чемпионом. Ты все равно стал лучше. Эвандер Холифилд, выдающийся боксер.

Мои занятия Айкидо в зале проходили три раза в неделю по три часа. Этим тренировки не ограничивались, они лишь давали импульс для самостоятельных поисков. Традиционно, тренировка начиналась с мытья полов, вдвоем или втроём мы успевали вымыть школьный спортзал, пока приходили остальные ученики. Никому не хочется заниматься грязной работой, но это позволяет воспитать в себе важные, как мне видится, качества. Если ты относишься к этой обязанности, как к чему то уничижительному, то занятие будет выматывать и расстраивать тебя. Если понять и проникнуться идеей, что это делается, в первую очередь для себя, чтобы ты не оказывался после броска лицом в куче пыли, всё встает на свои места. Тренировка должна начинаться с организации пространства!

В Айкидо меня сразу поразило разнообразие техник, оно не укладывалось в голове и никак не систематизировалось. Первым делом нужно было разобраться в этом многообразии. Многое объяснила книга С.А.Гвоздева «Самозащита от любого нападения, от новичка до черного пояса. Айки-Джитсу. Ловкость черного паука.» [12] выданная мне для прочтения «с возвратом». Фактически, это была первая книга про Айкидо, которую я досконально изучил, а потому она запомнилась и очень дорога мне. Благодаря ей, я выучил японские названия техник, сразу стало понятно, что все техники делились на бросковые и техники удержания. И затем предлагались многочисленные варианты от разных видов атак, захватов и специфических ударов. Все эти же техники повторялись с небольшими видоизменениями, но сохраняли изначальный принцип. Чудесным образом, в процессе написания этой книги, книга С.А.Гвоздева вернулась ко мне в новой редакции 4-го издания, под названием «Айкидо и айки-джитсу»[34].

Важное правило – всегда надо разобраться с терминами и понятиями, это сильно поможет в понимании изучаемого предмета.

Очень большое внимание Сэнсэй уделял понятию «атака», оно складывалось из множества составляющих и несло сакральный смысл, разделялось на этапы намерения и физического воплощения.

Также, Сэнсэй настаивал, что техники в Айкидо не должны калечить вашего напарника – что с моей стороны вызывало молчаливое непонимание: как же так, для чего учить техники которые не калечат? Акцентировал внимание на том, что при выполнении техники не должно происходить столкновения или разрывов с действиями нападающего. Если кто-то заводился и начинал бороться, его останавливали. Техники должны, как бы, продолжать атаку и выполняться плавно без остановки. Много упражнений выполнялось на удержание контакта с оппонентом, когда надо было двигаться и маневрировать, но сохранять дистанцию между проекциями центров тяжести на опоре неизменно – «ходить на тонусе». Свои занятия я никогда не рассматривал с точки зрения скорейшего получения «черного пояса». Самым важным было получение знаний и повышение навыков обороноспособности.

Важное правило – получая знания, искренне отдавайся процессу, не лукавь. Это подкупает и является залогом доверительных отношений между учителем и учеником.

Впервые Сэнсэй предложил мне сдать экзамен на ученическую степень через пять лет тренировок, а первый черный пояс я получил через 8 лет. Экзамен на ученическую степень я сдавал после семинара приезжего Мастера и предложение выйти на экзамен прозвучало для меня совершенно неожиданно. Я ответил «хай» – Да, по-японски, и выдержал испытание.

Для выработки и шлифовки специфических навыков в Айкидо, ударов, напоминающих разрез мечом, а также для повышения атлетизма, мне нужен был «боккэн». Я много читал и видел, как мастера Айкидо используют деревянную копию меча в своих тренировках. Боккэн(яп. 木剣) по весу и балансировке напоминает японский меч катана(яп. 刀). Достать его было негде, и тогда мой приятель выточил его из дубового бруска. Отныне все лесные пробежки проходили с мечом. Несколько раз он мне даже пригодился, для отражения нападений бродячих собак. Также я использовал его для субури (яп. 素振, буквально «манера держать себя») – многократного повторения базовых упражнений. Каждый день повторяя субури около 300 раз, руки обретали нужный хват, траекторию, а тело – нужные кондиции.

Если мое прилежание в обучении подкупало Сэнсея, то поведение было не на высоте. Я болтал на тренировках, не соглашался с мнением более опытных, спорил. Когда его терпение заканчивалось я бывал наказан – выполнял укрепляющие упражнения, вместо высококоординационных техник в паре. Сейчас, когда я веду тренировки в детских группах, это воспоминание помогает мне относиться к ученикам терпимее.

Ещё одним важным аспектом были укеми (яп. 受身 «защита во время броска», «страховки»). Укеми являются краеугольным камнем в Айкидо. Помимо физической составляющей они имеют и глубокое философское значение. Для того чтобы качественно изучать техники Айкидо необходимо, чтобы твой напарник хорошо владел страховками. При выполнении мощных бросков тело соперника порой пролетает несколько метров. Чем выше уровень владения страховками, тем с более продвинутыми айкидоками можно тренироваться. Мои самостоятельные тренировки включали многократное повторение укеми на разных поверхностях: бетон, галька, лед и пр. Укеми позволяет тренироваться без инструктора. Жесткая поверхность дает тебе обратную связь о неточностях движения в виде синяков и ссадин. Постепенно, количество укеми доходило до сотни раз, а тело запоминало правильный ход. Могу без ложной скромности сказать, что на протяжении нескольких лет был уке у Сэнсэя. На мне показывали техники в зале и приходилось выполнять много изощренных страховок – укеми. Подробнее об укеми я расскажу в последней главе книги. Оно, без ложной скромности, является важной частью стратегии Боевых Искусство, отвечающей за выживание и «неубиваемость» себя любимого.

Драка с двумя противниками

Он просто привык давать сдачи. Конечно, по своей подозрительности – заранее. Юрий Никитин «Трое и боги»

Однажды вечером, я, под руку с прекрасной девушкой, возвращался домой. Золотая осень заканчивалась и начиналось мокрое унылое межсезонье, характерное для южного Урала, да и всей России. Подходя к дому, я увидел, что двое крупных парней окружили моего приятеля. Настроены они были агрессивно, размахивали руками, что-то говорили, я не расслышал. Его девушка находилась поблизости и, заметив меня, подбежала.

Я не мог не помочь. После короткой перепалки завязалась драка. Мой товарищ стоял ошеломленный и бездействовал. Убедившись, что один из нападавших упал, я развернулся и переключился на второго. Это была моя большая ошибка, оставлять кого-то за спиной.

Важное правило – двигаться в драке надо так, чтобы никто не оставался позади тебя.

Со вторым быстро справиться не получилось, он схватил меня за плечи куртки, и началась возня. В это время сзади кто-то ударил меня под колено, резкая боль заставила упасть, но падая я бросил противника через себя. Как на тренировке, я соединил колени и быстро развернувшись, вскочил на ноги. Дорогие джинсы, естественно, порвались. Быстрый разворот спас меня от следующей серии ударов. Очутившись лицом к лицу, мы обменялись ударами и мне повезло больше.

Забрав товарища и дам, ждавших в стороне, мы ретировались. Почти сразу в дверь к нам забарабанили и зазвонили. Оказалось, что парни соседи и у них вечеринка. С толпой разгоряченных людей разборки продолжались полночи, но до открытых столкновений больше не дошло. Так, пока дрались, познакомились с соседями.

Самостоятельные тренировки

Знающим я назвать себя не смею. Я был ищущим и все еще остаюсь им, но ищу я уже не на звездах и не в книгах, я начинаю слышать то, чему учит меня шумящая во мне кровь. Герман Гессе. "Демиан"

На тренировках Айкидо в зале партнеры обычно достаточно дружелюбно хватают друг друга за запястье или наносят вертикальный удар ребром ладони. Для более продвинутых учеников устраивали похожую работу, но уже против двух и трех нападающих. Подобная практика, хоть и была более быстрой и непрерывной, но тоже проходила в дружеской манере.

В уличных же драках всё случалось иначе. Нападение происходило стремительно: один-два удара и добивание лежачего. Чаще нападали с численным перевесом. Побеждал, как правило, тот, кто бил первым. Выполнить растянутую, амплитудную и многошаговую технику Айкидо в классическом тренировочном виде, было невозможно. Но ситуаций, когда меня сначала хватали, а потом начинали бить, практически не случалось.

