Алексей Тукмаков
Лекарство от мамочки: Отправь инкубатор в отставку

Предисловие

Зло нужно увековечивать.

Иногда это единственный способ

одержать над ним верх.

(А.В. Тукмаков)

Эта книга для тех, кого мать разрушает. В двух смыслах:

– намертво привязывая и лишая автономии, чтобы избавиться от невыносимого одиночества;

– используя для разрядки своей агрессии и удовлетворения садистских наклонностей;

– или то и другое одновременно.

То есть для удовлетворения потребностей собственной психики. Таких матерей я называю «хищный инкубатор».

Проблема в том, что человеку, чтобы чувствовать себя психологически комфортно в мире, мать нужна. А также в том, что социум, по крайней мере российский, всегда встаёт на сторону матери. Тем, кому с мамочкой не повезло и кто фактически является её жертвой, избежать уготованной участи очень и очень трудно. Потому что внутри самого человека есть нужда в матери (для психологического комфорта), а извне – социальное давление, подталкивающее к примирению с матерью и возврату к ней, что бы мать ни вытворяла.

Я предлагаю альтернативный взгляд на вопрос, основанный на моём собственном жизненном опыте. Уверен, что многим людям, которых матери используют для удовлетворения своих потребностей, моя книга поможет окрепнуть и освободиться. А чтобы это стало возможным, необходимо по-новому взглянуть на некоторые привычные вещи. На такие привычные установки и стереотипы, как:

– мать дала жизнь, значит ты ей пожизненно обязан;

– от матери запрещено внутренне отказываться;

– можно научиться не поддаваться влиянию матери;

– мать можно поменять.

Всё это – заблуждения, и в своей книге я их подробно рассматриваю.

Эта книга не научная статья, а, по сути, идеологическая концепция. А идеологические концепции позволяют сформировать альтернативный взгляд на привычные вещи. И этот альтернативный взгляд, когда появляется, открывает возможность для нового пути, которого раньше не было, потому что человек его просто не видел.

Надеюсь, что моя книга поможет вам в обретении такого нового взгляда на вопрос отделения от разрушающей матери, укрепит вашу решимость и разрешит сомнения. Без этого невозможно движение вперёд.

Встроенный механизм материнского влияния

В каждом человеке на уровне рефлексов заложен механизм материнского авторитета и влияния:

– ребёнок автоматически доверяет матери (это механизм, обеспечивающий выживание беспомощного ребёнка в изначально незнакомом и опасном мире);

– мать на интуитивном уровне чувствует ребёнка, психологически настроена на него, понимает, как он воспринимает реальность (кстати, в НЛП¹ такая настроенность называется словом «раппорт»);

– мать имеет огромный опыт взаимодействия с данным конкретным ребёнком (с самого рождения, а точнее со времени зачатия), она знает ребёнка как облупленного и читает как открытую книгу;

– как результат мать виртуозно находит подход к ребёнку, что позволяет ей управлять его состояниями, как телеком с дистанционного пульта, она интуитивно чувствует, что сказать, с какой именно интонацией и выражением лица, и когда сказать, чтобы вызвать у ребёнка желательные (для матери) эмоции или скорректировать нежелательные (для матери) мысли и оценки ребёнка.

Почему это так? Потому что влияние матери обеспечивает выживание беспомощного ребёнка во враждебном мире. Поэтому механизм материнского влияния закрепился на генетическом уровне. Посредством естественного отбора. У кого этого механизма не было, те не выживали, не оставляли потомства, и этот механизм материнского влияния закрепился в генах. То есть в отношениях с матерью ребёнок, по сути, это послушный автомат. Это помогает выживать в младенческом возрасте².

Но есть и другая сторона. Побочный эффект материнского влияния состоит в том, что мать является самым эффективным манипулятором для человека. Она манипулирует и влияет круче, чем самый продвинутый мастер НЛП.

Многие тысячи лет назад, когда у человечества формировалась психика, это материнское влияние не создавало никаких проблем. В те далёкие времена люди жили по 30-40 лет. Потом они либо дохли от болезней, либо шли на обед саблезубым тиграм. Им ведь кушать хочется. И таким вот естественным путём влияние матери на подросшего ребёнка прекращалось. Схарчил тигр – и нету мамочки. А значит некому влиять.

