Кианна Александер
Соблазн по ее правилам
Роман

Kianna Alexander

After Hours Agenda

* * *

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. Α.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

After Hours Agenda

© 2023 by Eboni Manning

«Соблазн по ее правилам»

© «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

Глава 1

Ния Вудсон наполнила бумажный стаканчик ярко-розовой жидкостью, сделала глоток и улыбнулась: клубничный лимонад оказался холодным и сладким.

Она была в гостиной роскошного дома, в котором ее брат Блейн жил со своей женой. Иден должна была родить в ближайшие дни, и все родственники, собравшиеся на вечеринку, пребывали в постоянном ожидании чуда.

Гостиная была украшена всеми оттенками розового в честь девочки, которая появится на свет совсем скоро. В этот прохладный ноябрьский день Ния выбрала розовое платье-свитер с длинными рукавами. Оно отлично сочеталось с коричневыми сапогами на плоской подошве и тонким кожаным ремнем на талии.

Ния отошла в сторону, размышляя о том, что из всех детей Вудсонов она единственная до сих пор не вступила в брак. Даже ее младший брат Майлз, который всегда избегал серьезных отношений, женился на прошлой неделе. Он и его жена певица Камбрия Хардинг-Вудсон сейчас наслаждались медовым месяцем на Мальдивах.

Ния была старшей, занимала должность генерального директора, в семье ее считали серьезной и организованной – той, у кого всегда все в полном порядке. И это касалось всех областей жизни: и бизнеса, и семейных дел.

До недавнего времени она не задумывалась о браке – работа была ее главной любовью и привязанностью. У нее не было времени на долгосрочные отношения. Все остальные члены семьи находили время для личной жизни, а она нет.

– Ты в порядке, сестренка?

Ния вернулась к реальности и кивнула сестре:

– Да, Тиган. Я в порядке. Просто витаю в облаках, как говаривала бабушка.

– Хм… – Младшая дочь из клана Вудсонов, казалось, не поверила старшей сестре. – Ну, если ты так считаешь… Возвращайся к остальным. Мы собираемся сыграть в одну игру.

– Иду!

Ния неохотно последовала за Тиган и села в кремовое кожаное кресло. Глядя, как кузина Иден, Эйнсли, несет поднос с детскими бутылочками, наполненными странной фиолетовой жидкостью. Ния поморщилась. Фу. Эти игры такие банальные!

Тиган хихикнула, взяв одну бутылочку с подноса.

– Если бы мама была здесь, она бы съела это.

– Ты права, – усмехнулся Гейдж, принимая бутылочку от своей жены. – Спасибо, Эйнс.

Эйнсли чмокнула Гейджа в лоб и пошла дальше с подносом.

– Когда мама вернется от тети Лори из Шарлотта? – спросил Блейн, одетый в розовую футболку с надписью «Будущий отец».

Ния пожала плечами:

– Я не знаю точно. Мама сказала, что вернется в город к гала-концерту.

Проведя рукой по своему большому животу, Иден заметила:

– Эдди прислала мне самую большую корзину с подарками, которую я когда-либо видела, а еще несколько очаровательных вещей для ребенка.

Иден выглядела такой милой в своем розовом цветочном платье с завышенной талией. В ее кудрях красовался венок из розовых роз.

– И я уверен, что это еще не все, – произнес Калеб, сидевший в кресле возле входа в столовую. – Эдди дрожит от волнения, когда рассуждает о своем первом внуке. Тот факт, что ее здесь нет, говорит о том, насколько она, должно быть, все еще зла на меня.

Ния вздохнула. Слова отца послужили напоминанием о разрыве между ее матерью и отцом и скандале, который стал его причиной. Перед отъездом из города Эдди постоянно требовала эмоциональной поддержки от старшей дочери, и хотя Ния скучала по матери, была все же рада небольшому перерыву.

Никогда не теряющая оптимизма Тиган сказала:

– Давай не будем застревать на этом, папа. Посмотрим, кто выиграет в этой игре.

Она подняла детскую бутылочку и встряхнула ее.

Ния взяла последнюю бутылочку с подноса и посмотрела на жидкость:

– Эйнсли, что здесь вообще налито?

Эйнсли рассмеялась:

– Это просто смесь клюквенного и виноградного сока.

Слегка успокоившись, Ния кивнула.

– Хорошо, вы все знаете, что делать! – Эйнсли подняла руку. – Посмотрим, кто быстрее прикончит бутылку. Никакого обмана, снимаем крышку или прокусываем дырку в соске. Ладно, бутылки вверх, ребята. На старт, внимание, марш!

Ния чувствовала себя нелепо, когда пила из детской бутылочки, но, поскольку на сегодняшней вечеринке все игры были одинаково глупыми, она не протестовала. Глядя на всех других взрослых, пьющих из своих бутылок, она расслабилась.

Через несколько мгновений Гейджу удалось опустошить бутылочку. Он так старался, что пластик треснул в его руках.

Эйнсли дала финальный свисток.

– Похоже, Гейдж – наш победитель!

– Победа за мной! – усмехнулся Гейдж, подняв пустую бутылочку над головой. – Никто в этой комнате не может похвастаться навыком питья из бутылки!

Блейн толкнул брата локтем, а Тиган чуть не упала со стула от смеха.

Вместо того чтобы слишком долго размышлять над словами Гейджа, Ния спросила сестру:

– Когда вернется Макс?

– Послезавтра! – Тиган расплылась в улыбке, вспомнив о своем муже Макстоне Маккойе. – Не могу дождаться!

Ния с трудом сдержала вздох – она была рада за сестру, однако радость эта имела оттенок… зависти?..

Спустя несколько часов Ния стояла у входной двери. Она уходила последней, хотя уже давно пресытилась игрой взрослых в детские забавы.

Иден держала ее за руку.

– Еще раз спасибо за кроватку. Очень нужный для нас подарок!

– Пожалуйста! Я увидела ее в магазине несколько дней назад и не смогла устоять. – Она сжала руку Иден: – Отдыхай, сестричка.

Блейн обнял жену за плечи.

– Не волнуйся, Ния. Я прослежу, чтобы она отдохнула.

– Да уж, не подкачай! – Ния хлопнула Блейна по плечу. – Я не хочу, чтобы Иден или ребенок подвергались стрессу.

– Да, мэм! – шутливо отсалютовал Блейн.

Выйдя на улицу, она подошла к своей машине.

Запустила двигатель, тронулась с места и влилась в поток машин.

Рассеянно просматривая свою ленту в социальных сетях, Пирс Гамильтон поерзал на жестком деревянном стуле. Он уже минут двадцать сидел в приемной больницы. Ему становилось скучно.

– Мама, как ты думаешь, они скоро тебя позовут?