Занятия Айкидо дали иное представление о работе с дистанцией и, как следствие, о самом рисунке схватки. Отработка базовых перемещений дает возможность молниеносного входа-атаки и последующего маневра на безопасном расстоянии. На тренировках выполнение техники начиналось на расстоянии вытянутых рук или пересечения кончиков деревянных мечей. В тот момент, когда кто-то входит в воображаемый круг с тобой в центре (далее я более подробно коснусь темы «зоны контроля») активные действия должны уже начинаться. Ждать момент захвата или конечную фазу удара – очень самонадеянно. Запомните это! Именно в этот момент Айкидо из разряда пассивных техник самозащиты переходит в активные действия по спасению собственной жизни.

Первым делом, нужно было понять и вычленить уникальный арсенал ударной техники Айкидо и качественно ее наработать. Например, при нанесении секущих ударов в твердые поверхности эффекта мало, из-за отсутствия знания как правильно бить, чтобы не травмировать кисти. Необходимо было укрепить ударные поверхности и провести полевые испытания.

Спортсмены боевых направлений часто знакомы и я знал, где проводятся разные встречи, наподобие «бойцовского клуба», только без всякого флера таинственности. Каждый мог придти и подраться с каждым. Кто-то следил за временем, остальные – чтобы не было ненужных травм. Когда узнавали, что я занимаюсь только Айкидо, интерес к драке со мной возрастал.

В схватках непременно происходит обмен ударами и существует большая вероятность оказаться покалеченным. Именно с обучения ударам О-сэнсэй (яп. 大先生 – Великий Учитель) начинает процесс обучения: «Независимо от того, что может произойти, нужно быть готовым принять на себя 99% атаки противника и посмотреть смерти в лицо, чтобы осветить Путь» [8, с. 51]

Важно понимать, как Ваше тело и разум будут вести себя при попадании прямого удара. В некоторых единоборствах в дружеских спаррингах я столкнулся с такой вещью, что человек перестал защищаться и несколько моих ударов принял лбом. На мое явное удивление, он ответил: «это для того, чтобы понимать ложные удары и правильно реагировать на сильные удары, только так можно от них защититься». Также встречал описание подобного навыка в книгах, это называлось «пассивной защитой». Тело знает, как себя защитить, если не будет при этом сковано ужасом перед ударами. Моим экспериментам не было конца, они были слишком садистские и кровавые для описания в книге, но они были необходимы. Порой лицо переливалось всеми стадиями гематомы от фиолетового до желтого. Я никому не рекомендую подставлять своё лицо и тело под удары, но именно это научило меня не бояться пропустить удар.

Драка в спальном районе

Если бы в кафе привинчивали стулья, ничего бы не случилось.

Тогда я снимал небольшую квартирку в спальном районе. Мебель осталась из 80-х, хозяин отказался расставаться с раритетами, и это условие было прописано в договоре аренды. Обучение в университете закончилось, я работал в единственной, на тот момент в городе, софтверной компании. Мы занимались разработкой программного обеспечения, точнее созданием крупной автоматизированной информационной системы. Это было моей мечтой с 9-го класса, когда сидя за притормаживающими «Корветами» с двухцветным мониторами, я пытался постигать основы программирования и что-то кодить. Тренировки мои продолжались вечером и работе не мешали.

Однажды ко мне в гости приехали двое земляков. Это были «добры молодцы» – греко-римские борцы. На их фоне, я со своим ростом 178 сантиметров, смотрелся как мелкое недоразумение, но именно это меня и спасло позже. Мы осмотрели город днем, а вернувшись, стали делиться секретами, как мне тогда наивно казалось, Боевых Искусств. Кстати, им было что показать. Здесь, на деревянном полу, среди мебельного хлама прошлого века, они ловко швыряли меня прогибом, показывали «ваньку-встаньку» и т.д. Моих страховок едва хватало. Однако, я тоже продемонстрировал некоторые хитрости и болевые приемы. Уже тогда я понял: борцы, включая самбистов и дзюдоистов, совершенно не знакомы с этим разделом в стойке, несмотря на то, что это очень эффективная и «работающая» техника.

С одним из ребят мы решили пройтись по вечернему, уже сильно осеннему городу и подышать воздухом. На углу заметили не очень приятную сцену: парень хватал и чего-то непристойно показывал девушке. Недавний адреналин и свежий воздух не дали пройти мимо. Парня мы угомонили, но он обещал вернуться, а девушку проводили до дома. Возвращаясь, встретили уже целую компанию из 5 человек. Разговора не получилось, и он позвал нас «отойти», видимо там была более дружеская атмосфера, решили мы.

Дальше события разворачивались стремительно. Мы беседовали, как неожиданно появилось ещё двое с битами. Один сразу зарядил моему товарищу битой по голове и не успел я сообразить что произошло, как он вскочил и просто убежал. Ситуация накалилась. Ребята начали по очереди подбегать и наносить удары, остальные крутились рядом. Что мне оставалось, как не аккуратно снять пальто и выкручиваться. Они пытались меня бить, хватать, валить на землю. Сбежать без пальто я не мог, оно было мне дорого. И через какое-то время возня утихла, кто-то помешал или нападающие устали. Я преувеличенно спокойно, по киношному, забрал пальто и направился было домой.

Завернув за угол, я удивился звукам возобновившейся драки. Возвращаться не хотелось совсем, что-то подсказывало, что во второй раз всё может закончиться не так радужно. Руки потели, дыхание сбилось, сердцебиение участилось. Но я вернулся и не зря! Толпой, с битами и просто так молотили моего товарища. Он не падал, я автоматически отметил эту странность, а стоял, согнувшись и прикрывал голову руками. Взревев аки бык, я резво двинулся к ним. Ребята ошалели от моей дерзости, остановились.

Аккуратно окликнул товарища и предложил нам ретироваться. Он дернулся, защищаясь от моей руки, опомнился со словами: «а это ты» и мы направились домой. Товарищ мой выглядел жалко: разбито лицо, рваная рана нижней губы, во время удара битой зубы пробили её насквозь, разорванная одежда… Вполне допускаю, что кому-то эта история покажется неправдоподобной, но свидетели ещё живы и если захотят, отзовутся.

Драк было множество. Карту города можно было увешать флажками боевых столкновений. Также, не стоит полагать, что все драки были успешными. Едва ли наберется половина, когда я уходил с меньшим ущербом, чем противник. Множества драк можно было избежать, но ставя перед собой определенные задачи или просто из-за скверного характера, я нарочно нарывался. Для меня важно было понять, как это возможно соединить агрессию, кровь, увечья и Боевое Искусство. Можно ли было сделать так, чтобы драка была искусством, как деятельность, направленная на созидание, а не на разрушение? И я продолжал экспериментировать. Кстати, на месте наших баталий недавно начали строить храм, интересное совпадение, не правда ли?

Айкидо это очень личное

Я искренне надеюсь, что каждый занимающийся Айкидо создаст свой собственный путь – медленно и правильно, шаг за шагом – посредством тщательной практики. Додзё Киссёмару Уэсиба , второй досю Айкикай Хомбу [6]

Имея стаж занятий Айкидо около пяти лет, я накопил некоторые разногласия с методами преподавания Айкидо моим Учителем. И однажды я сказал ему об этом.

Важное правило – критикуя что-то, предлагай своё!

В ответ он предложил мне открыть свой зал, набрать учеников, и с ними опробовать то, что я считал важным. Что я и сделал.

Так наступил новый этап моих самостоятельных поисков и апробаций имеющегося опыта в новых экспериментальных условиях. Мне предстояло столкнуться с организационными сложностями, многое узнать о человеческой подлости, когда прикрываясь благими намерениями, люди пытаются потопить тебя и получить конкурентную выгоду. Сам того не понимая, уже тогда я стал для некоторых «костью в горле». Этот период моей жизни совпал с началом обучения Айкидо у японского Мастера Фуджимото Йоджи. Вот уж поистине очередное подтверждение мудрости: «Учитель приходит тогда, когда ученик готов». Нельзя сказать, что я специально искал Учителя. Мало того, с недоверием отнесся к учению Мастера, но продолжал усердно посещать его семинары, конспектировал материалы. А позже, в кругу единомышленников, всё это многократно повторялось и изучалось до следующего семинара. Мастер впоследствии оценил мои старания и подтвердил знания в Айкидо вручением сертификата об успешном прохождении экзамена на черный мастерский пояс.

Я, безусловно, не являюсь примером для подражания, но меня греет мысль, что несмотря ни на что, со своим главным Учителем Айкидо, я до сих пор поддерживаю близкие и искренние отношения понимания и дружбы. У каждого свой Путь и своё понимание Айкидо, но мы часто советуемся и поддерживаем друг друга.

Важное правило – не стесняйся быть благодарным. Как утверждал римский философ Сенека: «благодарность, будучи добродетелью, возвышает душу».