Потом ситуация радикальным образом изменилась. Сейчас благодаря успехам медицины люди живут по 70-80 лет, а саблезубые тигры давно вымерли, как и динозавры, к сожалению. И поэтому, когда ребёнок взрослеет и становится по идее самостоятельным, мать никуда не девается: она продолжает небо коптить и оказывать влияние на подросшее чадо. Которое даже в «зрелости» остаётся эмоциональной марионеткой матери. И по-другому не бывает, потому что материнское влияние заложено в генах и на подкорке.

Выражаясь метафорически, у матери есть пульт управления подросшим ребёнком, как дистанционный пульт для телевизора. С помощью этого пульта мать управляет его эмоциями и оценками, она способна на них эффективно влиять. А эмоции и оценки определяют внешнее поведение человека, его действия и поступки. Мать может использовать этот пульт управления по-разному, как ей заблагорассудится, на пользу подросшему ребёнку или во вред. Мать может в какой-то период не использовать этот пульт управления совсем, чтобы замаскировать его наличие и усыпить бдительность чада. Но он у нее есть, этот пульт управления. И он у нее будет всегда. И в любой момент мамочка может нажать на кнопку.

Есть у Татьяны Овсиенко песенка «Школьная пора», и в ней такие слова:

Через года слышу мамин я голос,

Значит мне домой возвращаться пора.

Это как раз про пульт управления. Мамочка кнопкой щёлкнула – «взрослая» дочь к ней помчалась, как дрессированная собачонка по команде «ко мне». В том смысле что:

– критичность отключена;

– не подчиниться нельзя.

Такая вот автоматика.

И пресечь принципиальную возможность управления со стороны матери можно одним-единственным способом – полной информационной закрытостью от матери.

Опасности материнского влияния

В первый годы жизни ребёнок беспомощен. Совсем. Чтобы младенец выжил, природой предусмотрен механизм материнского влияния. Он работает так: ребёнок ощущает мать на уровне эмоций, высшим авторитетом, а мать чувствует ребёнка и интуитивно понимает, что и как сказать/сделать, чтобы оказать на ребёнка нужное ей влияние (на его эмоции и оценки).

Соответствующие признаки закрепились в ходе отбора, если материнское влияние не работало, ребёнок погибал, не оставляя потомства. А если с материнским влиянием всё было в порядке, выживал и плодился. И поэтому теперь все люди несут этот механизм буквально в своих генах.

Материнское влияние сохраняется во взрослом возрасте. Благодаря этому механизму мать всё также эффективно и неотвратимо влияет на эмоции и оценки подросшего ребёнка.

Правда, меняется стиль материнского контроля: из директивного он становится недирективным, и всё же это контроль. Но у человека создаётся иллюзия, что теперь он «взрослый», «сам принимает решения» и осуществил «сепарацию от матери». Это иллюзии и самообман.

Материнское влияние на взрослого человека создаёт две угрозы.

Во-первых, многие матери обесценивают людей противоположного пола, к которым у подросшего ребёнка возникает привязанность. Такие матери боятся, что ребёнок выйдет из-под их влияния, покинет их. И пользуются своим влиянием, чтобы обесценить того, к кому он может уйти. Проделывают это снова и снова, пока тушка подросшего ребёнка не утратит свежести и привлекательности для лиц противоположного пола. И всё, игра сыграна. Ребёнок при мамочке, и это навсегда.

Во-вторых, многие матери обесценивают интересы и увлечения подросшего ребёнка, замыслы и идеи, которые он хочет реализовать. По разным причинам: эти интересы и замыслы могут казаться матери неправильными или же она может завидовать возможному успеху ребёнка. И мать использует своё влияние, чтобы подрезать ребёнку крылья. И может держать его в таком состоянии всю жизнь, блокируя самореализацию. Мог, как Пикассо, картины штамповать для Эрмитажей, а он в 50 лет при мамочке сидит и в компьютерные игры рубится.

Когда влияние матери становится проблемой

Я недавно заказал на Озоне две популярные книги про психологию кошек. Автор одной книги, женщина, написала вот такой эпиграф:

«Эту книгу я посвящаю самой главной женщине в моей жизни. Той, которая учила меня самостоятельности, но всегда поддерживала, когда я оступалась и падала. Моей маме».

Это круто, когда можно искренне сказать про свою мать такие слова. Я, к сожалению, не могу сказать ничего подобного.

Вернусь к кошкам. Оба автора утверждают, что здоровые отношения между человеком и кошкой, когда хозяин от кошки ничего не ждёт. В смысле, что кошка удовлетворит какие-то его потребности (будет с ним играть или ластиться, когда хозяин захочет) или заменит другого человека, того, кто мог бы быть рядом. В общем, оба автора сходятся в одном: кошки просто есть и они ничего никому не должны.

