Харитон Мамбурин
Бег в никуда. Книга первая

Пролог

Я падал с огромной высоты. Тело крутилось и переворачивалось в воздухе, взгляд из под прищуренных век выхватывал калейдоскоп серого, зеленого и вспышек чего-то яркого, что было, скорее всего, солнцем. Серым были, наверное, облака. Дождевые? Впереди, без всяких сомнений, было стопроцентное естественное приземление мордой об землю. И смерть. Впрочем, это меня не особо волновало.

Почему?

Потому что всё только начинается. Внизу мир, новый, с иголочки, буквально только что созданный. И зовут его Пан.

Вначале многих историй, герой – это обычный…кто-то. Студент, школьник, слесарь, дипломат, менеджер. Ключевое слово «обычный». Наверное, я – это он. В том смысле, что Пожаров Виктор Евгеньевич человеком был старательно невыдающимся, высот в жизни не достиг и не пытался. Жил, кушал колбасу, любил смотреть и читать всякое, в молодости много играл в видеоигры. Непрезентабельная работа, внешность, манеры. Друзья, знающие меня много лет, вполне бы к этому добавили: "эрудирован", "флегматик", "интроверт". Помер, как полагается тихому и скромному человеку – так же. Просто шел по одному из проспектов Санкт-Петербурга, вдруг зашумело в ушах, заслабило в ногах, свет померк – кони двинулись. Привет, молодой сорокалетний труп.

А вот дальше началось непотребство.

Вместо законного небытия – оповещающие и информационные тексты Системы.

"Хотите жить? Да/Нет".

И приписочка:

"При выборе "Да" индивидуум продолжит существование в искусственно созданном мире, выбор "Нет" безболезненно стирает его существование".

Я мысленно нажал "Да", в мыслях крутились разные истории о попаданстве, РПГ, прокачке и женщинах. Ну, куда может деться законное и гарантированное каждому порядочному человеку небытие? Пусть подождет.

Этот логичный и взвешенный поступок привел меня к тому, что сейчас я нелепо болтался в воздухе с прищуренными от напора ветра глазами и морально готовился разбиться насмерть.

Но обо всем по порядку.

Для начала Система ознакомила меня с текущим положением дел. Я дал дуба не сразу, а потерял сознание и впал в кому. Это помогло моему бессознательному телу под капельницей стать строчкой в медицинских базах и тем самым попасться на глаза ученым криогенного центра. По каким-то своим причинам они оставили мою замороженную голову на сохранение… может, форма черепа понравилась? Не суть. Только вот через несколько лет в криобанках мира солидно прибавилось мерзлой человечины подобной мне – случился очередной псевдоапокалипсис.

В 2022 году началась пандемия нейровируса. Его кодовое название не прижилось, народ ласково звал его "Jail" – "Тюрьма". Название себя более чем оправдывало, зараза вызывала нарушения в работе ЦНС человека. 700 миллионов погибших, 33 миллиона прикованы навсегда к кроватям, 116 миллионов частично работоспособны. Эта трагедия заставила человечество объединить свои ресурсы как никогда ранее. Совокупных усилий хватило не только на разработку вакцины, но и на ряд мер необходимых, чтобы засунуть 33 миллиона лежачих больных в криостазис. Спустя 6 лет, конечно, но засунуть.

На сегодня все замороженные уже не существуют в привычной реальности. Нас "оцифровали", сняли информационную копию тела и разума, которые в последствии… утилизировали. Проще говоря, уничтожили, как пришедшие в негодность.

Старта Пана – нашего нового мира, ждут 35 231 112 вынужденных игроков. 81 229 – отказались от новой жизни, выбрав небытие. Каких-либо способов возврата в реальность в обозримом будущем нет. Одной из наиболее фундаментальных причин такого "нет" является простой и неумолимый факт: весь виртуальный мир живет в совершенно ином течении времени, по сравнению с реальностью. Сейчас 2060ый год от Рождества Христова. К 2070ому на Земле Пан будет праздновать свое третье тысячелетие. Ни одно оцифрованное или созданное искусственно сознание, по уверениям Системы, не будет способно занять искусственное или выращенное тело уже спустя две недели реального времени.

Вопрос повторился.

"Вы хотите жить? Да/Нет".

Я снова нажал "Да". Без раздумий. Система продемонстрировала иные цифры. "Ждунов" Нового Мира осталось 34 911 211 человека. У трехсот тысяч видимо оказалась душа поэта, которая этого не вынесла.

Впрочем, чего это я? В новые банки криосна собрали вообще всех, включая тысячи, а может и десятки тысяч людей и их голов, которые хранились в заморозке задолго до пандемии. Человечество решило избавиться от всех "ледышек" скопом.

Людей замораживали чуть ли не с 60ых годов, многие из них еще веровали. Для таких игры с оживлением и оцифровкой – шок за гранью логики и реальности. Ну и мало ли чего еще, тем же индусам вечная жизнь в одном теле по всем верованиям вроде некошерна и ад лютый.

Далее пошли относительно приятные новости.

Мир Пана колоссален! Восемнадцать материков, два из которых – летающие. Моря, океаны, миллионы островов (в том числе и летающих!). Огромные сети подземных пещер, в некоторых из которых плещутся подземные моря. Огромная, разнообразная, многоуровневая планета!

Чуть ранее нас, землян-бессмертных в мир "попадут" через порталы "беженцы" – сотни созданных компьютером рас, наций, народов, видов. Чем-то это напомнило мне популярные походовые стратегии, раздутые до абсурдных величин. Планета равномерно "засеивается" мириадами разумных, объединенных в социумы, чьи законы, правила и порядки поддерживаются Системой на контролируемой ими территории. Великий старт без всяких дополнительных ограничений. Кто как сможет, так и будет выживать.

Хотя, почему «выживать-то»? В таком громадном мире всем хватит места. Всего хватит!

Нам, бывшим "землянам", тоже отвалили плюшек. Нам гарантируются идеальное здоровье, бессмертие через возрождение, практическое отсутствие потолка развития в рамках мира и снятие ограничений, которые диктовала предыдущая физическая форма (что бы это ни значило). Плюс: уникальные особенности бессмертных. Умение "Зов к Матери", телепортирующее в случайное место мира и срабатывающее раз в неделю. Пассивный навык "Немеркнущий разум" позволяющий час в неделю находиться в ясном сознании, если попал под влияние проклятия/болезни/травмы, которые мешают соображать и трезво оценивать обстановку. Совокупно это должно было частично защитить нас от пыток, плена и издевательств. Тем не менее, Система оставляла за собой право отключить "Зов к Матери", если бессмертный начинал убивать смертных без разбору и повода. Впрочем, было сказано, что каждый случай отключения будет рассматриваться самим Куратором.

В бочку меда уважаемый компьютер щедро плесканул несколько половников дегтя. Все разумные существа владели Системой и могли ее использовать, как для развития, так и для сбора информации. Хуже, беднее и проще, чем бессмертные, но все. Все ощущения, включая болевые, были равны ста процентам реальных. С коррекцией "существует зависимость от текущей расы и других особенностей бессмертного". Если удрать из тюрьмы с помощью "Зова к Матери", избежав законного заключения за преступление (Куратор бдит!), репутация всей нации, на территории которой были совершены преступления, падала до предельно низкого значения. Кроме этого, если преступление и заключение соответствовали определенным мировым рамкам, то факт побега отмечался в Статусе и становился видимым остальным разумным, позволяя им запрещать на системном уровне посещение своих территорий. Проще говоря, хитрозадого нарушителя банально не пропускало к цивилизации.

Взгрустнув при виде набора неудобных правил, я в очередной раз захотел жить методом тыка, подивившись на вновь изменившиеся цифры оставшихся игроков. 34 908 002. Что, серьезно? Из-за какой детали в вышеизложенном три тысячи человек расхотели жить?

Далее мне продемонстрировали редактор моего будущего тела и предложили выбрать класс. Итогом моих размышлений стала версия самого себя повышенной брутальности: плотный крепыш с крупным лысым черепом.

Раса – человек, класс – боевой монах.

Моя логика была прямой как лом. Человек? Это фэнтези мир. Вряд ли какая-то раса будет ближе к борделям, унитазам и удобному нижнему белью, нежели человеческая. То есть – к цивилизации. Нормальной, хорошей, спокойной, полной излишеств и пороков. Также вряд ли чья-то культура будет ближе к бывшему…человеку? А орудия труда, приборы, предметы быта?

Монах? Почти во всех играх, что я видел, этот класс был некоей затычкой для любителей кунг-фу. Физически развитый, но без возможности носить броню и использовать мощное оружие. Мудрый и знающий, но ограниченный лишь несколькими эзотерическими техниками. Относительно слабый, по сравнению с воинами, относительно неуклюжий, по сравнению с плутами. Но универсальный и с парочкой эффективных козырей за пазухой. То, что надо для человека, который точно не пойдет на дракона спасать принцессу. Политика "Неуловимого Джо" моя любимая. Я родился со стрелой в колене. В благородном деле риска я – полный крестьянин!

Помню тот светлый момент, когда висел в черной пустоте, рассматривая свой полностью завершенный аватар с выбранным именем "Соломон". Помню, как сотни раз перебрал огромный список рас и классов, прикидывал, гадал, мечтал и одергивал себя от искушений. Вариантов было не просто много, их было почти бесчисленное количество! Но я превозмог, твердя как мантру: "это не игра, это – новая жизнь"!

Помню, как морально подготовившись к любому, как я думал, карканью птицы обломинго, я нажал "Готов".

Но я не был готов.

…и думаю, что никто из 34 907 993 людей не был готов к тому, что случилось.

Обучение. Азы понимания выбранной расы и класса. Что это для геймера?

Час-два времени для быстрого пробега по легким урокам, призванным показать динамику, баланс, возможности новичка. Что это для бессмертного?

ВСЁ с нуля.

Меня родила крестьянская женщина в сферическом крестьянском селе, натурально выдавив из себя.

Детство. Кручение коровьих хвостов. Обучение языку Империи Рошван. Навыки вытирания зада лопухом. Восемь лет беззаботного отдыха, природы, рыбалки, парного молока и выпаса гусей. Прекрасный отпуск, если не считать такую мелочь, что самостоятельное передвигаться по деревне мне доверили только лет в семь…

Пасторальная идиллия под мрачной тенью "Обучение Класса". Долгими зимними ночами, ежась под одеялом, я представлял себе ужасы воспитания в монастыре монахами. Избежать этого было можно. Висящее в воздухе и никем кроме меня невидимое белое каменное кольцо в центре деревни. Портал Провала. На этапе расового обучения выйти в портал означало смерть.

Отказ от классового обучения знаменовался двумя событиями, о чем предупреждала Система. Первое – при Старте Симулякра у игрока будет пустота вместо названия класса. Ни умений, ни достижений, ни статуса. "Пустые" по словам Системы вызывали отторжение и пренебрежение у большинства разумных рас. Обрести класс таким людям было можно, но сложно…как минимум первые два-три столетия, по предположениям Системы. Вторым фактором было то, что возраст прошедшего Портал Провала наглухо фиксировался на веки вечные. Впрочем, как и у завершивших обучение, но те-то заканчивали уже взрослыми.

Быть вечным ребенком…брр.

Страшный день настал на следующее утро после восьмилетия. "Семья" передала меня двум лысым монахам в зеленых робах, и те, отведя меня на околицу деревни, кинули в новообразованный портал, светящийся зеленым.

И там, в монастыре, похожем на земные восточные храмы, начался ад. Такой, что сейчас я, в далеком прошлом вполне себе обычный городской житель, профессиональный диванный лежун и мучитель клавиатур, спокойно падаю с огромной высоты навстречу дивному новому миру.

Будет.

Только.

Лучше.

…ШМЯК!

Глава 1. Старт Симулякра

Возрождение всегда происходит во тьме. Почва, дерн, снег, даже насыпь небольших камней или копна сена – годится всё. Ты можешь вынырнуть из воды или болота, откопаться из песка в пустыне, наверное, даже груда костей подойдет. Любое укрытие сгодится, чтобы восстать из него, сверкая грязным голым задом. Но навстречу свету.

Шипя под нос нехорошие слова, я выдрался из-под слоя опрелых листьев, пахнущих затхлостью и тараканами. Вокруг, освещаемый явно утренним солнцем, тихо шелестел негустой молодой лесок. Птички поют…идиллия. Промелькнула мысль, что надо бы срочно найти какой-то безопасный уголок, разобраться с обещавшей включиться Системой, которая уже намекающе помаргивала красными конвертиками в углу зрения, но душа требовала совершенно иного. Требовала? Нет, она стонала, она стучала ботинком по трибуне и скрежетала зубами!

Я выпрямился до хруста позвонков, задрал голову, сделал глубокий вдох… и заорал, посылая всех своих тренеров, учителей, их подручных, их родственников, их домашних животных во все дыхательно-пихательные направления! Прошелся по всем трем наставникам – мастерам Су Шуню и Су Лону и настоятеля Ли Фусонга не забыл, уделив последнему особо заковыристый оборот. Мысль о том, что компьютер безжалостно стёр их вместе с монастырем из существования, растекалась по моим нервным клеткам, как мед, сочащийся из сисек малюсеньких цветочных фей.

Пока слушал эхо, у меня немного отлегло.

Все позади. Наконец-то… все кончилось.

Этот мир добр, он не дает тебе сдохнуть. Окончательная смерть будет твоим и только твоим выбором. Как и не дает провалить…"обучение". Хочешь его прервать? Портал Отказа. Нет? Преподаватели сделают всё, чтобы ты получил необходимые знания, навыки и умения. Но тебе это не понравится, потому что твои интересы и пожелания не учитываются. Скорее, наоборот.

Двадцать чертовых лет эти уроды насиловали мою психику и изнуряли нагрузками тело. И не одни, а с целой сворой безликих лысых помощников: старших учеников, средних учеников, младших мастеров, послушников и даже приглашенных гостей. В монастыре много кто жил. Чисто из принципа я не старался запоминать их имена. И много чего еще совершал "непочтительного". Совершал поклон, но "без надлежащего уважения". Подвергался избиениям, но благодарил за них "без должной искренности". Не стремился постигнуть, как выразился настоятель, "сам дух того, что они пытаются передать".