В самом начале моих занятий Айкидо, получив минимальные базовые знания, мне хотелось со всем Миром поделиться этим прекрасным искусством. Но, чем больше я рассказывал, тем большее непонимание вызывал у окружающих. Кто-то был склонен называть это сектой, кто-то не понимал для чего столько времени уделять тренировкам, когда есть другие интересные занятия. Постепенно мне стало понятно, что Айкидо это очень личное и почти интимное. Оно меняет представления человека о себе и о мире, изнутри, через упорные тренировки. Изменения могут быть весьма болезненными. От каких-то качеств человек не хочет избавляться, хотя не всегда они полезны, но приросли как вторая кожа.

Например, одно из таких качеств – быть жертвой, неосознанно, из детства. Есть даже такая междисциплинарная область как «виктимология». Она исследует причины и процесс становления кого-то жертвой преступления. Эта предрасположенность или свойство человека, при определенных обстоятельствах стать жертвой преступного деяния называется виктимностью. Уровень виктимности, конечно бывает разный, но он есть у всех. Наблюдая обычную жизнь, мне не понятно на что надеется неподготовленный человек в случае критической ситуации? На авось, на правосудие, на оружие, на старшего брата или на Господа Бога? Мне сразу хотелось бы исключить моральные и правовые стороны виктимности. Не склонен я обвинять жертву или переносить на нее часть вины за преступление. Меня, как исследователя, интересует вопрос в контексте Боевых Искусств: как сделать так, чтобы человек, потратив некоторое время на изучение Айкидо, мог повысить свой личный уровень безопасности? А потенциальный агрессор, тоже имеющий некоторый уровень виктимности, видя практикующего Айкидо, отказался бы от своих намерений перевести конфликт в активную стадию.

Когда Основателя Айкидо Морихэя Уэсибо спрашивали о том, как при помощи навыков Айкидо победить, он отвечал:

– Мы не противопоставляем себя атакующему. То есть, в Айкидо нет противника. Победа в Айкидо это «масакацу, агацу и кацу хаяби». И далее пояснял: «масакацу» означает «правильная победа» и «агацу» означает «побеждать в соответствии с божественной миссией, ниспосланной тебе». «Кацухаяби» означает «состояние молниеносной победы». [2]

О-сэнсэй предлагает Путь абсолютного самосовершенствования, в котором устранено понятие врага. А методом является достижение состояния единства тела и духа посредством аскетических тренировок. Сама идея Айкидо предполагает ориентированность занятий на личностное развитие и ставит во главу угла неповторимость, уникальность каждого человека, а потому – бессмысленность достижения превосходства над окружающими»[4, c.40]

Другими словами, практика Айкидо направлена на совершенствование себя и повышение уровня обороноспособности, что не исключает взаимодействия с другими людьми, помощь им, когда это действительно необходимо, не забывая, при этом, истинную цель – движение по однажды выбранному Пути Айкидо.

Сейчас уже более десяти лет Айкидо является моей профессией. Я инструктор клуба «Мусуби» в городе Уфа. Веду занятия для детей и взрослых, 5 дней в неделю, три раза в день. Это более 60 часов в неделю. В выходные провожу индивидуальные тренировки, посещаю семинары Мастеров, ведь учиться никогда не поздно.

И меня всегда очень умиляет, когда человек занимаясь 3 раза в неделю вечером по полтора часа, смело берется рассуждать в социальных сетях или на моем YouTube-канале о правильности, логичности, эффективности в Айкидо. Не проделав даже малой доли моей работы на протяжении десятка лет, невозможно понять всю глубину и неисчерпаемость Айкидо. Занятия Айкидо до сих пор не перестали меня вдохновлять!

Важное правило – прилагай сегодня больше усилий, сделай чуток больше чем вчера и так день за днем, год за годом. Всё достигается упражнениями.

В Айкидо инструктор это всегда «играющий тренер». Часто мне приходится ассистировать своим ученикам, выступать в качестве Уке – на ком выполняется техника. Особенно на индивидуальных тренировках, где ученик один на один с инструктором, как в старые времена обучения Боевым Искусствам. И в общих группах важно чтобы идею понял каждый присутствующий, приходится выкладываться по полной. Похоже, мало шансов у меня превратиться в три «С» – стол, стул, свисток.

Если Вы всю жизнь следуете за кем-то, вряд ли станете собой. В определенный период повторение необходимо для обучения, но затем необходимо искать свой Путь. После смерти Фуджимото-сэнсэя, который был вектором моего развития в Айкидо, я прислушался к его старинному совету – «всегда надо возвращаться к базовым вещам». Самые базовые вещи в Айкидо – то, что вложил в это понятие Основатель Морихэй Уэсиба. Именно доскональное изучение его наследия, а оно не малое: в книгах, видео, воспоминаниях очевидцев, является приоритетом для меня.

Я никогда не ставил своей целью модернизацию Айкидо. Напротив, моими установками является улучшение себя, повышение эффективности Айкидо в условиях улицы. Когда двигаясь именно в базовых, заложенных Основателем принципах, возможно решать задачи, возникающие при физической конфронтации. Именно к этому идеалу, по моему убеждению, стремился О-сэнсэй.

Но драка непременно является искусством, совершенству в котором, возможно, стоит посвятить всю жизнь!

Важные правила в одном месте

Соберем сюда все важные правила, которые я вынес на основании личного опыта. В дальнейшем разговор пойдет о других вещах и важных правил больше не будет.

Тебе должно нравиться то, что ты делаешь, ты должен этого желать!

Тренируйся больше других, чтобы быть лучше!

Тренировки должны быть непрерывными и регулярными!

Ищи тот вид деятельности, к которому у тебя природная предрасположенность!

Не нужно знать тысячу ударов, достаточно тысячи раз повторять один.

Твои технические действия должны лежать в одной двигательной системе и дополнять друг друга, а не собираться из разных стилей.

Мир не справедлив и чем раньше это поймешь, тем лучше для тебя. Драки неизбежны, свои идеалы надо защищать, желательно эффективно.

В Боевых Искусствах действует закон – чем хуже, тем лучше!

Ничего само не произойдет, пока ты сам не встанешь и не сделаешь первый шаг. Даже путь в тысячу ли начинается с первого шага.

Если уж начал что-то делать, делай это хорошо и желательно лучше других, а иначе не стоит и пробовать.

Никто не может покушать на Вашу личную свободу. А в Боевых Искусствах нет термина «отступить», есть – «отложить наказание».

Учись оценивать свои слабые и сильные стороны. Сильные стороны делай ещё сильнее, слабые стороны прикрывай, не выставляй напоказ.

Всегда надо разобраться с терминами и понятиями, это очень поможет в понимании изучаемого предмета.

Получая знания, искренне отдавайся процессу, не лукавь. Это подкупает и является залогом доверительных отношений между учителем и учеником.

Двигаться в драке надо так, чтобы никто не оставался за спиной.

Критикуя что-то, предлагай своё!

Не стесняйся быть благодарным. Как говорил римский философ Сенека – благодарность, будучи добродетелью, возвышает душу.

Прилагай сегодня больше усилий, сделай чуток больше чем вчера и так день за днем, год за годом. Всё достигается упражнениями.

Глава II Эффективность Айкидо

Для Воина важно лишь то, что преподносит ему урок.

Хуан Матус

Основные понятия

Чтобы оценить эффективность Айкидо как Боевого Искусства необходимо «на берегу» договориться о понятиях, соотнести итоговый результат при применении знаний Айкидо и затраченные ресурсы для достижения победы.

Основателем Айкидо является Морихэй Уэсиба – уважительно называемый О-сэнсэем (яп. 大先生/翁先生 – «Великий Учитель»).

Предлагаю начать с фразы, которую приписывают Морихэю Уэсибе и на японском языке она звучит так: «Айкидо ва будо дэсу» или 合気道は武道です。Обычно переводят её так: «Айкидо это Боевое Искусство». Но давайте разбираться побуквенно, то есть по иероглифам:

合(ай) – встреча, встречаться, соединяться;

気 (ки) – дух, пар, движение, смещение (всё живое, если оно живое, обладает ки, используется для обозначение действия исходящее от объекта), универсальная жизненная энергия;

道(до, мити) – дорога, путь, определенный способ действия;

武(бу) – военный, боевой.

Остальные знаки, являются знаками японской звуковой азбуки и обозначают частицы, не меняющие смысла фразы. Пытливый читатель сам может изучить японскую грамматику, здесь мы ее рассматривать не будем. Если объединить отдельные значения иероглифов мы получим:

合気道 (айкидо) – «способ непрерывного соединения» или «постоянное смещение для встречи» или «способ добиваться успеха встречая»;

武道 (будо) – изначально прилагательное, ставшее нарицательным «по военному», «военный способ», «боевой метод», «боевое искусство».

