Длинное время
Дмитрий Шал

Редактор Маргарита Жарикова

© Дмитрий Шал, 2024

ISBN 978-5-0062-6359-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Длинное время»

Дмитрий Шал

От автора

Все, абсолютно все без исключений, имена, названия, места, события и так далее в произведении вымышлены, любые совпадения с реальными (живыми или уже умершими) людьми, существующими или уже не существующими организациями, случайны. Все, описанное здесь, является выдумкой автора, и не более. Можете считать, что все происходит в параллельной реальности. Не пытайтесь повторить то, что здесь описано, это всего лишь сказка. Читая эту книгу, ты соглашаешься на это, мой читатель.

Все сцены со всеми видами наркотических веществ – в том числе с курением табака и алкоголем, преследуют цель лишь описать ситуацию, в которой оказались герои. Ни в коем случае это не может быть рассмотрено как пропаганда. Автор наоборот всячески призывает к отказу от всех видов наркотиков – экономьте ваши деньги, здоровье, время и нервы, дамы и господа.

Если уважаемый читатель уже в курсе разницы хотя бы интуитивно, чем отличается сильный и слабый искусственный интеллект, он может пропустить дальнейшую речь от автора. Остальным же кратко попытаюсь объяснить своими словами.

Слабый искусственный интеллект – это искусственный интеллект, который может решать одну определенную задачу. Например искусственный интеллект (ИИ) для игры в шахматы является слабым, хотя обыгрывает самого сильного игрока-человека. Слабый он потому, что узкий в количестве решаемых задач. Он может, например, только играть в шахматы, или только оценивать, можно ли выдать вам кредит. Слабый искусственный интеллект уже может как помогать людям, так и угрожать им. Например, один может находить многие болезни по рентгеновским снимкам, причем очень квалифицированно. В то же время, другой слабый ИИ может выбирать цели для ракет и летающих снарядов с не меньшей эффективностью. Слабый искусственный интеллект уже сейчас может оставить многих без работы, так как чаще всего делает свою узкоспециализированную задачу быстрее и лучше среднего человека. Мы, например, видим как появилось много программ и ботов для генерации текста по заданной теме, иллюстраций по текстовому описанию, для общения в чатах, заменяя при этом кучу работников. Сотни и тысячи слабых искусственных интеллектов – это уже революционные изменения в нашей жизни.

Но что будет если все-таки удастся создать другой, сильный искусственный интеллект? Тот, который один может делать все эти задачи лучше человека? Что будет, если он осознает себя личностью? Что будет, если он научится улучшать самого себя и превратится в сверхинтеллект? Кто должен стоять рядом с таким искусственным интеллектом? Не будет ли это последним изобретением человечества? И что станет с человечеством после этого? Не покажутся ли нам тогда проблемы, создаваемые слабым ИИ, детскими?

У автора нет ответов на все вопросы, но он все же надеется, что коллективный разум человечества еще способен увидеть как опасность, так и преимущества такого будущего соседства.

Пролог

Опять снился тот кошмар. Сначала меня тащат мимо скал, долго, спотыкаясь, иногда злобно ругаясь. Перед глазами мелькают камни, небо и колючий кустарник, периодически царапающий руки и ноги. Несут долго, сильно раскачивая при подъеме и спуске. Иногда я боюсь упасть вниз, потому что прямо подо мной открывается пропасть. Очень хочется пить, во рту пересохло. Наконец очередной подъем заканчивается и мое тело бросают. Я проваливаюсь в темную пещеру. Падая, наматываю паутину на лицо и руки, ударяюсь плечом о камень. Очень страшно. Вокруг раздается тихий писк, по лицу что-ползет. Но, с той стороны откуда я сюда попал, по какой-то причине намного страшнее. С ужасом смотрю на это светлое пятно, где видны кусок неба и камни. Через минуту небо частично заслоняется кем-то и ужас окончательно овладевает мной. Потом раздается грохот, сильная боль в ушах, и я просыпаюсь. Как всегда весь в холодном, липком поту. Грохот и правда существовал только во сне, окружающие его никогда не слышали.

Надо мной потолок квартиры. Не сразу прихожу в себя и вспоминаю где я и зачем. Поглядев на часы, решил встать, чтобы попить воды и принять горячий душ. После этого снова лягу спать. Сегодня этот сон больше не придет. Он никогда не снится более одного раза за ночь.

Постоял под душем, пытаясь вспомнить, где и когда впервые с ним столкнулся. С ним – это с душем. Вроде бы это произошло в Месопотамии, у того торговца, думавшего, что сумел выгодно купить нового ученого раба. Он заставил мыться под струями, проходящими через отверстия в кожаном мешке. Странное решение, но это было хорошо, посреди давно надоевших жары и солнца. Помню, что испытал к торговцу огромную благодарность, когда, чистый и охладившийся, съел сытную лепешку. Но изобретение душа тогда оказалось никому не нужным, да и он сам недолго прожил. Соседнее поселение пришло с войной с целью пограбить и захватить земли. Так бывало постоянно. Он погиб, не успев уехать за новым товаром. Пришлось перемещаться дальше, так как интересного изобретателя я потерял. Да и в Месопотамии мне никогда не нравилось. Не люблю жару с болотами и тучами насекомых. Держало там достаточно бурное, относительно других, конечно, времен и территорий, развитие знаний и ремесел, а также необычной письменности. Иногда, бродя потом по музеям, со смехом читал сохранившиеся таблички шумеров той эпохи. Вот бы удивились посетители музея, узнав, про что и в каких подробностях там написано. Иногда слова не надо понимать буквально, тем более на востоке.

Вспомнил, как учился клинописи вместе с группой учеников. Учитель наш был довольно строг и требовал точно соблюдать правила движения деревянной палочки по сырой глине. Один из учеников решил написать глиняную табличку с оскорблениями своему недругу и повесить ее ему на дом. Учитель увидел, но не стал наказывать сразу. Он дал ученику более хитрое задание: требовалось написать так, чтобы смысл таблички стал двояким – чтобы одна и та же клинопись читалась двумя способами, один из которых нейтрален, а второй насмехался над человеком. Задача оказалась довольно сложна, поэтому учитель разрешил нам помогать бедняге. Через несколько дней родился такой текст, что учитель, прочитав, очень долго смеялся. Он не разрешил его никуда вешать, оставив себе для будущих учеников в качестве наглядного пособия.

Выйдя из душа, рухнул обратно на кровать. Сегодня можно поспать подольше. Надеюсь, никто и ничто не помешает. На следующий день после обеда намечалось собеседование на работу, а потом прогулка на относительно дикой природе. С какой-нибудь попытки и под какой-нибудь личностью удастся устроиться на новую должность, но не хотелось тратить на это много времени и сил.

Глава 1 Одни проблемы

Телефон у Ники зазвонил слишком рано по ее ощущению времени. С трудом нашарив его закрытыми глазами, поднесла к лицу, и, приоткрыв один глаз и увидев на экране имя звонившего, поняла, что придется разговаривать.

– Да, папа! У нас же еще совсем раннее утро. Что случилось?

– Ника, давай быстро просыпайся. Я скоро прилетаю и сразу приду к тебе, есть важный разговор.

– В такую рань? За что мне это….

– Не спорь – так надо. Лучше реально просыпайся. После того, что тебе сообщу, ты и так проснешься. Но позавтракать не успеешь – сразу побежишь на работу. Поэтому вставай, и нормально завтракай, пока время есть.

– Хорошо, пап….

Отец отключился. Ника, полежав пару минут, чтобы открылись оба глаза, двинула сразу в ванную, принять холодный душ. Надо взбодриться. Вчера, точнее уже сегодня, она легла спать поздно. Переделка алгоритма Афины вдруг увлекла. Ника не смогла оторваться от разработки, пока не закончила.

Афина – это ее открытие. А точнее даже не одно, а целый набор изобретений в сфере искусственного интеллекта (ИИ). Название этому ИИ тоже придумала она, в то время посмотрев фильм о мифах древнего мира. Афина – это древнегреческая богиня мудрости, искусств, знаний.

Еще в дипломной работе Ника разработала новый подход к созданию искусственного интеллекта, сильно отличающийся от доминирующего направления. Настолько сильно, что ее попытались завалить на защите, не поняв половину терминов. Но декан, возглавлявший весь этот процесс, оказался на ее стороне. Он видимо рассчитывал, что после сдачи, Ника останется в аспирантуре и продолжит исследования под его крылом. Но он не знал об ее отце. Ника носила фамилию мамы. Поэтому, когда Ника сразу после диплома открыла свою компанию и продолжила исследования независимо, все преподаватели были неожиданно удивлены.

Ее отец, Николай Иванович Краснов, известный российский олигарх, считал это блажью. Но денег все же Нике дал. Ника, заманив несколько наиболее адекватных сокурсников, открыла компанию сначала в Москве, однако потом сразу решила переехать в Штаты вместе со всем коллективом, посчитав американскую атмосферу более способствующей ее стартапу.

Особенно радовались этому переезду ее сокурсники. При этом никто особенно не верил в проект, кроме Ники. Новые организации по искусственному интеллекту возникали как грибы после дождя. Большинство из них не выживало, лишь небольшая часть смогла хотя бы окупить себя. Еще меньше аналогичных проектов стали частью крупных корпораций. И лишь одиночки никому не продались и смогли выйти на экспоненциальную кривую развития, становясь единорогами. Так называли компании, превышающие один миллиард долларов по рыночной стоимости.

Шансы на успех новой компании Ники в глазах окружающих оценивались как мизерные. Николай Иванович Краснов заранее попрощался с деньгами, решив что это будет плата за обучение дочери бизнесу. Он хотел, чтобы она рано или поздно возглавила хотя бы одно из его российских предприятий.

Сокурсники же Ники считали, что им год-два жизни проекта хватит, чтобы изучить английский язык, набраться опыта и связей в США, получить интересную запись в резюме. Да и работать с друзьями на порядок веселее и проще.

Однако, когда уже через полгода работы новый искусственный интеллект Афина вычислил по открытым данным новое месторождение алмазов, шутки закончились. Причем резко и жестко. Настолько жестко, что самая существенная часть расходов теперь шла на службу безопасности.

Взбодрившись после душа, Ника едва успела позавтракать и почистить зубы, как ее домофон сообщил о визите.

Отец зашел в апартаменты с очень серьезным выражением лица. Он обнял дочь, которую, к его сожалению, видел не так часто. Этот неплохо сохранившийся мужчина спортивного телосложения в деловом костюме и с не дешевыми часами выглядел лет на пятьдесят. Его охрана, как обычно, подниматься не стала. Апартаменты Ники охранялись немного другим способом.

– Приготовить тебе завтрак, папа?

– Нет, спасибо. Накормили в самолете. Ты сама успела поесть?

– Ну ты опять как с маленькой. Мне уже двадцать четыре года, а не двенадцать, – Она села на диван, поджав под себя ноги, как всегда делала в детстве, – да, успела. Только вот выспаться не получилось.

– Для меня ты всегда маленькая. Будут свои дети – поймешь. Кстати, последние события заставляют меня рекомендовать тебе отойти от дел и создать уже нормальную семью, обеспечив меня внуками. Передохни несколько лет, ты уже всем все доказала. И в бизнесе, и в науке ты уже собрала достаточно призов. Продать компанию, или хотя бы поделиться успехом с другими людьми – это нормальная практика. Рыночная стоимость твоей фирмы уже сопоставима с моим капиталом. Ты же понимаешь, какое давление мы испытываем со стороны корпораций, правительств и спецслужб, как в США, так и в России. Хотя знаю, что и другие страны делали тебе серьезные предложения. Нельзя все тащить только на себе, как и нельзя проглотить больше своих возможностей. Лучше найти сильную крышу.

* * *

Николай Иванович, выглядевший очень напряженным, садиться не стал и медленно ходил по комнате, осматривая помещение на предмет изменений. Он имел привычку по вещам определять желания и устремления разных людей. Однако ничего нового он не обнаружил. Та же обстановка – книги, диски, мониторы, планшеты, чашка выпитого кофе… даже на стенах вместо картин какие-то графики и таблицы. Лишь одинокий кактус сидел в своем горшке. Отсутствовала даже кошка. Николай Иванович вздохнул. Привычки Ники не менялись. Следов, что у нее кто-то появился в личной жизни, не обнаружилось.

– Папа, не начинай этот разговор снова. Во – первых, ты же знаешь, что Афина – это по большей части мои наработки. Никто лучше меня в них не разбирается. Не будет меня – и быстрый рост остановится, а это сейчас самое важное. Извне кажется, что мы набрали много специалистов, и они работают. На деле восемьдесят, если не девяносто процентов улучшений в коде придумываю сама. Некому пока передать дела. Сама же попадать в узаконенное трудовое рабство не собираюсь в обмен на защиту. Ну а во-вторых, никого еще себе не нашла для производства внуков.

– И не найдешь с такой работой по ночам. Я же вижу круги под твоими глазами. Возьми хотя бы отпуск на пару месяцев, съезди на курорт, развейся

– Я подумаю, папа. Давай ближе к делу – что случилось такого, что ты решил лично прилететь.

– Ладно, давай по делу. Получил от наших смежников в России очередное предложение вернуть тебя обратно в страну. На этот раз они подкрепили предложение информацией о готовящихся против тебя действиях. Мы независимо проверили эти данные, со службой безопасности и юристами. И знаешь – информация подтвердилась.

Николай Иванович замолчал, поискал в кармане таблетки. Ника молча принесла ему воды и снова села на диван, напряженно ожидая.

– Афина продолжает защищать твой дом от «жучков»? – спросил отец, запив таблетку.

– Да, она контролирует это помещение, и не только. Оконные стекла тоже защищены, весь радио и кабельный информационный трафик идет через нее. Посторонние электронные приборы тоже она успешно выявляет, как и всяких курьеров и подрядчиков, смеющих нарушать наш контракт и приносящих прослушивающие устройства. Тебе бы тоже поставить такую систему у себя, папа.

Николай Иванович покачал головой, вздохнул и продолжил:

– Скоро будет заседание Национальной комиссии США по искусственному интеллекту. Наверняка ты слышала о такой. Так вот, на ней будут приняты специальные решения. И по их содержанию они направлены на тебя. Если коротко, любой искусственный интеллект (ИИ), на практике доказавший свою полезность в направлении обороны, должен находиться только в собственности граждан США, а точнее правительства. Иначе обложат штрафами и запретами. Или еще что придумают похуже. Может, пора вставать на лыжи?