Эверли, сидевшая рядом, кивнула:

– Я уверена, что скоро. Обычно они не отстают от графика.

Она провела рукой по своим коротким кудрям, слегка взъерошив их длинными красными ногтями. На ней были белая шелковая блузка с поясом, завязанным огромным бантом, твидовые брюки и ее любимые дизайнерские туфли на плоской подошве.

Эверли Гамильтон, выходя из дома, всегда выглядела так, будто собралась на показ мод. Глядя на нее, никто не догадался бы, что ей нездоровится.

– Расслабься, Пирс, – добавила Лондон, сестра-близнец Пирса. – Мы здесь давно не были. Кроме того, что может быть важнее здоровья мамы?

Пурпурные джинсы Лондон, футболка цвета фуксии и туфли-лодочки с леопардовым принтом полностью соответствовали ее смелому и взбалмошному характеру.

– Ничего, – проворчал он. – Думаю, я был бы более терпелив, если бы эти стулья не были такими жесткими. Это как сидеть на плоском камне.

Эверли рассмеялась:

– Ты прав. Я много раз жаловалась персоналу на эти стулья.

Пирс усмехнулся, обозревая зал ожидания. Его взгляд остановился на лице темнокожей женщины в противоположной стороне комнаты. Она без стеснения разглядывала его.

Лондон подтолкнула брата:

– Пирс, почему эта дама смотрит на тебя?

Он пожал плечами:

– Откуда мне знать?

Женщина встала и направилась в их сторону. Пирс заметил, что она сжимает в руке свернутый журнал. Остановившись в нескольких шагах от него, женщина спросила с сомнением в голосе:

– Вы Пирс Гамильтон?

Он кивнул:

– Это я. Мы знакомы, мисс?..

– Дежа. Меня зовут Дежа.

Она раскрыла журнал.

– Я увидела вас в этой статье, которую только что прочитала.

Пирс взглянул на фотографию из статьи о наиболее известных чернокожих бизнесменах Юга.

– О, ничего себе! Да, это я. Я и забыл об этой статье.

– Но вы совсем не изменились, – ухмыльнулась Дежа. – Мне кажется, на вас даже тот же костюм.

Лондон подавила смех.

Не обращая внимания на сестру, Пирс взглянул на свой ярко-синий костюм, который был сшит на заказ.

– Это один из моих любимых.

– Не хочу быть слишком наглой, но… – Дежа закусила губу. – Вы все еще не женаты?

В этот момент в холл вышла медсестра и позвала:

– Эверли Гамильтон?

Пирс откашлялся и добродушно улыбнулся.

– Я польщен, но боюсь, что мне нужно заняться мамой прямо сейчас. Вы меня извините?

Дежа кивнула и вернулась на свое место. Пирс и Лондон последовали за медсестрой, сопровождавшей их мать, в приемную клиники.

Вскоре все трое вошли в небольшую комнату для осмотра. Пирс и его сестра сели на два пустых стула в комнате.

Эверли сказала:

– Сынок, если ты будешь отказываться от каждого потенциального свидания, у меня никогда не будет внуков.

Пирс хотел закатить глаза, но знал, что на его мать это не подействует.

– О, ты продержалась целых пять минут, мама.

Эверли нахмурилась:

– Следите за своим тоном, молодой человек. Я просто поделилась мыслью.

Пирс посмотрел на Лондон. Та покачала головой, показывая, что не желает присоединяться к разговору.

– Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, сынок, – настаивала Эверли. – Я хочу, чтобы вы оба испытали ту любовь, которая была у нас с вашим отцом.

Слезы навернулись на ее глаза, как это часто случалось, когда она говорила о покойном муже Филиппе.

Пирс почувствовал, как его сердце сжалось.

Дверь в смотровую распахнулась, и низкий голос вкрадчиво произнес:

– О, миссис Гамильтон, моя любимая пациентка!

Пирс наблюдал, как мать смахнула набежавшую слезу и изобразила радостную улыбку.

– Доктор Ричардсон, хитрый старый лис. Как вы?

Доктор Ричардсон, который последние пять лет был лечащим врачом Эверли, усмехнулся, садясь на табурет на колесиках.

– Я в порядке. Но меня беспокоят результаты ваших анализов.

Пирс напрягся:

– Что с мамой?

Лицо доктора Ричардсона, прежде радостное, стало серьезным.

– Я не очень доволен гемоглобином и холестерином, но они должны выровняться после изменения диеты. Что меня действительно беспокоит, так это ваша реакция на стресс-тест. Ваше сердце слабеет, Эверли.

Положив руку на грудь, она спросила:

– Что мне делать? Мне нужен новый рецепт или что-то в этом роде?

Доктор Ричардсон покачал головой:

– Я бы предпочел ничего не добавлять. Ваше кровяное давление повышено. На данный момент показатели не критичные, но мы должны следить, чтобы оно не стало выше.

Лондон выглядела совершенно растерянной.

– Если вы не хотите добавлять лекарства, что вы предлагаете?

– Эверли, вам нужно снизить уровень стресса. Значительно! – Доктор Ричардсон взглянул на листок, прикрепленный к его планшету. – Ваш организм просто не может выдерживать тот уровень напряжения, которое вы испытываете сейчас.

В наступившей тишине Пирс размышлял о словах доктора, надеясь, что мать прислушается к рекомендациям и делегирует ему хотя бы часть полномочий в «Гамильтон-Хаус».

Нахмурившись, Эверли коротко кивнула:

– Я постараюсь, доктор Ричардсон, признаю, что много работаю. Может, я возьму неделю отпуска.

Доктор Ричардсон улыбнулся:

– Это все, о чем я прошу!

Пирс сидел молча, пока доктор обсуждал с матерью ее лекарства и дозировки, а также давал советы по изменениям, которые ей следовало внести в рацион.

Он пытался сохранять спокойное выражение лица, хотя вел в душе воображаемый диалог с матерью, пытаясь убедить ее следовать советам врача. Эверли славилась упрямством. И он, и Лондон слышали сейчас советы доктора. Может быть, вдвоем они смогут убедить мать серьезнее отнестись к проблемам с сердцем.

Позже дома Пирс спросил:

– Что ты думаешь о предложениях доктора Ричардсона, мама?

Устроившись в своем любимом кресле, обитом розовым ситцем, Эверли проворчала:

– Ну же, Пирс. Я уже дважды прослушала лекцию. От доктора и от твоей сестры до того, как она уехала. Я не хочу выслушивать все это еще раз.

– Я не читаю лекции. Я просто пытаюсь понять, как ты себя чувствуешь.

– Я чувствую себя старой и усталой, – вздохнула Эверли. – Я прекрасно понимаю, что я не молоденькая попрыгушка, но я очень хочу жить.