Объединив эти части, мы получим буквальный перевод фразы: «Стремление встретить и соединиться с движением оппонента – есть боевой метод»

Зная отдельные части, возможны и другие понимания и трактовки. Читатель для себя может выбрать то, что нравится ему, но постараться не выдумывать и оперировать исключительно теми кубиками-значениями, которые заложил Основатель.

Часто можно встретить поэтический перевод термина «айки», как «гармонии», например, тела и духа. А в качестве перевода «Айкидо» используют выражение «Путь Гармонизации». Да, можно сказать и так, но понимая смысл иероглифов и не романтизируя, лучше сказать об «айки», как о способе объединения тела и духа, для достижения лучшего результата в шлифовке навыков Боевого Искусства.

Для тех, кто упрямо переводит «Айкидо» как «Путь Гармонии», я хочу сказать следующее: в Айкидо существует термин и одновременно команда «авасэ» (яп. 合せ), она дается, когда необходимо сделать акцент на слиянии усилий, чтобы партнеры двигались вместе. Если присмотреться, используется тот же самый иероглиф, что в названии Айкидо. Предлагаю, вместо команды «авасэ» использовать команду «гармонизируйтесь» и посмотреть, насколько однозначно смогут ее понять занимающиеся.

В некоторых переводах встречается грубейшая ошибка, термин «айки» переводят как «любовь» и далее по смыслу используют в этом значении. Большинство литературы связанной с Айкидо и издающейся на русском языке, изначально было переведено с японского на английский и лишь потом на русский. При переводе, зачастую, часть смыслов теряется и искажается общая картина. Не учитывая этот момент, люди получают ложные знания, верят в них и потом начинают транслировать как истину, добытую в книгах. Именно поэтому нам необходим детальный разбор и восстановление смыслов.

В своих лекциях Морихэй Уэсиба действительно проводит параллель между двумя иероглифами звучащими одинаково, как «ай», но совершенно разными по смыслу – 合 «согласование» и 愛 «любовь». Надо отметить, что в японском языке много подобных омофонов – слов одинаковых по звучании, но разных по написанию и значению. Разберем фразу, в которой Морихэй Уэсиба использует подобное сравнение 合気とは愛気である или «Айкидо ва айкидеару».[5],[6] В начале фразы «айки» записано иероглифами 合気, в середине 愛気. Мы видим, что используются разные иероглифы с разными смыслами. Мы не можем перевести иероглиф 合, который используется в записи Айкидо, как иероглиф 愛 обозначающий «любовь». Смысл всей фразы О-сэнсэя можно перевести: «объединишься и встретишься тогда, когда проникнешься любовью» или «встреча есть любовь».

Общаясь со многими последователями Айкидо в сети интернет, я обнаружил несколько эпатажных высказываний, которые якобы упоминал Основатель Айкидо в своих лекциях! Исходя из них, Боевое Искусство Айкидо полностью дискредитируется и превращается в миролюбивую и созерцательную дисциплину, что никак не может быть связано с философией Морихэй Уэсиба.

Источником этих мыслей, в том числе, стала книга «Айкидо искусство мира»[10, c.223], она является переводом на русский язык английской версии, которую составил и интерпретировал с японского Джон Стивенс[11]. Возьмем небольшой фрагмент и попробуем его проанализировать. В русском издании фраза звучит так: «Искусство Мира – это непротивление. Поскольку оно не сопротивляется, оно изначально победоносно». В английском версии книги «The art of peace» [11, c. 62] можем найти следующее: «The Art of Peace is the principle of nonresistance. Because it is nonresistant, it is victorious from the beginning».

В русском языке «мир» понимается, как время или состояние, противопоставленное «войне» и «военным действия». Если заключается мир, то враждующие стороны не нападают. Если О-сэнсэй говорит о Боевом Искусстве, которое предназначается разрешать или пресекать физическую конфронтацию, мы не можем употребить слово «мир». Нападение уже происходит или произойдет, если не предпринять активных действий.

Что перевели как «Искусство Мира» у О-сэнсэя звучит как «Вадо» или 和道. Второй иероглиф разбирали выше и его перевод в данном случае – «определенный способ действия». Разберем первый иероглиф:

和(ва) – сумма, японский стиль, гармоничный мир, смягчать.

Посмотрим, в каких выражениях японского языка встречается ещё этот иероглиф: 大和 – Ямато, древнее название Японии; 和食 ― японская еда; 大和魂 ― дух Японии; 大和島根 ― японские острова.

Таким образом, если объединить отдельные значения иероглифов мы получим:

和道(вадо) – «в японском стиле», «действовать по-японски» или «в японской традиции».

А смысл всего фрагмента: «В японской традиции не сталкиваться открыто лоб в лоб. А если человек не состязается, он изначально победил». То есть, сталкиваясь открыто, всегда есть шанс проиграть. Как это достигается на практике, и на каких принципах основано данное утверждение – описано в этой книге.

Необходимо разобраться в какой области должно и может быть эффективно Айкидо. Это соревнование по правилам, с партнером твоего пола и твоей весовой категории, либо спонтанная схватка в неопределенных условиях, с несколькими нападающими, вооруженными и готовыми покалечить тебя и даже убить. Казалось бы, задачи очень похожи, но для их решения применяются различные навыки рукопашного боя. В первом случае задачей является победа над соперником, его сдача или неспособность вести бой. Во втором случае не всегда существует возможность вывести всех нападающих из строя, и здесь задача лежит в плоскости выживания, либо выполнении определенного задания, если мы говорим о военных действиях. Например, охрана человека от случайного нападения или перемещение в агрессивной среде и т.п.

Рассмотрим, под влиянием, каких факторов, Морихэй Уэсиба пришел к идее создания Айкидо. Для этого обратимся к описанию некоторых моментов его биографии, касающихся проведенных им поединков.

Краткая хроника боевого пути О-сэнсэя

(Схватки, в которых участвовал Морихэй Уэсиба)

Для оценки эффективности Айкидо, как Боевого Искусства, необходимо обратиться к личности Основателя Айкидо Морихэй Уэсибы. Рассмотреть события его биографии, которые описывают его поведение в момент физической конфронтации. По свидетельствам очевидцев тех дней О-сэнсэй принимал вызов на бой и одержал победу в нескольких «синкен сёбу» (яп. 真剣勝負, «боях до конца»).

Весьма интересно происхождение термина «синкен сёбу» и следует изучить его, чтобы лучше понять природу подобных состязаний. Исторически, поединки среди воинов-самураев проводились с использованием оружия, чаще всего на мечах – катанах. Термин «синкен» в японском языке переводится как «серьезный», но также имеет значение «настоящий меч, стальной заточенный клинок». Пока воины обучались, они использовали деревянное тренировочное оружие или имитацию меча из мягкого сплава цинка или алюминия. Когда воин берет в руки настоящий меч возникает совершенно иная концентрация внимания, необходимая для осознания последствий малейшей оплошности, своей или оппонента. В старые времена ценой ошибки являлась жизнь – это отражает понятие «синкен сёбу». Когда кто-то бросал вызов «синкен сёбу» или «победи или умри» – означало, что необходимо отнестись к этому с предельной серьезностью и быть готовым идти до конца.

Мы разберем все упоминания о боях О-сэнсэя и вызовах, которые были брошены ему. Но прежде, необходимо упомянуть, что Учитель Морихэя Уэсибы Сокаку Такэда провел более двадцати «синкен сёбу» и победил в них. Более того, Такэда имел репутацию «Додзё ябури» (яп. 道场破) – человека «как буря» налетающего на чужие Додзё (яп. 道场), бросающего вызов Мастерам на их условиях и побеждающего. Говорят, Сокаку всегда носил с собой завёрнутый в полотенце короткий нож, вероятно, на специальном креплении в рукаве его одежды. Нож был необходим на случай, если нападающие вдруг застали бы Сокаку Такэда без меча. Техника использования ножа была секретной, при атаке мечом, поражались жизненно важные органы – это «иппондори» в Дайто-рю.[14]

Тренировки Морихэя Уэсибы до Второй мировой войны, в начале его пути, были изматывающие и жестокие, они проходили в, так называемом, «дьявольском Додзё». Многие и многие воины желали проверить боеспособность О-сенсэя. Помимо серьезной системы подготовки, он имел изощренную, не стандартную стратегию боя, кровожадную даже для японцев.

