Лиза Лорф
От мёда до любви

Лиза Лорф

От мёда до любви

Аннотация

Студентка Анна после смерти отца-пчеловода вынуждена забросить университет и вернуться в деревню, чтобы ухаживать за пасекой. Она борется за свою землю с бизнесменом, претендующим на её участок. Несмотря на крайне недружелюбное (по понятным причинам) знакомство, вскоре между ними возникает больше, чем дружеское чувство. А в вопросе с землёй удаётся прийти к выгодному компромиссу. Вроде бы всё наладилось, но в историю вмешиваются те, кто хотел бы совсем другого развития событий…

Содержит рецепт От мёда до любви!

Пролог

Артём.

– Я предлагаю семь миллионов за ваш сраный участок, а вы строите недотрогу?

– Если мой участок такой сраный, чего за него зацепился? – она стукает ладонью по улью. Слышу, как пчёлы внутри начинают гудеть.

К ней подходит подруга и что-то говорит. Разбираю лишь «согласиться», но пчеловодка даже ухом не ведёт. Не вижу её лица, прикрытого сеткой, и это меня здорово раздражает, хочу считать её эмоции. Хочу посмотреть ей в глаза. Поставить эту нахалку на место.

Мне нечего сказать.

В какой-то момент я решаюсь…

Делаю три быстрых шага, достаточных, чтобы подойти к ней и сорвать эту ненавистную шапку пчеловода.

Меня бесят люди, дерзящие мне, но прячущиеся за маской. Я хочу видеть их лица, читать эмоции в глазах, понимать их истинные намерения. Маска лишь усиливает мою подозрительность и раздражение. Я не потерплю наглости от тех, кто не имеет смелости открыто встретиться со мной взглядом.

Хватаю белые поля головного убора и резко срываю с её головы.

Из-под шапки пчеловода разлетаются в стороны пышные каштановые волосы. Девушка тут же поправляет их нервным движением руки, наконец-то показывая своё лицо.

Её зелёные глаза смотрят на меня с вызовом. В них плещутся гнев и обида.

Лучше бы она была дурнушкой.

Нежная чистая кожа, словно фарфоровая. Зеленоглазая красавица смотрит на меня с такой яростью, что её взгляд, кажется, способен испепелить меня на месте. Её пухлые губки раскрываются в намерении высказать крайнее недовольство моим поступком.

Я как дурак держу в руках эту шапку и не могу ничего сказать, потому что у меня просто пропал дар речи. Едва сдерживаюсь, чтобы не залюбоваться этой яркой вспышкой эмоций на её прелестном личике…

Начинаю жалеть о том, что сделал.

Она, похоже, тоже в замешательстве.

Тишина вокруг. Все затаили дыхание. И Ник, и подруга. Я даже ощущаю затаившийся взгляд водителя Виктора, который стал свидетелем. Сейчас что-то будет. Интуиция мне подсказывает, что я поплачусь за свою дерзость.

Я оказываюсь прав.

Ещё секунда – и по моей башке стекает что-то жидкое. Липкая субстанция пачкает волосы. Это куриный желток?

Она подошла и разбила куриное яйцо о мою голову? Что за хрен?! Я в полнейшем шоке от такой наглости и дерзости. Как эта девчонка посмела запустить в меня яйцом? Неужели она совсем лишилась рассудка?

Делаю шаг назад, но в грудь врезается ещё одно яйцо, разбиваясь о меня с хлюпающим звуком. Желток и белок расползаются по моему фирменному пиджаку, безнадёжно испортив его.

Эта дикарка мне за всё ответит! Она даже не представляет, во что сейчас вляпалась!

– Ты охренела?! – ору.

Не могу поверить. Это наглость и перебор!

Чувствую, как мне на голову выливается какая-то жидкость. Похоже на воду. Когда она попадает на язык, я ощущаю вкус мёда…

Эта девка и правда дикарка!

Слышу позади хохот Ника. Но в следующую секунду достаётся и ему. Яйцо разбивается о дверцу машины рядом с его головой.

– Идиотка, тебе так это с рук не сойдёт! – ору.

Слышу жужжание пчёл, которые начинают лететь в мою сторону.

Желание разорвать в клочья миниатюрную особу возникло у меня впервые. Я никогда не был так зол на женский пол. Никогда. Всегда держал себя в руках и снисходительно обращался, даже если девушки истерили или вели себя неадекватно.

В мыслях проносятся все возможные варианты наказания для этой дикарки! Она ещё пожалеет!

Пчёлы вертятся над головой, сейчас я просто вынужден отойти. Блин, она меня забросала яйцами! Хорошо ещё, что не тухлыми! Не удивлюсь, если в следующий раз припасёт и таких.

Сегодня я оставлю её в покое. Но скоро она пожалеет, что со мной связалась!

Глава 1

Аня.

Бросить учёбу в престижном универе, переехать в деревню, жить с пчёлками, курочками и котиками – это про меня.

Я прошла длинный путь, выбралась в город, получила приличное место в общежитии, поступила на бюджет, даже нашла подработку.

Но сейчас я отказываюсь от всего этого и мчусь в родной дом. Заявление об отчислении уже подписано.

Еду в электричке, которая вот-вот привезёт меня туда, откуда я родом.

Отца не стало вот как два месяца. Смотреть за хозяйством, мотаться туда-сюда сделалось невозможным. Обещание заботиться о пчёлах, оставленных в наследство, я не могу предать. Для меня сейчас это важно.

Поезд тормозит. Двери со скрежетом разъезжаются в стороны.

Я схожу последняя, вдыхаю сельский аромат и свежий воздух.

Вот он, Саша, бывший одноклассник, который встречает меня на перроне. Даже рубашку белую надел, словно у нас с ним свидание. Ещё в школе он пытался строить со мной отношения. Но тогда я ясно дала понять, что у меня интерес один – уехать из деревни, чего, в конце концов, и достигла. Но теперь я вернулась, и, похоже, паренёк рассчитывает на второй шанс.

Едем на мотоцикле. Мои волосы разлетаются в разные стороны. Проезжаем через сосновый бор. Чистый воздух заполняет лёгкие. Полтора километра от станции, и я дома.

Когда-то в этой местности было много жителей, здесь даже останавливался автобус, который возил пассажиров от железнодорожной станции и обратно. Но за последние двадцать лет многие переехали ближе к деревне или вовсе в город. Оставался лишь мой папа и несколько соседей, которые вели своё хозяйство. Их я уже давно не видела, скорее всего, тоже переехали.

А папа умер…

Так что я здесь одна.

Саша прощается и пытается поправить прядь моих волос. Уворачиваюсь. Благодарю за то, что подвёз. Надеюсь, он понимает, сейчас отношений мне не надо. Машу ему рукой, чтобы отправлялся обратно.

Иду к дому. Вот он, родной. Деревянная обшивка потемнела от времени. Белая краска резных наличников местами полопалась. Калитка печально скрипит, открываясь. Захожу во двор, засаженный многолетними пионами. Пушок бежит навстречу, виляя хвостом и ласково скуля. Знает, что принесла ему вкуснятины. Подпрыгивает от радости, нюхает своим влажным носом мою сумку.

И вперёд, завертелось.

Наспех переодевшись в рабочую одежду, кормлю раскудахтавшихся кур, собираю яйца, быстро обхожу ульи, проверяю, все ли пчелиные семьи прилетели к вечеру обратно, отмечаю в папином дневнике пчеловода.

Ну а коты… разленились окончательно. Даже не высунули нос, чтобы поздороваться с хозяйкой. А ведь я им тоже корм купила.

Купила.

Деньги тают, как лёд в жаркий летний день. Если так пойдёт дальше – я никого не смогу прокормить. Заначка ещё есть. Около ста тысяч рублей. Но на сколько её хватит? Надо срочно думать о том, как заработать денег и выполнить отцовское обещание. Да и дом привести в порядок, рассыпается совсем.

Давай, Аня, я верю в тебя! У тебя получится!

Залезаю в подвал, тот, что в кухне под полом, найти что-то поесть. Полно́ пыли. Кое-как приделанные к стене тонкие доски прогибаются от прошлогодних закаток. Жить можно. На полках повыше вроде огурцы, томатный сок. Тяну руки. Беру баночки и вдруг чувствую, как по пальцам пробегают чьи-то холодные лапки. Омерзительно! Замечаю ещё пару серых тварей.

Не могу сдержаться, ору от страха и отвращения! Мыши! Не-е-ет, это даже не мыши… Это крысы!

Дёргаюсь, банка вылетает из рук. Лучше бы я не пыталась её словить, склянка чокается с другой банкой, и вот красный томат стекает по моим штанам. Некогда думать, я пулей вылетаю из погреба. Бросаю сверху крышку люка, запираю плотнее, чтобы не выпустить этих монстров наружу.

Сегодня я остаюсь без ужина.

Злобно смотрю на котов. Те сидят себе спокойно на кресле и мурлыкают. Жирные. Пора их сажать на диету!

Пушок нервно разгавкался возле калитки. Выглядываю в окно, а там двое парней. В элегантных тёмных костюмах. С иголочки. Слишком прилизанные для деревни. Точно городские. Нет, похожи даже на столичных. Машина за ними стоит тоже приличная.

Что их занесло в эту сельскую глушь вечером, на ночь глядя? Бумаги какие-то в руках. Не нравятся мне они.

Ощущаю холодок по коже. Дома я одна. Все соседи куда-то разъехались. Признаю́сь, мне было не до них. Краем уха слышала от местных, что они распродали свои участки, но не разбиралась в деталях. А стоило.

Страшновато. Пушок хоть и лает, но не защитник, замахнуться на него – сразу хвост подожмёт. Про котов вообще молчу.

На всякий случай вооружаюсь топором. Папа любил колоть дрова для летней кухни. И меня научил.

Выхожу. Подзываю Пушка. Приближаюсь к калитке.

– Добрый вечер… – взгляд мужчины сначала окидывает остриё топора, а потом останавливается на моих измазанных в томате штанах.

– Не такой уж он и добрый, – небрежно отвечаю. Думаю, не стоит церемониться с незваными гостями.

Второй парень слегка бледнеет и заметно напрягается.

Мой вид в данный момент ужасен. Я бы себя сама испугалась, но это ничто по сравнению с крысой, пробежавшей по моей руке несколько минут назад. Брр, мурашки по телу от одних лишь воспоминаний. Сегодня я точно не засну.

– Анна Владимировна Гусева?

– Да, я. Что надо? – спрашиваю.

– Мы из фирмы «Бор», у нас договорённость с вашим отцом.

Договорённость? С моим отцом? Что-то новенькое.

– Он собирался продать нам участок. Документы уже готовы. Вам остаётся лишь подписать, – голос парня звучит ровно, но я улавливаю в нём нотку тревожности или даже неуверенности, что заставляет меня сомневаться в услышанном. Шестое чувство подсказывает, что мне не говорят всю правду.

– Да сейчас же! – вырывается у меня.

Я перекидываю топор с плеча на плечо. Делаю это не намеренно, но похоже, что приходится кстати: парни на мгновение смолкают и обмениваются взволнованными взглядами.

А у меня складывается пазл в голове. Это ложь, отец никогда не решился бы продавать участок. Он взял с меня обещание заботиться о пчёлах и о хозяйстве. Я ради этого бросила учёбу и подработку. А эти столичные парни в элегантных костюмах и с важным выражением лица стараются убедить меня в том, что папа собирался им что-то продавать.

– Мой отец вам отказал и вы теперь решили докопаться до меня? – грозно отвечаю.

Замечаю, что парни делают шаг назад. Возможно, они принимают меня за сумасшедшую деревенщину. Вот и отлично. С такой лучше не шутить. Особенно если у неё в руках топор. Пусть убираются.

Делаю резкий шаг им навстречу. Пятятся. Я права. Боятся. Даже через калитку. Вот тебе и столичные мужичонки. Смотрят на мои штаны, покрытые томатным соусом. Интересно, что они там надумывают. Потрошительница кур?

– Пошли вон! – гаркаю, как вовсе не подобает приличной девушке, стараясь придать себе угрожающий вид, хотя внутри страшновато. Вдруг не сработает.

– Да ну её, вернёмся с парнями, – шепчет один приезжий другому, – не видишь, она дикая совсем!

Не попрощавшись, они разворачиваются и уходят. А казались воспитанными!

Вздыхаю. Спектакль удался.

Но…

Что они там сказали? Вернутся с парнями? Во рту вдруг становится сухо. С какими ещё парнями? Это не обещает ничего хорошего.

Возвращаюсь в дом. Проходя мимо старого покрытого пятнами зеркала, останавливаюсь. На меня смотрит девушка с грязным лицом и торчащими перьями в волосах. И откуда они у меня там взялись? Ах да, курятник. Невольно сопоставляю себя с видом только что навестивших меня прилизанных парней. Я и правда выгляжу как дикарка. При этой мысли я разом ощущаю накопившуюся усталость в теле. Сажусь на ближайшую табуретку. И за что мне это всё?

В такие моменты хочется просто разреветься. От безысходности, одиночества и… Страха.

Страха, что в мой дом в любой момент могут нагрянуть «парни», а рядом даже нет соседей, которых можно позвать на помощь. Рядом нет никого! Почему же им так нужен папин участок? Зачем они собираются возвращаться с парнями?

Думай, Аня, думай!

Ах, как же не хочется думать!

Хочется лечь на пол и притвориться мёртвой. Однако вспоминаю про крыс, бегающих под полом, и историю про бабульку, которая умерла одна в доме, а грызуны съели её нос. Было это деревенской страшной байкой или реальной историей – не знаю. Но лежать на полу перехотелось однозначно.