По идее, ребёнок тоже просто есть и ничего не должен, если речь идёт о матери. Государству-то он кругом должен, школьным учителям, социуму. Налоги плати, контрольные решай, соблюдай Уголовный кодекс. И это как бы нормально, иначе все вокруг друг друга мочить начнут, экономика развалится и все вернутся в пещеры.

А матери – не должен. Это она должна, то есть обязана. Вырастить ребёнка, научить его взаимодействовать с миром, эффективно взаимодействовать, а не абы как, и выпустить в этот самый мир. Если мать – герой воспитательного фронта, она еще будет поддерживать подросшее чадо, хотя бы эмоционально, когда чадо в подобной поддержке нуждается.

Ребёнок матери ничего не должен. Мать должна. В Семейном кодексе написано про родительские обязанности, про детские не написано ничего, кроме содержания нетрудоспособных родителей (в старости).

Но это – несбыточный идеал. И зачастую матери относятся к своим детям хуже, чем хороший хозяин к кошке. Или даже плохой хозяин к кошке.

Фишка в том, что некоторые матери хотят за счёт ребёнка удовлетворить какие-то собственные потребности. Например:

– в эмоциональной разрядке: выплескивание на ребёнка агрессии, потому что ребёнок сдачи не даст, деваться ему некуда, а повод (за что) всегда найти можно (это психологическое или физическое насилие, садизм);

– в наличии другого человека рядом, который никуда не денется от мамочки ни при каких обстоятельствах (это привязывающие матери, возвращающие ребёнка в состояние вечной инфантильности);

– в половом объекте, когда мать направляет своё собственное либидо на ребёнка (не важно, что она конкретно делает, это ощущается ребёнком и разрушает его, это, по сути, сексуальное злоупотребление ребёнком).

То есть у такой мамочки есть на ребёнка свои «виды». И чтобы ребёнок удовлетворял её потребности, любые, этот самый ребёнок должен быть как минимум рядом, жить с мамочкой. И поэтому если кто-то после достижения совершеннолетия, ну самый край, после получения профессии, продолжает с мамочкой проживать, вот первый тревожный звоночек.

Чтобы удовлетворять свои собственные потребности за счёт ребёнка, матери используют врождённый механизм материнского влияния. Об этом механизме я писал выше.

Ключевой момент моей книги состоит в идее, что возможность влияния матери на ребёнка, управления его эмоциями и оценками, не прекращается никогда. Вообще никогда, даже если ребёнку стукнуло 50 лет. Мать – это всегда мать. Это на уровне генов и подкорки вшито. Иначе бы человеческий вид не выжил.

А как же «сепарация»? – спросите вы.

А она, как правило, иллюзорна, – отвечу я.

Сейчас поясню, почему я так говорю.

Какие психологические потребности есть у ребёнка? Вот такие:

– в соблюдении его границ;

– в самореализации;

– в самостоятельности.

Три потребности, которые я перечислил, зачастую вступают вступают в противоречие с потребностями матери:

– в случае использования ребёнка как объекта для разрядки эмоций или полового объекта мать разрушает психику ребёнка;

– в случае привязывания и инфантилизации ребёнка, чтобы он всегда был рядом с мамочкой, ребёнок лишается самостоятельности и возможности самореализации.

То есть происходит коллизия потребностей, или, другими словами, конфликт.

Возможны два варианта взаимоотношений матери и ребёнка.

1. Конфликт есть, это конфликт потребностей матери и ребёнка.

2. Конфликта нет (у мамочки есть любимый и преданный муж, и она ходит на джиу-джитсу, где агрессию разряжает), и тогда всё хорошо.

Рассмотрим ситуацию 1.

Коллизия есть, у матери есть виды на ребёнка. Пока ребёнок маленький, слабый и постоять за себя не может, мать использует силовые методы. Я называю эту стратегию «злая фурия».

Когда ребёнок вырастает и начинает давать отпор, мать может сменить стратегию, чтобы ребёнок от нее совсем не сбежал, на другую – «сладкая мамочка» (недирективный контроль). Я расскажу об этих двух стратегиях дальше.

Ребёнку кажется, что мамочка исправилась, перестала его насиловать, признала его границы, а значит он «сепарировался». А вот фигушки. Просто сменился формат материнского контроля – с директивного на недирективный. (Психотерапевты, кстати, тоже контролируют своих клиентов-пациентов, даже недирективные, я эти фишки изучил, как-нибудь напишу про это).