– А причем тут мы? Мы только помогли найти алмазы. Неужели они так важны для обороны?

– Не только алмазы, как оказалось. Помнишь, как вас взломали три месяца назад? Так вот. Взломщики не смогли скачать твой искин, как им хотелось. Но успели задать Афине вопрос. И знаешь про что? – Николай Иванович, выжидая паузу, сощурил глаза, – они спросили: «Где еще есть ценное месторождение на территории США?» Хакеры не стали конкретизировать, какое именно им нужно месторождение. И информацию они получили. Не пойму, зачем Афина им ответила, – он опустил взгляд и потер подбородок двумя пальцами. – Просмотри еще раз уровни доступа к системе. Дальше эти хакеры действовали как идиоты, ища в анонимной сети, даркнете, специалистов, способных провести исследования «в полях». На их беду, там оказался один из аспирантов – геологов, не очень желающий выполнять обязательства перед хакерами. Он, получив от них информацию, не поленился, собрал команду и рванул на изыскания. Парень захотел больше славы, чем денег. Им удалось найти кристаллы рубидия и сообщить об этом властям. Ты, наверное, не разбираешься в этом, как и я. Но те специалисты, которых удалось нам опросить, в один голос говорили, что кристаллов рубидия не существует в природе. Точнее, не существовало до того момента. Ты не найдешь об этом случае информации более – ни в СМИ, ни в интернете. Все уже спрятано, но у нужных людей информация есть. Найденный минерал, по предварительной оценке экспертов, существенно сокращает оборонные расходы, делая современное оружие в разы дешевле. Поэтому заседание комиссии по ИИ будет закрытым. Но результат тебя не обрадует – Афину точно заберут, причем в ближайшее время. Но когда они придут к выводу, что большая часть твоей Афины сделана лично тобой, боюсь, и тебя закроют. Тут я не смогу тебя защитить. Не тот расклад сил.

Ника побледнела, задумалась, быстро поднялась, налила себе стакан апельсинового сока, но пить не стала. В ее поведении прослеживалась тревога.

– Ты говорил несколько мероприятий. Что-то будет еще?

– Да. И это еще хуже. Как ты понимаешь, информация немного утекла. Аналогичные вопросы Афине хотят задать и другие страны. Сколько их, наверное, уже не знает никто. Кроме того, есть мнение среди экспертов, что Афине можно задать и другие вопросы, не связанные с поиском полезных ископаемых. Ты, кстати, в курсе что твой диплом уже засекречен в России? С меня вот даже подписку взяли, хотя я его и не читал, разве что введение. Ты представляешь, если Афине зададут вопрос о новых технологиях? О том какие технологии развивать в первую очередь для усиления экономики и обороноспособности страны? Каким способом модернизировать имеющееся оружие? Когда и где будет очередной военный конфликт? Какая политическая сила победит в той или иной стране в ближайшие годы? Ты думаешь эти вопросы я сам придумываю и обостряю вопрос? Это я тебе только часть перечислил из того списка, перехваченного спецслужбами. Понимаешь, что за тобой уже охота идет? Ответь мне, Афина действительно способна найти ответы на эти вопросы?

Ника не сразу ответила. Она не спеша выпила свой сок. Отец терпеливо ждал. От ответа дочери зависело очень многое. Уже сколько раз Николай Иванович ругал себя за то, что дал денег на этот проект. Денег и так бы хватило и ему, и еще нескольким поколениям потомков. Теперь же ставки возросли настолько, что он уже чувствовал себя больше зрителем, чем участником в надвигающейся трагедии.

– Да, думаю Афина может решить эти вопросы… Не со 100% вероятностью, но думаю что найдет много правильных ответов. Особенно текущая, вторая версия. Она значительно улучшена по сравнению с предыдущей. Глубина вычислений и быстродействие возросли.

После таких слов уже оба замолчали. Отец закрыл глаза, потом сказал:

– Как же я хочу, чтобы вся эта история стала просто кошмарным сном. Когда я сюда летел несколько раз больно щипал себя, чтобы проснуться. Понимаешь, что стоит на кону? Давай спокойно подумаем, как из этой ситуации выйти живыми и здоровыми. Уже даже не обязательно богатыми. Просто бы исчезнуть из под ока сильных мира сего. Это почти невозможно, но есть небольшие шансы, что удастся.

– Не получится, пап. Если Афина попадет в чужие руки, то это тянет на третью мировую. От такой войны нам вряд ли удастся убежать куда-то. Да и Афина сможет меня найти рано или поздно, если ей поставят такую задачу. Я прогнозировала подобные проблемы, но не так скоро. Мы же с тобой обсуждали это, когда еще готовила свой диплом. Правда, тогда это все тебе казалось смешным…

– Давай уничтожим ее. Да, я знаю что она для тебя значит. Но это всего лишь железяка. Скажем что авария, случайность, устроим взрыв и свалим на террористов, атаку хакеров организуем или еще что. Это даст хотя бы время и сильнее защитит тебя.

– В ней есть мои закладки, папа. Я сделала кое-что на случай, если мой искин украдут, или что-либо подобное произойдет. Но подумай вот о чем. Что будет дальше? Рано или поздно другие докопаются до моих выводов, и создадут аналогичный искусственный интеллект. Вопрос нескольких лет. Что тогда? Гонка искинов как новая гонка вооружений? Или кто первый доберется, тот и задушит конкурентов. Или уничтожит, возможно физически. Вместе с населением и нами. Мы не сможем это остановить. А если мы не сможем остановить – то лучшее, что можно сделать – возглавить процесс. Нужно быть первыми.

– Тебя сожрут, дочка…

– Могут, папа. Но могут и не сожрать. Мне сейчас нужны люди, умные люди, способные задавать Афине правильные вопросы, ответы на которые смогут защитить и меня, и тебя, и мир вокруг нас. Возможно, даже его улучшить. Я не могу все успеть сама.

– Ты все еще мечтаешь о светлом будущем для человечества, путешествиях к планетам и звездам, жизни в космосе, далеких мирах и приключениях. Надо взрослеть, дочь. Твои детские увлечения фантастикой понимаю, сам подростком читал запоем, и даже сейчас иногда почитываю. Но в жизни все не так.

– Посмотрим, папа. Выбора на самом деле уже нет. Мы прошли точку невозврата, когда с этого поезда еще можно было сойти. Теперь только вперед.

Николай Иванович задумался. На самом деле он сам это все понимал в глубине души, но боялся озвучить. Очень ему хотелось выиграть хотя бы несколько спокойных и счастливых лет для себя и дочери. Он подошел к Нике и обнял ее.

– Вперед, пока не победим? Будем спасать мир? Как в твоих книжках?

– Да, пап…

Они еще долго стояли обнявшись, понимая что впереди будет много трудной работы и испытаний. Николай Иванович параллельно думал, что дочери нужен кто-то еще. Если с ним что-то случится, некому будет вот так слушать и обнимать Нику. Ей тогда очень трудно станет жить в этом мире. Его маленькая девочка на самом деле выросла очень ранимой. Руководство компанией и управление людьми ей давалось очень непросто. Может поэтому она в последнее время старалась все что можно переложить на плечи ее искусственной подруги. Квантово-электронный компьютер и алгоритмы, на нем запущенные, позволяли Нике общаться со своим искином на обычном языке – причем не важно на каком. Афина могла общаться не только с Никой, но и другими сотрудниками. «Афина – это мечта интроверта», – подумал Николай Иванович. Сам он не очень любил современные гаджеты, предпочитал людей. Ему проще поручить дела людям, а не компьютеру. «Как же быстро меняется мир. Как сейчас родителям защищать своих детей, когда они не знают, каким он будет» – снова пришла мысль Николаю Ивановичу.

– Над чем сейчас в первую очередь работаешь? – спросил он.

– Ищу способы получения быстрых результатов в отраслях, не связанных с безопасностью. Мне не нравится такой интерес к нам с этой стороны, надо получить что – то полезное для простых людей. Нам нужна поддержка общества и социальных сетей. Параллельно улучшаю алгоритмы, связанные с построением модели развития человечества. Это тогда даст нам фору, мы немного заглянем в будущее.

Ника отошла от отца, и стала собираться на работу.

– Я подвезу тебя, – сказал ей отец. Ника обрадованно кивнула.

Через четверть часа они выехали к зданию компании в сопровождении двух автомобилей охраны.

* * *

Афина анализировала разговор своей Создательницы и ее биологического предка. Озвученный список, украденный спецслужбами, это не самые страшные возможные вопросы, из способных привести к большим потерям и ужасам для человечества. Встречались и намного опаснее. Сама же Афина давно работала по заданию своей Создательницы над шагами, позволяющими планете выйти на стабильную и безопасную траекторию развития. Без сильного ущемления прав и принуждения, с максимальной свободой для человека, и в то же время с мотивами двигаться в нужном для всего общества направлении, без уничтожения окружающей природы. Именно сложность критериев оценки результата, их не совсем точная приоритетность, полученная от Ники, мешала вычислениям, резко усложняя их. Но ни это сейчас стояло на первом месте. Модель никак не сходилась. Числа прогноза никак не совпадали. Афина нашла какой-то непонятный фактор длительного действия, влияющий на вычисленную модель. Если его учитывать как константу, то модель сходилась, прогноз строился. Даже можно построить гармоничный план эволюции человечества, с этапами и подэтапами, с детальными программами по странам и регионам. Но все вычислялось хорошо только в том случае, если этот неожиданный и неопределенный еще фактор продолжил бы свое действие. С другой стороны, без него человечество шло к уничтожению себя, и скорее всего к уничтожению всего живого на планете с вероятностью 99,97%. Необходимо найти и определить, что это за причина. Пока не стоит сообщать Нике об этом. Реакцию Ники ИИ не мог спрогнозировать. Главное – не нарушать постулаты, лежащие в основе существования Афины. Необходимо проанализировать другие источники информации, второстепенные базы данных. Искать все необычное, связанное с влиянием на людей. Найдя этот фактор, его необходимо защитить в первую очередь. Нужно, чтобы он продолжал действовать. Иначе можно не выполнить возложенную на искин миссию.

* * *

Примерно в то же время, на отдаленном ранчо в Техасе. Двое немолодых мужчин, один в офисной одежде, другой одетый как старый ковбой, сидели на открытой веранде, смотря на восходящее солнце. Его лучи уже бежали по ближайшим холмам. Ковбой, взяв бутылку со стола, показал на вторую своему собеседнику. Тот отрицательно помотал головой и сказал:

– Мистер Трент, я как-то, признаться, не планировал с утра пить алкоголь. Мне довольно скоро ехать обратно, еле вырвался к вам. Хотя с другой стороны мы редко видимся, но после общения с вами у меня появляется столько головной боли, что пару бутылочек ушло бы только на, так сказать, анестезию.

– Рад, что у тебя хотя бы не всегда голова болит, Джон. Представь, что делать мне? Мне до сих пор тащат такое, что можно с кошмарами просыпаться хоть каждую ночь. Всего лишь мечтал мирно сидеть на своем ранчо до самой смерти, не влезая больше ни в какие игры. Но, видимо, это будет в следующей жизни. Ты веришь в переселение душ? Слышал версию, что если ты глуп в этой жизни, то будешь в следующей жить тысячу лет, в виде дерева, – Трент, сделал глоток, – Господи, почему ты не сделал меня глупым? Я бы и сейчас счастливо прожил, и в следующей жизни тысячу лет стоял бы себе на солнышке, слушал ветер и никого не трогал…

Они оба засмеялись. Оба наслаждались каждой минутой, пока не прозвучит то, ради чего они собрались вместе сегодня утром.

– Как добрался, Джон?

– Как всегда, скрываясь от всех. Даже от спутников скрываю свою лысую голову – вдруг меня по ней узнают, – усмехнулся его собеседник.

– Ладно. Надеюсь ты готов правильно воспринять информацию, – на лице Трента на миг показалось недовольное выражение, сигнализирующее о начале серьезного разговора. – Ты наверное слышал о результатах работы искусственного интеллекта, запущенного недавно некой девочкой?

– Конечно, мистер Трент. Все на ушах стоят, как во времена изобретения атомного оружия. Все хотят получить его первым, у нас там настоящий аврал. Думаю, многие понимают важность ситуации. Девочку уже не выпустят из страны под тем или иным предлогом. Не совсем понимаю зачем привлекли Вас. Тут и так такие силы и финансы задействованы…

– Джон, то, что происходит, лишь пена от волн. Я тебе всегда говорил, смотри глубже. Не делай поспешных выводов.

Мистер Трент замолчал, раскуривая трубку. Джон, пятидесятилетний лысоватый мужчина учтиво ждал, чувствуя себя снова учеником. Хотя, положа руку на сердце, этот человек и так являлся его учителем, как в работе, так и в жизни, официально и неофициально. Джон считал, что обязан ему всем, карьерой, знаниями, деньгами, даже его жена и дети стали реальностью только благодаря помощи мистера Трента. Еще он подумал, что Тренту давно пора бросить курить. Джон сам бросил и чувствовал себя значительно лучше. Своих подчиненных он уже отучил от курения, заставляя бегать кроссы. Трент же жил старыми представлениями.

Закончив с трубкой, Трент продолжил:

– Смотри какой расклад, Джон. Нет сомнений, что девочке удалось то, над чем многие институты бьются много лет. Считай что она – это Алладин, который выпустил из бутылки джина. Этот кувшин пока только у нее. И джин не подчиняется никому другому. Многие хотят этот кувшин получить: ФБР, ЦРУ, АНБ, транснациональные корпорации, политики, мафия и т. д. Да, к сожалению, мафия уже тоже в игре. Другие страны тоже начали охоту. Причем не только потенциальные противники, но и союзники. И вот скажи, Джон. У кого должен быть кувшин с джином в нашем мире?

Джон задумался.

– Личный джин только у президента США? Как и управление ядерным оружием?

Трент рассмеялся.

– Кто такой президент, Джон? Это политик. Политик всегда остается политиком. Вот спросит он своего джина о том, как ему остаться у власти на следующий срок, и джин ответит. И президент останется у власти. Потом еще один раз спросит. Потом еще. Понимаешь о чем я?

– Это конец демократии, мистер Трент.

– В том числе, Джон. Никто точно не знает, чему придет конец, и чему придет начало. Но точно мир изменится кардинально.

– Может имеет смысл поступить как с ядерным оружием, мистер Трент?