Иду в зал, к шкафу, где у отца хранились все документы. Начинаю перебирать. Ищу хоть что-то, что поможет мне внести ясность в эту ситуацию.

Вот она, практика по приватизации земли, а вот ещё одна, по дому. Бумаги на собственность в порядке.

Нахожу несколько писем от ООО «Бор».

Сердце замирает, неужели отец, на самом деле, договорился с ними о продаже?

А нет, читаю, что постоянно просят ответить, видимо, папа даже не собирался с ними разговаривать.

Выдыхаю с облегчением. Мысль, что я могу остаться ещё и без дома, мягко говоря, пугает.

Из писем понимаю, что участок им нужен под строительство загородной базы отдыха. Вот оно что! Их проблемы. Пусть ищут себе другое место. А мне идти некуда, я связана обещанием папе и без боя не сдамся!

Перевожу глаза на портрет отца на стене. Единственной его просьбой перед смертью была забота о хозяйстве. Слёзы невольно накатываются на глаза. В груди разворачивается глухая бездна.

Утираюсь рукавом, зная, что от этого вся грязь ещё больше размажется по лицу.

Набираю Насте, моей университетской подруге.

– Привет, дорогая, как ты? – слышу бархатный голос в трубке.

– Лучше не спрашивай. Не хочешь навестить меня на пару дней?

– Рада, что ты спросила, волнуюсь за тебя, держись. Приеду завтра, хорошо?

– Даже отлично, – отвечаю, а у самой слёзы капают.

Сейчас услышать доброго человека – это уже хорошо. Особенно бархатный, убаюкивающий голос подруги.

В университете я ни с кем не общалась, времени на это не было. Между учёбой и подработкой оставалось лишь немного часов, чтобы поспать. Моей целью было как можно скорее получить профессию и устроиться на постоянную работу. Большинству одногруппников было со мной неинтересно общаться. Меня никуда не звали, зная заранее, что я откажусь. Так что все студенческие вечеринки проходили мимо. Для меня это пустая трата времени и денег.

Но Настя другая. Серьёзная и заботливая. Наши цели по учёбе и работе сошлись. Она стала тем человеком, который сразу пришёл на помощь в трудную минуту. Была со мной рядом во время тяжёлого периода, много помогала, поддерживала, и делает это до сих пор.

В груди чуть потеплело от мысли, что на два дня одиночество выйдет за дверь.

Подруга долго отговаривала меня от отчисления, советовала продолжить жить свою жизнь. Говорила, что именно этого хотел бы отец. И пусть я сделала противоположный выбор, она всё же не оставляла надежды, что когда-нибудь я вернусь на юрфак и закончу обучение.

Кот Васька прерывает мои размышления, запрыгнув на колени. Погладив его за ушком, встаю, запираю дом на замок. Мысленно продумываю, как я могу защитить собственность. По закону никто не имеет права у меня что-либо отобрать. Но мысль о парнях, которые могут заявиться… пугает.

Пугает, что есть люди, которые могут заплатить за беспредел, и у тебя не останется другого выхода, как сдаться. Надо подготовиться к этому, найти способ защитить свой участок. Меня начинает трясти от волнения. Ведь я совсем одна!

Может, пчёлы мне помогут?

Долго откисаю в ванной, благо есть горячая вода. Мои напряжённые мышцы слегка расслабляются. После включаю маленький светильник на кухне. Несу в кровать ленивых котов и ложусь спать. Их мурчание успокаивает. А лёгкий свет ночью даёт мне надежду, что всё будет хорошо. Когда-нибудь.

Артём.

– А дальше куда? – спрашивает Ник. Дружбан не может усидеть на месте в предвкушении вечера. Знает, что мои командировки всегда сопровождаются походами в местные развлекательные заведения, на которых нет отбоя от провинциалок. Да я и сам понимаю, что после такого длинного рабочего дня расслабиться как следует – просто закон.

– А дальше в отель, – усмехаюсь, замечая его облегчение. Объекты к проверке, наконец, закончились.

Звоню Лесечке, ассистентке, чтобы она забронировала нам ближайшую гостиницу.

Мой чёрный люксовый минивэн катится по однотонной серой дороге. Три объекта сегодня уже проверили. Строительство идёт строго по плану. Что радует меня и инвесторов. Чем скорее, тем лучше. Конечно, не без проблем, но по плану. А это важно в моей работе.

– Артём Александрович, тут ребята просили передать, что на объекте в Квашево проблема ещё не решена.

– Вот блин! Они же говорили, что всё уладили! – эта деревня стала гнойной занозой в моей ноге, костью поперёк горла. Я только собрался насладиться итогами сегодняшнего дня, как мне опять напомнили об этом.

В этом проекте земля под объект изначально была свободной, деньги выделены, оставшиеся участки выкуплены, разрешения получены, а потом – бум! И выходит на поверхность одна деталька – оказывается, местный старик успел оформить участок, который ранее числился свободным. Куда смотрели адвокаты и нотариусы? А никуда, теперь разводят руки, перекладывая вину друг на друга. А в проекте всё стоит. Инвесторы прознали об этом, уже выражают своё недовольство.

Кровь закипает в венах. И почему люди знающие не могут просто взять и выполнить то, что от них требуется? Мне что, нужно контролировать каждый участок под объект? Самому ехать разбираться с вопросом?

– Лесечка, переключи меня на ребят, я с ними поговорю.

Ассистентка быстро справляется, и через несколько секунд я слышу в трубке голос Антона.

– Босс, мы вновь попробовали, но пока безрезультатно.

– Вы что, не можете старика уговорить продать землю? Ему что, мало предложили? Вы там все спите? Я кому деньги плачу? – хорошо, что не вижу пацанов вживую, взял бы за шиворот.

– Старик умер, теперь там живёт его дочь, – отчитывается Антон, пока я сжимаю зубы. – Но и она категорично отказывается от сделки. Мы нашли ребят, чтобы навестили её и всё хорошенько объяснили. Она хоть и дикарка, но молоденькая, уверен, сразу сдастся, – продолжил Антон, и на слове «хорошенько» мне становится понятно, что он имеет в виду.

Эта идея мне не нравится.

– Вы с дуба рухнули? На девчонку насылать? Вас кто учил так дела решать? Не можете уговорить деревенскую девчонку? Не можете выполнить свою работу, так хотите, чтобы у фирмы были проблемы из-за вашей некомпетентности?

Ну, тупые! Не помню, когда я так злился на сотрудников. Мог бы провести спокойно вечер в обществе девушек, но нет, в голове завертелись проблемы, которые нужно срочно решать. Из-за того, что кто-то не сделал как положено свою работу.

– Я здесь рядом, останавливаюсь на ночлег. Завтра сам разберусь, раз вы не способны. Подготовьте мне к утру контракт для сделки. Учитесь, иначе долго не проработаете у меня, – бросаю трубку, скидываю телефон на кожаное сиденье.

Не смогли уговорить девчонку, так хотят наслать амбалов! Кто им это подсказал? Так ещё и на ту, у которой только что умер отец. Совсем без совести.

Ник хлопает в ладоши и ехидно улыбается.

– Пожалел девушку! – скатывается в смех. – Наш серьёзный властный босс Артём пожалел деревенщину! Кто бы мог подумать!

Даю ему подзатыльник. Ничего смешного. Нельзя шутить над тем, кто только что потерял близкого человека… Тем более отца.

Неожиданно во мне вспыхивает сочувствие к этой девушке. Я ощущаю, как всплывает зияющая дыра, которую, кажется, ничем не заполнить, никогда. Горечь утраты накрывает меня с головой, будто это я только что потерял самого близкого человека. Эта боль не имеет срока давности, она никогда не отпустит полностью.

Мой отец ушёл из жизни рано. Десять лет назад. Мне было всего 19. Я тогда только начал помогать ему в фирме и вникать в рабочие процессы.

До того момента я забивал на учёбу, гулял, пил, шастал по бабам. Вот отец меня и пристроил к себе в столь молодом возрасте. Вовремя успел. За год до его ухода. Вряд ли я смог бы сам разобраться с бизнесом, не имея никаких знаний. Год с отцом бок о бок в офисе – и я стал его тенью.

Смерть отца сначала сломала меня морально. Я исчез вместе с ним. Передо мной был выбор: вернуться к бессмысленной разгульной жизни, чтобы попробовать заглушить боль утраты, или идти по стопам отца – впахивать на работе до вечера. Я выбрал второе.

Не то чтобы я полностью изменил свой образ жизни. Мне по-прежнему нравится проводить время в барах и клубах, наслаждаясь атмосферой, выпивкой и общением. Однако теперь это уже не пустая трата времени и денег, как раньше. Помимо развлечений, у меня появилось нечто более глубокое и осмысленное – работа, которая отрезвляет и придаёт жизни стабильность. Упахиваясь целыми днями, я получаю гораздо больше удовольствия от редких моментов расслабления и веселья. Каждая минута свободного времени ценится по-особенному.

– Сложно тебе устоять перед девками, – продолжает дружбан, – ты даже свою бывшую устроил к себе и прощаешь все её выходки!

Смотрю на него, он прав. Перед женским полом мне сложно устоять. Красивые формы, томные взгляды, манящие улыбки – всё это действует на меня как наркотик. Но и женщины передо мной долго не стоят. Обычно они быстро спускаются на колени и начинают ласкать меня своими умелыми ручками и жадными ротиками, умоляя отвести их в постель. Однако долго это не длится – я быстро теряю интерес и ищу новую добычу.

– Что у нас там по программе? – меняю тему, проверяю бронь, которую Лесечка уже сбросила на мейл.

Отель «Звезда». Отлично. Клубы поблизости. Молодец Лесечка, знает босса, даже выслала список заведений, где можно хорошенько отдохнуть.

Значит, горячему вечеру всё-таки быть. Я с нетерпением жду предстоящих развлечений. Вместе с Ником мы бронируем столик в VIP-зоне, провинциальные девушки сразу обращают на это внимание. Это действует на них как магнит. Они сразу чувствуют, что мы можем позволить себе любые удовольствия и развлечения. Так что вечер обещает быть жарким и незабываемым.

Погрузившись в обсуждение вечера, я не заметил, как мы добрались до отеля. На ресепшен нас уже ждут две приветливые девицы, не изуродованные ботоксом и расплывшимися губами. Что-то свеженькое.

Обе в чёрных пиджаках, волосы длинные, намотать бы на руку да как следует оттянуть под стоны. Мои фантазии подчёркивают необходимость хорошо сегодня отдохнуть.

Ник уже приглашает их на дискотеку. Он и минуты даром не теряет. Девчонки переглядываются, отнекиваются. Строят из себя недотрог. Знаем мы таких.

Я кладу купюру на стол и смотрю на их реакцию.

Та, что посмышлёнее и, наверное, поопытнее, подбирает купюру. Поняла.

– Набери Зое, она сегодня с подружками собралась гулять, – мило улыбается коллеге, а затем и нам. – Ваши номера готовы, можете подниматься, – любезно указывает нам направление.

Отправляюсь в номер. Просторное помещение, чистое. Посреди комнаты стоит высокая кровать, как я люблю.

Наконец-то можно встать под горячий душ и смыть дорожную пыль вместе с напряжением. То, что нужно.

До завтрашнего дня я не собираюсь думать ни о каких рабочих вопросах. Только удовольствие и релакс.

Стук в дверь. Я едва вышел из душа. Успел накинуть лишь халат. Точно не дружбан, тот будет долго собираться.

– Здравствуйте!

Я оценивающе осматриваю её с ног до головы. Молодая, бледненькая, миниатюрная девушка лет двадцати бесшумно заходит в комнату. Она медленно оглядывается, словно оценивая обстановку. Её приторно-ласковая улыбка даёт понять, зачем она здесь. Я чувствую, как во мне разгорается желание. Скоро её пухлые губки уже будут ласкать меня в предназначенном для этого месте. Предвкушаю сладостное наслаждение.

Облизываюсь. Отличное начало вечера. Сажусь на кровать. Показываю пальцем вниз. Она всё понимает без слов. Опускается.

Чем я люблю провинциалок, так это тем, что им многого не надо. Одна купюра или даже без неё – и она готова сосать всю ночь.

Вспоминаю про деревенскую занозу. Ухмыляюсь. Завтра и её заставим.

Расплачиваюсь. Наблюдаю, как девица радостно запихивает купюры в сумочку. Её лицо сияет от удовольствия – по местным расценкам, она получила отличный гонорар за свои услуги. Она игриво подмигивает мне и, слегка покачивая бёдрами, подходит к стулу, на котором висит мой пиджак. Девица суёт свою визитку в карман пиджака, многозначительно улыбаясь. Похоже, она надеется на продолжение наших встреч. Ну что ж, посмотрим.

– Если будете проездом, звоните.

Я киваю, она уходит.

Лежу на кровати.

Вновь кто-то стучится. Это уже Ник. Похоже, что он вылил на себя весь флакон парфюма.

Я внимательно осматриваю Ника, оценивая его внешний вид. Он кажется заметно взбудораженным и возбуждённым предстоящим вечером. Ник – мой лучший друг с институтских времён, мы знакомы уже много лет. Высокий, худощавый, с аккуратно уложенными тёмными волосами. Его глаза блестят в предвкушении веселья. Ник тщательно следит за собой, особенно когда дело касается клубов и девушек.

