Алексей Корнелюк
Пересадка на станции «Вечность»

Глава 1

– Да где же ты… – прошептал я, мельком поглядывая то на железнодорожные пути, то на часы. Зябко, пальто совсем не греет, пальцы ног сковывают неудобные туфли и холод.

«Опаздываю, опаздываю, опаздываю…»

Переминаясь с ноги на ногу, я сжимал оттягивающий плечо ремень от сумки. Не припомню, чтобы складывал туда что-то тяжёлое. Перекинув ремень за спину, я брезгливо оглядел бетонный пол, облепленный жвачками.

«Где, чёрт возьми, носит этот поезд?!»

Покусывая губы, иду к табло… Гул от шагов разносится по пустынной станции.

– Ну замечательно! – едко и намеренно громко произнёс я, как только увидел новость о задержке.

Прохлопывая свободной рукой пальто в поисках сигарет, на автомате опустил сумку и принялся расстёгивать пуговицы. Расстегнув вторую, опустил глаза и, прикрывая глаза, замер…

– Твою же мать! – сморщившись, я наклонился, схватил двумя пальцами упавший на пол ремешок и на вытянутой руке понёс сумку к…

А где тут лавочка?

Обойдя колонну, окинул взглядом разбросанный мусор, недопитые бутылки, упаковки от снеков, шелуху от семечек и поспешил к следующей колонне. Чем ближе я подходил, тем отчётливее чувствовал запах мочи. Прикрыв нос тыльной стороной ладони, я перебил вонь дорогим парфюмом.

На лавочке громоздилось что-то большое. Набросанные стопки журналов или… Я подошёл ближе, и груда журналов вдруг ожила. Под накиданными сверху газетными листами храпел, цвёл и пах бомж. Из-под листов торчала лишь голова с натянутой шапкой до самого носа. В глазах от ядовито-пахучей мочи заискрило, и, отшатнувшись, я наступил на горлышко бутылки. Та со звоном вылетела из-под каблука, прокатилась по бетонному полу и ударилась о железное основание лавочки.

– Аргх! – поднимаясь, захрипел бомж.

Я сделал ещё два шага назад, наблюдая, как оно оживает и сбрасывает с себя бумагу, будто дерево листья в конце октября. Парфюм уже не справлялся. Казалось, освободившись из-под бумажной простыни, он раскрыл свой вонючий потенциал на всю катушку.

– Ты чего так долго? – обратился ко мне бомж, небрежно почёсывая свою куцую бороду.

Я нахмурил брови. Кто знает, что с бодуна привидится.

– Язык проглотил, Степан?

Откуда он знает моё имя? Встретившись с ним глазами, я почувствовал пробегающий по спине холодок… Внутри что-то упало, разнеслось эхом ужаса и удивления.

– Ты это, в себя приходи. Вот, на-ка. – бомж наклонился под лавочку и достал недопитую бутылку водки. – На, хлебни, полегчает.

Стало трудно дышать, и я решил ослабить галстук. Подняв руку к шее, я заметил, как трясутся пальцы. В глазах помутнело, и, обмякнув, я сполз по колонне на залепленный жвачками бетонный пол.

Глава 2

– Держи, говорю. – обдав перегаром, старый оборванец вкручивал в мои похолодевшие пальцы полупустую бутылку.

Вырвав руки, я отшатнулся.

– Спокойно, дружок, ты чего? – протянув в мою сторону морщинистую руку, демонстрируя почерневшие от грязи ногти, старик, видимо, ждал рукопожатий.

– Да отвали же ты. – простонал я, вставая и отбиваясь от руки с бутылкой водки.

– Где твоё уважение, балбес? – возмутился бомж, икнув.

Я прищурился.

Да не может быть… Тот же небольшой шрам над бровью, три большие морщины, взбороздившие крупный лоб, острый подбородок, аккуратные скулы и глаза… Точь-в-точь мои! Разве что, помутневшие, поблёкшие, потерявшие былую искру и веру в лучшее.

В нос ещё раз ударил коктейль из запахов мочи и перегара. В горле запершило, и, собрав кислую слюну, я сплюнул на замусоренные железнодорожные пути.