Он подошел к креслу, в котором сидела его мать, и взял ее за руку.

– Мы с Лондон хотим, чтобы ты наслаждалась жизнью, вместо того, чтобы тратить свое время на работу и беспокойство о проблемах в офисе.

– «Гамильтон-Хаус» перешел ко мне от твоего отца. Я не допущу, чтобы его творение было растрачено впустую или чтобы им управляли не так, как следует, – отрезала Эверли.

Пирс кивнул, зная, что разговор окончен. Не было никакой возможности убедить мать изменить свое отношение к работе, по крайней мере, сейчас.

Глава 2

Налив себе кофе, Ния вошла в конференц-зал и направилась к столу. Утро вторника на удивление выдалось солнечным, и Ния чувствовала себя, как никогда, бодрой и энергичной, ей не терпелось приступить к работе. Она поставила бумажный стаканчик, сумочку и портфель на стол и отодвинула стул.

– Всем доброе утро!

Сотрудники, сидевшие за столом, ответили на ее приветствие.

Проверив время на телефоне, Ния сказала:

– Давайте начнем. Гейдж, можешь продолжать.

Поправив рукава своего темно-серого костюма, Гейдж встал.

– Всем доброе утро! Мой отчет из отдела эксплуатации будет довольно краток. Мы сократили количество предложений по новому зданию студии до трех компаний. Ния, у меня с собой эти три предложения, и я передам их тебе после встречи.

– Там есть чертежи? – спросила Ния.

Гейдж кивнул и с помощью пульта опустил проекционный экран.

– Да, полноразмерные чертежи. Мы сложили их вчетверо, чтобы они поместились в папках.

– Отлично! Мои глаза будут тебе благодарны.

Недавно Ния обнаружила, что ей нужны очки для чтения. В свои тридцать восемь она начала беспокоиться о здоровье глаз. Просмотрев краткий обзор трех предложений, Ния снова взяла слово:

– Спасибо, Гейдж. Тиша, какие новости из отдела финансов?

Тиша Льюис, давняя помощница Майлза, встала.

– Что ж, мисс Вудсон, Майлз утвердил бюджет на четвертый квартал перед отъездом в свой медовый месяц. Он также завершил проект бюджета на первый квартал, в котором предложил увеличить финансирование компании «404 Саунд».

Тиша передала Ние папку и включила презентацию с проектом бюджета.

– Спасибо, Тиша, я проверю цифры. Что-нибудь еще?

Покачав головой, Тиша вернулась на свое место.

Ния кивнула Тиган. Та встала и начала свой доклад:

– Мое предложение о программе стажировки для выпускников местных средних школ было согласовано и включено в предварительный бюджет на первый квартал. Сейчас я передаю его на твое окончательное одобрение.

Она протянула Ние блестящую фиолетовую папку.

– Дай-ка угадаю – от тебя никакой презентации?

– Презентации? Я лучше напишу побольше. – Тиган, садясь, передернула плечами.

Ния усмехнулась:

– Справедливо. Я не буду от тебя их требовать, поскольку твои документы обычно безупречны.

– Похоже, моя очередь, – объявил Блейн, встав со своего стула и откинув с лица длинные волосы. На нем были черные джинсы и черная футболка.

Ния улыбнулась:

– Мне нравится, что возвращение в семейный бизнес и нашу довольно сдержанную корпоративную атмосферу не заставило тебя отказаться от привычного дресс-кода.

Блейн усмехнулся:

– Ты меня знаешь. Кроме того, я слишком хорошо выгляжу в этой одежде, чтобы менять свой стиль. – Он прочистил горло. – Но вернемся к делу. В настоящее время я работаю с двумя новыми артистами, которые подписали контракт с нами в прошлом месяце, и я также рассматриваю небольшую компанию звукозаписи из Шривпорта, которую мы можем приобрести.

Он открыл собственную презентацию и дал краткую информацию о своих новых артистах, а также о компании звукозаписи, на которую положил глаз.

Ния улыбнулась:

– Я знала, что поступила правильно, создав отдел дочерних компаний и назначив тебя директором, Блейн. Ты проделал потрясающую работу.

– Рад, что ты признаешь мой успех, сестренка.

Подняв большой палец вверх, Блейн вернулся на место и передал ей бумаги.

Сложив все папки, Ния продолжила:

– На сегодня все. Увидимся снова на нашей последней встрече в этом году, которая состоится 5 декабря.

Все разошлись, за исключением Гейджа.

– Я готова изучить твои предложения, – сказала Ния, подходя к брату.

Подняв свой портфель, он ответил:

– Они здесь. Давай зайдем на минутку в твой кабинет.

«Что он собирается сказать?» – насторожилась Ния.

– Хорошо, давай.

Как только они оказались в ее кабинете, она жестом указала брату на стул возле своего стола.

– Хочешь рассказать мне, что случилось?

Гейдж откашлялся.

– Итак… Папа прислал меня сюда, чтобы кое-что тебе сказать. Но я собираюсь начать с небольшого личного сообщения.

– Поэтому он не пришел на собрание?

Присутствие Калеба не было обязательным, поскольку был почетным вице-президентом компании, но обычно он все равно присутствовал, чтобы быть в курсе всего, что происходит в «404».

– Да, я почти уверен, что именно поэтому.

Ния нахмурилась.

– Отец отправил тебя сюда вместо того, чтобы прийти самому? То есть ты должен в щадящем виде преподнести мне новости от него?

Гейдж издал нервный смешок.

– Подожди. В любом случае я просто хочу сказать, что супружеская жизнь прекрасна. Эйнсли и я безумно счастливы. Я уже говорил, что ей нравится ее новая работа в отделе кадров?

– Я в курсе. Я постоянно встречаю ее в здании, и мне, как генеральному директору, нравится, что она работает в отделе кадров. Эйнсли отлично подходит для этой работы.

Откинувшись на спинку стула, Ния сцепила руки за головой.

– Если ты закончил рассказывать мне то, что я и так знаю, можешь передать документы и просветить меня в отношении того, что папа сам не хотел мне рассказывать. Это так смешно! Папа слишком стар, чтобы заниматься такими вещами.

– Хорошо!

Гейдж открыл портфель и разложил бумаги на столе.

Глубоко вздохнув, он начал:

– У папы возникла блестящая идея создать что-то особенное для гала-концерта. Что-то, что, по его мнению, поможет ему вернуть расположение мамы.

Ния нахмурилась.

– Единственное, что действительно сработает, – это правда и готовность мамы принять эту правду, какой бы она ни была.

– Я согласен. Но ты же знаешь: раз уж папа решил, то уже не передумает.

– Люди говорят, что я унаследовала упрямство от него, – вздохнула Ния. – Что это за идея?