Естественно, я не старался "познать дух"! Это ведь банально означало утратить едва ли не большую часть своего "я"! Воспитание, культура, образование, образ мысли…логика, наконец! Когда твои учителя выглядят, как комичные персонажи из старого китайского фильма, то никакое их умение по запечатыванию духов, каллиграфии или прием, валящий несколько деревьев за раз, просто не покажется серьезным. Сначала, первые года три, я просто не мог уговорить себя воспринимать их серьезно. А потом озлобился – всё, что имело две руки и две ноги, вокруг так или иначе заставляло напрячься самым неудобным образом – спарринги, состязания, поручения, внезапные тренировочные нападения. И чем хуже становилось, тем сильнее я упирался.

Наверное, для тех людей, кто не так много смотрел и читал разной ереси, вжиться в новый образ было бы куда проще…

Су Шунь – хитрый, лживый и лицемерный пройдоха. Весь узкий и согнутый от старости с такими же узкими усами и бородой. Старый говнистый садист выдавал наиболее болезненные наказания. Приказать ученикам подкрадываться ко мне и бить палкой по голове, как только начну дремать… и так в течение недели? Это было почти милосердие. Под конец своего обучения, когда я начал всерьез уже метелить его порученцев, из кустов выскакивал он сам и разделывал меня, как бог черепаху. Его сюсюкающий птичий говорок будет преследовать меня во снах, как и жеманная морда паясничающей мартышки, которую он использовал вместо лица. Этот старый козёл отвечал за духовную подготовку, под его началом я учился правильно медитировать, занимался каллиграфией, познавал тайны монашеской алхимии и приготовления снадобий. С его предметами у меня особых проблем не возникало, я хотел учиться и учился. Но вот, что касается его распоряжений и поручений – тут у нас были проблемы. Я отказывался доставать мозг у еще живой обезьяны. Выкинул и разбил кувшин с собранной в ближайшей деревне мочой девственниц. Не стал бить обожженного кислотой крестьянина, потерпевшего неудачу при сборе нужных почтенному мастеру слизней в пещере. И много-много чего еще. Это невероятно злило и мастера, и его подручных, но вовсе не потому, что они задавались целью омрачить мою жизнь. Просто я считался младшим из младших, который не просто проваливает поручения, предназначенные именно для него, а даже имеет наглость отказываться от них!

Такое поведение менталитет сгенерированных компьютером монахов признавал невыносимым.

Су Лон – этакий китайский бородатый варвар. Здоровенная коротконогая обезьяна со свирепейшим выражением лица и здоровенной же густющей бородищей, торчащей по сторонам воинственными клоками. Такое китайцы в свое время очень уважали. Сам мужик был вполне понятный и простой: дрессировал целый полк монахов, включая и меня, в рукопашном и вооруженном бою. Никакого секретного стиля "Возбужденного Таракана " – голая база. Удары руками, ногами, головой. Изогнутый меч, копье, лук, посох. Единственное поручение, что он время от времени выдавал – это притащить ему пару здоровенных глиняных амфор местного алкоголя. Совершенно другим делом были те козлы, которые метили на место его личного ученика и звались младшими мастерами. Избить в поединке куда сильнее, чем нужно? Каждый раз и каждый день. За что? Да просто так, потому что сам мастер, когда подопьет, лупит их со всей дури. А ее у него много. Поэтому налицо был порочный круг: сильные били слабых, просто потому что могли и желали копировать учителя. Если прилетало настолько сильно, что на следующий день тренировок проявить прыть было нельзя, то Су Лон вставал сам, брал свой шест и "наказывал провинившегося" так, что тот пару недель лежал пластом. Тут-то хоть мне под конец удалось оторваться от души, напав на козлов и переломав им все, что можно, полновесными ударами рук и ног, используя энергию Ки. Они умели и могли куда больше меня, но в спаррингах стоял жесткий запрет на использование внутреннего усиления. Вот я его разок и нарушил.

Ли Фусонг – главная жаба в моей персональной адской песочнице. И главное спасение. Первые лет восемь его роль была почти незаметна. Высокий лысый пень, вечно прямой, как палка, изредка появлялся и изрекал что-то ну очень китайско-шаолиньско-нравоучительное. И обязательно со вздернутым пальцем в небо. А потом, когда я как-то раз остервенел и начал кидаться с пяткой наголо на все живое, его, как будто подменили… ну, на следующий день после выданных мне побоев. Старик начал появляться едва ли не каждый день, менять модели поведения: он угрожал, наказывал, льстил, ходил за мной и бубнил, пытался шутить или вести себя панибратски. Пару раз даже достал откуда-то узкоглазую девушку в простой одежде мне на ночь. Угощал фруктами, вымоченными в меду. Избивал. Демонстрировал, действительно, впечатляющие приемы – от некоторых челюсть буквально отваливалась. Тем не менее, что-то во мне буквально уперлось: я не мог воспринять их философию, образные выражения и сомнительные единицы измерения, которыми Фусонг пользовался. Старый пердун, как я прекрасно понимал, был ключевым персонажем этой "тренировки". И он лично пихнул меня в зеленый портал, когда я, наконец, идеально исполнил требуемый иероглиф "высшего запрета". Летел я туда с улыбкой победителя на лице, понятия не имея, в чем именно победил.

Но чувство было именно таким.

Теперь я тут.

Стоял и бурно дышал во всю грудь. Жизнь прекрасна. Я радовался этому каждый раз, как выпадала возможность. Зрение без очков, никакой одышки, никаких болячек. Вечность. Теперь еще и не скрашиваемая тоннами пинков и ударов от моих… наставников. Я очень счастливый голый грязный мужик!

Проблема, с которой на раз справляются все попаданцы – выход к цивилизации. Чаще всего они, как скромные герои, выходят к деревне, постоялому двору или дороге. А тут этого нет, мир то новенький, с иголочки! И да…штаны. Штаны есть практически у всех. Не у меня. С другой стороны, я уже несколько часов шатаюсь по лесу, сверкая гениталиями и треща ветками, но до сих пор не был атакован какими-либо волками, медведями или злыми разбойниками. На глаза попался небольшой зверек и пара птиц, но всё, что я о них узнал, это надписи: "Зверёк мелкий", "Птица маленькая". Зато встреченная мной живность не нарушала своим внешним видом большинство законов земной эволюции, лапки и крылья были в вполне узнаваемых количествах.

Система выдавала информацию о любом объекте, достаточно было пристально на него смотреть. Но в режиме капитана Очевидности. Ветка/палка/листик. Устав смотреть на происходящее вокруг, я уселся в позу лотоса, прикрыл глаза и скомандовал "Статус".

Статус

Имя – Соломон

Раса – человек

Класс – странствующий монах (стальной)

Пол – мужской

Уровень – 1

До следующего уровня – 500 единиц опыта

Фракция – отсутствует

Характеристики:

Сила – 20

Выносливость – 22

Ловкость – 17

Реакция – 18

Восприятие – 20

Энергетика – 18

Дополнительные характеристики:

– отсутствуют

Свойства Бессмертного:

"Возрождение " – максимальный уровень.

"Вечный " – максимальный уровень.

"Зов к Матери " – максимальный уровень.

Особенности:

"Неподъемная душа", "Непочтительный ученик".

Первым делом мое внимание зацепилось за особенности.

"Неподъёмная душа"

"Неподъёмная душа " – за свою жизнь Вы впитали такое количество информации, что ваша душа потеряла легкость эфирного тела. Выйти в астрал или отправиться в духовное путешествие для Вас – недостижимое деяние. Ни один бог не захочет такого последователя, Ваши молитвы тоже не смогут оторваться от земли. Но есть и положительные стороны: на Вас почти не действуют ментальные техники и приемы. Примечание: Ваше присутствие тяжело давит на существ, восприимчивых на духовном и ментальном уровне".

Прекрасно. Нет, я совсем не отказываюсь иметь защиту мозга от любителей в нем поковыряться. Это очень солидный плюс, если и не близкий к большому преимуществу, так хотя бы добавляющий душевного спокойствия. Но как быть с теми, кого я буду раздражать одним своим присутствием? Про божественное отторжение… не особо страшно. Надеюсь.

"Непочтительный ученик"

"Ваши учителя были недовольны вами. Виновата ли Ваша грубость, бунтарская натура или просто нежелание следовать путями культуры учителей – теперь не важно. Любой уважающий себя преподаватель, ментор или наставник теперь ясно видят эту Вашу черту и делает выводы. С другой стороны, метка видна хулиганам, шкодникам и прочим непокорным личностям, давая им знать, что Вы такой же, как они".

Чудесно. Я монах-хулиган, от которого будет воротить тонко чувствующие натуры и порядочных граждан. Насторожило другое: в самом старте две особенности, и ни одна из них ничего не убавляет и не прибавляет. Никаких цифр, как будто… это просто объяснения-ярлычки. Констатация фактов. Очки маны? Жизни? Их нет. Иных значений нет. Но это ладно, это как-то лезет в псевдоигровую логику. Если мир реальный, то никакие полоски не отобразят твое самочувствие.

Свойства Бессмертного…

"Возрождение " – после смерти Вы возродитесь в радиусе 1 километра от места Вашей смерти по истечению 1го часа. При возрождении базовые потребности организма будут частично удовлетворены. Внимание! В зависимости от обстоятельств, умений, поступков Бессмертного и других факторов условия возрождения могут быть изменены!

"Вечный " – Ваше тело не стареет. Это свойство исчезает, когда бессмертный находится в обучающих сценариях, либо обучается основам класса иным способом.

Я задумчиво сидел на заднице, полуприкрыв глаза и мысленно гладил шаблоны, над которыми злобно надругалась Система. Вроде бы все, как надо, но как-то не так. Что ж, получается, если я захочу освоить продвинутый класс, то стану старше? Загадка. Впрочем, сейчас это неважно. Война план покажет. Я могу крепко врезать, умею выживать на минимуме еды (будь проклят Су Лон!) и, по собственным ощущениям, очень вынослив. Прочитаем конвертики Системы, не зря ж они красные!

"Добро пожаловать в мир Пан! Мир сказочных приключений и бесконечных возможностей открыт перед Вами! Ваша жизнь отныне целиком в Ваших руках, кем Вы станете, чего добьетесь и что обретете, зависит только от Вас!"

Ага, значит мир зовётся Пан, а не Симулякр. Наверное, Симулякром назван весь проект.

"Вначале будет Слово.

Первыми в Пан придут Старшие Народы. Набольшим числом вступят они под сень Нового Мира и набольшей силой будут. Теплой весной встретит их мир! Дабы охранить их и преумножить, Матерью да будет проведена граница широкая, замкнутая вокруг Врат, пропустивших их. И будет стоять граница до жаркого лета, изгоняя и отгоняя зверей хищных и прочих чудовищ дикого мира.

Вторыми с небес падут Бессмертные. Чуждые Старшим Народам всем, кроме языка и облика. Они будут умирать и воскресать, жить вечно и расти в силе. Нужно им помнить, что совершенные грехи пребудут с ними до конца времен, если не приложат они усилий, дабы смыть их.

Третьими в Пан вступят Младшие Народы с началом жаркого лета. Некоторые будут в начале, другие – в конце своего Пути. Для них нет защиты, только шанс начать все заново.

Бессмертный, помни: этот мир полон сказочных чудес и невероятных кошмаров, глубоких тайн и простых радостей. Но он не беззащитен перед твоим бессмертием. Есть участи и похуже смерти…"

Э… ладно, запомним и обдумаем. Особенно насчет похуже смерти. Дальше.

"Внимание! Прогрессируйте, набирая уровни. Каждый полученный уровень приносит Вам очки развития, их можно использовать в Домах Матери и у наставников. Тратьте заработанное бережно и внимательно, вернуть вложенные очки можно будет только пройдя задание Эпического уровня с перерождением – это займет минимум 25 лет!"

Моя челюсть вдруг сильно захотела встретиться с пожухлой травой гостеприимного леса. Ну ничего ж себе девки пляшут, по четыре штуки в ряд… То есть захотел ты исправить свои ошибки – будь добр напрячься до потери пульса, а в конце потерять весь прогресс, став младенцем?! Зато сразу большого уровня, ага…или как? И вперед, развивайся заново, вкладывай вернувшиеся очки, ищи наставников. Размах поражает.

…последний красный конвертик.

"Совет от Куратора: не используйте заработанные за уровень очки характеристик для прогресса характеристики, которая еще не достигла Предела Развития. У каждой расы свой Предел, достичь его можно естественным путем. Познавайте себя и мир, усилия всегда окупаются!"

Ага, то есть существует некий предел, который можно достичь простыми тренировками. На это намекает сам Статус, в нем отсутствуют такие значения, как Интеллект, Удача, Мудрость и прочие спорные характеристики, которые не находили у меня понимания при прочтении книг. А то часто бывало: главный герой маг с зашкаливающим значением Интеллекта, а ведет себя дурак дураком – ошибки совершает, идёт на поводу у эмоций, рискует. Хотя… жаль, конечно, я б совсем не отказался от возможности стать умнее, просто бегая по лесу и сшибая палками белок. Выходишь потом из леса умный-умный, сразу к местному пахану на прием, советником при дворе работать и прогресс двигать.

Мои грустные мысли прервал едва слышимый ритмичный стук. Либо это очень ленивый дятел размером с бегемота, либо рубят дерево. Поерзав немного и определив направление, в котором раздавался звук, я зашагал на него. Смело выдравшись из кустов, я увидел около десятка мужиков, занятых рубкой деревьев. Одетые в серые полотняные штаны чуть ниже колен и рубахи, перепоясанные кожаными ремнями, они, не особо глядя по сторонам, споро занимались своим делом. Трое, орудуя массивными топорами, наносили окружающей среде вред в виде ударов по облюбованному дереву, остальные топориками умело и быстро превращали упавшее дерево в прозаическое бревно. Я решил обратить на себя внимание и поздоровался на рошванском:

– Здорово, мужики!

– ***! *****!! – отреагировали мужики в различных вариациях с явной отсылкой на местный фольклор. Один из них, сверкая голым мохнатым торсом, распрямился, сплюнул и тут же крикнул, обращаясь, как мне показалось, ко всем сразу:

– Штаны не отдам!

Компания закатилась в хохоте. Я растерянно стоял на месте, переводя взгляд от одного к другому. Наконец, один из них, кряжистый, здоровый дядька с густой сединой и буквально брежневскими бровями, отсмеявшись, нагнулся, что-то подобрав, и кинул это мне.

– Прикройся, орёл. Штаны уж точно не отдадим.