Это был я, без сомнений. Точнее, моя состаренная копия, которая…

– Сам ты копия, ЁЛЫ-ПАЛЫ! – воскликнул старик и отпил из бутылки, высоко запрокинув голову.

Господи… Да он хлыщет водку, как лимонад во время засухи…

Вытерев рукавом губы, он, противно кашляя, закрутил пробку и как-то чересчур бережно поставил бутылку под лавочку.

– Что тут происходит?! Ты… то есть, вы… почему вы так похожи на меня?

– Я… похож на тебя… – повторил старик, почёсывая бороду. – Погоди, голубчик. Это ведь ты, да? – нырнув в разбросанные газеты, дед, копошась, стал выискивать что-то в куче макулатуры.

Достав потрёпанную газетёнку, бомж развернул пожелтевшие листы, нахмурил брови и вгляделся в страницы.

– Ну точно ты… эй, руки, ёб твою мать! – воскликнул дед, теряя равновесия и валясь на спину.

Я, вцепившись в край газеты, вырвал кусок и под глухой удар черепа об колонну старика всмотрелся в картинку.

На полразворота была моя фотография, а над ней крупный заголовок:

«Молодой управляющий компании «Стрэтэджир дэливер» найден мёртвым в своей квартире»

– Я те щас мочку уха откушу, сопля! – кряхтел пьянчуга, пытаясь встать со скамьи и сбрасывая на пол груду газет.

Быстро пробегая глазами по некрологу, я стал пятиться назад. Нет, не может этого быть.

Я не умер, я жив!! Какой, к чёрту, инсульт в 32 года?! Что за журналюга-дилетант состряпал эту статью?

– Эй, обормот, на рельсы, не упади. – окрикнул меня старик.

Живот скрутило, голова вот-вот лопнет от невыносимой долбёжки, ещё шаг и… Каблук повис в воздухе, и неведомая сила потянула меня назад.

Лёгкость, почти невесомость прекратилась так же внезапно, как и появилась.

Не успел я прийти в себя, как дед резко подскочил и схватил за край галстука. Дёрнув на себя, он притянул моё обмякшее тело обратно на перрон.

– Шо как ребенок, в самом деле? – хватая за грудки, спросил дед, приводя меня в чувства перегаром. – Умер и умер, чего трагедию ломать?

– Нет… нет… нет, не умер. – глухо пробубнил я. – Это ошибка. – заключил я, отходя на безопасное безвонное расстояние.

– Может, всё-таки водочки, а? – оголив гнилые зубы, беззаботно предложил старик.

– Да запихни ты свою водочку знаешь куда? – заорал я на безобидного на вид старика, почёсывающего задницу. – Ахррр! – сжав кулаки, я стал накручивать круги по перрону. – Это всё сон, дурацкий, странный сон! Сейчас я проснусь и всё будет как прежде… Да… как прежде.

Дед икнул и молча вернулся к месту обитания, нырнув под лавку.

– Как хош, я всё-таки глотну чутка… – заключил он и осушил бутылку одним глотком.

– Нет, ну привидится же такое… Кошмар, вот фантазия у меня, конечно. – тарахтел я без остановки.

«Хрясь!» – бутылка со звоном вдребезги разлетелась во все стороны.

Замерев от неожиданности, я с опаской поглядывал на старика.

– Всёёё, водочка закончилась, а вместе с ней моё терпение! – икнув, подытожил он, смерив меня взглядом. – Садись, иначе я за себя не отвечаю!

Глава 3

Дед насупился, нахмурился, нахохлился, и все другие «нах»-определения, подходящие под описание расстроенного пожилого бомжа.

– Сам ты бомж, мать твою за ногу! – заорал старик со злой гримасой. – Я щас этой розочкой из водочной бутылки тебе пластику сделаю от сих до сих. – дедуля провел по щекам грязным пальцем, рисуя улыбку.

Я выставил руки вперёд, пытаясь утихомирить старца.

– Жду тебя тут, сижу сиднем, затекло уже всё. «Хр-р-р». – он звонко хрустнул тазом, заставив меня поморщиться. – А ты тут истеричку включаешь: «СОНЬ, СОНЬ»!! НЕ СОНЬ, а блядская неотвратимая смерть, и всё тут, понял?

Сглотнув, я кивнул в ответ.

