Сергей Тарасов
Волшебная скважина

Частный дом, в котором я провожу зиму, это огромное хозяйство. Строили дом отец и дед в течение всей свой жизни. Я в то время был слишком мал, чтобы участвовать в столь великой стройке. Уже прошло больше шестидесяти лет, как постройка дома закончилась, но его постоянно доделывали, вносили усовершенствования, но на мою долю тоже осталось много работы. Мне пришлось к ней приступить, став уже взрослым, после смерти отца и деда.

У меня был брат, с которым мы постоянно следили за здоровьем дома – для нас обоих было это необходимо и полезно: в наших квартирах уже не было домашней работы, и руки постоянно чесались, хотелось что-нибудь прибить, или построгать. Отец нас приучил к домашней работе, обучил азам профессий столяра, слесаря, и многому всему, что нам впоследствии пригодилось.

Когда брат умер, то все заботы свалились на мои плечи. Особенно я не любил возиться со всякого рода электрическими приборами. А брат обожал: он возился с всякими электропилами, мотоциклами, велосипедами, занимался сваркой, ну и всем, что работало от розетки. Особенно любил бытовую электронику. Настроить какой-нибудь телевизор, или радиоприемник было для него не работой, а скорее отдыхом. Мы всегда разделяли работу по дому, и каждый делал то, что ему по душе.

Перед нашим домом был колодец. Его выкопали давно – сообща всем переулком. Вода там была вкусная и чистая. Летом, правда, приходилось часто таскать воду для полива огорода, особенно когда не было дождей. И каждую субботу требовалась вода для бани. Когда было засушливое лето, у колодца выстраивалась очередь за водой, и в последние годы его вычерпывали до дна. Но зимой такой напасти не было, и всегда можно было натаскать столько воды, сколько надо.

Когда родители стали стареть, я уже окончил институт и работал геологом. Однажды, придя к ним в гости, обнаружил, что дома не было воды. Отец и мама болели, и на колодец никто из них не мог сходить. Натаскав воды, я сделал зарубку в своей памяти: надо было срочно дома пробурить скважину. А у нас в геологической партии была буровая установка, и я часто выезжал с буровиками, показывал им, где надо бурить, а потом документировал скважины.

Весной я как раз работал с этой бригадой – мы прослеживали жилу нефритоида по заявке одного из заказчиков. Это был серпентинит, но сильно измененный в результате разных геологических процессов, от настоящего нефрита отличался лишь химическим составом. Наши буровики прокляли тот день, когда начали его бурить.

Эта была твердая, мелкозернистая сливная горная порода темно-зеленого цвета, и с трудом подавалась бурению. Алмазного инструмента у нас не было, а простые коронки еле справлялись с этим нефритоидом, – на смену удавалось пробурить всего один – полтора метра. Хорошо еще было, что эта жила была одна, и мощность и длина ее были не большие. Бурением мы занимались недели две, оконтурили эту жилу нефритоида, и пробурили несколько скважин во вмещающих ее неизмененных серпентинитах. В один из дней я договорился с буровиками о бурении на воду для своих родителей.

Весна уже заканчивалась, наступила теплая, совсем летняя погода, я сидел за своим письменным столом с геологическими картами, когда в комнату заглянул буровой мастер и сказал – «поехали». Начальника партии я поставил в известность, и мы поехали к моим родителям. Буровая установка стала у палисадника напротив колодца, мы с отцом завесили стены дома брезентом, и работа началась.

За четыре часа буровики пробурили разрушенные сланцы, и метра полтора по какой-то крепкой жильной породе. Вода появилась на двенадцати метрах, а всего глубина скважины оказалась восемнадцати метров. Сергей, буровой мастер, сказал, что этого шестиметрового столба воды нам вполне хватит, и дебет очень хороший. Потом опустили в скважину пару обсадных труб, компрессором прокачали скважину, и на этом все закончилось. Я заплатил буровикам деньги, и буровая поехала в парк.

В то время скважин на воду практически ни у кого не было, все жители пользовались колодцами. Потом администрация города сделала в поселке водовод, и на каждой улице было две-три колонки. Они замерзали зимой, и народ снова толпился у колодцев.

Летом отец выкопал яму для скважины, обложил ее кирпичом, выкопал под фундаментом дома канаву для труб, купил погружной насос, и началась жизнь, в которой носить воду из колодца было не надо. Единственным минусом было в том, что насосы иногда выходили из строя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.