Рассмотрим ситуацию 2.

Мать может быть «хорошей» и не использовать в отношении ребёнка насилия и силовых методов вообще. Ну повезло ребёнку с мамочкой!

Но как говорил древнегреческий философ Гераклит: «Всё течёт, всё изменяется». Ребёнок вырастает. У него появляются новые, собственные интересы. Например:

– дорогой человек, муж или жена, которых мать по какой-то причине не принимает (с мамочкой не поладили);

– творческая или социальная активность, которую мать не одобряет (возможно, из-за неосознаваемой зависти или страха);

– религиозные взгляды, политические убеждения, которые для матери неприемлемы;

– ну или, как вариант, любимый муж мамочки неожиданно помер, а найти нового шансов нет, ибо солидный возраст, возникает одиночество и пустота.

При смене обстоятельств мать может использовать своё влияние, корректировать ребёнка так, чтобы он соответствовал ее ожиданиям:

– обесценит неугодного мужа/жену (доведет до развода);

– подорвёт веру в себя (в творческом процессе);

– начнёт грамотно запугивать (подрывая нежелательную социальную активность, в том числе свой бизнес или неугодную матери работу);

– исподволь обесценит мировоззренческие взгляды и установки (внушит сомнения, взгреет их, она ведь мастер влияния на ребёнка).

В общем, когда у подросшего чада появятся новые, собственные ценности, идущие вразрез с интересами и ожиданиями матери, она может начать исподволь атаковать/разрушать эти самые ценности. Ребёнок бросит творчество, социальную активность, бизнес, любимого человека…

У матери всегда был пульт управления, в кармане лежал, в потайном. И она этим пультом не злоупотребляла, так что ребёнок такой мамочке полностью доверяет, бдительность и критичность в отношении матери у него не то что усыплена, а отсутствует как явление. В итоге какая-либо самореализация для этого ребёнка накрывается медным тазом.

В обоих случаях кажется, что с «сепарацией» всё в порядке. В первом случае насилие со стороны матери сначала было, потом прекратилось. Во втором случае насилия не было вообще.

Но мать всё равно управляет ребёнком, как ей заблагорассудится. Просто для этого она использует недирективные методы. В этом смысле мамочка круче самого распиаренного психотерапевта или НЛПёра.

В общем, сепарации, в смысле прекращения влияния матери, не бывает. Механизм материнского влияния встроен в каждого человека на генетическом, бессознательном уровне. Принцип такой: «Отключи критичность и подчиняйся матери». Иначе младенец не выживет. Для повзрослевшего человека этот механизм может создать проблемы. Какие – об этом вся моя книга.

Конечно, бывает, что это влияние матери не идет вразрез с интересами ребёнка. Она его поддерживает, где-то вдохновляет… То есть помогает стать самостоятельным и самореализоваться. Имеет место согласованность между потребностями ребёнка и матери, и это можно называть «сепарацией». При этом возможность влияния у матери остаётся всегда.

По сути, материнское влияние – это встроенный в человека механизм эмоциональной и интеллектуальной зависимости. Он закрепился в генах, потому что помогает младенцу выживать. Но младенец вырастает, а механизм может продолжать действовать, уже ему во вред.

Это, условно говоря, «нормальный» вид зависимости, социально приемлемый и даже одобряемый. Как телевизор. Если человек его смотрит, даже «для фона» включает, то потребительские программы, внедряемые маркетологами через рекламу, на этого человека влияют. Определяют его поведение. Даже если сам человек это отрицает, он просто этого влияния не осознаёт. Единственный способ прекратить влияние телевизора на сознание и эмоции – выбросить его на помойку. Я это сделал, кстати, в 2006 году и ни разу об этом не пожалел.

Мать влияет так же, как телевизор. Её влияние может не осознаваться, но оно неотвратимо.

Мать не диктует, она меняет эмоциональные состояния и оценки. По сути, ребёнок начинает смотреть на мир глазами матери. По-другому думать, другого хотеть. Ему кажется, что это «он сам так хочет» и «он сам так думает». Так же, как человек «сам хочет» купить последнюю модель айфона. Но он не сам. Это маркетологи внушили. И с матерью так же.