– Ну вот и славно. Значит, расклад такой. – дед деловито сунул руку в растянутый выцветший свитер и достал трубку. – Я инструктаж проведу, а ты не выделывайся и не перебивай!

Увидев, что я ещё раз кивнул, дед расплылся в улыбке и принялся набивать трубку табачком.

– Я сам, когда при смерти был, увидел свет в конце туннеля. Думал, ну всё, РЕКОНСТРУКЦИЯ… превращусь в белочку.

– Реинкарнация. – осторожно поправил я.

– Чего?! – попыхивая трубку, воскликнул дед.

– Реинкарнация, говорю, а не реконструкция…

– Ну, я так и сказал – реструктуризация, одним словом… Хрен я больше в облик человека вернусь, хочу быть белочкой.

Я косо глянул в сторону железнодорожных путей.

– А они, – тут дед многозначительно указал грязным пальцем вверх, – по-своему распорядились и направили меня сюда куковать.

Я ждал продолжения, но дед чего-то умолк и лишь языком водил по дёснам, уставившись в одну точку. Ждал и ждал… Время тянулось, а дед всё из паузы не выходил.

– Ииии…? – мягко разбудил я старца.

– И хрен мне, а не белочкой быть!

– Аааа… ясно.

Я поднял с пола сумку и пошёл прочь.

– Эй, шалопай, это ещё не всё. – кинул мне в спину дед.

Я, не разворачиваясь, закатил глаза, про себя удивившись, что успел привыкнуть к столь изысканным запахам мочи, перегара и табака.

– Пока я тебя ждал, мне в уши успел ангельский голосок напеть про какую-то рыбу. Кар… Карпа? Карпу? В общем, скользкое словечко такое.

– Карму? – предположил я слово, про себя представив, как бы забавно с ним было бы гадать кроссворды. 5 букв по горизонтали – первая К, последняя У.

– Карма, карма! – воодушевился дед, от чего прерывисто задышал. – А ты смышлёный, не то что я. – подойдя ко мне, старец взял меня под локоть и повёл по перрону. – Ну и вот, я вместо рая обетованного или ада с его котлами кипящими получил, вроде как, время на подумать. Как жил, так и продолжаю жить, только это… – дед остановился и кивнул головой в сторону своего места обитания. – За жратву не беспокоюсь и фараоны с места не сгоняют, а водочка… – тут дедуля закатил в блаженстве глаза. – Она сама собой появляется.

– М-м-м. – промычал я, выдавив из себя искусственную улыбку.

– Представь, какая ирония получается, – дед дёрнул меня за плечо и подмигнул, – как прожил жизнь, так и на небесах жить приходится.

– Странные какие-то небеса. – заключил я, вглядываясь в перрон, которому конца и края не было видно. – Я всё-таки не пойму, если ты так жил и продолжаешь жить, так это одна история… Но я…

– Так ты у меня в гостях, Стёпка… Мы же с тобой из одного теста сделаны, вот и отбываешь ты в свой длинный путь именно с моего порога.

Я поглядел на деда. На вид ему было лет 70, не меньше. Вроде рост мой, да осел дедуля, ссутулился как-то, а комплекцию так и не определишь, на нём столько тряпок было, как игрушек на новогодней ёлке.

– Может, мы обратно пойдём, а то, если поезд придёт, не успею же… – начал было я, но старец меня тут же перебил, успокоив.

– Без тебя не уедет.

– Но почему? Почему так?

– А как ты хотел? – заулыбался дед, оскалившись гнилыми пеньками вместо зубов. – Красную ковровую дорожку? Поезд, потому что станции тебе проехать придётся, но без меня. Я, считай, твоя стартовая точка, 0 на оси координат, от которой тебе плясать нужно… – дед задумался и после многозначительной паузы добавил. – А куда тебя этот поезд привезёт – мне неизвестно.

– Ноль на оси координат… Интересная формулировка, интересно…

– Есть ли в ней смысл? – закончил за меня дед. – Конечно, Евпатий Коловратий, смысл есть! Не просто так этим самым ртом звуки издаю. Я – это версия нашей коллективной души, которая прожила жизнь без целей, желаний, просто прожила и всё тут. Никому не говнил, дорогу не переходил, но и добрых дел не выказывал, понимаешь?

Я еле заметно кивнул, проникаясь состраданием к дедуле.