– Спасибо, добрый человек, – сказал я, обматывая чресла рваной и видавшей виды тряпкой. Настроение скакнуло вверх.

Я осмотрел трудящихся. Все человеческого роду-племени. Хоть в энциклопедию вноси под заголовком "обычный работающий мужик". Славянские морды лица, русые и черные волосы, у одного шевелюра пшеничного цвета. Телосложение у всех было неуловимо схожим: этакие узловатые и жилистые мужики, привыкшие к физической работе. Уровни третий-четвертый. Пашут слаженно, бросили на меня пару любопытствующих взглядов, кто-то перемолвился с соседом парой слов и всё. Я явно не звезда сегодняшнего шоу. Это хорошо. Большинство шуток про дровосеков плохо кончаются для заблудившихся в лесу.

Лесорубы сосредоточились на работе, а я решил поотираться рядом с щедрым бородачом. На пути к нему чуть не споткнулся о кучку еще какого-то тряпья. Кучка взглянула на меня большими глазами какающего суслика. Огромными, круглыми и фиолетовыми. А, так вот куда делась рубаха мужика, не пожелавшего расставаться с штанами. В нее закуталась мелкая и чумазая девчонка? Девушка? Особо было не разобрать. Система подсветила подрубашное существо как "Лилисанна. Человек. Маг. 1 уровень". Существо молчало и явно неловко себя чувствовало, продолжая на меня пялиться. Я спохватился и отошел на пару шагов в сторону, буркнув: "Прости". Повязка была намотана небрежно и с угла зрения фиолетовоглазой ничего не скрывала.

– Приходим, значитца, мы с утра сюда с мужиками, а из земли еёная лапка торчит и шшупает чего-то. Ну я и выдернул, чай Мать предупредила, что с неба люди голые падать будут, и им чуток подмогнуть дело хорошее, – проинформировал меня мужик с бровями. – Смотрю, девка! Мелкая, голая, грязная, как моя подмышка вечерами, а сиськи как будто у мамки своей украла! Ну вот Ейрий ей свою рубаху и отдал, шоб не мерзла.

Потихоньку мы разговорились. Сначала я просто стоял около него и играл в игру "вопрос-ответ" в обе стороны, а потом без лишних вопросов принялся отволакивать готовые стволы деревьев к краю поляны, откуда их утаскивали приходящие мужики. Не, ну а чо? Топора у меня нет, а так хоть что-то. Обратил внимание, что я существенно сильнее тех, кто таскал бревна до меня. На игру в дедушку Ленина народ взирал благосклонно и никаких стремлений прогнать меня и магичку не высказывал. Прекрасно, любая крошка информации для меня сейчас на вес золота. Жаль, что мелкая молчит, как партизан.

Бровастый мужик, представившийся Кригорием, поведал следующее:

Перенесенная в этот мир Империя Рошван, которая неминуемо возродится и воссияет, будет рада видеть бессмертных посланников Матери гостями. Работящими и продуктивными гостями. Особенно она будет рада тем гостям на своей территории, которые обладают классом (доказано – тряпка прикрыться получена бесплатно). Чем выше цвет класса, тем радостнее и гостеприимнее будут добрые и порядочные рошванцы при условии, что досточтимые обладатели классов обладают упомянутым выше трудолюбием и полны желания помочь. А уж если уважаемый бессмертный, известный своими благими деяниями, принес присягу верности императору Агрину Ворону, отслужил в военных силах Империи, покрыв себя славой, то он даже может получить гражданство Рошван и поселиться в любом из городов империи.

Пока я переваривал эту информации, Кригорий шумно хлебал из кожаной фляги воду и косил взглядом на тихой сапой подползшую к нам кучку ветоши с сиреневыми глазами. Пока еще магичка не произнесла ни слова, но внимательно и пристально на нас пялилась и явно грела уши изо всех сил. У меня такое поведение бессмертной вызывало резкую неприязнь. Бровастый Криша тем временем допил и решил свернуть с агитацией, вернувшись к работе. Я последовал его примеру, необходимо было устаканить полученное знание в картину мира.

Итак, думал я, таща бревно, всё выглядит достаточно просто. Скорее всего, условия старта всех рас и народов будут плюс-минус равноценны. Соответственно, такими же будут требования различных "начальных" социумов к игрокам. Будь полезен, гость, или мы выкинем тебя на мороз. В смысле – в дикую глушь. Без инструментов, навыков, знаний. Игроки выживут и там, но не обременяя общество смертных, для которых каждый час пота и крови сейчас – это залог процветания в будущем. Но вот что будет с теми "землянами", которые примут условия смертных и попытаются трудом и усердием заслужить место среди них? Их ждет та же глушь. Роли передовых отрядов, разведчиков, посланников. Но оснащенных, чему-то обученных, более готовых и что важнее всего: имеющих место, куда можно вернуться. Поверхностно, но логично. И перспективы упорного труда на дядю не радуют.

Начало темнеть. Лесорубы подобрали свои холщовые сумки и отправились в поселение, не забыв позвать нас с собой. Кучка-Лилисанна отрастила две тонких ноги и посеменила рядом. Так же молча, но иногда бросая на меня мимолетные взгляды. Шагать пришлось совсем недалеко. По проложенной волокушами тропе мы через считанные минуты вышли из леса, насладившись видом на излучину реки, в которой суетились люди. Много людей. Несколько шатров и грубо сбитых из бревен длинных бараков вразнобой располагались в стороне у леса, возле них горели костры. Их вопиющая временность была очевидна: землекопные работы под более надежные строения велись вплотную к реке.

Внезапно Система выкинула по центру зрения полупрозрачную надпись:

"Вы вступили во временное поселение "Корюши". Принадлежность – империя Рошван. Ваши возможности ограничиваются Пределом Расы. Дополнительно: атакующая магия Бессмертных не работает на территории строящихся поселений".

Мелкие частые шажки сбоку утихли. Я обернулся и посмотрел на магичку. Той явно было не по себе – отпрыгнула назад, застыла сусликом и испуганно забегала взглядом. Я недоуменно спросил:

– Что случилось то?

– Магия, – тихо пропищала она, – запрет на использование магии.

– И что с того? – продолжил недоумевать я, – логично же. Это ж поселение. Мы гости.

– А того! – довольно злобно зыркнула она на меня и неожиданно звонко заговорила. – Посмотри на меня! Я без магии ничего не могу! Обычная женщина, любой обидит. Это ж тебе, полудурок лысый, не современное государство, а средневековое! Нам надо в лес, искать таких же как мы, понял?!

– Какая ты вумная! – я принял восхищенный вид и заулыбался. – Ну прям как вутка! Ну ладно, не ходи с нами, – и, посчитав дискуссию оконченной, отвернулся. Мужики впереди, услышав наш диалог, заржали. Сзади раздалось что-то неразборчивое, отчаянное и откровенно злобное. Я не оборачивался и шуршания сзади больше не слышал.

Дамочка упорно сидела и молчала несколько часов, внимательно слушая наши разговоры. И если параноик внутри меня не дремлет, а мастера монастыря превратили его в существо, позабывшее сон, то все это время маленькая чумазая стервь держала наготове какую-то магию. Понимаю, уважаю, ценю осторожность. Но испытываю глубокий пофиг, он же глубокое и искреннее "НМП" – не моя проблема. Ей никто не мешал вступать в диалог, задавать и отвечать на вопросы, пробовать навести мосты. Хотя бы познакомиться. Вместо этого грела уши и держала нас под прицелом. Несмотря на местами даже эпичный агитационный спич Кригория. И да, оскорбления со второй фразы? Не, мне такого счастья не надо.

Вставать в позу и объяснять ей, что выбора на данном этапе у нас практически нет, я банально ленился. Какая альтернатива? Блуждать по лесам, искать других, собирать их в кучу и идти куда-нибудь голой толпой в надежде построить королевство бессмертных? Не вариант, как по мне. Бояться, что меня сейчас на голубом глазу оденут в кандалы? Вперед, Зов к Матери никто не отменит. Собираться в кучку и держать совет, как дальше жить? Нет, спасибо, я предпочту быть нейтральным, как юрист, не получивший аванс. Пока не буду знать достаточно.

Так что тихо чешем к ближнему к лесу костерку, тем паче, что оттуда мне уже машут руками какие-то люди.

Глава 2. Песочница для взрослых

Для начала я завернул к реке, где с огромным удовольствием смыл с себя грязь и пот. Простирнул набедренную повязку и подвязал ее покрасивше. После чего, уже чувствуя себя почти человеком, подошел к костру, откуда мне ранее подавали знаки.

Здесь сидели бессмертные. Что примечательно, все – представители человеческой расы. Определить это было легко – внешность. Физиономии всех и каждого напоминали о журналах моды или о постерах кинофильмов. Выглаженные правильные черты лица, у половины радужка глаз и волосы самых необычных оттенков: розовые, фиолетовые, оранжевые. И… повальная молодость. У костра сидели буквально дети, самому старшему из присутствующих я бы с натяжкой дал 20 лет. Мелких было почти половина, им на вид я бы не дал больше 8-9ти лет. Ясно. "Пустые".

Перед тем, как я умостил седалище, девушка, при виде которой застрелилась бы от зависти мисс Вселенная, передала мне полотняные штаны и рубаху. Оделся, сел, получил утешительно глубокую миску с какой-то кашей и ложку. Вкусно.

Пока ел, пристально обводил взглядом окружающих. Пустой, пустой, пустая, пустая…о, "следопыт". Кожа оливкового цвета, глаза темно-зеленые, волосы точно такого же оттенка. Фига себе, продуманный товарищ. Кто еще?

Из девятнадцати лишь четверо оказались с классом, включая меня. Монах, следопыт и два мага парень и девушка. Все "классовые" моложе меня, и сильно, лет 18-20 с большооой натяжечкой. Экий я тормоз в плане обучения, оказывается. На самом деле, тут только совсем уж пустые "дети" могут быть реально детьми…лет так 16-17 совокупно. Замороженные младенцы как-то вот совершенно не шли на ум, но уверен, что без них не обошлось.

Разговор нельзя было назвать оживленным. "Пустые" грустно вздыхали над своим печальным будущим, местные уже их просветили, что псевдодетям для получения образования придётся либо принести полную присягу, либо найти мастера класса и как-то его заинтересовать, чтобы он дал согласие на обучение. Причем, для принесших присягу класс выбирался уже не ими, а уполномоченными Империей людьми. С момента начала обучения продолжится дальнейший рост "ребенка". А полная присяга заставила меня сморщиться: это полувековая клятва в верности нации, подтвержденная и соблюдаемая Системой. Дезертировать технически было можно, но это вешало на нарушителя ничем не убираемые метки, видимые представителям всех разумных рас. Рассчитывать на хорошее отношение со стороны смертных с такой меткой было затруднительно. Предателей никто не любит.

У "пустых" не было ничего: ни навыков, ни особенностей. Только характеристики и, как понимаю, низкие. По сути, ничем они не отличались от обычных крестьянских детей их возраста, кроме внешности и внутреннего, гм, наполнения. Кроме того, Система обошлась с ними еще жестче: их ядро и энергоканалы, которые получают в процессе обучения свои специфические свойства, стали абсолютно нейтральными. "Пустые" обладали некоторыми полученными познаниями, но классовые умения, способности и приемы применять не могли, даже зная, как. Обладатели классов, в том числе и я, о своих особенностях молчали. Полагаю, ни у кого из тех, кто щеголял "стальным" статусом не было ни приятных воспоминаний, ни такого же приятного опыта, зато обратного – по самую маковку. Склонных к безудержному доверию у костра не было. Лишь маги обмолвились, что знают множество заклинаний, но чтобы полноценно использовать все свои знания, нуждаются в собственноручно созданном гримуаре, специальной личной книге. А до нее им как до Пекина раком. Прям отсюда.

Основное минорное настроение создавали "пустые" – их негромкие переговоры имели целью делегировать полномочия по созданию своего светлого будущего присутствующим "стальным". Вроде как, более авторитетным в глазах местных товарищам. Обладатели классов, включая меня, пучили в ответ на это глаза, с явно светящимся в них непониманием. Таким…многогранным, типа: нафига это надо нам, и что вообще предполагается делать? "Пустые" делали слабые попытки взывать к жалости и коллективизму, но встречали предельное непонимание. Точку поставил следопыт, причем одной правильной фразой, сказав "В чем проблема-то? Пятьдесят-шестьдесят лет, и всё у вас будет!". Спорить никто не решился, думаю, из-за того, что никто из местных "стальным" не кланялся и в зад не целовал. Наше преимущество было весьма смутным.

Атмосфера постепенно становилась томной – народ ложился наособицу и пытался уснуть.

Я, поев от души, тоже последовал их примеру. Голову уже ломило от попыток запомнить и переварить все полученные знания и впечатления, а обожравшийся организм отчетливо намекал, что погрузиться в медитацию не выйдет.

Ну, и хрен с ним…

Утро принесло ряд событий. Я проснулся голодным! Как так-то? Той миски, что я вчера слопал должно было хватить аж до вечера следующего дня! Да еще Система разродилась за ночь чередой сообщений:

– "Восприятие повышено на 1"

– Завершено событие "Первая ночь". Разблокированы: карта/дневник/журнал заданий/компас

– Получено задание: "Раскрытие возможностей – 1". Достигните 10го уровня для разблокирования пространственного инвентаря.

Угнетенно бурча под нос нехорошие вещи, я отправился выпрашивать у местных перекусить. Проблем это не составило: местная повелительница котлов и чугунков понимающе улыбаясь, насыпала мне полную тарелку той же каши. Быстро сметя угощение, я решил вернуться к тому, что так хорошо получилось вчера – тасканию бревен. Только не в пределах поляны, а поработать доставкой до деревни. Задав пару вопросов, я узнал, где находится дальняя вырубка, догнал лесорубов и договорился с ними о моем участии. Конечно, можно было бы пошлындаться по деревне и поискать что-то поперспективнее, но мысль нагрузиться физически ради прокачки и зарекомендовать себя с продуктивной стороны была интереснее.

Направляясь к месту работы, по пути увидел следопыта, он топал в лес в кожаных сапогах, с луком и колчаном. Получил задание на охоту. Про себя я матюгнулся, сам-то не догадался взять задание. Следопыт также поделился вестями, что с утра ему были выданы задания и разблокированы примочки в виде карт, дневников и прочего. Вместе с ним, пока шли, разобрались в подарках Системы.

