Бетти Алая, Екатерина Антонова
Двойная метка. В плену боссов-альф

Глава 1

Стася

– Давай! Шевелись, блин! Наберут по объявлению! – пухлая тетка в очках в толстой оправе отчитывает меня уже минут пять.

– Да, да. Иду я, иду! – соглашаюсь со всем, затем подхватываю поднос и бегу в зал.

Так-то я не официантка, а охотница на оборотней. И сегодня у меня очень важная задача: вытащить ценные документы из сейфа двух альф.

Этим вечером они отмечают успешное слияние своих компаний. А значит, расслаблены и не особо-то бдительны.

В нашем мире оборотни отлично приспособились, вышли, так сказать, на лидирующие позиции.

Занимают важные должности, владеют корпорациями.

Лавирую между гостями. Здесь и люди, и полуволки. На меня смотрят, как на красивую игрушку, прислугу. Оно и к лучшему. И тут внутри что-то ёкает. Вижу свою цель. Вернее, две цели.

Уверенные, высокомерные альфы.

Лев Вересов и Семен Ярцев. Высокие, крупные мужчины с отлично развитой мускулатурой. Дорогущие костюмы на них вот-вот треснут. Хищные глаза и уверенные ухмылки на губах. Этим вечером они чувствуют себя победителями.

А мне предстоит обокрасть их.

В районе бедра кожу начинает неприятно покалывать. Дурацкая форма, блин! И чем ближе я к волкам, тем сильнее реакция кожи на синтетику. А говорят, Вересов и Ярцев всегда выбирают самое лучше. Кейтеринг у них явно хромает.

Конечно же, вокруг мужчин вьются породистые женщины в дорогих платьях с идеальными прическами. Интересно, они в курсе, что перед ними опаснейшие хищники?

По телу пробегает волна мурашек. Брр!

– Добрый вечер! – ослепительно улыбаюсь, качая бёдрами и подходя к альфам, нагло отталкиваю богачку в обтягивающем красном платье. – Шампанского?

Семен пристально глядит на меня. Он принюхивается, или мне кажется? Лицо начинает болеть от этой искусственной улыбки. Но от волчьего взгляда по телу ползёт ужас. Эти оборотни опасны, очень.

– Пожалуй, – говорит Лев, затем тянется к бокалу, но тут я «внезапно» пошатываюсь и валюсь прямо на мужчину.

– Ох ты ж! – выдает, мгновенно сориентировавшись и обхватывая мою талию. – Новенькая? Я раньше тебя не видел.

– Да, – смущаюсь, опуская глаза и взмахивая густыми ресницами.

Затем резко вскидываю голову. Мы смотрим друг на друга. Глаза в глаза. Оборотень вдыхает. Глубоко. Словно пытается что-то понять. Но я уже сделала своё дело.

– Ох, простите меня ради бога, – тянусь за подносом, – я такая неуклюжая!

– Стелла, значит? – Вересов глядит на бейджик на моей груди, его ноздри раздуваются, а руки не отпускают мою талию, сползая на попу. – Может, после фуршета заглянешь к нам на квартиру, м?

А хрен тебе, животное! Но я выдавливаю загадочную улыбку, ловко выворачиваюсь и скрываюсь среди толпы. Вижу, как оба зверя ищут меня глазами. Но ключи у меня, так что…

Выбегаю, отшвыриваю поднос. Затем несусь в туалет. Снимаю фартук, остаюсь лишь в черном трикотажном платье. Кручу ключ-карту в руках. Мужики все такие. Стоит позволить пощупать задницу, как они тают и напрочь забывают об осторожности.

Птицей взлетаю на этаж, где живут волки. Благо, Гильдия охотников предоставила мне всю информацию.

– Так, квартира шестьдесят семь, – подхожу, оглядываюсь.

Под ложечкой начинает неприятно сосать. Гоню прочь тревожные мысли. Наша разведка лучшая в стране. Так что данные на сто процентов точны.

Пиик!

Дверь поддается, а я ликую.

– Отлично! – не включая свет, захожу в квартиру альф.

Такая огромная, хорошо обставленная! Большие панорамные окна открывают сияние тысячи огней. Ночная Москва, полная мистических сверхъестественных существ. О которых никто даже не догадывается. Спят себе мирно, посапывая в подушку. А охотники борются за их спокойный сон!

Я провела большую работу, узнавая всю информацию об этих оборотнях. Лучшие друзья, всё на двоих. Даже женщин они делят. Брр, гадость! Но для волков человеческие девушки лишь развлечение. Они пользуются тем, что имеют над нами власть. Феромоны оборотней привлекают гораздо сильнее, чем аромат обычных мужчин. И я в этом убедилась пять минут назад.

Осматриваюсь.

– Стильненько, – выдаю, затем топаю прямиком в спальню.

Сейф именно там. По моим данным, он отлично защищен, так что достаю отмычку. На моём худеньком бедре отлично скрылись небольшие кожаные ножны, в которые я поместила серебряный ножичек на случай внезапного появления оборотней и маленькую отмычку.

– Тааак, а вот и ты, крошка, – изнутри рвется гордость и радость.

Я нашла сейф! И эти документы дадут нашей Гильдии большое преимущество! Ведь здесь данные о преступлениях оборотней, нарушавших наш Пакт о мире!

Достаю устройство, начинаю считывать коды. Как вдруг…

Пиик!

Упс! Слышу звук открывающейся входной двери, а следом низкий грудной смех двух мужчин, больше напоминающий рычание. Это они! Блин! Должны же были вернуться лишь ночью! Начинаю метаться по спальне, пока голоса волков приближаются.

Точно! Шкаф!

Ныряю в него за миг до того, как один из оборотней дергает ручку двери. Они замолкают, а я забываю, как дышать.

– Чувствуешь, Лёва? – голос Семена ползет по полу, словно иней.

Прикрываю рот рукой. Меня не должны поймать! Мамочки! Пожалуйста, хоть бы не почуяли!

– Аромат сладкой человеческой самочки, – громкий вдох, – такой нежный, мягкий. Наслаждение!

Хищники медленно ходят по комнате. И как назло, бедро вновь начинает покалывать. Чешется. Пульсирует. Стискиваю зубы.

– О да! – говорит второй, – мы очень вовремя! Где же наша сладкая официанточка? Так умело спиздившая у меня ключ?

– Выходи, красная шапочка, волки хотят твой пирожок! – вторит ему друг.

Мне так страшно! Я не знаю, что делать! Сжимаю руки в кулаки, стараясь выровнять дыхание, чтобы меня не услышали.

Говорил же отец, что не справлюсь! Блин!

– Может, она и не официанточка, а, Сень? – низкий баритон волка пускает по телу странные импульсы. – Уж больно ловкая и уверенная. Словно знает, кто мы такие…

– И кто же она? – нарочито громко спрашивает Семен.

– Охотница, например. Опа!

Дверь распахивается.

– Попалась!

Сердце колотится, отбивая ритм моей погибели. Меня точно в живых не оставят! Оборотни слишком ненавидят охотников. А передо мной их аж двое. Большие, сильные вожаки.

Сглатываю.

– Выходи, – мурчит Лев, сверкая ярко-желтыми глазами, – мы тебя не съедим.

Делаю шаг из шкафа. Глаз не поднимаю. Страшно! В спальне витает аура смертоносных хищников.

– Нашла, что хотела, крошка? – Семен подходит к сейфу, присаживается и смотрит на замок. – Ммм, считыватель Гаусса, какая прелесть! Малышка-то у нас умелая.

– Я вам не малышка! – рычу, тут же ругая себя за несдержанность.

Но волки лишь смеются. Переглядываются. А я начинаю чувствовать себя… странно. Вспоминаю слова отца.

Не подпускай к себе оборотней, милая. Они развратят тебя, залезут в душу, а потом уничтожат.

Насчет души не знаю, но вот разврат уже конкретно так бьет по нервам. Сглатываю образовавшийся в горле ком. Почему мне так неловко? И низ живота раз за разом обдает волнами жара?

Всё это время Лев не спускает с меня своих желтых глаз

– Сень, – разворачивается, направляется к другу, – слушай.

Нагибается к уху второго альфы, что-то ему шепчет. А я срываюсь с места и бегу на выход, но…

– Куда, малыш? – Семен оказывается прямо передо мной. – Кроватка тут, сладкая. Или ты хочешь сначала в ванную заглянуть? Так не стоит. Мы любим… естественные ароматы…

Оборотень облизывается. Вижу его длинные клыки. Лев оказывается сзади, подхватывает меня на руки. Мне не мерзко… мне… приятно?! Нет!

– Отпустите! – лепечу, не в силах даже пошевелиться.

Тело наливается тяжестью. Внутри всё кипит, наружу рвутся неизведанные ранее чувства.

Альфа ставит меня рядом с кроватью.

Тянусь к серебряному ножу, но волк быстро перехватывает мою руку. Хватает оружие. Почему оно не жжёт его?!

– Опачки! Бутафория! Сень, наша малышка решила напугать нас железкой.

Что? Но… этот нож мне выдали в Гильдии! Волк отшвыривает оружие. Встает сзади.

Слышу треск ткани, моё платье бесформенной тряпкой валится к ногам. Остаюсь в кружевном лифчике и трусиках. От прохлады кондиционера соски предательски встают.

Воздух вокруг всё гуще, тяжелее. Я чувствую воздействие высших хищников, сразу двоих. Мне не сбежать.

– Красивая самочка, – Лев тыкается носом в мою шею, грубо и рывками вдыхает, – пиздец… хочу её… Сень, давай её покроем. Ты же понял, да? Всё понял?

О чем они? Но мысли роятся где-то далеко, словно не в моей голове.

– Обязательно, – лыбится Ярцев, медленно снимает с себя пиджак.

Расстегивает рубашку. Обнажает сильные тугие мышцы. Красивый мужик. Жаль, что смертоносный хищник.

– Вы убьете меня? – лепечу, вялыми руками пытаясь прикрыть грудь.

– Нет, нет! – Вересов продолжает меня обнюхивать. – Какая же ты вкусная и ароматная самочка… никогда такой не пробовал… посмотрим, как будешь этой ночью кричать на наших членах.

Ясно… убивать меня не собираются. Хотят провести со мной ночь? Оборотни? Это такая извращенная пытка?

– Не бойся нас. Как тебя зовут?

Сжимаю губы.

– Имя! – голос волка, словно приказ, звучит в голове.

– Стася… – бормочу, полностью подавленная этим зверем.

– Ты красивая, Стася. И пахнешь восхитительно. Интересно, на вкус такая же сладенькая? – Лев срывает с меня лифчик, затем трусики.

Взвизгиваю, накрываю грудь руками. Стою перед двумя взрослыми оборотнями совсем голая. Беззащитная. Семен стягивает с себя рубашку.

– Раздень меня, – приказывает Вересов, – ну же, крошка. Я не кусаюсь.

Ухмыляется, будто специально демонстрируя острые клыки. Глаза у обоих горят очень нехорошим, порочным огнем. Он становится вплотную, рассматривает мою стоячую грудь.

– Давай детка… ну же… ублажи своего альфу…

Своего?

Тянусь пальцами, стягиваю с полуволка пиджак. Такой широкоплечий! У нас в Гильдии нет мужчин подобного склада. Принимаюсь за рубашку. Краем сознания понимаю, что со мной хотят сделать… но сопротивляться не могу.

После этого мне не выжить. Но вопреки страху, отвращения не ощущаю. Вся кожа раскаляется, странные необычные эмоции требуют выхода. Я… хочу?

Семен прижимается ко мне сзади. Нюхает, берет прядь моих волос в свои большие руки. Его длинные когти… тело покрывается густым мехом. Они обращаются? Блин!

Оба рычат. Я же покорно обнажаю татуированное тело Льва. Он игривый, такой кот, который сожрет мышку типа меня, когда наиграется.