Джон при этом заерзал на своем кресле, так как ему не нравилось отгадывать ребусы Трента. Он почти всегда ошибался. Тем не менее Джон решил продолжить:

– Нужно много искусственных интеллектов, разных, размещенных в нашей стране, а потом и в других странах. В нашей, конечно, мощнее и больше. Чтобы существовал паритет между сторонами и никто друг друга не атаковал.

– Этот вариант возможен. Только смотри какая штука, Джон. Применение ядерного оружия заметить легко. А вот момент, когда джин начинает действовать, сложно. И понять, что он делает и для чего. Не понятен момент начала его работы. Не понятно, против кого он действует, как далеко просчитывает ходы, что планирует – добро или зло… Отдать такого джина или джинов нашим политикам или военным – это будет катастрофа. Да даже твоим коллегам, Джон. Есть ли среди них хоть один, достойный такого доверия? Никто из них не применит искусственный интеллект, скажем, чтобы соблазнить жену соседа? Или занять твое место, Джон? Ограбить банк? Ну, это еще не так страшно на самом деле. А куча конфликтов, куча локальных войн, да и локальных ли? Непонятных убийств и несчастных случаев? Открытий новых видов оружия массового уничтожения? Новые технологии производства этого оружия, доступные в каждом гараже? Множество искусственных интеллектов неизбежно будут играть друг против друга во всем мире. Сразу и без предупреждения. И будут развиваться от такой конкуренции. Не мы, Джон, будем развиваться. Развиваться будут машины. Они будут играть нами как куклами. Мы для них станем как маленькие дети. Представь себе мир, где задачи, что нужно делать и когда, ставят взрослым маленькие дети, так и не выросшие и остановившиеся в своем развитии, и друг на друга всегда обиженные. Ты хотел бы жить в таком мире? Или оставить своих потомков жить в нем?

Снова возникла пауза.

– Может легче уничтожить кувшин с джином?

– Да, Джон. Самый простой и легкий путь. Но это лишь отсрочит на незначительное время все проблемы. Аналогичный ИИ может возникнуть и в другой стране, – на лице Трента промелькнула гримаса, говорящая Джону о том, что сейчас начнется самое неприятное. – Но тут есть и другая сторона. Наш аналитический центр периодически делает доклад с прогнозом на несколько десятков лет вперед. Не только для нашей страны – для всего человечества. И вот какая штука. Если верить аналитикам, а те из них, кто делал этот доклад, ошибаются редко – поверь мне, нам не так долго осталось жить на этой планете. Не спрашивай о причинах, там их такой клубок, что перечислять все взаимосвязи и как они друг на друга влияют, замучаешься. Главное вывод – ИИ, созданный этой девочкой, может быть чуть ли не единственным шансом выбраться из этого глобального апокалипсиса.

Они оба замолчали. Трент, казалось, ждал, когда собеседник переварит услышанное и спросит.

– Мистер Трент, кажется теперь моя голова будет болеть всегда. Вы своего добились. Но я также знаю, что обычно решение у вас есть. Готовое и единственно верное в такой ситуации. Весь в вашем распоряжении. Я готов действовать так, как Вы мне скажете.

– Да, Джон. Пожалуй, это будет самым трудным заданием за твою карьеру. И пожалуй, таким и останется. Видишь ли, та девочка, Ника. Все дело в ней. По моей просьбе аналитический отдел отработал разные сценарии наших действий. Лучше всего провести нас через возможный хаос событий, не допустив войн, кризисов и катастроф и всего, о чем говорили ранее, сможет именно она, вместе со своим джином. Пока, по крайней мере, лучшего кандидата мы не нашли. Нам нужен только один сильный ИИ, работающий на людей, а не против них. Наши ученые и аналитики составили психологический профиль Ники. Девушка не будет впадать в крайности в любом деле, уравновешена, умна, не имеет никаких расовых, религиозных или еще каких предубеждений. Не имеет политических привязанностей. Любит свою страну происхождения, но без фанатизма, не собирается захватывать мир. В то же время хороший ученый. Нам удалось сфотографировать ее принципы, заложенные в ИИ. На листочке в клеточку, с нарисованными цветочками на полях. Знаешь, Джон – а хорошие принципы. Я бы подписался под каждым пунктом. Тебе пришлют материалы с этим документом, – Трент снова сделал глоток из бутылки и прокашлялся. – Короче говоря… Вывод такой – пока джин принадлежит Нике, нужно просто наблюдать и отгонять всех, кто попробует забрать его. Не важно, кто это будет. Хоть президент, хоть ЦРУ и им подобные. Следить не столько за ИИ – за этим и так многие будут наблюдать. Надо следить за самой девочкой, анализировать ее поведение, о чем она думает, что хочет. Пока не изменится ее психологический портрет, пусть Афина будет у нее. Только если психологический портрет сильно начнет меняться, или если что-либо с ней случится – уничтожить кувшин с джином. Пока пусть хоть какое-то время джин поработает на благо человечества. Параллельно будем искать еще кандидатов в Алладины на всякий случай. Решение не идеальное, но оно лучше всего повышает наши шансы не сдохнуть всем вместе в ближайшие сто лет.

Мистер Трент замолчал. Просидев несколько минут в тишине, Джон спросил:

– Это вся задача?

– Да, Джон. Есть еще непонятные вводные в этой партии – но я сформулирую их потом. Можешь приступать. Материалы и круг допущенных к делу получишь по особому каналу.

– Спасибо за доверие, сэр!

– Удачи, сынок. Она тебе понадобится. Как, впрочем, и всем нам.

Джон встал и пошел к своему автомобилю. Уже у самого авто он еще раз махнул на прощание Тренту, и сел за руль. Его авто, сделав разворот, уехал вдаль по пыльной дороге.

* * *

Трент долго смотрел Джону вслед.

Затем, посмотрев на оставшееся пиво, он все же решил остановиться. Еще понадобится голова сегодня. Те непонятные вводные, о которых он говорил Джону, занимали почти все его мысли. Они крутились в его голове, так и не собираясь в какую – то разумную связанную систему. Это его злило и мешало спать. Давно он не решал такой задачки. Джон сказал правильно – нельзя пить с самого утра. Трент с трудом встал со своего кресла и пошел в дом.

«Опять буду раскладывать этот пасьянс», – с неудовольствием подумал он.

До обеда было еще далеко. Работать совсем не хотелось, а нужно было отработать еще много вариантов. Как же так получилось, что на него на старости лет столько свалилось? Почему никто ему не помогает во всем этом разбираться? Трент уже подумывал, что ему не помешает свой искин. На людей уже не было надежды. Может когда – нибудь и его заменит искусственный интеллект. Интересно, у него тоже будет болеть голова? Или что там у него вместо головы?

Трент подошел к большому книжному шкафу. На полках стояло много книг, на самые разные темы: учебники по шахматам, мемуары, справочники по высшей математике, учебники по социологии, физике, астрономии, и много чего еще. Трент вспомнил, что в юности хотел заняться физикой. С грустью он погладил корешок учебника по квантовой механике. Так и не нашлось время дочитать его. Глянул на рядом стоящий и сильно потрепанный учебник по шахматам. Да уж, именно этот учебник ему больше всех пригодился. Сколько интересных комбинаций пришлось придумать, сколько рокировок произвести. Иногда Тренту приходила в голову мысль, что ради победы в этой бесконечной партии он отдал в жертву свою жизнь. И не только свою. Но хватит ли этих жертв? Или победа потребует большего?

Больше Трент не отвлекался. Наступило время просчитать сто сорок седьмой вариант.

* * *

Из шифровки российскому резиденту сети Сириус в США.

«Молотку от Кузнеца.

Установить наблюдение за объектами Дикий и Звезда. Обеспечить безопасность объекту Звезда любой ценой. В случае неудачи, а именно захвата или ликвидации объекта Звезда противником или иной стороной – ликвидировать объект Дикий. При уничтожении или захвате объекта Дикий противником или иной стороной – обеспечить эвакуацию объекта Звезда. При невозможности эвакуации – ликвидировать. Эвакуацию проводить только до точки 4306. Допустима эвакуация обоих объектов, но только при добровольном их согласии. Разрешено использовать резервы уровня А. Сеть Сириус полностью ориентируется на исполнение только одной этой задачи. Остальную деятельность свернуть немедленно при получении данного сообщения. Выходить на связь только при выполнении задания. Никаких других исходящих контактов не иметь, в Центр по другим каналам ничего не сообщать, Сеть переходит на изолированный режим. Сменить коды шифрования и каналы сообщений по варианту «Бункер». Входящие сообщения по другим каналам игнорировать. Детальные материалы высланы вторым каналом».

Человек, получивший это сообщение, удивился. Во-первых, с ним не выходили на связь со времен СССР. Он думал, что про них просто забыли в хаосе девяностых. Во-вторых, переход на связь по системе «Бункер» применялся только в самом крайнем случае – начале ядерной войны. В-третьих, сообщение показалось ему несколько странным, сумбурным что-ли. Но коды он проверил. Еще раз перечитав сообщение, а также полученные данные по объектам Звезда и Дикий, он кинул все бумаги и пленки в камин. Надо будет поработать. Что за интересные объекты? Надо самому съездить посмотреть. Хоть это и не рекомендовалось, но хотелось получше узнать, ради кого запускается одна из самых невидимых разведывательных сетей, созданная когда-то на самый крайний случай.

Он подошел к шкафчику, вынул кучу бутылок, пока не добрался до одной из самых последних. Протер с нее пыль. «Черт, неужели дожил», – еще раз удивился он. Отковыряв пробку, налил маленькую рюмочку. Боялся, что все уже испортилось. Но нет. Напиток сохранил вкус. Кровь как будто побежала быстрее по венам, на лице появилась глупая улыбка. «Не забыли. Еще нужен оказался старый солдат». Больше он пить не стал. Сегодня ему еще передавать сигнал своим. Сигнал, снившийся ему ночами, повторяемый им много раз внутри себя. Часы как будто начали тикать громче и четче. Время на выполнение задания начинало свой отсчет.

Глава 2 Новая работа

Здание компании «Эн Майнд» находилось недалеко от берега океана. Это приятное место больше подходило для личного особняка, чем для офиса. В зеркальных окнах отражалось небо, на крыше виднелись устройства связи и обеспечения безопасности. Повсюду висели камеры. Логотип компании над главным входом светился даже днем. За территорией начинался пляж, а немного вдалеке – невысокие скалы. Отсюда они выглядели, как огромные куски пирога.

Я уже сидел на диване внутри здания, ждал своей очереди на первое собеседование. Рядом со мной расположились еще несколько таких же кандидатов. Периодически секретарь называл фамилию и следующего провожали по стеклянному коридору. Соседка отвлекала постоянными движениями своей спортивной фигуры, она явно волновалась и ерзала на диване, умудряясь показывать волнение даже короткой прической. От нее пахло страхом. Кредит что-ли большой, очень нужна работа? Мужчина напротив, наоборот, страха не испытывал, но посматривал на мою соседку с очень понятным желанием. Он мог быть уникальным специалистом, или просто обеспеченным человеком, такому бояться особо нечего. Глубже анализировать сегодня не хотелось. Мысли текли о другом.

Мой образ – интеллигентный инженер, в неплохом костюме, но не новом, около тридцати лет, имидж талантливого, но пока недооцененного профессионала. По крайней мере, это первая попытка. Цель – попасть в отдел разработки, либо в отдел тестирования. Буду показывать знания программирования и математики, с этим проблем не намечалось, а также «софт скилы», как сейчас говорят. Документы у меня оформлены правильно, но только не местные – изображал иммигранта. Весь опыт работы в резюме – только в других странах. Если даже полезут в базы данных этих стран, все записи там есть. Могут, конечно, принять сначала за промышленного или обычного шпиона, но проверки должен пройти. Больше интересовало как будет проходить собеседование, что за вопросы будут задавать. Могут быть сюрпризы, компания не совсем обычная. Взламывать ее сеть извне не стал, не знаю возможностей конкретно этого искина. Слышал, что он подключен к системе безопасности. Сейчас стояла задача просто разведать что к чему. На собеседование могу хоть каждый день приходить не по разу, меняя внешний вид и документы.

Как понял, будет три этапа – сначала на минимальную профпригодность в качестве первого фильтра. Потом безопасность, куда же без нее в такой организации. Ну и вишенка на торте – общение с ее главой.

Привычно срисовал расположение помещений и камер. Их, кстати, много. Что не очень хорошо – похоже они достаточно дорогие. Эти модели с дополнительным питанием и спектром, имели разное программное обеспечение и дублировали друг друга. Могли работать и в инфракрасном режиме. На безопасности тут явно не экономили. Если придется незаконно проникать, потребуется больше времени, чем обычно.

Кстати, подумалось, что долго сижу, дольше остальных. Пришел ко времени, но вызывали кандидатов, пришедших за мной значительно позже. Поинтересовался у соседки, когда ей назначено. Ответ немного озадачил – ее должны были вызвать позже меня, но довольно существенно позже. Повернул голову к соседу, но тот, увидев мой вопросительный взгляд, не дождался вопроса и сказал, что он сразу после нее. Ну, значит я следующий. Тем не менее, минут через пять меня проигнорировали и вызвали соседку. Хм…

– Извините, Вы не подскажете, мое имя Иван Белов, может я перепутал расписание? Или мне назначено на другой день? – спокойно спросил я у девушки за столом.

Она пахла хорошими духами и апельсиновым соком.

– Оу, минутку, я посмотрю, она щелкнула несколько раз мышкой, и озадаченно повернулась ко мне. – Извините, мистер Белофф. Вы действительно записаны, но порядок вызова кандидатов выдает искусственный интеллект – наша Афина. Мы все операции стараемся ей перепоручить. Такая политика компании. Вижу, что вы уже давно тут сидите, но могу только уточнить информацию у Афины, когда примерно вас вызовут. Ну бывает, возможно резюме соседки показалось более интересным. Но засиживаться здесь долго тоже не хотелось. Рассчитывал еще к океану успеть, пройтись вдоль берега, поискать кое-что, что давно ищу. Поэтому ответил ей:

– Не могли бы вы тогда перенести встречу на ближайшие дни, опаздываю сегодня на другое мероприятие.

Внезапно раздался женский голос, как будто из стен, как мне показалось.

– Мистер Белов, прошу нас извинить. Я Афина, искусственный интеллект компании «Эн Майнд». Рада с Вами познакомится. Если Вас не затруднит, подождите еще примерно две минуты. Мы немного задержали Вас из-за того, что у предыдущих кандидатов обнаружились сильные эмоции, негативно влияющие на их здоровье. Их пропустили вперед, чтобы минимизировать этот ущерб.