Вот как сам Морихэй Уэсиба описывает её в своей книге: «В старину в кэнпо (буквально "закон меча", техника меча) была тактика, согласно которой, вы даёте врагу порезать вашу кожу, чтобы рассечь его плоть, или позволяете ему рассечь вашу плоть, чтобы разрубить его кости. Это была боевая техника, где приходилось оставаться спокойным даже под быстрыми взмахами его меча, рассекая плоть врага в тот самый момент, когда он режет вашу кожу. Однако сегодня, мы порицаем даже жертвование своей кожей. Не должно быть позволено кому-либо порезать даже нашу кожу, потому что это, в конце концов, опасно и вредит телу. Следует победить врага, не допуская этого. То есть, когда вы управляете им с помощью вашего сознания, вы можете нанести ему поражение без вреда для вашего тела». [3, c.18]

Все события, которые будут описаны ниже, находятся в открытых источниках, я даю на них прямые ссылки. При желании читатель легко может с ними ознакомиться.

~1941

Хочу начать со случая, опубликованного в книге «Айкидо», изданной Киссёмару Уэсибой на японском языке 1957 году (изд. Ковадо, Токио). Это интервью Морихэя Уэсибы и его сына Киссёмару Уэсиба (1921-1999). Для справки из Википедии, в 1947 году Киссёмару стал генеральным директором Хомбу Додзё (яп. 本部道場) – Всемирной штаб-квартирой Айкидо, находящейся в Токио. А после смерти Основателя Айкидо Киссёмару Уэсиба стананет «вторым досю» (яп. 二代道主) – главным учителем и хранителем традиций Айкидо. В книге на просьбу журналиста рассказать о том, как Морихэй Уэсиба преподавал военным и о случаях нападения на него, вот что рассказал О-сэнсэй:

«Они хотели испытать мою силу. Это случилось когда я начал преподавать Айкидо для военной полиции (Прим. автора – 1941 год). Однажды вечером, когда я шёл через тренировочные площадки, я почувствовал, что происходит что-то странное. Я почувствовал, что что-то назревает. Внезапно со всех направлений из-за кустов и низин появилось множество солдат и окружило меня. Они начали атаковать меня деревянными мечами и ружьями (Прим. автора – тренировочные деревянные ружья для штыкового боя). Но, поскольку я был готов к такого рода вещам, я совсем не испугался. Когда они пытались ударить меня, я вращал своё тело так и этак, и они легко падали, когда я уворачивался. В конце концов, они все выдохлись. И что ни говори, но мир полон сюрпризов. В один из дней я повстречал одного человека из тех, что тогда нападали на меня. Сейчас я – советник в учебном заведении военной полиции в префектуре Вакаяма. Во время недавней встречи один человек узнал меня в лицо и подошёл улыбаясь. После нескольких минут разговора я узнал, что он был одним из тех людей, что нападали на меня в тот день много лет назад. Почёсывая голову, он сказал мне следующее: «Я очень извиняюсь за тот инцидент. В тот день мы обсуждали, а правда ли силён этот новый профессор Айкидо. Группа наших ребят, горячих военных полицейских, спорила по этому поводу и решила испытать нового учителя. Около 30 человек укрылись в засаде. Мы были совершенно ошеломлены, что 30 самоуверенных мужиков ничего не смогли сделать против Вашей силы».

Здесь несомненно описан эпизод, который свидетельствует о том, что Морихэй Уэсиба был знаком с принципами Дзюкэндзюцу (яп. 銃剣術) – японское искусство штыкового боя, раз смог противостоять группе вооруженной этим оружием. Работа Дзюкэндзюцу строилась на принципах работы с копьем.

1902-1907

Год 1902 для Морихэй Уэсибы был переломным, он покинул Танабэ – место, где родился, учился и работал в налоговой службе, чтобы попасть в Токио. Город Танабэ префектуры Вакаяма расположен в южной части острова Хонсю, самого крупного из островов Японии. Это маленький городок с населением менее 100 тысяч человек, расположенный на берегу океана, прославившийся позже тем, что в нём родился Основатель Айкидо Морихэй Уэсиба. Через него проходят паломнические тропы от берегов океана к священным для синтоистов горам Кумано. С 1090 года императоры Японии неоднократно совершали паломничества к синтоистским святыням. Вероятно, истории связанные с близостью духовных святилищ ещё с детства отразились на складе ума и характере будущего О-сэнсэя.

Токио является столицей Японии и находится в юго-восточной части острова Хонсю, в 600 километрах от Танабэ. Туда направился юный Морихэй, намереваясь основать собственное торговое предприятие «Уэсиба Трэйдинг». Но, вопреки судьбе, много лет спустя он откроет там знаменитый на всю Японию «Уэсиба Додзё».

Этот период интересен нам лишь тем, что Морихэй с первого дня пребывания в Токио начинает заниматься в школе Тендзин Синьо рю Дзю-дзюцу, под руководством Сабуро Тодзава.[16] Работает днем и тренируется вечерами, возможно, предчувствуя свой Путь, который извилистыми тропами, но выведет его к святилищу Айкидо.

Ещё одно Боевое Искусство, которое изучал молодой Морихэй в Токио было Кито-рю, под руководством Такисабуро Тобари. [17]

Вскоре после своей свадьбы в 1903 году Морихэй был призван в армию и зачислен в 37-ой полк Четвертой дивизии в Осаке. Недалеко от Осаки, в городе Сакаи, Морихэй в свободное от службы время посещает Додзё мастера Масакацу Накаи, где изучает дзю-дзютсу Ягю-рю школы Гото.[18]

Вероятно, в армии О-сэнсэй и познакомился с техникой штыкового боя – Дзюкэндзюцу, позже это отразится и на его технике работы с деревянной палкой или посохом.

Через год, когда началась русско-японская война, Морихэй попал на фронт в чине капрала. За отвагу в сражениях получил звание сержанта и рекомендации к поступлению в Национальную Военную Академию. Не известно, что происходило в этот период в жизни Морихэй Уэсиба и в каких сражениях он участвовал. Японская армия проводила военные действия с целью захвата Порт-Артура и установления контроля над территорией Манчжурии. Российская империя проиграла в этой войне, обе стороны понесли большие потери. После окончания службы Морихэй вернулся в родной город Танабэ.

По странному стечению обстоятельств, много позже, мой дед по материнской линии принимал участие в войне против Японии в 1945 году. Воевал в Маньчжурии в составе советских войск против Квантунской армии. Часто я просил его рассказать о войне, в ответ он всегда становился хмурым и замкнутым. Никакие попытки любопытного мальчишки не могли пробить этот занавес отчуждения. Единственное, что я помню, он отвечал: «Ничего хорошего там не было, нечего рассказывать». Медалей у него было много, он был уважаемый ветеран в Советском Союзе, со всеми полагающимися дотациями. Нередко, поедая сгущенное молоко из специализированного магазина, я радовался какой замечательный у меня дед, хоть и не разговорчивый. Этот пример наглядно показывает мне, в каком состоянии духа мог находиться Морихэй Уэсиба вернувшись домой после войны.

1907

Год 1907 интересен нам тем, что после возвращения с фронта Морихэй Уэсиба изучает Кодокан Дзюдо. Помог ему в этом отец, который договорился с посетившим Танабэ преподавателем Дзюдо Киючи Такаги. Морихэй Уэсибе тогда было 24 года, а Киючи Такаги 17 лет, они тренировались в адаптированном для занятий семейном амбаре.[8]

1912-1919

Судьба преподносит новые испытания для Морихэй Уэсибы. Правительство Японии объявляет план заселения севера острова Хоккайдо. Морихэй заинтересовался этой идеей и взялся за ее разработку, а спустя два года, в марте 1912 года группа из более чем восьмидесяти человек отправляется в далекое путешествие на Хоккайдо.

В Японии только старшим сыновьям дается право наследования, а вместе с ним и обязанность содержать родителей. Младшие сыновья должны устраиваться в жизни самостоятельно. Морихэй был старшим в семье и вполне мог остаться в родном Танабэ, но его влекло желание достичь большего.

Путь переселенцев лежал в Сиратаки (переводится как «Белый водопад»), что находился близ небольшого поселения Юбецу, уезда Момбецу, острова Хоккайдо. Собрать группу единомышленников для переселения было непростой задачей.

Хоккайдо – второй по величине остров, от Хонсю его отделяет пролив шириной 17 км. Сейчас под морским дном проложен железнодорожный туннель, в начале 20 века его, конечно, не было. Рельеф острова горный, климат холодный и неблагоприятный для садоводства. Восемь лет Морихэй Уэсиба прожил на Хоккайдо, помогал обустраивать поселок, разводил лошадей и коров, а также основал деревообрабатывающее производство.