– Сука.... Сень, я такой девчонки никогда не встречал, – оборотень утыкается носом между моих грудей, – сиськи что надо, попка упругая. Хочу в неё… я хочу тебя всю, крошка…

– Дааа, – тянет Ярцев, накрывая ладонями мои ягодицы, мнет, сжимает, – пиздец… он хочет её отсношать прямо сейчас. Еле держусь, чтобы не выпустить зверя…

Выгибаюсь, чувствуя себя предательницей. Похотливой самкой. Но мне хорошо, чертовски приятно! Трусь попкой о вставший член волка. Такой огромный! Они оба выглядят пьяными. И я вместе с ними.

Неужели меня сейчас… эти волки… О ГОСПОДИ!

Глава 2

Cтася

Шум прохладной воды немного отвлекает от едких уколов совести. Они, словно черви, грызут душу. Тыкаюсь лбом в кафель родной душевой кабинки. Как же низко я пала! Тело до сих пор тянет и пульсирует от ночного вторжения двух хищников…

***

– Пошли в постельку, красавица, – рычит Лев, хватает меня на руки, – мы сделаем тебе хорошо!

– Что вы делаете… – бормочу, пока звери беззастенчиво нюхают меня во всех местах.

– Пиздец… ты такая сладенькая, мышка-охотница, – рычит Лев, нагло гуляя носом по моим подмышкам, – никогда не встречал такую вкусную крошку.

– Согласен, – выдыхает Семен, – не могу сдержаться… он наружу рвется… сука… еле держу… хочет эту самку…

– Мой тоже… – рычит Лев, вылизывая мою грудь.

А я… а что я?

Я в плену двух возбужденных хищников. И внутри меня творится что-то невообразимое. Низ живота сладко тянет, кожа напоминает оголенный нерв. Где бы ни касались оборотни, тело отвечает. Ярко. Сильно.

– Ммм! Хватит… аах! Пожалуйста, остано… ААА!

Губами Лев терзает, почти грызет мою грудь. А я мечусь по огромной кровати. Выгибаюсь навстречу этой животной ласке. Хочу ведь отстраниться! Убежать! Испариться! Но вместо этого умоляю волка продолжить.

Не словами. А поведением голодной порочной самки.

– Сладкий маленький сосочек… – мурчит Лев, глядя на меня ярко-желтыми глазами, – смотри… мышка-охотница… смотри, как он на меня реагирует…

Тело и правда словно живет своей жизнью. Соски превращаются в тугие твердые горошины. Вересов играет с ними языком. По очереди. Специально дразнит, показывает, как моя грудь краснеет, наливается, увеличивается.

Это не я… господи, да что же творится?! Мамочки!

– Я дурею… пиздец… этот запах… раздвинь ноги, девочка, – рычит Семен, забираясь между моих бедер.

Неужели он хочет? Нет! Нееет! Хотяяя…

– БОЖЕ! Не там… только… не… тааам! – кричу, порабощенная сладкой негой.

Носом оборотень тыкается в мою промежность. Массирует пальцами чувствительную вершинку клитора, рассматривает мокрые гладкие половые губы. Раскрывает. Стыдно-то как!

Его алые глаза пылают, зверь рычит. Мышцы напряжены, словно он еле сдерживается… чтобы что?!

– Узкая дырочка… сука… сладко как! – бормочет, затем бросается на мою киску. – О да… вкусная девочка…

Лев всё еще занимается грудью. Нюхает, лижет, сосет. А я парю где-то там, над огромным зданием. В белых пушистых облачках. Купаюсь в лунном свете. Но тут резко падаю… потому что тело простреливает такой волной удовольствия, что почти теряю сознание.

Это был… оргазм? Моя половая жизнь до этого момента разнообразием не отличалась. А кончать я и вовсе не умела.

– Кончила? – хитро лыбится Ярцев, – может, уже покроем эту нежную самочку? У меня сейчас хуй разорвется и яйца лопнут. Да и зверь хочет в неё… пиздец… сейчас вырвется и, боюсь, разорвет девчонку.

Семен стаскивает брюки. А я, как безумная, смотрю на большой, алый, покрытый толстыми выпуклыми венами половой орган оборотня. Огромный… облизываю губы.

– Хочешь, малышка? – волк нависает надо мной, рассматривает лицо. – Примешь меня?

Второй встает на колени. Оголяется. Его член не меньше. Но толще. Господи! Эти штуки в меня не влезут! Сжимаюсь, пытаюсь свести бёдра. Но Семен быстро напоминает, кто сейчас здесь главный.

– Если не будешь сопротивляться, получишь удовольствие, – шепчет, нависает.

Чувствую, как его толстая головка медленно распахивает мою киску. Боже! Что же это… мечусь, кричу. Но принимаю.

– Мокрая… ты вся мокрая… это хорошо… – рычит оборотень, – значит, готова… сука… ты такая узкая, мышка-охотница…

– Красивая, мокрая, податливая… идеальная самка, – Лев ласкает себя, глядя на то, как его друг входит в меня.

Но Семен не спешит. Он двигается медленно, толкается аккуратно. Даёт привыкнуть к огромному размеру. А во мне просыпается эфемерное чувство… что я женщина. Не супер-дочь супер-охотника. А просто молодая девушка. И эти возбужденные мужчины раскрывают меня с новой стороны.

– Воот… даа… – Ярцев улыбается, – видишь, малышка… как мокро… ты вся хлюпаешь… а говоришь, ненавидишь оборотней… лгунишка…

Уже? Он заполнил меня… так быстро… кусаю губы до крови. Оборотень впивается в мой рот, жадно выпивая до дна. Двигается всё быстрее. А моё лоно принимает форму его члена. Растягивается под сильным давлением. Кажется, он достает до самой матки. Боже!

Ощущения нереальные!

Мы оба мокрые. Весь мир вокруг испаряется. Я попала в ловушку. И хочу этого… реально хочу! Обвиваю руками сильные плечи, зарываюсь пальцами в густые волосы. От волка исходит умопомрачительный запах, его тело буквально горит!

– Ах! Да! Как же круто… божееее! – бормочу в перерывах между терзаниями губ.

– Иди-ка сюда, малыш… – слышится хрип Льва.

Поднимаю на него больной взгляд. Его член рядом с моим лицом.

– Открой ротик, сладенькая наша… давай… вот так… умница… бляядь! – рычит волк. – Обхвати его своими сладкими губками… ну же… впусти…

Оборотень толкается в моё горло. Раскрываюсь. Воздух из лёгких словно испаряется. Пытаюсь дышать, давлюсь.

– Ну… ну… малышка… дыши носиком, – ласково мурчит Лев, – давай попробуем еще раз…

Открываю рот. Схожу с ума. Меня трахают оборотни. Альфы. Боссы. Вожаки сильнейших стай в стране. Мне не скрыться, не убежать. Да я и не хочу. Лежу под ними, распластанная. Кричу, стону. Лоно пульсирует, сжимая огромный член Семена. Он рычит, стонет… увеличивается в моей сокращающейся киске.

– Блядь… туго… давай, девочка… сожми меня, – его грубый низкий баритон сводит с ума.

Не думала, что мужские стоны так сексуальны. И я сильно, ярко кончаю. Выгибаюсь так, что ребра чуть не хрустят. Кричу… пока сперма альфы заливает меня до краёв.

Волки меняются.

– Встань рачком, крошка… – рычит Лев, – давай… впусти меня в свою узкую киску… надеюсь, Сеня тебе ничего не порвал там… бляяя! Да! Моя гостеприимная самочка…

– Она будто создана для нас, – Ярцев встает спереди, смотрит сверху.

Смахивает слюни, покрывающие мой подбородок, шею. Водит горячей головкой с остатками семени по моим губам. Покорно открываю рот. Оборотни снова овладевают мной. Яйца Вересова бьются об мои раскрытые набухшие складочки.

– Она как целка… пиздец узкая… малыш, мы тебя не порвали случаем? – Лев обнимает, прижимает к себе. – Может, ты невинная у нас была?

– Н-нет… я… ааах! Еще! Я ПОЧТИИИИИИ!

На самом деле секс у меня был лишь раз. Мне не понравилось, и больше я не подпускала к себе мужчин. До этой ночи…

– Сука… кончаю! – и семя Льва смешивается со спермой Семена внутри меня.

Падаю на постель. Оборотни довольно потягиваются.

– Не знаю, кто ты, мышка-охотница, но ты нас пиздец завела, – Лев плюхается рядом, целует меня в шею.

– Отдохни немного, – шепчет Семен, потягивается, – а затем мы продолжим.

Стряхиваю воспоминания вместе с прозрачными капельками. Утром я сбежала. Или мне позволили уйти? В любом случае, сразу пошла в аптеку и купила таблетки. А еще экстренную контрацепцию.

Бедро снова начинает жечь. Пламя словно скачет по коже. Покалывает. Разворачиваюсь и осматриваю ногу. Ничего. Что же за…

Выхожу из душа, достаю большое махровое полотенце. Шея покрыта засосами, следами от жестких касаний оборотней. Надеюсь, отец не будет звонить мне сегодня и вызывать для отчета. Он ненавидит волков. А мысль о том, что глава Гильдии охотников узнает, как низко пала его дочь, вызывает у меня приступ паники.

Меня изгонят! Стону, закрываясь полотенцем, поворачиваюсь, и тут мой взгляд падает на голый участок кожи. А там…

– ААА! – из горла вырывается вопль, ведь прямо на правой ягодице…

Нет! Нет! Нет!

– Метка… – сглатываю, затем подхожу ближе к зеркалу, – истинной. Твою дивизию!

Гляжу на покрытую засосами и следами волчьих наглых ручищ попку. И на фоне белой кожи отчетливо выделяется метка истинной пары. Выглядит, как яркая, свежая татуировка. Сплетенные между собой руны.

Это конец! Дрожу, полотенце падает на кафельный пол.

И я следом за ним…

Закрываю лицо руками. Точно изгонят! Отец у меня суровый, даже жестокий. Он воспитывал меня «чистой». Готовил убивать оборотней, а теперь я истинная. Для меня это клеймо!

Я многое знаю об оборотнях. В том числе и об истинности. Это метка, по которой самцы определяют подходящих для оплодотворения самок. Никто не знает, как она появляется и у кого. Абсолютный рандом. Но волки чуют истинную. Ей нигде не скрыться! Боже!

Думай, Стася! Нужно потянуть время! И найти инфу, как снять эту чертову метку. Уверена, наши алхимики в курсе, если расспросить аккуратно, ничего не заподозрят. В противном случае меня не изгонят, а казнят. Внутри всё покрывается коркой льда.

Прохожу в комнату. Я живу в своей квартире рядом с центром города. Большая, просторная студия, которую отец подарил мне на совершеннолетие. Мы, охотники, особо не выделяемся. Но деньги у нас водятся.

Вытираюсь, просушиваю волосы. Мысли в панике мечутся по черепной коробке. Как?! Как так получилось? Это было моё первое, черт возьми, задание, как охотницы! И я мало того, что…

Дзынь!

Раздаётся звонок в дверь. Эм… натягиваю легкий шелковый халатик и иду открывать. Ноги дрожат, меня не покидают мысли, одна мрачнее другой.

Щелк!

В коридоре никого. Перед дверью лежит черный матовый пакетик. Беру, осматриваю. Внутри папка с документами. И записка. Как только касаюсь бумаги, по телу проносится мощная волна удовольствия. Сжимаю ноги, продолжая стискивать бумагу в пальцах.

Привет, мышка-охотница. Ты сбежала от нас, забыв самое важное. То, зачем пришла. Надеемся на скорую встречу! Целуем во все красивые местечки! С.и Л.

Открываю папку. Вижу те документы, которые я должна была стащить! Они просто так мне их отдали? Но почему? Листаю. Ничего особенного, вообще непонятно, зачем они отцу нужны.

Сажусь на диванчик, кутаюсь в мягкий шелк халатика. Метка пульсирует, пуская волны возбуждения по телу. Да что со мной такое? Я должна бороться! Хватаю бумаги, складываю в сумку, и тут звонит мой мобильный.

– Привет, милая, – отец как всегда, горячо приветствует родную дочь.

Его «милая» звучит хуже ведьминого проклятья. Но сейчас это меня не заботит. В кои-то веки его холодность не обижает. Пока не избавлюсь от метки, нужно держаться подальше.

– Как твоя охота? Документы достала? – спрашивает он.