На нём белоснежная рубашка с коротким рукавом, подчёркивающая его подтянутую фигуру. Он выглядит стильно и привлекательно, словно только что сошёл с обложки модного журнала. Предвкушение клубной атмосферы, музыки и девушек заставляет его буквально трепетать от нетерпения.

– Нам пора, – Ник заходит в номер, понимая, что меня придётся ещё подождать.

– Уже?! – смотрю на часы, час ночи.

Задремал.

Неспешно одеваюсь. Ник попивает свой любимый виски из антикварной серебряной фляжки. С завистью осматриваю её. Барельеф со щитом и двумя скрещёнными секирами. Предлагал ему денег, но дружбан не сдаётся. Говорит, это для настоящих рыцарей. Видимо, имеет в виду себя. Жаль, таких больше нет в продаже.

Отправляемся на охоту. Хотя. Это похоже на поход в магазин. Для того чтобы выбрать девушку на ночь, особых усилий не требуется. Выбираешь ту, что хочешь. В провинции спрос на столичных ребят и длинная очередь в постель.

Нас пропускают на дискотеку, зал уже полон, ловлю на себе пьяные, но любопытные взгляды девушек.

Нас ведут за стол в зону VIP. Милая официантка в коротеньком чёрном платье что-то объясняет, но я её уже не слышу – грохочущая музыка заглушает её голос. Басы отдаются вибрацией в груди, ритм проникает под кожу, заводит меня и задаёт безумный ритм сердцу. Взгляд сам по себе блуждает по залу, выцепляя самые аппетитные фигурки. Ник уже облизывается, прикидывая, с кем из девчонок попробует счастья сегодня ночью. Я подмигиваю ему – вечер обещает быть жарким.

Я люблю обе части моей жизни. Работу, пахоту, решение проблем и вот эту, когда ты можешь позволить любую девушку из зала, из города. Я не спешу останавливать свой выбор на той или иной даме. Смакую момент, наслаждаюсь свободой выбора. Словно я в ресторане и выбираю себе самое изысканное блюдо на ужин. Взвешиваю все за и против, прикидываю на вкус каждую кандидатку.

Мысли внезапно возвращают меня к деревенской девушке, с которой предстоит встретиться завтра.

Надеюсь, что не дурнушка. И что с ней тоже можно будет хорошо провести время. Облизываюсь.

Приносят шампанское.

Я подзываю к себе брюнетку с танцпола, манящую меня своим пылким взглядом. Подаю знак охранникам, и они расступаются, пропуская её в нашу VIP-зону. Наполняю бокал игристым шампанским и протягиваю его незнакомке. Она принимает его с соблазнительной улыбкой и присаживается рядом со мной, прижимаясь бедром. Имя? Не важно, завтра я его всё равно забуду. Сейчас меня полностью завораживает её облегающее блестящее платье, подчёркивающее идеальные изгибы тела. Она начинает для меня приватный танец, извиваясь и манко двигая бёдрами. Я уже чувствую, как внутри разгорается пламя страсти в предвкушении того, что продолжится в номере отеля после клуба. Я полностью готов отдаться этой ночи разврата.

Глава 2

Аня.

Петух громко и пронзительно закукарекал.

Я немного поёжилась в тёплой постели, пытаясь оттянуть неизбежное пробуждение. Открыв глаза, увидела кота Ваську, который устроился прямо на моей подушке. Он жмурился от удовольствия и начинал мурлыкать, а пушистый Пашка, свернувшийся калачиком у моих ног, подхватил это мелодичное урчание. Мне так хотелось поспать ещё немного, но я заставила себя подняться – нужно было приниматься за работу. Чем раньше начну, тем лучше. Кто знает, когда нагрянут нежеланные гости, не считая, конечно, Настю – её визитам я всегда рада.

Тянусь к телефону на прикроватной тумбочке, чтобы взглянуть на время. Пять утра! Я удивляюсь, насколько верен мой живой петушиный будильник – громкий и пронзительный крик птицы разбудил меня ни свет ни заря. Поспать удалось от силы 4 часа, а может, и меньше. Голова слегка гудит от недосыпа, но я привыкла к такому ритму жизни.

Что же, пора.

Потягиваюсь на мягкой кровати, чувствуя, как тело постепенно пробуждается ото сна. Лёгкая истома всё ещё витает в воздухе, но я заставляю себя встать. Утренняя прохлада приятно окутывает тело, вызывая лёгкую дрожь. Я накидываю тёплый халат и направляюсь на кухню, вдыхаю аромат свежезаваренного кофе, который манит меня начать новый день.

Что может быть лучше, чем пробудиться после нескольких глотков горячего напитка. Маленькие радости. Растворимый кофе с молоком, хлеб с земляничным вареньем тёти Люды. Она принесла мне аж три банки. С папой они дружили, вместе ходили в лес по ягоды.

Наслаждаюсь. Кофейный аромат и вкус земляники на языке. Ммм…

Коты вертятся у ног. Учуяли молоко. Достаю блюдечко, наливаю и им.

Беру свой список дел на сегодня. Скосить траву возле летков пчёл, убраться в курятнике, починить медогонку или хотя бы попробовать, вставить свежую вощину в очищенные рамки.

Дописываю один очень важный пункт: «Создать план обороны собственности».

Ощущаю прилив сил. За ночь я много всего придумала, и мне будет чем удивить нежданцев. Улыбаюсь и подбадриваю себя.

Направляюсь в старый сарай. Здесь полно́ папиных сельских инструментов. Он был способен смастерить и починить всё. Перевожу взгляд на стену, на которой висит коса. Этот инструмент мне понадобится сразу. Пока пчёлы не разлетались, надо успеть скосить траву. Можно обойтись и серпом, но сегодня у меня особо боевое настроение.

Чуть подтачиваю лезвие. Бросаю взгляд в угол. Капканы. То, что надо. Спасибо, папуль. Он обычно использовал их против лис и прочей живности, которая умудрялась залезть в курятник и утащить за шею наших кур. Я против применения подобных методов на животных. Намереваюсь заработать денег и установить сеточку по периметру, которая будет отгонять нежелательную живность лёгким током. А вот тех, кто приходит ко мне с мечом, будут ждать сюрпризы. Улыбаюсь.

Заработать на сетку.

Вновь вздыхаю. Список необходимых покупок постоянно расширяется.

Пчёлы только просыпаются. Я быстро обхожу улья, лёгкими движениями направляю косу и освобождаю траекторию для полёта. Прикладываю ухо к одному из ульев. Приятно гудят, заслушаться можно. Утреннее солнце уже начинает сушить ночную росу. А пчёлки постепенно выходят на разведку. Желаю им приятного полёта.

После справляюсь с курятником, собираю яйца. Сегодня их особенно много. Яйца. Ехидно улыбаюсь. Ещё одна идея проскользнула в голове. Курочки на моей волне. Постарались за ночь. Внесли вклад в оборону.

Примерно к десяти утра я заканчиваю свои утренние дела. Звоню Насте.

– Привет, дорогая!

– О, какая ты сегодня бодренькая! Я скоро буду. Тебе что-нибудь привезти?

– Можно хлеба, – смеюсь сама над собой. Я теперь словно бабулька, которая просит внуков сходить в магазин.

Думаю, что до приезда подруги смогу приготовить план обороны и даже нарисовать карту, чтобы вдруг Настя не угодила в ловушки. Потираю руки.

Пушок следует за мной в сарай. Он хорошо знаком с приборами. Обучен папой. Поэтому не полезет в поставленные по углам участка капканы.

Прячу рядом с калиткой серп, неподалёку от входа в дом – грабли. В общем, расставляю инструменты так, чтобы в случае нападения их можно было использовать. На тележке притаскиваю улей, ставлю рядом со входом во двор.

Скрипит калитка, Пушок радостно лает. Понимаю, что пришла Настя. Пёс её обожает. Особенно за то, что подруга всегда с собой приносит что-то вкусненькое.

Обнимаю её. Голубые светлые глаза вопросительно смотрят на пчелиный улей, гудящий возле калитки, и на вилы в моих руках.

– Не обращай внимания, я укрепляю оборону. Ко мне обещались зайти ребята, вот я готовлюсь.

– Что, серьёзно?

Киваю головой.

– А что за мотив?

– Хотят, чтобы я продала им землю. Собираются здесь построить базу отдыха. Мой отец отказал, теперь они взялись за меня. Обещали прийти с парнями… Так что я на всякий случай готовлюсь к обороне. Без боя не сдамся! – стукаю вилами о землю, словно это посох Посейдона.

– Ты не хочешь обратиться в полицию?

– Что я им скажу? У меня пока нет никаких доказательств, что они мне угрожают, кроме писем отцу, да и те составлены корректно, юристами. Не собираюсь ждать момента, когда эти доказательства угроз или, чего хуже, преступлений появятся. К тому же на адвокатов у меня просто нет денег.

Настя всё выслушивает внимательно, чуть покачивает головой. Подходит ко мне, ещё раз обнимает.

– Держись, подруга. Сколько тебе предлагают за участок?

– Они не успели предложить, я их прогнала вчера. Но, по перепискам с отцом, речь идёт о сумме семь миллионов рублей, – я отчитываюсь, словно надеюсь, что подруга поддержит и подбодрит моё стремление бороться за участок.

– Чего ты ждёшь? Продала бы.

У меня что-то гаснет внутри. Неужели она не понимает?

– Только подумай, ты можешь продать этот участок, будешь и с деньгами, и в безопасности. Снимешь себе спокойненько квартирку, найдёшь работу… Они же не заставляют тебя бесплатно передать им собственность. По-моему, семь миллионов – достойная сумма.

Не ожидала таких слов.

– Настя, я не готова к этому, – качаю головой, поворачиваюсь, обидно, что она не понимает меня. Но, с другой стороны, есть в её словах правда. – Я дала обещание отцу.

Подруга вновь меня обнимает.

– Просто подумай, Аня. Я уверена, твой отец хотел бы для тебя лучшего. И чтобы ты была в безопасности.

Мы вместе проходим в дом. Боевой настрой как рукой сняло. Голова вдруг опустела. Все мои планы и старания сейчас кажутся ненужными. В чём-то Настя права, но как я могу нарушить обещание отцу?

Наблюдаю, как подруга раздаёт еду котам. Завидую им. Они просто живут, их кто-то кормит, проблем никаких нет, даже если они не выполняют свои обязанности, их хозяйка всё равно приглаживает и ласкает.

– Чем я тебе сегодня могу помочь?

Вот так, с ходу спрашивает, за что бы ей взяться.

Качаю головой.

– Давай просто поболтаем. Чаю попьём. Расскажи мне про учёбу.

Настя улыбается.

А мне и правда сейчас хочется с кем-то пообщаться. Иногда важно просто взять и поговорить о чём-то далёком от проблем. О том, что не будет касаться твоих волнений и тревог, которые тебя и так будоражат день и ночь. Просто чтобы мозг отдохнул от напряжения.

Настя начинает. Интересно рассказывает. Мы переходим на диван. В определённый момент я понимаю, что просто отключаюсь. Настолько меня расслабил тембр и разговор подруги. Мне это было необходимо.

Сквозь сон чувствую, что она меня будит. Бросаю взгляд на окно, небо уже покрылось золотисто-розовым оттенком.

Похоже, что я не просто задремала, а проспала до вечера!

– Кто-то пришёл.

Моё сердце замирает. Я знаю, кто это. Не думала, что так быстро.

Артём.

Просыпаюсь. Бордовые занавески в отеле ещё задёрнуты. Сквозь них едва пробиваются солнечные лучи. Голова раскалывается. Обычно я прекрасно переношу алкоголь. Вчера, видимо, попался палёный. Ну, или перебрал.

На телефоне огромное количество сообщений и пропущенных звонков, в том числе и от бывшей, но мозг пока ещё не соображает.

Сразу думаю о спорте, который выручает в такие моменты. Надеюсь, в этом отеле есть спортзал, где можно побегать и вытрясти из себя остатки алкоголя.

Встаю, раскрываю шторы. Солнечный свет режет глаза. Уже точно обед. На кровати лежит дама. Тёмные волосы спутаны лаком, нагота прикрыта одеялом. Вокруг разбросана одежда – и её, и моя.

Стараюсь вспомнить, а предохранялся ли я. Замечаю валяющуюся на полу разорванную упаковку от презерватива. Да, с облегчением вздыхаю. Сюрпризов мне не надо. Болезней или детей. Я собираюсь продолжать свой разгульный образ жизни в свободное от работы время и не намереваюсь останавливаться.

Иду в ванную, спотыкаюсь о женские туфли. Пинаю их подальше под кровать.

Умываюсь холодной водой. Уже лучше.

Натягиваю шорты, футболку, беру полотенце.

Дама всё ещё спит. Раскинула руки в стороны.

Я выхожу, оставляю её в номере. Направляюсь на ресепшн. Продлеваю пребывание. Прошу, чтобы уборщица прибралась в комнате, а заодно и разбудила незнакомку, желательно спровадила до моего возвращения. Оставляю хорошие чаевые.

Мне показывают спортзал. Есть даже вода и кофе. И сауна. Отлично.

Ник, оказывается, уже здесь. Бежит на дорожке. Опередил меня, засранец.

Окидываю взглядом его помятое лицо и струящийся пот, отлично отдохнул парень.

Смеёмся.

– Ну что, выспался? – спрашиваю.

– Ага, ты меня вчера оставил с двумя, ушёл. Пришлось за тебя отдуваться. Ну а ты?

– Вроде того. Барышня ещё спит в комнате.

– Это какая?

Я задумываюсь. Одна из.

