Татьяна Ярош
Мой кошмарный препод

Глава 1

Сегодня был просто кошмарный день.

Я сидела за столом, держа перед собой чашку с крепким сладким чаем и невидящим взглядом смотрела куда-то сквозь стены. А тем временем напротив разворачивался спор между моей подругой и ее мамой.

– А я буду участвовать в отборе, мама! – звонкий истеричный крик разорвал тишину фамильного замка, эхом отскакивая от стен. – Вот увидишь, я выйду замуж за принца Валериана!

Я поморщилась от звона в ушах, продолжая удерживать перед лицом чашку с чаем и вдыхать ароматные пары. Огромный обеденный зал, как назло, троекратно усиливал крики Фелиции, превращая завтрак в пытку. Конечно, подруга и раньше часто устраивала такие сцены, но сегодня был особенный повод для истерики.

Очень надеюсь, что о моем существовании не вспомнят и не включат в разговор.

Не стоило соглашаться на воскресный завтрак. Ох, не стоило.

– Ты не пройдешь, дорогуша, даже первого отбора, – спокойно сказала баронесса, мать моей подруги. – Умерь аппетит, Фелиция. Принц тебе не по зубам.

Дама сидела напротив меня и когда наши взгляды пересеклись, она едва заметно закатила глаза, демонстрируя, как ей надоело слушать очередную истерику.

– А я тебе говорю, – дочь взвизгнула и топнула ногой, будто маленькая девочка. – Он влюбится в меня с первого взгляда. Вот увидишь!

Баронесса издала сардонический смешок.

– Думаешь, ты будешь на отборе единственной предприимчивой гадюкой? Одной такой, с грязными козырями в рукаве? – Повернулась к дочери и покачала головой. – Нет, милая, у принца хватает поклонниц, а мы, к сожалению, находимся в самом низу списка потенциальных жен для правителей. Ты там будешь для… – она облизала губы, подбирая подходящее слово, – для создания видимости огромной конкуренции. А на самом деле настоящих претенденток можно пересчитать по пальцам. Не более. Смирись с этим.

Фелиция шумно вздохнула и, сложив руки на груди, упрямо уставилась на мать.

– Может, лучше барон Дарион? – примирительно предложила баронесса. – У него обширные земли, огромные сады и хозяйства. Будешь как сыр в масле кататься и без статуса королевы.

Фелиция что-то зло прорычала и с силой воткнула вилку в запеканку, стоящую в центре стола.

Эх, а я хотела ее попробовать, но вот только теперь боюсь тянуться за этим угощением. Следующая вилка может пригвоздить в мою руку.

– Но я хочу быть королевой! Хочу родить сына принцу Валериану! Нет! Троих сыновей!

– Ты даже не представляешь, каково это – быть королевой.

Спор неотвратимо перерастал в скандал.

А что я? Я просто неудачно зашла в гости.

– Это… это… – с придыханием заговорила подруга, мечтательно закатив глаза к потолку.

– Единственное, что в твоей головушке сейчас витает, – скептично хмыкнула мама. – Это балы, красивые платья, драгоценности. – Баронесса энергично взмахнула рукой. – Но это фасад. Блеск, за которым спрятана грязь и ложь. Ты не слишком-то умна для того, чтобы уметь «играть» роль королевы.

Лицо Фелиции покрылось красными пятнами, девушка издала нечто вроде кряхтения, потому как злилась и не могла придумать ни единого аргумента в ответ. Поэтому раздражалась еще сильнее, осознавая, что проигрывает в споре.

Девушка вдруг повернулась и пытливо уставилась на меня.

– Вот ты, Аделина, скажи, у меня много шансов? – Фелиция так сильно выкатила глаза, что мне стало страшно за ее здоровье. – Я ведь красивая?

Я перевела взгляд на баронессу, а она едва заметно ухмыльнулась, подтверждая мысль, что я очень не вовремя пришла в гости.

Поставив чашку с недопитым чаем, положила ладони на стол. Хоть мы с Фелицией и подруги с самого детства, все же стоит говорить правду, какой бы горькая она ни была.

Да, она милая личиком, с чистой, светлой кожей, водопадом шелковистых русых волос. На мужчин она поглядывала восхищенными васильковыми глазами в обрамлении густых ресниц. Тонкая, как тростиночка, еще и подчеркивала свою талию затянутым до обморока корсетом. Но таких, увы, немало.

– Фелиция, – начала я. – Ты, несомненно, красивая…

– Вот я говорила! – задрав нос, бросила она маме.

– Но ты не станешь королей, – закончила я фразу. – Даже фавориткой.

– Почему это?

– Тебе ведь все уже объяснили. Мы не того поля ягоды для столь высокородных особ. И дело не в красоте, а в положении, которое ты занимаешь в обществе.

– Но ты же можешь помочь это исправить?

Вот так, прямо перед своей мамой в лоб спрашивать про такое? Да она с ума сошла!

Бросила взгляд на баронессу и увидела, что она не сильно заинтересовалась фразой Фелиции, как всегда, не принимая слова дочери всерьез. И не услышала ничего необычного в просьбе. Зато я знаю, что этот вопрос подразумевал.

– Так поможешь? – не унималась девица.

– Хм, платье могу помочь подобрать, прическу…

– Я про другое.

Скрипнула зубами и выразительно посмотрела на Фелицию, заклиная ее сейчас же заткнуться, иначе, того и гляди она прямо во время завтрака разболтает мою тайну.

– Потом поговорим.

– Ты же поможешь, правда ведь? – теперь она смотрела на меня щенячьими глазками. – Не бросишь в беде?

– Потом поговорим, – еще раз сказала я, надеясь, что баронесса ничего не заподозрила.

Но женщина лишь порадовалась, что дочь переключилась на меня, потеряв на минуту интерес к перепалке.

Завтрак продолжился в гнетущей атмосфере, которую баронесса пыталась развеять светским разговором, но ничто не могло отвлечь нерадивую подругу от мечтаний о принце.

И когда закончился завтрак, Фелиция сразу же схватила меня за руку и поволокла в свою спальню, где нам предстоял нелегкий разговор.

Двери в комнату еще не успели закрыться, как девушка схватила меня обеими руками за плечи и уставилась горящим взглядом.

– Ты должна помочь, Аделина.

– Фелиция…

– Используй свою магию.

Я вздохнула. Вот какой демон меня дернул в детстве рассказать подруге про наш необычный дар, передающийся по женской линии. Настолько нестабильный и непонятный, что принес огромные беды не одному поколению.

– Ни в коем случае, – резко отказалась я.

– Но все женщины вашего рода пользовались своим даром, – взмолилась она. – Я слышала, как ты говорила, что можно ворожить не только на себя, но и на других.

– Нет, – сбросив ее руки с плеч, сказала я.

– Неужели тебе жалко?! Ради меня!

Я тяжело вздохнула и подошла к окну, чтобы впустить теплый воздух в комнату. Вместе с ветром внутрь проник аромат яблок, уже созревших для сбора в саду рядом.

– Дело не в этом, Фелиция. – и добавила, помассировав веки. – Совсем не в этом.

– А в чем? – искренне недоумевала она.

– Эх, зря я тебе рассказала тогда…

– Аделина, ты не представляешь, как сильно я хочу замуж за принца Валериана, – девушка снова оказалась рядом, мечтательно возведя глаза к потолку. Она разве что не пританцовывала, думая о принце. – Он такой… Такой… Красивый.

– И все? – скептически уточнила я, надеясь услышать чуть больше.

– А что еще нужно? – похлопала она глазками.

– Красота – совсем не самое ценное в человеке. Тем более, у разных людей восприятие разное. И кому-то ты можешь показаться недостаточно красивой, а кому-то самым прекрасным созданием.

Лицо Фелиции на мгновение застыло, а глаза забегали из туда-сюда, туго обдумывая мои слова. Еще немного и пар из ушей пойдет, если будет раз размышлять дальше.

– Я не буду тебе помогать магией, Ция, – миролюбиво произнесла я. – Ты обратилась не к тому человеку.

– Но ты же умеешь охмурять мужчин! Ваша магия способна заставить кого угодно влюбиться!

Да. И сколько проблем это принесло.

Хотя бы взять в расчет печально известную мне и моим сестрам историю про бабушку. Она вот также как Фелиция хотела чего-то большего и в итоге горько пожалела о своем желании выйти замуж за одного графа. Потом выяснилось, что он совсем не тот, за кого его принимали. Очень грустная и долгая история.

И, кстати, она не единственная, применившая наш необычный дар, чтобы удачно выйти замуж.

– Да, – не стала я спорить. – Прабабушка, бабушка, мама, тетя и обе старшие сестры воспользовались своими способностями. И абсолютно у всех магия сработала не так, как надо. Маме еще более-менее повезло.

– Не преувеличивай, – махнула она рукой. – Все же счастливы… Ну, кроме бабушки, конечно.

– Эта магия опасна и нестабильна, – постаралась я достучаться до подруги. – Я не могу позволить себе использовать ее, зная, что есть огромная вероятность сделать что-то не так.

– Да что может пойти не так? – искренне недоумевала подруга.

Я еще раз вздохнула и постаралась собраться с мыслями, чтобы привести аргумент посильнее. Только вот проблема – Фелиция так хочет замуж за принца, что готова идти напролом, не глядя на препятствия.

– Любовная ворожба из нашего рода очень сложно контролируется. И ее невозможно снять, если что-то пойдет не так.

Пыл подруги все равно не угас, но она терпеливо слушала.

– Если я «промахнусь», то в тебя без памяти может влюбиться кто угодно. Даже женщина.

Лицо Фелиции в этот момент стоило бы запечатлеть на картине и повесить в рамку на стену. Настолько девушку перекосило от ошеломления.

Но продлилось это недолго. Ведь подруга твердо уверена, что она сама судьба принца. Просто он этого не видит из-за толпы вертихвосток. Так Ция мне говорила на протяжении нескольких лет, дожидаясь, когда объявят отбор и будут искать невесту для единственного наследника престола.

Она воображала, как выходит за него замуж, как они живут в королевском замке. Придумала даже имена детям.

Я считала это безобидными фантазиями, ровно до сегодняшнего дня.

– А ты не промахивайся! – все же не отступила подруга. – Будь… внимательнее.

– Как тебе просто говорить, – всплеснула я руками от возмущения. – Я вообще не практиковалась никогда. И, кстати, совершенно не собираюсь.

– В смысле?

– В том смысле, что я не собираюсь никого ворожить, – твердо заявила я. – Просто… Зачем? Зачем кого-то влюблять в себя против его воли?

Подруга снова задумалась, но совсем не в том направлении. Судя по лицу. Скорее, она недоумевала, почему это нельзя кого-то влюбить в себя. Что в этом плохого?

– Эх, Аделина, глупая ты, – вздохнула она. – У тебя такой дар! Ты можешь любого мужчину заставить влюбиться в себя без памяти. И он никогда не посмотрит на другую! А ты?

Ция театрально сложила руки на груди и сокрушенно покачала головой.

Но она, как и мои старшие сёстры, и вся вереница женщин из нашего рода, не понимала простой истины о ненужности и опасности вмешательства в сердечные дела. Родственницы всякий раз наступали на одни и те же грабли.

Только бабушка через горький опыт осознала, насколько глупо поступила. Да и то уже поздно.

А я даже с родными из-за убеждений нашей семьи поругалась, потому что к моему восемнадцатилетию составили целый список тех, кто красив, богат, влиятелен, щедр и занимает выгодное положение в обществе.

Мама даже купила дорогостоящий магический предсказатель, который мог показать, какие у меня будут дети с тем или иным избранником. Все, чтобы наш род и дальше поражал всех красотой.

Вот только магия ни у кого нормально не срабатывала.

Маме повезло, что она приворожила отца, настоящего красавца. Поэтому мы с сестрами вышли на диво хороши. Имели отличные фигуры, выразительные лица с большими глазами, чувственными губами и шикарными длинными густыми волосами цвета песка. Еще и воспитаны, обучены хорошим манерам, но… Ни у одной не было желания добиться чего-то большего, чем просто удачно выйти замуж. Конечно, околдовав мужчину.

Поэтому я с родными общаюсь нечасто и неохотно, потому что, по их мнению, в свои двадцать лет – о, ужас! – я так никого не приворожила.

Они категорически отказываются верить, что я хочу настоящей любви, а не подделки, пусть и искусной.

– Ну, помоги мне, Аделина, – снова взмолилась Фелиция. – Пожалуйста! Ты не представляешь, как сильно я его люблю! И мы будем счастливы вместе.

Я покачала головой.

– Нет, Ция, прости. Мы можем попытаться что-то сделать, но магию применять я не буду.

Подруга еще какое-то время умоляюще заглядывала в мои глаза. И когда поняла, что я не дрогну, в один момент изменилась. Ее лицо стало холодным и расчетливым. Она сжала губы в тонкую линию, отчего побледнела больше обычного.

– Ах, так, – каркнула она. – Тогда пойдем другим путем.

Ох, мне стало не по себе от ее вида и тона. Это не сулило ничего хорошего.

– Если ты не используешь свою магию на принце и не влюбишь его в меня, – отчеканила она. – То я расскажу всему городу о вашей магии в семье. Это же секрет? Я не ошибаюсь? Так вот, если ты не поможешь мне, то все будут знать, какие вы, из рода Цветущей Лозы. То-то будет веселье, когда мужья поймут, что их приворожили, а порог будут обивать люди со своими желаниями.

– Ты меня шантажируешь? – не могла я поверить.

– Просто очень настаиваю, – хмыкнула она.

Оказывается, глупышка-подруга не такая уж и тупенькая.

Я снова пожалела, что когда-то была слишком наивной и рассказала ей про дар. В свое время очень надеялась, что девушка забудет, но она сохранила это знание на протяжении десятка лет.

Сложно представить, как давно она это планировала. И наверняка продумала детали еще задолго до этого разговора.

– Ну так? – вздернув бровями, спросила Фелиция. – Поможешь?

Мне ничего не оставалось делать. Глупо спорить, сейчас Ция меня обыграла на раз-два.

Беда еще в том, что если откажусь, она на самом деле исполнит свою угрозу. А мстительность в характере Фелиции.

Мы дружим много лет. Пока я была маленькой, не замечала неприятные черты ее характера. Тогда не могла предугадать, во что это выльется. Возможно, и задумалась бы, прежде чем доверять страшную тайну.

– Ладно, – согласилась я со вздохом. – Помогу, но не обещаю, что получится.

– Нет уж, – взвилась она. – Сделай все как надо, иначе раскрою твой секрет! Откуда мне знать, что ты не простоишь в стороне и не скажешь потом, будто у тебя не получилось?

«Ишь какая!» – фыркнула про себя.

– Хорошо, – нехотя согласилась я.

И подруга сразу же расплылась в любезной улыбке.

– Собирайся, Аделина, – ласково промурлыкала она и, пританцовывая, направилась к сундукам. – Мы с тобой едем на бал!

Глава 2

Чтобы стать любимым, не обязательно быть красивым, умным, чистосердечным, добрым, внимательным, нежным человеком или просто самим собой. Оказывается, достаточно лишь сделать магическую иглу и выстрелить ею, когда взгляд человека остановится на предмете будущего обожания. Она поразит жертву в одно мгновение, впиваясь в сердце острым шипом, погружая человека в пучину беспросветной любви. И эта магия будет действовать много лет, не ослабевая, растекаясь по крови ядом, отравляя день за днем.