– Папа попросил меня сообщить тебе как можно меньше подробностей. Мне кажется, он думал, что твое любопытство может сыграть ему на руку. Это аудиовизуальный проект, который будет показан на проекционном экране во время гала-концерта.

– Это действительно все, что ты можешь мне сказать?

– Есть еще одна вещь. – Гейдж сделал паузу и нерешительно взглянул на нее. – Тебе придется поработать над этим с соответствующим специалистом, и папа уже все уладил.

– С Тиган? Она здесь технический специалист.

Гейдж медленно покачал головой:

– Нет. Это Пирс Гамильтон.

Ния оттолкнулась от стола и встала.

– Нет. Никогда. Я ни за что не буду работать с этим парнем.

– Папа сказал мне, что ты именно так и скажешь, но он уже…

– Пирс – эгоист. Он так самоуверен, что, скорее всего, я даже не смогу находиться с ним в одной комнате.

Гейдж откашлялся.

– Ну, об этом…

Включилось переговорное устройство на столе, и в кабинете раздался голос Алтеи, ассистентки Нии.

– Мисс Вудсон, Эверли и Пирс Гамильтон ждут вас в конференц-зале.

Ния уставилась на брата.

Гейдж развел руками:

– Поверь мне, я не имею никакого отношения к этому. Я всего лишь передаю тебе сообщение от нашего отца.

Нажав кнопку, Ния ответила:

– Скажи Гамильтонам, что я скоро буду.

Ние не понравилось, что ее застали врасплох, однако она была профессионалом и умела держать удар.

Пирс сидел рядом с матерью по правую сторону длинного полированного стола в конференц-зале «404 Саунд». Он совершенно не предполагал оказаться здесь сегодня.

Эверли обвела взглядом пространство.

– В последний раз, когда я была в этом помещении, настроение было совсем другим.

Он сразу понял, о чем она.

– Жаль, что ты не позволила мне и Лондон пойти с тобой в тот день для поддержки.

Эверли покачала головой:

– Для поддержки? Скорее для пущей драмы. Присутствие вас двоих здесь только усложнило бы ситуацию, а она уже была достаточно сложна. – Сложив руки на груди, она добавила: – Я прекрасно справилась сама.

– Справедливо.

Пирс снял черный пиджак и повесил его на спинку стула.

– И все же ты решила, что было бы неплохо поручить мне этот твой загадочный проект.

– У меня были свои причины оставить тебя дома в прошлый раз, а теперь у меня есть опять же свои причины просить тебя о помощи.

Пирс кивнул, но ничего не ответил.

Калеб Вудсон вошел в комнату и сел напротив них.

– Добрый день! Большое спасибо, что пришли.

– Все, что угодно, лишь бы сохранить наследие моего Филиппа, – ответила Эверли, кончиками пальцев коснувшись медальона на шее.

Пирс знал, что в этом золотом медальоне, усыпанном бриллиантами, находится свадебное фото его родителей.

Калеб улыбнулся.

– Я надеюсь, что этот проект принесет больше, чем просто положительный эффект.

Пирс погрузился в молчание, наблюдая за матерью и Вудсоном. Те явно что-то замышляли. Ему лишь оставалось выполнять их требования и стоически дожидаться развязки интриги.

Затем в комнату вошла Ния Вудсон, принеся с собой свежий аромат с нотками дыни и гардении. Пирс не мог удержаться от того, чтобы окинуть ее оценивающим взглядом. Уверенной походкой она прошла в комнату и, обойдя стол, села рядом с отцом. Она выглядела сдержанно и профессионально. Но ее красивое лицо было напряжено, что указывало на то, что она не в духе.

– Здравствуйте, миссис Гамильтон! – Ния остановилась и взглянула на него. – Привет, Пирс.

Ее сдержанный тон не ускользнул от его внимания. Он ответил подчеркнуто галантно:

– Всегда рад тебя видеть, Ния.

Она не ответила, вместо этого повернувшись к Калебу:

– Мне не терпится узнать, что происходит, папа.

– Да, хорошо. – Калеб встал. – Мы с Эверли пригласили вас сюда сегодня для обсуждения особенного проекта. Мы хотели бы, чтобы вы поработали вместе над созданием короткометражного ретроспективного фильма к юбилейному гала-концерту.

– Фильм расскажет полную историю компании от ее основания до настоящего времени, – добавила Эверли.

Пирс кивнул, теперь, когда понял, что происходит.

– И вы хотите, чтобы я работал над этим, потому что мой лучший друг – кинорежиссер.

– Верно. – Эверли коснулась его плеча. – И я знаю, что ты позаботишься о том, чтобы твой отец получил должные почести.

– Конечно.

То, чего ему не хватало в воспоминаниях об отце, мать компенсировала анекдотами и историями, которые она рассказывала за совместными обедами или когда они пересматривали фотоальбомы.

Ния снова заговорила:

– Это прекрасно. Но до гала-концерта осталось менее трех недель. Я надеюсь, что ваш друг-кинематографист тоже умеет творить чудеса.

Пирс усмехнулся.

– Известно, что он мастер своего дела.

– Хорошо. – Ния перевела взгляд на отца. – Я не понимаю, почему ты не обратился к Тиган. Такими делами занимается ее отдел.

– Верно, – признал Калеб. – Но здесь речь идет скорее об искусстве. Дело в том, что ты – старшая дочь, и поэтому у тебя больше всего воспоминаний о самых ранних днях нашей компании. Я знаю, что могу рассчитывать на то, что ты расскажешь нашу историю с должным уважением.

– Я думаю, это будет очень интересно. – Пирс не сводил глаз с лица Нии. – Я уверен, что мы вдвоем сможем придумать что-нибудь классное.

Выражение ее лица осталось непроницаемым.

– Посмотрим.

Эверли встала.

– Хорошо. А так как вы будете работать вместе, мы с Калебом оставим вас один на один, чтобы вы могли все обсудить.

Ния замялась:

– Я не думаю, что это…

Прежде чем она успела закончить предложение, Калеб и Эверли вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.

Ния откинулась на спинку стула и усмехнулась.

– Не могу поверить, что отец устроил все это для меня!

– Моя мама тоже не подарок, – добавил Пирс. Он надеялся, что слова сочувствия помогут ему расположить ее к себе. – Хотя это на самом деле довольно легко по сравнению с тем, что она обычно просит от меня.

– Ко мне всегда предъявляют слишком высокие требования, так как я руковожу семейным бизнесом. Я просто в шоке, что он повесил на меня сторонний проект прямо сейчас, когда у меня и так много своих проектов. И он о них прекрасно знает!