– А вот эту жалость свою знаешь куда засунь? Туда, куда ты мою водочку хотел засунуть. Это мой выбор… Мой, понял? – дед широко-широко раскрыл глаза схватив меня за шею. – Не надо меня жалеть, я прожил, как хотел, и рад, что в своё время сам себе в этом признался. Я это… – дед защёлкал пальцами – Как его там… Стал дауншифером ещё тогда, когда сгущёнка была не такая приторная, а бабы… А бабы… Не, бабы суки во всё время были, неудачный пример. – заключил дед, выпуская мою шею из рук.

Вдалеке послышался знакомый уху звук «Чух-чух», и мы остановились.

– Ну вот и поезд твой.

– Сумка! – спохватился я.

– Сумка твоя здесь же. – указал дед под ноги. – Наши пожитки всегда с нами, куда бы мы не шли.

«Чух-чух» слышался всё отчётливее. Приближающийся поезд оказался каким-то странным, но больше всего меня удивило другое…

Глава 4

На всякий случай я наслюнявил большой палец и стал усердно протирать глаза. Ну привидится же такое…

– Ай, красота… – с придыханием заявил дед.

Я же всё ковырялся пальцем, пытаясь сбросить невидимую соринку, налипшую на сетчатку. И этот глюк, который… Я осторожно приоткрыл глаза. Да… Да, мне не привиделось, уму непостижимо!

Дедуля аж шапку снял и к груди приложил.

Сам поезд удивлял меньше, чем верхняя его часть, так сказать. Как бы это описать… Я почесал отросшим ногтем висок.

Сам поезд подталкивала гигантская, размером с вагон, рука.

Причём всю руку не было видно, только кисть, а за кистью туман. Беспросветный и тягучий, как серое желе. Никакой линии электропроводов, только тонкие пальцы, плотно обхватившие вагон.

Я мельком взглянул на старика.

– А ты думал, что зря в детстве в железную дорогу играл? – выпятив грудь вперёд, спросил дед.

Я лишь протяжно издал звук «Э-э-э…»

Замедлив ход, поезд, состоявший из одного вагона, остановился ровно там, где мы стояли.

Вблизи поезд чем-то напоминал посеребрённую пулю. Каждая его деталь казалась идеально ровной и отдавала блеском. Лишь маленькие матовые окошки выдавали в нём средство передвижения.

«Пф-ф-ф…» – столб пара вырвался наружу, и блестящая дверь эффектно подалась вперёд, а затем съехала вбок.

Что было внутри, понять было сложно, так как само отверстие было запечатано плёнкой.

– Ну, бывай. – положив ладонь на моё плечо, сказал дедуля. – Не поминай лихом. – добавил он и, передав в мои руки сумку, побрёл, опустив голову, в сторону своего прибежища.

Я, не решаясь зайти внутрь, провожал взглядом этого поседевшего неряху. Затем, сделав шаг в сторону двери, замер и, повернув голову, выкрикнул:

– Старик, а откуда ты слова такие знаешь? Про реконструкцию и реструктуризацию.

– Финансовыми газетами подтирался. – ответил дед, подняв кулак вверх.

Я, улыбаясь, сделал ещё два шага вперёд и встал напротив плёнки. Она казалась живой, и по её поверхности пробегали еле заметные волны.

Освободив руку от сумки, я поднял палец и нерешительно приложил его подушечку к плёнке.

Тепло, вроде ничего… Надавив сильнее, я протолкнул руку вперёд, минуя вязкость, и вот уже вся кисть скрылась за плёнкой.

Прислонив лицо, я хотел взглянуть, что там. Первым прошёл нос, и я почувствовал, как что-то невидимое щекочет и обволакивает кожу. Вытянув вперёд шею, я раскрыл глаза.

– АААА!!! – заверещал я, увидев сущность без лица, лишь отдалённо похожую на человека. Выдернув лицо, я от ужаса бахнулся задницей на бетонный пол. Тяжело дыша, я видел ещё стоявший перед глазами образ этого чучела.

На том месте, где должны были располагаться нос, глаза, рот и уши, была до предела натянутая кожа, напоминающая поверхность барабана.