– Д-да… – блею, – случилось пару заминок, но в целом, все нормально.

За исключением того, что эти подлые альфы как-то меня пометили, и теперь любая мысль о них заставляет тело возбуждаться и течь.

– Отлично. Они нужны мне через час. Я послал за тобой Данилу. Он привезет тебя в штаб.

– Но пап, я устала и… может, Даня сам как-нибудь…

– Отставить! – гаркает отец. – У меня для тебя есть новое задание. Жду.

Отключается. А через минуту раздается звонок в дверь. Черт! Иду открывать. Данила – это странный огромный мужик в костюме, который не только всюду возит отца, но и выполняет грязную работу. Ищейка, какую поискать.

– Станислава, доброе утро. Отец…

– Да в курсе я! Пять минут дай! – бурчу, затем иду в гардеробную.

Надеваю водолазку без рукавов, чтобы скрыть глубокие засосы и укусы на шее, распускаю волосы, натягиваю джинсы и кеды. Смотрю на себя. Блин, от меня за километр разит сексом. Губы до сих пор припухшие, в глазах нездоровый блеск. Надеюсь, папуля не спалит.

Штаб, он же фамильная усадьба нашей семьи, находится недалеко от города, на девственном лоне природы. Проехав через высоченные ворота, мы с Даней оказываемся на вотчине моего отца.

Я с восемнадцати лет живу одна, в купленной им квартире. Но отец не покидает дом. Проходим просторный холл. Направляемся прямиком в кабинет. И чем мы ближе, чем сильнее пульсирует метка истинной. Блин! Неужели…

Даня распахивает дверь и…

– Ну привет, мышка-охотница, – я сталкиваюсь с двумя парами насмешливых волчьих глаз.

Глава 3

Стася

Прирастаю к дорогому паркету. Какого рожна эти двое здесь делают?

– Вы знакомы? – голос отца слегка подрагивает, словно он нервничает.

– Откуда? – игриво восклицает Вересов. – Просто наслышаны о вашей дочери и её… талантах.

Вот же наглые! Альфы сидят, раскинув ручищи на бархатном диване, и курят сигары. Как победители. Внутри закипает злость. Почему они решили, что могут так себя вести прямо в сердце Гильдии?!

– А разве собак пускают на диван? – высокомерно спрашиваю. – Или их место у ног хозяина?

– Станислава, выйди! – строго говорит отец. – У нас переговоры.

– Почему ты говоришь с ними, отец?! – восклицаю.

Всё это время Семен с любопытством наблюдает за нашим диалогом. А Лев бесстыдно мне подмигивает. Я же гоню прочь порочные картинки, вспыхивающие в голове.

– Я вызвал тебя для другого, так что выйди, – цедит отец, будто не замечая повышенного внимания оборотней, – позову позже.

Выскакиваю из кабинета, полыхая от гнева. Да как они посмели?! Блин! Громко хлопаю дверью.

– Стасенька! – с кухни выходит наша домработница тетя Лена. – Давно тебя не было! Ты похудела! Я там оладушки приготовила…

– Здрасте, теть Лен, – пычху, как бешеный слоник, – давайте!

Может сладкое поможет мне успокоиться. Ведь я лишь внешне так зла. А в глубине души всё трепещет от близости этих волков. И метка ведет себя очень активно. Она пульсирует, потягивает. Мне хочется снова… почувствовать в себе большие члены этих оборотней.

НЕТ!

Прихлопываю эти порочные мысли. Это всё метка! Ууу!

– Странно, что ваш отец вдруг решил заключить мир со стаями, – тетя Лена в курсе ночной жизни, многое знает про волков и охотников.

– Ну мир как бы был, – бурчу, – неофициальное перемирие до первой крови.

– Кровь лилась со всех сторон, – говорит она, – но теперь что-то назревает. Я так поняла, что альфы сами предложили решение.

– Интересно, зачем?

Но ответить тетя Лена не успевает. Дверь в кабинет моего отца громко хлопает и в холле раздается раскатистый мужской рык. Это они смеются так? Метка снова даёт о себе знать. Пускает странные импульсы к низу живота. Сладкие, приятные…

Сжимаю ноги, чтобы хотя бы немного избавиться от этой тяжести и томного потягивания. Но ничего не выходит.

– Станислава! – голос отца эхом отдаётся в каждом уголке.

– Иду! – ору, заталкивая в себя воздушный оладушек.

– Ты так не спеши, подавишься, – смеется тетя Лена, – я тебе с собой положу.

– Спасибо! – бурчу с набитым ртом и выхожу.

Отец что-то тихо обсуждает с волками. Оборотни на его фоне кажутся ещё больше. А сам он какой-то нервный. Неужели растрепали? Да я их против шерсти начешу! Ууу!

– Что? – скрещиваю руки на груди.

– Завтра ты выходишь на работу в офис к Ярцеву и Вересову, – слова папули, как гром среди ясного неба.

– Чего-чего? – не понимаю я.

– Какая прелесть! – оскаливается Лев и проводит языком по клыкам.

От этого его жеста я ёжусь. Он умеет быть жутким! Но хрен там он меня заткнет!

– Что слышала. Думаю, таким образом мы сможем закрепить взаимовыгодное сотрудничество, – сухо говорит отец, а я вообще перестаю что-либо понимать.

– А с каких пор мы с ними вообще сотрудничаем?! – вспыхиваю.

– С этих пор! – повышает голос отец, и я прикусываю губу, – моя дочь вас проводит. Станислава, потом зайди ко мне.

Разворачивается и уходит. Стою, хлопаю ресничками.

– Ну, вы знаете, где выход, так что я пошла, – разворачиваюсь, но мощная рука полузверя ложится на моё плечо.

И я чувствую, как пробивающиеся когти рвут мою футболку.

– Ты же видела её, сладкая мышка, – голос Семена становится низким, угрожающим, – метку?

– О чем вы? – пищу.

– Истинности, – облизывается Вересов, втягивает носом воздух, – где она, мышка-охотница?

– Вы охренели, лезть ко мне в доме Гильдии? – рычу.

– Ты наша истинная, – глаза Семена вспыхивают, – мы имеем на тебя все права.

– Черта с два! – выпаливаю, понимая, что мои щеки стремительно краснеют.

– Ты знаешь, – мурчит Лев, – и сама сдашься. Кстати, твой папаша продал тебя нам. Я так понял, спокойствие Гильдии для него важнее твоей жизни.

Оба ухмыляются и от этих улыбок у меня внутри всё леденеет.

– Можешь не провожать. До завтра, мышка-охотница. Трусики не надевай.

И оборотни с хохотом покидают дом Гильдии. А я рву когти в кабинет отца. Он сидит в своем кресле, курит сигару и о чем-то думает.

– Что значит продал?! – спрашиваю в отчаянии. – Папа!

– Станислава, сядь! – рычит, и я плюхаюсь в гостевое кресло.

– Выслушай. Ситуация у нас плачевная.

– В смысле?

– Оборотни захватывают власть. Прошли те времена, когда охотники держали паритет. Сейчас всё решают деньги, связи. У них они есть. У нас нет.

Опускаю взгляд. Мне не нравятся слова отца. В конце концов, мы обязаны быть сильными! Чувствую вибрацию в метке. От безысходности хочется выть.

– Сейчас мы слабее. Но ты можешь помочь гильдии, раздобыв ценные сведения.

– Ты решил внедрить меня к Вересову и Ярцеву? – горько усмехаюсь.

– Да.

Повисает тишина. Она сдавливает, мешает дышать. Я не хочу! Нужно избавиться от метки, а не лезть в пасть к волкам.

– А если меня раскусят?

– Не раскусят. Я уверен в тебе, Станислава. Эти оборотни падки на красивых девушек. И умных. Ты подходишь. Я уже договорился, – чеканит отец, – завтра ты выходишь на работу их личной помощницей. Будь внимательна. Смотри, запоминай. Докладывай. Но ни в коем случае не вступай с ними в половую связь. Ты знаешь, что с тобой будет в этом случае.

– Я не смогу, – роняю лицо в ладони.

– У тебя нет выбора. Ты знаешь, что будет, если ты ляжешь с ними и предашь меня, – жестко заявляет отец, – всё, свободна.

На ватных ногах выхожу в холл. Мой дом. Гильдия. Теперь я чувствую себя чужой. Слезы подступают, но я уверенно их смахиваю. Мне нужно понять, как избавиться от метки. А для этого…

– Привет, Влад, – набираю номер нашего Хранителя знаний.

– Стася! – смеется мужчина, – ты чего такая хмурая? Случилось что?

– Слушай, у меня есть к тебе пара вопросов, я могу подъехать сейчас? Петька у себя?

– Да, приезжай.

– Спасибо.

Внезапно волоски на руках встают дыбом. Резко разворачиваюсь и сталкиваюсь с внимательным взглядом Данилы. Охранник отца, не мигая, глядит на меня. Жуткий он, всё-таки.

– Пока! – бросаю ему и спешу свалить.

Вызываю такси и еду в библиотеку Гильдии. Пока едем, играет веселая музыка. А вот на душе у меня не весело. С какого-то фига у меня на заднице метка истинной вылезла. Как прыщ, только хуже.

И тут мой папуля выдает перл. Я теперь помощница своих истинных. Вопросов дофига, ответов ноль.

– Приехали, красавица.

Расплачиваюсь с таксистом и ползу в здание. С виду это обычная библиотека. Но подвал принадлежит Гильдии и там хранятся наши знания, накопленные веками. Захожу в стеклянные двери.

– Привет, – улыбаюсь Владу, нашему Хранителю.

Высокий крепкий мужчина стискивает меня в объятиях. Этот мужчина фактически заменил мне отца. Потому что мой всегда был очень занят…

– Я тут чай твой любимый заварил и купил эклеры, – смеется он, – Петька позже подойдет.

Петя мой парень. Номинально. Мы больше друзья, конечно.

Он отвечает за всякие охотничьи штуки. Типа устройств, серебряного оружия. Вечно что-то у себя в подвале разрабатывает. Кстати, надо спросить, почему он дал мне не тот нож.

Усаживаюсь напротив Влада.

– Пироженку? – предлагает мне.

Беру на автомате. Есть совсем не хочется. Где-то в глубине сердца чувствую острую и тупую боль. Тоску. Эти чувства дает метка, когда она вдали от истинных. Я скучаю по волкам. Моё тело хочет их. Это ужасно… но в то же время будоражит.

– Ну так что случилось? – голос Влада возвращает меня в реальность.

– Моя подруга, – начинаю рассказывать заранее придуманную сказку, – в общем, вляпалась она с оборотнями.

Влад морщится. Как и все охотники, он терпеть не может волков.

– Что случилось?

– У нее появилась метка истинных, – цежу сквозь зубы.

– Это плохо. Очень плохо. Она же человек?

– Да, – делаю глоток чая, – вау, Влад, это потрясающе!

– Ну так и… чего ты хочешь спросить?

– В общем, эта метка двух кланов.

– Как это?

– Сплетенные руны. Слышал о таком?

– Никогда, – он таращится на меня, – ты уверена?

– Да. И это еще не всё. Кланы довольно могущественны…

– Типа как Ярцевы и Вересовы?

– Типа… – знал бы ты, Владик, что это они и есть.

– Оу. И ты хочешь знать, можно ли разорвать истинную связь?

– Да.

Пока в моей груди всё еще теплится надежда. Влад единственный может помочь мне. Мужчина на минуту задумывается.

– О! Стася! – к нам подбегает Петька, подхватывает меня и кружит.

– Привет, – целую его в щеку, но вдруг губы словно обжигает.

– Ауч! – парень отстраняется, – ты чего жжешься?

– Наверное, статическое электричество, – отмазываюсь, отходя на безопасное расстояние.

После появления метки я больше не могу быть близка ни с кем, кроме истинного.

– Я соскучился. Давай сходим на свиданку! – мурчит он.

Метка тут же начинает сильно жечь кожу. Так сильно, что я стискиваю зубы. Стараюсь улыбаться, чтобы не спалиться.

– Я подумаю. Ну так что, Влад? Можно ей как-то помочь?

– Кому? – Петька хватает эклер, запихивает в рот.