Пирс почувствовал укол в груди при упоминании о положении Нии в ее семейном бизнесе. Это напомнило ему о том, что мать не доверяла его способностям. Он постарался не выдать своих чувств.

– Ты на своем месте в компании, Ния. Ты очень способный человек. Я уверен, что мы сможем справиться с задачей, которую поставили перед нами наши родители.

Ния посмотрела на него долгим взглядом.

– Ты слишком явно мне льстишь, Пирс.

– Я просто говорю о том, что вижу.

Она коротко кивнула.

– Ты хочешь обсудить проект прямо сейчас? Потому что в моем кабинете меня ждет другая работа.

Пирс улыбнулся, одновременно раздосадованный и заинтригованный ее явным желанием уйти.

– Я свяжусь с Хантером – он мой хороший друг и режиссер, о котором моя мать говорила ранее, – чтобы узнать, когда он сможет встретиться со мной.

– Я начну с того, что пороюсь в архивах и соберу информацию о компании, – сказала Ния. – Как только у меня будет достаточно материала, я свяжусь с тобой. Тебя устроит такой план?

Пирс кивнул, встал и задвинул свой стул под стол.

– Я ценю твою готовность работать со мной.

– Это скорее услуга моему отцу, но я постараюсь быть настолько полезной, насколько смогу.

Она провела рукой по голове, накрутив на пальцы кончик гладкого конского хвоста.

Пирс нашел этот жест интригующим, несмотря на его безобидность.

– Что ж, не стану тратить твое время, – сказал он, направляясь к двери. – Я жду от тебя информации.

Ния кивнула:

– Я скоро с тобой свяжусь, Пирс.

Ее взгляд на мгновение задержался на его лице, и некое подобие улыбки ненадолго тронуло ее губы, прежде чем ее лицо снова стало серьезным.

Глава 3

Скользнув в красное кожаное кресло кафе «Атланта», Ния устроилась поудобнее. Отец сидел за столом напротив. Глядя на его смущенное лицо, она сказала:

– Папа, что заставило тебя навязать мне этот проект?

Он переплел пальцы и положил руки на стол.

– Мне жаль, если ты думаешь, что я навязал его тебе, но этот проект гораздо важнее, чем ты можешь себе представить.

Подошел официант с меню и стаканами воды со льдом.

– Что я могу вам предложить, мэм?

– Мне сэндвич с жареной курицей и овощами и несладкий чай, пожалуйста. – Она вернула меню.

– А вам, сэр?

– Я возьму сэндвич с креветками, картошкой фри и колой… – начал Калеб.

Ния посмотрела на отца неодобрительным взглядом.

Тот вздохнул.

– Если подумать… Я ограничусь овощным салатом. И буду пить воду.

Когда официант ушел, Ния продолжила требовать от отца ответов.

– Просвети меня, папа. Откуда такой внезапный интерес к нашей истории менее чем за месяц до гала-концерта? Ты никогда раньше не поднимал этого вопроса, а мы планируем это мероприятие уже больше года.

Отец отвел глаза, так, словно его заинтересовал интерьер ресторана.

Ния предположила, что он ищет ответ, а не восхищается знакомой невзрачной обстановкой. Кафе «Атланта» находилось в одноэтажном здании из крашеного кирпича, а его внутреннее убранство можно было легко охарактеризовать как «без излишеств». То, чего не хватало закусочной в атмосфере, с лихвой компенсировалось обслуживанием и невероятно вкусной едой.

– Начинай уже говорить, папа, – поддразнила Ния. – Помни, у нас всего час обеда.

– Я знаю. Ты должна понимать, что у меня есть важные мотивы, стоящие за этим проектом.

– Буду благодарна, если объяснишь все сам.

– Я в курсе, что подготовка к гала-концерту уже давно идет полным ходом. Но только недавно между твоей матерью и мной все пошло наперекосяк.

Она нахмурилась.

– Боюсь, я не вижу связи. Я знаю, что у вас с мамой сейчас тяжелые времена, но почему это означает, что я должна работать над чем-то вместе с Пирсом?

Калеб откинулся на спинку стула.

– Этот фильм – нечто большее, чем просто дополнение к гала-концерту. Это про нашу семью. И основа нашей семьи – Эдди и я. – Он сделал паузу. – Я надеюсь, фильм напомнит ей обо всем, что мы построили вместе, и поможет вернуть ее.

Ния заметила выражение боли на его лице и кивнула:

– Я понимаю.

– Хорошо.

– Надеюсь, у тебя есть запасной план. – Она барабанила кончиками пальцев по столу. – Вы дали нам очень сжатые сроки. Что, если фильм не будет закончен к гала-концерту? Что ты тогда будешь делать?

Калеб вздохнул.

– Честно? Я ожидаю, что полностью избавлюсь от этих ложных обвинений в мой адрес. Потому что они именно ложные. Я просто не знаю, сколько времени это займет. А я пока предприму какие-то действия.

Официант вернулся с тарелками, и они провели время, наслаждаясь хорошо приготовленными блюдами.

Через некоторое время отец возобновил разговор.

– Я не хотел поднимать этот вопрос на встрече, потому что там присутствовали не только члены семьи, но сегодня утром я получил известие от своего адвоката.

– Правда? – Она наклонилась к нему. – Что происходит?

– Помнишь, я нанял частного детектива, чтобы разобраться в этой ситуации с Киганом? – Лицо отца скривилось, как будто он съел дольку лимона. – Я попросил частного детектива сообщить о своих выводах непосредственно моему адвокату.

– Почему? Я думала, ты сразу же захочешь узнать, что он нашел.

Он покачал головой:

– Я уже знаю, что происходит нечто нехорошее, потому что этот молодой человек – абсолютно точно не мой сын. Поэтому я попросил детектива обратиться прямо к Эллиоту по двум причинам: чтобы Эдди увидела, что я никак не влияю на ход расследования, и чтобы ускорить неизбежный судебный процесс, который последует за этим.

Ния прокручивала в памяти слова отца. Он по-прежнему настаивал на своей невиновности, ни разу не отступив от своих слов с начала конфликта.

– Ну, мне очень интересно узнать о результатах. Давно пора закрыть это дело.

– Не могу сказать, что я не согласен. – Калеб покачал головой. – Стресс, через который я испытываю с тех пор, как этот человек вошел в нашу жизнь, слишком сильный. Как только Эллиот тщательно изучит все результаты поисков, он нам все объяснит.

Их тарелки убрали, но они задержались за столом.

– Я рада, что ты рассказал мне о своих истинных мотивах, папа. Я все еще не в восторге оттого, что мне придется работать с этим напыщенным павлином, но что поделаешь.

– На самом деле я связался с Эверли, чтобы спросить, может ли ее дочь Лондон нам помочь. Именно Эверли настояла на том, чтобы мы работали с Пирсом. Я полагаю, потому что он дружит с режиссером.