Сопротивляться материнскому влиянию силой воли невозможно. Потому что мать воздействует на саму внутреннюю мотивацию, меняет ее. Меняет, как ей выгодно. Мать повлияла – и человек хочет другого, смотрит на вещи по-другому. И он не видит своих цепей. А мать будет разыгрывать эту карту, чтобы получить своё. Потому что все в конечном счёте преследуют свои собственные интересы и куют своё собственное счастье. Так, как они его понимают. Эгоизм.

Апофеоз материнского деструктива – ребёнок-придаток. В смысле, придаток мамочки. Он всю жизнь при ней сидит. Мать его с детства ослабляла психологически, подрывала веру в себя, уверенность. В самых жизненно важных вещах: обеспечить себя, заинтересовать собой человека противоположного пола. И выросшее чадо без денег и без собственной семьи сидит при этой самой мамочке. А она говорит, что «это он сам у меня такой, несамостоятельный». А это мать ребёнка разрушила. И ей за это не будет ничего.

Свободу не дают – её берут.

И если обнаружилось, что у матери есть виды на ребёнка, что она рассчитывает за его счёт удовлетворить личные потребности, если это стало очевидным, от такой матери надо уходить. И не возвращаться. В смысле полного неконтакта. Кстати, термин «неконтакт» используется в 12-шаговых группах по борьбе с различными зависимостями. И в случае материнского влияния именно неконтакт – самое эффективное средство. Как с любой зависимостью, впрочем.

Если у матери есть виды на ребёнка, то либо неконтакт, либо мать будет рушить. Если хочешь быть самостоятельным и идти к своим ценностям, от такой потребительски настроенной матери придётся отделиться.

Мать не меняется. Потому что она – авторитет. Во всём, что касается ребёнка, она права, а ребёнок не прав. Потому что она – мать и лучше знает. И это так ощущается на уровне эмоций, просто генетически в человека встроено. И она сама себя так воспринимает. Это может маскироваться, даже матерью от самой себя, но это всегда так. Пока ребёнок маленький, всё ОК. А потом начинаются проблемы.

И если мотивы матери идут вразрез со стремлениями ребёнка, она сделает с ним всё, что захочет, а он даже не заметит. Матери не исправляются. И если потребительское отношение матери к ребёнку проявилось, желание за его счёт удовлетворять свои собственные эмоциональные потребности, тогда только game over. Это не поменяется. Никогда.

Если вы это поняли, то для сохранения собственной целостности от такой матери нужно дистанцироваться, практикуя полный неконтакт. Потому что своим скрытым влиянием она разрушает вашу целостность и не разрушать она не может.

Если вы пойдёте к психологу, он вас скорее всего подстроит под мать, заставит с ней смириться и подчиниться. Психолог не может поменять мать:

– во-первых, она не участвует в терапии;

– во-вторых, социум всегда на стороне матери, это такой социальный стереотип «мамочку надо любить и по-другому нельзя», и психолог как часть социума тоже этому стереотипу подчиняется.

Психолог может только поменять вас, и единственный способ – подстроить под мать, примирив с ней. И она разрушит вас окончательно, вы даже никогда не узнаете, каким могли бы быть и чего достичь, если бы мать вас не разрушала.

Кстати, для примирения с матерью психологи частенько пользуются двумя приемами.

1. Оправдание матери (она больная, с головой не в порядке).

Но больной – этот тот, кто лечится у психотерапевта, психиатра. А если лечиться не хочет, это уже не болезнь, а злонамеренность. И надо сматываться.

2. Отреагировать злость на мать. Злость за то, что она разрушала. А когда злость «разрядится», простить мамочку и вернуться к ней.

А вот скажите, если кого-то изнасиловали, нужно ли злиться на насильника? Будет ли следователь спрашивать: «Вы на него злитесь?» Нет. Он закроет насильника в тюрьме минимум на 3 года. Потому что насильник причиняет вред (половой неприкосновенности личности), и правоохранительные органы с насильниками борются.

На насильника не нужно злиться. От него нужно убежать. И сдать его в полицию. А мать в полицию не сдашь. И психологи часто подводят к злости на мать, потом разряжают её и возвращают к мамочке. Это стандартная стратегия работы. Вряд ли стоит позволять за собственные деньги загонять себя в пожизненную клетку.

Социум, по крайней мере в России, всегда будет на стороне матери. В школе изучают «Тараса Бульбу», а там есть слова: «Я тебя породил, я тебя и убью». И это в головы всем вбивается. Даже если предлагают поразмышлять, прав Бульба или нет. Какие тут могут быть вопросы? Как он может быть прав? Может, и про насильника такое же сказать: «А может, он прав?» Ему ведь сношаться хочется, вот он и сношает свою жертву.