А мне вдруг всё в нем начинает казаться ужасным. Он хилый, невнимательный, порой грубый. Еще и эта история с ножом и ложными данными на задании. Да что со мной такое?!

– Подруге. У Стаськиной подружки беда случилась. Метка истинной пары. Еще и с двумя волками.

Петя фыркает.

– Может, сразу ее устраним?

– Что? О чем ты?! – восклицаю, – мою подругу устранять нельзя!

– Ну как… – он задумчиво чешет подбородок, – это всё считай. Они с ней спариваться будут, пока не залетит. А как родит, так всё равно помрет. Так зачем плодить волков?

– Согласен, – хмыкает Влад, – но если это влиятельные кланы, то за истинную пару они могут начать войну. А босс только начал налаживать мирные связи. Все уже устали воевать. И они, и мы.

– Тем более! Наследники влиятельных кланов? Это же пиздец! – брюзжит Петька.

У меня от их рассуждений мороз по коже.

– Неужели ей никак нельзя помочь? – умоляюще стону.

– Ну а как? Метку не стереть, не вывести. Это тебе не татуха. – Петька принимается за второй эклер, а я на грани обморока, – ты же сама всё знаешь.

– А если к друидам обратиться? – спрашивает Влад, – говорят, они владеют запретными знаниями в этой области. Истинность сложно изучать, она эфемерна.

– А вот угроза, что кланы будут размножаться, вполне себе реальна, – рычит мой парень.

– Блин.

– Придумаем что-нибудь, не волнуйся. Люди очень редко становятся носителями метки. Лишь девушки с лучшей фертильностью.

– Час от часу не легче, – стону.

– Ты так переживаешь, будто это у тебя метка, – ржет Петька.

– Ну тебя нафиг! – внутри всё леденеет.

В общем, наш диалог ничем не заканчивается. Еду домой, а по дороге получаю на сообщение со временем прибытия на мою новую работу. И припиской, чтобы лифчик не надевала. Вот же несносные оборотни! Я должна найти способ снять метку! Как угодно!

Дома долго выбираю наряд на работу. Останавливаюсь на брючном костюме, вполне себе неэротичных бабушкиных трусах в сердечко и спортивном лифчике. Никакого кружева, чулок и коротких юбок. Обойдутся, заразы мохнатые!

Довольная, ложусь спать.

– Мышка-охотница, иди ко мне, – голос Ярцева сводит с ума.

Всё тело горит, киску скручивает в безумном голодном спазме. Тянусь к обладателю этого поразительного хриплого голоса. Чувствую горячие руки на своих срамных местах. Они гуляют по мне. Крутят, гладят, сжимают.

Я вся мокрая. Мужские пальцы ложатся на клитор, массируют.

– Ах! АААААХ! – оргазм настигает почти мгновенно.

Я, словно оголенный нерв, вся целиком подчинена желанию. Оно течет под кожей, захлестывает, порабощает. До чего же приятно!

Просыпаюсь, распахнув глаза, от бешеного звона будильника. Я в своей постели. Осматриваюсь. Никого. Ох! Все бедра мокрые от смазки, соски рвут майку. Сердце колотится, как бешеное.

Уверена, это их рук дело! Ууу! Мои пальцы все влажные. Во сне я ласкала себя сама? Никогда такого не было. Ползу в ванную, долго рассматриваю метку в зеркале. Это они виноваты! Мои чертовы новые боссы-альфы!

Кажется, она стала ярче. В мысли раз за разом врываются оборотни.

Лев и Семен. Так они были здесь этой ночью или нет?

Глава 4

Стася

– Ах! ААА! МММ! Дааа… – не узнаю свой голос.

Как так получилось вообще? Лежу, распластанная, голая, на рабочем столе Ярцева. Меня буквально перекинули поперек. В горло вбивается огромный член Семена, а киску долбит Лев.

Кричу, но не от боли или унижения. От желания, скручивающего всё тело. Я подчинена оборотням. Слабая.

По кабинету ползет низкий, утробный похотливый рык двух зверей. Его наполняют вязкие звуки моей обильно выделяющейся смазки, смешавшейся со спермой оборотней. Не помню, сколько раз я кончила. И сколько в меня кончили они оба…

Толстый член Вересова, словно металлический поршень, таранит моё узкое лоно. Полностью выходит, затем ввинчивается до самой матки. Пальцы волка впиваются в бледные мягкие бёдра, оставляя следы.

Их отметины… я вся в них. И не только. Кожу покрывают укусы, засосы и сперма. Много спермы. И этот запах… терпкий, сильный, агрессивный. Вдыхаю его, заполняю лёгкие.

– МММ! – мычу, обездвиженная и парализованная мощью альф.

– Думала, что сможешь нас отвадить? – Лев трахает меня всё быстрее, – этими трусами в сердечко? Глупая мышка…

– Соси усерднее, – зло рычит Ярцев, – а то затолкаю еще глубже. Не забывай, чья ты, Стася.

Я злюсь? Ненавижу себя? Нет… чувств вообще нет. Вернее есть, но я не хочу их озвучивать. Ведь тогда признаю, как сильно возбуждена. И что меня в жизни так не трахали! Не удовлетворяли.

Почему мне так приятно?

Это всё метка! Я выдержу! Но с каждым толчком всё ближе очередной оргазм. И в этот раз он иной. Мокрый, переполняющий. Прикрываю глаза, чувствуя острую потребность освободиться.

Шире распахиваю ноги. Вою, принимая ртом член Семена. И кончаю. Бурно, ярко, невероятно сладко.

– Она сквиртует, смотри Сень! – рычит Лев, пальцами продлевая мой оргазм, – давай, мышка-охотница, покажи своим волкам, какая ты покорная…

***

Этим утром… когда еще ничего не предвещало беды…

Выхожу из квартиры. Ноженьки трясутся, с трудом попадаю ключом в замочную скважину. Спускаюсь на лифте на первый этаж и толкаю дверь подъезда.

Напротив стоит чистая чёрная иномарка, а рядом – странный мужик. Высокий, в идеально выглаженном костюме. С почти армейской выправкой и пустыми глазами. Оборотень.

– Доброе утро, Станислава, – стальным голосом чеканит.

– Чего надо? – рычу, когда он преграждает мне путь к метро.

– Доставить вас в целости и сохранности в офис вожаков.

– Сама доберусь, – пытаюсь его обойти, но оборотень куда быстрее, – тут пять минут пешком.

– Нет. Садитесь, – открывает мне дверь.

Да блин блинский! Плюхаюсь, всем видом показывая недовольство. Ну папа, ну подсобил! Эти псы теперь меня в оборот взяли.

В машине комфортно, прохладно. Через короткий промежуток времени мне это начинает даже нравиться. Хорошо живут эти оборотни! Немного расслабляюсь.

– Боссы ждут вас через полчаса. Как раз успеем, – чеканит оборотень.

– Угу…

Рассматриваю этого волка. Почти лысый, с идеально выглаженным воротничком дорогого костюма, на пальцах татуировка клана и золотое кольцо. Он из Ярцевых. Их символ – славянское солнце.

Меня воспитывали в ненависти к этим существам. А теперь я их пленница. Какая ирония!

– Музыка устраивает? – холодно уточняет водила.

– Угу…

– Не холодно?

– А ты чего такой заботливый к обычной человеческой девушке? – выгибаю бровь.

– Указание вожаков. Вам должно быть комфортно.

– И ваши кланы как бы вместе? Ну, то есть ты говоришь вожаков. Но в стае лишь один альфа, насколько я знаю.

Он усмехается. Вижу, как машинально поправляет кольцо на пальце. Явно дорожит им. Если присмотреться, оно и правда старинное. Реликвия?

– Всё немного иначе, Станислава.

Дальше мы едем в тишине. Меня везут в то самое здание, в котором я так эпично облажалась и попала в лапы к волкам. А ещё меня там жарко трахнули. Днем это ничем не примечательный бизнес-центр.

Но, насколько наши навели справки, он целиком принадлежит клану Ярцевых. Они – главные в нашей стране. Вересовы – вторые. Но оба клана очень опасны. Я слышала, что именно эти две волчьи семьи в своё время победили все остальные.

Когда стаи были мельче и постоянно враждовали, и охотникам было куда проще держать их в узде. Теперь мы боремся против очень сильных кланов, к тому же заключивших мир между собой.

– Приехали, – пока освежаю в памяти оборотневую историю, водила открывает дверь.

– Как тебя хоть зовут? – спрашиваю холодно.

– Митя, – ухмыляется зараза, сверкая клыками, – вас уже ждут.

Вокруг куча людей. И именно сейчас мне становится одиноко. Никто их них не в курсе, что находится среди опасных хищников. А я знаю. Мало того, я их истинная. И эти двое найдут меня даже на краю света…

Но им меня не сломать!

Гордо поднимаю голову. Ишь ты, волосатые хмыри! Получите у меня! Топаю к ресепшену. Безумно хочу встретить альф. Они-то оценят мой антисексуальный прикид.

А я постаралась на славу! Трусищи до пупка в сердечко, лифан бабулькин. Никаких стрингов и кружев. Строгий брючный костюм и мягкие балетки. Обойдутся! Не на ту напали!

Так что, довольная собой, направляюсь прямиком на ресепшен. Где меня ждет блондинка. В ярко-красном брючном костюме в обтяжку, на высоченных каблуках. Ноги от ушей, грудь буквально выпадает от рубашки.

Волосы аж сияют. Она идеальна. И сейчас я чувствую себя полной деревенщиной. Ни груди нет, ни лица фарфорового.

– Станислава? – она с презрением меня осматривает.

Таращусь на неё. Волчица. Вижу едва выпирающие клыки. Накрашена она очень ярко. Мда. Так вот, какими фифами окружают себя альфы?

– Да! – мне она дико не нравится.

– Вы бы оделись поприличнее, – волчица разворачивается на тонких каблуках, предварительно осмотрев меня с ног до головы, – не в деревенское ДК устроились, а в приличную компанию.

– А вы бы представились, – фыркаю, – разве в приличных компаниях принято сразу начинать с оскорблений?

– Агнесса, – отрезает.

– Очень приятно, Стася! – огрызаюсь.

Между нами мгновенно устанавливается стойкая неприязнь. Я буквально ощущаю ее на кончиках пальцев.

Следую за этой шваброй. Интересно, альфы её того самого уже во всех позах? В груди неприятно колет. Ну уж нет! Злюсь на себя. Я не могу ревновать! Не этих мохнатых зверюг точно!

– Здесь у нас инвентарь лежит, – заявляет эта противная блонда, – а вот здесь халаты для уборщиц. Чистящее средство возьмете здесь…

Она нарочито вежливо говорит на «вы», при этом в голосе этой волчары столько яда, что хочется её ударить.

– Я не уборщицей устроилась, – невинно хлопаю ресницами, – а помощницей ваших альф. Так что поуважительнее, АГНЕС!

– Агнесса! – шипит.

– Постараюсь запомнить, – фыркаю, – но ничего не гарантирую.

– Что здесь происходит? – сзади раздается низкий голос, и волоски на моём теле мгновенно встают дыбом, а мурашки бросаются врассыпную.

По телу прокатывается мощная волна, странное ощущение оседает внизу живота. Сглатываю, понимая, КТО пришел…

– Альфы, – Агнесса гнётся в почтительном поклоне, а я разворачиваюсь, таращась на двух оборотней.

– Доброе утро, Стася, – улыбается Лев, затем взгляд его желтых глаз пробегает по моей одежде и мгновенно вспыхивает красным.

Желваки оборотня ходят ходуном. Упс! По-моему, я их сильно разозлила.

На лице Ярцева не отражается ни одной эмоции. Но мой взгляд прикован именно к нему. Острые, агрессивные черты лица ничуть не умаляют его мужской красоты. И опасности…

Так, тьфу! Это всё метка, чтоб её!

– Агнесса, ты уже всё объяснила? И что вы делаете в крыле младшего персонала? – морщится Вересов.

– Лев… я… подумала, вы её взяли для уборки.

– Ты подумала? – голос Ярцева инеем оседает у ног, тяжелый и холодный, – кто просил тебя думать?