– Каждый раз одно и то же. – сказал он, выходя на перрон. – Нарисуем мы лицо, на-ри-су-ем, а пока давай, внутрь забегай. – сказал он, показывая жестами, где это самое «внутрь».

Я, не шевелясь, рассматривал его. Откуда он вообще звуки издавал, где рот? Я пробежал взглядом по белоснежному халату с обрамлёнными красной нитью краями. Ткань не поддавалась описанию. С одной стороны, невесома, как шёлк, с другой – как прорезиненный дождевик.

– Долго пялиться будешь? – пожала плечами сущность. – Вставай и внутрь.

Я не шелохнулся.

Тогда сущность вскинула руки, еле заметно коснулась виска, моё тело как ужаленное подскочило и, маршируя, зашло внутрь, проскользив сквозь плёнку.

Мышцы одеревенели и не слушались. Я, стоя в тамбуре, с широко раскрытыми глазами наблюдал, как сущность забралась следом.

Подойдя к небольшой стойке, напоминающей минималистичную металлическую тумбу, сущность провела пальцем по поверхности и под вспышки на экране стала размахивать руками, словно дирижируя оркестром.

В тамбуре зажглась оранжевая подсветка, пробежавшая световой линией по полу и потолку.

– Тфффф – зашипел компрессор, и дверь с хлопком закрылась.

Сущность повернулась ко мне. От подушечек её пальцев исходило еле заметное свечение.

– В вагон сам зайдёшь или помочь?

Чувствуя, как задёргались лицевые мышцы, я вымученно кивнул головой и с облегчением почувствовал, как вернулся контроль к телу.

Глава 5

Прижав к груди сумку, я, как цапля, наступая исключительно на носочки, прошёл вглубь чёрного тамбура.

Тело потихоньку оживало, и я старался обходиться без резких движений.

Каждый мой шаг на полу оставлял удивительной красоты отпечаток. Казалось, я иду по тонкому слою льда, и при каждом соприкосновении узор растекался чудаковатой кляксой. Но стоило мне переступить дальше, как узор безвозвратно исчезал.

– Первая дверь направо. – раздалось за спиной.

Вагон внутри запросто можно было спутать с современным космическим кораблём.

Всё выдержано и строго. Поверхность пола, что это? Я слегка прищурился… Может, матовое стекло или…

– Да сколько можно, заходи уже. – с желчью в голосе поторапливал незнакомец.

Стены напоминали тёмный титан, от них прямо веяло холодом. А отдельные детальки – ручки, заклёпки, наконечники – были, скорее всего, хромированы.

Пикнув, овальная дверь почти бесшумно растворилась в стене.

Никаких плёнок, только скудный интерьер и оббитое жестью крохотное купе.

Сзади мягко опустились пальцы на шейный отдел позвоночника и резко втолкнули меня внутрь. Стоило мне перелететь порог, как началось то, что сложно описать словами.

Смена кадров была столь стремительна, что я после толчка еле как устоял на ногах.

Стараясь не моргать, я внимательно смотрел за происходящим. Купе, которое выглядело вполне объёмным, на деле оказалось картонной декорацией и при моём появлении с шумом завалилось назад.

В глаза ударил яркий свет. Солнечный луч чуть ли не выбил моё глазное яблоко, и, резко вытянув вперёд руку, я опустил взгляд.

Пол ожил, матовое стекло задышало и, словно только что залитая в турку вода, стало волноваться, образуя неровности и рыхлые земляные ложбинки. Через секунду сквозь землю проросла ярко-зелёная трава.

Я отдёрнул ногу, наблюдая, как отпечаток в рыхлой земле заполняется зелёной жизнью. Всходы травинок придали объёма и пышности.

Стены, которые когда-то были в тамбуре, исчезли, открыв передо мной безграничные просторы. Я словно попал на альпийский луг, даже воздух изменился… Я сделал глубокий вдох и почувствовал, как в лёгкие проникает свежий запах скошенной травы.

Голова закружилась. Чувствуя на своём плече руку, я повернулся и взглянул на сущность. Перемены коснулись и его… Теперь на том месте, где была пустота, прошла рябь, и лица разных незнакомых мне людей с сумасшедшей скоростью то появлялись, то исчезали на шарообразной поверхности.

– Подбираю подходящий образ. – озвучил мои мысли незнакомец.