Жертва будет думать, что без памяти влюблена, но это лишь подделка чувств, окутывающая разум туманом.

Так и действует этот «дар».

С самого детства в нашем роду женщин учат ворожить магией любви. Знаний о даре мало, но достаточно, чтобы сколько-нибудь его контролировать. И если в юном возрасте ты воспринимаешь это как что-то сказочное, то во взрослом уже как нечто безобразное и отвратительное.

Ну не могли меня понять сестры и мама, когда говорила им, что нельзя заставлять кого-то любить против воли. Даже несмотря на то, что мой отец и зятья носят своих суженых на руках и пылинки с них сдувают, думая, будто чувства настоящие. На самом деле это не так.

Мужьям это навязали, заставили смотреть исключительно на этих избранниц, желать только их. И я верю, где-то глубоко в душе околдованные знают, что это неправда, но всеобъемлющая любовь не дает пробиться таким мыслям.

Вот и сейчас я стояла среди толпы и смотрела, как к трону идет красивый мужчина. Он действительно хорош собой. Высокий, плечистый, стройный. Шаг его тверд, движения рук плавные. Из-под короны выбиваются вихры упрямых каштановых волос, а под густыми бровями живые карие глаза. Он добрым взглядом окидывает придворных, элегантно садится на трон. И так жаль, что из-за моего эгоизма, этот принц вскоре станет тем, кто будет смотреть на мою расчётливую подругу влюбленными глазами, а в душе люто ненавидеть.

– Ах, – рядом томно вздохнула Фелиция. – Это принц Валериан. Боги, как он красив.

Я кисло улыбнулась и опустила глаза, якобы поправляя платье цвета плодов барбариса. Мне было стыдно, что так легко поддалась уговорам, пусть Ция и грозилась раскрыть нашу тайну.

Теперь понимаю, почему мне с детства вдалбливали, чтобы никогда не говорила о своем даре.

Не послушалась. И вот результат.

– А вот и первые невесты. Эта такая страшная, – комментировала рядом подруга. – Эта слишком высокая, будет выше принца. Фу! У этой видно, что зубы кривые. Хах! Глянь на вон ту! Ходит, как утка.

Я постаралась мысленно отвлечься от болтовни подруги. Столько желчи в адрес вероятных соперниц, хотя прекрасно знает, что вскоре станет для принца единственной. Но все равно не упускает возможности втихую поплеваться ядом.

– О, это же дочь посла, – подруга дернула меня за рукав. – Хм… Она такая…

Лицо Фелиции исказила гримаса злости, а кожа на щеках пошла красными пятнами.

Дочь посла была и впрямь очень статной, элегантной и очаровательной. Она плыла через зал, будто лебедь по воде. Все внимание двора обратилось к ней. Слышала, как перешептываются окружающие, обсуждая ее красоту и манеры.

Если бы не наш план, думаю, именно дочь посла бы и выбрали невестой.

Видела, как будущий монарх восхищенно поглядывает на нее, хотя и старается не выдать своих эмоций.

Вереница потенциальных жен все шла и шла. Я лениво рассматривала трон, принца, его охрану и короля с королевой, пока не натолкнулась взглядом на мужчину, который стоял чуть в стороне от трона.

Высокий, мощный и прямой как скала. В легком черном доспехе с выгравированным на нем гербом с горным орлом. Да и сам он чем-то напоминал эту птицу. Такой же прямой грозный взгляд, нос с горбинкой, суровое лицо, непроницаемые глаза. За длинными черными волосами, спускающимися на плечи и грудь, выделялись заклепки в виде крыльев, что держали алый плащ. Мужчина смотрел на представление, презрительно вздернув вверх губу. Еще и взгляд гулял по залу, словно искал возможного убийцу среди фавориток. Пусть и возвышаясь чуть позади трона, воин так подавлял окружающих своим авторитетом, что хотелось передернуть плечами и за кого-нибудь скрыться.

– Это кто? – спросила я у Ции.

– Это же Генерал Аратон.

Я удивленно вскинула бровь. Почему-то думала, что генерал – старый, опытный в военном деле дядечка, а не вот этот грозный рыцарь, который и сам может при желании скрутить врага в бараний рог.

– Жуткий, – словно прочитала мои мысли Ция. – Странно, что он при дворе. Ходили слухи, будто он из ревности убил свою невесту. Может, не смогли доказать…

Действительно, жуть.

Заставила себя отвернуться, чтобы не тревожить почем зря. И так волновалась перед предстоящим делом.

– Я пошла готовиться. Вскоре мой выход, – решительно сказала Ция. – Аделина, будь очень внимательна. Стреляй, когда принц посмотрит в точности на меня. – Она фыркнула. – А то еще влюбится в какую-нибудь шалашовку.

Хорошо, что в толпе нас не слышали. Люди были слишком увлечены тем, как принц принимает длинную вереницу невест.

Утомительное зрелище, если честно.

Я могла бы сейчас сидеть и готовиться к поступлению. Ведь через несколько дней будут экзамены, и у меня появится шанс попасть в Академию магических искусств. Я очень давно хотела туда поступить, ведь тем, кто окончит это заведение, открывались практически все дороги в любые сферы. Особенно если ты станешь учеником влиятельного наставника.

Но сейчас я стою и смотрю, как принц кивает очередной барышне, а у самого усталость залегла под глазами в виде теней.

И вот когда прошло довольно много времени, объявляют:

– Госпожа Фелиция из Яблоневых рощ.

Подруга выплыла из толпы и с поистине королевским видом проследовала к трону через длинный коридор из людей.

Она постаралась на славу и действительно выглядела восхитительно. Но дело в том, что этого все равно было недостаточно, так как вокруг имелось много соперниц гораздо красивее.

Я двинулась через толпу, стараясь утихомирить сбившееся дыхание. Сердце замолотило в груди, как сумасшедшее.

Всё надеялась, этот момент никогда не настанет, но все же придется выполнить задумку, иначе наше семейство ждут проблемы похуже тех, что были.

Я встала между пышной дамой и каким-то мужчиной. Это место было удобным, чтобы не привлекать излишнего внимания и видеть принца как на ладони.

Проходя мимо, подруга мельком посмотрела в мою сторону, словно бы говоря: «Не подведи!»

И вот она останавливается и, глядя на принца в упор, делает долгий, тщательно отрепетированный реверанс.

Заготовленная игла поднялась на уровень моих глаз. Оранжевые всполохи обвивали ее, будто дымка. Инструмент ворожбы никто, кроме меня, увидеть не мог. И в момент, когда подруга нагнулась, я прицелилась. Сейчас игла за одно мгновение преодолеет расстояние и вонзится в сердце принца, навсегда заключив его душу в капкан.

Задержала дыхание.

Сейчас самый подходящий момент.

Выстрел!

Женщина рядом со мной вдруг нагло пихает меня, и прицел сбивается ровно тогда, когда я выпускаю иглу. Стрела ворожбы устремляется вперед, заметно отклонившись от нужной траектории.

С замершим сердцем я вижу, как она проходит у самого уха какого-то мужчины, проскакивает над головой женщины, которая в этот момент смотрела на слугу. И пролетает далеко от принца, вонзившись своим острием прямо в грудь генерала.

Я подняла глаза, надеясь, что в этот момент он смотрит не на Цию.

Нет. Не на нее. По дурацкому стечению обстоятельств генерал уставился прямо на меня.

Удивление разгладило черты мужчины, прогоняя с лица хмурь и презрение. В глазах мигнула короткая оранжевая вспышка, говорящая о том, что магия сработала и теперь мужчина навсегда станет пленником навязанной страсти.

Долгие несколько мгновений он рассматривает меня. Вижу, как под жестким воротником скакнул кадык, а грудь широко поднялась от тяжелого вздоха. Всего минуту назад Аратон смотрел на людей, будто впиваясь в каждого клыками, а теперь выглядел, как растерянный мальчишка, брошенный на первом свидании с букетом роз.

Казалось, что вокруг сгустилась тишина, хотя на самом деле шум не утихал. Будто весь мир замер ради этого мгновения, закрепляя результат использования магии.

Взгляд мужчины снова изменился. Теперь он стал пугающе решительным. Генерал позвал кого-то через плечо, и через секунду рядом возник стражник. Пленённый магией что-то быстро приказал подчиненному, не отрывая от меня жуткого взгляда.

– Что ж, мама, можешь радоваться, – прошептала я. – Я, наконец-то, кого-то приворожила.

Нужно бежать! Вот прямо сейчас.

Я быстро нырнула в толпу и принялась пробираться к выходу.

Если меня поймают, то уже знаю, чем все это закончится. Меня вынудят выйти за генерала замуж в ближайшее время. Ведь я прекрасно помню рассказы сестер, как их завороженные поднимали на уши весь город в поисках возлюбленной. Магия настолько сильна, что мужчины напрочь теряли голову от своих ворожей. Благо это немного затихало после первой брачной ночи, но все же…

У меня не было плана выходить замуж столь скоропостижно! Тем более, за такого мужчину! Да меня трясет от ужаса при одном его виде, что уж говорить про супружеские обязанности!

Я вообще учиться хочу! У меня планы!

С этими мыслями я успешно добралась до выхода. Краем глаза видела, как несколько стражников продираются через толпу, следя за мной.

Я выскочила из бального зала и поспешно свернула в темный коридор, чтобы попасть в покои, которые выделили нам с Цией.

Благо у меня имелось немного времени, так как в замке находились сотни женщин, а преследователи не знали моего имени. У них уйдет немало времени, чтобы обыскать замок. Но нужно скорее проскочить, пока генералу не пришло в голову перекрыть выходы.

Очень надеюсь, что влюбленность плохо повлияет на его стратегическое мышление.

Я влетела в комнату и принялась судорожно собирать сумку, в которую бросала книги, вещи первой необходимости. Следом достала медальон – подарок бабушки. Она сильный маг. И заворожила кулон, заклиная меня никогда с ним не расставаться. Именно эта вещь может стать моим спасением.

Я на мгновение остановилась и обвела долгим взглядом комнату. Вроде самое важное взяла.

Придется уйти, не прощаясь с Цией. У меня слишком мало времени.

Но я просчиталась, потому что дверь распахнулась и в комнату влетела раскрасневшаяся Фелиция.

– Ну что? Получилось?

– Эм, да, – соврала я. – Просто подействует не сразу. А со временем.

Девушка посмотрела на раскрытую сумку.

– Куда ты собралась?

– Слишком людно, душно и скучно, – заметавшись, ответила я. – Хочу скорее вернуться домой. Пожалуй, найму экипаж.

Девушка посмотрела на меня недоверчиво.

– Я слышала, как служанка говорила другой, что стража ищет какую-то девушку.

– Это же тебя ищут, – округлила я глаза. – Представляешь, сколько невест было до тебя? Принц, наверное, имя не запомнил. И пустил стражу, чтобы скорее найти возлюбленную.

Знаю, ложь – это некрасиво. Но у меня просто не было другого выхода.

– Сказали, что ищут девушку в красном.

Запомнил, гад, цвет платья. Но мне на руку, что теперь стража будет тормозить любую девушку в наряде этого оттенка. Поэтому нужно скорее переодеться.

– У тебя малиновое, – извернулась я, поглядывая на свой чемодан, в котором лежало несколько платьев. Там в основном именно красные цвета, но было, кажется, синее.

– Но оно же не красное, – на лице Фелиции все больше проступала тень подозрения.

– Как будто мужчины когда-то различали цвета.

Ция подумала немного и зарделась.

– Ну, тогда я пошла скорее назад, а то меня принц ждет.

– Конечно – конечно.

– Он точно влюбится?

– Всенепременно, но со временем.

Девушка заулыбалась и покинула покои, а я поторопилась нацепить на себя бабушкин медальон.

– Ну, была не была, – сказала заклинание на удачу и надела кулон на шею.

Магия сработала сразу же, как прошептала под нос нужные слова. Благо в свое время бабушка заставила их выучить наизусть, чтобы даже во сне могла вспомнить.

Я шагнула к большому зеркалу в спальне, но, увидев отражение, на мгновение потеряла равновесие, ощущая головокружение.

Да, вот так неожиданность…

Значит, бабушка говорила правду, когда рассказывала, что медальон способен кардинально изменить внешность.

Сейчас на меня взирала девушка совершенно неприметная, серенькая. Не назовешь дурнушкой, но и присматриваться никто не будет. Тем более, вряд ли решат, что в такую можно влюбиться с первого взгляда.

Вместо копны шикарных волос, тоненькие слабые у корней пряди каштанового цвета, которые при желании можно собрать в скупой хвостик. Вместо красивого лица с немного лисьими чертами, теперь круглое с румяными щечками. Светлые брови делали меня не особенно выразительной. Единственное, остались только чарующие медовые глаза. Жаль еще расставаться с красивой фигурой, приобретая взамен полноватые бока и бедра.

С другой стороны, мне на руку неприметная внешность, особенно сейчас, когда так крупно попала.

Быстро переодевшись, я выскочила в коридор и поспешила к ближайшему выходу. Надеюсь, ни стража, ни генерал не смекнут, что я могу поменять внешность, иначе застряну в замке и не успею в Академию. А именно она могла мне помочь и уберечь от совершенной глупости.

По дороге встречалось множество стражников. Переполох оказался масштабнее, чем я предположила поначалу. Охрана действительно стала прочесывать коридоры и комнаты, останавливая всех светловолосых девушек в платьях красных оттенков.

Заметила, как парочку особенно похожих на меня отводили куда-то в сторону.

Сердце при виде всего этого сжалось. Нужно придумать способ расколдовать генерала. Жаль его. Неизвестно, сколько ему придется жить с навязанными чувствами. Надеюсь, у меня получится, потому что единственным вариантом облегчить страдания мужчины – выйти за него замуж.

Свернув в коридор, который вел к неприметному выходу, я вдруг лицом к лицу столкнулась со стражей во главе собственно самого генерала Аратона.

Мужчина твердым шагом шел мне навстречу, и это настолько выбило из колеи, что я едва не выдала себя. Если сейчас быстро скрыться из виду, в отравленном любовью сознании могло поселиться подозрение. Вояка все же не дурак, и предположит, что я переоделась. Поэтому быстро взяла себя в руки и пошла вперед, стараясь слиться с окружением, как неприметная прислуга.

Мужчина приближался. Мое сердце стучало так сильно, что отдавала пульсацией в виски.

Осталось всего несколько шагов до спасительного коридора. И, приближаясь к мужчине, почувствовала, как становится не по себе, стены расплываются перед глазами, а пол ходит ходуном.

Генерал все время глядел вперед. И когда мы оказались рядом, вдруг устремил взор на меня. Ноги от этого взгляда задрожали, отчего едва не сбился шаг. Сейчас эти горящие ненормальным пламенем глаза озарит догадка. Но взгляд мужчины лишь слегка касается лица, пробегается вниз по фигуре… и генерал, не сбавляя темпа, идет дальше. А стража следует за предводителем.

Фух…

Пронесло.