Самое разрушительное – психологическое насилие, когда мать психологически истязает ребёнка, образно говоря, «рвёт нервы в клочья». Животное понимает только физическую боль, а человек ещё и психическую. И когда её намеренно причиняют, это, по сути, живодёрство. Оправдание «Я же не бью кулаком» не состоятельно. Потому что психическое насилие разрушает человека во много раз сильнее, чем удары кулаком.

При этом, несмотря на насилие, встроенный механизм материнского влияния никуда не девается. Поэтому ребёнок, подвергающийся насилию со стороны матери, буквально оказывается в аду.

Мать, насилующая ребёнка психологически, на мой взгляд, хуже живодёра, потому что:

– человек несоизмеримо ценнее животного;

– психика человека несоизмеримо сложнее, чем у животного, а чем сложнее система, тем проще её непоправимо разрушить (что проще сломать – велосипед или космический корабль?).

Представьте, индивид купил маленького котёнка и начал его мучать. Котёнку некуда деваться: он во власти хозяина. И никто ему не поможет. Есть статья УК за живодёрство, по ней на практике, насколько я знаю, очень редко наказывают. И за детей такая статья нужна³, особенная статья, чтобы в составе был особый субъект преступления – мать. Строже с матерей спрашивать. И процессы делать публичными, чтобы острастка была. И сроки большие назначать. И по телевизору показывать, как они в тюрьмах сидят. Возможно, тогда насилующие матери соизволят обратиться к специалисту и начать что-то делать со своими садистскими наклонностями.

К сожалению, социум наш российский на стороне матери. На стороне – в смысле безусловно. Это по факту так. Отца за насилие над ребёнком, может, и осудят, мать – никогда, по крайней мере в России. Это махровая предвзятость.

Поэтому тому, кто стал жертвой материнского насилия, не стоит искать поддержку у окружающих. Этот вопрос не стоит обсуждать ни с кем, чтобы не подрывали решимость к отделению от матери и не возвращали к ней. Не поддержит никто. Потому что все – на стороне матери. Даже если мать – живодёрка.

Два формата материнского контроля. Паттерн «бунт – бегство – возвращение»

Механизм родительского материнского влияния встроен в каждого человека, на подкорке. Это инструмент для выживания маленького беспомощного ребёнка во враждебном мире. И этот механизм после взросления ребёнка никуда не девается. Пока человек находится в коммуникации с матерью, она для ребёнка – авторитет.

Правда, этот самый авторитет может вести себя по-разному, использовать разные форматы материнского контроля. Их два. Две стратегии.

Стратегия матери № 1. Злая фурия (или строгая надзирательница)

Эта стратегия основана на силовом давлении.

Пока ребёнок маленький, со стороны матери есть директивный контроль. Мать диктует, что делать, ребёнок не может сопротивляться, у него психика не окрепла. В общем, мать ребёнком командует с разной степенью жёсткости. Управляет им, как извозчик лошадью.

И, в принципе, такая мать может действовать в интересах ребёнка, как она их понимает и как она умеет. Заставляет учиться, на работу устроит. Как надзирательница, строгая, но справедливая. Ей потом дети «спасибо» вполне могут сказать за то, что она из них «человека сделала».

А бывает и по-другому. Это как раз метафора злой фурии. Такую стратегию практикуют агрессивно-садистские матери, использующие своих детей как объект для эмоциональной разрядки.

Такая враждебная мать систематическим хабальским нахрапом разрушает психику ребёнка. Образно говоря, «рвёт нервы в клочья». Пользуется тем, что ребёнок беззащитен, деваться ему некуда. И прицел часто бывает такой, что эта «боксёрская груша» останется при мамочке навсегда. А чтобы «груша» не сбежала, мать не даёт ребёнку окрепнуть, обрести самостоятельность, отрывает даже не крылья, а первые пробивающиеся перья, чтобы ребёнок никуда не улетел от мамочки. Иначе её от внутренней агрессии, которую разряжать будет не на кого, разорвёт в мелкие клочки.

Строгая надзирательница – это совсем не плохо, кстати. Злая фурия – это плохо.

Что происходит дальше?

Реакция ребёнка № 1. Бунт и бегство

В подростковом возрасте психика ребёнка крепнет, начинается стадия подростково-молодёжного бунта. Чем сильнее родитель подавлял, тем сильнее будет бунт. (Кстати, не столько даже родитель, а в основном школа). Подросший ребёнок начинает бороться с контролем. Это вообще-то вполне здраво.