Ник качает головой и ухмыляется.

– Ну и успел! Куда сегодня? – интересуется.

– В Квашево.

– Что за название!

– Не разговаривай, беги! – напоминаю ему, чтобы сохранял темп тренировки и не отвлекался.

У меня ещё в голове стучит музыка, хочется побыть в тишине. Совсем скоро я приду в форму.

***

Два часа – и я как новенький. Даже успел позавтракать, точнее пообедать.

Наш водитель уже поджидает у дверей. На часах шесть вечера. Полчаса – и мы будем на месте.

Едем. Эти полчаса я на телефоне. Мозг включается в работу. Просматриваю контракт. Гусева Анна Владимировна, мы едем к вам.

Быстро объезжаем территорию под объект. Зона удачная, рядом лес, чистейший воздух, есть речка. Дома ещё стоят, хотя выкуплены. Думаю, уже в этом месяце можно будет приступать к началу работ. Сегодня подписать контракт, ещё неделю, чтобы девчонке убраться с поля зрения, и можно начинать.

– Ты уверен, что сможешь договориться? – интересуется Ник.

– Конечно. Я могу договориться со всеми, особенно если речь идёт о женщинах.

– Но она же из деревни?..

– И что? Даже лучше. Я знаю, как живут деревенские. Ездил к бабушке на лето. Так что разницы не вижу.

– Так уверен? Тогда почему бы нам не поспорить?

Хмыкаю.

– Что предлагаешь?

– Если уговоришь её сегодня, в течение часа, я отдам тебе мою фляжку для виски, – достаёт из кармана серебряный бутылёк.

Всматриваюсь в его глаза. Он настроен серьёзно. Я долго выпрашивал у него эту фляжку. Люблю собирать такие вещи. Внезапно он решил мне сделать подарок.

– Согласен! – не могу упустить эту возможность, готовлюсь пожать ему руку.

– Постой, – Ник демонстративно отводит свою подальше. – А вот если ты не сможешь её уговорить, то останешься здесь в деревне, в одном из этих домиков, в ссылке на пару недель, – ехидно улыбается.

Вздыхаю. Испугал. И как я теперь могу проиграть?

– Согласен, – повторяю.

– По рукам!

Подъезжаем к злосчастному участку. Беру папку с документами и выхожу из минивэна.

Вдыхаю приятный свежий воздух, пахнет травой и цветами. Я стою перед домом, он старенький, деревянный, слегка покосившийся, но в нём чувствуется уют. Кажется, будто время здесь остановилось и я перенёсся в далёкое прошлое, когда жизнь текла совсем иначе, более размеренно и спокойно.

Замечаю, что звонка нет, но из-за угла выскакивает лающий чёрный пёс. Он мчится прямо на меня и в последний момент резко бросается на старую скрипучую калитку, отчаянно лая и прыгая на неё передними лапами.

Рядом у входа стоит нечто похожее на улей. А это и есть улей. С настоящими жужжащими пчёлами.

– Есть кто?! – кричу. Свет в доме выключен, может, никого нет?

Трясу калитку, но это лишь больше злит собаку. Я приехал сюда напрасно? Для меня каждая минута рабочего времени дорога.

Вновь зову. Топаю на пса. Выбесил своим лаем. Вернулась даже головная боль после бурной ночи. Собака остепеняется. Понял, кто здесь главный. Рукой нахожу механизм на калитке, поддеваю его, чтобы открыть.

Оглядываюсь на Ника, который с нескрываемым любопытством наблюдает за тем, как я собираюсь уладить проблему с участком. Пёс ещё лает и злобно смотрит, он явно не одобряет моей наглости, но не решается укусить.

Замечаю у деревянного забора заржавевшие капканы. Странное предчувствие закрадывается внутрь. Я оборачиваюсь вновь к машине. Ник вскидывает брови, поджимает губы и деликатно указывает пальцем на нечто позади меня.

Поворачиваюсь. На меня идёт человек в белом комбинезоне и с шапкой пасечника на голове. Замечаю, что фигурка миниатюрная. Похоже, это и есть дочь старика. Скрывает своё лицо за сеткой. Ощущаю лёгкое разочарование. Скорее всего, она именно дурнушка, раз даже по вечерам напяливает на себя эту сетку.

– Здравствуйте, меня зовут Артём Александрович Грач, – вежливо представляюсь, хоть и странно разговаривать с человеком в маске.

Фигура продолжает медленно и осторожно двигаться в мою сторону. Я понимаю, что вчерашняя вечеринка даёт о себе знать, ведь в висках начинает трещать, а ситуация сбивает с толку. Я делаю шаг назад.

– Тебя кто-то приглашал внутрь? – уверенно раздаётся женский голос.

Она сразу перешла со мной на ты, когда я ей этого не позволял. Обычная деревенская невоспитанная девчонка, которая заставляет терять время. Терпение понемногу иссякает. Я здесь за решением вопроса, стараюсь быть любезным, но не знаю, насколько меня хватит.

– Я по продаже участка, – продолжаю.

– Тебя кто внутрь приглашал? – повторяет она грозно.

Никто из девушек никогда не позволял себе такой тон со мной. Я деньги предлагаю, которых за такой заброшенный участок никто бы не предложил, а она ерепенится.

Слышу хохоток за спиной. Ник. Зараза.

– Девушка, мы вам предлагаем очень хорошую сумму, вам лучше согласиться, – говорю ей.

– Я не собираюсь продавать участок. По-моему, я понятно объяснила. Твоё присутствие здесь напрасно.

Напрасно? Маленькая фигурка, спрятавшая своё лицо, смеет давать мне нотации.

– Милая, давайте тогда с вами просто поговорим.

– Милая?! – она звонко смеётся. – У вас, у столичных, всех девушек называют милыми? – выдаёт мне саркастическим тоном.

– Гостеприимство у деревенских не в почёте? – спрашиваю с заметной иронической насмешкой.

– Не для всех, – она приближается к улью возле калитки, в метре от меня.

Получить фляжку Ника будет не так уж и просто, как казалось. Что-то мне подсказывает, она не просто так в пчеловодной маске. Похоже, я угадываю её план. Пакостная, однако. Собирается разбудить пчёл.

– Ты хоть знаешь, кто я? – не теряю напора, мне нужно её убедить, пока она не натравила на меня пчёл.

– Да хоть президент, у меня право на эту собственность! И оно защищается Конституцией! – её голос звучит сладко, но с кислинкой.

Ого, как заговорила! Смелая и дерзкая. За её спиной замечаю ещё одну девушку. Длинные светлые волосы и голубые глаза.

– Аня, всё в порядке? – спрашивает она пчеловодку.

– Пока да, – отрезает Гусева.

Вижу у подруги в руках телефон. Это ясный намёк нам, прибывшим, что ещё момент, и девушки звонят в полицию. Подстраховалась пчеловодка!

Но, судя по оборудованию, расставленному здесь, похоже, что она готовилась к приезду кровавых головорезов. Я даже замечаю косу неподалёку от дома.

Антон, засранец, уволю. Она ждала гостей и приготовилась. Если бы он ей не пригрозил, я смог бы застать её врасплох, а не с капканами и косой на входе. Не могут справиться с простой работой!

– Если вы не хотите разговаривать здесь, то мы можем выехать на нейтральную территорию, – подмигиваю, сдерживая своё лопающееся терпение.

Девушка поворачивается к подруге. Та кивает. Я улавливаю, что подружка смышлёная, может, благодаря ей и получится договориться.

– У нас машина большая, – продолжаю. – Виктор довезёт до ближайшего ресторана, поужинаем, расслабимся, – чёрт возьми, деревенские бабы обожают рестораны, она не может не согласиться. Я ведь так любезен с ней.

Приглашаю рукой к машине. Замечаю, что подруга даже вглядывается в лицо Ника… Она очарована им! Значит, был смысл брать его с собой, особенно если Гусева всё-таки подпишет.

– Никуда не собираюсь ехать. А вот вам пора убираться отсюда, – её слова словно режут пространство между нами.

Неужели она такая несмышлёная? Не соглашается на ужин со мной и на семь миллионов? Да эта девчонка бросает мне вызов. Пусть она и миниатюрная, с довольно приятным голосом, но моё терпение начинает заканчиваться…

– Я предлагаю семь миллионов за ваш сраный участок, а вы строите недотрогу? – отвожу руку в сторону, указывая на дом.

– Если мой участок такой сраный, чего за него зацепился? А? – она стукает ладонью по улью. Слышу, как пчёлы начинают гудеть.

Этот звук напомнил, как однажды ночью, когда я ещё был подростком, у бабули в деревне мы с другом пошли разорять пчёл неприятного соседа и чем это для нас обернулось. Тогда я усвоил, что к пчёлам лучше не лезть.

Она стукает вновь по улью, словно улавливая моё замешательство.

К ней подходит подруга и что-то говорит, разбираю лишь «согласиться», но пчеловодка даже ухом не ведёт. Не вижу её лица, прикрытого сеткой, и это меня здорово раздражает, хочу считать её эмоции. Хочу посмотреть ей в глаза.

Мне нечего сказать.

В какой-то момент я решаюсь…

Делаю быстрых три шага, достаточных, чтобы подойти к ней и сорвать эту ненавистную шапку пчеловода.

Меня бесят люди, дерзящие мне, но прячущиеся за маской. Я хочу видеть их лица, читать эмоции в глазах, понимать их истинные намерения. Маска лишь усиливает мою подозрительность и раздражение. Я не потерплю наглости от тех, кто не имеет смелости открыто встретиться со мной взглядом.

Хватаю белые поля головного убора и резко срываю его с её головы. Из-под этой шапки пчеловода разлетаются в стороны пышные каштановые волосы, девушка тут же поправляет их нервным движением руки, наконец-то показывая своё лицо. Её зелёные глаза смотрят на меня с вызовом, в них плещутся гнев и обида. Губы сжаты в тонкую линию, а щёки слегка порозовели от волнения.

Лучше бы она была дурнушкой.

Нежная чистая кожа, словно фарфоровая. Зеленоглазая красавица смотрит с такой яростью, что её взгляд, кажется, способен испепелить меня на месте. Её пухлые губки раскрываются в намерении высказать крайнее недовольство моим поступком.

Повисло напряжение, и время словно застыло. Я просто как дурак держу в руках эту шапку и не могу ничего сказать, потому что у меня просто пропал дар речи. Я едва сдерживаюсь, чтобы не залюбоваться этой яркой вспышкой эмоций на её прелестном личике…

Начинаю жалеть о том, что сделал.

Она тоже в замешательстве.

Тишина вокруг. Все затаили дыхание. И Ник, и подруга. Я даже ощущаю затаившийся взгляд водителя Виктора, который стал свидетелем. Сейчас что-то будет. Интуиция мне подсказывает, что я поплачусь за свою дерзость.

Глава 3

Аня.

Когда я слышу лающего Пушка, то сразу встаю с дивана и включаю моментально боевую готовность. Сон как рукой снимает.

Двумя руками натягиваю на себя комбинезон пчеловода. Это подарок отца на пятнадцатилетие. Сейчас я из него выросла, немного обтягивает, даже жмёт. Но свою функцию ещё выполняет. Помогает от укусов порой взбесившихся пчёл.

Застёгиваю на голове маску пчеловода.

Пусть только попробуют меня тронуть, я разбужу маленьких крылатых друзей и натравлю на них. Не спорю, жаль использовать работяг для подонков, которые приехали запугивать девушку. Но защищаться как-то нужно. Не подведите, дорогие.

Кто-то орёт с улицы. Мужской голос. Они пришли за мной.

Прошу Настю сидеть дома и, если что, звонить сразу нашему участковому.

Настраиваюсь.

Мужик орёт ещё сильнее. Он даже смеет затыка́ть Пушка. Нахал!

Тело охватывает огонь злости вперемешку с волнением.

Я всего лишь девчонка, но сейчас мне предстоит встретиться с неизвестными, которые посягают на дом. Справлюсь ли? Уберутся ли они? Испугаются ли ловушек? Или… Или мне конец? Думаю про себя, что зря впутала Настю. Если дела пойдут плохо – она тоже может отхватить.

В карманы набираю яйца. Сзади за пояс засовываю бутылку с водой и разведённым в ней мёдом. Это мне понадобится, чтобы показать пчёлам врага.

Слышу стук калитки. Они посмели зайти во двор! Это грубо и непростительно.

Я выхожу из дома.

Во дворе стоит мужчина лет 30. Модно одетый, высокий, подтянутый. С хищным взглядом, полным решимости и целеустремлённости. От его безупречного вида меня бросает в жар. Мой пульс учащается, чувствую себя неловко, но деваться уже некуда.

Он не похож на тех, кто марает руки о деревенских девчонок, но в охапку сгрести сможет.

За ним на дороге стоит ещё один парень. Прилизанный, с иголочки. Лицо кажется подобрее и приветливее. Но внешность часто бывает обманчива.

Рядом машина. Минивэн. Чёрный.

Я всё-таки ожидала более грубых типов, с наколками, небритых. Но этот оценивающий взгляд парня в моём дворе напрочь сбивает меня с толку. Ему тоже не придётся прикладывать больших усилий, чтобы сгрести меня в охапку.

Разговариваю с Артёмом Александровичем, как он представился. Я уже где-то слышала его имя. Скорее всего, встречала в папиных документах.

Не церемонюсь. Мне не нравятся люди, которые заходят в мой двор без разрешения. А в его голосе звучат высокомерие и надменная снисходительность. Он даже предлагает поужинать с ними. За кого он меня принял? За девчонку, которая за тарелку супа побежит делать ради него всё, что он пожелает? Обидно!