– Альфа, я извиняюсь.

– Поговорим об этом позже, – говорит он, – Станислава, что это за вид? Мы дали тебе чёткие инструкции.

– Ничего не помню! – заявляю, скрестив руки на груди, – пардоньте, у меня нет костюмов порноактрисы.

– Тогда придется купить, – цедит Лев.

Они приближаются, блонда отскакивает, как ошпаренная. А мои ноги мгновенно примерзают к полу. Блин…

Оборотни обступают меня с двух сторон. Чувствую на коже их звериные дыхания.

– После того, как она покажет тебе рабочее место, зайди ко мне, – рычит Ярцев.

– З-зачем? – сглатываю.

– За наказанием. Ты должна усвоить, что нет смысла сопротивляться. Лучше подчинись, или мы начнем тебя ломать.

Дрожу. Человеческое тело не чета оборотням. Мы – их добыча. И нутро это принимает. Как ни пытаюсь бороться, метка сильнее.

– Хорошо, – пищу, отступая и обнимая себя руками.

– Вот и отлично, мышка-охотница, – губы Вересова невесомо касаются моего носа.

Мне хорошо. Сколько бы я не сопротивлялась, мне нравятся их касания. Так природа задумала. Истинным приятно друг с другом. Иначе бы были проблемы.

Альфы уходят.

– Не знаю, кто ты, но лучше нам поторопиться, – блонда унимает свой гонор, – офис Ярцева на семнадцатом этаже.

Мы обе успокаиваемся после появления альф. Волчица нервно кусает губы и видимо понимает, что меня лучше не задирать. А я думаю, как избавиться от метки. Ведь мои чувства становятся глубже…

Блонда водит меня по современному офису. Показывает, где бухгалтерия, кафетерий, уборные. Рассказывает, как бронировать конференц-залы и всё такое. Странно, сейчас она кажется нормальной.

Это тоже эффект метки?

– Вот, твоё рабочее место, – останавливается напротив широкого стола.

Мы заходим в просторный «аквариум», где напротив массивная деревянная дверь с табличкой «Ярцев Семен Семенович».

– И что мне делать? Куда делась предыдущая помощница? Он её сожрал?

– Нет, она ушла в декрет, – отвечает, едва сдерживая раздражение.

– И кто из боссов папочка? – бешу её еще больше.

– Никто! – восклицает Агнесса, – мои альфы не опустятся до секса с человечишкой.

Да ты что?!

– И уж точно не допустят зачатия. Кланы очень чистоплотны. Уж не знаю, зачем им ты понадобилась. Видимо, чтобы не отвлекала от работы.

– Да-да. Ещё что-нибудь?

– Зайди к Семену, – чеканит и уходит.

Вот тебе и показала офис. Жмотяра! Толкаю дверь и уже на подходе слышу стон. И низкий утробный рык. Поднимаю взгляд…

– Глубже… – Ярцев сидит на диване, штаны спущены, а перед ним девушка спиной ко мне.

– Вы уже начали? Опа! – сзади появляется Лев, обхватывает мою талию руками.

– Ммм… ммм… – громко стонет девушка, пока Семен нанизывает её на член.

– Нравится смотреть? – шепчет Вересов, прижимая меня к себе.

А мне не нравится! Внутри что-то щёлкает, и я злюсь. Вот прям очень сильно. Настолько, что хочется подойти и отодрать эту мадам от члена МОЕГО оборотня! Стоп! Я серьезно сейчас об этом подумала?

– Всё, – Ярцев вдруг останавливает деваху.

Его голос совершенно ровный, словно ему только что не делали минет. Девушка поднимается. Разворачивается. Молоденькая волчица с темными волосами, в обтягивающем трикотажном платье. Тоже длинноногая, с круглой задницей и большой грудью.

– Пошла вон, – рычит Семен.

– Но вы не кончили, альфа… – мурчит она.

– Иди, займись делом, – устало говорит оборотень.

Девушка смотрит на меня с любопытством. А мне мерзко. Лев всё еще стискивает меня в объятиях.

– Злишься? – вдруг шепчет он.

Сжимаю зубы. Я не признаюсь!

– Мне плевать, кто делает вам обоим послеобеденные минеты, – выпаливаю, с трудом сдерживая эмоции, – меня вроде как для работы наняли.

– Да? – Ярцев в миг оказывается рядом, – плевать? Давай-ка проверим.

Ручищами буквально разрывает на мне пиджак, рубашку и лифчик. Бросает в мусорное ведро.

– Отвратные тряпки. Чего ты хотела добиться? – рычит он, – отвадить? Не вызвать желания? Всё впустую, мышка-охотница. Ты отмечена. И принадлежишь нам.

Молчу.

– Так, значит? Хорошо… – его ладони накрывают мою грудь.

Терплю, держусь. Но недолго. Всё тело простреливает мощной волной удовольствия, и с губ срывается порочный стон…

Глава 5

Стася

Не понимаю. Как так вышло? Я старалась отвадить… пыталась… ох! Мысли носятся по черепной коробке, цепляются друг за друга, путаются. Пока горячие большие ладони Ярцева сминают мою грудь.

– Такие аккуратные сисечки, – рычит Лев, – повезло нам… да, Сень?

Ярцев водит рукой по моему животу. А Вересов принимает эстафету и тоже активно массирует мои груди.

Тресь!

С гулким рыком Семен рвёт на мне бабушкины трусы. Ну и силища! Хотя, чему я удивляюсь? Они же оборотни. Кожу обжигает холодный воздух. Волк накрывает мой лобок ладонью.

Я снова в их власти. Что же делать? Тяжело дышу, злобно гляжу на альфу. Ярцев лишь ухмыляется. Молчит. А я чувствую, как его рука покрывается моей влагой.

Нет! Пожалуйста! Я не хочу возбуждаться!

Или хочу?

Облизываю губы. Лев скручивает пальцами мои твердые соски. Моё тело буквально умоляет альф продолжать. Как ни стискиваю зубы, всё равно это удовольствие вырывает порочные стоны.

– Вот так… а то «не хочу, не буду», – дразнит меня Вересов, сминая груди в руках, – теперь ты на своём месте, мышка-охотница.

– АААХ! – кричу, когда Ярцев вводить в меня второй палец.

В его взгляде что-то меняется. Он становится глубоким, заинтересованным. Не таким пустым, как рядом с той молодой волчицей. Со мной он другой…

– Ах… ооо! МММ! – расставляю ноги, плененная и преданная собственным телом.

Какой позор! Я охотница на оборотней, сейчас теку и стону от извращенных касаний двух зверей.

– Сюда, – жестко говорит Семен, тянет меня к столу.

Подхватывает на руки, словно пушинку, и кладет поперек. Я знаю, что они планируют сделать.

– Мы не хотели быть жестокими, Стася, – заявляет, останавливаясь напротив моего запрокинутого лица.

Кончиками пальцев ведет вдоль моих губ, затем очерчивает скулы. Второй рукой медленно расстегивает ширинку.

– Но ты нас вынудила, – Лев жестко распахивает мои бёдра.

Он уже… мамочки! Чувствую, как о мою возбужденную плоть трётся его член. Огромный! Я помню, какой он гигант… и как сладко ощущать его внутри.

Это не я! Нет!

– ААА! – с губ срывается вой, когда большой волчий «агрегат» резко распахивает мои мышцы, – ООО!

Лев фиксирует мои ноги на весу. Начинает двигаться. А я извиваюсь, кричу. Это нереально! Так приятно, хорошо, сладко! Хочу!

– ДАААА! – кричу.

– Рот открой, – приказывает Ярцев.

Я подчиняюсь его хриплому рыку. Сила. Моё тело принимает их мощь, склоняется перед ней. И человеческая суть капитулирует. Открываю рот. В горло проскальзывает большой член Семена.

Они оба во мне.

Мои возбужденные, порочные звери. Мамочки!

– МММ! МММ! – мычу, чувствуя подступающий оргазм.

– Первый пошёл, – смеется Лев, когда я начинаю сокращаться на его члене, – не нужно сопротивляться, мышка-охотница. Мы сделаем тебе очень хорошо.

Я не могу принять это! Нет! Но когда член Вересова увеличивается, растягивая мои стеночки, кончаю снова. А он заливает меня спермой. Её безумно много! Слишком…

Я точно залечу от него! Этого нельзя допустить… нельзя… ох! Волки меняются. Их глаза сияют желтым. Ярцев врывается в мою киску.

– ААА! МАМОЧКИИИ! – выгибаюсь, но не успеваю и вдохнуть, как в рот толкается Лев.

– Давай, пососи как следует. Дыши носом. Помнишь, как я учил тебя?

Семен рычит, возбужденно постанывает. А мне нравится. Ведь мы сейчас втроём. И нам всем хорошо. Истинность делает своё дело. Не могу сопротивляться её влиянию.

Это мои волки… и они меня хотят.

– АХ! МММ! ДАААА! – кричу, сдаваясь в их порочную власть.

– Умница, – шепчет Семен, – наконец-то ты принимаешь нас…

– ГЛУБЖЕ! АААХ! МММ! – вою, затем обхватываю рукой член Льва.

Погружаю его в рот. Волк смотрит с удивлением.

– Наша развратная мышка. О да, детка… соси его… ммм!

Вкусно. Мне нравится глотать сперму оборотня. Я опущена ниже некуда. Но довольна и даже счастлива. Знаю, что после буду ненавидеть себя. Но сейчас…

Всё нормально. Хорошо. Так и должно быть.

– Я ПОЧТИ! ДААА! – кричу, когда из меня вырывается влага.

Кажется, я на миг теряю сознание. Затем прихожу в себя. По телу течет удовольствие. Ничего подобного я не испытывала за всю жизнь. Никогда…

– Сень, смотри, она сквиртует! – Вересов продолжает ласкать меня, теребить клитор, продлевая оргазм.

Когда они успели снова поменяться? Лев кончает в меня. А Ярцев заливает спермой мою грудь. Я вся в них. Лежу, дыхание сбивается. Пустым взглядом смотрю в потолок.

В голове ни единой мысли.

– Вот так бы всегда, – Семен достаёт салфетки, очищает член и надевает брюки, – и мне бы не пришлось идти на столь неприятные меры.

– Такие уж неприятные? – бурчу. – Ты отвратителен!

– Ты моя истинная! – рычит Ярцев. – И твоё место подле меня. На моём члене.

– Ага! А до меня ты развлекался… – начинаю возмущаться, чувствуя сильный прилив ревности.

– Тихо! – рычит волк, жестко приподнимая меня и впиваясь в губы.

Терзает их, пока я не начинаю снова стонать и извиваться.

– Знаешь, раньше мне нравилось, как она сосала, – ухмыляется мне в губы, – но теперь любое прикосновение вызывает отвращение. Меня интересует лишь этот рот.

Оборотень проводит пальцами по моей нижней губе. Снова этот взгляд. И понимание, что Ярцев не лжёт.

– Тогда зачем ты это сделал? – шепчу. – Мне было больно.

Не знаю, зачем призналась. Но на лице волка вдруг появляется грустная улыбка.

– Хотел тебя проучить. Но в итоге сам себе сделал лишь хуже. Прости меня.

Я его не понимаю! То властный и жесткий, то вдруг такой одинокий и печальный.

– Тебе придётся заслужить прощение, – бормочу.

Ярцев лишь улыбается.

– Как скажешь, моя истинная.

– Таким твой стол мне нравится, Сень, – ухмыляется Лев, – давай, я вытру тебя, мышка.

Покорно принимаю эту странную заботу. Сперма оборотней всюду. Она покрывает мою киску, наполняет матку. Тонким слоем высыхает на груди и животе. В горле тоже волчье семя.

– Я вас ненавижу… – выдыхаю, начиная приходить в себя.

– Мы видели, – ухмыляется Вересов, – слезай. Иди ко мне!

Он быстро стирает с меня сперму. Я и не замечаю. Но хоть моё тело чисто, оборотни забрались глубоко в душу. И там обосновались.

– Встань, – жестко говорит Семен, затем разворачивает меня, смотрит на метку, – и правда. Двойная метка на упругой попке.