Я поспешила к двери, за которой присматривал один стражник. Он не остановил меня и ничего не сказал, поэтому я без труда покинула замок и направилась к конюшне, где взяла лошадь, на которой приехала. И через несколько минут уже скакала по столице, наблюдая издалека за метаниями стражников во дворе.

Безумие – вот какое верное определение такое любви, которая поселяется в голове жертвы.

Помню, как муж моей старшей сестры – на тот момент заколдованный ухажер – отыскал загородный дом, в котором нас спрятала мама. Хотя это был герцог, матери партия показалась неудачной. Намереваясь повторить попытку с одним графом, родительница удалилась с дочерьми в глушь. Как и в моем случае, сестра воспользовалась магией, и та тоже сработала ошибочно.

В попытке исправить положение нас спрятали далеко за городом. Мой юный ум тогда решил, что мама создала условия для доказательства увлеченности мужчины, демонстрации готовности найти мою сестру хоть на краю света. Ухажер действительно отыскал убежище и похитил возлюбленную ворожею, едва ли не вырвав из наших рук.

Все, конечно, закончилось хорошо. И сестра осталась довольна, но именно после того случая у меня кардинально изменилось мнение о семейном даре.

До сих пор не могу забыть, с какой безумной страстью смотрел он на нашу Ишу. И сама старшая сестра была так напугана, что истошно кричала, когда мужчина ворвался в покои, где она спряталась со мной и средней сестрой.

Иша плакала и прижимала меня к груди, словно бы надеялась, что ухажер не рискнет тронуть ее, пока рядом маленькая сестра.

У меня намертво запечатлелась в памяти сцена, когда герцог встал на пороге. Запыхавшись, обвел комнату безумным лихорадочным взглядом. И когда он остановился на Ише, в глубине этих глаз вспыхнул ненормальный голодный азарт. Его дыхание стало тяжелым, а вены на шее вздулись, став темно-синего цвета, а губы исказила сумасшедшая влюбленная улыбка.

Он медленно приблизился к сестре, пока та плакала и умоляла оставить ее в покое. Мужчина что-то шептал ей о своей любви и нежности, которую подарит девушке. Говорил, как готов осыпать ее поцелуями и драгоценностями, пугая такими словами сильнее, чем даже взглядом.

Это было настолько жутко, что я ревела не хуже самой Иши.

Герцог твердо схватил избранницу за локоть и с силой оторвал мои руки, которые обвивали талию сестры. Средняя, Мари, повисла на его шее, требуя отпустить Ишу, но герцог легко стряхнул помеху, сосредоточив все свое внимание на возлюбленной.

Мужчина тогда взвалил девушку на плечо и поспешил покинуть имение, пока сообщники могли сдерживать слуг и охрану. Герцогу пришлось выложить немало денег, чтобы завербовать несколько десятков наемников для штурма нашего убежища.

Когда безумный влюбленный с Ишей покинул комнату, мы вместе с Мари побежали за ним.

Как сейчас помню. Я пыталась нагнать герцога, но он шел слишком быстро. Кричала что-то вслед, умоляя отпустить сестру, но похититель ничего не желал слышать.

Я смогла приблизиться к нему на лестнице, но он уже прыгал через ступеньку вниз, повторяя, как заведенный, слова о нежности и любви. Даже не обращал внимания на то, что сестра лягается и отбивается. Ее мольбы и плач до сих пор отзвуком пробегают по внутренностям холодком.

Герцог забрал сестру, а что случилось потом, я узнала только много лет спустя в откровенном разговоре с Ишей.

И с тех пор пообещала себе никогда не пользоваться родовой магией. Но и сама не заметила, как споткнулась о собственные принципы и угодила в ту же яму, где незадолго оказались все женщины из нашей семьи.

Глава 3

Прежде чем использовать родовую магию и соглашаться на авантюру с подругой, я не подумала, какие меня ждут последствия.

И только сейчас, у ворот Академии, я в полной мере осознала, насколько фатальным оказался промах.

Я хотела поступить в это учебное заведение, получить диплом и исполнить свою мечту – быть мастером разрушения проклятий. Да-да, именно наша родовая магия стала причиной моего столь необычного желания.

Магистр, разрушающий проклятья – это очень сложно. Такая магия опасна, требует больших знаний и практики. Многое может пойти непредсказуемо и часто приходится действовать вслепую.

Поэтому мастеров этого дела мало, но каждый ценен, как тысячи магов.

Но из-за глупой ошибки мне придется учиться под чужим именем. Ведь генерал устроит на меня настоящую охоту.

Все в нашей семье неизменно повторяется. Единственная разница с ситуациями родственниц – у генерала имелось больше людей и власти для того, чтобы запросто меня отыскать. Поэтому придется проявить осторожность и хитрость.

Нужно любыми способами остаться в Академии. Мне необходимы знания, которых категорически не хватает, чтобы понять суть нашей родовой магии. И когда я смогу выяснить, как снимать чары, то расколдую генерала, уйду из Академии и вернусь к учебе, но под своим настоящим именем… И внешностью.

Пока придется побыть в шкуре серой мышки, чтобы поменьше привлекать к себе внимание.

Я проверила работу медальона и побрела в сторону здания, около которого скопилось больше всего людей. Видимо, комиссия пытается отсортировать студентов, чтобы провести экзамен.

Предварительный я с успехом сдала, но теперь будет посложнее. Это испытание окончательно определит, возьмут меня или нет.

Я вошла в помещение, где будет проходить проверка знаний и тихо присвистнула, увидев в огромной аудитории около сотни абитуриентов. И количество желающих становилось все больше и больше.

Экзамен длился час. Нам зачитали условия конкурса, в очередной раз напомнили, насколько Академия хороша и влиятельна и дали каждому студенту по двадцать вопросов.

Но радовалась я недолго, потому что с уверенностью могла ответить только на первые два. Остальные же требовали больше знаний, некоторые даже практики. Часто встречались вопросы с подковыркой, отчего приходилось перечитывать задание несколько раз, чтобы сообразить в чем дело.

На десятом вопросе я мучительно массировала виски, ругая родителей на беспечность в отношении нашего образования.

Мама легкомысленно относилась к обучению дочерей, предпочитая год за годом пересматривать список богатых потенциальных женихов.

– Зачем утомлять голову, если вы удачно выйдете замуж, – бормотала она, внимательно изучая очередное досье на «суженого». – Будете управлять домом, рожать детишек, завтракать на мансарде и думать, какое платье сегодня надеть.

Сестрам такая жизнь была по душе, а вот мне хотелось гораздо большего.

Я пыталась самостоятельно обучиться, но этого оказалось мало, чтобы поступить в лучшую Академию нашего королевства.

Когда закончился экзамен, тесты растворились в воздухе, не позволив мне поставить последнюю галочку на двадцатом ответе.

Пока шла проверка, нам дали возможность отдохнуть и пообщаться.

Ожидание заставляло меня испытывать мучительное нетерпение. Сейчас решалось мое будущее и сохранять хладнокровие было крайне сложно.

Стараясь отвлечься, я огляделась, прикидывая, кто именно из студентов поступит. Может, вон тот юноша в толстых очках? Или девушка, которая сидела, со сложенными на парте руками будто школьница? Или тот парень, что сейчас смотрит на меня и скалится как агрессивная псина. Судя по белоснежной шелковой рубашке – родители при деньгах. У него наверняка и так есть пропуск в эту Академию, а экзамен пишет для галочки.

Парень выглядел холеным и слишком смазливым, отчего его можно было спутать с барышней.

– Чего уставилась, уродина? – лениво спросил он.

Две девицы, прижимающиеся к нему с обеих сторон, обвели меня острыми как бритва взглядами, подмечая недостатки магической внешности. Одна из них ухмыльнулась, а в глазах отразилась мысль: ну и страшила.

Признаться, впервые слышу, чтобы меня называли уродиной. Мы с сестрами вышли на редкость красивыми и умели подчеркивать достоинства.

Я хотела сказать нечто едкое в ответ, но объявили, что результаты тестов готовы. Перечень поступивших вывесили у входа в здание.

– Не прошла, – хмуро проговорила я, перечитав список около десяти раз. – Вот засада!

Имени Лина Зори нигде не было.

Имя, кстати, не выдумано. Оно принадлежит моей давней знакомой, которая счастливо живет вместе с мужем в далекой глубинке на самом краю королевства. При моей нынешней внешности мы даже отдаленно похожи.

Но теперь все бессмысленно, ведь я не поступила.

Понурив голову, старательно размышляла, как быть. Возвращаться домой нельзя, там меня наверняка будет ждать генерал и разозленная подруга, в которую так и не влюбился принц.

Мама, увидев на пороге Аратона абсолютно точно даст согласие на брак. Неважно, по душе мне жених или нет.

Я вспомнила безумный влюбленный взгляд колючих глаз генерала. По коже пробежали мурашки, а тело передернуло.

Не хочу за него замуж! Он жуткий! Еще и эти слухи про убийство невесты! Не хочу! Нужно что-то предпринять…

Из размышлений вдруг вырвал голос рядом:

– Есть еще шанс поступить. – Говорила старшекурсница, которая, судя по повязке, была куратором. Она тщетно пыталась успокоить одну девушку, которая отчаянно рыдала около стенда с именами поступивших.

Абитуриентка плакала, растирая слезы по щекам. На покрасневших веках виднелись подтеки туши, отчего голубые глаза казались намного ярче и красивее. Девушка говорила, давясь слезами.

– Э-э-это ко-конец! – причитала она. – Ме-меня ро-родители у-у-бьют!

– Не стоит так переживать, – пыталась успокоить ее старшекурсница. – В следующем году наверняка повезет.

Не знаю, почему куратор старалась помочь провалившейся на экзамене девушке, но ничто не могло ее утешить.

– Я отличница! – истерично выкрикнула она, размазывая остатки туши по щекам. – Я не могла не поступить! Я была лучшей в школе.

Куратор вдруг поменялась в лице и задумалась.

Отличница пыталась успокоиться, но неизбежно заново начинала рыдать, громко всхлипывая. Мне захотелось ее даже пожалеть.

Но слова сочувствия не успели сорваться с языка, как вдруг куратор сказала:

– Сейчас начинается отбор в ученики к господину Азриэлю. Может, попробуешь? Но сразу предупреждаю: к нему крайне сложно попасть в ученики.

Слезы отличницы высохли практически мгновенно. Она уставилась на куратора с надеждой, продолжая всхлипывать.

– А почему к нему отбор идет отдельно? – вклинилась я в разговор.

Куратор смерила меня колючим взглядом, не обрадовавшись, что я их подслушала.

– Тоже не поступили?

Кивнула.

Старшекурсница вздохнула, но подобрела.

– Он берет всего одного студента раз в год и штудирует пять лет. Но обучение очень сложное. Далеко не всем его… методы подходят.

Я ощутила наплыв радости и надежды. Не всё потеряно!

– А мне можно попробовать свои силы?

Куратор посмотрела с сомнением.

– Да, но… Не уверена, что вы пройдете отбор.

– Почему? – смешалась я.

– Господин Азриэль… эм… очень требовательный.

– Учиться я хочу и люблю, – уверила ее, едва не подпрыгивая от возможности получить второй шанс.

Девушка замялась.

– Он не только требовательный, но и немного… эксцентричный.

– Я все равно хочу попробовать.

Куратор вздохнула и задумалась. Она посмотрела вдаль, словно искала подсказку где-то на стене Академии, возвела глаза к безоблачному небу, но в итоге, махнув рукой, повела нас к другому зданию.

Пройдя по длинным старинным коридорам Академии, мы поднялись на третий этаж и оказались в классе с дюжиной ребят, которые также решили испытать второй шанс.

Странно, что претендентов немного. Я думала, придет под сотню человек.

– А почему так мало желающих? – шепнула на ухо куратору.

Отличница рядом со мной заметно навострила уши, хотя и старалась делать вид, что не подслушивает нас.

– Господин Азриэль имеет репутацию самого лучшего преподавателя и самого жесткого, – пояснила куратор. Она вдруг необычно покраснела, а глаза ее заблестели. – Такой не пойдет навстречу и не простит прогулы или пробелы в знаниях. – Она озадаченно глянула на меня. – Странно, что вы не слышали про него. Ведь о его методах обучения знают практически все.

– Я издалека.

– Заметно, – хмыкнула она.

Дверь в аудиторию с шумом открылась, и кучка абитуриентов синхронно перевела взгляды на вход.

Я вытянула шею, чтобы рассмотреть столь любопытного преподавателя, о котором распространялись неоднозначные слухи.

Господин Азриэль удивил меня. Я ожидала увидеть ворчливого старичка в изношенной мантии, но в комнату вошел очень красивый эльф внешностью не старше тридцати пяти лет. По меркам их расы наверняка ему не больше трехсот.

Мужчина широким шагом пересек комнату и остановился напротив претендентов в ученики. Высокий, плечистый, с идеальными пропорциями тела. За качественной тканью зеленого сюртука виднелась подтянутая фигура. Красивое лицо с прямым носом обрамляли длинные смолянистые волосы. На аккуратных изящных пальцах виднелись завороженные перстни.

А глаза… Яркие, как бирюза. И колючие, как утренний мороз.

Пелена первого впечатления быстро спала, когда мужчина одарил каждого высокомерным оценочным взглядом, от которого мелькнуло ощущение ничтожности собственного существования.

Красота эльфа была безупречной и редкой даже для его расы, но вот манеры, движения и взгляд заставляли чувствовать себя глупым ребенком.

– Я ожидал большего, – заключил преподаватель.

У меня чуть не отвисла челюсть от услышанного.

Куратор замялась и кашлянула.

– В этом году не так много экзаменуемых…

– Я не про количество, а качество, – перебил ее мужчина. Он снова внимательно нас изучил. – Ни у кого особенных талантов не вижу. Слабоват потенциал. Ну, кроме одного студента.

«Интересно, какого».

Но он не сказал.

– Меня зовут Азриэль Валлион. Я лучший преподаватель во всем королевстве.

«И его самомнение смогло уместиться в одной Академии?» – со смехом подумала я.

– Учиться у меня сложно, но после вы сможете без стеснения работать в любом месте. Если отучитесь со мной все пять лет, то я даже подсоблю в устройстве. А пока посмотрим, что вы можете предложить мне в ответ.

Эльф шагнул вперед и оказался перед первым претендентом. Парень так сильно округлил глаза, будто боялся моргнуть в присутствии Азриэля.

– В чем разница между мориусом и залежной пылью?

Парень растерянно огляделся и замычал.

– Ну? – требовал он ответ.

Претендент что-то рассеянно промямлил.

– Ясно, – цокнул языком Азриэль. – Нет.

Подошел к следующему.

– В какую стадию луны лучше всего заряжать магический перстень для защиты от проклятий?

– Полнолунье? – неуверенно протянул парень.

– Пытались угадать или знаете наверняка? – сухо уточнил мужчина.

– Э-э. Знаю.

– Все ясно. Нет.

Я нервно сглотнула. Ведь передо мной было всего двое человек. Еще один парень и девушка-отличница, что рыдала у стенда с именами. Если он задаст какой-то каверзный вопрос, точно не отвечу из-за недостатка знаний.

Я прикусила губу и посмотрела на отличницу. Тягаться с ней будет сложно. Наверняка преподавателю подойдет именно такой студент.