Лица, как миллионы слайдов, сменяли друг друга.

Обернувшись, я потерял из виду дверь, не осталось ничего… Мы стояли на зелёном, залитым солнечным светом, прекрасном лугу.

Большая бабочка с красными крыльями, порхая, сделала несколько кругов вокруг головы и уселась на плечо сущности.

– Красивая, правда? – спросил он и улыбнулся.

Мои брови от удивления поползли вверх. Теперь рядом со мной стоял парень лет 20. Его белые отливающие золотом волосы, ярко-голубые глаза и безупречно чистое лицо напоминали мне…

– Да, это образ твоего друга детства.

Я всё вглядывался и вглядывался… Крохотные родинки на шее, даже небольшие пигментные пятна на высоких скулах… Всё было так реально, но я не узнавал друга. Может, я что-то не понимаю?

Бабочка вспорхнула с плеча парня и села мне на макушку. Я инстинктивно вжал голову в плечи.

Он улыбнулся, и по этой особенной ухмылке, ямочкам и приподнятому подбородку я вспомнил Ярослава – парня, с которым мы дружили до 10 лет, а потом его родители переехали, и я его больше не видел. Но сейчас… он повзрослел.

– А почему ты выглядишь как Ярослав?

Сущность пожала плечами и мягким голосом ответила:

– Таким твоё сознание захотело меня увидеть.

Я сделал шаг назад, пытаясь лучше разглядеть своего старого друга, и погряз туфлей во влажной земле.

– Можешь разуться, так будет проще. – предложил Ярослав.

Я бросил взгляд на его ноги, и он приветливо зашевелил пальцами.

Стоя на одной ноге и ловя баланс, я схватился руками за туфлю и с усилием сдёрнул башмак.

– А можешь сделать лицо попроще? – подначивал друг. – Ты кривишься так, будто проводишь операцию на сердце.

Высвободив вторую ногу, я приподнял висевшие на пальцах туфли и, переминаясь, спросил.

– А где их оставить?

– Да прям тут.

Аккуратно поставив свои начищенные до блеска туфли, я выпрямился и увидел, как сущность быстрым шагом направилась вперёд.

– Эй, погоди. – окрикнул его я, догоняя вприпрыжку.

Каждый шаг сопровождался приятным покалыванием. Я ещё никогда не ступал по такой нежной траве.

– Прекращай меня называть «сущность». – нахмурила брови сущность. – НУ ВОТ ОПЯТЬ! Зови меня Ярослав или контролёр.

Я кивнул.

– А куда мы идём? И вообще, где это мы? Я думал… это поезд и…

Ярослав вскользь посмотрел на меня и внезапно ни с того, ни с сего толкнул меня и со всех ног бросился бежать.

Глава 6

Его скорости позавидовали бы бегуны из Ямайки.

– ЭЙ! ПОСТОЙ! – заорал я вслед удаляющимся от меня пяткам.

Оттолкнувшись от земли, я сорвался с места.

В теле лёгкость, в уме чистота. Ни одной мысли, только созерцание здешних красот. Я, скорее, плыл, чем бежал, по привычке переставляя ноги. Никогда я ещё не чувствовал такой внутренней свободы.

Обременяющие и сковывающие путы, как снятые туфли, бесхозно лежали на примятой траве. Я бежал и бежал, забыв об отдышке или покалываниях в боку.

Влажные комки земли налипли на пятки, трава щекотала щиколотки, альпийский воздух бороздил волосы.

Потеряв из вида Ярослава, я, замедлившись, перешёл на шаг. Оглядевшись по сторонам, я сложил ладони лодочкой и, прижав ко рту, заорал:

– КОНТРОЛЁР!

«Контролё-ёр…» – вторило эхо. Странно, откуда оно тут взялось.

Вдалеке из-за тумана виднелись заснеженные вершины гор.

Уму непостижимо, я же в поезде. Какие горы, сказочные луга, солнце? Я поднял глаза и всмотрелся в огненно-жёлтый диск. Почувствовав боль в глазах, я прикрыл веки, продолжая видеть перед собой искристый круг.

Сев на корточки, я погрузил пальцы в мягкую податливую землю, собрал в кулак горсть и сжал в комок. Ощущения точь-в-точь как в жизни… Я раскрыл ладонь и сдул рыхлые песчинки. На руке остались серые землистые следы.