Настя почему-то доверяет этому типу. Советует задуматься над продажей участка. И даже согласиться на ужин в ресторане! Как она может быть уверена, что этот человек не причинит нам зла?

Не спорю, издалека видно, что у него высокий статус: его осанка, манера разговора, движения, всё об этом кричит! Но это ведь не значит, что ему можно доверять.

Вновь пронзительный взгляд. Его карие глаза гипнотизируют. Чем дольше за ним наблюдаю, тем больше злюсь. Убираться он не хочет. Продолжает напирать, пытаясь убедить в том, что у меня нет другого варианта, как согласиться на продажу участка. А ведь я ясно дала понять, что не собираюсь этого делать. Но моё тело, как назло, трепещет от его взглядов, особенно когда он окидывает меня с ног до головы. Я ощущаю себя уязвимой как никогда! Мне необходимо что-то предпринять, пока я окончательно не сдалась.

Он вновь делает мне шаг навстречу. Что же, сам напросился. Я принимаюсь потихоньку будить пчёл. Легонько похлопываю по улью.

Его глаза начинают лихорадочно блестеть. Он даже грубит и называет мой участок «сраным». От этого становится обидно. Что он себе позволяет! Я выросла на этом участке, хам! Непростительное неуважение.

Но затем он делает то, что застаёт меня врасплох: со скоростью надвигается огромной скалой, и я не успеваю отскочить. Очутившись рядом, сдирает мою пчеловодную шапку.

Да как он смеет!

Просто взял и стянул её с меня! Причём больно дёрнув за мои волосы. Вот козёл! Теперь он замер и смотрит на меня в полнейшем изумлении. А я чувствую себя голой, и по телу пробегает лёгкая дрожь.

Чего он ждёт? Что после этого я продолжу с ним мило беседовать?

Нависает тишина. Я опускаю руки в карманы, нащупываю яйца, ещё секунда – и они с треском обрушиваются на его голову.

Артём.

Не ожидал такого поворота.

Ещё секунда – и по моей башке стекает что-то жидкое. Липкая субстанция пачкает волосы и сползает по лицу. Это куриный желток? Она подошла и разбила куриное яйцо о мою голову? Что за хрен?! Я в полнейшем шоке от такой наглости и дерзости. Как эта девчонка посмела запустить в меня яйцом? Неужели она совсем лишилась рассудка?

Отскакиваю от неё подальше, но в грудь врезается ещё одно яйцо, разбиваясь об меня с хлюпающим звуком. Желток и белок расползаются по моему фирменному пиджаку, безнадёжно испортив его.

Эта дикарка мне ответит! Она даже не представляет, во что сейчас вляпалась!

Не могу поверить. Это наглость и перебор!

– Ты охренела? – ору.

Чувствую, как мне на голову выливается какая-то жидкость. Похоже на воду. Когда она попадает на язык, я ощущаю вкус мёда…

Эта девка и правда дикарка!

Слышу позади хохот Ника. Но в следующую секунду достаётся и ему. Яйцо разбивается рядом с его головой о дверцу машины.

– Идиотка, тебе так это с рук не сойдёт! – ору, слышу жужжание пчёл, которые уже начинают лететь в мою сторону.

Желание разорвать в клочья миниатюрную особу у меня впервые. Я никогда не был так зол на женский пол. Никогда. Всегда держал себя в руках и снисходительно обращался, даже если девушки истерили или вели себя неадекватно.

В мыслях проносятся все возможные варианты наказания для этой дикарки! Она ещё пожалеет!

Но пчёлы уже вертятся над головой, сейчас я просто вынужден отойти. Блин, она меня забросала яйцами! Хорошо ещё, что не тухлыми! Не удивлюсь, если на следующий раз припасёт и таких. Надо было и правда направить амбалов!

Я возвращаюсь в минивэн. Слышу, как за мной захлопывается калитка. Даже не оглядываюсь.

– Поехали! – кричу Виктору.

Тот, похоже, тоже охренел от увиденного. Представляю, какие теперь байки будут ходить у подчинённых.

– Властного и могучего босса деревенская девчонка закидала яйцами! – Ник ржёт. Пока не встречается со мной взглядом.

Да, именно так будут шептаться за моей спиной. Я взбешён.

Виктор подаёт бумажные салфетки. Выхватываю из его рук, принимаюсь чистить пиджак. Не верится, что я мог попасть в такую абсурдную ситуацию.

Машина погрузилась в тишину. Виктор просто едет. Не осмеливается спросить, куда держать путь. Лучше пусть молчит. Нужно собраться с мыслями.

Эта зеленоглазая хрупкая девчонка закидала меня яйцами! Да она жить перехотела! Ей просто повезло, что она не мужик, а на баб я руки не поднимаю.

Потихоньку прихожу в себя, успокаиваюсь, возвращается ясность.

Вспоминаю зелёные глаза этой особи, её подтянутую соблазнительную фигурку. И это меня раздражает ещё больше. Почему она не дурнушка? Вновь задаю себе вопрос. Слабость к женскому полу теперь играет новыми красками. Мне хочется наказать её больно и жёстко. Чтобы она молила о пощаде. Похоже, я превращаюсь в монстра. Это всё её вина́.

– Виктор, свяжись с Лесей, пусть вновь забронирует отель поблизости, – сейчас у меня нет настроения разговаривать с милой Лесечкой.

Приеду в гостиницу, расслаблюсь и подумаю, что делать дальше. А делать что-то надо. Эта пчеловодка скоро будет жалеть о том, что натворила.

– Готов на двухнедельную ссылку в деревне? – спрашивает Ник.

На его лице ехидная ухмылка, он пользуется моментом, что я наконец-то заговорил.

Блять, я почти забыл. Спор с другом. Ещё одна подстава.

– Да! – рявкаю так, что даже Виктор, ведущий машину, оборачивается на меня и приподнимает брови.

Вот чёрт же, а я его ещё и другом называю. Сейчас особо хочется послать его подальше. Но ведь этот хрен всем раструбит про случившееся. У нас много общих знакомых, спортзал, теннис, гольф. Я не отмоюсь от позора, если не выполню условия. Многие будут с радостью мне напоминать об этой ситуации. Непростительно для имиджа.

Тут надо выйти красиво. Чтобы никто не посмел засомневаться в моей репутации или как-то полить грязью, что я не отвечаю за свои слова.

Всё из-за этой пчеловодки! Неужели ей семи миллионов мало? Я даже не могу сообразить, чего я больше хочу: разорвать её в клочья или оттрахать как можно жёстче, чтобы заставить её стонать и просить пощады. Кровь начинает бурлить в венах. Сегодня мне просто необходимо оторваться.

Вытаскиваю из кармана визитку вчерашней шлюшки. Пишу, чтобы она была свободной.

Ник пытается заглянуть в мой телефон, но замечает мой грозный взгляд. Надеюсь, теперь он понял, что на сегодня довольно тупых шуточек.

Аня.

Я всё ещё не могу набрать достаточно воздуха в лёгкие. Словно я пробежала стометровку без подготовки и теперь не могу отдышаться. И успокоиться.

Машина отъезжает, не давая никакой гарантии, что не вернётся обратно вместе с ребятами пострашнее. Сейчас мне хочется сжаться калачиком, как Пушок на коврике в прихожей.

С одной стороны, я одержала победу. Враг убрался с моей территории. Я даже не воспользовалась всеми яйцами. С другой, они вернутся. Чует сердце, очень скоро. И тогда я вряд ли смогу обойтись яйцами. Придётся придумывать что-то ещё.

Пчёлы потихоньку утихомириваются и залетают обратно в улей. Пушок уже ласково трётся в ногах.

Вспоминаю, как этот тип подошёл и нагло сорвал с головы мою сетку.

Это грубо, дерзко и невоспитанно – зайти на чужой участок, требовать, чтобы я согласилась на сделку, а потом срывать с меня шапку. Он получил по заслугам.

Я вспоминаю, как по его волосам и лицу стекал желток вперемешку с разбитой скорлупой. И его пронзительный испепеляющий взгляд. Нечего на меня смотреть. В следующий раз я подготовлю тухлые яйца!

– Аня, ты в порядке?

Настя, кажется, взволнована и тоже не ожидала, что всё закончится яичной перестрелкой.

– Да. В порядке, а ты? Прости, что ввязала во всё это.

Подруга меня обнимает.

– Анечка, тебе нужно успокоиться. Расслабиться.

Вспоминаю, как она во время разгара беседы с мужчиной подошла и даже посоветовала поехать с ними на нейтральную территорию, чтобы поговорить, считая это неплохой идеей. И что было бы хорошо наладить связь с Артёмом Александровичем, подружиться.

Сейчас, пока вокруг спокойно, я смотрю на подругу. Нет. Она вообще меня не понимает. Не понимает, что значит потерять отца, остаться одной, без помощи, самостоятельно решать вопросы по хозяйству, защищаться, выполнять обещание…

Настя отвечает взглядом. Её голубые глаза кажутся такими глубокими и спокойными. Удивляюсь, как ей это удаётся. Быть спокойной в такой ситуации.

Я не могу ей нагрубить. Она мне очень помогла. Но внутри что-то обрывается от пропасти, которая нас с ней разделяет. Всё-таки мы разные. У неё родители, которые помогают ей во всём. Поддерживают в учёбе. У неё нет хозяйства, за которым надо присматривать, нет обязательств. У неё даже нет котов, которых необходимо кормить, или цветов, которые нужно поливать. Она может уехать из своей снятой квартиры на неделю, две, три, запереть её и путешествовать. Она свободна от этих проблем. Может, от этого она так уверена, что в моей ситуации всё так просто и легко решается.

Ну, с её точки зрения – она права. Если я заберу деньги, раздам всю живность, сниму квартиру, я тоже буду свободна. Смогу делать что хочу. Но… Отец.

Я вспоминаю его последние дни.

Даже не сразу заметила, как слёзы потекли по щекам. Вновь.

– Анечка, дорогая, не хотела, – Настя обнимает меня.

Я всхлипываю. Внутри снова разворачивается бездна, которую не заполнить деньгами или путешествиями. Её ничем не заполнить.

Настя берёт меня под руку и ведёт в дом. Усаживает на диван. Я скатываюсь в истерику. Ругаю себя за это. За то, что недостаточно сильна перед всеми этими проблемами. Что сижу и ною перед подругой. Ненавижу нытиков, а сама…

Настя протягивает мне стакан с водой. Утираюсь рукавом пчеловодного комбинезона, и слёзы накатываются новой волной. Отец подарил мне его. Он улыбался. Я не могла представить, что через 4 года его не станет, тогда казалось, он будет жить вечно.

Пушок забежал в дом, сунул морду между моих коленок, посмотрел на меня жалобно, давая понять, что тоже скучает по своему хозяину. Затем свернулся калачиком возле моих ног. Коты, спокойно сидящие на спинке дивана, замурчали.

Нет. Я не одна. У меня есть ещё целая армия пчёл.

Возможно, я где-то ошибаюсь в моих решениях, делаю что-то неправильно. Но ответственность лежит только на мне. Только я могу сделать что-то. Или не сделать. Правильно или неправильно. Только я принимаю решение.

Аня, держись, ты справишься.

Слёзы просохли. Я мысленно благодарю всех, кто стерпел минуты моей слабости.

– Спасибо, Настя.

– А знаешь, паренёк возле машины был очень даже ничего, – смотрит в сторону, загадочно улыбаясь.

– Всё с тобой понятно! – я легонько толкаю её ладонью в плечо. Так вот почему она так рвалась на нейтральную зону с ребятами. – Наша Настенька в активном поиске. В следующий раз попрошу тебя стоять на страже дома вместо Пушка.

– Слушай, а ты заметила, как этот Грач на тебя смотрел?

– Артём Александрович? – ехидничаю, пытаясь подделать важный тон, с которым тот представлялся. – В основном я заметила, как он содрал с меня пчеловодную шапку. А затем наверняка испугался разъярённой деревенской девушки, – усмехаюсь.

– Мне кажется, что ты его поразила наповал.

– В этом не сомневаюсь, яйца приземлились куда положено.

Смеёмся. Я выхожу на улицу, убедиться, что семья пчёл из улья, стоя́щая на страже возле калитки, окончательно успокоилась. Оставлю его здесь на некоторое время.

Наклоняюсь, чтобы приставить ухо к стенке улья, прислушиваюсь, а там приятный гул. Расслабляющий. Вибрация пчёл невольно заставляет расплыться в улыбке. В следующий раз, когда буду нервничать, приду к пчёлам, буду их слушать.

Этот убаюкивающий ритм… Хочу узнать больше про успокаивающий гул пчёл.

Куры уже все улеглись. Запираю курятник, проверяя, чтобы всё было надёжно закрыто на ночь. Темнота ещё не спустилась на деревню, но вся живность уже спит, погрузившись в сон после трудового дня. Прохожу мимо огорода, срываю несколько спелых помидоров и парочку хрустящих огурцов. Ужинаем простенько: картошка, тушёнка и свежий салат из того, что нарезала. Всё словно вернулось обратно в привычную колею, в норму. Но так ли это на самом деле? Неужели всё будет как прежде после того, что произошло? И что же меня ждёт завтрашним днём?

Аня.

Долго не могу заснуть этой ночью. Врага нужно знать в лицо. А значит, сто́ит постараться найти больше информации об этом человеке. Встаю, беру старенький телефон, но ещё способный на что-то, начинаю сёрфить по интернету.