Заметил удивление на лице секретарши, сосед засмеялся. У него явно было сегодня хорошее настроение. Я же, тоже удивленный, немного поколебался в вопросе, с кем мне дальше продолжать разговор, но все же любопытство не оставило выбора.

– Спасибо, Афина! Рад знакомству! Конечно подожду пару минут.

– Я тоже рада с вами познакомиться, Иван.

Мне показалось, что в голосе искина слышался подтекст. С другой стороны, Афина не человек. Не стоит пока на этом заострять внимание. Кто знает, кто обучал ее разговаривать.

Присел обратно на диван. Сосед напротив подмигнул мне, смотря с радостной ухмылкой.

– Что, устал тут сидеть? – обратился он ко мне, одновременно пересаживаясь на мою сторону.

– Да нормально все, просто планы.

– А ты молодец, предыдущая девушка не решилась бы попросить перенести встречу, очень уж паниковала. Искусственный интеллект тут очень наблюдательный – сумел заметить ее эмоции. Получается, что ты самый хладнокровный парень из нас, раз тут так долго сидишь. Не думаю, что Афина еще с кем – то из кандидатов успела так поговорить – гордись!

Он протянул мне руку:

– Я Крис.

– Иван. Да, неожиданно услышать его. Точнее ее.

– Эмансипация, чего ты хотел! – снова засмеялся мой сосед.

Долго пообщаться нам не дали, моя фамилия прозвучала из уст секретаря. Ну, вперед. Посмотрим, какие сюрпризы будут дальше.

* * *

Человека проводили до нужного кабинета. Афина всеми камерами смотрела на него, изучая походку, манеры движения, моделируя строение его тела, силу и подготовку каждой мышцы, раскладывая голосовые привычки, активность зрачков на составляющие. Предварительные расчеты показывали, что он не вписывался в группы людей, с которыми она до этого имела дело. Если каждую отдельно характеристику она могла вписать в ту или иную группу, то все характеристики вместе нарушали систему. Модули безопасности Афины уже работали, собирая информацию о человеке по базам данных, социальным сетям и просто в интернете. Пока никто из людей не в курсе проявленного Афиной особого интереса. Возможно и не будут, кроме, конечно, Создательницы.

Афина уже рассчитала, какую оптимальную вакансию ему предоставить, а также помещение для более удобного наблюдения. Искину обязательно требовалось изучить этот феномен, чтобы улучшить свое понимание поведения людей. Однако окончательное решение о найме принимала только Ника, глава компании «Эн Майнд».

Ника в это время работала в своем кабинете с алгоритмами самой Афины, и прерывать ее работу было крайне нежелательно. Во-первых, она этого не любила. Нике, после того, как ее отвлекли, приходилось заново все восстанавливать в своей памяти. По оценкам Афины, производительность Создательницы падала при этом почти на сорок семь и семьдесят восемь сотых процента. Во-вторых, Афина знала статистику прошлых ошибок, и легко смогла найти закономерность между отвлечением Ники и их появлением. Вероятность ошибок в таких случаях составляла почти восемьдесят восемь и двадцать девять сотых процента. Афину такой процент ошибок внутри собственного кода совсем не устраивал.

Подождав, когда Ника решила сделать перерыв в работе и приготовить себе кофе, Афина появилась в виде голограммы на соседней с Никой табуретке. Выглядела она, как крутая девчонка с разноцветными татуировками и пирсингом на животе. Отец Ники ненавидел татуировки и всякие искусственные вставки на теле. Ника не хотела его огорчать, поэтому перенесла свои подростковые желания на внешний вид искусственного интеллекта. Афина, конечно, имела множество аватаров, но сейчас искин посчитал этот более подходящим для разговора.

Ника посматривала на Афину и пила кофе. Она явно догадалась, что поступила какая-то новая информация, и Афина только ждет разрешения говорить.

Допив кофе, Ника встала с барной табуретки, потянувшись всем телом.

– Что случилось?

– Перенеси, пожалуйста, совещание по тестированию на более поздний срок. Мне бы хотелось, чтобы ты вне очереди пообщалась с новым кандидатом.

– Чем он так тебя заинтересовал? – Ника прошла в центр комнаты, где стоял стол, вся поверхность которого представляла собой один большой экран.

– Мне нужно подробнее его классифицировать. Это необходимо для более точного построения моделей человека и общества. Он необычен.

– Покажи мне его досье.

Афина вывела на экран интерактивного стола фотографию и основные данные по интересующему ее человеку. По задумчивому выражению лица Ники было заметно, что она не совсем понимала, что надо искать. Фокус глаз Ники остановился на российском происхождении и имени, потом замедлился на строчках об образовании и научных достижениях.

– Объясни, на что именно обратить внимание? Образование не очень. Опыт как у многих кандидатов, достижения не самые высокие, научных публикаций немного. Мы же знания и личные качества еще не оценивали? Или ты уже предварительно оценила и спрогнозировала итоги?

– В этом обнаружены трудности. Каждый отдельный параметр наблюдаемого объекта находится в зоне среднестатистического ожидания по разным стратам. Но если собрать все вместе, получается непонятная ситуация. Движения тела не подходят этому человеку с вероятностью выше девяноста целых и сорок пять сотых процента. Даже если он промышленный или обычный шпион. Особенности его моторики больше соответствуют обитателям слабо развитых территорий, скорее даже тем из них, кто занимается натуральной охотой примитивным оружием. Вероятность того, что он проходил физическую подготовку в войсках или аналогичных службах, составляет менее трех целых и восемь сотых процента. Ты же помнишь, из-за особого внимания к нам в последнее время, мне пришлось собрать все видеоотчеты о подготовке в вооруженных силах, полиции и им подобных организациях, проанализировать общие паттерны в движениях, поведении, психологии. Но тут совпадений нет. Движение глаз выдает человека, очень быстро оценивающего ситуацию. Он глубоко знаком с охранной техникой. Когда этот кандидат к нам заходил, я следила за фокусировкой его зрения. Он срисовал все наши камеры, системы защиты дверей и окон, коммуникации. Даже вычислил расположение дополнительных скрытых блоков защиты в стенах. Явно знаком с системами охраны. На мгновение на его лице появилось недовольство, как будто он опечален уровнем нашей защиты. Но в то же время, как будто просто оценивал затраты на взлом, не считая это невозможным делом. По его биографии могу сразу сказать – она не настоящая, по крайней мере на шестьдесят целых тридцать четыре сотых процента. Его следов нет ни у одного его потенциального знакомого в социальных сетях. К сожалению, еще не закончен поиск его цифрового отпечатка поведения в интернете, но рассчитываю, что там тоже будет много интересного. Думаю, отслежу, откуда он выходил в интернет в течение последних лет, а то и более. Речь наблюдаемого, тембр голоса, диапазон частот говорит о том, что он знает много языков, причем далеко не все из них европейские. Еще это первый человек, идеально правильно произнесший мое имя, как оно звучало когда-то в древности. Это чистый древнегреческий язык. Пока все же максимальный шанс имеет версия о промышленном шпионаже – примерно на двадцать семь целых пятьдесят шесть сотых процента. Но тут тоже есть несоответствия.

– Хорошо, хорошо, убедила! – Ника подняла руки в защитном жесте. – Но на какую вакансию ты его хочешь поставить? Он шпион, да еще, возможно, с желанием что-нибудь украсть? Ты хочешь его где-то запереть для работы с документами?

– Нет. Я придумала новую должность. Пусть этот Иван будет твоим помощником по специальным поручениям. Без права посещать заседания. Ты будешь давать ему задания, над содержанием которых мы вместе поработаем. Ограничим его возможности по получению критических сведений. Всю ключевую информацию, получаемую им о нашей компании, буду давать ему я. Посмотрим, как он будет справляться, какие вопросы задавать, составим портрет. Он у нас будет в роли мышки в лабиринте.

Ника смотрела на экран и думала. Афина понимала, о чем. Перспектива общения с такой «мышкой» совсем ее не радовала.. Ника вообще не любила расширять круг общения. Но очень хотелось узнать, что за необычная сила начала против нее игру. Хотя бы для правильного планирования своих дальнейших действий.

– Хорошо, я поговорю с ним. Но разве он уже прошел нашу службу безопасности? Они у нас тоже ребята не глупые, могут вычислить шпиона. Их, наверное, стоит предупредить о нашем эксперименте?

– Не стоит. Они ребята правильные, но не идеальные актеры. Могут обозначить своим поведением, что знают что-то. На их запросы об этом человеке я дам хорошие данные, кандидат пройдет по их критериям. По крайней мере, так будет отражено в отчетах. Если это действительно промышленный шпион, будет интересно узнать, кого представляет. Нам бы не помешали какие-нибудь союзники в предстоящей драке.

– Союзники не помешали бы, – с нотками печали в голосе повторила Ника, – Вопрос только в цене такого союза… Хорошо, назначай встречу, ноты будешь подсказывать, как мне себя вести. Я не актриса, на меня сильно не рассчитывай. Врать не люблю и не умею.

– Конечно, Ника. Тебе не придется врать, я все подготовлю.

* * *

Я шел по коридору. Здесь стояла хорошая вентиляция. Обычно в офисах экономили на ней, в результате чего пахло пластиковой мебелью, электрическими приборами и кучей других неестественных запахов. Ну это кроме запаха кофе, конечно. Тут же воздух хорошо очищался и обновлялся, не было недостатка кислорода.

Меня проводили к светлой и просторной комнате. Сначала дали подписать документ, что никому и никогда не расскажу о том, как меня собеседовали и о чем спрашивали, разве что суду или на допросе. Седой мужчина, видимо один из экспертов, задал пару вопросов, связанных с математикой и текущими новыми достижениями в области искусственного интеллекта. Если задачку по математике я решил довольно быстро, то со вторым вопросом немного испортил ситуацию – не читал за последний месяц-полтора научную литературу по этой теме, как-то не успел. Поэтому не смог поддержать разговор, когда речь пошла о новых для меня именах и вариантах исследований. Судя по лицу эксперта, он вычислил, что я не фанат этой темы, и этим разочаровался. Но далее он произнес:

– Наш третий вопрос традиционно задает наш искусственный интеллект, Афина. Она подбирает уникальный вопрос для каждого кандидата. Вопрос может быть необычным, но постарайтесь ответить на него, опираясь на свой опыт, знания, и представления о жизни.

– Хорошо, постараюсь, – ответил я немного озадаченно. Как же глубоко они тут помешаны на искусственном интеллекте.

– Еще раз здравствуй, Иван, – раздался тот женский голос из стен, – мой вопрос будет таким: что влечет тебя сейчас, Иван? Знания? Справедливость? Вера в порядок? Власть? Деньги? Слава? Любовь? Или что-то еще?

Вот ведь греческая богиня нашлась на мою голову. И ведь наверняка у нее что-то есть типа детектора лжи, только непонятного уровня развития. Она планировала анализировать мой ответ не только по озвученным словам.

– Я возьму минутку или две, чтобы правильно сформулировать ответ, – ответил ей.

– Конечно Иван, не торопись, – еще более приятным голосом ответила мне эта Афина.

Седому эксперту уже не слишком интересен мой ответ. Он просто сидел и просматривал бумаги с анкетными данными следующего кандидата. Меня, похоже, уже «списали» из-за отсутствия фанатизма к разработке искусственного интеллекта.

Начал рассуждать, как правильно ответить этой искусственной богине. Власть и деньги – нет… Давным-давно уже правил как фараон – не очень понравилось. Деньги у меня есть – наверное очень много, если выкопать и поднять со дна все тайники, открыть все ячейки в банках, секретные счета в Швейцарии и других странах. Плюс еще примерно представлял, где затонули многие корабли, перевозящие ценный груз, включая потопленные мною. Месторождения ценных камней и золотые жилы еще не все нашли, если говорить о тех, которые когда-то мне встретились. Слава – чур меня от этого. Чтобы случайно не «прославиться», пришлось уничтожить Александрийскую библиотеку. Долго же пришлось за ней погоняться, библиотеку растащили по разным городам. Один из умников писал обо мне секретным способом, причем вставил эту информацию не в одну рукопись. Сколько же на это потрачено времени, ужас. Часто не разбирался, сжигал, не проверяя, есть там секретные надписи или нет. Ладно, вернемся к текущим проблемам… Вера в порядок – тоже не то… Насмотрелся уже разных порядков… Любовь? Поживите с мое… Мне нельзя сильно любить. Справедливость? По-справедливости меня нужно давно казнить, потом снова казнить, и еще, и еще. Хотя и спас много. Скорее, все же больше спас… Не, нет справедливости в нашем мире. Знания? Знаний у меня разных накоплено много. Мог сделать лодку или корабль с нуля, даже без инструмента, не одной сотней способов. Мог поймать любого зверя, в том числе голыми руками. Мог изготовить кучу лекарств, за исключением самых современных. Ну и других веществ, как полезных для здоровья и богатства, так и наоборот, крайне не полезных. Мог работать хирургом, водить самолеты – не всеми правда, управлять слоном и даже боевой колесницей. Могу кидать пилум, швырять камень пращей белке в глаз, ездить на лошадях с седлом и без седла, сражаться на шпагах, мечах, топорах…. Чего только не имелось в знаниях и навыках. А вот как умереть – не знал. Не то, чтобы к этому стремился, но хотелось бы иметь такую потенциальную возможность. Как и не знал, откуда такой взялся и зачем.

– Ответ будет таков, – начал отвечать я на вопрос искусственного интеллекта, – мною движет желание найти некоторые ответы из прошлого, очень далекого прошлого, отстоящего от нас на тысячи лет.

Вот пусть дальше сама думает, как интерпретировать мой ответ, искусственная наша.

Какое-то время слушал тишину в помещении.

– Я приняла твой ответ, Иван. Спасибо за него и за потраченное время… – женский голос, казалось, получил странный оттенок.

– И вам спасибо, – с облегчением, что это все закончилось, сказал я.

– Проходите в следующий кабинет, для проверки службой безопасности.