Глубоко вздохнула и успокоила себя. Нужно сохранять хладнокровие и позитивный настрой, тогда все получится.

Азриэль остановился напротив парня.

– Я читал вашу работу по магическим иллюзиям, господин Азриэль, – вдруг напевно заговорил студент, картинно закатывая глаза. – А также книгу по защитам и превращениям. Я много читал о вас и ваших достижениях. Вы первый человек… эм… эльф, который смог вывести формулу по защите от яда «кровавой вдовы». Вы совершенно точно лучший маг в королевстве, – широко улыбаясь нахваливал парень и останавливаться не планировал. – Многие ваши выпускники становились гениями, уважаемыми магами, превосходными изобретателями. Почту за честь учиться у вас!

Азриэль слушал его тираду, не прерывая и не выражая никаких эмоций. А когда у парня закончился воздух в легких, сказал:

– Не люблю подхалимов. Вам тут не место.

Взгляд претендента потух, на лице появилось непонимание. Он так и не понял, чем не угодил преподавателю.

Азриэль подошел к девушке, что стояла слева от меня.

– Я училась в школе столицы на одни пятерки, – защебетала она. Следы от потекшей туши были убраны, а вот припухлость осталась. Выглядела отличница так, словно вот-вот снова разрыдается. – Я вам точно подойду. Ведь я легко обучаема, много знаю, отлично лажу с людьми, лучше всех варю зелья, знаю все элементарии наизусть. Я готова ночами не спать и учиться у вас! Лучшей ученицы вам не найти!

Эльф чуть изогнул бровь.

– Неужели? – холодно поинтересовался он.

Девушка смешалась, слыша его недовольство, но не осознавая причин. И все же продолжила настаивать.

– Я круглая отличница! Вот увидите, я справлюсь с любым заданием!

– Сможете прямо сейчас наколдовать каменного защитника?

Девушка замялась и посмотрела по сторонам на других, словно ждала от нас поддержки.

– Нет, – тихо ответила она, стараясь сохранять оптимизм. – Нас такому не обучали в школе.

– Но вы же уверили меня, что справитесь с любым заданием, – подчеркнул преподаватель. – Значит, не с любым.

Абитуриентка снова самоуверенно улыбнулась.

– Почти со всеми заданиями. Если возьмете меня, не пожалеете!

– Нет.

Улыбка на губах отличницы потухла.

– Почему?

– Ненавижу заучек.

Мужчина остановился напротив меня и придирчиво осмотрел с ног до головы. Казалось, он старательно ищет хотя бы малейшие недостатки.

– Нет, – решительно сказал он и шагнул к следующему студенту.

Даже ничего не спросил! По внешности, что ли, ему не подошла!

– Вот и прекрасно, – буркнула я.

Эльф резко затормозил и развернулся ко мне на каблуках.

– Что, простите?

Видно, что уточнил из вежливости, позволяя мне отступить и взять свои слова назад. Но и я не из робких, а характер есть не только у него.

– Я сказала: «Вот и прекрасно», – повторила по слогам.

Азриэль вернулся ко мне и встал напротив. Его пристальный взгляд давил, пытался заставить стушеваться. Но я лишь расслабленно сложила руки на груди, с вызовом вздернув крупный нос.

Да, мне нужно во что бы то и ни стало остаться в Академии, но раз меня уже не взяли, то можно немного позубоскалить.

– И почему это «прекрасно»? – сверля меня глазами цвета морозного неба, спросил маг.

– Рада, что вы меня не выбрали.

– Я лучший преподаватель в этой Академии, – напомнил он. – Каждый мечтает учиться у меня.

– Это не меняет того факта, что у вас просто ужасный характер и непомерно высокое мнение о себе в придачу. Странно, что вы со своим эго смогли поместиться в этом классе.

В аудитории повисла мертвая тишина. Кажется, даже слышно было, как куратор громко сглотнула, а студенты отшатнулись назад от такой фразы. Девушка-отличница слева от меня ойкнула.

Азриэль снова критично осмотрел меня с ног до головы.

– Думаете, вы умнее остальных?

– У меня обычное образование, но большие амбиции. И это все равно не повод ползать у вас в ногах, чтобы в итоге получить сухое: «Нет». Вы даже ничего у меня не спросили.

Эльф продолжал разглядывать меня надменным взором, в котором не мелькнуло ни капли заинтересованности. Казалось, магу просто скучно и он решил позабавить себя взаимным хамством.

– Что ж, – он выпрямился, сплетая пальцы вместе. – Тогда вопрос: какие элементарии используются, как проводники, чтобы заряжать магические амулеты?

Я почувствовала холодок, пробежавший по спине и пот, выступивший на висках. Нас сестрами обучали дома кое-как и мы очень многого не знаем. Например, ответ на этот вопрос. Единственный элементарий, который я известен – как убрать мешки под глазами после бессонной ночи.

– Ну же, – вздернув бровями, подтолкнул эльф. – Ответ на этот вопрос знают даже школьники.

– Можно я?! – отличница рядом со мной вытянула руку, будто была на уроке. Видимо, хотела поймать удачу за хвост. – Можно мне?!

– Нет.

– Я знаю ответ!

– Мне все равно, знаете ли вы ответ, – отсек он, не удостоив девушку даже взглядом. – Хочу услышать ответ от нее.

Я глубоко вздохнула и поджала губы, осознавая, что проиграла слишком легко и быстро. Уверена, преподаватель будет насмехаться над моими пробелами в знаниях.

Сейчас особенно хотелось отругать маму за то, что больше учила нас ухаживать за собой, чем зубрить формулы.

Молчала очень долго, поэтому со стороны присутствующих начались перешептывания. Придется сказать честно, потому что у меня не было ни малейшего представления, какие должны быть элементарии.

– Я не знаю, – со вздохом ответила я.

Отличница рядом со мной насмешливо фыркнула:

– А сколько гонора-то было.

– Замолчите, – жестко парировал Азриэль, раздражённо посмотрев на девушку.

Эльф снова обратил на меня свой высокомерный холодный взгляд. Ох, представляю, насколько сейчас доволен собой, поставив меня на место. Единственную, кто сказала ему в лицо, какой у преподавателя отвратительный характер.

Азриэль повернулся к куратору.

– Все свободны, – скомандовал он. – Мне никто не подошел из присутствующих.

Сердце оборвалось от разочарования. Пусть преподаватель и был далек от совершенства, но он был моим единственным пропуском в Академию.

Наверное, я смогла бы учиться у него, учитывая, что выбор невелик, но даже этот шанс был упущен.

Куратор прочистила горло и поторопила студентов к выходу. Чувствовалось, ей самой хочется скорее сбежать подальше от Азриэля. По глазам видела, как ей не по себе рядом с эльфом. Еще и густо краснела, когда он обращался к ней.

Небось влюбилась и втихую представляла себе, что с ней он станет другим. Только вот такие не меняются.

Я вздохнула, принимая поражение с достоинством.

Эльф пристально наблюдал за мной, будто напоследок хотел запечатлеть момент моего краха.

– Поторопитесь, пожалуйста, – неуверенно прикрикнула старшекурсница, боясь гнева Азриэля.

Я шагнула в сторону выхода, но была остановлена эльфом.

– Вы останьтесь.

Глянула на куратора и заметила, как нервно она перевела взгляд с меня на преподавателя.

– Я сказал, что вы все свободны, – с нажимом произнес Азриэль, обращаясь к куратору. – Чтобы через секунду вас тут не было.

Когда в аудитории мы остались одни, преподаватель шагнул в мою сторону. Он вдруг достал из кармана сюртука магический карандаш и ловко поддел им шнурок, на котором висел мой амулет. И поднял его на уровень глаз.

– Какая неумелая работа, – проворчал эльф. – Явно делали не вы, раз не знаете основ. – Стрельнул глазами в меня. – Считаете себя настолько некрасивой, что скрываете недостатки внешности?

Мурашки пробежали по спине.

Преподаватель сразу понял, что это амулет, меняющий внешность. Но не увидел, как кардинально она изменена!

– Формулы явно нарушены, амулет нестабилен. Лучше сделать новый, чем пытаться исправить старый.

Он отпустил шнурок, позволив вещице упасть мне на грудь, потом магическим карандашом провел по одной из граней кулона, отчего предмет слегка засветился.

– Да, он испорчен и проработает недолго.

Меня бросило в холодный пот при мысли, что маг сейчас снимет чары и увидит совсем не того человека, кто пришел учиться в Академию. Но благо амулет снова погас, а мужчина убрал карандаш.

– Думаете, если скроете прыщи, чуть подправите лицо и уберете пару лишних сантиметров на талии, то будете больше нравиться мужчинам?

Ответить он мне не дал.

– Вы наверняка не в курсе, что его надо иногда заряжать, чтобы эффект не пропал. Радуйтесь, это делается несложно. И формула довольно простая. Даже такая, как вы, поймете.

Кто бы сомневался, что он продолжить придираться ко мне!

Азриэль отошел к книжной полке и достал оттуда толстую книгу. Вернулся и протянул ее мне.

– Страница двести пятьдесят три. Это ваше первое задание. Нужно зарядить амулет так, чтобы хватило энергии минимум на месяц. Делать новый вам пока рано.

– Что? – растерянно переспросила я. – Что еще за первое задание?

– Если будете так туго соображать, боюсь, учить вас не смогу, – ворчливо ответил он.

– Вы берете меня? – не могла поверить. – Потому что нахамила вам?

– Нет, не поэтому.

– Но вы же мою кандидатуру отсекли. – В голове все еще не укладывалось, почему он вдруг взял меня.

– Да, отсек. У вас есть что-то похожее на магический потенциал. Но я думал вы бесхребетная, хотя выяснилось, что зачатки характера у вас тоже есть, – честно ответил Азриэль. – Рад был передумать, а то остался бы без ученика. Остальные категорически не подходили. С вами еще можно работать.

– Но у меня совсем мало знаний!

– Я заметил.

– И все равно берете? – не могла понять я.

– На чистом листе писать легче, – пояснил он, чем и ответил на вопросы, которые меня мучили.

Мужчина перевел взгляд на книгу, которую все еще протягивал мне.

– Без этой книги вы не выполните первое задание. Берите.

Я поспешно схватила фолиант и прижала к груди.

– Значит, я зачислена к вам?

– Да, – несколько раздраженно кивнул преподаватель. – Поздравлять вас не буду, так как вы вскоре пожалеете.

Что ж, слухи о нем, кажется, полностью правдивы.

– Обратитесь к куратору по остальным вопросам, – отмахнулся эльф и сморщился, как от головной боли. – Я не буду вашей нянькой.

– Спасибо.

– Рано благодарите, – хмыкнул он. – Последние десять учеников больше месяца не продержались. Вам также даю дней тридцать.

«Ну уж нет, господин Азриэль, – подумала я, с улыбкой прижимая книгу к груди. – Вы меня сильно недооцениваете!»

– Хватит так улыбаться, – сверкнул эльф морозными глазами. – Это раздражает.

– Вам бы тоже не помешало, наставник…– и добавила, словно издеваясь над ним, – улыбнуться.

Сказала я и ушла из аудитории, прежде чем услышать очередной едкий комментарий.

Глава 4

– Мам, я тебе говорила, что собираюсь учиться, – ворчала я, складывая одежду в шкаф.

Магическая проекция дернулась. И сменила положение, упрямо сложив руки на груди. Образ матери выглядел практически точной ее копией, с той разницей, что проекция имела сильный зеленый оттенок. Поэтому создавалось ощущение, будто говоришь с призраком.

– Что за глупости? – спросила мама привычным для моих ушей недовольным тоном. – В Академии хорошего жениха не найти. Они либо старые, либо страшные. А еще бедные, как мыши.

– Я пришла учиться, а не жениха искать, мама.

– Какие глупости, – повторила она.

Образ мамы снова дернулся. Она огляделась, рассматривая компактную комнату, в которой мне предстоит жить следующие пять лет. Или меньше, если придется уходить и опять возвращаться сюда.

Надеюсь, получится поступить в Академию на общие курсы, чтобы снова не попадать к Азриэлю. Я хоть и была настроена учиться упорно, но совершенно не представляла, насколько меня хватит, учитывая характер наставника.

– Это твоя комната? – недоверчиво спросила мама.

Для студентов на бесплатном обучении выделялись крохотные спальни, в которых помещалась кровать, небольшой шкаф и стол со стулом. Благо хоть окно смотрело на бескрайний лес и горы. За один только вид можно пренебречь недостатками комнаты.

– Да. Это моя спальня.

– И ты собираешься здесь жить? – брезгливо спросила она. – Да у нас чулан для хранения швабр больше!

Я вздохнула и отвлеклась от складывания вещей.

– Да, собираюсь.

– Аделина…

– Мама, уже все решено. Лучше расскажи, какие новости.

На самом деле я интересовалась не тем, как дела у родни. Уверена, у них все как обычно прекрасно. В действительности мне хотелось выяснить, смог генерал узнать, кто я такая или нет.

Мне повезло, что мама не интересовалась тем, куда я поступила. Уверена, вскоре на пороге появится Аратон с предложением руки и сердца. И тогда мама будет всеми силами выяснять, где я. Собственно, после этого разговора придется заблокировать связь, чтобы меня не смогли отследить.

Именно поэтому я связалась с мамой сейчас и сообщила, что учусь. А если генерал решит проверить Академию, то увидит только студентку Лину Зори. Невысокую, пухленькую, невзрачную ученицу господина Азриэля.

Это необходимая мера, пока не решу вопрос с непрошеным женихом.

– Ничего нового, кроме того, что моя младшая дочь выбрала… – она покрутила рукой, – выбрала учебу, а не чудесную жизнь в неге и любви.

Я устало вздохнула.

– В какой такой любви? – спросила я, чувствуя, как лицо каменеет от напряжения. Ненавидела этот разговор, но все равно всегда втягивалась.

– Опять ты за свое.

– Нет между вами никакой любви, мама. Только магия, которая намертво привязывает к вам мужей.

– Ты как обычно.

Я не ответила, понимая, что еще немного и мы поругаемся. Снова. Переубедить маму невозможно, ведь она думает, что ничего плохого в привороте нет. Сестры больше склонялись к ее мнению, чем к моему, потому что счастливы в браке. Иногда они поддерживали маму, иногда меня.

В дверь вдруг постучали.

Я была рада возможности завершить разговор.

– Мама, ко мне пришли. Пока.

– Аде…

Она недоговорила, я оборвала связь, чтобы успеть надеть кулон, меняющий внешность. Когда медальон оказался на шее, я повернулась к зеркалу проверить исправность амулета.

Все отлично работало. И почему Азриэль думает, что он испорчен?

Я подошла к двери и, крутанув язычок замка, отворила. Моему удивлению не было предела, ведь в коридоре стоял сам господин Азриэль.

Он зашел без приглашения и остановился посреди спальни. Его колючий морозный взгляд пробежался по комнате, разбросанным по кровати и полу вещам и остановился на открытой книге, которую отдал мне сегодня утром.

Я успела прочесть около пятидесяти страниц, настолько увлеклась некоторыми разделами по магическим основам. По правде, не ожидала, что самая скучная часть в магии может быть описана настолько просто, понятно и увлекательно.

Азриэль присмотрелся к странице, на которой подробно описывались элементарные магические заклинания.