Долго листаю. Артём Александрович Грач, генеральный директор ООО «Бор». Теперь понятно, откуда эта надменность и высокомерие. На фотографиях он выглядит слишком молодым для такой высокой должности, лет тридцать, не больше. Удивительно, что он сам приехал вместе со своими людьми, а не прислал каких-нибудь грозных парней, как я ожидала. Наверное, решил проконтролировать процесс лично. Но зачем ему понадобилось устраивать весь этот переполох из-за моего крохотного участка?

Натыкаюсь на его страничку в соцсети. Интересно. Мужчина словно сошёл с обложки модного журнала – высокий, подтянутый, с идеальными чертами лица и проницательным взглядом. Меня пробирает смех, когда я вспоминаю растекающиеся по его голове яйца и его гримасу в тот момент. Похоже, что у него много поклонниц, судя по комментариям под фотографиями, и вряд ли они видели его таким, каким увидела его сегодня я.

Теперь я знаю о нём чуть больше. Поразительно, что такой человек нашёл время наведаться в глушь к деревенской девушке.

Перелистываю множество однотипных фотографий из баров, ресторанов и ночных клубов, пока мне не становится скучно. На большинстве снимков он в окружении шикарных девушек, с бокалом вина или коктейля в руке. Кажется, жизнь этого парня – сплошное веселье и развлечения. Делаю вывод, что вряд ли этот субъект вновь покажется рядом с моим домом в глуши, и, скорее всего, в следующий раз я буду иметь дело с грозными и не такими приятными парнями из его окружения. Не хотелось бы нарываться на неприятности, но я не позволю запугать себя.

В поддержку моим намерениям рядом сворачивается калачиком кот Васька. Его мягкая тёплая шёрстка приятно щекочет ладони, когда я нежно глажу его. Васька начинает мурлыкать, выражая своё удовольствие, и я чувствую, как тревоги отступают.

Гул пчёл. Вот это интересно. Я решаюсь сменить тему поисков в интернете с Артёма Александровича на идеи для моего бизнеса. Поисковик сразу выдаёт статьи о полезности и целебности пчелиного гула. Способствует релаксации, оказывает благоприятное действие на нервную систему, ульетерапия, даже статьи о положительном влиянии на биоэнергетику.

А что, если взять это как идею для дополнительного заработка? Который мне так нужен. С одной откачкой мёда я не покрою мои расходы.

Что ж, ульи у меня есть. Если бы у меня был апидомик, можно было бы предложить сон на ульях. Фантазия разгорается. А ещё массаж с мёдом. Не зря же я проходила курсы массажа! Понеслось. И о косметике задуматься.

Я быстро набрасываю себе на листочек все идеи. Расписываю, что мне понадобится, и необходимые расходы. В принципе, заначки хватило бы. Но слишком рискованно.

Проблема, конечно, найти клиентов в этой глуши. Местные? Вздыхаю. Вряд ли их это заинтересует. От ближайшего города здесь полчаса езды. Смогу ли завлечь городских? А если предложить сдать им комнатушку? Я слышала, что сейчас многие хотят приехать на свежий воздух, отдохнуть. Если добавить массаж и сон на ульях… Неплохо звучит. Надо будет обговорить с кем-нибудь эти идеи. Привести дом в порядок. Но вот что делать с моими непрошенными гостями и Артёмом Александровичем?

Я даже не замечаю, как за окном начинает светать. Сна ни в одном глазу. Закукарекал петух, возвещая о начале нового дня. Пора приниматься за привычные утренние хлопоты и работу на пасеке. Я нехотя выбираюсь из-под тёплого одеяла, сонно потягиваюсь и направляюсь умываться. День обещает быть длинным и непредсказуемым.

Артём.

Подъехав к гостинице, я наконец-то начинаю ощущать вернувшееся самообладание. Отель всё тот же, «Звезда». На ресепшене встречают знакомые лица администраторов, которые с любопытством разглядывают мой пиджак.

Скорее бы смыть с себя весь этот ужас. Пусть я смог промокнуть салфетками яйца и потрескавшуюся скорлупу, но огроменные пятна на пиджаке остались. Здесь есть прачечная, надеюсь, смогут привести в порядок мою одежду. Ну а если нет, то надо будет предоставить счёт пчеловодке, чтобы в следующий раз думала, прежде чем бросать в меня яйца.

В номере гостиницы я в предвкушении ожидаю девушку, с которой можно будет развлечься и отвлечься. Принял душ, смыв с себя последствия неловкого инцидента, и теперь лежу на постели в халате. Стараюсь выбросить из головы образ той деревенской девчонки Анны, которая так бесцеремонно закидала меня яйцами и натравила пчёл. Но как ни стараюсь, её дерзкий, невоспитанный и в то же время манящий зеленоглазый взгляд никак не выходит из памяти. Эта встреча запомнится надолго, вот только хотелось бы, чтобы при других обстоятельствах. Ладно, пора сосредоточиться на ожидающих меня развлечениях и постараться изгнать назойливые воспоминания.

Стук в дверь выводит меня из задумчивости. У входа стоит та же девчонка, что заглядывала ко мне вчера. Дешёвые туфли на высоком каблуке, короткая облегающая юбчонка, растрёпанные волосы. Она кривит губы в глупой приторной улыбке, от которой меня передёргивает. Я киваю ей, усаживаясь на край постели и раскрываю халат. Девица тут же делает шаг вперёд, но я останавливаю её жестом руки.

– Сними туфли, – приказываю.

Мне не нравится мысль, что эта дама шлялась где попало в обуви, собирая на подошвы всевозможный мусор и грязь, а теперь несёт всё это в мою постель.

Она слушается моего приказа без лишних вопросов. Девица начинает торопливо раздеваться, путаясь в одежде и стягивая через голову тугую облегающую майку. Но я не это имел в виду, когда велел ей раздеться. Досадливо цокнув языком, я останавливаю её жестом руки и повторяю требование более чётко:

– Сними только туфли, остальное не трогай.

Чем быстрее начнёт, тем скорее закончит и свалит.

Девица встаёт передо мной на колени, начинает массировать мой член и продолжает глупо улыбаться. Меня же воротит от этой улыбки.

– Погоди, – останавливаю её и отстраняюсь. – Я сегодня не в настроении.

Вот дурак! Позвал шлюху, чтобы расслабиться и отвлечься от мыслей о пчеловодке, но выходит, что девица со своей идиотской ухмылкой и глупым видом вызывает у меня отвращение, напрягая ещё больше.

Достаю кошелёк и вытаскиваю оттуда несколько купюр, протягиваю их девушке в качестве оплаты её услуг, ведь она всё-таки пришла по вызову. На её лице отчётливо читается недовольство, и это только усиливает моё раздражение. Я чувствую, как возникает желание поскорее отделаться от этой ситуации и остаться наедине со своими мыслями.

– Тебе лучше идти, я, если что, позвоню.

Как только дверь за ней закрывается, я вновь раскидываюсь на кровати, проклиная пчеловодку. Эта деревенская девчонка словно наложила на меня проклятье своими зелёными глазами и дерзким видом. У меня такое впервые, что отпускаю девушку без того, чтобы она выполнила свою работу. Нет, я не могу так просто сдаться. Я должен как-то отыграться и вернуть себе лицо перед этой деревенщиной, перед Ником, сотрудниками и, что важнее, перед самим собой. Я не позволю какой-то провинциалке так легко одержать надо мной верх.

Стискиваю зубы.

Ссылка на две недели. В деревню, в эти полузаброшенные жилища. Открываю свой компьютер и папку проекта. Рассматриваю выкупленные участки и дома, подлежащие сносу.

Тянусь к телефону, мне снова звонила бывшая. И чего она от меня хочет? Я устал от её постоянных звонков и требований. Специально перевёл её подальше от себя, но Марина продолжает находить мотив и способ напрягать. Наверняка уже успела надоесть и Нику, выпрашивая у него совета. Когда же она, наконец, отстанет и оставит меня в покое? Ей следовало бы понять, что между нами всё кончено, и двигаться дальше.

Набираю Лесечке, но та уже спит и не отвечает на звонок. Немного подождав, я решаю написать ей задание в мессенджере. Открываю наш диалог и начинаю вводить текст, стараясь максимально чётко сформулировать требования. Лесе нужно будет подготовить всё для моего пребывания в Квашево. Две недели, значит, две недели. Отправив сообщение, я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза ненадолго.

Ухмыляюсь, план мести готов. Анна Гусева ещё пожалеет, что встала на моём пути.

Глава 4

Артём.

Светает. Я даже не заметил, как над городом посветлела ночь. Всё смаковал свой план мести и сохранения репутации.

Ох, это была бурная ночь, пусть и в моих фантазиях. Их я намерен воплотить в ближайшее время.

Я представил себе во всех красках, как буду портить жизнь этой девчонке, я буду её мучить и испытывать, пока она не сдастся, не попросит пощады, сама попросит подписать контракт. Ей придётся очень-очень долго стоять на коленях, и не только это. Она станет паинькой и будет делать всё, что я захочу. Всё.

Вспоминаю её зелёные глаза и разлетающиеся в стороны каштановые волосы. Облизываюсь. Потому что этой ночью мысленно я отымел её, как только можно. Я оторвусь по полной и даже больше. Возьму то, что она у меня отобрала в эти дни. И возьму грубо.

Пока наблюдаю за светлеющим небом, лёжа на кровати и закинув руки за голову, звонит мой телефон. Ник. Сегодня он ранняя птичка. Уже зовёт на завтрак. Наверное, чувствует, что вчера слишком много шутил, засранец. Сегодня я его обрадую. Он выиграл спор, и я намерен выполнить условия.

Быстрый холодный душ, чтобы отрезвить свои мысли. В чемодане из чистого остался только спортивный костюм. Надеюсь, что мой пиджак смогли отмыть за ночь. Хотя… В планах сегодня шопинг. Много шопинга. Мне нужно всё. От носков до огромного телевизора. И пусть я не из тех, кто любит походы по магазинам, для проживания в новом месте понадобится много вещей.

Звоню Лесе.

– Лесечка, дорогая, ты уже видела почту?

– Здравствуйте, Артём Александрович. Да. Я правильно вас поняла, вы задержитесь на две недели в командировке?

– Да, именно это я имел в виду.

– Но у вас совещания с инвесторами… – мягким голосом напоминает она.

– Когда? – чёрт, совсем забыл. Совещания как раз по этому грёбаному объекту, куда деньги влили, но пока ещё так и не смогли начать работы.

– На следующей неделе.

– Отлично, я как раз здесь, чтобы решить… Ммм… Проблему.

– Как вы просили, клининг мы заказали. Должен будет подъехать по указанному адресу через три часа. Продукты подъедут после обеда. Но мини-бар с холодильником только на следующий день.

– Отлично, Лесечка, если что срочное, звони.

– Извините, Марина вас искала, что я могу ей сказать?

Бывшая. Назойливая. Неужели не понимает, что у меня полно́ дел и мы давно расстались, а серьёзные отношения мне больше не нужны?

– Скажи, что я в ссылке и меня лучше не беспокоить.

– Хорошо. Так и скажу. Доброго дня.

С Мариной мы познакомились в баре около двух лет назад. Это был короткий период в моей жизни, когда я действительно думал, что мне необходимы серьёзные отношения и пора планировать будущее, жениться, заводить детей. Видимо, поймал тренд на семейную жизнь среди других коллег. И тоже захотелось попробовать.

Она казалась мне подходящей. Высокая страстная брюнетка, знающая, как доставить удовольствие своему мужчине, умная, она даже разговаривала на английском, прилично себя вела, её можно было уверенно таскать по ужинам с клиентами, которые восхищались её красотой.

Быстро переехала ко мне. Стали жить вместе. Я давал ей всё, в чём она нуждалась, не ограничивал. Казалось, она была счастлива в наших отношениях. И я был по-своему рад. Она знала, что я настроен серьёзно. Что хочу детей. Тогда хотел. Я ждал, когда она залетит. Ждал, что смогу почувствовать себя отцом, понять, о чём говорил мой отец: «Будут свои дети – поймёшь». Ждал, когда могу сказать коллегам, у которых уже есть дети, что у меня родился ребёнок.

Мы занимались любовью без предохранения. Она была единственной женщиной, с которой я это позволял. О том, что Марина залетела, я узнал из случайно найденных документов. Она сделала аборт, даже не сказав мне о том, что была беременна. А я ждал.

Когда мы стали разговаривать на эту тему, она призналась, что всё это время принимала противозачаточные, ссылаясь на необходимость по здоровью. И что залёт был несчастным случаем. Потом стала добавлять, что вовсе не была готова к беременности. А потом…

Один из знакомых сказал, что где-то её видел. И даже показал её студенческие фотки. Оказалось, что она подрабатывала эскортом. Марина всё отрицала. Клялась в любви и верности. Я не из тех, кто осуждает женщин за их прошлые поступки. Но когда я стал копать, выяснилось, так и было. Она действительно была в эскорте.

Я не смог мириться с её враньём. Пусть она осознала свои ошибки, давно завязала. Даже то, что не была готова к беременности, – я могу понять. Но врать. Нет.

После этого мы расстались. Прожив вместе около года. Марина просила денег, потому что не работала целый год и из-за меня потеряла место. Поэтому я сжалился и дал ей место в своей фирме. Она стала секретарём. Ничего особенного делать было не надо: забронировать билеты, перенести совещания, напоминать мне о событиях. Но быстро понял, что её присутствие на работе стало меня душить. И не только меня.