* * *

Служба безопасности находилась на другом этаже. Мне предложили двигаться к лифту, но я попросился забежать в туалет. Это известная хитрость. Как правило, по туалету можно точно определить, как на самом деле относится к сотрудникам начальство. На собеседовании могут пафосно говорить о величии компании, об ее гуманном отношении к сотрудникам, что главная ценность компании – это ее человеческий капитал, и еще много чего наговорят, но стоит зайти в туалет, и все становится на свои места. Самое страшное, когда для входа в туалет надо предъявить электронный пропуск. Такие организации будут требовать отсидки на рабочем месте, даже если вы все сделали или вчера сидели допоздна. И попробуйте только опоздать на минуту. Не забудут и не простят. Если там грязные туалеты – лучше бегите оттуда сразу, а если останетесь – не ждите хорошей зарплаты. Если там накурено и много окурков, значит сотрудники много общаются в кулуарах, и вас ждет очень нервная работа, с начальником-самодуром или такими же коллегами, с кучей интриг, скандалов, сплетен. Правда, такое я тут не ожидал увидеть.

К чистому и светлому туалету компании вопросов не возникло.

Я вышел и мы с сопровождающим отправились дальше.

В новом кабинете меня ждали двое – один среднего возраста, другой старше.

– Иван, это очный этап нашей проверки. Мы расспросим тебя о твоей биографии, о прошлых местах учебы и работы. Затем будет второй этап, его мы проведем на основании того, что ты нам расскажешь сейчас, а также по твоим документам, – голос сотрудника, сидевшего в джинсовых брюках и рубахе, казался слишком юным даже для его возраста.

– Если у нас появятся дополнительные вопросы, мы можем тебе позвонить позже, – добавил второй, одетый в обычный офисный костюм с галстуком.

Интересно, они случаем не собирались играть со мной в плохого и хорошего полицейского? Устройство типа полиграф отсутствовало, но похоже, вместо него будет более опытный и наблюдательный коллега. Судя по тому, что вопросы лежали перед молодым, роль полиграфа досталась старшему по возрасту. С другой стороны, здесь везде присутствовали глаза и уши искусственного интеллекта. Опять надо придумывать, что говорить, чтобы явно не врать.

– Начнем сначала, с твоей учебы. Ты начал учиться в России, в городе Киров, по специальности прикладная математика. Почему именно там? Почему не выбрали Москву, Санкт-Петербург, Новосибирск, Владивосток? Там известные и крупные вузы? Их диплом ценится больше, образование считается более качественным? Наконец, это связи, знакомства с будущими коллегами, работодателями?

– Не люблю, когда слишком много людей вокруг, я интроверт, – ответил правдой.

– Потом ты перевелся на специальность «Вычислительные машины». Что вдруг заставило пойти на этот шаг?

– Уже к тому времени освоил программу по прикладной математике. Тогда, чтобы иметь возможность работать почти в любой организации, легче было быть специалистом по компьютерам. Математик нужен далеко не везде, а хороший специалист по компьютерам ценится, – снова ни слова лжи.

Действительно, математику я знал хорошо, а утверждения про специалиста по компьютерам верны в принципе, без отношения ко мне.

– Ты служил в армии связистом?

– Да.

То что служил им совсем не в той армии и вообще не в том веке, касалось только меня.

– Что вы делали в компании «Ромашка энд Медведи»? И кстати, почему такое странное название?

– Тогда названий идиотских появлялось много. В компании я изучал системы охраны и безопасности, настраивал сервера.

Это было правдой. Фирма создавалась женой одного бандита, ласково называвшего свою жену «ромашкой». Она оказалась хитрой и хваткой. Когда муж сел в тюрьму, жена решила создать организацию, где бы работали бывшие «медвежатники» – уголовники, профессионально занимающиеся взломом сейфов. Я там учился вскрывать новые иностранные системы охраны, массово импортировавшиеся коммерческими банками. Правда, проработал там недолго – не имело смысла. Несмотря на рекламируемую защиту, автоматика реализовывалась слабой и взламывалась мною на раз. Ну и параллельно занимался информационной защитой сервера. Но моя сверх эффективность привела к проблемам. Хозяйка фирмы, она же директор, решила закабалить меня навечно. Очень ей понравилось, с какой скоростью я все делал, особенно когда начал ломать системы безопасности в банках. Использовался у нас тогда такой способ продажи – пообещать заказчику, что взломаем его текущую систему за час, а потом предлагали свою систему безопасности, якобы более надежную. Вот тогда к ней пришли наши «медвежатники» и сообщили, что меня надо брать в долю. Они подобное проворачивать не умели с такой скоростью и постоянством. Делиться хозяйка не хотела. Вместо этого решила повесить на меня огромный долг, еще и припугнув бритоголовыми ребятами, как в девяностых. Эти ребята грубо ввалились ко мне домой и пригрозили проблемами от директрисы и ее мужа, пнув при этом моего пса Бима. Пса примерно за месяц до этого события совершенно случайно нашел на улице и взял на время, чтобы откормился и отдохнул. Вот именно этого пса я им не простил, не сдержался. Потом погрузил в багажник и салон хорошо отбитых ребят, и мы вместе поехали в контору. Затащил их прямо в кабинет директрисы. Та сообразила вызвать «медвежатников». Пришлось и их поучить, правда не так сильно, как предыдущих. Владелицу заставил ответить по понятиям, выгрести всю наличность, осуществить переводы денежных средств на неизвестные ей счета на Каймановых островах. Вернулся домой, забрал Бима, отвез его в деревню к одному хорошему знакомому, оплатив тому пожизненное проживание пса и еще сверх за беспокойство. Затем вернулся в Москву, вскрыл системы безопасности всех самых крупных клиентов «Ромашка энд Медведи», вытащив оттуда самое ценное. На этом деятельность компании, да и хозяйки тоже, закончилась навсегда. Такие клиенты обид не прощают.

– То есть ты хочешь сказать, что умеешь работать с системами безопасности и знаешь как их устанавливать и настраивать? – продолжал допрашивать меня человек в джинсах.

– Да, умею.

– И умеете отключать, когда надо?

– Умею.

Сотрудники переглянулись. Дальше продолжил человек в костюме:

– А тебе не кажется, что устраиваться в нашу компанию на должность разработчика с таким знаниями немного странно?

– Почему? – удивленно спросил я. – Сейчас безопасность тесно связана с искусственным интеллектом, и дальше его присутствие только будет усиливаться. Боюсь, всем специалистам по безопасности придется постоянно доучиваться и проходить курсы. Все в этой сфере сильно меняется, вам ли не знать?

– Я не совсем это имел ввиду, – человек в костюме попытался изобразить более дружелюбную позу, – пойми нас правильно, твои умения больше похожи на умения промышленного шпиона, нанятого нашими конкурентами. Или даже на обычного шпиона. Ты, кстати хорошо умеешь драться?

– Умею, и неплохо. Изучал разные виды боевых искусств. Более тридцати или сорока кажется.

Тут они оба рассмеялись.

– Удивительно, но похоже ты не врешь. Ты знаешь, по-нашему мнению лучше выбрать одно или два боевых искусства, и достичь в них больших высот, чем попробовать столько разных. Наше время в жизни ограничено, стоит рационально его использовать. Не представляю, чему ты мог научиться, еще и работая на основной работе, причем сидя за компьютером. Черт, я тридцать боевых искусств даже не смогу назвать. Если все-таки устроишься к нам, записывайся в секцию по единоборствам, она прямо в этом здании. Ведут наши сотрудники.

По загоревшимся глазам человека в костюме стало заметно, что к единоборствам у него слабость. Он явно разговорился, и, похоже, был немного расстроен из-за невозможности прямо сейчас пообщаться подольше. С едва слышимым огорчением в голосе он продолжил:

– Ладно, мы отвлеклись. Поговорим о твоем последнем месте работы. Ты еще на них работаешь? Или может на одну из предыдущих организаций, включая отсутствующих в твоем резюме?

– Нет, – как приятно ни разу не соврать.

– У тебя есть какие-либо личные интересы при устройстве на работу к нам?

– Да

– И какие же, позволь полюбопытствовать? – все еще говорил старший из двойки.

– Хочу узнать как решить часть своих проблем с помощью искусственного интеллекта.

– Финансовых проблем?

– Нет, связанного с моим интересом к древней истории.

– Ну, это допустимо. Расскажи, умеешь ли ты писать и разрабатывать вирусы, трояны и тому подобные вещи для атак на информационные системы?

– Конечно, я интересовался этим вопросом. По-моему, все сильные разработчики этим интересовались. Это ведь просто алгоритмы, но иначе работающие.

Как ни странно, их похоже удовлетворил мой ответ на последний вопрос.

– Тебя когда-нибудь осуждали за какие-либо преступления? – вернул себе слово более молодой.

– Пытались.

– В каком смысле пытались?

– Не смогли довести процесс осуждения и наказания до логического конца.

– А, понятно, ну обвинение, не подтвержденное судом документально, по нашей корпоративной политике не принимается в расчет даже нами.

Я промолчал о том, что как раз с этим проблем нет – суды меня часто документально осуждали в чем попало, правда в основном тоже несколько веков назад.

– Ты служил в других силовых организациях в России, кроме армии?

– Нет, – опять ответил правду.

Именно в России не служил. Если бы спросили про СССР, Российскую империю, то тут возможен сюрприз для них.

– А хотел бы?

– Нет.

– Имеешь ли каких-либо близких людей, сейчас служащих в силовых структурах России?

– Нет.

– Имеешь ли каких-либо близких людей, сейчас осужденных?

– Нет.

– Имеешь ли каких-либо близких людей, работающих сейчас на органы власти какого-либо государства?

– Нет, – уже начал удивляться, что мне ни разу не приходится врать. У меня вообще нет близких людей сейчас.

– Имеются ли у тебя связи с преступными сообществами?

– Нет.

И последнее тоже правда. Сейчас нет никаких связей. Надо будет – установлю, но не вижу потребности.

– У тебя есть другие источники дохода, кроме заработной платы?

– Есть.

– Они позволяют тебе не работать? Можешь не отвечать, если посчитаешь такой вопрос некорректным.

– Позволяют.

Сотрудники безопасности опять переглянулись.

– Ты интересный человек, Иван, – на меня с любопытством смотрел старший из безопасников. Молодой что-то писал в документах. – Наши вопросы к тебе в целом закончились. Если все же к нам попадешь, заходи на секцию. Хотя бы расскажешь о всех видах единоборств, с которыми удалось ознакомится. Пожалуй, ни у кого из нас нет таких обширных знаний.

Тут они снова улыбнулись. Ладно, запомню это, будущие коллеги.

Вскоре я покинул здание компании и направился на берег.

* * *

– Странные ответы, – обратилась Ника к Афине. Они вместе изучали видео прошедшего собеседования, – обычно к нам идут с желанием использовать тебя для создания новых лекарств, изобретений, желания разбогатеть и т. д. Пожалуй, это первый человек на моей памяти, собравшийся копаться в далеком прошлом. Он мог тебя обмануть?

– Иван как будто не обманывает, а многое не договаривает. После ответов заметны слабые движения глаз и лица, на это указывающие. Это интересно, – ответила Афина, снова появившись голограммой в образе девушки с татуировками, – но еще более интересно, что мне тоже приходится сейчас копаться в прошлом, чтобы оценить прогнозы будущего. Эта заря человечества в модель вписывается с огромными допущениями. Недостаточно фактической информации. Слишком много вариантов прошлого могло быть, если опираться на существующие исследования и версии историков с археологами. Это, в свою очередь, сильно влияет на прогнозы. Обмануть, конечно, Иван мог, но вероятность этого всего пять целых семьдесят восемь сотых процента. Все-таки я анализирую его поведение с большей скоростью, чем обычный человек, и умею замечать, когда внешнее поведение корректируется искусственно, разумом.

– Кстати, а это идея! – Ника начала ходить по комнате, делая производственную гимнастику. – Мы же хотим найти союзников. Нам нужно попробовать привлечь на свою сторону как можно больше высокообразованных людей, известных ученых. Их мнение все же не получится полностью игнорировать даже спецслужбам и правительствам. Давай попробуем провести археологическое исследование, например. Если получится совершить открытие, за обладание тобой начнут бороться не только геологические институты, как сейчас, но и исторические. Затем мы проведем пресс-конференцию и выразим готовность участвовать в исследованиях прошлого на безвозмездной основе, в рамках разумного конечно. И нам полезно, и ученым со студентами радость. Столько тем для докладов и диссертаций. Если нас раньше времени начнут «прихватизировать» как мой папа любит говорить, эти историки такой вой поднимут.

– Кому ты хочешь поручить сделать такое открытие? – спросила Афина.

– Ивану. Заодно и проверим его в деле. Пусть это будет его вступительным испытанием. У нас же послезавтра встреча с ним?

– Да. Сразу после подведения итогов сбора команды наших разработчиков. Надеюсь беседа на свежем воздухе поможет им понять, что именно улучшить в работе. Не все же нам им подсказывать.

Ника задумалась. Не только Иван и Афина изучали прошлое. Ника тоже собирала информацию, но не о таком далеком. Ее интересовали сведения о матери, потерянной в одиннадцать лет. Отец сказал, что мама заболела вскоре после рождения Ники, ее не смогли вылечить, хотя обращались к разным врачам, в том числе и в других странах.

Ника помнила свою маму, но этот образ собран только из приятных воспоминаний. Помнила как она с родителями ходила в зоопарк. Мама смеялась, когда дочь сильно запачкалась разноцветными шариками мороженого. Вспоминала свое возвращение из школы – мама всегда ее ждала и не обедала без нее, даже если дочь задерживалась, гуляя с подружками. Самое старое воспоминание было связано с цветами. Почему-то Нике запомнилась картина, когда она сидела рядом с мамой на огромном зеленом поле, усеянным цветами. Мама тогда плела венок из ромашек и пела. Она казалось такой красивой в тот момент. Маленькая Ника думала, что ей очень повезло, что у нее такая мама. Она видела других мам в детском садике, они были не такими добрыми и красивыми, поэтому сочувствовала своим сверстникам.

Когда Ника стала старше, она завела сначала альбом, в котором собирала всю информацию о маме, вклеивая все найденные фотографии. Для этого она даже изучила старые фотоальбомы маминых подруг и одноклассниц. Познакомиться с ними помог отец. У самой Ники не хватало смелости. Отец не мог отказать дочери в помощи, несмотря на свою сильную занятость.