Всё было несложно. "Статус" и иже с ним управлялся мысленными командами. Достаточно было захотеть, для того, чтобы перед взглядом разворачивался нужный раздел. Первым делом мы с парнем вывели и закрепили себе компасы – теперь я всегда знал, где север. Полезно. С картой было интереснее: я почему-то инстинктивно ожидал кружок в углу зрения, в котором, как в иллюминаторе, будет видно стрелочку, изображающую меня и ближайшие окрестности. Нет, это оказалась карта, по команде закрывающая всё поле зрения. При максимальном удалении она показывала шар и мигающую на нем ничтожную точечку. Где-то. Никаких очертаний морей, континентов и тому подобного не было.

Придя на вырубку и дождавшись первого готового бревна, я аккуратно воздвиг его на плечо и бодро порысил в деревню. Это оказалось неплохой тренировкой. Необходимо было следить за равновесием, балансом деревяшки, а самое главное – умеренно напитывать Ки ноги и руку с плечом, чтобы твердо держаться на курсе и не цеплять кусты и стволы. В монастыре я так носил мешки с песком для сада настоятеля, охапки бамбука и коромысла с водой. Чуть приноровлюсь, и получится носить по два бревна. Кстати, не видно было лошадей и прочего тяглового скота. Только люди. Загадочно.

Принеся бревно в деревню и свалив куда положено, я внезапно увидел сообщение от Системы:

– "Получены очки опыта – 3".

Озадаченный, я пошел искать местного прораба, в уме представляя себе миллионы народа, с радостным корейским выражением лица таскающих бревна отсюда и до полного обожествления. Нет, бред какой-то. Но быть может всё, что угодно. Что тут две луны – это практически норма и классика, но как быть с тем, что на них я отчетливо видел моря и континенты?

Мужик нашелся быстро. Огненно-рыжий, волосатый и энергичный, он бегал возле неглубокого котлована и орал внутрь него команды на строительно-матершинном. Система заботливо высветила над ним "Жарак. Опытный крестьянин. 5 уровень". Рыжий Жарак весьма позитивно отнесся к моему желанию помочь благому делу стройки светлого будущего отдельно взятой деревни Корюши, горячо и быстро согласился с моей ролью таскателя бревен, но дальше возникла небольшая заминка:

– Задание дай-то, на доставку бревен, – сказал я, улыбаясь максимально дружелюбно.

– Какое задание? – искренне удивился рыжий Жарак. Он даже перестал бегать глазами по котловану и следить за рабочими и посмотрел на меня.

– Задание, – еще шире улыбнулся я, – Ну, как работать без задания-то? Это ж не работа, а черт-те что получится, правда?

– Вай, лысый, какое такое задание? – Жарак продолжал гнуть свою линию. – Бери, носи. Вечером кушать получишь. А если утром подрастет чего, то и с утра выдадут. Что тебе еще надо-то?

– Официальное задание давай. Как всем. Вон, дети и те по ягоды идут только после того, как получат задачу от поварих. А вот за бесплатную мудрость о том, почему мне с утра жрать хотелось – спасибо, – я отвернулся, собираясь искать менее упорного выдавателя работы.

– Слишком быстро вы учитесь, засранцы, – недовольно пробурчал мужик. – Держи своё задание.

– "Получено задание "Доставка бревен" от крестьянина Жарака. Необходимо проработать до вечера, доставляя бревна с вырубок на стройку деревни Корюши империи Рошван. Награда: пища и ночлег на одни сутки, 5 единиц репутации с империей Рошван, 15 единиц репутации с деревней Корюши".

Ну, будем считать это нормой! Я бодро почесал совершать арбайтен. Второе принесенное бревно меня обломало: опыта начислено не было. Что? Почему? Какая взаимосвязь? Первое бревно было волшебным? Столько вопросов, и нет ответов. Ладно, война план покажет. У кого хрен – трава мудрая, кто до ясеня докапывается, один я в войну верю. Она ж никогда не меняется, не то что какие-то подлые растения.

Я продолжал носить в деревню бревна. Если попадалась парочка одинаковых по весу и балансу, брал их за один раз. Это приятно разнообразило тренировку. Через каждые три захода присаживался на поляне на краткую медитацию. Тело привычно расслаблялось, мозг впадал в приятное оцепенение. Через пятнадцать минут чувствуешь себя так, как будто вздремнул часик. Пока работал, пристально осматривал всё, что попадалось на глаза: ветки, кочки, камни, лесорубов, людей в деревне. Всё. Система продолжала радовать перлами от капитана Очевидности: "человек", "ветка", "камень". Но знакомые крестьяне и игроки высвечивались иначе: с именем, классом и уровнем.

Вечером, после работы, за тарелкой каши, наблюдал драму. Часть игроков, которые недостаточно серьезно восприняли толстые намеки Системы и местных, были неприятно удивлены вечером – им не выдали пожрать. Несколько разговоров на повышенных тонах, пара красноречивых жестов от местных мужиков "нафиг – это вот там!", и ситуация разрулилась. "Кто не работает – тот не ест", классика жанра. Что интересно – никто не сделал гордый вид и не ушел во тьму леса. Все прекрасно понимали, что идти, собственно, некуда.

Наблюдая за вымотанными людьми, еле жующими у костра, я понял, что частично все мои страдания в тренировочном монастыре окупаются. Суммируя всё свои достоинства, сейчас я был очень хорошо развитым человеком, неприхотливым, выносливым и даже плюс-минус готовым к бою. Все, как я и хотел. Плюс, я был способен направлять собственное Ки в разные части организма, давая им краткосрочное или долгосрочное укрепление, в зависимости от собственной концентрации. Баланс энергий соблюдать было той еще морокой. А еще умел пользоваться собственноручно сделанными талисманами и составлять "пилюли" – это были некие восточные архетипы ритуалистики и алхимии на уровне деревенской ведьмы. Пользы от последнего было меньше, чем никакой. Еще я, как заповедано классическим монахам, немного умел запечатывать и изгонять нежить и духов (при наличии бумаги для талисманов) и мог сделать порошкообразные смеси лекарственных трав, запитанные либо Инь, либо Янь – смотря, что требовалось лечить пациенту: дух или тело.

Если суммировать то, чему меня обучали, то класс монаха можно было легко назвать мудрым бродягой. Этакий классический ведьмак наоборот: ходит по деревням и селам, но делает не плохо монстрам, а хорошо людям. При правильном наборе навыков и умений, разумеется. Алхимия, медицина, травничество и другие ремесла расширяли возможности монаха. Но сейчас я лишь умел таскать что-то тяжелое и провожать покойников в последний путь. Последнее меня не радовало от слова «совсем», но это была достаточно серьезная обязанность класса, если нормальных священнослужителей поблизости нет. Если я откажусь ее исполнять, то любой верующий смертный, заинтересованный в правильном погребении ближнего своего, будет иметь полное право на меня сильно обидеться.

Съев половину своей порции, я передал миску сидящему рядом белобрысому мальчишке лет 13-14ти. "Пустой" по имени Аркадий, смущенно поблагодарил и принялся за еду. Я обвел глазами сидящих за костром, немного подумал, но все- таки обратился ко всем:

– Народ, – сказал я достаточно громко, чтобы меня услышали все. – Минутку внимания. Мне есть, что сказать тем, кто сегодня не работал и не получил порцию еды. Кое- что важное.

– Да что он сказать может! – раздался знакомый писклявый голосок с другой стороны костра. Где-то там сидела знакомая мне и слегка неадекватная магиня Лилисанна. Все-таки вылезла к людям.

–Сейчас задвинет вам, что никто вас бесплатно кормить не будет, и ни на кого рассчитывать не стоит. Сам меня бросил одну в лесу и ушел с мужиками!

– Ох, ты воробушек ощипанный, – неприятно удивился я. – Кто ж тебя болезную бросал-то, да еще и в лесу? Сама не захотела в деревню идти. Да и не подбирал я тебя, чтобы бросать. Впрочем, лад…

– Да пошёл ты! – взвилась она. – Урод лысый! Подонок!

Вот тебе и на…Пока я раздумывал, что на это ответить, внезапно сбоку подал голос Аркадий. Тоном, от которого замолчали шепотки и шипение агрессивной девушки, он у меня спросил:

– Ты что, ей сделал чего?

Некислый такой тон, пробрал всех, в том числе и меня. Я повернул голову и ответил, глядя ему в глаза:

– Ничего. Абсолютно. Просто не стал ждать, пока она кончит тупить. Деревню она видела прекрасно, лесорубы во главе с Кригорием мне свидетели. В лес ушла сама.

– Следствию все ясно, – ответил Аркадий, совершенно по-стариковски пожевал губами и в полной тишине спросил, – так что ты нам сказать-то хотел?

– А, точно, – я хлопнул себя по ляжкам. – Да. Народ! Кто сегодня не работал и не получил порцию пожрать! Срочно принимайте во внимание! Если вы в течении дня могли каким-либо образом поднять одну или несколько характеристик, бросайте все и ищите еду на утро! Жрать будет хотеться невыносимо. Не факт, что местные вас бросят помирать с голоду, но есть мнение, что могут подписать на долг за миску еды! Опухнете рассчитываться!

– А что будет, если мы потом откажемся от исполнения, кхм…взятых на себя таким образом обязательств? – продолжил интересоваться фальшивый отрок с замашками полковника ФСБ.

– Поверь, ничего хорошего, – за меня ответил давешний следопыт. – Я сегодня недовыполнил задание. За неделю полностью закрытых заданий мне было обещано как ежедневное питание, так и снаряжение охотника: лук, колчан, одежда, вещевой мешок, прочие мелочи. Добыл меньше. В итоге репутация с деревней упала на два пункта, срок задания увеличился в два раза. Такие дела. Если согласился, надо выполнять все и в срок, местные опытны в эксплуатации Системы.

После этих слов общий разговор закруглился, лишь Аркадий, видимо, в благодарность за то, что разделил с ним трапезу, негромко поделился своими наблюдениями. По его словам, суточный и годовой циклы полностью отвечали земным, несмотря на размеры планеты. Длина часа, дня, времен года – все совпадало. Я вяло кивал и выказывал предположения в духе "а почему бы и нет?", раз мир искусственный? На попытки развить беседу отвечал односложно: Аркадий вызывал нешуточное отторжение диссонансом внешности и поведения. А еще казался человеком идейным. Военный? Политик? Особист? Да не важно, от таких знакомств точно стоит держаться подальше.

Почти половина народа разбежалась по грибы-ягоды-рыбалку, остальные погрузились в задумчивое молчание. А я просто лег спать.

Так прошла неделя. Я просыпался, делал разминку, иногда брал с утра еду, испытывая голод от роста характеристик, бездумно работал грузчиком, таская бревна, воду и прочие грузы. Из бревен рошванцы споро сколачивали избы, приблизительно половина увозилась куда-то повозками на быках… или очень похожих на них животных. Когда я поинтересовался, где, собственно, все домашние животные будущих земледельцев, те выдали неожиданный ответ: «В центре, у разрушенного портала. Там, под навесами, спят магическим сном в ожидании достроенных домов и хлевов животные, а также старики и дети. Их охраняет армия и маги империи». Одернул себя от желания посмотреть Центральную Ставку, где тусует верхушка Империи. Успеется.

Сейчас в мире, получается, нет ни городов, ни весей. В лесах не сидят разбойники, а на перекрестках дорог нет трактиров. Да и дорог самих нет. Насчет монстров тоже испытываю ну очень серьезные сомнения. Могу поспорить, что нигде нет никаких зайцев, кабанов или волков, возрождающихся после убийства за пять минут. Нееет. Этот мир…реален. Болезненно реален. Но что делать? Помогать строить деревню за еду в то время, как я являюсь бессмертным существом? Ну и закончится скоро стройка, что дальше? Отправляться на каменоломни по соседству, в Лайшствицу?

А еще настораживает отношение местных: улыбаются, охотно обещают светлое будущее, но моментально ссылаются на императорский запрет, стоит лишь завести речь хоть о чем-то, что касалось бы личного прогресса. Моего или их… неважно. Наблюдения за работой других бессмертных тоже демонстрировали унылую картину того, что все мои собратья были задействованы либо в самой примитивной и грубой работе, либо, как следопыты и охотники – по прямому профилю.

Как-то приелся мне грубый физический труд по указке чужих дядь. Вот до боли в деснах.

Глава 3. Хеликоптерс нихт!

На девятый день я сидел на подстилке возле потухшего костра и офигевал по-взрослому. Собственная тупость, раньше казавшаяся утешительным светом в конце туннеля, внезапно предстала яркой звездой, заслонившей всё, что только можно. Перед моим взглядом был раскрыт статус.

Статус

Имя – Соломон

Раса – человек

Класс – странствующий монах (стальной)

Пол – мужской

Уровень – 1

До следующего уровня – 216 единиц опыта

Фракция – отсутствует

Характеристики:

Сила – 22

Выносливость – 23

Ловкость – 19

Реакция – 18

Восприятие – 22

Энергетика – 18

Дополнительные характеристики:

– отсутствуют

Свойства Бессмертного:

"Возрождение" – максимальный уровень.

"Вечный" – максимальный уровень.

"Зов к Матери" – максимальный уровень.

Особенности:

"Неподъемная душа", "Непочтительный ученик".

В чем суть моего ступора? Вечером я увидел, что несколько "стальных", что остались в деревне, щеголяют уже не привычным 1ым уровнем, а 2ым. А знакомый следопыт бегал уже аж под цифрой 3. Будучи слишком усталым, чтобы разбираться, я махнул на это рукой и отложил на утро, решив устроить себе выходной. А еда… что еда? Что-нибудь придумаю или возьму подработку на пару-тройку часов. С такими мыслями я с утра сел ковыряться в статусе. Сейчас сижу и читаю описание собственного класса, который ранее не догадывался открыть.

"Странствующий монах. В стремлении к совершенству Вы покинули стены монастыря, желая обогатить себя знаниями о чудесах внешнего мира. Монах – странник на дороге жизни, перед ним открыто множество путей. Бродячий мастер боевых искусств, совершенствующий свое тело и дух, ремесленник, поэт или философ – Вы можете выбрать любую стезю или все одновременно. Ваш Путь начат!"