– Никогда о таком не слышал, но мне пиздец нравится, – говорит Лев, затем разворачивается, – смотри, мышка.

Поднимаю взгляд на его широкую спину с перекатывающимися мускулами. Меж пары крупных татуировок вижу руну. Словно ожог, она сияет золотым.

Семен поворачивает голову. На мощной шее также пульсирует вторая половинка моей метки.

– Мы втроём повязаны, Стася, – говорит он, затем натягивает рубашку, – ты замерзла?

Отпрыгиваю. Обнимаю себя руками, прикрываюсь. Мне становится стыдно. Что я только что творила? Гляжу на дорогой паркет. Его покрывает жидкость. Это я… так кончила?

Дрожу, прикрываю глаза и давлю слёзы. Я принадлежу этим двоим! Мне так страшно! Что со мной будут делать? Мучить? Заставлять рожать? Не хочу!

Всхлипываю. Но вдруг на плечи ложится мягкая ткань. Семен накрывает меня своей рубашкой. Холод проходит.

– Не плачь, Стася, – тихо говорит, целует в висок, – пойдем. Тебе нужно отдохнуть.

Киваю. Оборотни одеваются.

– Там есть кто? – спрашивает Ярцев, взглядом указывая на дверь.

– Нет, – Лев прикрывает глаза, делает глубокий вдох, – никого. Можем идти.

– А куда? – пищу.

– Пойдём, мышка-охотница. Отведем тебя в безопасное место, – шепчет Вересов, и тоже целует меня в висок.

От касания его губ тело прошибает мощной волной. Киска снова набухает. Твою мать! Опять?

– Я чувствую, – шепчет он, – но сейчас тебе нужно отдохнуть.

Меня ведут прочь из кабинета. Заходим в лифт. Мои ноги покрыты мурашками. Лев обнимает меня, Семен достает сигарету.

Двери открываются. Мы заходим в квартиру. Вижу ту самую кровать, с которой и началось моё падение. Топчусь у порога.

– Почему сюда? У меня есть квартира! – пробую возмутиться.

– Мы порвали твои вещи, – улыбается Ярцев, демонстрируя острые клыки, – голой поедешь?

– А здесь у вас женская одежда есть? – огрызаюсь.

– Ты ж, моя строптивая, – Вересов прижимает меня к себе, – Сень, она мне нравится!

Офигеваю, таращусь на мужчин. Почему они заботливые? Оборотни же не такие! По крайней мере, меня всегда учили, что волки – злобные и агрессивные звери. И никак не внимательные, ласковые.

– Нет. Но скоро будет. Ты пока душ прими, поспи.

– С чего такая забота? – рычу.

– Ты же наша истинная, – мурчит Лев, трётся о меня щетинистой щекой.

Молчу, исподлобья гляжу на оборотней. Мне нравится их внимание. Касания, ласки. Почему? Блин! Дурацкая метка!

– И ещё кое-что, – говорит Семен, – думаю, ты понимаешь, что в твоей жизни мужиков быть не должно.

– Их и не было…

– А как же твой охотник? – выгибает бровь альфа, – ты с ним трахалась… так что расстанься. Иначе я ему голову отгрызу.

– Это было давно, – вздыхаю, – мне не понравилось.

– Почему? – влезает в диалог Лев. – А с нами понравилось, я видел!

Почему… а я откуда знаю? Просто мой Пётр совершенно никакой в постели! Но им я этого не скажу. Как и того, насколько они умелы, и как мне с ними хорошо.

– Без понятия, – пожимаю плечами.

– Врешь, – Ярцев подцепляет мой подбородок.

До чего же этот зверь красив! Идеальный охотник на невинные девичьи души. Но я смотрю. Тону в его взгляде.

– Захочешь – расскажешь, – говорит он, затем отпускает меня, – душ вон там, полотенца в шкафу. Мы скажем Агнессе, чтобы она приготовила тебе нормальные вещи.

Они разворачиваются и направляются к двери.

– Спасибо, – шепчу едва слышно.

– Не за что, – вдруг отвечает Семен, затем подмигивает мне.

Так и стою, наблюдаю, как мои любовники-оборотни скрываются за дверью квартиры. Взгляд падает на тумбочку у самого входа. Там лежит моя сумочка. И в ней вибрирует мобильный телефон.

Дрожащими руками достаю устройство.

– Да?

– Стась! Привет! – голос Петра не вызывает никаких эмоций.

– Что ты хотел?

– Не рада слышать? – слышу, как он лыбится.

И меня это бесит.

– Занята. Ну так что?

– Как там твоя подруга?

– Эмм…

– Которая с меткой.

– Я поняла. Ну, она немного уже привыкла к этому.

– Плохо. Очень плохо! Потому что метка укореняется. Ты лекции своего отца прогуливала?

– Нет… – говорю тихо.

Я помню. Метка истинных появляется, а потом постепенно врастает в саму суть пары. И каждое взаимодействие усиливает её влияние. Даже простое общение. Что уж говорить про страстный секс…

Кажется, я попала по-полной! Что же делать?

– Стася! Приём! – верещит Петя.

– Да… я ей скажу, потом тебе перезвоню.

– И еще.

– Что?

– Пошли на свиданку! Давно не ходили. Ты меня в последнее время избегаешь, – дуется, – а я тебя хочу.

А я тебя нет… понимаю, что должна с ним расстаться. Даже не потому, что волки могут навредить. А потому, что не люблю этого парня. Нечестно пудрить ему мозги. У меня рождается план.

– Хорошо, давай сходим. Я тебе наберу, когда свободна буду. А пока у меня важное задание. Не звони, пожалуйста.

– Ладно! Удачи тебе! Буду ждать звонка.

Кладу трубку. Чувствую, как тело тяжелеет. Почему после оргазма всегда спать хочется? Подхожу в постели. Присаживаюсь и веду ладонью по мягкому шелку постельного белья.

У альф всё самое лучшее. Деньги, власть, женщины. Почему тогда природа сделала меня их истинной?

Это случайно или есть причина? Не понимаю…

Стягиваю рубашку Семена. От его аромата у меня голова идет кругом. Совершенно запуталась в собственных чувствах.

Голышом ложусь на твёрдый матрас, наслаждаюсь. Удобно и круто! Всегда бы здесь спала. Стоит прикрыть глаза, как проваливаюсь в глубокий сон.

Мне не снится ничего. Лишь странные звуки, рычание. Спросонья ощущаю ласковые касания. Меня гладят по бёдрам. Ох! Выгибаюсь навстречу. Постанываю.

Но потом ласка прекращается. Нуу! Блиин! Глаза открывать не хочется. Я уже давно так не высыпалась. Но я всё-таки просыпаюсь. Смотрю по сторонам. Приподнимаюсь на локтях.

Окно спальни приоткрыто. Рядом со мной на постели сидит Семен, его алые горящие глаза смотрят с интересом. Ворот рубашки расстегнут, я вижу кровь на его шее.

– Что случилось? – до меня не конца доходит, где я, и почему Ярцев здесь.

– Стася, нам с тобой нужно серьезно поговорить.

Глава 6

Семен

Ночная столица сияет миллионами холодных огней. Стою в темноте, выкуриваю сигарету за сигаретой. В кабинете всё еще стоит порочный запах нашего со Стасей секса. И на моих губах горит её стон.

Истинная…

Невольно касаюсь пальцами метки на шее. Приятное покалывание разносится по телу. Блядь! Я больше не могу трахать других. И даже прикасаться…

Нахуя вчера сорвался? Видеть боль в глазах истинной… пиздец, это мою душу наизнанку вывернуло. И до сих пор я чувствую себя последним подлецом и мудаком.

Рычу, чувствуя, как внутренний зверь рвётся наружу. Он снова хочет в неё.

– Альфа, – в кабинет заходит моя бета Агнесса.

Умная, взрослая волчица. Моя правая рука, бессменная помощница. Хотя порой я веду себя с ней, как полнейшее дерьмо. Но она меня слишком хорошо знает и не обижается.

– Да?

– Машина подана. Вы уверены, что мне не стоит ехать? Я бы могла поддержать вас в столь щекотливом вопросе.

– Твоя задача в другом. Следи за Стасей. Выполняй любую её прихоть. Но попытки убежать пресекай.

– Могу спросить? – она топчется на пороге.

– Да.

– Она ваша пара, альфа?

Стискиваю зубы. Мы испокон веков рвали и убивали охотников, мешающих жить припеваючи. А теперь одна из них – моя пара. И я не могу навредить ей. Мало того, начинаю испытывать странные чувства.

– Да, – коротко отвечаю.

– Ясно, – вздыхает бета, – тогда я сделаю всё, чтобы Станиславе никто не навредил.

– С чего ты взяла, что ей что-то угрожает? – резко разворачиваюсь.

– Слухи, альфа. Не все удаётся пресекать.

– Понял. Работай.

Она уходит. Слухи, значит? Интересно, кто же их распускает?

– Ну что? – встречаюсь со Львом в вестибюле офиса. – Погнали выслушивать волчьи чаяния?

Ухмыляюсь. Идти не хочется. Где-то там наверху, в моей постели сопит истинная. И зверь бы не прочь поразвлечься. Но статус альфы предполагает определенные обязанности.

– Каждый месяц одно и то же, – вздыхаю, когда мы садимся на заднее сиденье лимузина.

– Да. Надеюсь, сегодня будет проще. С охотниками мы договорились. Осталось донести это до кланов.

– Опять будут психовать, – вздыхаю.

– Самых ретивых придется приструнить, – Вересов хрустит костяшками пальцев.

– Сегодня я сам.

– Как скажешь.

Со Львом мы знакомы с щенячества. Наши кланы всегда были сильнейшими. Мы жили в центре России, а Вересовы заведовали севером. Мы пересекались редко. И когда началась большая война стай, вынуждены были объединиться.

И после всех сражений остались мы и десятки кланов без вожаков. Вересовы и Ярцевы – единственные стаи с альфами, должны были решить, кто достоин стать верховным вожаком.

Битва длилась два дня и две ночи. В итоге, порванные, избитые, мы так и не выяснили, кто сильнее. Потому объединились в союз.

– Хочу её, – вдруг выдает Лев, – ты нахуя вчера это шоу устроил? Ей было больно…

– Знаю.

– Маленькая мышка, – он прикрывает глаза, – как ты вообще сумел сунуть член в чей-то грязный рот? Когда у нас в руках такая малышка сладкая. Пиздец, я бы трахал её, не слезая… а ты обидел.

– Всё сказал? – рычу.

Вересов вдруг разворачивается ко мне. Вижу, как он злится. Старается задеть меня побольнее.

– Ещё раз доведешь её до слёз, заберу мышку себе.

Молчу. Сказать нечего. Лев прав. Я облажался. Хотел надавить, напомнить Стасе, кто тут вожак. А в итоге сам мучаюсь теперь.

Я люблю породистых самок. С красивой грудью и бёдрами. Стася совершенно не подходит под этот образ. Совсем молоденькая девчонка с небольшими сисечками. Неопытная. Прикрыв глаза, вспоминаю её розовые стоячие соски и длинные стройные ножки. Упругие бёдра, круглую задницу.

По-моему, у меня встал.

И запах. Слаще самого вкусного лакомства. Оплетающий моего зверя тонкими нитями связи.

– Кланам нужно знать о ней? – уточняет Вересов.

– Пока нет. Агнесса сказала, что идут слухи.

– Альфы, связанные с охотницей, – шепчет он, – пиздец, конечно.

– Её нужно беречь, – отрезаю, достаю сигарету.

– Она всё равно не переживет роды, – тянет Лев, – ни одна человеческая самка не выжила после рождения оборотня. Волчата сжирают мать прежде, чем появляются на свет…

– Тогда ей не нужно рожать, – серьезно говорю.

– Это суть истинности, – напоминает друг.

– Похуй. Жизнь Стаси для нас приоритет. С остальным разберёмся по ходу дела.

Я знаю…

Стася должна продолжить наш род. Именно для этого природа выбрала её.

– Думаешь, стоит обратиться к сестре Агнессы? Ну, за теми таблетками?

– Да.