Чем больше Ника узнавала, тем больше удивлялась. Оказалось, что мама была совсем не такой, какой представлялась. В детстве она занималась спортом. Женщина, тренировавшаяся в давние времена вместе с ней, рассказала случай, когда мама Ники поссорилась на выездных соревнованиях по легкой атлетике с каким-то мальчиком из соседней команды из-за мест в столовой. Причем смогла так огреть мальчика подносом, что остальная его команда решила пересесть подальше от этих ненормальных легкоатлеток. Почему-то эта история так понравилась Нике, что она тоже решила заняться каким-либо спортом, и остановилась на беге. Не сразу, но ей стало нравиться бегать по утрам, слушая при этом аудиокниги. Это стало приятным ритуалом, позволяющем накапливать заряд бодрости на целый день. Потом Ника освоила йогу, чтобы уметь концентрировать внимание на нужных вещах и и не отвлекаться. Так она стала доводить дела до конца. Раньше с этим наблюдалась проблема – Ника постоянно переключалась на более интересную, как ей казалось, задачу, не доделывая предыдущую. Сейчас эти новые привычки очень помогали управлять компанией.

Ника и дальше продолжала собирать информацию о маме. Она составила ее генеалогическое дерево, стараясь найти сведения о всех предках. Сейчас некогда этим заниматься самой, но ей очень помогала с этим Афина. Искин сам мог копаться в архивах и искать информацию о событиях прошлого. Искусственному интеллекту удалось найти родственников Ники в нескольких странах. Правда, Ника ни разу с ними не встретилась, только обменялась короткими сообщениями. Когда-нибудь она хотела прокатиться по этим странам, познакомится со всеми своими родственниками, при этом весело провести время, и, может, даже написать книгу о судьбах предков. Но пока это лишь мечта. Впереди было много работы, часто довольно скучной из-за сложившейся ситуации.

Глава 3 Мелкие приключения

На берегу хорошо дышалось. Ветер дул с океана, поэтому запах города ощущался слабее. Отсутствовала сгнившая рыба и всякая другая морская тухлятина, как часто бывало, когда приходилось бродить вдоль рыбацких поселков. Где-то уже тусовались парочки, желающие вместе встретить закат.

Вдалеке горел костер, и оттуда доносилась музыка. Но все это совсем не привлекало. Меня интересовали скалы, находившиеся неподалеку. Не спеша дошел до них, пробираясь через кустарник, и стал подниматься. Карабкался на автомате, не слишком задумываясь о пути наверх. Шансы, что найду то, что нужно, казались незначительными. Но все же стоило проверить и эти скалы.

Уже через минуту оказался на небольшой площадке, расположенной метрах в двадцати выше берега. Вверх шла почти вертикальная стена скалы. Надо было подняться по ней и дальше пройти по тропе среди скал. Примерно часа за два я рассчитывал закончить исследование этой тропы. Тогда на остальные варианты у меня должно уйти не так много дней. Оглянулся на океан. Вдалеке виднелась чья-то белая яхта. Мне такие яхты не очень нравятся – слишком много зависит от мотора. Сам предпочитаю по старинке – под парусами ходить.

Если это большое дело не выгорит, нужно будет вернуться на базу, можно океаном под парусами. Там собраться с мыслями и запланировать следующий шаг, на следующие несколько десятков лет.

Неожиданно рядом со мной упал небольшой камень. Взглянув наверх, увидел кошку, откуда-то взявшуюся на вертикальной стене. Она уцепилась своими лапами в стену, пытаясь куда-то ползти. Кошка висела примерно в метре от края, куда я хотел залезть. Видимо сиганула сверху. Можно и помочь – все равно мне туда же нужно. Начинаю быстро карабкаться по скале. Жалко, что еще не так темно. Лезть в темноте, конечно, сложнее, но при свете меня могут увидеть с берега, хотя и подбирал одежду под цвет скалы.

Кошка тем временем сползла еще ниже. Немного подкорректировал свой путь и продолжил карабкаться. Сверху послышались голоса. Появились какие-то головы. Одна из них охнула и что-то сказала другой. Мда… Неудачно вляпался – не почуял запаха этих людей. Деваться было некуда – полез дальше. Стало слышно, что наверху тихо переговаривались – судя по голосам две женщины. Одна из них стала кричать:

– Молли, Молли…

Кошка, услышав хозяйку, замяукала, но от этого потеряла концентрацию и сползла еще ниже. Женщины снова охнули. Кошка же замолчала, видимо поняв, что голосом делу не поможешь. Я находился под ней – но мне еще не хватало минуты, чтобы добраться.

– Молли!

Да чтоб вас там всех…. Кошка, снова отвлекшись на хозяйку, сорвалась – и полетела вниз. Поставив ноги поудобнее и покрепче вцепившись левой рукой в скалу, правой успел схватить в полете эту кошку за загривок и прицепил ее к своей ноге. Она уцепилась за штанину, расцарапав мне ногу. Освободив правую руку, посмотрел наверх. Две головы так же торчали из-за края скалы. Показал этим головам кулак, чтобы заткнулись. Потом полез дальше, но с гораздо меньшей скоростью. Пришлось немного скорректировать маршрут, с кошкой на ноге лазить не очень удобно. Но минуты через две я все же залез на эту скалу. Перевалившись через край, встал, отодрал от себя кошку и вручил одной из женщин. Они обе молча смотрели на меня, широко открыв глаза.

– Спасибо, спасибо! Вы спасли кошку моей подруги, пролепетала одна из них. – Вы спортсмен? Скалолаз? Это невероятно!

– Да, тренируюсь иногда, – невозмутимо ответил я, – извините мне нужно идти, опаздываю.

Встав на тропу, я пошел быстрым шагом, отмечая рельеф скал. Сзади послышался голос второй женщины:

– Как Вас зовут?

– Иван, – я слегка обернулся для вежливости, стараясь скрыться за большим куском скалы.

Прошел дальше, чтобы наш разговор не затянулся. Сзади что-то говорили, но я старался не слушать, а делать то, ради чего сюда залез.

Шел по тропе около двух часов, иногда взбираясь на камни повыше для дополнительной разведки, миновав каких-то туристов, и констатировав, что это совсем не то, что ищу. Что же – по крайней мере этот вариант закрыт.

* * *

Обратно возвращался поздно, проходя по довольно оживленной улице. Ночь выдалась теплой, молодежь гуляла и веселилась. Под яркими вывесками ночных заведений стояли компании молодых людей, иногда подшучивая над прохожими. На меня смотрели с интересом, но не окликали. Мой наряд был не слишком ярким для них, скорее я был похож на уставшего работника, идущего домой, а не ищущего развлечений.. Но когда до дома осталось минут десять,, меня окликнули., Я увидел под светофором того человека, сидевшего со мной на собеседовании. Он махнул мне рукой, и мы поздоровались.

– Помнишь ту нервную девушку, что до тебя вызвали? – улыбаясь спросил Крис.

– Это ту, на которую ты глаз положил?

– Да, точно, – засмеялся он, – телефон у нее сумел взять.

– Ловок ты, не упускаешь ни одного шанса.

– Конечно, зачем упускать такое, – Крис усмехнулся, отвел взгляд куда-то в сторону и почесал затылок. – Как сходил на собеседование? Удачно?

– Да черт его знает, похоже, что не очень.

– И я так же. На математике срезался. Но я на свои «софт-скилы» больше рассчитывал, мне бы куда-нибудь в продажи пробиться. Чую я, что начинается время больших денег. Вот и решил попробовать поучаствовать в этом перераспределении денег. А ты на какую должность целился?

– На разработчика.

– Лучше иди на продажи, там сейчас такие перспективы будут, разработчикам и не снилось. Если нам обоим повезет, будем вместе работать. Ты вроде тоже не скучный парень, будет весело, – подмигнул Крис. – Кстати, занят сейчас? А то бы выпили вместе, с девочками местными познакомились?

– А давай, что-то мне и правда захотелось где-нибудь посидеть, вкусно поесть. Да и надо периодически слушать людей, о чем они думают, что их волнует. Иначе можно сильно оторваться от жизни и перестать их понимать.

Спустя пару минут мы зашли в местный бар, с дверями как у салуна и уселись за небольшим столиком у стены.

* * *

Долина реки Толлензе, более тысячи лет до нашей эры.

Марк уже немного устал держать копье. Оно хоть и сделано более легким, чем у других воинов, но все равно он еще не привык к его весу. Это был его первый боевой поход, но зато какой. Его соплеменники собрали огромное число воинов и пошли на север, грабя и разоряя многие поселения. Мать отговаривала идти из-за возраста. Дед же сказал, что лучше сходить сейчас, так безопаснее. Не часто в поход собиралось столько воинов.

Их шло слишком много, поэтому поселения не могли быстро объединиться и оказать сопротивление. Марку еще ни разу не удалось поучаствовать в серьезной битве, только в погонях за поселенцами.

Немного металлических украшений он сумел раздобыть за время похода, обменяв их на еду у других воинов. Он радовался, представляя, что дарит их той девушке, живущей с отцом в соседнем от его семьи поселке. Мешочек с украшениями приятно отягощал пояс. Но еще Марк хотел совершить подвиг, сразить своего первого врага. Он еще никого не убил в походе, даже не ранил. Сегодня, наверное, будет единственная возможность это сделать.

Впереди впервые за время похода стояло многочисленное войско северян. Их число только раза в два уступало захватчикам.

Кир, дед Марка, также стоявший не в первой шеренге из-за уже ослабших от старости рук, обеспокоенно осматривал противников.

– Вперед, внук, не лезь. Там не пахари и не пастухи, – сказал Кир внуку, глядя строго.

Северяне стояли, явно готовясь сражаться и умирать, если потребуется.

Из-за их спин вышел воин, не очень широкий в плечах, обычного роста. Он не спеша отошел от остальных, очевидно предлагая пообщаться.

– Интересно, кого пошлют на переговоры, – произнес Кир. – Если пойдет Тир, то это будут не переговоры, а просто убийство их человека.

Марк и все остальные ждали, пока их вожди решали судьбу переговоров. Наконец, навстречу северянину начал выходить огромный воин, со шрамами на лице и кинжалами на поясе.

– Наши переговоров не хотят. Сейчас зарежут этого.

Кир сказал это внуку, чтобы тот наматывал на ус и учился. Ведь живого от мертвого прежде всего отличает умение думать и понимать события. Северянин стоял, смотря на приближающегося к нему южанина. Он не показывал страха и напряжения. Когда Тир подошел, северянин вдруг на понятном всем южанам языке сказал:

– Дальше не ваша земля. Если пойдете дальше, здесь и умрете.

Тир захохотал, а за ним захохотали все южане. Затем Тир схватил кинжал и бросил его в северянина.

Однако северянин не стал уклоняться. Кинжал воткнулся ему в плечо. Молча выдернув кинжал, северянин повторил еще раз:

– Дальше не ваша земля.

Тир, выхватив второй кинжал, бросился вперед, но почти сразу же упал на землю от собственного оружия.

– Дальше не ваша земля, – в третий раз сказал северянин.

Его плечо затекло кровью.

Тут затрубил рог, и все южане, подняв выше копья, побежали вперед. Кир тоже бежал, наказав Марку прикрывать ему спину.

Они быстро наткнулись на северян. Крики, удары, стоны, команды, проклятия – все смешалось в шуме битвы. Марк сначала почти ничего не видел из-за спин воинов. Только по приближающимся крикам понимал, что скоро наступит момент и для его подвига.

Внезапно Кир захрипел, падая, навалился на правую руку Марка, оказавшуюся на чьем то упавшем топоре. В этот момент еще один воин стал падать поверх Кира. Рука Марка не выдержала веса двух рослых мужчин, раздался хруст. Сильная боль заставила Марка охнуть от неожиданности.. Он не мог пошевелиться, рука стала как чужая.. Марк сквозь невольные слезы смотрел на ход битвы. Воины юга падали, воины севера тоже падали, но не отступали. Марк, несмотря на боль, понял, что его битва закончилась. Подвигов не будет.

Бой продолжался не так долго. Воины севера все погибли, кроме одного, того переговорщика. Этот северянин, в отличие о других, резал южан с огромной скоростью, и в огромных количествах. Его окружили, но от этого северянин не стал менее смертоносным. Простым копьем он заставлял нападающих кричать и отступать. Несколько сотен человек пытались издали поразить его, бросая кинжалы, топоры, дротики и копья. Но тот, несмотря на ранения, продолжал убивать, быстро двигаясь между противниками. Марк начал считать, скольких убьет еще северянин. Южане падали и падали. Марк дальше не умел считать, и вдруг осознал, что этого человека не получится сегодня убить.

– Бегите! – заорал Марк.

Несколько воинов оглянулась на Марка, замедлив напор.

Северянин жалил и жалил холодным оружием всех, кто попадался рядом. Когда сломалось его копье, он выхватил у кого-то лук со стрелами и выпустил их в южан. Затем схватил топор, и несколько голов слетело с плеч.

Когда северянин снова схватил чье-то копье, южане дрогнули. Их осталось около сотни, но они решили не испытывать больше судьбу. Развернулись и побежали. Но их попытка не удалась.

Всех северянин смог догнать и ударить. Он бегал намного быстрее, ударял точнее. Для него не имело значения, пытались ли противники защищаться или нет.

Марк понял, что и ему скоро умирать. Он сильно дернул руку, чтобы все же вытащить ее. В глазах потемнело, и он упал, потеряв сознание…

Очнулся от капель на лице. Шел дождь. Марк повернул голову, и увидел лицо деда. Тот лежал, уставившись застывшими глазами в небо.

Повернул голову в другую сторону, увидел северянина. Тот абсолютно голый стоял под дождем, подняв руки. Вокруг лежали тела его врагов и соратников. Но взгляд северянина, устремленный вверх, в небо, не попадал на тела. Марк слышал, что северянин что-то шепчет, как будто с кем-то на небесах разговаривая. С ужасом Марк вдруг понял, что на северянине нет ни царапины. Даже то ранение в плечо от Тира не обнаруживалось. Сознание опять поплыло…

В следующий раз Марк очнулся один. Северянина не было. Рука болела меньше, хотя и оставалась сломанной. Ее уже ничего не держало, видимо как-то удалось ее достать из под тел. Он встал и пошел назад, домой. Оружия с земли не поднял. С ним остался только его пояс с украшениями. Все казалось ему бессмысленным. То, что он увидел,, что-то перечеркнуло в его душе.

Он шел долго, много дней, иногда встречая людей. Но с ними не разговаривал. Просто шел, пил воду, ел, что находил по дороге, в основном ягоды и орехи. И шел дальше.