К нам приходили новенькие сотрудницы и как-то быстро увольнялись. От коллег я узнал, Марина прикладывала там свою ручонку, заявляя, что не потерпит других женщин рядом со мной.

После этого я с ней серьёзно поговорил и всё объяснил. Что между нами больше ничего быть не может. Перевёл её в другой офис, подальше от себя. На время, где-то на полгода, мне казалось, что она всё прекрасно поняла. Но сейчас она стала часто мне названивать. И не только мне. Это начинает давить. Мне просто не о чём с ней разговаривать. Да и мысль о том, что женщина смогла так обмануть и, ничего не сказав, избавиться от ребёнка…

Тогда, в тот вечер, когда я узнал о её лжи, я понял, что серьёзные отношения просто не для меня. Я не способен морально ещё раз узнать, что от моего ребёнка избавились. Мне больно об этом думать и вспоминать. Я не хочу вновь проходить через это.

В мыслях иногда проплывает: а что, если бы сейчас у меня была бы дочка или сын? Как бы всё сложилось, если бы Марина не обманула меня тогда? Представляю, как бы я возился с малышом, учил его или её всему, что знаю сам. Но этого не случилось, их нет в моей жизни. Я всё могу понять, принять любые ошибки и слабости человека, но не эту больную, циничную ложь. То, что она сделала, меня до сих пор ранит.

Одеваюсь и спускаюсь на завтрак, прогоняя неприятные воспоминания. Сосредотачиваюсь на Квашево. Нужно рассказать о моих планах ребятам. Идея о том, что сегодня я вновь встречусь с пчеловодкой – меня даже забавляет, и я ловлю себя на том, что довольно улыбаюсь…

Шведский стол в этом отеле даже неплохой. Есть и круассаны, и блины. Отлично. Проголодался. Ник сидит, завтракает с Виктором. Точнее, они уже позавтракали.

– Босс, сегодня куда? – спрашивает водитель, когда я присаживаюсь за столик с полной тарелкой.

Смотрю на обоих, они ожидают ответа. Ник молчит, не рискует выкинуть своих шуточек.

– Вы в столицу, я в ссылку, в деревню.

Ник хлопает ладонью по столу, так что чайные ложки со звоном подрагивают на блюдцах.

– Я знал, что ты сдержишь своё слово!

Конечно, он знал. Я начинаю завтракать.

– Вас куда-то надо подвезти? – Виктор привык работать со мной, уже более 10 лет как вместе. Ранее был водителем отца, а теперь мой. Практически как член семьи. Вижу, он немного заволновался при новости, что придётся оставить меня одного в этом регионе, да и по соседству с ненормальной девчонкой, которая любит кидаться яйцами.

– Подвези меня до местного центра, надо закупиться. А дальше я сам.

Виктор кивает в знак согласия.

– Жаль, что я не могу составить тебе компанию, дружище, – встревает Ник. – Мне надо быть в столице на этой неделе. На выходных приеду тебя проведать, – на его лице появляется снисходительная улыбка.

– Можешь и не приезжать, – обрываю его, – мне и без тебя здесь будет очень весело, – я ехидно улыбаюсь.

После завтрака собираю свой чемодан. Мне уже принесли пиджак. Пчеловодке повезло, и не придётся платить за него. Но за многое другое – придётся.

Чек аут. Виктор довозит меня до центра, после чего я прощаюсь с ребятами. У меня около часа, чтобы купить всё. Я успею. Захожу в ближайший магазин мебели. Присматриваю себе диван, да побольше. Выбираю такой, чтобы можно было и поспать, и хорошо потрахаться. Телевизор, чтобы не скучать под вопли соседки. Колонки! О да, те, которые можно поставить на улице, чтобы разлетелись все пчёлы. Договариваюсь о доставке, сказали, подвезут сегодня. Быстро у них здесь всё, отлично.

Далее одежда. Что там в деревне модно? Спортивка? Удобно и практично. Сразу набираю на неделю.

Выхожу на улицу и замечаю такси. Лесечка, умничка, уже вызвала и всё организовала. А ещё скоро в Квашево подвезут арендованную машину. Все удобства за ваши деньги.

Вспоминаю деревенские костры с ребятами, когда мы были детьми. Запах дыма, смех и беззаботность тех дней. Давно я не жарил мясо на открытом огне. Постоянные походы по ресторанам и изысканным заведениям избаловали меня, и я отвык от простых радостей жизни. Прошу Василия, таксиста, довезти меня до местного супермаркета. Надо купить шампуры, уголь для мангала и всё необходимое, чтобы устроить настоящий деревенский гриль. Хочется снова ощутить тот неповторимый вкус и аромат, который так любил в детстве.

Ник думает, что я в ссылке. А сотрудники – что решаю проблему. На самом же деле, для меня это заслуженный отпуск в детство. Особенно учитывая, что есть над кем пошутить, а в деревне я без этого никогда не обходился.

Антон уже на месте. Когда приезжаю, он вручает мне ключи от дома и от арендованной машины. Смущённый. Наверное, не верит, что столичный босс способен на жизнь в деревне. Но он не знает, что в деревне прошло моё детство и там я укрывался от горечи, когда мать заболела, а отец думал только о работе.

Дом, в котором я останавливаюсь, оказывается в очень даже неплохом состоянии. Всё есть: вода, газ, санузел. Мечта моей бабушки.

Пока клининг занимается своей работой, мы с Антоном решаем объехать территорию под объект. Место действительно очень хорошее и подходящее для базы отдыха – просторное, с прекрасным видом на лес и речку неподалёку. Антон восторженно описывает планы по обустройству зон для пикников, беседок, может, даже бани. Я киваю, соглашаясь, – всё это звучит заманчиво и уже рисует в воображении картины будущего сельского курорта. Мы медленно объезжаем участок, внимательно осматривая каждый уголок. Нужно будет серьёзно поработать, но результат того стоит.

Возвращаемся. Удивительно, пока мы осматривали территорию, привезли даже мебель и электронику. Провинция меня приятно удивляет.

Первым делом настраиваю колонки. О да! Сегодня кому-то я не дам спать. Посмотрим, как будет возражать зеленоглазая. Не терпится увидеть возмущённое выражение её лица.

Слышу рёв приближающегося мотоцикла. Через минуту на подъездной дорожке появляется байкер в белой рубашке и шлеме. За ним, обхватив руками его талию, сидит девушка с распущенными каштановыми волосами.

Они сворачивают к дому и глушат мотор. Парень стаскивает шлем, отбрасывая со лба прядь светлых волос. Его спутница ловко соскальзывает на землю. Ого, это же она, моя новая соседка-пчеловодка собственной персоной!

Зелёные глаза сверкают грозными молниями, когда Гусева замечает меня. Парень тоже оборачивается в мою сторону и подозрительно смотрит.

Похоже, что у этой девицы есть молодой человек. Всматриваюсь в него. Он в прекрасной форме, подтянутый. Но не внушает доверия.

Гусева делает пару шагов в недоумении, пока я ей машу рукой. Да, детка, ты уже поняла, что тебя ждёт. Я вижу это по твоим расширившимся от ужаса глазам. Заметила меня, да? Вот так сюрприз? Нравится музыка? Тебе её долго придётся слушать, пока не приползёшь на коленях к моему дивану.

Аня.

(За несколько часов до встречи с новым соседом.)

Встаю, потягиваюсь и делаю несколько энергичных приседаний, чтобы размяться. Пусть ночь и выдалась бессонной, я ощущаю себя полной энергии, готовой к новым свершениям. Может, это из-за моих новых идей по заработку, которые всю ночь крутились в голове, а может, из-за того, что вчера выспалась днём, набравшись сил. Во мне бурлит энтузиазм, и я предвкушаю начало нового дня, полного возможностей воплотить задуманное в реальность.

Быстро управляюсь с утренними заданиями. К девяти просыпается Настя.

– Как спалось? – бросаю ей, увидев, как она сидит на крыльце и поглаживает котов.

– Сказочно хорошо! Этот воздух… это просто нечто! – потягивается.

– Согласна.

– Не поверишь, кого я видела во сне, – смеётся.

– Того, что вчера стоял возле машины? Да, поняла, он тебе понравился.

– Ай, я же ещё не говорила, что он мне понравился!

– У тебя по лицу всё видно, – качаю головой, – думаю, если почаще будешь приезжать, у тебя будет больше возможностей с ним увидеться. И что же тебе приснилось?

Настя загадочно улыбается. Понятно.

Закатываю наигранно глаза. Что поделать с ней. Она любит красивых парней. Ей нравятся ухоженные, причёсанные, столичные.

– Приезжай почаще, приезжай. Тут ко мне пацаны, видишь, как часто нахаживают? Словно мёдом помазано, – оглядываюсь на улей возле калитки. И ведь правда, помазано.

– Хорошо, на следующей неделе, может, приеду. А сейчас мне пора, пойду собираться.

Ещё часик, и мы выходим с Настей на дорогу. До станции два километра по лесу, шикарный пейзаж и свежий воздух. Где-то за полчаса мы эту дистанцию проходим. Я рассказываю ей о своих идеях.

– Представь, ты приезжаешь ко мне на следующие выходные, свежий воздух и сон на ульях! А я тебе ещё и медовый массаж предлагаю. Хотела бы попробовать?

Настя задумывается.

– Знаешь, идея очень интересная. Но где собираешься брать деньги и как будешь решать вопрос с парнями из Бора?

На эти два вопроса я не могу дать точный ответ.

– У меня есть заначка… Думаю её использовать.

– Но если тебя вновь будут доставать или не дадут прохода? Ты же понимаешь, рядом с тобой всю зону скупили, они от тебя не отстанут после всех инвестированных в это место денег. И как я могу представить, это большая сумма.

Злюсь на себя, ведь она права. Но так хочется поверить, что у меня есть шанс.

– Почему бы просто не продать дом, взять деньги и сделать подобное в другом месте? Может, даже поближе к городу?

Я вновь поникаю. Опять Настя меня направляет в сторону продажи участка, забывая про то, насколько мне дорого обещание отцу. Смолкаю. Пинаю ногой лежащий на дороге камень. Меняю тему разговора.

Доходим до станции. Обнимаю Настю. Всё-таки она мне сильно помогла. Пусть у нас есть разногласия, мы обе имеем право на разное мнение. Это не меняет наших дружеских отношений.

Машу ей рукой. Быстро прошло время её пребывания у меня… Теперь я на неделю остаюсь одна. А может, и больше. Но времени грустить нет, есть много домашних дел.

– Анечка! Дорогая! – слышу позади знакомый голос.

Оборачиваюсь. Людмила Михайловна, директор нашего местного клуба, подзывает меня рукой. Она милая женщина. Всегда придумывает сто тыщ поводов для сельских концертов и привлекает местную молодёжь к активности. Пока я жила в деревне, эта художественная деятельность не обходила меня стороной.

– Анечка, как ты?

Женщина задаёт вопрос, на который я так не хочу отвечать.

– Людмила Михайловна! Рада вас видеть. Что у нас в программе в клубе? – сразу стараюсь отойти от ответа на вопрос «как я», и так понятно, что хреново.

– Как раз об этом, – зрачки женщины расширяются, и она начинает с воодушевлением рассказывать. – У нас намечается очень важный концерт. Ты же знаешь, чтобы выступать, нам требуется новая аппаратура, микрофоны… А денег нет, – артистично разводит руками, заметно, что я не первая, кому она толкает речь. – Так вот, мы делаем благотворительный концерт. Собираем деньги для молодёжной активности, кружков, чтобы можно было пригласить тренеров и профессионалов из города, научить детей танцам, пению… Кто сколько сможет. С мира по нитке – голому рубаха. Ты не хочешь спеть?

Многим нравится, как я пою. Даже в универе я продолжала выступать. Люблю петь. Получаю особое удовольствие от этого. Не могу назвать свой голос выдающимся, но занятия в клубе с детства помогли поставить его.

– Я уже три месяца как не пою, Людмила Михайловна.

– Так ты потренируйся! Ребята будут рады тебя видеть на концерте. Тебя все помнят и знают.

– Давайте я попробую. А концерт когда?

– Завтра, – женщина довольно поглаживает свои волосы.

– Завтра? – удивляюсь. Это неожиданно.

– Знаю-знаю. Я бы сказала раньше, но только сейчас тебя увидела. Не сомневаюсь, что ты справишься!

Киваю. Думаю, успею чуть натренироваться и поставить свой голос. Конечно, не идеально, но попеть тянет.

– Какую песню хотите, чтобы я спела?

– Любую, звёздочка ты наша, любую!

– Давайте я вам позвоню, чтобы уточнить.

Обмениваемся номерами.

Лицо женщины озаряется улыбкой. Она готова пуститься в пляс. Не зря её деятельность художественная. Если бы не её энтузиазм – сельские вечера были бы скучными. А так у местной молодёжи хоть есть чем заняться.

Прощаемся, я отхожу на несколько метров и слышу рычание мотора.

Ко мне подъезжает Саша, мой бывший одноклассник.

– Привет! – с радостным видом слезает с мотоцикла.

– Привет.

– Как ты? – опять этот вопрос.

– Да всё нормально, ты как?

Он не отвечает.

– Видел, что ты с Людмилой Михайловной разговаривала, позвала тебя выступать? Будешь?

– Буду.

– Аня, хочу спросить, может, тебе нужна помощь? Например, дома помочь? Мебель переставить?

Вспоминаю, что Саша когда-то подрабатывал на местной лесопилке, и, возможно, он знает кого-то, кто способен смастерить апидомик за небольшую сумму.