– Хочешь подольше поиграть с малышкой охотницей? Я тоже. У меня стояк от одной мысли о мышке. Кончает она ахуенно красиво. И много.

Ухмыляюсь.

Мы подъезжаем к высокому бизнес-отелю в центре столицы. Даём щедрые чаевые наёмному водиле.

Заходим внутрь. С нами все здороваются. Здесь много людей. Но путь лежит на самый верхний этаж. В просторном конференц-зале уже собрались самые влиятельные оборотни. Представители наших кланов и более мелких стай.

Те, кто смог добиться нашего расположения. Там есть даже те, кто выжил в большой войне, вовремя склонив головы перед альфами.

– Семен, Лев, – нам кланяется Гелла, породистая волчица из небольшого клана, во главе которого стоит её брат.

Она не раз согревала мою постель. Пожалуй, именно Геллу можно было назвать моей самкой. Но сейчас мне совсем не до неё. Ведь мы с Вересовым слишком чётко ощущаем неповиновение. Оно имеет кисловатый привкус и исходит от кого-то из присутствующих.

Цокаю языком.

Присаживаемся во главу стола.

– Приветствую вас, – сдержанно говорю, и волки опускают головы в почтительном поклоне.

Все, кроме одного.

– В чем дело, Яр? – выгибаю бровь. – В прошлый раз тебя недостаточно проучили?

Этот волк – брат Геллы. Они остались вдвоем после того, как я убил их отца в честном поединке. Весьма сильный и перспективный оборотень. Но характер полное дерьмо.

Он стискивает зубы. Волчица, не мигая, глядит на меня. Знаю, что она уже давно ждёт закрепления официального статуса моей любовницы.

Но ничего такого не будет. Особенно сейчас.

Лев откидывается в кресле. Его тело напряжено. Альфа, не мигая смотрит на соперника. В том месяце Яр бросил ему вызов, и Вересов чуть не порвал ему глотку.

– Я всё помню, – тихо говорит оборотень, но уверенности в глазах даже не скрывает.

Видимо, придется преподать ему ещё один урок. Никто не может сомневаться в решении альф. Если хоть один волк посмеет поставить под вопрос наши методы, то и остальные начнут своевольничать.

– Охотники готовы подписать мирный пакт, – говорю, доставая сигарету.

Волки начинают галдеть. У кого-то на лице радость, а у других – сомнение. Наша со Львом задача – успокоить стаи.

– Остался последний штрих, – говорит Вересов, – и всё. Войне конец.

– И что вы им предложили? – спрашивает один из наиболее древних оборотней, глава клана южных волков.

– Возможность контроля, Аслан, – коротко отвечаю, – на некоторых точках.

Оборотень хмурится. Ему явно не хочется, чтобы охотники лезли в бизнес. Но такова цена мира.

– А что взамен? – рычит Яр.

– Взамен они отдали кое-что куда более ценное… – растекаюсь в довольной ухмылке.

Лев

– И что отдали? – не унимается Яр, а мне хочется снова всыпать этому ублюдку по первое число.

– Дочь главного охотника.

– И так велика её ценность? – рычит Аслан.

– Поверь мне, старый друг, – примирительно заявляет Ярцев, – эта девчонка очень дорога ему.

– Ему ли? – вклинивается Яр, затем встаёт.

– Брат! – шикает на него Гелла, шлюшка моего лучшего друга.

– А что? То есть мы впустим охотников в наш бизнес. А альфы получат очередную человеческую шалаву?

Громкий рык Семена резко прерывает тираду молодого волка.

– Не забывайся, Яр, – глаза друга вспыхивают.

– А то что? – тот нагло выступает вперед.

Остальные оборотни, главы мелких кланов, тоже начинают сомневаться. Ненавижу эту кислятину, запах неуверенности. Медленно поднимаюсь, но Ярцев меня останавливает.

– Я сам.

Сбрасывает пиджак, не выпускает из зубов сигарету. Яр издает громкий рык, ткань на его теле трескается, пока парень обращается в зверя.

На его месте спустя миг оказывается огромный рыжий волк.

– Блядь, ну опять, – вздыхаю.

Яр бросается на Семена, но тот даже не принимает волчью форму. Обхватывает его пасть голыми руками и тянет в стороны. Вот и всё. Рычание Яра превращается в жалобный писк.

Резкий удар когтями, и рыжий улетает в другой конец зала. Гелла бросается к брату. Тот харкает кровью, кашляет, возвращаясь в человеческую форму.

Остальные оборотни всё понимают верно.

– У кого-то ещё есть вопросы? – стряхивая кровь врага с пальцев, Ярцев оглядывает остальных вожаков.

– Нет, альфа, – чеканят они.

– Так-то, – он срывает пиджак со спинки стула.

Гелла тихо всхлипывает, обнимает Яра. Он злобно глядит на нас.

– Я знаю, в чем дело, альфа! – рычит оборотень.

– И в чём? – нависаю над ним.

– В этой девке! Охотнице! С ней что-то не так. И я докопаюсь до правды.

– Рискни! – рычу, опускаясь на корточки.

Яр отпрыгивает, продолжая скалиться. Но замолкает. Потому что не может противостоять власти вожака.

– Лёва, не нужно… – бормочет Гелла.

– Тихо! – гаркаю. – Эта охотница – наша пленница. Она дочь верховного охотника. И пока она в лапах оборотней, они не посмеют напасть.

– Докладывайте мне обстановку! – приказывает Ярцев, уходя. – Если они хоть рыпнутся, будем принимать меры.

– Да, альфа, – оборотни покорно опускают головы, прощаясь.

Кислятина пропала. Вместо неё нос щекочет приятный аромат подчинения.

– Ну, что будем делать? Поедем трахать нашу мышку? – улыбаюсь, провожу языком по клыкам. – Хочу полизать её сладкую девочку.

– Сначала нужно достать таблетки.

– У тебя кровь на рубашке, – морщусь.

– Знаю. Дома переоденусь.

– Или наша мышка тебя переоденет, – смеюсь.

– Яр не должен ничего раскопать, – шипит Сеня.

– Он ничего не узнает. А если влезет глубже, чем нужно, я оторву ему голову.

– Тогда у их клана не будет вожака. Это плохо и ослабит нас, – вздыхает Ярцев.

– И что мы будем делать с мышкой? Не держать же её в наших башнях? Хочу выгулять малышку.

– Выгуляем. Но сначала нужно позаботиться о том, чтобы она не залетела. Пока это нам не нужно.

А я бы хотел. При мыслях, что внутри мышки будет мой наследник, член мгновенно принимает боевую стойку. Ей точно пойдёт беременность.

– Ты слышал когда-нибудь о двойных метках? – спешу сменить тему, член уж больно сильно давит на брюки.

– Нет. Нужно заняться этим вопросом.

– Интересно, были ли прецеденты уже?

– Это очень странное явление. Я внимательно рассмотрел…

– Сладкую попку мышки? – снова плыву от воспоминаний о сочных булочках малышки-охотницы.

– Не только, – скалится Ярцев, – саму метку. Она идеально совпадает с нашими. Это точно не ошибка. Природа захотела, чтобы эта девочка была нашей истинной парой.

– Но нахуя?

– Без понятия. Человеческие самки может и могут выносить волчат, но родить ни одна еще не могла. Я всё прочитал, что было в нашей библиотеке на эту тему.

– Может, у друидов спросить? Они же вроде вне нашего противостояния. Люди, знающие всё о волках. И принимающие нас.

Сеня вздыхает.

– Может, выпьем?

– Давай.

Едем в ближайший элитный бар. Устраиваемся в углу и заказываем себе бутылку Хеннесси. Её приносит улыбчивая официантка. Рассматриваю её, понимая, что до появления в жизни мышки уже бы тащил эту девку в сортир.

А теперь лишь скольжу равнодушным взглядом.

– Не понимаю. Эта истинная связь… странная штука, – делаю глоток, алкоголь обжигает горло.

Зверь недовольно рычит. Он хочет спариваться с охотницей. Выпускаю когти.

– В первый раз я так ахуел, что чуть во время секса не обратился, – вздыхаю.

– Та ж хуйня, – рычит Ярцев, плеская себе еще коньяка.

– Если не сдержимся, навредим ей.

– Угу… – осушает рюмку.

Так мы пьем, и пьем, и пьем. Уже глубокая ночь, мы в баре совсем одни. Водитель Митяй покорно ждёт снаружи.

– Думаешь, он догадывается? – спрашиваю друга, когда мы покидаем бар, оставив щедрые чаевые.

– Без понятия. Но он Ярцев, мой дальний родственник. Так что в Мите я уверен.

– Куда едем, босс? – спрашивает водитель.

– На квартиру.

Откидываюсь на сиденье. Облизываюсь. Сейчас мы вернемся к нашей малышке. Она наверняка уже отдохнула от нашего секс-спринта. Потому что мой член хочет в её сладкую узкую киску.

Держись, мышка-охотница. Твои волки очень голодны…

Глава 7

Стася

Гляжу в жёлтые глаза Ярцева. Не могу оторвать взгляд. Как загипнотизированная провожу ладонью по его красивому, волевому лицу. Обо всём забываю. Или мне просто наплевать?

Что волки – это зло для людей.

Что я рождена, чтобы бороться с ними.

Эгоистка…

Он накрывает мою руку своей. Большой, горячей, волчьей. Момент столь хрупок, что любой неосторожный жест, слово или действие могут его разбить.

Но я чувствую внутри пульсацию. Это сердце бьется о ребра, буквально выламывая их. Оно рвётся к истинному.

– У тебя кровь, – шепчу, глядя на его рубашку, – не твоя?

– Нет, – тихо говорит оборотень.

– Сними… – схожу с ума от переполняющей меня нежности.

Хочу обнять этого хищника. Крепко. Почувствовать его звериный поцелуй. Ощутить внутри себя его пульсирующий огромный член. Слиться с ним в одно целое.

– Испугалась? – почти ласково шепчет волк.

– Нет, – отрицательно мотаю головой, – я… не знаю…

– Ты боишься истинности? – он берет мою ладонь в руку и прижимается губами.

Да что со мной? Предательница! Отец и охотники на меня рассчитывают! А я… Пытаюсь вырвать руку, но волк не позволяет.

– Ты убегаешь. Почему?

– Мы не должны, – шепчу, облизываю губы, – а где Лев?

– Занят кое-каким важным вопросом. Не меняй тему, Стася.

Тянусь к рубашке Ярцева, начинаю расстегивать пуговицы. Медленно, одну за другой. Освобождаю горячее тело мужчины из оков одежды. Он весь пылает. Я знаю, что температура тела оборотней выше человеческой. Но знать и ощущать кожей – разные вещи.

– Продолжай, – глухо шепчет волк.

Дрожащими руками снимаю с него грязную вещь, бросаю её на пол. Не могу отвести взгляд от совершенного тела. Он идеален.

Конечно, я уже видела Семена голым, но сейчас у меня есть шанс рассмотреть. Тугие мышцы перекатываются, словно он ощущает мой заинтересованный взгляд.

Присаживаюсь на колени, двигаюсь ближе к оборотню. Он ничего не делает, лишь смотрит. Облизывая губы, кладу ладони на широкие плечи. Привстаю. Я ощущаю, как меня тянет к нему.

Ближе…

Ещё ближе…

– АХ! – вскрикиваю, когда волк сажает меня к себе на колени.

– Не бойся меня, – тихо мурчит он, – я тебя не обижу.

– Ты оборотень, – выдыхаю, опуская взгляд, – и сегодня делал гадкое с той девкой.

– Этого больше не повторится.

– Я тебе не верю, – шепчу, – докажи мне…

Вижу, как топорщатся брюки мужчины. Он меня хочет. И я хочу его. Блин! Эта мысль, словно паразит, укореняется в голове. Мне хорошо, когда альфы рядом. Оба.

– Я хочу поцеловать тебя, – продолжает сводить меня с ума.

– Семен… – бормочу, – не нааа…

Но губы волка накрывают мои. Срывают разом все замки. Сижу сверху, совсем нагая, стону в губы своего врага.

– Впусти меня, – шепчет Ярцев, посасывая мою нижнюю губу, – не сопротивляйся.