Это заставило ее задуматься.

– Выходит, я должна поблагодарить миссис Гамильтон. Хорошо. В любом случае нам предстоит еще много работы. Мне надо раскидать все мои дела.

– Что еще осталось сделать для гала-концерта?

– Сейчас все в основном сводится к согласованию финальных моментов. Убедиться, что финансы верно подсчитаны и заключены договоры с контрагентами.

– Сочувствую, дорогая, – сказал отец. – Но разве твоя помощница не может справиться с этими вещами за тебя?

– Она справилась с большей частью из них. Но мама попросила меня сделать самое сложное дело – договориться со знаменитостями. Она считает, что будет правильнее, если я, как генеральный директор, сама с ними договорюсь об их участии. – Ния покачала головой. – Ты не поверишь, как трудно застать этих людей на месте.

– После десятилетий работы в этом бизнесе я верю тебе, – рассмеялся он. – Я хочу, чтобы ты занималась этим проектом, и я сочту за одолжение, если ты это сделаешь. Но, пожалуйста, не перенапрягайся, ладно?

Ния улыбнулась.

– Не волнуйся, папа. Никто не жонглирует лучше меня.

Пирс подъехал к дому в испанском колониальном стиле в шикарном районе Морнингсайд в Атланте и заглушил двигатель. Здесь жил его лучший друг. Сейчас было утро среды. Обычно Пирс не навещал Хантера так рано в будний день, но поручение матери сделало его визит неотложным.

Выбравшись из машины, Пирс стряхнул невидимые пылинки с рукавов своей белой водолазки и направился к входной двери. Он несколько раз постучал по темному дереву, прежде чем дверь открылась.

– Привет!

Хантер придержал дверь, жестом приглашая войти внутрь.

– Спасибо, Хантер.

Войдя в коридор, Пирс втянул носом воздух.

– Пожалуйста, скажи мне, что я чувствую запах кофе. У меня силы на исходе. Мне нужен кофеин!

Хантер рассмеялся.

– Да, это настоящий колумбийский кофе, добытый честным путем. Мы оба можем взять по чашке, прежде чем спустимся в студию.

Пройдя по гостиной, мимо округлых ниш, в которых хранилась впечатляющая коллекция глиняной посуды, сделанной местными мастерами, Пирс проследовал за другом в просторную кухню, взял черную керамическую кружку и налил себе еще горячего кофе.

Прищурив глаза, он спросил:

– Мне кажется или ты переделал столешницу?

– Ты первый, кто это заметил, – усмехнулся Хантер, открывая холодильник и доставая пакет с молоком. – Я сделал ее около месяца назад. Заменил старый гранит на этот новый полосатый кварц.

Пирс кивнул и налил себе молока в кружку.

– Признайся, с тех пор, как ты поменял столешницу, тебя никто не навещал?

– Да. Ты же знаешь, что я не люблю чужих людей в своем доме.

Они с Хантером часто обсуждали, что нельзя пускать людей, которых они плохо знают, в свои дома.

– В любом случае мне нравится. Выглядит хорошо.

Хантер спросил:

– Ты готов спуститься вниз?

– Да, приступим.

Пирс пообещал матери, что вернется в офис после обеда, так что у него было немногим меньше трех часов, чтобы поработать над проектом.

Они вошли в подвальную киностудию Хантера. В помещении, похожем на пещеру, перед рабочей студией находилась зона отдыха. Она была отделена от рабочего пространства длинной стеной, в которую был вмонтирован огромный зеленый экран. Студийное освещение, направленное на стену, сейчас было выключено.

– Давай присядем на минутку и наверстаем упущенное, прежде чем начнем съемку.

Хантер жестом указал Пирсу на диван.

Как только они оба сели, Пирс спросил:

– Что происходит в твоем мире? Мы не виделись пару недель.

– Последние полторы недели я был в Лос-Анджелесе, я был там, когда ты написал мне об этом проекте, – сообщил Хантер. – На самом деле я только вчера вернулся в город.

– Я не знаю, почему ты не используешь самолет своего отца, вместо того чтобы летать в обычных самолетах. Я ненавижу аэропорты. Толпы, очереди, люди, бегущие по эскалаторам. Это ужасно выматывает.

– Согласен. Но я также думаю, что летать на частном самолете только потому, что я могу, было бы слишком расточительно. – Хантер почесал подбородок. – Кроме того, я был в Лос-Анджелесе со своей съемочной группой и снимал документальный фильм. Про индустрию экологически чистой энергии.

Пирс щелкнул пальцами:

– Да! Я помню, как ты упоминал об этом.

– Точно. И как я буду выглядеть, если прибуду туда на частном самолете?

Пирс поморщился.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать. Ты снял все, что тебе было нужно?

– Да. Теперь дело за моими специалистами по постпродакшн, они должны превратить отдельные кадры в полноценный фильм. – Хантер откинулся на подушки. – Теперь, когда я вернулся в город, могу возобновить работу с волонтерами в моем лагере искусств.

– Вот это тебе по-настоящему нравится?

– Абсолютно, – сказал Хантер. – Мой отец владеет семью автосалонами по всему Югу – я могу проводить время так, как хочу. И помимо создания фильмов, мне доставляет удовольствие влиять на следующее поколение художников.

Пирс потягивал кофе, наслаждаясь насыщенным вкусом.

– Понимаешь, вот почему мы с тобой до сих пор друзья. Так много людей, с которыми мы ходили в частную школу, сделали большие дела и очень мало дали обществу.

Хантер покачал головой:

– И не только те, с которыми мы учились в школе.

– Но не мы, – вздохнул Пирс. – Я никогда не мог повернуться спиной к городу, в котором вырос. Вот почему, как только я чего-то добился в «Гамильтон-Хаус», я учредил этот фонд, чтобы сохранить музыкальное образование в школах.

Несколько минут они сидели в приятной тишине, допивая кофе.

Поставив кружку на стол, Хантер хлопнул в ладоши.

– С тобой происходит что-нибудь интересное?

Пирс покачал головой.

– Ты меня знаешь. Я все время работаю.

Хантер рассмеялся.

– Я уверен, что мне не нужно говорить тебе, что в жизни есть нечто большее, чем работа.

– Нет. Но я так много сделал для увеличения прибыли и активов «Гамильтон-Хаус». А когда я этого не делаю, моя мать или сестра неизбежно призовут меня к участию в любом проекте, который у них есть. – Он вскинул руки. – И это единственная причина, по которой я сейчас здесь. Если бы мама не придумала этот проект, я мог бы увлечься чем-то, что напоминает общественную жизнь.