– Саш, я не хочу тебя напрягать. Но спрошу. Мне нужен апидомик. Простенький, у меня есть эскиз. Посоветуешь место, где купить материал, и человека, который смог бы соорудить? Я смотрела вчера, сколько стоят уже готовые апидомики, и таких денег у меня, конечно, нет. Приходится импровизировать.

– Запросто! – радостно отвечает. – Давай ты мне подробнее расскажешь про апидомик, покажешь эскиз, я перешлю своим знакомым, спрошу о цене. Мне не надо платить, я так помогу. Может, пригласишь на чай? Подвезти? – он выжидает ответа, смотря уверенно в глаза.

Не совсем люблю, когда люди нарываются ко мне в гости на чай. Особенно если их речь не допускает отказа в приглашении. Но узнать подробности про апидомик хотелось бы как можно скорее. Пусть и скрипя зубами, соглашаюсь.

Но понимаю, что Саша неравнодушен ко мне, и поэтому не хочу, чтобы он воспринял это как призыв к действию.

– Буду рада, – тихо отвечаю.

Парень подаёт мне запасной шлем, словно подготовил его специально для меня. Неловкое ощущение, что меня выслеживают.

Ветер вновь дует в лицо. Волосы развеваются. Вскоре мы подъезжаем к дому. Издалека слышу громкую музыку. Прикусываю губу. Интуиция подсказывает, что меня ждёт неприятный сюрприз, от которого уже бегут мурашки по коже. Неужели это люди из Бора?

Рядом с домом соседей скопление машин, но не думаю, что они вдруг раз, и вернулись…

Я слезаю с мотоцикла, снимаю шлем, в замешательстве смотрю по сторонам. Грузчики что-то перетаскивают внутрь. Замечаю фургон клининговой компании. Точно не мои соседи. Вообще-то ни один деревенский, которого я знаю, не стал бы заказывать клининг из города или… Мебель? На улице стоят колонки, направленные в мой двор, и из них на всю громкость орёт музыка.

У меня плохое предчувствие, которое подтверждается, когда навстречу мне выходит он. Генеральный директор ООО «Бор» собственной персоной, который вчера посмел зайти на мою территорию. Тот самый, которого я вчера закидала яйцами. Он всё-таки решил вернуться и теперь с вызовом улыбается мне и окидывает пронзительным и глубоким взглядом. Ничего хорошего это не сулит.

– Привет, соседка! – его самодовольный голос звучит угрожающе. Новый сосед что-то задумал.

Глава 5

Аня.

Я понимаю, зачем Артём Грач оказался здесь. Чувствую, как от волнения покрываюсь пятнами. Теперь у меня не будет возможности спокойно спать в моём доме. Я вряд ли засну, зная, что в нескольких метрах от меня тот самый тип, который вчера без спроса зашёл в мой двор и нахально сорвал с меня пчеловодную маску!

Я напрасно мечтала, что после вчерашнего люди из Бора оставят в покое меня и мой участок… Если ещё он увидит, что я одинока и беззащитна, то страшно подумать, сколько всего он сможет себе позволить!

Пока мы стоим возле мотоцикла с Сашей, Артём Александрович впивается в меня наглым изучающим взглядом. Его коварная ухмылка заставляет сжаться мой желудок от страха. Что этот человек задумал? Широкие плечи и расставленные в стороны ноги придают ему вид хозяина положения. Мне становится не по себе от такой наглой уверенности в его позе.

Поворачиваюсь к Саше. Сейчас он единственный, на кого я могу опереться. Не люблю пользоваться людьми, но это жизненно важно. Рукой приглашаю бывшего одноклассника в дом. Стараюсь сохранить спокойствие и даже мило улыбаюсь Саше, чему он безмерно рад.

А вот новый сосед смотрит исподлобья и скрещивает руки на груди, пока мы проходим рядом с забором, разделяющим наши участки, направляясь к входной двери дома.

– Хорошо вам повеселиться! – кричит вдогонку Артём Александрович. Его голос звучит так вызывающе громко, что грузчики оборачиваются в мою сторону.

Я прикусываю губу. Не знаю, что ответить. Мне становится слишком жарко. Пулей проскакиваю в дом, находя там убежище от любопытных взглядов работников и пронзительного взгляда Артёма Александровича.

Мне конец. Войдя в дом, останавливаюсь возле кухонного стола, оперевшись на него обеими руками. Что делать дальше, как вообще теперь жить?

Коты мяукают и приветливо трутся о ноги, ожидая еды, но вскоре удаляются. А я замечаю, что Саша подходит ко мне слишком близко и тянет руки. Похоже, хочет меня обнять.

Он что, сдурел?

Вовремя уворачиваюсь. Голова идёт кругом, и я ощущаю, будто сдавили грудь и не могу дышать! Слишком много всего. Мысль, что Саша намеревается прикоснуться ко мне, вызывает отторжение и неестественность.

Он, скорее всего, не так понял. Подумал, что я пригласила его в дом или, точнее, согласилась его пригласить, чтобы сблизиться. Но это совсем не так. Я воспользовалась его присутствием ради своего блага, пусть от этого мне и неловко. Мы должны говорить об апидомиках, а не обниматься. Таким был план.

Но его желание прикоснуться ко мне окончательно выбивает из колеи. Словно последняя фраза соседа Сашу раззадорила и придала безрассудной уверенности.

Саша вновь приближается ко мне, его глаза блестят, а дыхание учащается. Нервная дрожь пробегает по моему телу, когда замечаю его жадный взгляд. Сашин решительный шаг вперёд заставляет меня отступить на два шага назад. Я чувствую себя загнанной в угол, словно дичь перед охотником. Моё сердце колотится всё сильнее, а в горле пересыхает от волнения.

Блин, вот так влипла – и Артём Александрович, и бывший одноклассник.

Отстраняюсь на безопасное расстояние. Нужно получше объяснить бывшему однокласснику, что я не заинтересована в романтических отношениях, убрать сомнения и фантазии из его головы. Жалею, что вообще пригласила его на чай. Хотя сейчас я не знаю, что хуже: остаться дома с Сашей, который имеет на меня какие-то виды, или остаться одной в доме, но рядом с нежданным соседом. Властный и напористый Артём Александрович пугает меня больше, чем кто-либо другой.

– Саша, мне сейчас не до этого, – стараюсь быть откровенной с парнем, судорожно подбирая в голове подходящие фразы. – Ты же знаешь, что я не заинтересована в отношениях. Моя проблема сейчас в том, что не доверяю своему новому соседу. Точнее, я только узнала, что человек, который стремительно хочет выкупить участок, поселился рядом со мной. Меня это пугает, понимаешь?

Он вроде понимает. Моё выражение лица как у забившегося в угол зверька подтверждают слова.

– Я могу ночевать у тебя, если тебе страшно.

Не это я имела в виду. Мысль о том, что недвусмысленные подкаты Саши могут продолжиться и ночью, меня напрягает. Нет, не до такой степени я боюсь соседа. Боже, голова просто кружится от всей этой ситуации. Пытаюсь взять себя в руки.

– Я лучше пойду приготовлю чай.

Наливаю воды в чайник, включаю.

– Хочешь, я с ним поговорю? – Саша смотрит в окно на то, как мой сосед общается с грузчиками.

– О чём?

– Ну, не знаю… – парень пожимает плечами. – Чтобы он тебя не доставал и держался подальше.

Дальше? Этот человек с каждой секундой становится всё ближе и ближе.

– Он здесь, чтобы выкупить мою землю, вряд ли просто так отстанет, и сомневаюсь, что ты сможешь его уговорить.

– Так продай. Ведь все продали. Говорят, что даже Жуковым хорошо заплатили за их участок, а у них там барак стоял.

Я внимательно смотрю на Сашу. Не хочется ему объяснять всю историю моего обещания отцу. Но его с виду дружелюбный совет прозвучал с упрёком. Мол, чего ты здесь раскудахталась, продай, всё просто. Просто дай тебя обнять. Давай будем вместе. В принципе, и в школе он не отличался особой чувствительностью к проблемам других людей. И как мне до него достучаться? И надо ли?

Лучше перейти сразу к делу.

– Ты говорил, что у тебя есть знакомые, которые могли бы помочь с апидомиком.

– Да, есть такие, можешь объяснить примерно, набросать, что именно тебе нужно, размеры? Я уточню.

Объясняю. Беру карандаш и бумагу, рисую. Чем проще, тем лучше. Главное, чтобы в этом апидомике могли разместиться несколько семей пчёл, и его можно было легко перевозить. Иногда семьи лучше вывезти в медоносное поле. Тем более, учитывая, что сосед сразу решил использовать против меня громкую музыку, боюсь, если так продолжится, пчёл точно придётся отдалить на оставшийся месяц лета куда-нибудь в поле, иначе не видать мне мёда. Пчёлы разнервничаются и разроятся.

Саша думает над рисунком, пока я разливаю чай. Предлагаю добавить мёда.

– Пей, пока не остыл.

Тот кивает.

– Спасибо, с чем ещё я могу тебе помочь? Может, переставить мебель?

Я вспоминаю, как таскаюсь иногда с этими ульями, но уже приспособилась с тележкой. Справлюсь сама. Лишнего не хочу просить. А то потом вновь придётся отмахиваться от объятий.

– Спасибо, пока справляюсь, – вру. – Я тебе заплачу за посредничество, – говорю, а сама думаю, чем.

Здесь уже зависит от того, какую цену попросят его знакомые и хватит ли заначки.

– Да что ты, не надо, я по дружбе.

Конечно. Я знаю, про какую дружбу он говорит. Сначала всё по дружбе, а потом «я же для тебя столько сделал, а ты…».

– Благодарю тебя, Саш, ты уже достаточно помог. Мне пора с пчёлами управляться, – пытаюсь намекнуть, что ему пора уходить.

– Тебе точно не нужно помочь? Может, я завтра зайду, тебя проведаю? – парень не теряет надежды.

– Нет, не стоит. Если будут какие новости, просто позвони. Мой номер у тебя уже есть. Спасибо, Саш. Прямо огромное.

Замечаю лёгкое недовольство на его лице. Скорее, он всё-таки на что-то ещё рассчитывал. Зря я только подбирала безобидные фразы, чтобы объяснить свою незаинтересованность в отношениях. Не сработало. Он всё равно пробует словить меня на крючок дружбы. Но мне легче так. Поставить все точки над i. Объяснить, что мне надо. Дать взамен, чтобы не остаться в должниках. Не собираюсь расплачиваться натурой, так что придётся деньгами. Считаю это честным.

Конечно, сейчас, когда на улице сосед, пытающийся усложнить мне жизнь, иногда кажется, что расплата натурой – это лучше, чем соседство. Ещё не известно, чего мне от него ожидать и к чему готовиться. Но я всё-таки надеюсь, что мне получится разобраться само́й.

Саша встаёт, неохотно потягивается. Вручаю ему листок с моей зарисовкой.

– Я позвоню тебе вечером, чтобы узнать, как ты, – улыбается, выходит.

Выглядываю из окна, ведущего во двор, чтобы проследить за тем, как снаружи развиваются события.

Могу поспорить, что Саша строит из себя мачо, но сейчас пройдёт мимо соседа и даже слова не скажет.

Да, так и есть. Похоже, что они просто перекинулись взглядами, но слова друг другу не сказали. Следом ловлю на себе взгляд соседа. Заметил меня в окне, вот глазастый!

Вздрагиваю и резко скрываюсь за занавеской. Сажусь на диван. С улицы продолжает доноситься громкая музыка, которая, кажется, с каждой минутой становится агрессивнее… Просить сделать потише – бессмысленно. Всё это задумано с целью разозлить и выжить меня с моего же участка. И я это прекрасно понимаю.

Мне срочно нужен новый план действий. Поставить пчёл по периметру участка не выйдет. Они станут такими нервными от этого шума, что даже я в защитном костюме не смогу выйти.

Умываюсь, чтобы освежить лицо.

Надеваю свой комбинезон пчеловода и выхожу на улицу. Замечаю испепеляющий взгляд соседа, обжигающий мне спину. Этот мужчина пощады мне не даст.

Артём.

Где она нашла такого парня? По нему же сразу видно, что ублюдок. Ещё и домой к себе повела.

Ладно, какая мне разница. Пусть хоть со всей деревней перетрахается. Моя задача – выжить эту девку с участка. Я пинаю ногой камень, неудобно валяющийся на земле. Тот отлетает и стукает щелчком в забор. Интересно, сколько он там пробудет с ней?

Быстро нахожу себе занятие – проверяю работу клининговой компании. Они отлично справились, и, по столичным меркам, я заплатил всего ничего.

Пока работа кипит, я фотографирую свои новые владения: деревянное крыльцо, обрамляющее вход в дом, густой куст крапивы в углу участка, лавочку под окнами. Сообщаю своим фолловерам, что теперь буду вести деревенский блог. Смеюсь сам над собой. И как я докатился до такой жизни?

«Деревня-челлендж». Подписываю своё селфи на фоне моего нового жилья.

Я не очень люблю вести соцсети. Времени на это не хватает. Но часто именно под своими постами, в комментариях, которые постепенно переходят в сообщения в личке, я встречаю очередную приятную девушку, которая с радостью соглашается провести со мной время.

Так что соседка может радоваться, я полностью посвящён ей, а это большая честь. Пока, правда, больше похоже, что она в ужасе, я видел её глаза.

Пока оплачиваю очередного грузчика, с улыбкой засовывающего в карман чаевые, бросаю взгляд на соседский дом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.