А в случае злой фурии тоже может выйти облом для этой самой фурии. Как ни ослабляй она ребёнка, он все-таки умудрится окрепнуть, найдет того, кто его поддержит (уходить в никуда очень трудно, особенно, если психика искалечена и ослаблена матерью), и сбежит от мамочки. Злая фурия отталкивает от себя ребёнка, собственной злобой она создает мотивы для ухода.

А дальше что?

А дальше мать меняет стратегию контроля на альтернативную.

Стратегия матери № 2. Сладкая мамочка

Мать начинает играть сладкую. У неё идеальные отношения с ребёнком, она всегда поддакнет, поможет.

При этом она так же императивно влияет на ребёнка, только уже без силового давления:

– с помощью точно выверенных слов, комментариев, порождающих в ребёнке сомнения в том, что матери не нравится;

– с помощью интонационного воздействия, пауз в речи, нахмуренных бровей, показывающих ребёнку материнское неодобрение.

Этих сигналов вполне достаточно: чадо мамочке доверяет (либо всегда доверял, либо снова поверил), а механизм материнского влияния исправно работает.

Сладкая мамочка крутит выросшим дитятей, как ей заблагорассудится. А подросшее чадо смотрит на мир и на самого себя буквально глазами матери. При этом он этого не осознаёт, не замечает императивного влияния, которое мать на него оказывает.

Недирективный контроль возможен, разумеется, не только со стороны мамочки. Вот 4 примера из разных сфер.

1. При недирективном гипнозе гипнотизёр не даёт прямых установок, он действует хитрыми методами, так что человек даже не заметит гипноза и помчится делать то, что внушил гипнотизёр. Хотя ему кажется, что «он сам» этого хочет.

2. С рекламой по телеку точно так же. Это «сам человек» хочет купить айфон, причём хотят сразу все и «все сами». Удивительная синхронность!

3. В директивной психотерапии жестко интерпретируют, навязывают по принципу «я лучше знаю, я – врач», а недирективные психотерапевты окольными путями приводят к тем же результатам. Например, с помощью оперантного обучения, игнорируя нежелательные проявления клиента и поощряя желательные. Не собачка Павлова, конечно, которой условные рефлексы надрачивают, но то же самое по сути. И клиенту кажется, что «он сам».

4. В тоталитарных школьных учебниках написано чётко и ясно, что правильно, а что нет. Самому думать не надо, нужно только усвоить и сдать экзамен. А в демократически написанных учебниках даётся материал, картиночки и вопросы, ответить на которые ученик должен «сам», на основе данного материала и картиночек. При этом ответы получаются вполне определённые, дополнительный материал брать нельзя, а если ученик умудрится прийти к неположенному ответу, учитель быстренько вернёт на правильную стезю.

В общем, для подавляющего большинства никакой свободы не бывает, бывает только чей-то сторонний контроль, явный или завуалированный. И таких примеров можно ещё много привести. Но вернёмся к злым фуриям и сладким мамочкам.

Мать, если она не совсем тупая, после бегства ребёнка переходит к недирективной форме контроля. Вместо приказов, ругани, критики, давления она использует интонацию, мимику, ставит под сомнение, применяет манипулятивные приёмы. Вместо прямого давления переходит к скрытым манипуляциям. В sms это особенно явно отслеживается, удивишься, откуда мамочка это всё знает и умеет, она ведь НЛП не изучала.

Метафорически выражаясь, злая фурия фигачит из установки залпового огня, а сладкая мамочка щелкает из снайперской винтовки, причём с глушителем. Результат один и тот же: мать влияет на ребёнка, как ей хочется.

Многие злые фурии, оттолкнув от себя ребёнка, делают оргвыводы, переквалифицируются и начинают играть сладких. Чтобы ребёнок вернулся, снова поверил мамочке и продолжал удовлетворять её потребности.

Мамочки-асы, которые работают по принципу высшего пилотажа, с самого начала используют недирективный контроль. Их дети говорят, что у них идеальные родители, и пляшут под эту невидимую дудку всю жизнь.

В общем, мамочка поменяла алгоритм. И что происходит дальше?

Реакция ребёнка № 2. Возврат к мамочке

В случае «нормального» бунта, когда мать ущемляла в чём-то, но в хлам не разносила, как атомная бомба на 10 мегатонн, энергия этого самого бунта заканчивается. С реактивной энергией (в отличие от проактивной) так бывает всегда. Разозлился человек – проорался – и успокоился.