Аспекты класса:

Аскетизм. Монах отрешен от мирских благ. Он не приемлет титулов, владений и власти. Не может быть признан благородным, знатным, набольшим либо быть как-то иначе возвышен между людей людьми. Его тело отвергнет роскошную пищу, а дух сбросит с себя оковы благословения богов. Но он, закаленный лишениями, способен довольствоваться меньшим количеством еды и питья. В дополнение к этому, Купели Домов Матери взимают меньшее количество ресурсов за каждый Шаг за Предел.

Целостность. Монах идёт по пути самосовершенствования. Будучи приверженцем Равновесия, он не приемлет однобокое развитие. Ему необходимо достигнуть Предела Расы во всех характеристиках и поднимать их все одновременно на одну и ту же величину. Яды, токсины и наркотические вещества имеют ослабленный эффект на организм адепта.

Пользователь Ки. Класс использует внутреннюю энергию, образующуюся при равном смешении Телесной Мощи (Янь) и Духовной Энергии (Инь). Она называется Ки. Это многогранный и тонкий инструмент, способный на потрясающие чудеса, но открыть его секреты будет очень непросто.

Аспект приставки:

Странствующий. Вы в путешествии, Вы – гость везде. Нет места, которое вы могли бы назвать своим домом. Для класса "монах" домом может являться монастырь, храм, уединенная от цивилизации пещера или собственноручно построенная хижина.

Мысли завертелись в голове, как бешеные. Выбранная мной до этого стратегия мирного сосуществования уже казалась абсолютно бесперспективной. Вопрос вовсе не в уровнях и личной силе, просто меня внезапно озарило: никто, в том числе и я, не считает местных рошванцев хоть сколько-нибудь искусственными. Они естественно двигаются, общаются, подчинены социальной иерархии и явно гораздо лучше осведомлены о том, как работает Система. Юлят, хитрят, скрытничают, преследуют свою выгоду. И очень заинтересованы в нас, бессмертных, стараясь эту заинтересованность скрыть. Мы не можем для них быть чем-то иным, нежели орудиями, повязанными договорами и присягами. Но пока нет зафиксированной привязки к их нации, пока бессмертный свободен от всех оков и обязательств, то всё, что ему дадут – это миску каши после тяжелого трудового дня. И обещания. А держать его на месте будет именно утренняя жрачка. Тем, кто испытал лютый утренний голод после поднятия характеристики, гарантия хорошо пожрать – это почти привязка. И сладкие слова о том, что "усё будет хорошо", в качестве маслица к куску хлеба.

Вот этого мне совершенно не надо. Я прямо чувствую седалищным нервом, что как только период лихорадочной колонизации чуть сбавит накал, и за бессмертных возьмутся всерьез.

Что это может быть? Неизвестно. Уговоры, умасливания, шантаж, подкуп. Параноик внутри аж воспылал. И сразу резко успокоился: грубых действий Система не простит. Но вот тысячу и одну попытку рекрутинга ждать определенно стоит. "Пустым" деваться некуда. Натурально. В обозримом… везде нет иных тренеров, согласных, грубо говоря, сделать их людьми. "Сталь" вопрос другой – тут нужно несоизмеримо меньше времени, чтобы получить полезного бессмертного.

Короче, надо валить. Уходить внаглую, в пустоту, хотелось даже сказать "к бабке, в глушь!". Причем срочно, деревенька почти достроена, возводят последние хлевы и таскают жерди на заборчики. У реки лежит неслабый массив одинаковых бревен, в том числе и принесенных мной – будут возводить частокол. И потом за оказавшимися тут "лишними" бессмертными придут дяди. И пообещают миску супу в другом месте. А тут суп просто кончится.

Казалось бы, что тут такого? Не гонят. Так вкалывай хоть десяток лет, живи, чутко оглядывайся по сторонам, копи крупицы знаний. Но вот загвоздка лично моих тараканов: эти люди для меня никто. Новый мир, новый старт – никаких долгов и обязательств. Я прихожу в него здоровым, свободным и бессмертным после двух десятков лет измывательств и снова подставляю шею под чье-то ярмо? Нет уж.

Что держит бессмертного? Два очень крепких поводка: знание языка и какие-то жизненные перспективы. В будущем. Но насколько далеко это будущее, насколько к нему будет труден путь, зависит от местных властей. И они его облегчать точно не собираются никому, слишком уж легко прозвучали запомненные мной слова про "полувековую присягу". Что потом? Авантюристам – длительные задания на разведку, охрану, сопровождение. Работящим – какую-нибудь косточку за освоение нужной Империи профессии. С выплатой "студенческого займа" лет эдак на сто. И так далее, тому подобное. Неплохой…"обучающий жизни" сценарий.

Меня перекосило.

Я поднял голову, встал и выпрямился. Глубоко вдохнул и выдохнул. Закрыл глаза. Перед внутренним взором внезапно предстал тропический остров. С белейшим песком, пальмами и голубой прозрачной водой. Хочу. Хочу туда. Буду там жить, познавать дзен, изобретать новый стиль кунг фу и просто страдать фигней в свое удовольствие. В детстве совсем маленьким бывал на Черном море, но не помню ничего. Зато вдоволь налюбовался на сочные и привлекательные фотографии по Интернету. Тепло круглый год, масса съедобных растений, девственные моря-акияны полные рыбы. Познание мира? Ремесла? О, я обычный парень своего времени, а значит мой мозг представляет из себя грандиозное кладбище различной информации. Медитация мне в помощь, найду чем заняться и что совершенствовать. А план, как уйти покрасивше в закат, нарисовался сразу же.

Уйти так, чтобы ни одна собака не тявкнула, что я что-то кому-то должен.

Интерлюдия.

Митрослав и Обра скучающе грелись на солнышке посреди главной площади деревни. Оба стражника сбросили свои кожаные куртки, сняли шлемы и выпростали рубахи наружу. Они сидели в теньке оставленного посреди поселения дерева и лениво наблюдали за трудящейся Пришлой. Делать им было абсолютно нечего. Старшина Ковыль, отряжая их сюда, предупредил, что пару седьмиц парни будут валяться и набирать жирок. Мать донесла до всех, что еще долго не будет никаких напастей, а Пришлые слишком слабы, чтобы что-то сделать нехорошее. Ну что они могут-то, даже "стальные"? Напасть? Так стража – это воины того же цвета. Да и набирают в них далеко не каждого. Мать накажет Пришлых сурово, гораздо суровее, чем рошванцев, если те задумают нарушить закон. Так что все спокойно, знай себе лежи, жуй травинки, наблюдай за зреющей под солнышком сушеной рыбой, что рядами вывешена на жердинах и все.

Тем не менее, в тени дерева отдыхали не два деревенских дурачка, способных только девок мять или мужиков дубинами метелить. Да, обычные солдаты легкой пехоты, но они прошли муштру ТАМ, получили свое первое обмундирование ТАМ и были в первых рядах разбужены ТУТ. Обра с Митрославом хоть и валялись двумя кабанами, но, как те же кабаны, могли вскочить и быстро домчать по слову Матери туда, где творилось неладное. А там разобраться.

Тем временем нечто очень похожее на "разобраться" вальяжно входило на неказистую площадь деревеньки Корюши. Парни не сразу почуяли неладное: слишком увлеклись наблюдением за Пришлой. Мелкая магичка, одетая только в нательную рубаху, которая ей была аж до пят, производила вид взъерошенный и злобный. Она быстро, но с существенными усилиями таскала от реки к будущему дому старосты стираное белье, где его принимали более рослые бабы и развешивали на просушку. Глаза доблестных стражей порядком манила серьезных размеров грудь магички, облепленная мокрой тканью, она частично высовывала свой белоснежный верх, когда Лилисанна тащила белье от реки, и взволнованно брынькала туда-сюда, когда девушка торопилась за следующей партией. Митрослав-то еще хоть как-то отрывал глаза и не забывал моргать, а вот Обра, у которого жена была еще в магическом сне, пялился истово и неотрывно. Посему неладное заметил как раз Митрослав.

К дому старосты с некоторой ленцой подходил мужик. Среднего роста, массивный, но жилистый, как сволочь, и лысый. Так-то ничего стоящего внимания: шел он спокойно, никаких предупреждающих отметок Мать над ним не повесила. Лысый? Ну и что, всякий стрижется так, как ему угодно, Пришлые так вон вообще кто во что горазд. Старшина Ковыль Мамой клялся, что видел одного из Пришлых возле гарнизона с волосами аж пяти цветов. Но вот данный экземпляр Пришлого смутил Митрослава другим. Он был голым.

Совершенно голый Пришлый, отчетливо демонстрируя отсутствие волос везде, кроме бровей, проходил мимо дома старосты. И вносил в сознание Митрослава дисгармонию, так как при каждом шаге у него получался неторопливый и даже в каком-то духе исполненный достоинства "брынь"… достоинством. Митрослав потряс головой и сначала медленно, а потом все учащая движения, начал тыкать в бок Обру, привлекая его внимание. Обра переключился на новый объект и тоже подвис, ловя свою порцию удивления. Бабы, вешавшие белье, были куда оперативнее стражников: быстро заприметили голозадого, моментом облепили плетень и стали о чем-то хихикать, не отводя бесстыжих глаз. В то же время, к бабам быстро семенила магичка, набравшая в этот раз такой пук тряпья, что он заслонял ей поле зрения. Мужика она заметила, лишь влипнув в него тряпками, которые рассыпались по земле. Девушка непонимающе захлопала ресницами, перевела взгляд на лысого и, впав в ступор, села, где стояла. Тот нехорошо заухмылялся, подошел к ней вплотную, постоял эдак пару ударов сердца, наклонился, звонко чмокнул магичку в макушку под разухабистое ржание крестьянок, уже вознамерился идти дальше, как был остановлен подбежавшими очухавшимися стражами.

– Лысый, стой! Как там тебя…Соломон! – взял с места в карьер Обра. – Ну-ка прекрати! И стой!

– Стою, – покладисто и спокойно согласился лысый мужик, выпрямившись и честно не совершая никаких настораживающих движений. Магичка перед ним сидела в ступоре и только хлопала глазами.

– А …это… – Обру полностью заклинило, так как он понятия не имел, что говорить дальше. Лысый Соломон стоял абсолютно спокойно и с интересом наблюдал за Оброй.

Митрослав решил прояснить обстановку и вступил в диалог:

– Ты чего голый, монах? – строго спросил он. – И куда идешь в таком виде?

– Так нет у меня ничего, – открыто улыбнулся лысый и развел руками, потом чуть наклонился и доверительно добавил. – А иду я путешествовать. Я – странствующий монах, стражник. Так что странствую отсюда.

– Куда? – внезапно затупил вслух тупивший до этого молча Обра.

Митрослав тем временем тоскливо молчал, предчувствуя проблемы. Пришлые НЕ должны уходить. Там, где этот гад воскреснет, рошванец останется гнить. И это сейчас. А через год – десяток. А через десять лет – как бы не сотня останется. Навсегда. А вот этот вернется. Быстро вернется. Как солдат он очень хорошо понимал: чужаки нужны, очень. Тем временем голый тип мирно отвечал Обре:

– Как куда? Путешествовать. Странствовать. Мне положено. – но при этом стоял, явно никуда не торопясь. Лишь тихонько переминался на одном месте и задумчиво почесывал бок.

– Так там же ничего нет, – зажато, но искренне удивлялся Обра, всем своим видом показывая, что не понимает тупости чужака, – куда ты пойдешь? Ноги сотрешь, пока других людей встретишь. И людей ли?! И что они тебе? Языка не знаешь, зад вон у тебя так совсем того. Голый. Нет у тебя ничего. Видишь же, строимся. Еще две-три седьмицы, и заживем!

– Это ты, стражник, заживешь, – внезапно очень нехорошо ухмыльнулся Пришлый монах. Его тон изменился с расслабленного на жесткий и злой. – Баба твоя заживет. В городе сидеть будете, а мы, бессмертные, в той же глуши куковать. В дозоре, на разведке, в пещерах и горах. Один только вопрос: за что?

– За что? – тупо переспросил Обра и беспомощно оглянулся на Митрослава. Тот стоял, сжав зубы и играя желваками. Чужак был проницателен и, что гораздо хуже – о многом уже догадался.

– Вопрос цены, достойный стражник недостроенной деревни Кижычи, – спокойно ответил лысый и продолжил, – пока вы покупаете нас и наш труд за сущую ерунду. Миску каши. Безопасность. Обещание учить – за долгую присягу и службу по ней. Цену назначает купец. И пока она мне не нравится. Я вернусь через десяток-другой лет. Посмотрю… как изменятся расценки.

Увидев, что Обра покраснел от возмущения и набирает в грудь воздуха ради очередной глупости, Митрослав решительно вмешался. Он шагнул к Пришлому вплотную и, сверля его взглядом, зло сказал:

– Вали, раз решил. Остановить не можем. Мать не даст, не за что тебя задерживать. Только смотри, как бы тебе не пожалеть потом, когда вокруг на десятки переходов ни души не будет!

– Начну жалеть – вспомню ту неделю, за которую к нашему костру не подошел ни один рошванец вечером. Вспомню кашу вашу. Ответы на наши вопросы тоже вспомню, – отрезал Пришлый, развернулся и устремился прочь из деревни. Не спеша.

Митрослав с Оброй долго стояли и угрюмо смотрели монаху вслед. Рошванцы пока нашли лишь троих "медных", которые не пойми откуда вылезли, полторы сотни "стальных", шесть тысяч "пустых"… и всего двух "серебряных", которых препроводили прямиком к Императору. Рошванец, уговоривший "стального" дать полную присягу, получал дом одним из первых, а здание-то в будущем становилось столичным: вся нация пока умещалась в пределах будущего великого города. Семью удачливого рошванца пробуждали от сна вне очереди. А главное – на всё время, пока "стальной" несет службу по этой присяге, убедивший его не платил налогов. "Доколе под его началом не будет свыше дюжины работников" – так гласило задание, выданное Императором через Мать. Но строжайше запрещалось передавать Пришлым какие-либо навыки, учить хоть чему-нибудь, отвечать на какие-либо вопросы. Улыбайся, будь вежлив, но попробуй ляпнуть хоть что-то лишнее, поделиться хоть крохой знаний – за тобой придут совсем другие стражники с особым магом и погрузят в сон. И проснешься ты через пару месяцев в кандалах, в каменоломне, со сроком лет в десять…

Одно оба стражника понимали ясно: хоть они и невиновны, хоть и ничего не могли сделать, по головке их всё равно не погладят.