– Пассажир, не заставляй меня ждать. – раздался отчётливый голос Ярослава, будто мой старый друг шепнул мне эти слова на ухо.

Привставая, я протёр ладонь о брюки и неторопливо пошёл вперёд, внимательно всматриваясь и вслушиваясь. Каждый шаг доносил до меня отголоски знакомого шума.

Воздух снова изменился, наэлектризовался, поменяв плотность и оставляя еле заметные приятные покалывания в ноздрях.

Пройдя ещё шагов 30, я определил звук как шум водопада, только вот никаких водопадов рядом и в помине не было. Равнина, горы совсем далеко, разве что…

Я вгляделся. Впереди возвышалось необычное дерево, широченный ствол которого уходил в небо. Сверху падали зелёные листья, покачиваясь на ветру.

Подойдя ближе, я увидел, что дерево растёт на небольшом холмике, обнесённым рвом с водой. Держась за ствол, Ярослав, подпрыгивая, махал мне рукой.

Чем ближе я походил, тем громче звучал шум водопада. Да что за ерунда?!

Засунув мизинец в ухо, я хотел было прочистить ушной канал, но палец беспрепятственно уходил всё глубже и глубже… Казалось, что он вот-вот пройдёт сквозь череп.

Отдёрнув палец, я спрятал руку в карман и, ускорив шаг, подошёл к краю рва.

Вокруг дерева медленно и вальяжно текла река.

– Давай сюда. – позвал контролёр.

Я смерил расстояние. Между краем рва и островком с деревом было метров 10, не меньше…

А вода… Я всмотрелся, пытаясь найти дно.

– Смелей! – крикнул Ярослав.

Топчась на месте, я огляделся по сторонам и подумал, знает ли он, что я не умею плавать и боюсь глубины?

– Не ссы, прорвёмся! – снова крикнул контролёр, опустив до колен ноги в воду.

Ну раз порвёмся… Хмурясь, я сделал шаг, на всякий случай вобрав в лёгкие воздух и готовясь уйти под воду, но с удивлением обнаружил, что стою на воде.

Прохладная и во всех смыслах мокрая вода, как ни в чём не бывало обтекала ступню.

Поставив вторую ногу, я чуть было не упал и враскоряку под хохот Ярослава побрёл вперёд.

По пяткам поднятых ног стекали капли, а когда я ступал на воду, чувствовал невидимый барьер, удерживающий меня на поверхности.

Когда осталось полметра, я прыгнул вперёд и, почувствовав под ногами землю, выдохнул с облегчением.

– Браво, Степан, браво. Что дальше? Начнёшь превращать воду в вино? – ёрничая, спросил контролёр.

– Как… Как я по воде ходил?? – вырвалось у меня.

– По воде? – переспросил Ярослав, подняв бровь. – Какой воде?

Я обернулся и вместо рва с водой обнаружил участок земли, усеянный травой. Ни реки, ни худо-бедного ручейка… Я обернулся к Ярославу, но тот лишь беззаботно пожал плечами.

– Но шум водопада я слышу.

– А, водопад… Так он за деревом. – ответил собеседник, жестом приглашая следовать за ним.

Обойдя дерево, я увидел фантастически красивый водопад. С утёса, вспенивая гладь, обрушивался поток воды и уходил воронкой под скалистый участок. Крохотные брызги летели в лицо, окропляя брови и волосы.

Щурясь, я от изумления открыл рот, и, как по команде, ореолом показалась радуга.

– Лучшие спецэффекты к вашим услугам. – выкрикнул контролёр, но звук водопада заглушал его и без того еле слышимый голос.

Мы переглянулись, и Ярослав направил в сторону водопада указательный и большой пальцы. Скользнув большим пальцем вниз, он приглушил шум водопада.

– Вот теперь можно и поговорить. – с серьёзным видом заключил контролёр.

Глава 7

– Поговорить? – из груди вырвался смешок. – Ты только что убрал звук водопада… пальцами!! И это… – я резко развернулся, указав на поросший травой участок земли. – Реку, вон, в луг превратил!

– А почему бы и нет? – опершись о ствол дерева, спросил контролёр. – Каждый развлекается как может. Ты ещё не видел мой фирменный фокус, где из шляпы вылезает кролик.