В 1915 году произошло поворотное событие в жизни Морихэя. Отправившись по делам в город Энгару, в гостинице Хисида, он встретился с Мастером Дайто-рю Айки-дзюцу Сокаку Такэдой. Морихэй, уже искушенный в боевых искусствах, был ошеломлён демонстрацией техники и попросил обучать его. Он приступает к тренировкам 4 апреля 1915 года – так гласит запись в книге учета Такэды. Первое время, находясь на Хоккайдо Сокаку Такэда жил в доме Морихэя Уэсиба, а затем выстроил дом и переселился в Сиратаки вместе с семьей.[8]

Привожу цитату из интервью сына Сокаку Такэда Токимунэ, где он, просматривая записи отца, вспоминает, как проходило обучение: «Мистер Уэсиба изучал Дайто-рю с моим отцом с 1915 по 1919 годы, около пяти лет. Он занимался много и увлечённо. Он был любимым учеником Сокаку. Тем не менее, Сокаку ругал его больше всех, не считая меня…»[14]

Сам Сокаку Такэда не умел писать и каждый, кто занимался, сам должен был вносить записи в его журнал. Токимунэ Такэда во время интервью показывал этот журнал: «Мистер Уэсиба действительно занимался довольно много. Вот это был первый раз, это второй, а это третий. Вот четвёртый, пятый, шестой и седьмой раз… Здесь указано восемь семинаров, где Морихэй участвовал в качестве ассистента Сокаку. Всего он занимался в качестве ученика в течение семидесяти дней. Вот ещё одна запись, девятая.»[14]

Сокаку Такэда часто находился в разъездах и тренировал людей по всей Японии. Морихэй Уэсиба был способным учеником – Дайто-рю часто брал его с собой. Об этих поездках вспоминает Токимунэ Такэда в своем интервью: «Когда Сокаку преподавал Дайто-рю группе судей и прокуроров в Хакодатэ, мистер Уэсиба был его напарником и ассистентом при обучении. Ему шёл тогда четвёртый десяток, а он уже мог обучать судей в столь юном возрасте. Обычно, в то время, было довольно трудно дорасти до этого уровня. Инструктора не принимали на работу в полицию, если он не был потомком самурайского рода. С этим было довольно строго. Так что, было большим достижением, обучать судей, будучи столь молодым. Морихэй Уэсиба, даже в столь раннем возрасте был замечательным человеком». [14]

1920-1922

Тяжелейшим образом, переживая смерть отца, в поисках душевного спокойствия Морихэй перебирается в Аябэ, расположенный недалеко от Киото. Поселившись в доме позади школы, он присоединился к последователям Омото кё, принимал участие в медитациях и физических упражнениях. Глава религиозной секты Омото кё Онисабуро Дэгути утверждал, что можно достичь душевного равновесия и взаимопонимания между людьми через практику совершенствования в Боевых Искусствах. Он помог Морихэй Уэсибе в 1920г. переоборудовать часть дома и открыть Додзё на 18 циновок, получившее название «Академия Уэсибы» (яп. «Уэсиба Дзюку»). Там Основатель Айкидо продолжал преподавать до 1927 года. Слава Мастера Боевых Искусств Морихэй Уэсибы в Аябэ росла, в первый же год к нему приезжают обучаться военные моряки с базы, дислоцирующейся близ Аябэ.

Проживание в Аябэ для Морихэя сопровождалось множеством испытаний и событий: это и трагическая смерть двух сыновей и преследование секты Омото кё со стороны государства, но я возвращаюсь к описанию схваток, в которых участвовал О-сэнсэй и подготовки к ним.

Вслед за Морихэй Уэсиба в Аябе со своей семьей переезжает и Сокаку Такэда. С апреля 1922 года он прожил там около полугода, ежедневно обучая Морихэя и его учеников. В это время Морихэй Уэсиба получает из рук Сокаку Такэды сертификат (яп. кёдзю дайри) на преподавание Дайто-рю.[14]

Кёдзю дайри Морихэю Уэсибе

В интернете этот документ представлен, как преподавательская лицензия Дайто-рю. По сути это является «памяткой» от Сокаку Такэды. Привожу ее перевод выполненный А. Смирновым:

«Выездному инструктору Уэсиба Морихэй,

При принятии решения о приёме ученика (человека) на обучение ДАЙТОРЮ АЙКИДЗЮДЗЮЦУ руководствоваться безукоризненностью манер его поведения.

Создать, заверенную печатью, регистрационную запись, в которой указать его принадлежность к касте, фамилию и имя, возраст, место жительства, местоположение ДОДЗЁ и длительность обучения.

В случае оплаты за обучение ценными бумагами (именным чеком) – в графе «получатель платежа» указывать «ТАКЭДА-О’СЭНСЭЙ».

15 сентября 1912-го года»[32]

В подписанную дату – 1912 года, на каком-то этапе вкралась ошибка. По нескольким источникам вручение документа произошло в 1922 году.

1924

В феврале 1924 года Дэгути вместе с небольшой группой учеников, включая Морихэя, который, вероятно, в силу своих навыков являлся телохранителем, тайно покинули Аябэ и отправились в Монголию. По приглашению отставного военно-морского капитана Ютаро Яно и его партнеров в ультранационалистическом Обществе Черного Дракона, Дэгути намеревался пересечь Маньчжурию и создать религиозный центр секты Омото кё в Монголии. Себя Онисабуро Дэгути собирался объявить реинкарнацией Чингисхана.

Здесь мне следует сделать небольшое отступление, чтобы читатель понял, как могла случиться столь неправдоподобная история. По одной из легенд, в которые до сих пор верят в северных районах Японии, считается, что полководец и национальный японский герой Минамото-но Ёсицунэ не был убит (ему позволили сделать сэппукку), а бежал из Японии. Через Хоккайдо, Сахалин и Приморье добрался до Монголии, принял имя Тэмучин, а затем в 1206 году был провозглашён великим ханом над всеми монгольскими племенами и получил титул Чингисхана. В период Мэйдзи (1868-1912 гг.) после модернизации страны, в Японии широко обсуждалась эта версия даже в научной среде, а после издания книги Оябе Зеничиро в 1924 году, история стала известна широкой общественности. Многие авторы-историки писали об этой легенде, она до сих пор популярна среди японцев. Поэтому читателя не должна удивлять, столь экстраординарная авантюра Онисабуро Дэгути, она почти повторяла путь легендарного полководца.

В Мукдене группа Дэгути встретилась с повстанцами во главе с Лю Чанг Кьюи, известным маньчжурским военачальником, возглавлявшим Северо-западную Независимую Армию. Вместе они направились вглубь Монголии. Но планам не дано было осуществиться, в Тунляо группа попала в засаду, организованную китайскими властями во главе с военачальником Чжан Цзолинем. Завязалась перестрелка, в результате которой часть людей погибла, а часть была окружена и взята в плен. Китайские власти казнили повстанцев, а группу из 4-х японцев арестовали, по китайским законам им грозила смертная казнь. В тюрьме в ожидании приговора они провели несколько месяцев, и только после вмешательства японского консульства смогли под охраной вернуться в Японию. Этот эпизод показывает, насколько серьезные испытания выпали на долю Морихэя. Потребовалось немало душевных сил, чтобы возвратившись в Аябэ вновь вернуться к прежней жизни.

Во время экспедиции с Онисабуро Дэгути Морихэй получил новое имя Ван Шу-Гао, или на японском Моритака, что означает «Защитник Неба». Впоследствии он периодически использовал это имя[18].

1925

Тренировки в «Уэсиба Додзё» продолжились, известность Морихэя Уэсиба росла. В Аябэ прибывали новые люди, чтобы испытать на себе силу Мастера. Однажды Морихея посетил военно-морской офицер и вызвал на бой по правилам Кендо. Вот как описывает это событие Киссёмару Уэсиба: «Морихэй принял вызов, но меча не взял. Офицер был высококлассным фехтовальщиком и был немало оскорблен таким поведением и пренебрежением к его способностям. Не раздумывая, он яростно набросился на Морихея. Морихэй легко избегал его ударов и выпадов. Раз за разом офицер не мог поразить своим мечом Морихэя и тогда окончательно признал свое поражение. Он спросил, как такое возможно. И Морихэй Уэсиба пояснил, что непосредственно перед атакой перед его глазами мелькал луч света, показывающий предполагаемое направление удара». [19]

1930

В последующие годы, благодаря возросшей известности, Морихэй Уэсиба переезжает в Токио, где продолжает преподавать Боевое Искусство. Количество учеников растет, Морихэй начинает строительство нового большого Додзё, которое первоначально получит название Кобукан (яп. 皇武館). Из-за тяжелых и изнурительных тренировок его ещё будут называть «Адским Додзё», а впоследствии оно получит название Айкикай Хомбу Додзё. Многие мастера того времени встречались с Морихэем Уэсиба с целью проверить его боевой дух. Одним из таких посетителей в 1930 году был генерал-майор Макото Миура, он был учеником Сокаку Такэды. Это был опытный человек, и он весьма скептически относился к новому Боевому Искусству Морихэя Уэсиба, тогда оно еще называлось Айки-Будо. История не сохранила деталей этой встречи, однако известно, что после нее по рекомендации генерал-майора Морихэй стал инструктором Военной Академии Тояма. Это было важным событием в развитии Айки-Будо.