Внезапно Обра задергался, вытаращил глаза и побледнел. От его вопроса, в свою очередь, резко поплохело и Митрославу.

– А где магичка???

Глава 4. Будни путешественника

Бежать сломя голову я вовсе не собирался. Догонят, и что? Поцелуют мой блестящий зад? Нееет, я собираюсь провести еще два с половиной месяца (если весна тут длится, как на Земле) в безопасных землях Рошвана. Подальше, впрочем, от местного населения и, в идеале, без пересечений с бессмертными собратьями. Поэтому я, не торопясь и внимательно смотря под ноги, топал вниз по течению реки. Они же характерны тем, что куда-нибудь да впадают? Кроме этого вода обещала дополнительный источник питания, как только диванный эксперт в моей душе прекратит тупить и попробует догадаться, как из ничего сделать нечто, пригодное для добычи пищи. Будь мои энергоканалы в теле и ядро Ки более развитыми, вопрос пожрать стоял бы менее остро: я видел, как старичье из наставников рыбачит. Старый хрен Су Лон просто заходил по пояс в воду и тупо бил соединенными ладонями перед собой и вниз с выплеском Ки. Это работало, как подводный взрыв гранаты: рыбы всплывало столько, что перепадало даже нерадивым ученикам вроде меня. Но сейчас я могу таким способом только шугануть рыбу, владение и формирование техник Ки вне тела – удел мастеров и посвященных, а не только получившего знания.

Впрочем, надежда совершенно не желала теряться. Я бодро озирался в поисках каких-либо даров дикой природы. Ягодный куст? Попробуем. Колосья какого-либо злака? Пожуем! Какая-нибудь неосторожная животина? Попробую пришибить и съесть сырой. Это уже наследие даже не монастырского воспитания и не второго детства в деревне, а, как ни странно, моей первой жизни. Были там такие времена, когда пища была жизненной необходимостью, без оглядки на ее качество и вкус. Ну а добрые учителя монастыря также преуспели в развитии этого таланта. Насекомые? Дайте побольше. Особенно с рисом или хлебом.

Тем не менее, первые часы не принесли ничего, кроме опять-таки капнувшего, неизвестно почему, опыта. В голову упорно лезли обрывки знаний из некогда прочитанной книги. Что-то связанное с умением найти и правильно расколоть кремень, получив практически готовый наконечник копья или стрелы. А копье – это большой, очень большой друг дикого человека. Да и не дикого тоже. Мне, как ранее скованной тысячами условностей личности цифрового века, очень импонировала мысль о владении длинной острой палкой, с помощью которой можно держать людей и прочих злых существ на расстоянии. Вот казалось бы, могу приголубить кулаком так, что мало не показалось бы даже давешним стражникам 6 и 7го уровней, а вот все равно хочется палку.

Так ничего и не обломилось ни в первый, ни в последующие три дня. Спасался я тем, что сдирал кору у молодых кустов и деревцев, растущих у берега, снимал ее верхний темный слой, а нижний употреблял в пищу. Приходилось этого лыка драть про запас на утро, дважды поднялось восприятие. В первый раз набить желудок запаса не хватило, грыз прямо дерево, как бобёр, рыча и капая слюной. Понимал же, что очень даже стоит найти рощицу у воды погуще и помедитировать денек-другой, пытаясь вспомнить что-то полезное о выживании, но мозг, дико недовольный диетой, постоянно подсовывал красочные картинки: жареного зайца, сочную куриную грудку и даже картошку на сале. Сказать, что это мешало – не сказать ничего. Поэтому в основном я был поглощен двумя высшими добродетелями бойца любого фронта: тупил и превозмогал.

Спустя трое с половиной суток моего путешествия к местным сказочным Бали, перед моим взглядом развернулся богатый выбор интересного. В паре десятков метров правее берега полюбившейся мне реки, на небольшом лугу, за которым начинался густой лес, дрожал воздух. Колебания усиливались до отчетливо видимых чуть ближе к лесу. Казалось, что в воздухе движутся полупрозрачные грани, которые в самый явный момент своего проявления кристально прямы, но затухая, начинают изгибаться и принимать другие формы. У аномалии был центр – висящий в воздухе ромбовидный кристалл на уровне моей груди. Он играл разными красками, вращался по-всякому и постоянно менял количество своих граней, что вызывало отчетливую резь в глазах. Система обозначила явление как "Малый Центр Дикой Магии. 4 уровень" и даже снабдила специальной припиской, которую я до этого еще ни на одном предмете не видел. "Активация возможна при добровольном касании рукой".

Так, вот это мне точно не надо. Да, у меня нет совсем ничего, но это совершенно не повод хвататься за разную ересь, висящую в воздухе. Тем более если оно прозрачно намекает, что могут быть последствия. Что это может быть? Явно ничего хорошего. Приобрести силу, могущество или хотя бы приличное усиление в мире, подготовка жизни к которому заняла порядка ТРИДЦАТИ лет? Не-не-не. Мимо. Смотрим дальше.

Вторым объектом моего интереса был столб света, который отчетливо виднелся, несмотря на яркий полуденный свет солнца. Он бил в небо ровным потоком ниже по течению реки. Откуда именно – я не видел из-за деревьев и холмов. Разведочку мы проведем обязательно.

Последним и наиболее весомым моментом был кабан. Его Свинейшество обладал могучей статью и явно был свинобатькой хоть куда. При жизни он в холке был бы выше моего пояса и весом под четверть тонны, мальчик я не мелкий. Сейчас же обглоданные останки копытного валялись у реки копытами кверху. Мне прямо хотелось зашипеть "Моя прееелессссть!". Кости и части шкуры – прекрасный задел для копья или гарпуна.

Подтащив покойного к реке, я занялся своим грязным делом. Растревоженная свинятина воняла, мухи роились, муравьи кусали ноги, но я не обращал ни на что внимания. Толстая ветка из подлеска быстро превратилась в короткое и мощное копье, берцовая кость у свина была о-го-го. Еще одну я расколол камнем на длинные острые осколки и примотал их к прутьям, организовав себе аж четыре гарпуна. Хотя… скорее пики – никаких зазубрин, небольшие, корявенькие копья. Система мои творения даже назвала "Грубое самодельное копье добытчика" и "Малая самодельная примитивная пика".

– "Получен опыт 50"

– "Получен опыт 40"

– "Получен опыт 40"

– "Получен опыт 40"

– "Получен опыт 40"

Оставшиеся копейки до уровня набрал с лихвой, занимаясь рыбалкой. Сунул в воду кабанячий хребет с облепившими его муравьями, встал сбоку и начал гарпунить рыбу своими пиками. Дело шло ни шатко ни валко, опыта-то никакого, да и меткостью похвастаться сначала не мог, но все компенсировалось изобилием рыбы. Одну пику жирная и здоровая рыба унесла в себе, когда я решил пожадничать, но на этом мои потери закончились. Вскоре на берегу валялось с десяток вполне хороших тушек по полкило весом каждая, сильно напоминающих подъязков. Сожрав сырым половину улова, я, сыто отдуваясь, выпотрошил остальных и развесил на ветки ближайшего куста, после чего, наконец, обратил внимание на сообщения Системы. Совокупно я получил еще около сотни опыта, а следовательно, и уровень. В строчках, кроме опыта, значилось:

– "Получен уровень – 2 "

– "Получено очков характеристик – 1 "

– "Получено очков способности – 1 "

– "Получено очков навыков – 1 "

Статус!

Статус

Имя – Соломон

Раса – человек

Класс – странствующий монах (стальной)

Пол – мужской

Уровень – 2

До следующего уровня – 1495 единиц опыта

Фракция – отсутствует

Характеристики:

Сила – 23

Выносливость – 23

Ловкость – 20

Реакция – 19

Восприятие – 24

Энергетика – 19

Дополнительные характеристики:

– отсутствуют

Свойства Бессмертного:

"Возрождение" – максимальный уровень.

"Вечный" – максимальный уровень.

"Зов к Матери" – максимальный уровень.

Особенности:

"Неподъемная душа", "Непочтительный ученик".

Свободные очки:

Характеристик – 1

Способностей – 1

Навыков – 1

Почти все характеристики скакнули выше. От уровня, что ли? Так вроде бы не должны. Видимо, сошлись несколько неизвестных мне факторов. Я грустно ухмыльнулся: мой опыт и знания давали сбой за сбоем. Вот тебе и просиженные в молодости тысячи часов за разными играми, копание в туториалах и анализ баланса игр. Совершенно не хватало данных, чтобы представить себе эту игровую систему как нечто цельное, понять зависимости, а значит – выработать стратегию роста. Без нее намеченные мной самим цели выглядели, как плохо придуманная отмазка в поиске смысла жизни.

Впрочем, рефлексировать и думать нужно не в потемках и не на полный желудок. Припрятав получше свои самодельные инструменты, я отошел дальше по берегу от подозрительного луга с дикой магией и лег спать. Утром предстояло жрать как не в себя и идти на разведку к лучу, бьющему в небо.

Интерлюдия

Лилисанна проснулась с истошным воплем. Кошмар снился третьи сутки подряд. Впечатления от гипнотически качающегося органа проклятого лысого монаха не слабели со временем ни на йоту. Девушка съёжилась на наваленной для сна куче листьев, зябко поежилась и начала в который раз уже задаваться вопросом «когда же всё пошло не так?»

Когда-то ее звали Мириам Джонс. Все свои сорок восемь лет, начиная с рождения, Мириам прожила в районе Адской Кухни, города Нью-Йорк. Судьба к ней никогда не поворачивалась лицом, включая и сам факт появления на свет. Ее мать, темнокожая афроамериканка, отличавшаяся легким поведением и корыстной любвеобильностью, зачала ее в молодые годы. Из лотереи возможных отцов победителем вышел шведский турист, возжелавший, видимо, на старости лет, познать другие народы мира. По-всякому. От обоих родителей мисс Джонс с лихвой взяла лишь два качества – выдающиеся физические формы и не менее заметную уродливость. Как-то не так скрестились гены беспутной американки и блудного шведа, породив мощную и крепкую мулатку с таким лицом, что копы начали хвататься за оружие еще в те дни, когда Мириам ходила в школу.

Перенесение в мир Системы сначала подарило будущей волшебнице море блаженства: она родилась в семье высокородного нобиля, получив свои восемь лет детства, роскоши и обожания. А потом –десяток лет тихой войны со всеми в школе магов. Предметы бывшему шеф-повару маленького этнического ресторанчика давались туго, несмотря на идеальную память оцифрованных людей. Бывшая мисс Джонс отчаянно воевала со всеми вокруг, мечтая вернуться в ту идиллию, где прошло ее детство. Со скрежетом освоив пару специализаций и добившись, чтобы брезгливо кривящийся преподаватель неохотно кивнул, подтверждая ее право на аттестацию как мага, Лилисанна с бьющимся сердцем вбежала в светящийся зеленым портал.

И тот ее выкинул высоко над облаками нового мира.

А после ужасного полета и смерти, ее из-под земли маленькую, голую и дрожащую, выдернула грубая мужская рука лесоруба. Ей кинули тряпку, оставив сидеть на поляне, а сами принялись за работу.

У волшебницы ушло около двух часов, чтобы путаясь и начиная заново, собрать одно боевое заклинание и приготовиться защитить свое тело от грязных мужиков, которые вполне могли ее обесчестить. Она сидела, съежившись, с заклинанием наготове и панически думала о том, что вот и наступила самая черная полоса в ее жизни. Еще один грязный голый мужик, вывалившийся из кустов, явно не сделал день ярче.

Хуже того – голый мужик оказался Бессмертным. Таким же, как она. Только вместо приветствий и общения, он просто извинился за демонстрацию своего полового органа, отошел подальше и начал бодро и деловито трепаться с одним из дровосеков! Такого игнорирования Лилисанна не встречала ни за одну из прожитых трех жизней. Двухметровую мулатку, дочку нобиля и адептку волшебных наук никто никогда не игнорировал! Про то, что все персоны во второй и третьей жизни имели свою строго очерченную роль, девушка задумываться не хотела. Обижаться на лысого урода девушка не стала, но решив взять с паршивой овцы хоть клок шерсти, начала подслушивать их разговор.

А вот когда лысый урод пренебрежительно бросил ее за деревней… вот тогда рассвирепевшая волшебница назначила его врагом номер один. Под влиянием чувств, разумеется. Из-за них же она сорвалась на лысого у костра, из-за чего снова была выставлена полной идиоткой.

Бывшая мисс Джонс вовсе не была глупой, просто ее главным утешением в течении десяти лет учебы были мечты о возвращении к счастливому детству. Робкое, поверхностное понимание жестокой правды, что такая жизнь в ближайшие несколько десятков лет для нее невозможна, заставляли цепляться к окружающим. Тем более, что окружающие ее большей частью игнорировали, а свой массивный и угрожающий вид волшебница утратила по собственной воле. Она оказалась в мире, где никому не было до нее дела.

Когда тот самый лысый урод, такой же голый, как и в первую встречу, открыл ей глаза на происходящее, разговаривая со стражниками, у Лилисанны сдали нервы. Последний удар по ним нанес покачивающийся орган лысого, которым тот гипнотизировал ее все время, пока изливал желчь в уши бойцов.

Скрываясь среди хижин от посторонних взглядов, Лилисанна кипела. Мы – расходный материал? Они хотят жрать, спать и любить друг друга, пока мы будем подыхать за копейки и сухари, рискуя собой? Через мой труп, ублюдки бородатые!

Волшебница компактным ужиком проскользнула мимо компании плотников, ввинтилась в стайку крестьянских баб, несущих куда-то сухие сети, и, игнорируя призывные вопли стражников, рванула в лес под прикрытием крайней к нему избы.

Убегать она не собиралась о, нет… Только хотела донести полученную информацию до каждого Бессмертного в Кижичах.

Через сутки все Бессмертные в строящейся деревне вместо того, чтобы пойти на работу, пошли к старосте, задавая крайне неудобные и неприятные для него вопросы.

Через двое суток в Кижичах уже не было Бессмертных. Они ушли, разделившись на три крупных группы и нескольких одиночек, решивших искать другие коллективы в поселках Рошвана.

Империю ждал сильный и неприятный удар.