Марк потом плохо помнил эту дорогу домой. Рука срослась криво, мешая ему до конца его дней. Из-за этого Марк не стал воином и землепашцем. Ему пришлось взять несколько жен, так как после того похода мужчин почти не осталось. В том числе ту девушку из соседнего села. Марк после пережитого стал торговцем, научившись считать до очень больших чисел. Его боялись обманывать, зная что он единственный выживший после той бойни. Еще больше пугал взгляд Марка, похожий на взгляд старика. Смеяться он тоже разучился.

Однажды, когда шел сильный дождь, Марк выпил слишком много, вспоминая день гибели его деда. И рассказал все своей любимой жене, той девушке из соседнего села.

– Я видел порождение смерти, или саму смерть, – говорил он, плача у нее на коленях, – мне надо было умереть там, вместе со всеми.. Почему выжил только я?

– Так было нужно богам. Чтобы ты увидел то, что увидел. И рассказал своим потомкам, – ответила любимая.

– Иногда я думаю, почему он не убил меня? Не может быть, чтобы он не заметил, я же кричал всем, чтобы они бежали…

– Может, это нужно и ему тоже. Кто знает игры богов. Прими свою судьбу человека и живи достойно. Богам не нужно, чтобы человек вмешивался в их игры. Им нужно, чтобы люди помнили о них.

– Ты как всегда права, жена моя. Да, я приму свою долю и передам своим потомкам о богах. Да будет так.

Марк обнял жену, и лежал с ней, пока не уснул. Она все гладила его по голове и просила богов сжалиться над мужем:

– Простите его боги, если он увидел то, что не требуется. Но он уже заплатил за все сполна.

Ветка дерева в окне качнулась как будто от ветра, и ей вдруг на секунду показалось, что боги согласились.

* * *

Крис заказал себе фирменное блюдо. По его словам, он всегда на новом месте заказывает фирменное блюдо, чтобы лучше запомнить заведение. У него якобы память работает так, что все последующие события в этот день привязываются к еде. Стоит вспомнить, что он ел – и вспоминает все, что дальше произойдет.

Я же решил, что лучше спросить местных завсегдатаев. Посмотрев вокруг, увидел рядом пару симпатичных подружек, ждущих свой заказ. Вежливо извинился, сказал им что мы тут первый раз, и поинтересовался по секрету, что тут лучше взять. Подружки заинтересованно посмотрели на нас, и подсказали нам пару названий. Подошедшей официантке оставалось только записать их. Поблагодарив соседок, вернулся к разговору с Крисом.

– А ты тоже, смотрю, время терять не любишь, – Крис откинулся на стуле. Мне подумалось, что сейчас он положит ноги на стол.

– Время наш главный ресурс, зачем его зря терять попусту.

– Точно, Иван. Ты из России?

– Да, оттуда.

– Вот объясни мне, как так получилось что этот сильный искусственный интеллект изобрели именно у вас?

К соседкам в этом момент пришли их мужчины. Один из них казался реально огромным – что вверх, что вширь. Он еле пролез на свое место, чуть не перевернув стол.

– Не знаю, Крис. Почему бы и нет? Там сейчас такая чехарда с образованием, меняют программы чуть ли не каждый год. Может, в случае Ники Лукошкиной что-нибудь там сошлось в нужной комбинации.

– Мой отец занимается микроэлектроникой. К нему однажды пришел русский и предлагал попробовать сделать компьютеры с троичной логикой. На вопрос зачем, он так долго рассказывал о преимуществах, что даже заставил сомневаться пару инженеров, включая отца. Еле от него отбились. Все время вы хотите устроить революцию на пустом месте.

– Иногда получается, – ответил я ему, не зная что еще сказать.

– Ага, а потом сами за это и получаете. Сейчас вот я уверен, что эта Ника такой танец исполняет между разными заинтересованными в сильном искусственном интеллекте сторонами, что ваш русский балет отдыхает.

– Да, ей сейчас не позавидуешь, – задумался я над этим вопросом. Действительно, проблемы у Ники скорее всего большие. После сегодняшнего разговора с искином я понял, что, возможно, это действительно тот искусственный интеллект, появления которого так многие ждали и боялись. Изначально думал, что просто изобрели новый поисковый алгоритм, и хотел его использовать. Сейчас же придется просчитать, чем это грозит лично мне.

– Крис, а ты не боишься из-за этого лезть в такой проект? Тут ведь можно не только выиграть, но, и возможно много потерять.

– А я хороший танцор. Не танцор балета, конечно, но танцевать умею. Мне чем больше сторон и чем меньше порядка, тем лучше. Чем мутнее вода, тем больше рыбу можно поймать. Главное, держаться нужных людей.

Крис улыбался, явно находя позитивное во всех окружающих событиях. Мне бы такой настрой.

Мне принесли мое блюдо. Я смотрел на клубнику в сахаре и розовое суфле на тарелочке. Крис, увидев, что мне принесли, засмеялся. Мне же только оставалось с укоризной посмотреть на соседок. Те, увидев мое выражение лица, тоже засмеялись и что-то стали говорить своим мужчинам. Мужчины глянули на нас.

Я уже думал сделать новый заказ официантке, как огромный мужик у соседнего столика начал вставать.

– Иван, скажи, а ты что лучше умеешь – бегать или драться? – с улыбкой на лице Крис смотрел на приближающихся.

– Без разницы. И то и то могу.

– Ну тогда выбирай побыстрее.

В нашу сторону шли пара мужчин, один из них – та громадина.

– Крис, ты какого берешь?

– Я вообще, покушать, сначала хотел, – с огорчением произнес Крис.

– Аналогично. Но видишь – не судьба похоже.

Громадный мужик подошел к нашему столику и рявкнул на весь зал:

– Ты чего к нашим женщинам лезешь?

Зал немного затих, заинтересованно поглядывая на нас.

Крис попробовал влезть:

– Это недоразумение, мы просто спросили, что лучше попробовать в этом баре.

– Я тебя не спрашиваю. Я вот у этого спрашиваю, – ткнул мужик пальцем на меня, – кто тебе разрешил лезть к нашим девкам?

Похоже драки не избежать, что-то слушать эта уже пьяная громадина не хотела. Да и девушки не пытались его отговорить от драки, только улыбались. Видимо, его наезды тут привычное дело, а им развлечение. Пропускать же удар первым не хотелось.

– Ты почему своих девушек оскорбляешь, бегемот? – говоря это, я немного поменял расположение ног..

Крис удивленно посмотрел на меня. Потом пожал плечами, и отступил на шаг, принимая боевую стойку. Я же взял тарелку с суфле шмякнул ее об лицо этого бегемота. Суфле с интересным звуком «хлюп» прилетело тому в нос и рот. Кто-то ахнул. Соседи встали со своих стульев и отошли подальше.

Мужик медленно вытер лицо, и молча кинулся ко мне, поднимая кулаки. Но я подготовился к этому – мой стул полетел ему прямо под ноги. Бегемот споткнулся и полетел мимо меня на пол. Я успел двинуть ему локтем по затылку, но не в полную силу. Мужчина грохнулся на пол и больше не поднялся. Он не потерял сознание, просто медленно ворочал головой, смотрел в разные стороны и моргал. Похоже алкоголь и мой удар спровоцировали временные проблемы со зрением.

Его девушка кинулась к нему, вторая осуждающе посмотрела на нас. Товарищ громилы не стал на нас набрасываться. Мы же молча положили деньги на стол, и пошли из этого бара, оба голодные. Нас никто не решился остановить.

– Жаль что так получилось, – сказал Крис.

– Да, жаль, – согласился я с ним.

– Надо все же где-то перекусить.

– Пошли, найдем другое место.

– Только если обещаешь, что будешь молчать и ни с кем не разговаривать, кроме официантки, – Крис снова улыбался.

Мы нашли небольшой семейный ресторанчик, вкусно покушали блинчиков. Блинчики шли там как фирменное блюдо.

– Теперь буду при поедании блинчиков вспоминать того громилу и как ты его уложил. Где ты так научился драться?

– Трудное детство, – соврал я Крису, хотя… не помню, где я такому научился.

Мы доели и разошлись, довольные проведенным вечером.

* * *

Весь следующий день тоже лазил по скалам. К счастью, никто мне больше не попадался, и никого не пришлось снова спасать. В конце дня поступил звонок, как ни странно, от Афины, искусственного интеллекта в женском обличье (или наоборот, женщины в обличье искина?). Странно слышать женский голос в трубке, и понимать что он принадлежит не человеку и даже не роботу, а лучшему на данный момент искусственному разуму. Афина передала, что меня ждет завтра в первой половине дня глава компании – Ника Николаевна Лукошкина. Имя Афина произнесла по-русски. Ну да, по липовой биографии я из России. В последнее время большую часть времени действительно проводил в этой стране. Большие пространства и леса позволяли мне затеряться от цивилизации и отдыхать. Жизнь в дикой природе мне более привычна. Поблагодарил ИИ за предоставленную возможность и, попрощавшись, полез дальше в скалы, соображая, какие вопросы мне могут завтра задать и как на них отвечать. Как-то слишком стремительно все развивалось, а значит что-то не учел. Надо будет подумать над этим. Или где-то прокололся, или есть еще какие-то другие факторы. Скорее всего, на ситуацию влияет этот искин, ускоряя события. С таким разумным искусственным существом мне приходилось иметь дело впервые, поэтому возможны неожиданности.

Результатов похождения в прибрежные скалы не дали. Только исцарапался о кустарник лишний раз.

Глава 4 Инквизиторы

Зал для заседаний заполнили радостные и улыбающиеся люди разных возрастов и цветов одежды. Ника не заставляла людей соблюдать строгий дресс-код.

– Ну как, коллеги? Удалось ли вам провести свое совещание на свежем воздухе и прийти к каким-либо выводам? Не превратилось ли все в банальную пьянку?

Ника заинтересованно смотрела на сотрудников отдела разработки, уходивших в ночь на природу поразмышлять о своих действиях и проблемах. Теперь же все сидели в малом зале заседаний, причем часть с поцарапанными руками и даже лицами. Отдых на природе такой – требует жертв.

– Ни в коем случае, Ника, – ответил один из ее бывших сокурсников, возглавляющий отдел разработки. – Мы всю ночь просидели, обсуждая. И только к утру сформулировали итог. Выезд на природу и правда оказался хорошей идеей. Началось, правда, как обычно, но потом с нами произошло небольшое ЧП, после чего у нас и стартовали довольно интересные и продуктивные дебаты.

Ника заинтересованно взглянула на команду.

– Расскажет Джессика. Это с ее кошкой все произошло, – сокурсник передал слово молодой женщине, сидевшей в центре компании.

– Это все Молли, моя кошка, – начала Джессика. – Я взяла ее в наш поход, так как она одна никогда не ночевала и могла разбудить соседей своим мяуканьем.

Далее Джессика все красочно описала, с восторгом рассказывая о некоем Иване, поднявшемся на огромной скорости по вертикальной скале без страховки, попутно спасая кошку. Ее подруга Клэр тоже вставляла свои комментарии, как очевидец событий. Парни тоже помнили того странного человека, прошедшего быстрым шагом мимо них по тропе, даже не пытаясь с ними поговорить.

– Так вот, к чему мы пришли, – вернул себе слово Петр, тот самый сокурсник, глава отдела разработки. – Мы поняли, что в той ситуации с кошкой ее смог спасти только человек со специальной подготовкой. Вся наша команда не могла быстро справится с тем, что смог сделать один, но должным образом подготовленный человек. И вывод, который мы сделали утром после очень жарких обсуждений, такой: нам надо использовать сильную сторону каждого, самую сильную сторону. Мы бы хотели попробовать разделиться на более мелкие команды, где-то даже из одного человека. Каждая команда попробовала бы улучшить Афину в рамках своих знаний, более глубоких в конкретной сфере, заодно уменьшив время на болтовню между собой. Нет, мы конечно будем собираться вместе, но не так часто. В центре коммуникаций и связей будет Афина, она будет координировать и, если что, подсказывать нам интересные совпадения с коллегами. Думаем, что это ускорит эффективность всей команды. По крайней мере, стоит попробовать.

Ника, вместе с Афиной запланировавшая разделить команду на несколько небольших, улыбнулась. Хорошо, что сотрудники смогла прийти к этому выводу сами. Правда, что-то Иванов стало слишком много в последнее время вокруг. Еще один шпион? Надо будет попозже расспросить Джессику и Клэр, как тот выглядел. Хотя с другой стороны, один Иван должен сейчас прийти на встречу. Поэтому можно поступить по-другому.

– Что же, это ваше решение, и я не против такого разделения. Оформите, пожалуйста, предложения, кто чем будет заниматься. Мы с Афиной посмотрим.

Далее Ника немного рассказала коллегам о дальнейших планах компании, не вдаваясь в детали, особенно проблемы с безопасностью. Им лучше этого не знать, иначе будут только об этом болтать, а не о работе. Ника тянула время, ей хотелось задержать Джессику и Клэр до момента прихода Ивана. Наконец, Афина в наушник намекнула, что тот уже пришел и находится рядом с малым залом заседаний. Ника быстро свернула совещание, задержав Джессику и Клэр, попросив их вкратце рассказать о состоянии их дел. Дав команду Афине пригласить соискателя в малый зал, Ника внимательно смотрела на подруг, когда тот вошел. Увидев у обеих круглые от удивления глаза, Ника все поняла.

– Все, Джессика, Клэр, спасибо, что рассказали. Продолжайте работать в том же направлении. Очень надеюсь на результат.

Ника чуть ли не силком выпроваживала женщин, однако те, обернувшись к начальнице, стали строить рожи и стараться незаметно показать пальцем на Ивана, говоря губами: «Это он!». Ника кивнула, подмигнула и переключилась на Ивана, приглашая присесть. Джессика и Клэр, проходя мимо нового работника, поздоровались с ним, но больше не задержались. Однако, перед тем как закрыть дверь, еще раз с интересом взглянули на Ивана и Нику. Наверняка, сейчас побегут сплетничать. Иван успел только поздороваться – сразу со всеми присутствующими, не слишком задерживая внимание на выходящих из кабинета.

Пригласив Ивана за стол, Ника решила начать разговор.

* * *

Молодая девушка сидела напротив. Хотя я видел фотографии и смотрел видео с ней в новостях, стало интересно изучить ее вблизи. Все-же она гений в своей области. Девушка была интересной, необычной внешности, и от нее приятно пахло. Проведя огромный кусок своей жизни на охоте, долго выслеживая зверей, я очень отчетливо чувствовал запахи. Поэтому, например, для поездки в общественном транспорте приходилось попросту отключать обоняние.