Хантер фыркнул:

– Извини, друг. Ну, по крайней мере, у тебя есть кто-то, кто может снять и отредактировать фантазию твоей матери, не отнимая у тебя слишком много времени.

– Ты мое единственное спасение. – Пирс покачал головой.

– Давай перейдем к зеленому экрану и начнем съемку. Твоя мама прислала мне список вопросов, поэтому мы начнем с того, что ты ответишь на них.

– Я надеюсь, вопросы приличные?

Пирс не мог избавиться от мысли, что его мать решила обсудить какое-то глупое детское происшествие, чтобы повысить развлекательную ценность статьи.

– Не совсем, но, если мы столкнемся с чем-то, о чем ты не захочешь говорить, я не буду на тебя давить. И помни, мы все отредактируем, прежде чем кто-то еще это увидит. – Хантер включил студийное освещение, затем прошел в кладовую и вернулся с единственным табуретом, который поставил перед зеленым экраном.

Сидя на табурете, Пирс глубоко вздохнул.

Хантер выкатил штатив с установленной на нем камерой. Поиграв несколько минут с позиционированием, он спросил:

– Готов?

Пирс кивнул.

Хантер включил камеру и достал из кармана сложенный лист бумаги.

– Сегодня мы встретились с Пирсом Гамильтоном, директором по развитию «Гамильтон-Хаус». Итак, Пирс, расскажи нам о том, как ты споткнулся о чей-то скейтборд и упал лицом в чашу с пуншем на выпускном вечере.

Пирс в изумлении открыл рот.

– Слушай, ты не…

Его друг рассмеялся.

– Это шутка. Просто, чтобы снять напряжение.

Глядя на старого приятеля, Пирс потребовал:

– Удали эти кадры!

Глава 4

Утром в четверг Ния отправилась в кафе «Дерзкая фасоль». Заказав сэндвич и кружку мокко с темным шоколадом и мятой, она положила свою сумку и планшет на подоконник.

Усевшись на свое место, она сделала большой глоток кофе и вздохнула.

«Чудесный мокко! И нигде его не делают лучше, чем здесь!»

Сэндвич с хрустящим беконом и идеально приготовленной глазуньей также оказался выше всяческих похвал.

Под звон колокольчика над входной дверью в кафе вошла ее сестра Тиган. Длинная бордовая туника Тиган, брюки в тон с золотой вышивкой и блестящие золотые балетки были ее типичной одеждой для рабочих будней. Ния придумала название стилю сестры: «астрологический шик».

Струящийся наряд Тиган резко контрастировал с ее красным кашемировым свитером, темно-синими брюками и туфлями-лодочками в тон. Их всегда удивляло, как по-разному они относились к одежде. По крайней мере, Ния точно знала, что она и ее младшая сестра никогда не появятся на мероприятии в одинаковом наряде.

Ния снова сосредоточилась на еде, пока Тиган делала заказ. Через несколько минут Тиган появилась за столом с круассаном и дымящейся чашкой в руке.

– Доброе утро, сестренка.

– Привет, Тиган. Что ты сегодня пьешь?

– Зеленый чай с лимоном и медом. Я думаю, что вчера переусердствовала с кофеином, мне нужен перерыв. – Она сделала глоток. – Мне не нужно спрашивать, что ты пьешь. Я уже чувствую запах мяты.

Ния рассмеялась:

– Что я могу сказать? Я человек привычки.

Ния доела свой сэндвич и сдвинула тарелки влево. Достав планшет из чехла, она положила его на стол и спросила:

– Готова поговорить о деле?

Тиган смахнула салфеткой крошки с туники, а затем поставила свой мини-ноутбук на стол и открыла его.

– Что обсудим сначала?

Ния провела пальцем по экрану планшета.

– Программу стажировки по техническим вопросам, которую ты упомянула на собрании. Давай обсудим твое предложение.

– Значит, ты уже все прочла?

Ния кивнула:

– Конечно. Мне очень нравится эта идея, и я думаю, что это отличная инвестиция по двум причинам. Во-первых, хорошо, что «404» занимается благотворительностью. И во-вторых, мы могли бы получить хорошо обученных сотрудников для наших проектов в будущем, так что это действительно можно рассматривать как инвестиции в долгосрочную прибыльность «404».

Тиган ухмыльнулась:

– Потрясающе. Я рада, что ты видишь преимущества. Ты одобришь финансирование, чтобы я могла начать эту программу?

– Конечно! Я могу финансировать программу на девяносто процентов от того, что ты просишь.

Тиган задумалась на несколько мгновений, а затем начала печатать.

– Ладно, это справедливо. Я сделаю все возможное, чтобы отработать выделенные мне деньги.

– Хорошо. Если денег не хватит, я бы посоветовала тебе обратиться к Майлзу и организовать сбор средств, чтобы компенсировать разницу. – Ния допила остатки мокко. – Ты изобретательна, Тиг, и без труда найдешь.

– Я ценю твою веру в меня, сестренка. – Тиган убрала с лица прядь волос и заправила ее за ухо. – Что происходит с новым зданием студии? Я знаю, что все эти предварительные работы технически относятся к компетенции Гейджа, но, поскольку я хозяйка студии…

– Да, я понимаю. Я не против рассказать тебе, что происходит. Я понимаю, что любопытство не дает тебе покоя.

Она перешла к другому документу на своем планшете и повернула экран, чтобы сестра могла его увидеть.

– Я еще не приняла окончательного решения по чертежам, но склоняюсь к этому.

Глаза Тиган расширились.

– О, интересно! Мне нравится этот план.

– Мне тоже. Мы принимали предложения только от компаний, строго соблюдавших все предписания по сохранению окружающей среды, но я чувствую, что эта компания добилась наибольшего прогресса в этой области. Видишь вон тот фонтан во дворе?

Тиган кивнула:

– Ara. Интересное решение – басовый и скрипичный ключи в качестве скульптурного водного объекта.

– Это не просто красиво – это функционально. Фонтан предназначен для сбора дождевой воды и подачи ее в систему орошения клумб, а для уменьшения испарения в нем используется почти невидимая сетка.

– Да, это новый уровень.

Ния повернула планшет обратно к себе, затем положила его на стол.

– Я знаю, что это не по теме, но я должна спросить. Ты знала о папином маленьком замысле?

– О ретроспективном фильме? Я только вчера узнала об этом. Гейдж сказал мне.

– Я не думаю, что это плохая идея. Но у нас так мало времени до гала-концерта, чтобы все подготовить.

– Правда. Он определенно мог бы уделить тебе немного больше внимания, Ния.

– И я не могу поверить, что он подумал, что было бы хорошей идеей, чтобы я работала с Пирсом Гамильтоном. – Ния закатила глаза. – Несмотря на то что я с ним вообще мало общалась, он мне никогда не нравился.