Глава 5. Дом Матери

Просыпаться пришлось под зверски холодным ливнем. С небес хлестало так, что я почти на ощупь добирался до веток с рыбой. Их чудом не смыло. Торопливо жрать сырую рыбу прямо под струями ледяной воды было совершенно лишним опытом в жизни. Пока я, оскальзываясь и матерясь, искал свои копья, ливень перешел в более приемлемый дождь, сквозь который уже что-то можно было разглядеть вокруг. Сориентироваться мне помогло то, что еще не совсем рассвело, и даже сквозь туманную хмарь и водяную завесу я видел устремляющийся в небеса (или нисходящий с них?) толстый луч света.

Вскоре Система порадовала меня внезапным сообщением:

– "Вы вступаете на территорию – Дом Матери."

И тут же замигал красный конвертик.

"Добро пожаловать, бессмертный. На территории невозможен прогресс навыков и характеристик, агрессия и враждебные действия по отношению к другим разумным и их сопровождающим наказывается моментальной смертью. Возрождение бессмертных при таком нарушении пройдет на значительном расстоянии от территории Дома Матери. В случае повторного нарушения на той же территории, кроме упомянутых выше мер, бессмертному будет ограничен на нее вход сроком на 100 лет.

Дома Матери – специальные зоны, где жители этого мира могут шагнуть за границы достигнутой силы. В каждом Доме есть Хозяин или Хозяйка, которые предоставляют услуги и товары, ассортимент которых может существенно различаться в зависимости от расположения территории."

Упомянутый дом оказался круглым приземистым строением, выполненным из монолитного черно-серого камня. У него было четыре входа, закрытых створками ворот без признаков замков, ровно по сторонам света, если верить компасу. Круглая выпуклая крыша выпускала из своего центра толстый, но не жгущий глаза луч, как я понял, это был своеобразный маяк. Внутри все было скучно и интригующе одновременно. Во-первых, объем помещения был на пару порядков больше, чем снаружи. Этакий здоровенный каменный купол, пустой внутри, с толстенной колонной по центру, в которой сквозь камни мерцал свет. Колонна была окружена сплошной стойкой, за которой находился во-вторых – Хозяин Дома. Это был самый классический из всех классических джиннов. Синий мужик, в распашонке, шароварах, с светящимися глазами, длинным черным чубом на лысой голове и выражением лица как у Самого Главного Д'Артаньяна. В-третьих, из внутренних стен мегакомнаты, потолок в которой возле колонны находился на высоте метров в сорок, торчали лица. Огромные человечьи рожи с абсолютно пустым выражением лица и широко распахнутым ртом, высовывались из стен, через равные расстояния по всему кругу помещения.

Наверное, многим джинн бы показался классическим «неигровым персонажем». Необходимо было подобрать вопрос, на который он реагировал, никакой инициативы сам не проявлял, хотя обращался ко мне по имени при ответах. Показался закабаленной духовной сущностью, по крайней мере, так он ощущался моими монашескими инстинктами. Монашеские инстинкты… бред полный, но иначе наработанную совокупность мелких навыков и специфических ощущений не назовешь. Твердят они мне, что это сущность, значит – сущность.

Джинн поведал мне, каким образом происходит повышение характеристик. Лица в стенах. Разумный, желающий поднять свои характеристики, сначала сваливал в пасть любой головы что-то. От камней и травы до редких минералов и драгоценных камней. Тушки животного происхождения также годились, но не трупы разумных. Когда ресурс пропадал в пасти, глаза каменной рожи сверкали зеленым, если большая часть ресурса годилась на прогресс характеристик, красным – если материалу было отказано, или он был уже в избытке, вспышка золотого обозначала, что "пожертвованного" материала хватало, чтобы поднять каждую из характеристик на 1. Наибольшего эффекта можно было добиться, пихая в пасть голов трупы магических существ, особенно подземных. После того, как глазки моргнут золотым, разумному оставалось добавить в Статусе накопленные свободные очки к желаемым характеристикам и самому нырять в пасть этим изваяниям. Через некоторое время они его выплевывали уже "прокачанным".

Еще одним интересным моментом была торговля. Хозяева сдавали площади на безопасной территории Домов в аренду, продавали множество эксклюзивных и интересных товаров, работали как банк и хранилище. За деньги, естественно. Ничего бесплатного, кроме ответа на правильно подобранный вопрос. В уплату принимались монеты Пана: медь, серебро, золото в пропорциях 10/30/1. Либо… ценные металлы, кости и органы чудовищ, драгоценные камни, которые могли как пойти в качестве платы, так и быть обменяны на валюту Пана по определенному, но неизменному курсу. Достаточно было приволочь на глаза джинна или джинны какую-нибудь ценность, как они не задумываясь называли его стоимость и готовы были тут же обменять на деньги. У меня промелькнула мысль, что у этого мира вскоре будет одна валюта – очень уж удобный вариант для всех рас и наций.

Когда я уже собрался уходить, не находя новых вопросов, синий надменный дух меня ошарашил. Оказывается, всем разумным, кто впервые достиг Дома Матери полагался приз, причем на выбор! Мне было предложено абсолютно без-воз-мез-дно выбрать из следующего списка: случайная пассивная особенность низкого ранга (хочу!), книга примитивного навыка на выбор (очень хочу!) и набор новичка, включавший в себя набедренную повязку, легкую тунику, сандалии, острый короткий нож и огниво с кресалом. Все предлагаемые предметы считались "вечными" – при воскрешении они оказывались на мне!

В душе я плакал, страдал и разрывался на части. Хотелось всё. Абсолютно всё было мне дико необходимо, срочно нужно и до боли желанно. Книги предлагаемых навыков включали в себя краткие инструкции на сотню страниц, и из них мое внимание приковало "Искусство выживания". Ориентация в дикой природе, изготовление примитивных инструментов, розжиг огня, поиск воды… Достаточно было коснуться купленной книги и подтвердить желание получить навык, как она исчезала, передавая владельцу навык или знания. Подобные книги, по словам Хозяина Дома были доступны редко, либо их могли создать наставники смертных, обучающие тому же навыку. Что делали редко и нехотя.

Мне понадобилось около часа раздумий и вся сила воли, чтобы выдавить из себя ответ:

– Выбираю особенность

Джинн тут же осенил меня засветившейся синей рукой и снова застыл в позе профессионального Д'Артаньяна. Я лихорадочно залез в "Статус".

"Слабое улучшение обоняния – острота вашего обоняния получила коэффициент 1.2 по отношению к общему показателю Восприятия"

Понятно. Восприятие есть показатель совокупный от всех органов чувств, а чуять запахи я стал лучше на 20 процентов. Пока это абсолютно бесполезно, но в будущем надо будет обязательно учиться пользоваться носом. В душе я горько рыдал по упущенным трусам, знаниям и ножу.

Оп, красный конвертик.

"Вами получена малая новая особенность вне Купели. Обеспечьте себе сытное питание во избежание негативных эффектов".

В будущем эти Дома будут бесценной возможностью провести ночь в безопасности, но пока можно ночевать где угодно. Пора на рыбалку.

Направив стопы к старому месту, где остались кабаний хребет и рыбьи потроха на приманку, я внезапно наткнулся на несколько близкорасположенных кострищ. Видимо, сюда приходили разведчики Рошвана целым отрядом. Не удержался и перерыл носом всю землю вокруг черных кругов, питая надежду найти что-нибудь полезное: старый нож или наконечник стрелы. С этим не повезло, зато наткнулся на тщательно обглоданные кости какого-то не очень крупного животного и обрывок ремня. Получилась небольшая вязаночка запасных костей. И то хлеб. То есть рыба.

Набив чешуйчатой добычи, остаток дня медитировал в надежде и рыбку съесть и … энергетику прокачать. Попытка увенчалась успехом. Жизнь-то налаживается!

Джинна я еще долго пытался опросить на следующий день. Переиначивал вопросы, повторялся, просто проговаривал вслух разные слова, имеющие хоть какое-то отношение к этому миру. Синекожий дух не реагировал на мои попытки получить желаемое перебором, как и не повторял ответы на уже заданные "успешные вопросы". Единственной моей удачей мог считаться лишь удачный вопрос: "Как умереть насовсем?". Услышав его, синекожий оживился и бодро ответил, что Система будет спрашивать всех игроков о том, хотят ли они жить дальше. Раз в сто лет. Достаточно лишь ответить "нет", как тут же сразу того-этого. Помрешь.

На этом сакральном знании я понял, что большего не добьюсь. Применять к нему насилие в качестве эксперимента или пытаться забрать одежду было откровенно ссыкотно.

Устав от бесплодных попыток, я отошел от стойки и сел в позу лотоса у одной из каменных морд, попутно отметив, что стоило бы помыться. Хотелось расслабить головной мозг, упорядочить мысли, возможно, даже придумать дельный вопрос, который заставил бы синюю морду среагировать.

Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь. Дальняя от меня.

Я затаил дыхание. Интересно, еще один визитер? Смертный, бессмертный?

Вскоре новый гость Дома показался мне на глаза, подойдя к джинну. Последний целиком владел вниманием новоприбывшего – хрупкого и смуглого ребенка.

На вид я бы дал ему лет десять. Смуглая цыганская или арабская внешность, впрочем, мои ставки были на восточника. Мысль о оцифрованных цыганах вызывала комок в горле. Ребенок был одет в наполовину чистую белую рубаху до пят, подпоясанную веревкой, за которую был заткнут здоровенный нож, и держался руками за горловину внушительного мешка, эдак литров на двадцать. Нехило пацан прибарахлился…

Маленький хомяк тем временем скрестил ладони на груди, поклонился джинну и начал заунывно что-то ему вещать, периодически повторяя поклоны. Язык мне был совершенно не знаком. Джинн успешно делал вид, что ничего не понимает, не слышит и не ощущает.

Я внимательнее присмотрелся к мальчишке, в надежде увидеть статус. Ух, ё…

"Намир Фашад. 2 уровень". Обычный вроде бы "пустой", девяти-десяти лет. Но вот ниже имени и уровня красным пульсирующим цветом горели очень интересные приписки, которых я раньше не встречал ни у кого. "Вор", "Осужденный", "Предатель султаната Уррас", "Клятвопреступник", "Беглец от правосудия".

– Так вот ты какой, игрок на максимальной сложности… – не удержавшись, ляпнул я.

Парнишка подпрыгнул с испуганным визгом, начав судорожно озираться по сторонам. Быстро обнаружив меня, он застыл в растерянности, явно не понимая, что делать дальше. Я продолжал сидеть, размышляя о размерах той задницы, в которую бывший житель восточных стран себя вогнал, натворив бед и смывшись Зовом к Матери.

Хилое детское тело. Чужая страна. Целая пачка отметок в Статусе, которые, по убеждениям Системы являлись едва ли не вечными. Отсутствие знания языка. Интересно, он – дурак, мазохист или просто человек, попавший в сложную жизненную ситуацию? Может, в тех его султанатах детей склоняют к непотребным сношениям, от которых он доблестно сбежал…

Малолетний преступник тем временем выволок из-за импровизированного пояса свой кинжал и начал осторожно приближаться ко мне. М-да, вариант со сложной жизненной ситуацией вычеркиваем, дурака и мазохиста пока оставляем. Вставать я не собирался. Убить или ранить пацан меня явно не сможет, даже если ему очень повезет. Зато, если порежет, то увижу, как Дом расправляется с такими гостями.

В последствии пришлось вычеркивать и мазохиста. Зато оставшегося дурака возводить как бы не в куб. Намир или Фашад, хрен пойми, кто он там есть, попытался меня прогнать из Дома, издавая угрожающие слова на своем языке и тыкая в мою сторону кинжалом. Смотрелось это нелепо, но огорчать его смехом особо не хотелось. В какой-то момент фальшивый ребенок понял, что его кривляния не вызывают желаемых им действий и эмоций, поэтому выкрикнув нечто особо обидное, поволок свой мешок назад к джинну. Там он начал, постоянно косясь на сидящего меня, вываливать из мешка какие-то шмотки. Синекожему было совершенно безразлично на проделки мальчишки, пока тот не протянул ему на вытянутых руках отрез ткани, сопровождая жест фразой на своей тарабарщине. Джинн скосил глаза на пацана и на весь дом произнес фразу на неизвестном языке, смысл которой я почему-то понял: "Я не приму украденные вещи!".

Я остолбенел, арабчонок остолбенел, синекожий тоже привычно остолбенел. Первым опомнился мелкий, засунув руку себе за пазуху и быстро достав ее назад явно с чем-то. Хозяин Дома снова порадовал нас феноменом незнакомо-понятного языка, прорычав: "Я не приму украденные деньги!".

Вот те бабушка и Юрьев день.

Парнишка снова начал что-то ныть духу, а я тем временем продолжил сидеть и развлекать себя мыслями. Вот нахватал ты таких статусов – и что дальше? Допустим, они вечные, но лазейка-то должна быть? Скорее всего, выход из ситуации довольно прост – вернись к нации, где осуществил злодеяния, сдай награбленное, покайся, отработай свое на каторге. И на свободу с чистой совестью. Лет через тридцать-сорок. А там уже сущие пустяки остаются, всего лишь найти себе наставника, получить класс, начать честную жизнь. Но вот вернуться на место преступления… уже тянет на неслабый такой эпический подвиг. А что, по сути-то, остается? Сидеть в лесах и охотиться на зайцев. Или же… выйти на большую дорогу, вообще плюнув на цивилизацию. Но вот много ли ты награбишь в теле ребенка десяти лет?

От размышлений меня оторвал мальчишка. Он опять стоял передо мной в прежней позе, держа в одной ручонке нож, а в другой мешок своих краденных ништяков. Но теперь не тыкал в меня ничем острым и не ругался. Вместо этого явно пытаясь что-то произнести. Наконец-то, у него что-то даже получилось:

– Помощь! – на очень ломанном английском произнес бессмертный. И тыкнул пальцем в меня.

– Помощь! – с важным видом тыкнул я пальцем в себя, потом указал на него и твердо ответил, – Нет!

Пацану такое не понравилось. Он злобно прошипел что-то нецензурное, явно борясь с желанием пырнуть меня ножом. Понимания, что такое взрослый человек, класс монаха, и как глубоко я ему могу пропихнуть все его пожитки, у него явно не было. Оказывать этому типу хоть какую-то поддержку я не собирался. Как и покушаться на его вещи тем или иным образом. Мало ли, чем от них можно заразиться… в Статусе.