Макото Миура, крайний справа, 1939 ;

1933

Следующая история связана с чемпионом Японии по Кэндо Хага Дзюнъити. Хага Дзюнъити был одним из лучших учеников сэнсэя Накаяма Хакудо в Додзё Юсинкан. Как говорили, он был одним из «трёх воронов» – термин, которым обозначали трёх наиболее одарённых учеников Додзё. Двумя другими были Накаяма Городзо и Накамура Киёси, который являлся зятем Морихэя Уэсиба, и его предполагаемым преемником, взявшим имя Уэсиба Морихиро. В 1934 году Хага Дзъюнъити участвовал в крупных соревнованиях по Кэндо, проводившихся под эгидой Министерства императорского двора, где одержал победу. Вернувшись после войны с Филиппинских островов в Японию он создал собственное Додзё, которое назвал Иккэнкай. Помимо Кэндо Хага Дзюньити практиковал искусство Йайдо (яп. 居合道) – искусство внезапной атаки или контратаки с использованием японского меча, которое базировалось на древних японских школах корю (яп. 古流). В современном йайдо используется затупленный меч из легированной стали, в Хага Додзё для тренировок применялся острый меч.

Как заявлял сам Хага Дзюнъити, он считал своими учителями Хакудо Накаяма и Морихэя Уэсибу. Тогда его спросили, почему так произошло, ведь некоторые считали технику меча Морихэя Уэсиба недостаточно совершенной? На это Хага ответил, что тоже считал так, пока сам не проверил О-сэнсэя в его мастерстве. Надо отметить, что Хага Дзюнъити был физически крепким мужчиной с взрывным темпераментом.

Этот эпизод, произошел предположительно в 1933 году, и вот что о нём рассказывает Мастер Нобуёси Тамура в интервью Стэнли Пранину и Дитеру Бойоту:

«Хага Сэнсэй стал чемпионом Японии в Кэндо, когда ему было 24 или 25 лет. Я так пониманию, что в то время он был инструктором Кэндо в Императорской гвардии. Он часто посещал Айкикай и был приглашен на обед к О-сэнсэю. Тогда он заявил, что считает О-сэнсэя не настоящим Мастером, так как тот гостеприимен с таким молодым человеком, как он. Так же он припомнил случай, когда однажды поздней ночью он отправлялся в Синдзюку выпивать, миссис Уэсиба одолжила ему одежду О-сэнсэя, так как ему было бы неуместно выходить в форме Императорской гвардии. В то время его должны были скоро перевести в полицейский департамент в Корее, и он полагал, что заставит О-сэнсэя показать свои реальные способности перед отъездом из Японии. Поэтому он и бросил вызов на поединок О-Сэнсэю. Уэсиба сразу же согласился и оба они пошли в Додзё. О-Сенсей сказал ему: «Возьми любой деревянный меч и попробуй ударить меня». Сам же О-сэнсэй начал перемещаться по залу. Хага Сенсей, как он говорит, пытался ударить О-сэнсэя, но у него это не получалось и, в конце концов, он сдался. Он рассмеялся при описании этого случая и сказал, что сожалеет о том, что в течение полутора лет практики так ничего и не узнал. А когда, наконец-то, понял, кем является О-сэнсэй на самом деле, было уже слишком поздно, ему надо было уезжать.»[20]

1939

Ещё одна история, которая наглядно демонстрирует боевые возможности Морихэя Уэсиба, произошла в Маньчжурии. В сентябре 1939 года Морихэй в качестве почетного гостя прибыл в Маньчжурию, там проходила демонстрация Боевых Искусств для местных высокопоставленных чиновников. Демонстрация проходила в Додзё банка Чуо. Свидетелем показательных выступлений Морихэя Уэсибы оказался Сабуро Вакита по прозвищу Тэнрю. К тому времени он был бывшим профессиональным борцом Сумо. В 1920 году он поступил в школу Дэваноуми, а в 1930 году стал обладателем Сэкивакэ, третьего высшего ранга в Сумо. В дальнейшем Тэнрю, возглавил движение за реформирование феодальных порядков, царивших тогда в Сумо и вместе с десятками других борцов, вышел из Японской Ассоциации Сумо, перебрался в Маньчжурию и занял должность преподавателя. Весил он больше 116 килограмм и был ростом 187 сантиметров, что на 30 сантиметров больше чем рост Морихэя Уэсибы.

После демонстрации техник на своем ассистенте Нориаки Иноэ Морихэй Уэсиба обратился ко всем присутствующим с предложением проверить его техники на отсутствие предварительной договоренности. Вызвался Тэнрю, ему было 35 лет и он был самым крупным и молодым среди собравшихся. Далее Тэнрю в своем интервью так вспоминает происходящее:

«Уэсиба-сэнсэй спросил меня: «Вы мистер Тенрю, не так ли? Вы тоже, наверное, считаете, что такой старик как я, не сможет справиться с вами и бросить. Тем не менее, Будо нечто иное, чем Вы себе представляете». Он предложил левую руку для захвата, сказав, что она слабее правой, и продолжил: "Вы достаточно сильны физически. Я не буду напрягать руку, а Вы можете делать всё, что Вам захочется. Попробуйте!» Подумав, что старик говорит чушь, я потянул руку вниз, когда ее схватил. Но в тот момент, когда я схватил ее, я был поражен. Было ощущение, что я взял в руки гриф от штанги. Конечно, имея опыт в Сумо, я прекрасно понял, что бороться с ним будет бесполезно. Я сразу понял что проиграл, но в данной ситуации не мог отступить и попытался выкрутить его руку вверх и наружу. Он не сдвинулся с места. Тогда я попытался снова, на этот раз схватил его руку обеими руками и приложил все свои силы. Он тут же бросил меня. Вечером я посетил пансион, где остановился Уэсиба-сэнсэй и попросил разрешения стать его учеником. Он предложил мне приехать к нему в Додзё в Токио и сказал, что трех месяцев практики мне будет достаточно.»[21]

Знаменитый борец Сумо Тенрю

Тенрю возвратился в Токио и в течение 70-ти дней интенсивно тренировался в старом Кобукан Додзё. После Второй Мировой войны Тэнрю работал в средствах массовой информации и был популярным комментатором Сумо на радио и телевидении. В последние годы он поддерживал регулярные контакты с Морихэй Уэсибой и Годзо Сиодой, основателем Ёсинкан Айкидо.

~1940

Ещё одна история будет интересна в контексте нашего исследования. Она связана с мастером Боевых Искусств Кэнсиро Аббэ и рассказана его биографами Кэйтом Морганом и Генри Эллисом[15]. За пять лет до событий связанных с Морихэй Уэсибой, в 1935 году Аббэ, выступая на чемпионате пятых данов по Дзюдо, одержал победу над знаменитым Мастером и сильнейшим дзюдоистом Японии Масахико Кимурой. Кимура получил мировую известность после победы над Мастером бразильского Джиу-Джитсу Элиу Грэйси. В честь Кимуры назван болевой прием в Дзюдо, который выглядит как «обратный узел плеча». В Самбо это техника называется «узел предплечья вниз» и выполняется следующим образом: «противник лежит спиной на ковре, захватите противника на удержание поперек, правой кистью захватите левое запястье противника с тыльной стороны и, опустив его предплечье в сторону его ног, прижмите захваченное запястье к ковру. Правый локоть поставьте возле левого бока противника, а левое предплечье подсуньте под его левое плечо (со стороны головы) и захватите левой кистью свое правое предплечье. Поднимая левым предплечьем левый локоть противника вверх, правой кистью отжимайте его левое запястье от себя и вниз. Одновременно поворачивайте своей правой кистью левое предплечье противника внутрь.»[1,c. 279]

По статистике, рычаг локтя и кимура (обратный узел плеча) входят в число самых популярных приёмов в UFC (крупная организация, проводящая бои по смешанным единоборствам). После поединка с Аббэ, Кимура сказал, что драться с Аббэ – всё равно, что драться с тенью. В 1938 году в возрасте 23 лет Аббэ получил 6 дан Дзюдо, он был самым молодым, кто когда-либо получал такую высокую мастерскую степень. Вот как описывают Морган и Эллис встречу двух мастеров:

«Во время поездки на поезде Аббэ заметил, как на него смотрит пожилой мужчина, который потом спросил, является ли он пятым Даном Дзюдо. Аббэ ответил: «Именно так, как Вы об этом узнали?». В ответ он услышал: «Потому что у тебя есть пятый дан, но как тебя зовут?» Кэнсиро ответил: «Все знают кто я, я – Кэнсиро Аббэ, чемпион Японии по Дзюдо!» «Да, я это вижу» – ответил старик. Старик продолжал разговаривать и это раздражало Кэнсиро, так как ему хотелось спать. В конце концов, старик сунул в лицо Кенсиро палец: «Ты такой сильный, сломай мне палец!» Кэнсиро был счастлив, что это окончит наскучивший ему разговор. Он схватил палец, намереваясь его сломать как веточку дерева, но тут же оказался лежащим на полу, сверху его контролировал пожилой человек. Через некоторое время старик отпустил его и позволил вернуться на свое место. «Кто ты?» – спросил Кэнсиро Аббэ, приходя в себя. «Я Морихэй Уэсиба Основатель Айкидо». Кэнсиро Аббэ был поражен техникой старика и попросился к нему в ученики. Уэсиба согласился».