– Ха-ха. – махнул я рукой и отвернулся.

Закрыв глаза, я почувствовал, как капли от водопада, облепив лицо, стекают по подбородку. Приоткрыв рот, я робко провёл кончиком языка по верхней губе и ощутил вкус слегка солоноватой воды.

– Как же это реально… – прошептал я, не раскрывая глаз.

– Конечно реально, ты же в Фантазстане. – контролёр подчеркнул последнее слово. – Здесь всё реальность… даже так. – встав рядом со мной, Ярослав подмигнул, вскинул руку в сторону водопада, потом сделал движение, похожее на поворот круглой дверной ручки.

Поток воды на мгновение замер, а затем поменял направление и стал течь вверх.

Моя челюсть непроизвольно опустилась.

– Видишь? – сказал контролёр. – Обрати внимание на слова «реально» и «реальность». Они, вроде как, об одном и том же, верно?

Я не уверен, что кивнул. Уж сильно был впечатлён увиденным, но вполуха всё-таки слушал.

– Обычно спрашивают в вопросительном контексте: «Это реально?». Вопрос уже поставлен неверно, в нём скрыт ответ «нет». Вслушайся в произношение – реаль… но… И это «НО» мешает твоему сознанию предположить, что всё увиденное является реальностью.

Я повернул голову в сторону Ярослава и слегка нахмурился.

– В английском языке, откуда и пошло это слово, в оригинале оно звучит так: «real» – переводится как «настоящий», а «no» – как «нет». В итоге получается – «Не настоящий».

Ухмыльнувшись, Ярослав запустил руку в мои волосы и быстро их взъерошил.

Мокрая чёлка налипла на лоб, уколов кончиком волоса глаз. Зачесав волосы назад, я сделал шаг вбок.

– Давай без этих экспериментов… – поправляя причёску, буркнул я, чувствуя, как капли неприятно катятся по затылку и бусинами стекают между лопаток.

– А «реальность» звучит как сплав двух слов: «реал» и «данность»… – как ни в чём не бывало продолжил свою лекцию контролёр. – В итоге, соединив два этих слова, мы получаем «принятие настоящего».

Замолчав, Ярослав поднял два пальца и слегка прибавил громкости водопаду.

«Ш-ш-ш» – умиротворённо зашумел поток воды.

– Слова – это ключи, шифры, если пожелаешь.... Именно поэтому успешные люди обладают богатым словарным запасом и, как говорится, слов на ветер не бросают.

А бедные? Через раз вставляют в разговоре «пох», «нах», «зах». Как думаешь, какие двери открывают ключи с такими бирками?

Мои губы расплылись в улыбке, и, встретившись глазами с Ярославом, мы дружно рассмеялись.

– Теперь ты понимаешь, почему ров с водой вокруг дерева вызвал у тебя вопрос «Реально ли это?», а потом пропал, когда я развернулся, а водопад, – контролёр махнул в сторону великолепного творения природы, – всё так же шумит и гонит воду снизу вверх? Всё потому, что для меня это реальность, и я её поддерживаю для нас обоих.

Опустившись на корточки, я замешкался… «Ай, фиг с этими брюками» – подумал я, выдохнул и уселся на задницу. Контролёр последовал моему примеру.

– Но зачем ты мне это рассказываешь? В жизни же всё не так. Может в Фантаз… что-то там и действую такие законы, только вот в жизни, так не работает.

– В Фантазстане! Что, запомнить сложно? – скривился Ярослав, дотянулся до плоского, как мыльница, камня и, размахнувшись, кинул в сторону будущего водопада. – В жизни как раз всё так, точь-в-точь так.

– Нет, не так. – стал спорить я.

– Нет так. – огрызнулся контролёр.

– Нет, не так! – я тоже схватил камень и со всей дури запустил в водопад. Подлетев к толще воды, камень прошёл сквозь неё, бесследно скрывшись.

– Мы что, перепираться будем? Детский сад, блин… – замерев на секунду, лицо Ярослава просияло, и он с возросшим энтузиазмом продолжил. – Вот в детстве у ребятишек иногда появляются воображаемые друзья. Реально ли это для ребёнка или это его маленькая тайная реальность?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.