– Вы что-то хотели? – спросила я, ощущая огромное желание выпроводить преподавателя из комнаты.

Эльф повернулся ко мне, сплетая пальцы вместе за спиной и горделиво выпятив грудь. Как павлин, честное слово.

Куратор так смущалась, глядя на него. Он красивый, конечно, но вот воспринимать его как любовный объект сложно, учитывая характер и манеру поведения.

– Я не спросил твое имя, а мне срочно нужно передать документы на наставничество. – Он покачал головой. – Глупая бюрократия.

Наши имена, кстати, куратор предоставляла, но эльф, видимо, посчитал ниже своего достоинства читать и запоминать данные претендентов.

– Почему у куратора не спросили? А пришли ко мне в спальню?

– Куратор что-то там блеяла, но не смогла ответить. – Он подошел к окну и открыл его настежь. – Почему тебе выделили такую крохотную комнату? Здесь же невозможно учиться. Разве тебе не хочется пространства?

– Я не спрашивала…

– Ну хоть вид приятный, – перебил он, разглядывая чудесное закатное небо над горами.

Эльф вернулся ко мне и вопросительно вздернул брови.

– Лина Зори, – представилась я, запнувшись на секунду.

Нужно еще привыкнуть, чтобы не назвать автоматически свое настоящее имя, которое срослось со мной за двадцать лет.

– Какое-то деревенское имя, – его брови съехались в переносице, демонстрируя непонятную эмоцию.

– Вы против деревенщины?

– Нет, это объясняет пробелы в образовании.

Я поджала губы.

Наша семья имела достаточно высокий статус, но с образованием у нас действительно была беда.

– Да, нас обучали кое-как, – подтвердила я.

– Это заметно.

Сказочно прямолинейное хамло!

Я на секунду прикрыла глаза, чтобы взять себя в руки. Понятно, преподаватель несовершенен, обучение будет трудным, но нельзя поддаваться эмоциям. Я все выдержу. Я справлюсь.

– Это все, господин Азриэль? – вежливо спросила я, прогоняя раздражение и натягивая улыбку-оскал. – Если да, то до свидания. Мне нужно еще обустроиться и выполнить ваше задание.

Эльф не сдвинулся с места, продолжая разглядывать меня.

– Вы пытались перекрасить здесь стены? – вдруг спросил он.

Я вздрогнула от столь неожиданного вопроса. Секунду растерянно разглядывала преподавателя, а потом скосила глаза на стену, которая едва заметно отличалась по цвету от других.

– Да, – призналась я.

Если честно, то мне остро захотелось применить на практике несколько простейших бытовых заклинаний, описанных в книге. Одно из них – изменение цвета предметов.

Стены в комнате имели скучный серый оттенок, и мне хотелось добавить немного красок. Или даже сделать цветной рисунок.

Но после первой, второй и третьей попытки, получилось только слегка затемнить одну из стен. Это заметно, если внимательно приглядываться.

– Угу, – многозначительно произнес Азриэль.

– И что значит ваше «угу»?

Эльф расцепил пальцы и направился к двери.

– Завтра жду в том же кабинете, где проходил отбор, – сказал напоследок преподаватель. – С заряженным амулетом.

Азриэль закрыл дверь, оставив моё уточнение без ответа.

***

Кулон я зарядила на целый месяц, как мне и сказал Азриэль. Но сделать это оказалось сложнее, чем думала.

Приготовив себе ароматный чай, я села на кровати, скрестив ноги, и внимательно вчиталась в книгу. На словах все было довольно легко, элементарии самые обыкновенные. Кстати, преподаватель оказался прав, сказав об их простоте, что даже школьник без труда бы их перечислил.

До зубовного скрежета не хотелось признавать свою тотальную необразованность. Поэтому решила выполнить задание, предоставив преподавателю настоящее совершенство, а не владение магией.

Но все оказалось сложнее. Я представила простые элементарии, изобразив их при помощи магии в виде незатейливой фигуры из оранжевых символов в воздухе. Но они слишком быстро расплывались, и амулет не успевал набрать энергию.

После десятой попытки, когда у меня практически иссякли силы, кулон, наконец, зарядился.

На следующее утро я, к своему удивлению, проспала.

Полночи возилась с амулетом, проверяя его работоспособность, а также заряд, чтобы не упасть в грязь лицом. И настолько устала, что выключилась еще до того, как голова легла на подушку. Спала так крепко, что не услышала предупреждающий звон, прокатившийся по всему студенческому общежитию.

Проснулась только после того, как под самой моей дверью что-то громко уронили.

– Ох, черт, – выругалась я, когда поняла, что должна быть на занятии еще полчаса назад.

У меня ушло десять минут, чтобы умыться, одеться и выбежать из комнаты. И еще где-то двадцать на поиск той самой аудитории, в которой проходил отбор.

И, опоздав на целый час, я, наконец, влетела в нужный кабинет, дыша, как угольный паровоз на полном ходу.

Господина Азриэля застала, стоящим около окна со сложенными на груди руками и хмурым, даже злым, взглядом.

– Вы еще и опаздываете, – эльф недовольно скривил губы. – Мне казалось, вы настроены на обучение, студентка.

– Простите, господин Азриэль, – стараясь отдышаться, извинилась я. Мне правда было ужасно стыдно. – Этого не повторится.

– Если повторится, можешь больше не приходить, – строго предупредил он.

Справедливо.

Я грузно села за первую парту, чувствуя дрожь в ногах. Нечасто мне приходилось бегать.

Преподаватель подошел ко мне, вперив внимательный взгляд на амулет.

– Зарядила?

– Да.

Он снова достал из кармана карандаш. Который сначала мне показался непримечательным, но только сейчас заметила, что карандаш не простой, а с интересной символикой.

Мужчина провел им по граням амулета.

– И это твой результат? – сухо спросил он.

– Да, – неуверенно ответила я. Мне казалось, получилось просто отлично.

– Угу.

И снова это непонятное «угу».

– Заряд держится, формула правильная, – быстро перечисляла я. Если бы не знала себя, то решила, что оправдываюсь. Нет-нет, просто защищаю свою работу! – Вроде все отлично.

Эльф отошел и сел на край преподавательского стола. Меж бровей залегла задумчивая морщина.

Некоторое время он молча рассматривал амулет, бросая на меня непонятные взгляды.

– Я даже не представлял себе, насколько ужасно ты владеешь магией, – выдал он, наконец.

У меня буквально отвисла челюсть от услышанного и не верила, что он говорит это серьезно.

Азриэль смотрел на меня прямо, изучая глазами цвета морозного утра. Казалось, наставнику хотелось впитать реакцию на свои слова.

Ужасно владею магией…

Да не может такого быть! Нас пусть и учили кое-как, но все же что-то дали! Я сама лично пользовалась некоторыми простыми трюками, пусть и малость подзабыла их. В конце концов, я сумела применить свой родовой дар… Ладно, плохой пример.

– Но я же зарядила амулет!

– И результат меня удручает.

– Я делала все, как в книге, – вспыхнула я.

Эльф поудобнее перехватил карандаш и нарисовал в воздухе несколько символов. Они засияли зеленым и выстроились в ряд.

Так легко и изящно, что мне стало немного завидно. Вчера мои символы скакали, как лошади через преграды, расползались, будто змеи по земле, или растворялись, словно капли крови в реке. А его магия – просто загляденье!

Эльф ловко махнул рукой, и знаки поменялись очередность.

– Видишь этот символ, – указал на элементарий, похожий на серп. – Он должен стоять в конце, а у тебя в самом начале.

Азриэль убрал карандаш в карман.

– Это значит, что ты была недостаточно сосредоточена и пыталась слепить заклинание кое-как, лишь бы сработало.

Его слова были строгими, прямыми, как палка, но все же… Я смотрела на символы, созданные эльфом, и поймала себя на мысли, что хочу точно так же. С такой же легкостью понимать заклинания и формулы. Видеть то, чего не видят остальные. Замечать детали, меняющие представление о заклинании. Неужели это и есть те самые феноменальные способности Азриэля?

– Вот это да, – прошептала я.

– Что? – переспросил преподаватель, не расслышав моих слов.

– Ничего.

Если похвалю, его эго вырастет еще больше.

– Будешь переделывать, пока не получится, – тяжело вздохнул Азриэль, словно в этот момент примирился с тем, что учить меня будет непросто.

– Я готова.

– Не здесь. – Мужчина поднялся. – В моем кабинете.

Кабинет господина Азриэля находился в тупике третьего этажа. Войдя внутрь, я удивленно осмотрелась, выхватывая в светлом помещении море интересных предметов. Эта комната – кладезь для мага. Никогда не видела столько завороженных вещей в одном месте. Здесь лежали нефриты, магические печати из красной глины, засушенные травы, полые стеклянные фигурки, вырезанные из дерева тотемы, шерсть, клыки, порошки и даже маленькое пузатое дерево, похожее на колбу для зелий, родом из страны эльфов.

Особое внимание привлекли розы под стеклянными колпаками. Интересно для чего их держат закрытыми?

– Ничего не трогай без разрешения, – проследил Азриэль за моим заинтересованным взглядом. Мне показалось, что в глубине глаз мага промелькнуло одобрение. Да нет! Именно показалось! – Потом я покажу и расскажу про все, что лежит здесь. А сейчас попытаемся исправить твой кулон, пока он не перестал работать.

Холодок пробежал по спине и разлился свинцом в животе.

Я даже не представляла, что, заряжая кулон, чуть было не сломала его. Это была бы катастрофа!

Азриэль прошагал через комнату и кивнул на глубокое кресло.

– Садись.

Сам устроился в кресле напротив.

– Повторяй свои действия, – приказал он, когда я села. – Вперед.

Не снимая кулона, нарисовала символы в точности, как видела в книге. Внимательный колючий взгляд Азриэля отвлекал и заставлял нервничать, отчего формула начала расплываться, прежде чем успевала зацепиться за кулон.

Преподаватель молча наблюдал, как я стараюсь, пока не сказал:

– Потрясающе.

– Неплохо? – неуверенно уточнила я.

– Нет, – вздохнул эльф. – Потрясающе то, насколько ужасно ты владеешь своими способностями.

Вот же вредный остроухий павлин!

– Тебя точно чему-то учили? – проворчал он. – Основ ты не знаешь, магией не владеешь. Откуда ты?

– Из Влассовских земель, – соврала я.

– Надо будет сказать правителю, чтобы там сменили состав учителей, – сплетая вместе пальцы, покачал Азриэль головой.

Я устало привалилась к спинке кресла, почувствовав упадок сил. Пусть мне не нравилась прямолинейность эльфа, но он был прав. Что злило и расстраивало. Хуже того, без его наставничества учеба в Академии мне не светит. Не думала, что мои знания настолько плохи.

– Не вижу попыток зарядить амулет, – холодно сказал эльф. – Неужели ты так быстро сдалась?

Я встрепенулась.

– Нет.

– Давай еще раз, – нахмурив брови, приказал он. – Сосредоточься. Я за тебя не буду учиться. По лицу вижу, ты отступила. Если хочешь остаться, то должна выкладываться на полную, – подвел преподаватель жестокий итог.

– Вы явно недовольны заклинанием.

– Так сделай, чтобы я остался доволен, – подался Азриэль вперед. – Или ты думала, что я буду расхваливать тебя за такие мелочи, которые умеют даже дети? Хочешь поддержки? Ее не будет. Я не хвалил и лучшего своего ученика, потому что все, чему учу вас, должен знать каждый. Первые места в этом мире без борьбы не занимают. Никто не пойдет тебе на уступку только потому, что бедной девочке не дали образования. Хочешь услышать мое одобрение? – Пронзительный взгляд вполне мог ранить не хуже острой бритвы. – Заслужи его.

В кабинете повисла тишина, в которой слышалось только наше тяжелое дыхание. Мы сверлили друг друга злыми взглядами.

Его прямота вызывала желание доказать, что я не ничтожество. Она одновременно вытягивала из меня хорошие эмоции и придавала сил.

Я поудобнее устроилась в кресле и снова призвала магию, хотя всего минуту назад была уверена, что мои силы иссякли. Хотела зарядить кулон из вредности, чтобы показать, на что гожусь.

– Я не сдалась, – процедила я. – Не дождетесь.

Азриэль откинулся назад, сохраняя холодно-отстраненное выражение на лице.

– Вперед, – сказал он, подпирая голову.

Символы образовали фигуру и твердо встали на свои места. Я сосредоточилась на формуле до темноты в глазах, не собираясь отступать.

В этот раз получилось намного лучше, заклинание действовало и подпитывало бабушкин кулон. Чувствовала, как он заполняется магией. Практически идеально.

В какой-то момент я поняла, что мне не хватает сил, чтобы зарядить его до конца. Одной вредности недостаточно. Но если недотяну, то медальон может сломаться.

Силы практически истратились, а мне нужна всего лишь одна минута.

На висках выступил пот, дыхание стало тяжелым. Кончики пальцев обжигало, словно ловлю символы в кипятке.

И вот когда силы резко покинули меня, Азриэль вдруг подхватил заклинание и напитал кулон до конца. Амулет коротко мигнул и погас.

Я упала в кресло, уронив руки на колени. Через одежду чувствовала теплоту кулона. Значит, зарядился полностью.

– Нужно больше тренировок, – заключил Азриэль, поднимаясь с кресла. – Запас сил довольно низкий, но это поправимо.

Он сел за свой стол и принялся что-то писать.

– Отдохни часа два, погуляй, поешь. Вернешься попозже.

Проглотив вязкую слюну, я встала и пошатываясь пошла к выходу.

– Подожди, – послышалось за спиной.

Положив пальцы на ручку двери, я обернулась.

Азриэль ненадолго отвлекся от бумаг.

– Кем ты хочешь работать после обучения?

– Мастером по разрушению проклятий, – гордо ответила, ни капли не усомнившись, что смогу стать именно мастером.

Преподаватель опустил заинтересованный взгляд на кулон и снова посмотрел на меня.

Я приготовилась услышать уничижительную фразу, насмешку, хамство, но Азриэль лишь коротко кивнул и вернулся к бумагам.

Покинув кабинет, я устало побрела по коридору под шум голосов других студентов.

***

Азриэль по праву имел статус самого кошмарного препода в Академии. Но не потому, что плохо учил. Вовсе нет. Муштровал он слишком хорошо и чересчур целеустремленно.

Во второй половине дня, когда я успела отдохнуть и развеяться, меня ждал самый настоящий кошмар. Эльф дал задание заряжать магические камни по порядку, дозируя заряд от крохотных искорок до полноценной напитки магией, который должно хватить год. И таких тридцать камней!

Настоящая пытка, которая сопровождалась нелестными комментариями о результатах. Ведь я выдыхалась, не дойдя даже до десятой части.

– Слабо, – покачал головой Азриэль, наблюдая за моими потугами. Он взмахивал рукой, опустошая камни, и приказывал. – Еще раз.

Я чертыхалась и начинала снова.

Но каждая следующая попытка лишь отдаляла меня от финиша.

– Это задание поможет тебе не только расширить запас сил, – пояснял эльф, расхаживая вдоль стола, на котором лежали камни. – Но и помочь сконцентрироваться. Неправильно! Ты опять делаешь спустя рукава, а не как должно!