После встречи с Морихэй Уэсиба Аббэ в течение 10 лет изучал Айкидо под его руководством. А в 1955 году отправился в Англию. Он приехал по приглашению Лондонского дзюдоистского общества, но стал первым учителем Айкидо в Соединённом Королевстве, именно Кэнсиро впервые продемонстрировал приёмы айкидо на сцене Альберт-холла в Лондоне.

Заключение

Историки говорят: чтобы факт считался достоверным и принимался во внимание, его должны подтвердить, как минимум, два независимых источника, а лучше три. Но, и в этом случае, интерпретация событий может сильно разниться.

Я придерживался иной методологии. А именно: выбирал все доступные упоминания очевидцев тех дней, их осталось не много. Верить или не верить решать вам.

Я сделал краткий экскурс по боевому Пути Морихэя Уэсибы, а вы можете составить свое представление о нем, как о личности. О-Сэнсей прошёл войну, холод Сиратаки, суровую школу подготовки у одиозного Мастера Дайто-рю Айки-дзюцу Сокаку Такэды, пережил приключения в Маньжурии с Онисабуро Дэгути, приговоренный к смертной казни, участвовал в нескольких «синкен сёбу» – вот далеко не полный список всех злоключений, которого хватило бы не на одну жизнь. Очевидцы также свидетельствуют, что образ Основателя Айкидо не вызывал желания нарываться на конфликт.

Мастер Казуо Тиба, который был утидэши (яп. 内弟子) – «ученик который тренируется и живет в Додзё» в Айкикай Хомбу Додзё с 1958 по 1966 год, так вспоминает О-сэнсэя:

«Это было похоже на то, как тебя придавливает невидимая сила. О-Сэнсей предлагал нам атаковать его боккэном в любое время. В каждый момент, когда он отворачивался, чтобы поговорить с кем-то из присутствующих, был хороший шанс сделать это, так как он не смотрел в нашу сторону, но даже тогда никто не пытался ударить его. В его защите не было открытого места. Его глаза не смотрели на нас, но мы чувствовали, что он удерживает нас сверхчувствительностью своей «ки». Раньше это заставляло мое тело покрываться липким потом так, что я едва мог удерживать рукоятку своего боккэна.»[17]

Анализируя историю становления Айкидо, становится понятно, что Морихэй Уэсиба со временем изменял тактику обучения Боевому Искусству Айкидо. В какой-то период оно было «дъявольским», потом «мягким» и «бесконтактным». Но Айкидо О-Сэнсея всегда оставалось эффективным и применимым в драке, а сам Морихэй Уэсиба не боялся вызовов и всегда охотно на них соглашался.

«Утопия» О-сэнсэя Морихея Уэсибы

Без открытого места

Не думая о враге и его сверкающем мече.

Делай шаг вперед и режь.

Морихэй Уэсиба

Кроме совершенствования в навыках Боевых Искусств необходимо рассказать о религиозных и философских взглядах Основателя Айкидо Морихэя Уэсибы.

О-сэнсэй, ни много ни мало, считал себя воплощением божества Амэ-но-муракумо-куки-самухара Рюо. Это мифическое божество – дракон, спускающийся в материальный мир в случае большой необходимости. Кроме того, это символ свободного странствования по всем измерениям.

Описание этого и других мифических существ мы можем встретить в Кодзики (яп. 古事記) – «записи о деяниях древности», которые являются одним из первых письменных памятников древнеяпонской литературы. Свитки содержат мифы, сказания и древние стихотворения-песни. Их содержание весьма своеобразно для не японцев. В них описан космогонический миф о возникновении Вселенной, а так же мифы о богах-прародителях с их сложными взаимоотношениями. Подробно описан миф сотворения Земли и страны Ямато (в переводе «великая гармония», «мир»), которая явилась историческим государственным образованием, а в 670 году была переименована в Нихон (яп. 日本) – «Япония». В свитках также описан героический эпос и исторические хроники, пронизанные идеей непрерывности и божественного происхождения императорского рода Японии. Кодзики написаны, вернее нарисованы (иероглифы ведь рисуют, а не пишут) на древнем языке, есть версия, что даже на китайском с включением японских элементов. Так или иначе, понимать текст Кодзики, даже для японцев, весьма сложно.

Морихэй Уэсиба имел личную интерпретацию и понимание данных текстов. Изучение Кодзики у О-сэнсэя строилось на основе Котодама (яп. 言霊) – «слово-душа» или «дух живущий в слове», ещё одно мистическое понятие в японской культуре. Согласно древней религии Синто считается, что в каждом слоге японского фонетического алфавита заключена мистическая сила или «вибрации творения», позволяющая воздействовать на мир и создающая его. Например, резкий выкрик «киай», который часто встречается в среде каратистов это тоже Котодама. Восточная мудрость гласит: «Слова это не просто звучащий выдох, в словах есть то, откуда они звучат». Под Котодама может пониматься звучащая вибрация гласного звука, называемая звуками-источниками (А, И, У, Э, О), или вибрация слога состоящего из гласного звука и согласного (одного из 8 согласных звуков) называемая ритмами-родоначальниками. Морихэй Уэсиба утверждал, что семена-звуки Котодама «направляют и гармонизируют все вещи на земле, в результате чего происходит объединение неба, земли, богов и человечества».[6]

Многие названия, встречающиеся в Айкидо, взяты из Кодзики. Например: «кокю», «ирими», «масакацу», «агацу», «кацу хаяби», «фуритама» и т.п.

Как вспоминает один из выдающихся учеников Хироси Исояма: «Львиную долю того, что произносил О-сэнсэй, он говорил о Боге». Однако О-сэнсэй разговаривал на старом диалекте, распространенном в Танабэ, который сложно понять даже японцам, живущим в других районах.[30] Из всего этого следует, что понять О-сэнсэя даже современникам было не просто. Важным фактом является и то, что Морихэй Уэсиба долгое время был последователем секты Омото кё. Для понимания всей картины личности Основателя Айкидо, остановимся на Омото кё подробнее.

Достаточно широко известно, что возглавлял секту Онисабуро Дэгути (1871-1948 гг.), но мало кто знает, что не он являлся ее основателем. В 1892 году Омото кё основала его тёща Нао Дэгути (1836-1918 гг.) и лишь после ее смерти Онисабуро Дэгути становится лидером. Нао Дэгути родилась в бедной семье и всю жизнь её сопровождали бедность и лишения. Ещё в детстве она слышала «странные голоса». Войдя в контакт, как она утверждала, с «потусторонними силами», ее существом овладел «Бог Уситора», она объявила себя воплощением «Богини Любви Кодзин» на этом свете и заявила, что ее цель привести человечество к миру и процветанию. Нао Дэгути была неграмотной женщиной, но впадая в транс во время божественного вдохновения, она выкрикивала и записывала сутры о Кодзин. Эти тексты называются «Фудэсаки», буквально «кончик пера» или «как курица лапой», записаны простейшей японской слоговой азбукой катаканой, которую применяют для записи слов неяпонского происхождения. Десять тысяч томов (каждый из которых состоял из 20 японских листов писчей бумаги) записаны в течение 26 лет, вплоть до смерти Основоположницы. В Аябэ вокруг Нао собралась группа последователей. В «Фудэсаки» так описывается цель создания секты Омото кё: «Изменяя этот мир эгоизма и насилия, Я создам Божественный мир на Земле, в котором все – боги и люди, будут жить в согласии и радости, и век его будет нескончаем».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.