– Я не… ох… ммм… – его руки обхватывают мою попу.

Так хорошо! Горячо! Прижимаюсь, трусь стоячими сосками о сильную грудь волка. Я схожу с ума! Да что же это такое? Тяга такая сильная, что из головы испаряются все мысли.

Остаются лишь желания тела. Словно оголенные нервы, они тянутся к тому, кто в состоянии охладить это пламя между моих ног. Лишь он. Или Лев. Или они оба.

Страсть заполняет меня, переливается через край жадными стонами. Не замечаю, как сама начинаю целовать волка. Обхватываю его лицо ладонями, провожу языком по горячим губам.

Пьянею от его аромата.

– Я не буду вашей любовницей, – стону, утыкаясь лбом в широкое плечо, пытаясь собрать последние крупицы достоинства.

– Ты уже наша любовница, – Ярцев крепко стискивает мои руки, – смирись.

– НЕТ! – отпихиваю волка, соскакиваю с его коленей и бегу к двери.

На ходу срываю с кресла рубашку и в попыхах натягиваю на голое тело. Но…

– Опа! Поймал! – Лев появляется, как чёрт из табакерки.

Вересов стискивает меня в руках. Не даёт вырваться.

– Отпусти! Я хочу домой! – почти плачу.

– Не отпущу. Не в одной моей рубашке и без трусов, – мурчит он, мягко толкая меня на кровать, – такой прикид подойдет для другого… времяпровождения.

– Нет… не трогайте меня!

От безысходности хочется плакать. Отползаю к изголовью кровати. Жмусь.

– Ну ты чего, мышка-охотница? Такая боевая была, – качает головой Лев, затем протягивает мне пакет, – а сейчас сдулась?

– Что там? – спрашиваю с сомнением.

– Это тебе, – Ярцев вздыхает.

Достаю небольшую баночку лекарств и рецепт.

– Противозачаточные, – поясняет оборотень, – и рекомендация, как их пить.

– Но, – не понимаю.

– Ты же не хочешь забеременеть? – облизывается Лев. – Ведь знаешь, что твоё тело слишком слабое, чтобы выносить нашего наследника.

Его явно заводит мысль о том, что мне придется рожать им детей. Ёжусь. Не хочу! Мне рано!

– Эти таблетки помогут тебе. Они разработаны специально для человеческих самок, – говорит Ярцев.

Сжимаю баночку в руке. Самка… горечь неприятным осадком оседает в сердце.

– Спасибо.

– Не за что, – голос Семена становится сухим, словно песок, – а теперь тебе нужно отдохнуть.

Лев разочарованно вздыхает. Оборотни разворачиваются, направляются к двери.

– Погодите! – пищу.

– Ммм? – Вересов растягивается в довольной ухмылке.

– Не уходите.

Мне безумно одиноко. Я чувствую, что хожу по грани. Меж двух миров. И ни в одном для меня нет места.

– Я боюсь спать одна, – прячу взгляд, – с тех пор, как умерла мама.

– Хорошо, – говорит Семен, и сейчас его голос звучит нежно, заботливо.

А сердце отзывается ноющей болью. Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох, как вдруг слышу странный звук. Словно хруст ломающихся костей. А затем…

– Раарр! – низкое рычание наполняет спальню.

Передо мной теперь не люди. А волки. Большие, сильные. Серый и чёрный. Они сейчас там, где стояли мужчины. Лев бодренько запрыгивает на постель, устраивается у меня под боком.

Ярцев оказывается справа, тыкается большим мохнатым лбом в моё плечо.

Спи…

Обнимаю их обоих. Внутри растекается чувство, что они не обидят. И почему-то именно мысли об охотниках пугают. А эти волки… они мои. Сложно объяснить. Я просто знаю это…

– Подъем, Станислава! – слышу мерзкий женский голос, распахиваю глаза.

Верчу головой, в панике мечусь по кровати и падаю на пол. Прямо к ногам Агнессы. Она в красном брючном костюме, лакированных лодочках на высоченном каблуке.

Гляжу на настенные часы.

– Время шесть! – возмущаюсь.

– Необходимо одеть вас, как подобает истинной альф.

– Где моя одежда? – цежу сквозь зубы.

– Эти тряпки? Я выбросила, – невозмутимо заявляет волчица.

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА? – подскакиваю, а мой желудок издает громкий вой, – ох.

Я со вчерашнего утра ничего не ела.

– Вот, наденьте, – она бросает мне пакет с вещами, – через пять минут буду ждать у подъезда. И таблетку выпить не забудьте. Поедем в салон за вещами, потом завтрак.

Она уходит, я с сомнением кошусь на оставленное. Достаю оттуда чистенькие новые джинсы, футболку, комплект нижнего белья. Рядом с кроватью стоят белые кроссовки.

Хм!

Быстро одеваюсь, собираю волосы в хвост. Выпиваю противозачаточные. Мне нужно обдумать это решение альф. Не понимаю, зачем они хотят отложить зачатие? Ведь это моя типа судьба – родить им наследника.

Только вот в голове роится ворох вопросов. Обдумывая их, иду к лифту.

С писком двери открываются, и я, не глядя, делаю шаг вперед. Тут же врезаюсь в чью-то широкую грудь, отлетаю и падаю на спину.

– Ай! Смотреть надо, куда идешь! – ругаюсь.

Передо мной высоченный мужик. Глаза ярко-синие, волосы длинные, волнистые. Оборотень.

Он присаживается. От оборотня веет агрессией, жаждой крови. Он ужасен! Внутри всё сковывает, беспомощно хватаю ртом воздух.

– Ты Стася? – хватает меня за подбородок.

– Больно! Отпустите! – начинаю махать руками.

– Сидеть, охотничья шавка! – рычит он, рассматривая меня. – И что они в тебе нашли? Сосешь хорошо? Или дырка узкая? Сейчас проверим.

Но тут я прихожу в себя. Не на ту напал, мохнатый!

– АХ ТЫ! – ору на весь офис. – Ты кто вообще такой?! А?! Тебя кто учил так с девушками говорить?!

– ЯР! – со стороны лифта раздаётся громогласный рык Ярцева.

Оборотень отпрыгивает от меня. На злом лице на миг проявляется ужас. Животный. В коридор заходят мои волки. Подскакиваю и бегу к Семену.

– Ты в порядке? – он прячет меня за широкой спиной.

– Можно, я разберусь? – вижу, как пылают алые глаза Льва.

– Давай, – Ярцев толкает меня к лифту.

В закрывающиеся двери врывается хруст костей и нечеловеческий вопль.

– Ты в порядке? – мужчина прижимает меня к себе.

Его сердце бьется очень быстро. Кутаюсь в спасительные объятия.

– Да… он не успел ничего… кто это, Семен?

– Называй меня Сеня, – смеется волк.

– Я попробую.

Мне стало действительно страшно. И лишь сейчас, глядя на свои дрожащие пальцы, я понимаю, насколько.

– Тшш, не плачь, малыш, – оборотень обнимает меня, пока мы едем в лифте на первый этаж, – сейчас с Агнессой прошвырнетесь по магазинам, потом позавтракаете.

– Я не понимаю, – хнычу, – почему?

– Что «почему»? – он гладит меня по голове, как маленькую девочку.

– Вы ведете себя так, словно я не ваша пленница. Будто я вам…

– Что? – он прищуривается.

– Небезразлична, – пытаюсь отвернуться.

Но волк не даёт мне этого сделать. Он грубо и бесцеремонно впивается в мои губы. А я знаю, что должна отстраниться и прийти в себя, но эти чувства слишком сладкие. Запретные. Невозможные.

– Ммм! Сеня… – шепчу.

– Ты нам небезразлична, – последнее, что он говорит перед тем, как двери лифта распахиваются.

Вижу суровый взгляд Агнессы. Растерянно касаюсь губ. Они пылают после поцелуя. Оборачиваюсь, но Семен уже скрывается среди сотрудников и утренних гостей офиса.

– Пять минут? – волчица выгибает бровь.

Присматриваюсь. Она будто бы меня и не бесит.

– Пойдем? – тихо говорю.

– Да, машина ждёт, – девушка направляется к выходу, а я семеню за ней.

Совершенно не представляю, что мне теперь делать. Чувства, скручивающие внутренности в тугой комок, мешают здраво мыслить. Я будто бы предаю всё человечество, испытывая влечение к волкам.

У входа стоит всё та же иномарка, и всё тот же Митя встречает нас с волчицей. Она садится на пассажирское сиденье, волк открывает мне заднюю дверь.

– Через это проходят все, – Агнесса что-то тыкает пальцем на экранчике навигатора.

– Давай я, – хрипло произносит Митя и аккуратно убирает руку девушки.

Вижу, как её щеки заливаются румянцем. Опачки! У нас тут парочка? Тишина становится неловкой. Митя старательно прячет напряжение рядом с Агнессой. Решаю разрядить обстановку.

– Через что проходят? Ты не договорила.

– Через страх и непонимание, – говорит она, вернув себе былой задор, – знаю, что ты напугана. Осознавать истинность непросто… кстати, а чья ты пара? Семена?

Я не знаю, что ей сказать. Что вообще мне можно говорить? У меня двойная метка. Пожимаю плечами, киваю.

– Он очень хороший, – говорит она, – властный, жесткий, порой перегибает палку. Но справедливый. Под его началом наша стая достигла небывалых высот. И я уверена, что сладить с ним тебе под силу.

– Но я человек…

– Если природа так решила, значит, так тому и быть. Кто мы такие, чтобы идти против её законов?

Она снова бросает взгляд на водителя. Желваки мужчины ходят ходуном. Он вновь касается перстня на пальце. Что же между ними происходит?

Пока мы едем, я раздумываю и пытаюсь собрать крупицы мыслей воедино. Что уж врать? Я с самого первого раза не особо-то сопротивлялась. Мне нравятся прикосновения оборотней, их томный шепот, возбужденный рык и взгляды, полные желания.

Я кайфую от секса с ними. И безумно ревную, если вижу с другими.

Это конец меня, как охотницы. Но, может быть, начало нового пути? Ведь я впервые в жизни испытываю такие сильные чувства.

Глава 8

Стася

Меня везут в самый центр столицы. Гляжу в окно, завороженная модными бутиками, ресторанами, автосалонами. Одним словом тем, что никогда раньше меня не интересовало.

Это другой мир. И на какой-то миг я вдруг ощущаю себя его частью.

– Приехали. Пойдем, оденем тебя под стать истинной наших вожаков, – заявляет Агнесса.

Митя ставит машину на парковку, галантно открывает мне дверь. Выхожу и осматриваюсь. Рядом дешевле «Бентли» тачек нет. Ёжусь. Чувствую себя полной деревенщиной.

Блин…

– Не тупи, истинная, – ухмыляется Агнесса, – у нас много дел и мало времени. Альфы не любят ждать.

Перед нами большое здание, облицованное бежевым мрамором с большими светоотражающими окнами. Оно роскошное. И даже представить страшно, что там внутри.

– Шевелись, нам ещё нужно на встречу успеть. Ты хоть кофе варить умеешь? – бросает мне волчица, – не опозоришь боссов перед делегацией?

– Умею я всё, – дуюсь.

На губах до сих пор пылает поцелуй Семёна. Невольно касаюсь их пальцами. Понимаю, что бесстыдно влюбляюсь. И быстро. Но ничего не могу поделать. Мне нравится эта лёгкость, словно парю на розовом облачке.

Мы поднимаемся по небольшой лестнице, Агнесса толкает дверь.

– Ого! – вырывается, когда я вижу нереально шикарное место.

Внутри всё сияет. Выложенный мрамором пол. Колонны, подпирающие высокий потолок.

– Ничего себе! – выпаливаю.

– Здесь всё вместе. Оденем тебя, волосы приведем в порядок. Потом позавтракаем в кафе напротив, – сухо чеканит волчица, – разувайся.

– Чего?!

– Того! Здесь в обуви не ходят.

Хренасе! Стаскиваю кроссовки, Агнесса протягивает мне мягкие тапочки. Вот это сервис! Он направляется в сторону бутика, судя по макененам и вешалкам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.