– Я… очень… важный… человек, – тщательно проговаривая слова, произнес воришка. Глядя на меня своими выпуклыми карими глазами, он с нажимом и убежденностью вещал дальше – Я близок…к шейху! Ты поможешь мне выйти из компьютер, я дать много денег!

– Ты – никто. Преступник. Вор, – мое знание английского позволяло оперировать лишь простыми фразами. – Я не буду тебе помогать. Оставь меня.

Близкий к шейху ворюга так и не унялся. Чередуя слова на английском и родном, он убеждал, приказывал, угрожал. Под конец, отчаявшись, даже начал предлагать мне стыренные у какого-то несчастного вещи! Хотя, судя по богатой вышивке и отделке кинжала, он явно грабанул кого-то из знати. Подштанники, ожерелье, пару колец, золотая шкатулка, ткани и, кажется, занавеска. Одна. Надпись "ворованное" я на предметах не видел, что тоже было ценной информацией. Наконец, поняв, что от меня ничего добиться не сможет, юный отрок ушел назад к Хозяину Дома. Сочувственно покивав джинну, я решил валить дальше по дороге жизни и, возможно, с песней. А то ножик у бывшего араба хороший, жизнь у меня трудная, не поддаюсь искушению с трудом. Пока что.

– Жди! Я с тобой! – внезапно услышал я за спиной. Глубоко вдохнул, выдохнул, усиливая циркуляцию Ки по телу, сосредоточив некоторую ее часть в глазах и голосовых связках. Обернулся.

– Пойдешь за мной – убью, – сказать получилось внушительно, аж от стен срезонировало. Хороший фокус, интересно, а как на Лилисанну накачанный Ки и мотающийся перед лицом мой орган-то подействовал? Я провел большим пальцем по горлу, чтобы Махмуду… Намиру… Фашаду все было предельно ясно.

Закрывающаяся за мной дверь заглушила детские визги и проклятия.

Глава 6. Дивный мир

Слышался неторопливый плеск волн пока еще безымянной реки, шумела молодыми листьями роща раскидистых деревьев невдалеке, прохладный ветерок шаловливо обдувал тело. Чуть пригревало полуденное солнце. Отличное время и место для того, чтобы успокоить дух, отбросить суетные мысли и проникнуться жизнеутверждающим величием буйно растущего растительного мира вокруг.

Но я этого не замечал. Раззявив до границ возможного рот, я пялился на гигантских размеров термитник, самостоятельно обгладывающий молодое деревце. До этого момента мое сознание довольно инертно относилось к происходящему. Новый мир, бессмертие, пара лун в небе со своей атмосферой – все эти вещи мало перекликались не с пониманием, а с ощущением всего, со мной произошедшего. Но вот наблюдение за тем, как здоровенное строение насекомых, покрытое ими же, обгладывает дерево, отрастив от своей основной массы сравнительно тонкую ложноножку, заставило проникнуться до глубины души.

Сам термитник не очень напоминал дома своих мексиканских собратьев, или где там термиты строят себе высокие, пустотелые хоромы, напоминающие стволы мертвых деревьев, покрытых песком. Он больше был похож на землистого цвета пирамиду, расположенную на очень солидном, но бесформенном фундаменте. Древоядная конечность здания как раз и выходила из нижней части строения. Жильцы тоже внушали шок и трепет: каждый из товарищей насекомых являлся муравьем длиной чуть меньше моего локтя. Угольно- черные тварюшки деловито ползали по родной хате, явственно шевелили траву у ее подножия и особо густо осыпали ложноножку… конечность… не знаю, что. Приближаться для более детального осмотра достопримечательности я разумно не стал, оставаясь по пояс в воде. Надеюсь, они не водоплавающие…

Тем временем, термитник догрыз дерево, оставив от него общипанный ствол, встал и пошел к следующему. Мне показалось это несколько неправильным и удивительным, проще говоря – охренел, как никогда. Строение тем временем неспешно двигалось, задрав свою древогрызную конечность повыше.

В один момент этот отросток соизволил пошевелить своей верхней частью, и я увидел на ней глаза.

Это была черепаха! Огромная, высотой со старый сталинский двухэтажный дом, черепаха, на спине которой покоился термитник!

Массивную рептилию практически не было видно из-под массы муравьев и их дома, но такие мелочи гиганта явно не волновали – он дошагал до следующего деревца и начал его с упоением жрать. Какая-то длинноногая птица, размером с крупного аиста, решила поживиться муравьем-другим и приземлилась почти на самую верхушку термитника, туда, где жителей было особенно мало. Однако, закусить хотя бы одним насекомым ей было не суждено: длинная гибкая шея молниеносно метнула к птахе довольно маленькую, по сравнению с туловищем, голову, молниеносный укус и останки неудачливого охотника валятся вниз, где ими тут же начинают заниматься черные трудяги. Что оказалось для меня особенно любопытным: гигант замер почти на пять минут с открытой пастью, пока его арендаторы тщательно проверяли пасть на предмет крови, ошметков плоти и перьев. Полноценный симбиоз, надо же. Потрясающе.

Только вот почему теперь здоровенная рептилия пристально смотрит на меня, и трава начинает колыхаться все ближе и ближе?

Как только первый из черных муравьев соскочил на воду и бодро побежал ко мне по ее поверхности, я с полузадушенным воплем моментально кинулся уплывать. Изо всех сил уплывать. Быстрые повороты головы показывали мне, что черная река насекомых, высыпавших из травы, умеет перемещаться по водной поверхности. Не был бы так занят, ругался бы сейчас самыми черными словами. Хорошо, что они бегут по воде не так быстро, как я плаваю. Тем не менее, преследователями они себя показали упорными и целеустремленными, плыть пришлось на глубину, полностью плюнув на тот факт, что дальше от берега могут водиться не менее опасные твари.

Увеличивая дистанцию и спускаясь ниже по течению, я со временем понял, что муравьи преследовали меня ровно до момента, пока меня видела черепаха. Видимо, я здорово ошибся с первоначальной оценкой, такое управления своими постояльцами указывало на прямой мысленный контроль. Откуда у черепахи мозги, ее голова как у миниатюрного диплодока, в нее только жевать!

Выйдя на берег никем не сожранным и испытывая по этому поводу сильное облегчение, я углубился в небольшой лесок, выросший вдоль течения. Интересно, почему муравьи на меня напали? И напали ли? По словам Системы, опасностей в определенном радиусе от поселений разумных смертных сейчас быть не должно. Но предпочту все-таки верить собственным ощущениям, тогда они мне диктовали драпать!

Мимо по стволу дерева пробежала… белочка. Существо вцепилось передними четырьмя лапками в толстую ветку и с любопытством на меня уставилось. Я ответил ей тем же потому, как оставшиеся восемь или девять пар лапок вместе с длинным туловищем обвивали ствол толщиной с мой охват почти полностью.

Да, такая после пьянки придёт, и всё. Или не после, а вместо. Многоногобелка… надеюсь, она не задумывается о том, как у нее получается двигаться. Вымрет же.

По лесу я шарахался аккуратно и скромно, стараясь не хрустеть ветками и не колотиться лбом об стволы деревьев. Такая осторожность сама собой прорезалась после встречи с черепахой, вместе с огромными сомнениями в абсолютной безвредности, окружающей меня среды. Что не замедлило окупиться – к полянке, где чем-то были заняты почти два десятка седых негров я вышел незамеченным. Едва заметив присутствие гуманоидов, тут же сполз в пожухлую листву и предпринял меры по аккуратному окапыванию себя любимого.

Тощие седые чернокожие тем временем явно устраивали привал, разводя костер, раскидывая лежаки и устанавливая котелок на треногу. Большая их часть, одетая в одинаковые белые туники, сидела на земле с повязками на глазах и оживленно вертела головами. Таких седунов я насчитал чертову дюжину. Меньшая же, одетая в нечто наподобие очень легких металлических лат с глухими шлемами, деловито ходили по округе, занимаясь хозяйством, и периодически ныряли в едва видимый с моей позиции овраг. Они явно никуда не торопились.

Я прищурился, разглядывая их статусы. Ааа. Темные эльфы. И судя по повязкам и шлемам – подземные жители этого мира, испытывающие серьезные затруднения с открытым солнечным светом.

Хозяйственно-бронированная часть народа могла похвастаться уровнем за шестидесятый и были смертными, если к таким долгожителям применимо подобное слово. Они были вооружены длинными трехгранными кинжалами, чем-то наподобие клевцев и нагрудными перевязями с ножами, скорее всего, метательными. Также возле вещмешков лежало пять небольших, но целиком выполненных из металла арбалетов. Если кто-то из этих ребят меня увидит или учует, вряд ли даже вякнуть успею.

Начав медленно отползать задним ходом, я бросил взгляд на сидящих эльфов в туниках и с повязками. Вот это да! Бессмертные! Поголовно! Да еще и все как на подбор "пустые" и что удивительнее всего – десятого уровня! Вот это да… с чего бы им такое счастье привалило? Как уровень-то себе подняли?

Подумаю об этом на досуге и в безопасности, пока нужно аккуратненько сделать ноги. В отличии от сомнительного поведения черепахоподобной повелительницы муравьев, разумных совершенно не сдерживала вашрутская безопасная территория. И то, что раса, везде и всюду описываемая как крайне злобная, решит меня приютить, обогреть и приодеть, я не верил от слова совсем. Пусть себе сидят, греются на солнышке, медитируют, а я пойду.

Процесс отступления проходил гладко. Я мышью отполз от лагеря метров на двадцать, встал на карачки и тихой сапой принялся удаляться в сторону реки, искренне радуясь тому, что вышедшие из подземелья личности сейчас в больших неладах с собственной сенсорикой. Им явно требовалось много времени на адаптацию, что смертным, что бессмертным: зрение и слух должны были "переключиться" с родного режима. Помнится, у всех исконно подземных рас с этим большие проблемы…

Что меня и спасло.

А нет, не спасло. Что-то кинулось мне на спину и начало уверенно душить, захлестнув каким-то ремешком через голову. Раздалось тихое утробное рычание. Я от неожиданности дернулся вперед, нога проехала по листве, под которой явно был жирный слизняк, и неловко упал на бок. Вокруг горла чувствовалась все усиливающаяся пульсирующая боль. Особо не соображая, что делать, я попытался ударить локтем за спину несколько раз. Безуспешно. Либо противник был очень мал, либо ловок. Помогло катание на спине, пока пальцами я судорожно пытался оттянуть удавку от горла, мой душитель явно не хотел быть раздавленным, поэтому выскользнул из-под меня и отскочил в сторону.

Противостоял мне щуплый и низкий темный эльф, с кожей почти пепельного цвета. Он пригнулся к земле, растопырив руки, в которых был вытянутый из-за пояса нож и что-то вроде пращи, которой меня и пытались задушить. Очень длинные уши, торчащие горизонтально к поверхности, оскаленный рот с мелкими белыми зубами и два не скрытых никакими повязками глаза, которыми тот на меня смотрел без всякой душевной теплоты, дополнялись чем-то вроде намордника, полностью закрывающего рот. А еще у этого чахоточного существа была роскошнейшая грива белоснежных волос, доходящая аж до лодыжек, перехваченная в некоторых местах ремешками. Вся одежда эльфа состояла из разнокалиберных ремешков, скрывающих в принципе только срам, то есть первичный половой признак.

Я со всей доступной скоростью вскочил на ноги, едва успевая уклониться от молниеносного тычка ножом в лицо. За первым тут же последовал второй, оставивший мне знатный порез на предплечье руки, поднятой в защите. Третий я остановил, просто схватив той же рукой рукоять кинжала поверх сомкнутых на нем пальцев и сжав как следует. Хруста не раздалось, хотя глаза моего оппонента тут же расширились от боли. Раздумывать было некогда, поэтому я вздернул кинжал, руку и ее владельца в воздух, а свободной правой рукой снизу вверх врезал агрессору в солнечное сплетение сжатым кулаком. Глаза у эльфенка выпучились, он захрипел и задергался. В растерянности и не понимая, что делать дальше с противником, я предпринял действия, показавшиеся мне разумным компромиссом – не опуская руки, прислонил его к толстому стволу дерева и еще три раза врезал туда же. Идея "если выживет, то будет точно не в состоянии поднять тревогу" дала течь – грудь странного эльфа вмялась внутрь тела. Он теперь вообще будет не в состоянии. Никогда.

Сзади раздалось печально знакомое шипение, я обернулся, как ужаленный в зад кот, не догадавшись выпустить тело из руки. В грудь прилетел небольшой округлый камень. Больно. Выпустившая камень эльфийка, выглядящая как близнец свежеотбитого мной в мясной продукт эльфа, отличалась от него лишь наличием двух мелких острых грудей и чуть более темным оттенком кожи. А еще на ее ременной сбруе болтались три увесистых тушки зайцеподобных зверьков. Девчонка стояла, снова разматывая в воздухе пращу.

Мыслей убить ее у меня не возникло, поэтому я поднатужился, кинул навстречу девчонке тело ее товарища, или кем он ей там был, и тут же дал деру со всех ног. Кто знает, сколько еще таких охотников в одних ремнях бегает тут по окрестностям?

Бег по лесу босиком – занятие не менее рискованное, чем мытье яиц в бассейне с крокодилами. Только повреждения ты в таком случае себе обеспечиваешь сам. Вот я и обеспечил, поскользнувшись на какой-то влажной ереси и приложившись мордой лица о толстенный корень дерева. Собирая мысли в кучу и хлюпая напрочь разбитым носом, я обалдело раскорячился, неловко пытаясь встать. И тут же подпрыгнул от острой боли в заднице, куда угодил выпущенный из пращи камень. Угрожающее шипение послышалось в третий раз.

– Твою-то мать, – обреченно прошептал, разворачиваясь. Белогривая эльфийка тем временем отбросила пращу и достала нож. В другой руке она уже сжимала такой же, видимо подобранный у павшего спутника. Зайцев она тоже не забыла срезать, видимо, для повышения своей скорости. Девушка сделала два скачка по направлению ко мне, остановилась и закатила глаза, пустив из-под своей глухой полумаски пену. А потом крест-накрест провела ножами по своей невеликой груди, пуская ручейки крови и разрезая ремешки. Я оторопело выдохнул, брызгая кровью, и утер нос, отдающий ценную жидкость как отечественные продавцы неликвидное дерьмо в Черную Пятницу. Что это за ритуал-то такой? Эй, не убивай последнее! Его и так мало!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.