Здесь очень важны слова «проактивность» и «реактивность». Это слова из популярной книги Стивена Кови⁴. Лично я их употребляю вот в каком смысле. У проактивного человека поведение определяется, в первую очередь, внутренним жизненным устремлением, а у реактивного человека – внешними стимулами.

Так вот, большинство людей – не проактивные, а реактивные. Точнее даже сказать, не самобытные, а всё, что в них есть, вложено откуда-то извне. Сами они ничего не генерируют. Никаких аутентичных положительных содержаний (идей, намерений), которые нужно самому внутри себя создать и реализовать в жизни. Человек внутренне пассивный может только брать откуда-то что-то готовое, самостоятельного мышления нет.

А что говорит социум об отношении к матерям? «Мать – это святое», «мать нельзя терять» и прочее в том же духе. Есть социальное давление, толкающее к возврату к мамочке. Пока в ребёнке бурлила энергия бунта, он шёл против этого давления. А когда «пар выпустил», социальное давление толкает его назад, в материнские лапы. Ну или щупальца.

Психологи, кстати говоря, делают то же самое. Они же работают в интересах социума (а вы думали, что клиента? ха-ха, наивные) и тех, кто «недоадаптирован» или «недосоциализирован», – доадаптируют и досоциализируют, делая примерными винтиками социального механизма. Я, кстати, перебрал примерно 10 психотерапевтов, пока не нашёл специалиста, сумевшего уяснить с моих слов, что вот так со мной за мои деньги не надо. Делать «нормальным». Нормальной биомассой (об этом, кстати, моя книга «Бегство из нирваны: Как пассионарию не сгнить среди биомассы»). А большинство под одну гребёнку чешут.

Когда психолог работает над вопросом отношения человека к матери, клиент рассказывает, как мать деструктивно на него влияла. И психолог всегда задает вопрос: «Вы чувствуете злость?» или «Вы чувствуете обиду?». Психолог фокус внимания переводит с действий матери на чувства клиента. Типичный перевод стрелок.

Логика такая: проблема не в матери, а в твоих чувствах к ней. Это не мать деструктивная, это ты обижен и злишься. Дальше обида и злость отреагируются, разряжаются, и клиент снова принимает мать в качестве авторитета. Теперь уже без надежды на освобождение, ибо энергии на это освобождение нет. Либо пар вышел в ходе бунта, либо психолог эмоции грамотно провентилировал. Бензина больше нет, а без бензина никуда не уедешь, даже на самом навороченном Майбахе.

Чтобы понять абсурдность подобного подхода, приведу другую ситуацию. Представьте судью из зала суда, к нему привели человека, который кого-то изнасиловал. И прокурор требует закрыть его на 6 лет в тюрьму, чтобы он не насиловал больше. И жертва изнасилования тут же стоит и тоже требует впаять насильнику по полной. Представьте, что судья начнёт не приговор строчить, а скажет пострадавшей и прокурору: «Проблема в вас, в вашем негодовании, а не в этом несчастном насильнике, которому сношаться хотелось, это же так естественно. Сделайте что-нибудь со своим негодованием и проявите снисхождение к преступнику. Отпустим его на все 4 стороны». Это театр абсурда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Нейролингвистическое программирование (НЛП) – это подход к межличностному общению, развитию личности и психотерапии, на котором основаны эффективные техники продаж, переговоров, убеждения. НЛП считается псевдонаучным.

Вернуться

2

Это утверждение может показаться ненаучным. Ведь достоверных исследований по данному вопросу нет. Более того, они в принципе невозможны, потому что формирование человека, каким мы его знаем, происходило многие сотни тысяч лет назад. Точно так же невозможно экспериментально подтвердить коацерватную гипотезу Опарина-Холдейна или гипотезу мира РНК К. Вёзе и Л. Орджела.

Вернуться

3

В Семейном кодексе РФ есть статья 65, которая гласит, что «способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей». К сожалению, эта статья не более чем благозвучная декларация. Ведь по Семейному кодексу наказаний не назначают, а в КоАП РФ и УК РФ соответствующие статьи на сегодняшний день отсутствуют.

Вернуться

4

Кови С.Р. 7 навыков высокоэффективных людей. Мощные инструменты развития личности. – Москва: Альпина Бизнес Букс, 2006.

Вернуться