Когда наступил вечер и Азриэль милостиво разрешил отдохнуть, я рухнула в кресло, чувствуя, что готова заснуть прямо здесь.

«И не опоздаю на занятия с утра», – сонно подумала про себя.

Эльф стоял у полки с учебниками и, размышляя, разглядывал корешки. Он вытащил три книги и отложил в сторону. По лицу преподавателя невозможно было понять, устраивают его результаты или нет. Если спрошу прямо, эльф ответит честно, но нелестно.

– Почитай по первой главе из каждой книги сегодня. Там описываются основы, но тебе пока рано переходить к чему-то более серьезному.

Хотелось застонать, но мысленно повторила, что сама рвалась упорно учиться. Усилием воли заставила себя встать и взять книги.

– Устала? – вдруг поинтересовался Азриэль, покосившись на меня.

– Да, – было глупо отрицать.

– Отсутствие тренировок налицо.

– Я никогда столько камней не заряжала.

– Ты опять оправдываешься, – развернулся ко мне наставник.

– Я не оправдываюсь, – проворчала я.

– Ты не пытаешься стать лучше, а только оправдываешься, – раздраженно цыкнул преподаватель. – Я услышал один раз о том, что у тебя плохое образование. Больше слышать не желаю. Ты теперь моя студентка, мое лицо, а, значит, должна упорно учиться и тренироваться. Сделала меньше, чем я просил, значит, делаешь, пока не получится. Я ясно выразился?

Его глаза цвета морозного неба смотрели меня с непреклонной строгостью. Лицо угрюмое, губы поджаты. Ни капли мягкости и открытости.

Неудивительно, что его недолюбливают.

– Да, наставник.

– Завтра утром продолжим, – Азриэль вернулся к своему столу. – Выспись. Жду тебя к восьми часам.

Попрощавшись, я вышла в коридор и протяжно застонала.

Мысль, что сейчас нужно идти через двор, подниматься в свою комнату, вызывала желание полежать где-нибудь на ковре в коридоре. И пусть студенты будут крутить пальцем у виска, а преподаватели странно коситься.

Я все же пересилила себя и пошла на выход.

По дороге нужно обязательно заглянуть в столовую. Меня мучил ужасный голод.

Столовая Академии была просто прекрасной. Трижды в день она распахивала свои двери, и ты мог прийти поесть в течение двух часов, пока она открыта.

Помещение было просторным, с высоким потолком. Вдоль стены тянулись столы с множеством блюд на любой вкус, десертами, напитками, свежими овощами или фруктами.

Я набрала себе еды и прихватила яблоко, чтобы съесть его в комнате за чтением учебника. Сладкий морс и горячая еда быстро вернули мне хорошее настроение и силы.

Но уйти учиться не успела, как услышала за спиной:

– Привет.

В поле зрения появилась симпатичная девушка. Коренастая, немного полненькая, но с чудесным милым лицом и выразительными зелеными глазами. Дивные волосы она собирала в скупой пучок. И прятала взгляд всякий раз, как рядом проходили парни.

– Привет, – откликнулась я.

– Ты же первокурсница, да? – глаза девушки блеснули живым интересом.

Кивнула.

– Я со второго курса. Видела тебя при заселении в комнату, – смущенно улыбнулась она, словно было что-то постыдное в ее любопытстве. – Познакомиться не успела. Ты так быстро юркнула в спальню.

Соседка почему-то сразу же мне понравилась. Было в ней что-то такое. Живое, яркое, искреннее. Подобные люди светятся от счастья, поддерживают во время трудностей и по-настоящему радуются твоему успеху.

Но я не так хорошо разбиралась в людях, поэтому вполне могла ошибаться. И все же девушка почему-то сразу мне понравилась.

– Лина, – представилась я.

– Ада, – заулыбалась новая знакомая. – Моя комната через три двери от твоей. Заходи, если хочешь.

– Если будет время, – поправила я, вспоминая, как Азриэль меня сегодня гонял.

– Поставили много занятий? – понимающим тоном уточнила она.

– Нет. Господин Азриэль будет дрессировать с утра до ночи.

Улыбка на губах девушки мгновенно потухла.

– Ты учишься у господина Азриэля? – неверяще переспросила она.

– А что такое?

Она опасливо оглянулась.

– Он же считается… Гхм. Самым непреклонным преподавателем. Из-под его наставничества выпустилось всего три человека.

– Почему так мало? – удивилась я.

– Не выдерживали, – горячо прошептала она. – Или проваливали экзамены через полгода.

Ада покачала головой.

– Ох, не завидую тебе.

Всего три человека? Даже если он работает всего пару лет, это очень мало. Неужели его требования настолько высоки?

Мне стало дурно при мысли, что после нескольких месяцев обучения могу оказаться на улице. Ведь Азриэль наверняка недоволен результатами, а удивить его моими способностями явно не получится.

«Если только не воспользуюсь родовой магией, чтобы остаться в Академии наверняка».

Всего на одно мгновение эта мысль мне показалась ужасно соблазнительной. Она промелькнула в голове и задела гадостную струну – желание получить все, что нужно простым и знакомым способом. Тем самым инструментом, которым научили владеть еще в детстве.

Я испугалась своей неожиданной слабости, поклявшись никогда не прибегать к этой магии, даже если Азриэль выставит меня с позором.

– А как так получилось, что ты стала у него учиться? – полюбопытствовала новая знакомая, с интересом подперев голову. – Говорят, к нему невозможно попасть.

Я пожала плечами.

– Наверное, у него было не слишком много вариантов. – Секунду подумала. – А какими были его ученики?

Ада прыснула.

– Лучшими, – авторитетно заявила она. – Таких выбирал, которые могли с первого года любого старшекурсника за пояс заткнуть.

– И даже они не проходили полный курс?

– Некоторые не прошли первых экзаменов и винили в этом Азриэля. Трое выпустилось, проучившись положенные пять лет. Но большинство бросали на втором или третьем году и переходили на общие занятия. Я даже лично знакома с парочкой ребят, которые ушли от него. Не стоит упоминать при них твоего преподавателя – начинают взрываться, как плохо сваренное зелье.

Ада наклонилась над столом, а я с интересом навострила уши, напрочь забыв, что собиралась идти отдыхать.

– Его недолюбливает половина учеников. И весь преподавательский состав. Но зато влюблена добрая половина студенток.

– Ну еще бы, – хмыкнула я, беззлобно улыбаясь.

– Согласна, – со знанием дела кивнула Ада. – Красивый, да. А вот характер просто… кошмар. Однажды столкнулась с ним на экзамене по иллюзиям. Так он своими вопросами и заданиями чуть меня не завалил. Повезло, что его срочно вызвали и экзамен принял другой преподаватель.

Девушка передернула плечами.

– До сих пор в дрожь бросает, как вспомню его взгляд.

– Я ему при поступлении сказала, какой у него ужасный характер и огромное эго, – по секрету поделилась я.

– Да ну! – поражённо выкрикнула она. – Ты врешь!

– Нет, именно так, прямо в глаза, – засмеялась я, чувствуя себя лучше от разговора с Адой. Меня словно бы снова наполнили жизнью после истязательств Азриэля.

– Хотела бы я увидеть в этот момент его лицо.

– К сожалению, отреагировал он… – покачала я головой, – никак.

– Эх, жаль.

– А какие еще про него слухи ходят?

Я откусила от яблока и допила сладкий морс. Времени на ужин оставалось немного, поэтому нужно завершать разговор.

Ада заправила за ухо непослушную кудрявую прядь светлых волос.

Оглянулась, словно боясь, что ее может кто-то услышать.

– Говорят, он обучил одного парня, который через год после выпуска стал главой магического отряда боевиков, сопровождающим самого короля. Такую должность и так быстро… Это феноменально!

– Видимо, способный, – предположила я, чувствуя себя белой вороной среди всех этих гениальных учеников.

Ада хмыкнула.

– Может быть. Но свое место он получил быстро и заслуженно. По словам моего дедушки, равных ему в бою просто нет. Тот парень как-то сражался с целым отрядом опытных наемников и одержал победу. Его ничто не способно вывести из равновесия, кроме… упоминание Азриэля. – Девушка многозначительно вздернула бровями. – Одно только имя преподавателя вызывает приступ ярости. Настолько ненавистен ему Азриэль.

– Чем же он ему так насолил?

– Учил, – пожала плечами Ада.

Девушка глянула на двери столовой. Видимо, тоже вспомнила, что ужин скоро закончится.

– Мне пора идти, – лучезарно улыбнулась соседка. – Давай встретимся завтра и поболтаем еще. – Она вскочила. – Удачи тебе, Лина.

– Спасибо.

Ада вскоре умчалась. Лишь зеленая длинная юбка мелькнула среди ходящих туда-сюда учеников.

Я задумчиво уставилась на огрызок яблока, переваривая в голове слова соседки.

Не все, значит, проходили обучение…

Интересно узнать правду обо всем этом, а не слухи. Но сам Господин Азриэль вряд ли ответит. Скажет, что мне незачем оглядываться на других, лучше бы о себе беспокоилась.

И все же разговор с Адой застрял в голове.

Я встала и, убрав за собой, покинула столовую.

Несмотря на усталость, решила последовать советам своего кошмарного преподавателя. Он сказал, что я должна учиться упорнее и много тренироваться, иначе просто не смогу достигнуть желаемого.

Выйдя на улицу, я уверенно зашагала обратно к учебным классам, намереваясь доказать господину Азриэлю, что он выбрал меня не напрасно.

Я не буду в списке тех, кто провалит экзамен в первом семестре.

Глянула на окна учебного здания, разглядывая мелькающие вспышки магических заклинаний.

– Я буду лучшей, – решительно пообещала себе.

Глава 5

Просыпаясь, я первым делом ощутила сильную боль в шее. Со стоном разогнулась, чувствуя онемение во всем теле, особенно ногах и спине. Голова трещала и рисковала развалиться пополам.

– О-о-о-й, – потянулась я, стараясь размяться.

Сама не заметила, как заснула вчера на ученическом столе с камнями перед носом. Помнится, старательно напитывала их магией один за другим, пытаясь с каждым разом зарядить все полнее.

Время давно перевалило за полночь, а я все сидела и тренировалась. Не помню, до какого камня дошла. Видимо, так устала, что заснула прямо за столом.

Я снова потянулась и ощутила, как с плеч соскользнула какая-то ткань. Присмотрелась и поняла, что это был темно-синий плед, похожий на те, которые обычно лежат у лекарей.

Откуда он здесь?

Я не приносила. Хотя вчера заметила прислужниц, убирающих коридор. Может, кто-то из них увидел меня спящей и решил прикрыть пледом? Ведь ночи уже холодные.

Кстати, сколько времени?

Я глянула на часы над ученической доской.

Фух. Еще есть немного до занятий. Успею зайти в комнату, умыться, перекусить и вернуться к кабинету Азриэля до начала нового учебного дня.

В спальне я быстро привела себя в порядок и подошла к шкафу, чтобы переодеться.

В зеркале на стене отразилась незнакомая фигура, отчего опять стало не по себе. До сих пор не могу привыкнуть к своей новой внешности, искаженной медальоном. Но зато была в ней польза – я заметно меньше привлекаю внимание парней. И если раньше через одного не давали прохода, приглашая на свидания, то сейчас лишь вскользь рассматривали и отворачивались.

Послышалась тихая трель.

Кто-то пытался связаться со мной по магической проекции.

Я удивленно глянула на коммуникатор, лежащий не кровати. Совсем небольшой, размером с пудреницу, но умеющий практически полностью воспроизвести внешность человека по другую сторону связи.

Коммуникатор настойчиво трещал без перерыва.

Кто-то очень хотел со мной поговорить.

Вряд ли это мама или сестры. Я заблокировала их сразу же, как сообщила о своем решении учиться. Сомневаюсь, что кто-то другой из родственников. Большинство поднимается не раньше обеда, а сейчас раннее утро.

Трель все не умолкала. Она чем-то напоминала тихое пение птиц, но звучала так тревожно и надрывно, будто невидимая птаха билась в конвульсиях.

Я решительно подошла к кровати, на которой оставила магический коммуникатор. К сожалению, не всегда ясно, кто звонит. Это могут быть как родственники, так и кто-то посторонний.

«Неужели генерал? – с ужасом и волнением подумала я. – Все-таки выследил меня?!»

Может проигнорировать вызов? Но вдруг это что-то важное?

Любопытство победило осторожность, я сняла медальон и взмахом руки ответила.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом в комнате появилось искаженная фигура. Настолько искаженная, что не было ясно, кто это.

И когда связь наладилась, я отчаянно вздохнула.

– Привет, Фелиция.

Подруга появилась передо мной раздраженная, в напряженной позе, сложив руки на груди и грозно хмурилась. Девица нетерпеливо постукивала каблуком, ожидая, когда связь наладится.

– Почему принц Валериан все еще не любит меня? – без приветствия спросила «подруга». – Ты обещала, что он влюбится в меня!

– Фелиция…

– Он собирается жениться на другой! – взвизгнула Ция. – На той мымре! Дочке посла!

Изображение девушки дрогнуло. Она сменила позу, воинственно подперев бока. Хорошенькое лицо исказила злая гримаса.

– Когда принц меня полюбит?! После женитьбы на другой?!

Если бы я знала, что это Фелиция пытается связаться со мной, даже не взглянула бы на коммуникатор. У меня попросту не было ответов на ее вопросы. Не могла же ей сказать, что все пошло совсем не так, как планировалось. Она ведь растреплет всему свету про наши способности.

Как же я злюсь на ту маленькую и наивную себя, которая рассказала подружке по секрету о даре.

– Я тебя предупреждала, что наша магия нестабильна, – старательно подбирая слова, ответила ей. – Возможно, влюбится, но не сразу.

– Или просто магия не сработала? – на губах Ции появилась странная ухмылка. – Как надо.

– Возможно – осторожно ответила ей.

Девушка вдруг дружелюбно улыбнулась, словно не демонстрировала мне оскал секунду назад.

Фелиция оглянулась, рассматривая комнату зелеными глазами магической проекции.

– И где это ты сейчас, подружка?

– Неважно, – отмахнулась я, ощущая, как свербит в душе неприятное чувство, будто все гораздо хуже, чем мне кажется.

– Я ходила к тебе домой, – выдала подруга. – Твоя мама говорит, что ты уехала учиться в какую-то Академию. И что это за Академия?

Я прикусила губу, стараясь не выдать своего волнения. Не верю, что она спрашивает просто так.

– Аделина, где ты? – требовательней спросила Ция. И снова на ее губах появилась эта странная ухмылка. Она будто знала гораздо больше, чем говорила и крайне гордилась козырями в своем рукаве.

– Мне пора, – решила завершить беседу, прежде чем магическую связь можно было бы отследить.

– Мы недоговорили.

– Пока.

– Если сейчас отключишься, у тебя будут проблемы.

Моя рука замерла над магическим коммуникатором.

На висках выступил пот, а внизу живота разлился холодок. Ее голос звучал так угрожающе и повелительно. Никогда прежде не слышала от Ции подобных интонаций. Я будто говорила с совершенно другим человеком.

– В каком смысле? – спросила я, чувствуя сухость во рту.

– Нам нужно поговорить с глазу на глаз, – не ответила она. – Не через коммуникатор.

– Нет.