– Сочувствую, сестренка. Но постарайся не слишком раздражаться по этому поводу.

– Почему я не имею права на свое раздражение?

– Имеешь, но тебе придется немного смягчиться, – усмехнулась Тиган. – Помни, мы говорим об отце. Я сомневаюсь, что он имеет какое-либо представление о твоих чувствах к Пирсу. Он только что разработал план и нанял двух человек, которые, по его мнению, способны его реализовать.

Ния нахмурилась.

– Возможно, ты права.

Такое поведение было типично для их отца. Он никогда не задумывался о межличностных отношениях, когда дело касалось бизнеса. Его девизом было: «Смирись, пока работа не будет сделана».

– Гейдж говорит, что у Пирса есть друг-режиссер, – заметила Тиган. – Может быть, вам удастся быстро осуществить проект.

– Будем надеяться. Я не хочу тратить слишком много времени на этот маленький побочный квест. – Ния откинулась на спинку стула. – У меня полно других дел, связанных с гала-концертом, а мамы нет в городе, и это означает, что у меня будет больше работы.

– Не вешай нос, сестричка. Наступит день, когда мы наконец сможем выдохнуть. – Тиган закрыла ноутбук. – Кроме того, помни, у нас впереди последние примерки платьев. А я знаю, как сильно ты любишь наряжаться.

Почувствовав поддразнивание в тоне сестры, Ния улыбнулась:

– Ты права, сестричка.

* * *

– Эй, умник!

Пирс оторвался от бумаг, которые изучал, и пристально посмотрел на сестру, возникшую в дверях его кабинета.

– Лондон, что тебе надо от меня?

Она проскользнула в комнату и плюхнулась на гостевой стул напротив его стола.

– Перестань вести себя так, будто ты меня не любишь, братишка.

Пирс вздохнул:

– Семь минут, Лондон. Ты старше меня на семь минут.

Она пожала плечами:

– Но все же старше. Не я устанавливаю правила, Пирс.

Он откинулся на спинку стула.

– Итак, ты скажешь мне, чего ты хочешь, или?..

Лондон рассмеялась.

– Ладно, думаю, я уже достаточно тебя взбодрила. Как продвигается твой маленький проект с Нией Вудсон?

Он нахмурился.

– Буквально вчера начал над этим работать, а ты уже ждешь подробностей?

– Конечно! – Лондон ухмыльнулась, проведя рукой по своим кудрям. – А ради чего я сюда пришла?

– Ты могла бы, я не знаю, заняться какой-нибудь реальной работой?

Лондон усмехнулась.

– Слушай! Я директор по связям с общественностью, поверь, я много работаю. В любом случае просто ответь мне. Как продвигается проект? Вы с дамой из «404» еще не подрались?

Прис покачал головой:

– Мы не проводим столько времени вместе, чтобы дойти до этого. Я видел ее во вторник, когда был у них с мамой. Эта встреча длилась, наверное, минут тридцать. Ей не терпелось вернуться в свой офис, и с тех пор я ее не видел.

– Но вчера мама дала тебе отгул, чтобы ты поработал над этим проектом. Так что ты делал? Только не говори мне, что не сделал того, о чем просила мама.

Пирс посмотрел на нее.

– Лондон, если хочешь знать, я был в доме Хантера. Мы работали над съемками моих исповедальных сцен для фильма. Это наводит меня на мысль, что тебе, вероятно, тоже нужно пойти туда и снять пару подобных сцен.

Она отпрянула:

– Нет. Пирс, ты же знаешь, я боюсь камеры.

– Давай, Лондон! Разве ты не хочешь, чтобы твои воспоминания о воспитании сильной, успешной черной женщиной были сохранены для потомков?

Она глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула.

– Ненавижу, когда ты говоришь, как умник. – Она зарылась кончиками пальцев в кудри, как часто делала, когда была взволнована или напряжена. – Дай мне немного времени, чтобы разобраться в моей истории, и я кое-что обговорю с Хантером. Скажи своему другу, что он должен снять все за пятнадцать минут или даже меньше, потому что дольше я не выдержу.

– Не волнуйся. Он дружит со мной достаточно долго, чтобы знать, как ты дрожишь перед камерой, – пошутил Пирс. – Я уверен, что он не продлит твоих страданий.

– Посмотрим! – Лондон помолчала, затем щелкнула пальцами, будто что-то вспомнив. – Ах да. Я пришла сюда, чтобы сказать тебе кое-что. Угадай, кто скоро приедет?

Пирс пожал плечами:

– Я не знаю. Кроме того, я не думаю, что с твоей стороны было бы справедливо заставлять меня гадать после того, как ты столько времени меня доставала.

Лондон снова рассмеялась.

– Хорошо, я скажу тебе… Дядя Мартин приедет!

Он наклонился вперед в своем кресле.

– Правда? Мы не видели дядю Мартина уже сколько? Два года?

– Да, примерно так. Во всяком случае, я была с мамой, когда он позвонил этим утром, и я слышала, что он планирует приехать и остаться с нами на День благодарения.

Пирс улыбнулся при мысли о младшем брате своего отца и своим любимым дядей.

– Когда он приедет?

– Я слышала только, что он будет здесь перед Днем благодарения. – Лондон ухмыльнулась. – Ты знаешь, что это значит, верно?

Он в замешательстве посмотрел на нее.

– Ты хочешь заполучить пост генерального директора. Все в компании это знают. И если есть какая-то внешняя сила, способная убедить маму отдать эту должность тебе, так это дядя Мартин.

Пирс потер подбородок, обдумывая слова сестры.

– Это правда. Он чуть ли не единственный человек на земле, с которым мама будет советоваться.

– Подожди, зачем ты мне это рассказываешь? Разве ты не хочешь занять первое место?

Лондон махнула рукой, блеснув ярко-желтым маникюром.

– Брат! Мы близнецы, и ты должен знать меня лучше. Я не мечтаю о кресле руководителя, честное слово. У меня и так гораздо больше ответственности, чем я хочу. Добро пожаловать на должность генерального директора.

– Ты когда-нибудь говорила это маме?

Лондон покачала головой:

– Нет. Мы мало говорим о работе вне офиса.

Пирс закатил глаза.

– Ты же знаешь, что, если бы ты сказала ей о своих мыслях, это помогло бы принять решение в мою пользу.

Похоже, она задумалась над его словами.

– Может быть. В любом случае одобрение дяди Мартина будет иметь гораздо больший эффект, чем мое. – Она встала, вытянув руки над головой. – Ну, думаю, теперь я могу вернуться к «реальной работе».

– Хорошо. Это значит, что я тоже могу.

Лондон вышла из кабинета, оставив его наедине со своими мыслями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.