– Это не обсуждается.

– Мне некогда.

– Если откажешься, я превращу твою жизнь в настоящий кошмар, – процедила она. – Поверь, у меня достаточно информации и связей, чтобы превратить репутацию всей твоей семьи в ничто.

Гадина!

Она не была такой в детстве. Что случилось с Цией? Неужели готовится к роли королевы со всеми этими дворцовыми интригами?

Вон даже манипулирует мной. И весьма удачно.

Я вздохнула, понимая, что опять начинаю терять контроль над ситуацией. Казалось, все налаживается, пока Ция не напомнила мне: от проблем невозможно убежать и спрятаться. Их нужно только решить.

– Где? – с неохотой спросила я.

Губы подруги растянулись в победоносной улыбке.

– В Боромее. Я пришлю тебе на коммуникатор точное место встречи.

Я качнула головой соглашаясь.

Можно лишь догадываться, что меня там ждет, но пойти придется, иначе подруга действительно превратит мою репутацию в ничто. Уж в это я верила.

– Пока, Аделина, – ехидно произнесла Ция и отключила связь.

Кажется, все еще хуже, чем я представляла.

***

Подруга вскоре после разговора прислала на коммуникатор улицу и дом, где собиралась со мной встретиться.

Встреча в Боромее состоится через несколько дней. Этот город находится недалеко от Академии. Всего пара часов пути на лошади или полдня пешком.

Что меня ждет? Она так таинственно улыбалась, словно бы затеяла нечто пакостное.

Может, все-таки отказаться?

– … Не забывай проверять уровень силы…

И все же, почему она хочет поговорить с глазу на глаз?

– …обязательно прочти тему…

Может, в том городе будет принц Валериан? И она захочет повторить попытку?

– Ты меня не слушаешь.

Я вздрогнула и, выплывая из тягостных дум, подняла глаза.

Азриэль стоял напротив, грозно нахмурив брови.

– Ты витаешь в облаках и совсем не слушаешь, что я тебе рассказываю.

Щеки запылали от смущения.

– Простите, наставник.

Эльф терпеливо вздохнул.

– Повторять второй раз не буду. Если завалишь работу, то получишь от меня плохую отметку.

– А вы вообще кому-то ставите хорошие оценки? – с иронией уточнила я.

Преподаватель успел отойти на несколько шагов, но после моего вопроса остановился и повернулся. Лицо мага стало непроницаемым, а глаза вспыхнули холодным синим пламенем.

– Собираете про меня сплетни, студентка?

Он говорил так, что слышался звон льдинок в интонациях голоса. И если до этого мне казалось, что эльф злится – я ошибалась. Вот он, настоящий гнев.

– Вовсе нет, – опешила я.

– То, что я редко ставлю хорошие отметки, знает вся Академия, – сурово подчеркнул преподаватель. – Наверняка вы успели насобирать слухов. Понравилось слушать гадости про меня?

Я удивленно уставилась на Азриэля, не понимая, почему его так сильно задел безобидный вопрос. Видимо, мне что-то неизвестно, иначе по какой причине эльф так внезапно завелся.

– Я не имела в виду ничего плохого, – собравшись с мыслями, твердо ответила Азриэлю. – И не собирала сплетни про вас.

– Неужели?

Ох, еще одно слово, которое обычно ничего хорошего не значило. Как и его «угу».

– Понимайте как хотите. Я ничего плохого не подразумевала. Раз вам кажется, что все хотят насолить «лучшему преподавателю Академии», то проблема не в окружающих, а в вас.

Я фыркнула. Хотелось добавить что-то еще, но решила помолчать, чтобы не накалять ситуацию.

Какой же он тяжелый человек… точнее, эльф.

Некоторое время в аудитории висела напряженная тишина. Я видела по лицу Азриэля, что он хочет поддаться соблазну поскандалить со мной, но эльф старательно глушит в себе это желание. Маг глубоко вздохнул, позволяя лицу стать непроницаемым. И сложил руки на груди, закрываясь от меня.

Я теперь понимаю, почему многие не могли продолжать у него учебу. Он хороший преподаватель, но невообразимо сложная личность, которая не хочет идти навстречу и проявлять хотя бы малейшую гибкость в работе со студентами.

Учиться у него будет трудно. Ведь помимо высокого эго, надменности, он еще и ищет любую возможность найти двойное дно в моих словах.

– Ты поняла, что тебе нужно сделать? – сухо спросил наставник.

Я замялась, ведь частично пропустила некоторые его фразы мимо ушей.

– Что делать? – растерялась я.

– Ты же слушала меня, – эльф надломил бровь.

Я покосилась вправо и вверх, копаясь в воспоминаниях и чувствуя на себе пристальный взгляд глаз цвета морозного утреннего неба.

– Ты уверяла, что слушала меня внимательно, – недовольно нахмурился наставник. – А также твердила, что будешь хорошо учиться. Не вижу ни первого, ни второго. Не вижу стараний. Не вижу огня в твоих глазах. Ты хочешь быть мастером, но ничего не делаешь для этого. Еще немного и я начну думать, будто ты необучаемая.

Поджала губы, чувствуя, как становится больно от обиды. Я никогда не считала себя неженкой, но почему-то стало очень горько от его слов. Не получалось не обращать внимания, словно бы мне было не все равно, что он думает…

– Я стараюсь изо всех сил! – воскликнула я. – Невозможно же, чтобы я за один день вдруг стала искусным магом! Да, я не совершенна, но и не бездарность!

– Ты даже не можешь зарядить обыкновенные камни, – эльф скривил губы в подобие улыбки. – Что уж говорить про умение снимать серьезные проклятья.

– Могу!

– Не поверю, пока не увижу.

Я резко встала. Стул с пронзительным скрипом отодвинулся назад.

Ладони горели от злости и переполнявшей меня магии. Со стороны могло показаться, будто хочу напасть на Азриэля, но нет, я приготовилась продемонстрировать, что он неправ. Я сверлила злым взглядом преподавателя, а он в ответ равнодушно следил за мной.

Маг вздернул подбородок вверх, словно бросая мне молчаливый вызов.

Что ж… Принимаем!

Я посмотрела на камни, лежащие передо мной на столешнице.

Вчера ночью и вправду у меня не получилось зарядить их до конца, но сейчас внутри кипела злость и хотелось доказать надменному преподавателю, что могу больше. Гораздо больше.

Короткий вдох. Сосредоточенность.

Резкими, порывистыми движениями нарисовала формулу для заряда. Оранжевые линии четко и гладко встали на свое место, отобразив ряд знаков.

Магия срывалась с пальцев равномерно, обжигая кожу подвластной силой. Теплый свет оставлял тени за камнями, заставил воздух искриться от напряжения.

И когда формула была закончена, я одним отточенным движением взмахнула рукой и разом заполнила энергией все камни от начала до конца, в точности отмерив заряд для каждого из них.

Оранжевая вспышка погасла, сделав пустую аудиторию холодной и темной.

Желудок перевернулся, а в голове зазвенело. Слишком быстро выбросила поток магии, поэтому помутнело в глазах.

Я даже пошатнулась, но нашла в себе силы выровняться и подавить слабость.

Азриэль опустил глаза, изучая результат.

Честно говоря, ожидала от него мимолетной улыбки, одобрения во взгляде, хорошего слова. Хотя бы кивка!

Но учитель лишь взмахнул рукой, опустошая камни.

– Еще раз и на этот раз внимательнее.

***

Я сидела в столовой, хмуро размешивая салат в тарелке. Есть совершенно не хотелось, но нужно что-то в себя затолкать, иначе рискну свалиться в голодный обморок прямо на занятиях.

Представляю, как Азриэль будет смотреть на мое бесчувственное тело и ворчать, что ничего не добьюсь, если буду лежать в обмороке.

Я вздохнула.

Настроение совершенно паршивое.

Я понуро наблюдала, как студенты весело беседуют друг с другом. Многие светились от счастья, смеялись и просто жили, как нормальные люди.

А я…

Отодвинула от себя тарелку, ничего так и не съев.

У меня бродило столько неприятных мыслей, что совершенно не могла почувствовать себя хотя бы капельку живой и беззаботной. Вся эта катавасия с родовой магией, сочувствие к генералу, придирки матери, недопонимание в семье, предстоящая встреча с подругой, всё это кружилось в голове. Даже заснуть не могла, потому что без конца думала о своих проблемах.

Еще и Азриэль подливал масла в огонь. Весь день заставлял заряжать камни, опустошая их раз за разом. Совершенно не понимаю, как учиться, когда только и думаешь: доволен тобой преподаватель или нет.

Я подперла голову и уставилась на студентов, оживленно обсуждающих предстоящие выходные. В разговорах были планы вместе отправиться изучать город, в котором располагалась Академия, устроить совместные посиделки, поехать к родителям или просто почитать интересную книгу на лавочке в парке Академии.

Мне же нужно готовиться, ведь Азриэль вдвое увеличил количество книг, с которыми необходимо ознакомиться в ближайшее время.

Взгляд выхватил из толпы знакомую зеленую юбку.

Ада торопливо направлялась ко мне, сверкая белозубой улыбкой. Она шла изящно, как леди. Даже лишний вес не мешал ей ступать, как настоящей фее.

Плохие мысли выветрились из головы при взгляде на новую знакомую.

За спиной Ады шли еще две девушки. Они также целенаправленно двигались в мою сторону, заставив меня несколько опешить от удивления.

– Привет, Лина.

Ада села напротив.

– Привет, – протянула я, наблюдая, как за столом рассаживается группа девиц.

– Девочки, – воскликнула Ада, выпрямившись, как на уроке. – Знакомьтесь. – Показала на меня. – Это Лина. Она первокурсница.

– Привет.

– Рада познакомиться.

Ада довольно кивнула и улыбнулась. Ее румяные щеки стали еще ярче, отчего девушка напомнила мне доброго пекаря.

– Лина, это мои подруги. Та, что справа от меня – Милена.

Второкурсница кивнула на девушку с неправильным прикусом. Нижняя челюсть Милены немного выступала вперед, портя внешность. Но чудесные зеленые глаза могли пленить любого мужчину, как и длинные идеальные волосы, которым даже я позавидовала.

– Слева от меня – Хлоя.

Вторая девушка потупила серые глаза. Она выглядела непримечательной, неяркой и даже скучноватой на вид.

– Привет, Лина, – голос девушки оказался красивым и музыкальным.

Ада с удовольствием пожала плечами, словно испытывала огромный восторг от знакомства.

– Лина, если ты не против, мы хотим взять тебя в наш клуб! – торжественно заявила она.

– Клуб? – недоуменно уточнила я. – Какой клуб?

– Клуб дурнушек, – ответила Милена.

– Очаровательных дурнушек, – поправила Ада.

Я прыснула, но потом не выдержала и тихо засмеялась.

Вот уж никогда бы не подумала, что меня зачислят в клуб дурнушек.

– Я же говорила, что она не обидится, – сказала Ада, обращаясь к подругам.

– Но Лина же смеется, – смущенно произнесла Хлоя.

Я помахала рукой перед лицом, словно хотела отогнать смех как надоедливую муху.

– Не обижайтесь, я смеюсь не над вами. Правда.

Немного подумав, я вдруг поймала себя на мысли, что ненадолго забыла про свои проблемы рядом с этими девушками. Казалось бы, такая мелочь, но Ада с подругами, словно три лучика солнца, которые смогли разогнать мрачные тучи в моей голове.

Решение пришло сразу. И мне оно показалось таким удачным, поэтому ответила без сомнений:

– Я не против вступить в ваш клуб.

Ада загорелась, будто яркая магическая вспышка.

– О, как же я рада!

Милена захлопала в ладоши, а Хлоя порозовела, став похожей на поспевший помидор.

– И что же вы делаете в своем клубе? – по-доброму смеясь, спросила я.

В животе заурчало. Проснулся голод, поэтому я придвинула тарелку с салатом и начала активно уплетать еду.

– Просто дружим, общаемся, жалуемся на проблемы и поддерживаем друг друга.

– Ого!

Действительно, впечатляло. Хотя и существовали люди, которые лишь притворяются, что сопереживают друг другу. И только время покажет, правда ли они так дружны.

– Дурнушки должны держаться вместе, – резонно заявила Милена.

– Вы считаете себя некрасивыми?

– Мы как компот из кислых яблок. – Ада подмигнула мне. – Только для настоящих ценителей.

Я заулыбалась, чувствуя, как плохое настроение окончательно отступает.

– Сама подумай, – продолжила Ада и обвела рукой столовую. – Все эти красотки только притворяются, словно им неважна внешность, но на самом деле дружат с дурнушками, потому что на их фоне выглядят гораздо лучше.

Видимо, у Ады был негативный опыт дружбы с какой-то красавицей. Как и у меня разбились мечты о детской привязанности из-за Ции.

– Не думаю, что все красавицы заслуживают такой критики, – не согласилась я.

– Все, – вместо Ады подчеркнула Милена.

Ладно. Не буду с ними сейчас спорить.

– Скажи, а это правда, что ты ученица господина Азриэля? – вдруг поинтересовалась Милена.

Я кивнула.

Хлоя и Милена переглянулись.

– Слышала, он старается не брать девушек на обучение, – понизив голос, поведала Ада.

– Почему? – спросила я.

– Все как одна влюбляются в него. Господин Азриэль на чувства не отвечает, чем разбивает им сердца. Некоторые уходят. Другие, что посмелее, доводят желание добиться его расположения до абсурда.

– О! О! – оживилась Милена. – Я слышала, что одна пыталась его опоить любовным зельем.

– А я слышала, что другая прокралась в дом эльфа и встретила пришедшего преподавателя, будучи в неглиже, – хихикнула Ада. – Говорят, он выгнал ее на улицу, милосердно вручив полотенце.

– Одна вообще пыталась привязать брачным заклинанием, – поддержала смех Милена.

– Странно, что он взял девушку. Ведь еще ни одна не смогла у него нормально учиться.

Действительно, очень странно.

Я представила себе, как пыталась бы соблазнить Азриэля, кокетничала с ним. И мне стало смешно. Не вызывал преподаватель у меня никаких романтических чувств. Только раздражение.

– Вижу по твоему лицу, что ты не относишься к веренице влюбленных девиц, – тонко подметила Милена. – Это хорошо, что ты сразу оставила все надежды.

– В каком смысле? – заинтересовалась я.

– Такие, как он, выбирают только красивых, – вместо Милены ответила Ада. – А мы дурнушки, увы, не подходим утонченному вкусу эльфийских кровей.

– Больно-то надо получать его внимание, – фыркнула я. – И, кстати, не согласна с вами.

– Да ну? – с вызовом спросила Ада, продолжая улыбаться.

– О вкусах не спорят, – авторитетно заявила я. – И красавцы обращают внимание на кого-то средней внешности. Его может заинтересовать что-то другое.

– Не говори только про богатый внутренний мир, – с сомнением высказалась Милена.

– Не обязательно. Мужчину может привлечь грация, фигура, улыбка, глаза, милые ямочки на щеках, заинтересованный взгляд, красивый смех, чудесный характер, умение вкусно готовить или просто поражать своими выходками. – Пожала плечами. – Перечислять можно очень долго.

Я указала вилкой на Милену.

– Характер, кстати, играет немаловажную роль.

Девушка пожала плечами, молчаливо не соглашаясь со мной.

Ничего, попробую доказать, что она не права при удобном случае.

– Господин Азриэль, правда, такой ужасный, как о нем говорят? – вдруг спросила Хлоя.

– Вовсе нет, – твердо ответила я. – Глупости все говорят про его характер.

На самом деле мне просто не хотелось, чтобы эта куча сплетен умножалась. Хотя этого все равно не избежать.

– Тебе нравится у него учиться? – спросила Ада.

– Да, – кивнула я, стараясь выглядеть убедительно. – Азриэль – хороший преподаватель.

– Кстати, – оживилась Милена. – А ты идешь на бал?

– Какой еще бал?

– Он проводится в конце второй недели обучения, – поведала Милена. – На целый вечер парк за пределами Академии украшают, приглашают артистов и готовят всякие вкусности. У студентов появляется шанс познакомиться с кем-то, повеселиться и просто легче влиться в новую жизнь.

Хм, мысль интересная.

– Почему бы и нет, – ответила я. – Нужно будет как следует всем подготовиться.

– Да! – активно кивнула Ада.

– Может, встретим там кого-то, – смущенно сказала Хлоя, скорее всего, имея в виду парней.

– Обязательно, – подтвердила я.

А про себя подумала, что всего через несколько дней должна буду встретиться с Цией. И мне неизвестно, что именно придет на ум «подруге».

Глава 6

Я спускалась по витой лестнице в подземелье Академии. Маленький магический фонарь едва рассеивал тьму на расстоянии вытянутой руки и выхватывал из темноты лишь голые стены и узкие ступеньки.

От этого места у меня мурашки по коже. Почему Азриэль решил провести урок именно здесь?

Сегодня утром преподаватель в очередной раз навестил меня в комнате. Он пришел, когда не было даже шести утра, и стучал, пока я сонно пыталась понять, что происходит.

Ступеньки закончились, а впереди была чуть приоткрытая дверь. За ней слышались шаги и звон стекла, будто кто-то переставлял пузырьки с места на место. Из щели на лестницу просачивался холодный голубой свет. Изредка слышался бубнеж, бульканье и шелест книжных страниц.

Я приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

Помещение было небольшим, удивительно светлым и чистым, заставленным столами, шкафами, полками, склянками и банками. А среди всего этого крутился Азриэль. Эльф сосредоточенно отбирал ингредиенты, порошки и какие-то жидкости, бросал в маленький котел, сверялся с книгой, что стояла перед ним на подставке. Маг был так увлечен изготовлением зелья, что не заметил меня.

Я обратила внимание, что преподаватель собрал свою длинную шевелюру в хвост, чтобы ни единый волосок не попал в капризное варево. При этом Азриэль был в привычном зеленом камзоле. Видимо, не боялся испортить хорошую ткань едкими ингредиентами. Зато лицо защищала специальная магическая маска. Она чем-то была похожа на обычную перламутровую, только практически прозрачную. Эта защита может помочь даже от прямого попадания кислоты.

Я про такие слышала, но ни разу не видела.

Они создаются обычным заклинанием, но используются редко, потому что приходится подпитывать их своими же силами. А изготовление зелий иногда занимает не один час.

Я зашла внутрь и наморщила нос. Воняло чем-то скисшим. И запах шел, кажется, от зелья Азриэля.

– Наставник, – позвала его.

Эльф, читавший книгу, быстро оглянулся.

– Я уже думал, что ты заблудилась.

Он захлопнул фолиант, прежде чем я смогла рассмотреть название зелья.

Азриэль взмахом руки уменьшил огонь и жидкость цвета спелой сливы перестала бурлить.

– Это лаборатория Академии? – спросила я, разглядывая огромное разнообразие ингредиентов.

– Нет, моя лично.

Азриэль вторым взмахом руки снял с себя маску.

Надо же, у «лучшего преподавателя Академии» даже своя лаборатория. Но с другой стороны, это понятно, никто бы не допустил учащихся к такому количеству ингредиентов.

– Студенты крайне неаккуратны, – критиковал Азриэль, опершись рукой о стол, где готовилась магическая субстанция. – Тех, кто умеет варить хорошие зелья – единицы. И те старшекурсники. И то, большую их часть нельзя подпускать к лаборатории.

– Почему?

– Не догадываешься?

Мотнула головой.

– А что ты бы делала, умей варить хорошие зелья и имея доступ к редким ингредиентам?

Меня озарила догадка.

– Торговля?

Азриэль кивнул.

– Частенько ловят студентов, продающих местным амурные зелья, выжимки с привлекательными для женщин запахами, отвары, способные любить кого угодно всю ночь. Мужчины – самые частые клиенты в таких вопросах. Студенты этим и пользуются.

Я почувствовала, как у меня зардели щеки, но все равно заулыбалась. Даже не подумала, что Азриэль будет посвящать меня в нечто подобное. Не то чтобы я была очень скромной, но, кажется, разговор все же вышел несколько… интимный для преподавателя и студентки.

– Мне не нравится, когда ты так улыбаешься, – нахмурился Азриэль.

– Почему? – вздернула я бровями.

– Это очень раздражает, – маг отмахнулся, словно пытался прогнать мое хорошее настроение. – Ты словно находишь что-то забавное в моих словах.

– Я не смеюсь, наставник, – откликнулась я, продолжая тем не менее ухмыляться во весь рот. – Правда. Мне просто очень нравится то, что вы без тени стеснения рассказываете студентке, как местные мужчины любят подстегивать свои возможности дополнительными… ухищрениями. Странно, что вы так много об этом знаете.

Эльф метнул на меня взгляд, от которого меня чуть не воспламенило. Я же состроила саму невинность, пытаясь убедить его, что не поняла, о чем ляпнула.

Азриэль поджал губы, отвернулся и решил сделать вид, будто ничего не слышал. На мгновение мне показалось, что он хочет что-то сказать, но решил промолчать, чтобы это не выглядело, будто действительно оказался пойман на двусмысленности и теперь оправдывается.

– Пора начинать занятие, – сухо произнес он.

Потушил огонь, тем самым завершая процесс.

– Что это? – с любопытством заглянула в котелок. Изготовление зелий для меня такой же темный лес, как и использование заклинаний.

– Зелье. Но какое я пока не скажу.

– И зачем оно?

– Практиковаться.

Мужчина потянулся к одной из полок и достал пустую колбу. Взял черпак и ловко налил варево в стеклянный сосуд. После протянул мне.

– Мне его выпить? – неуверенно уточнила я.

– Не волнуйся, зелье на тебе пробовать не будем. – Но, наверное, эльфу очень хотелось. – Бери в руки и пошли к «призраку».

– «Призраку»?

Я знала, кто такие призраки, но не понимала, какое отношение духи имеют к зельям.

Азриэль уверенным шагом двинулся через лабораторию к неприметной двери, ведущей в другую комнату. Оказавшись внутри, я с любопытством уставилась на пустое помещение с гранитным полом. Здесь было холодно и немного жутко.

Эльф повернулся ко мне.

– Правила обращения с «призраками» просты. – Азриэль двинулся к середине комнаты. – Никогда не притрагивайся к ним голой кожей. И всегда после зелья, заклинания и прочего – очищай. Если на «призраке» отложится слишком много заклятий, может случиться кое-что похуже твоего изгнания из Академии.

Мужчина нарисовал в воздухе несложную формулу.

– Запомни!

Я внимательно вгляделась в каждый элементарий, запоминая расположение. Формула довольно простая, но все равно не понимаю при чем здесь духи.

– Вы испытываете заклинания на привидениях?

– Нет, – мотнул головой Азриэль, подпитывая формулу магией. Очень осторожно и не спеша.

Вдруг по полу начала стелиться густой зеленоватый туман. Он двигался от стен к центру комнаты, скручиваясь в воронку. Пока через минуту не превратился в человека. Если точнее, в подобие человека.

Сразу сложно было определить, мужчина это или женщина, настолько размыты оказались черты. Мертвый взгляд смотрит вперед, а руки вытянуты по швам, как у куклы.

– Это не призрак и, конечно, не человек, – пояснил Азриэль, доставая из кармана свой карандаш. – Просто похож, поэтому так и назвали.

Я шагнула вперед, чтобы рассмотреть получше, но Азриэль остановил, вытянув передо мной руку.

– Не надо приближаться.

– Они опасны?

– Нет, но, как и говорил, лучше не касаться. Даже случайно.

Азриэль начал обходить создание, держа заметное расстояние.

– Эти якобы призраки нужны для испытания зелий и заклинаний. Они не чувствуют боли и всего спектра того, что на них испытывают. Но могут имитировать последствия.

– Даже смерть?

– Даже смерть, – кивнул Азриэль. – Любовь, страх, ненависть, боль, болезнь. С единственной разницей, что можно регулировать время, которое уходит на то, как быстро должно среагировать зелье или заклинание. А после испытания «призрак» надо обязательно очистить, чтобы не случилось что-то ужасное.

– Например, взрыв?

– Или похуже, – пожал плечами преподаватель. – Я как-то слышал, некий ученый хотел посмотреть, что случится, если он будет использовать разные зелья на одном «призраке».

– И что случилось?

– Половина города отравилась. Но вроде никто не умер.

– Получается, на этой штуке можно испытывать любое зелье и заклинание, а также пытаться найти противоядие или противодействие?

– Верно, – кивнул Азриэль и уголок его губ дернулся, словно маг хотел улыбнуться.

– Удивительно, – выдохнула я. – Это как раз то, что мне надо!

Я едва не выкрикнула, что «призрак» поможет мне найти противодействие для моей родовой магии.

– Изобретение моего наставника. – вдруг произнес Азриэль. – Оно облетело все страны, и до сих пор считается одним из величайших в истории.

– Ваш наставник просто гений!

Эльф кивнул, но больше ничего не добавил. Его реакция была не гордостью, а почему-то грустью.

– Запомни, Лина, ты можешь спускаться сюда, чтобы тренироваться. Можешь использовать «призрака» и любой ингредиент. Можешь просить заказывать то, чего у меня здесь нет.

Маг шагнул ко мне и навис так, словно был огромной волной, готовой смыть меня в море и похоронить под толщей воды.

– Но если я узнаю, что ты используешь мою лабораторию не для пополнения своих знаний, – его взгляд скользнул по моему кулону. – Уверяю тебя, ты незамедлительно будешь отчислена.

– Ладно, – откликнулась я, чувствуя себя некомфортно из-за того, что эльф подошел так близко.

Мужчина отпрянул.

– Теперь дай «призраку» колбу.

Азриэль передал мне щипцы, которыми нужно подать сосуд.

Я протянула зелье существу. Полупрозрачная фигура сначала ничего не делала, а потом подняла безвольную руку и взяла колбу. Через несколько секунд поднесла к губам и выпила.

Сперва ничего не происходило, а потом фигура изменилась. Призрачного человека скрутило, будто у него сильно заболел живот. Учебный призрак упал на колени. Его шатало, как пьяного. Кожа стала нездорово синей, а потом он встал и замер, глядя вперед мертвыми глазами.

– Что это? Что сейчас случилось? – обратилась я к Азриэлю, продолжая завороженно пялиться на подобие человека. – Он отравлен?

– Это твое первое задание в лаборатории, – ответил преподаватель, сомкнув руки за спиной. – Определи, что это. По внешним признакам, реакциям и магической энергии.

– Но я же не знаю про зелья… ничего, – неуверенно произнесла я.

– Мастерам, разрушающим проклятья, часто приходится иметь дело, с чем ни разу не сталкивались.

Преподаватель отошел на несколько шагов.

– Вперед. Я буду наблюдать.

У меня ушел почти весь день на то, чтобы найти около десяти признаков, которые помогли бы определить, что за зелье сварил Азриэль. Я старалась, как могла, но огромные пробелы в знаниях ужасно мешали. И все же я не сдавалась и тщательно искала все зацепки.

И когда почувствовала непереносимую усталость в ногах и спине, а также ужасный голод, Азриэль отпрянул от стены и взмахом руки заставил «призрака» исчезнуть.

– На сегодня хватит. Запиши все свои наблюдения. Завтра продолжишь.

Я вдруг вспомнила, что завтра вторую половину дня планируется праздник, на который хотела сходить с новыми подругами.

– Наставник, – начала я, чувствуя, что сейчас говорить намного сложнее.

Вместе с эльфом мы вышли обратно в лабораторию. Азриэль разлил зелье еще по нескольким колбам, а остальное попросту выплеснул в подобие умывальника.

– Да, Лина?

– Могу продолжить послезавтра?

– Почему не завтра?

– Я хотела сходить на праздник. Все, кто учится в Академии, пойдет.

Азриэль скривился, будто объелся кислых яблок.

– Точно, совсем забыл про этот нелепый праздник.

Я выжидающе смотрела на педагога, ожидая ответа, но эльф лишь убирал назад ингредиенты, которые использовал для зелья.

– Так… можно?

– Нет, нечего тебе там делать, – отсек Азриэль.

– Но, наставник, иногда же и отдыхать надо!

– Праздник будет скучным, как и все предыдущие разы, – отмахнулся преподаватель. – Будут глупые танцы, не менее глупые распевания хором. Студенты, втайне распивающие эль и пристающие к своим одногруппницам. Это не считая алчных торговцев, продающих втридорога сладости, артистов, что почище карманников. Какой-нибудь студент точно начнет дуэль. – Покачал головой. – Лучше изучи книги, которые я тебе дал, и попробуй определить, что за зелье я сварил. Это будет гораздо полезнее, чем нелепый бал.

Теперь мне вдвойне захотелось пойти.

– Наставник, но…

– Я дал тебе задание. Ты его должна выполнить завтра. А если увижу тебя на балу, заставлю весь день без запинки перечислять элементарии, – предупредил Азриэль, погрозив пальцем. – Ты меня поняла?

– Да, наставник, – вздохнула я и пробурчала под нос. – Зануда.

– Скажешь «спасибо» зануде, когда будешь выпускаться из Академии. – Азриэль взял со стола книгу. – И, кстати, еще одно задание. Прочти главы с пятой по двадцатую. До понедельника.

– Но это много! Я не успею!

– Придется, – злорадно ухмыльнулся он. – Не будешь в другой раз называть своего преподавателя «занудой».

Я скрипнула зубами и взяла книгу.

Вот же… Павлин!

***

Веселый заливистый смех заставил меня поднять глаза от учебника. Я сидела в своей комнате и хмуро читала книгу.

Среди всех пособий, что Азриэль мне давал, только эта вызывала зевоту. И придется прочесть пятнадцать глав, ведь преподаватель обязательно проверит мои знания.

Я вздохнула и посмотрела в окно на горизонт, разделенный пополам полосой леса и неба.

Сегодня выходной, студенты отдыхают, готовятся к балу, радуются, а я снова занимаюсь. Не то чтобы мне не хотелось учиться, но единственный день, когда устраивают праздник, могла бы и расслабиться.

Со двора опять донесся смех, и я встала, чтобы закрыть окно.

Своих новых подружек я уже предупредила, что не пойду на бал. Они расстроились, даже предложили втихую сбежать из Академии, но Милена напомнила, что на празднике время от времени появляются преподаватели, контролирующие развеселившихся студентов. Кто-то из них может сообщить Азриэлю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.