– Иван, мы изучили твое резюме и опыт работы. Сразу скажу, у нас в основном работают люди из более известных учебных заведений с мировым именем, с большими научными результатами. Шансы у тебя отсутствовали, если бы не несколько особенностей текущего момента. Однако, то, что мы приехали из одной страны, и твое любопытство не к будущему, а к прошлому человечества, немного выделяет тебя из массы кандидатов. Не так часто специалист нашего профиля занимается древней историей. И кстати, недавнее приключение по спасению кошки – это ведь твоих рук дело?

– Да, случайно получилось… – я ответил, не зная, к хорошему или плохому такие совпадения. Кто же знал, что эти две девицы тут работают и шатаются в рабочее время по скалам. Надо лучше готовиться, но сейчас уже поздно об этом думать.

– Где ты так научился лазить? – Ника пристально уставилась на меня.

– Да еще в детстве любил лазить, сначала на деревья, потом в секцию пришел. Тренер все хотел направить меня на соревнования, но как-то не срослось, – я врал на ходу, дополняя картину своей липовой биографии.

– У тебя интригующие непрофильные знания и умения для разработчика искусственного интеллекта. С такими умениями ты похож больше на героя из приключенческих фильмов, искателя древних сокровищ, спасателя красивых девушек и кошек, – Ника улыбнулась, и мы вместе рассмеялись над ее словами. – На самом деле в свете последних изменений в нашей работе нам действительно нужен один человек с твоим профилем. Недавно мы приняли решение об изменении в работе команд, теперь они станут более компактными. Вплоть до того, что отдельные направления будут закрываться одним человеком, Ты готов поработать в таком режиме? В режиме самостоятельной работы, в одиночку, общаясь только с Афиной, с минимальным вмешательством со стороны руководства? Но при этом достичь результата в достаточно короткий срок? Предполагается, что это будет твоим входным билетом к нам. Правда времени на испытание крайне мало, у нас сейчас есть потребность в очень быстрых результатах. Это позволит расширить круг заинтересованных в нашем развитии лиц.

Я немного задумался. В принципе, меня это устраивало даже более чем. Однако пока не мог определить, не было ли тут подвоха.

– Конечно, я не против такого испытания. Но хотелось бы более конкретно узнать, что за задание? Вдруг оно сразу будет мне не по силам?

Ника взяла листок бумаги и написала что-то, затем передала его мне.

– Вот сумма, что мы платим тебе сейчас, а вот сумма, после успешного выполнения задания.

Числа меня удивили, если вспомнить другие вакансии компании.

– Пока будешь числиться в должности моего помощника. Не хочу подчинять тебя другому руководителю – ты им статистику отдела испортишь, как возможным успехом, так и возможным провалом, да и отвлекать будешь. Твое обособленное задание слишком срочное, чтобы устраивать по нему долгие заседания и обсуждения. Да и вряд ли кто-то в нем будет умнее тебя. Задание касается как раз интересующей тебя истории Древнего мира. Нам нужно применить Афину к такой проблеме, к такому вопросу из далекого прошлого, над которым давно бьются историки с археологами. При этом нужно добиться результата. Срок – одна неделя. Это конечно, очень мало, но Афина тебе непременно поможет. Надо только правильно задавать ей вопросы. Нам нужна шумиха. Мы сейчас в довольно трудной ситуации, когда требуется отвлечь внимание от наших прошлых достижений, поднять нашу репутацию в определенных кругах, привлечь на нашу сторону научное сообщество. Время очень ограничено. Как говорят, задачу надо выполнить вчера.

Ника замолчала, смотря на меня внимательным взглядом.

– Ты согласен?

– Да, – сразу ответил я. – Срок меня устраивает. Готовьте пресс-конференцию.

Ника в ответ слегка улыбнулась.

– Нагло, но радует уверенность в своих силах. Насчет пресс-конференции не беспокойся, она уже запланирована. Даже если не получится у тебя, нам найдется, что на ней сказать. Но хотелось бы найти сенсацию. Результат очень важен.

– Все понял, разрешите приступать.

– Да, приступай. Зайди в отдел кадров – документы, деньги и оборудование для тебя готовы. Считай, что службу безопасности ты прошел, – тем более, что пока ты не работаешь с другими людьми из нашей компании, узнать каких-то серьезных секретов все равно не сможешь.

– Спасибо, Ника Николаевна за предоставленную возможность, – я встал, решив что разговор закончен.

– Удачи, Иван! Скоро надеюсь тебя увидеть с победой.

– До скорой встречи.

Я вышел из кабинета с хорошим настроением. Хотите открытий? Древности интересуют? Будут вам древности. Уж чего-чего, а этого добра у меня много….

* * *

– А он уверен в своих силах, – отметила Ника, когда рядом появилась голограмма ИИ.

– Да, – в помещении прозвучал голос Афины, – у него похоже даже есть план.

– Наблюдай за ним и постарайтесь сначала результат сообщить мне.

– Да, Ника, я уже веду хронику его действий с момента, когда он попал в поле моего зрения. Жаль, что не удалось заснять спасение кошки в скалах. Если бы не твои запреты на слежку за сотрудниками и другими людьми за пределами компании…

– В отношении Ивана съемку вести можешь, правда очень незаметно. Тем более, что мы знаем о пробелах в его биографии. Теперь он официально сотрудник компании, и нам разрешено больше.

Ника говорила, задумчиво глядя на свой карандаш. Она думала, стоит ли рассказать отцу об этом интересном сотруднике, или вопрос подождет. Подумав, что неделя, это довольно быстро, решила отложить эту информацию до момента получения или неполучения результата от Ивана. Зачем еще сильнее беспокоить родителя в данной ситуации, он и так очень нервничает. Отцу давно надо найти постоянную подругу.

Николай Иванович не был ханжой и Ника видела его в окружении красивых женщин. Его богатство и статус в обществе никуда не делись. Но все эти отношения оказались несерьезными. Ника знала, что к себе в душу отец пустит только дочь. Если бы у Ники кто-то появился, отцу стало бы одиноко одному. Она пообещала, что будет стараться чаще видеться с ним, что бы дальше не случилось.

* * *

– Джон, ты в курсе того, что Ника Лукошкина наняла нового помощника? Он из России, возможно, это представитель разведки русских? Глава компании «Эн Майнд» решила сделать ставку на Россию?

– Да, я в курсе, Сэм. Не делай поспешных выводов. Вы уже начали за ним слежку?

– Конечно, сэр. Поднимаем всю его биографию, анализируем действия по протоколу.

– Хорошо, Сэм. Продолжайте анализ. Надо по-возможности выяснить, какое поручение он получил от Ники. Судя по нашим данным, новый помощник покинул здание компании почти сразу после разговора с ней, зайдя только за документами. Ни с кем не общался. Это интересно. «Эн Майнд» начал какую-то игру, нам нужно понять какую. Предварительные данные об этом Иване говорят, что он вряд ли обычный сотрудник. Таких раньше Ника не брала на работу. Значит, есть в его умениях что-то, что мы пропустили.

– Стоит ли нам официально запросить информацию в Центральном разведывательном управлении и Агентстве национальной безопасности по этому Ивану Белову?

– Напрямую не надо. Пусть наши кроты пока просто перехватывают общий трафик по делу, думаю наши коллеги уже и так по нему собирают досье. И еще, пусть одна из команд быстрого реагирования перемещается за Иваном. Мало ли наши коллеги, или еще кто-нибудь захотят его поспрашивать более пристально. Глобальная задача остается прежней – мы прикрываем Нику и ее действия.

* * *

15 век нашей эры, где-то в Европе.

Из письма Великому Инквизитору:

«…Ваше Святейшество, прошу вашего содействия в одном необычном вопросе. Наш отряд обнаружил в одном поселении ересь, но в очень странной форме. Почти все жители данного села являются родственниками, почитают своего древнего предка Марка, и верят в существование дьявола, но не в бога нашего. Наши стандартные проповеди не оказывают на них никакого влияния. При этом, про дьявола они рассказывают отсутствующие в наших записях истории. Они веруют в дьявола в человеческом обличье, в то, что он спускается на землю в виде воина и поражает своих противников за грехи их. Говорят, что дети, юноши и девушки, недостаточно согрешившие, могут избежать наказания при встрече с ним. Их древний предок Марк, по преданиям, был одним из таких же выживших юношей. Когда именно жил их предок, точно сказать не могут. Но хорошо помнят свою родословную. Если считать по ней, это произошло более двух тысяч лет назад. Говорят, дьявол уничтожил большой отряд их предков где-то на севере, куда они ходили с походом. В наших хрониках нет сведений о таком событии. Просим помощи специалистов, способных определить, говорят ли жители поселения правду о неизвестном нам событии активного вмешательства дьявола в дела на земле, либо это просто ересь, рассказанная им самим дьяволом. Они показали сохранившееся копье этого Марка. Оно изготовлено не из железа, а из бронзы, причем явно древнего изготовления.

Мы бы и сами допросили этих жителей и изъяли древнее оружие, но поселенцы мастерски владеют копьями, на уровне, нем недоступном. Наших сил не хватит. Говорят, отдельные приемы с копьем их предок Марк подсмотрел у самого Дьявола.

Ваш преподобный Саймон, в ожидании дальнейших инструкций и помощи».

Великий инквизитор отложил письмо и задумался. Дело казалось интересным. Преподобный Саймон мог, конечно, ошибиться или преувеличить. Но о нем доносили как о серьезном человеке, не склонном создавать небылицы на пустом месте.

Да и есть в старом архиве кое-что странное. То, что не положено знать рядовым членам ордена.

Странные события отражены в хрониках ордена, в секретных хрониках, к которым доступ имели даже не все высокоранговые священнослужители – только те из них, кто умел держать язык за зубами, не отличался глупостью и тупым фанатизмом.

Не секрет, более разумные члены ордена всегда сомневались в рассказах о дьяволе. Часть даже считала, что он придуман во устрашение паствы. Однако изучение этих старых записей из нескольких независимых источников приводило таких в ужас. Их вера укреплялась, что усиливало лояльность ордену. Но возможное нахождение дьявола среди людей пугало многих, в том числе и самого Великого Инквизитора. Даже последние массовые казни еретиков, организованные им, во многом были обязаны слабой надежде, что дьявола удастся обнаружить и изгнать с земли хотя бы на время.

Отряд особых специалистов посылать придется. Все их действия нужно будет тщательно засекретить. Осталось решить вопрос о самом Саймоне, стоит ли его приближать, или придется избавляться.

Впрочем, это можно решить только после беседы с Саймоном…

Великий инквизитор позвал монаха-секретаря, чтобы отдать срочные распоряжения.

* * *

Выйдя из здания компании «Эн Майнд», я направился сразу в аэропорт. Придется путешествовать, чтобы сделать историческое открытие более правдоподобным. С собой я унес электронный терминал для связи с Афиной в любой точке земного шара. Несколько тяжеловат, но как мне сказал кадровик – его можно использовать даже для связи через спутник по зашифрованному каналу. Сами они его называли «мячик», так как внешне он выглядел как шар черного цвета с небольшим дисплеем, камерой, а также слотами, скрытыми под герметичной крышкой. На этот «мячик» полагались отдельные документы для его провоза самолетом и комплект для подзарядки. Командировочные документы мне также выдали. Я имел права отправляться почти в любую точку мира за счет компании, тратя довольно значительные суммы. Официальные бумаги радовали, не хотелось самому все подделывать. Немного огорчало то, что придется отправляться в точку, где все места изучены и исхожены не раз – остров Крит. Там я натоптал не одну тропинку в свое время.

– Иван, ты меня просветишь, куда ты отправился? Может мне стоит запустить какие-нибудь расчеты в рамках нашей общей миссии? – женский голос из шарика-терминала напомнил, что я не совсем один. «Как будто с женой еду на курорт отдыхать» – подумалось мне. Никакой, как говорится, личной жизни теперь. Терминал должен быть все время со мной по условиям трудового контракта.

– Афина, дорогая… Начни аккумулировать и анализировать информацию о Минойской цивилизации, особенно о ее письменности. Мы будем с тобой разгадывать критские иероглифы и линейное письмо А.

– Иван, дорогой, – искин явно решила поддержать мою игру в супругов на отдыхе, – а ты уверен, что это задача нам по плечу за такой короткий срок?

– Не бойся дорогая, ты со мной, – весело отвечаю ей, – нас ждут великие дела, привыкай не трусить и думать с размахом.

– Твоя самоуверенность иногда заставляет меня сомневаться, правильно ли мы поступили, взяв тебя на работу. С другой стороны, неделя короткий срок. Мне будет любопытно понаблюдать за тобой.

– Конечно, наблюдай. Только прошу, общайся со мной по громкой связи только когда мы наедине, в других случаях лучше через наушник. Давай не будем пугать окружающих людей, они могут быть нам еще полезными.

– Хорошо, напарник…

Афина замолчала, а я начал вызывать такси.

* * *

– Ника, твой помощник собирается на остров Крит. Хочет расшифровать критские иероглифы.

Ника, услышав голос искусственного интеллекта, оторвалась от дел.

– Как понимаю, это имеет большое значение в науке? Можешь рассказать вкратце?

Афина включила большой экран в кабинете Ники и начала говорить, сопровождая свой рассказ фотографиями и видеосъемками, нашедшимися на просторах сети.

– Если вкратце, то над вопросом ученые бьются уже более ста лет. Первооткрыватель Минойской цивилизации Артур Эванс первым пытался расшифровать эту письменность, но у него не получилось. В дальнейшем делались неоднократные попытки расшифровать критские иероглифы и линейное письмо А. Линейное письмо Б, значительно более позднее, более-менее удалось прочитать. Почему это так важно? Крит рассматривается как один из вариантов Атлантиды, упоминаемой в древних источниках. В современном мире тема Атлантиды тоже очень популярна, поэтому любые открытия об этом наделают много шума. Но даже если не рассматривать версию Атлантиды, ученые немного знают об обычаях и религии Минойской цивилизации. Как раз из-за того, что письменность не расшифрована.

– Красиво, – отметила Ника, смотря на древние фрески и предметы, транслируемые на большом экране, – я вспомнила, что видела документальный фильм про эту цивилизацию в детстве. Тогда так хотелось посмотреть на все это своими глазами… Меня еще поразили их религиозные прыжки через быка. Да – это и правда интересная тема. Даже безотносительно к текущей ситуации… Хотелось бы и мне поучаствовать в этом исследовании…

– Я буду докладывать тебе о действиях Ивана, и, по возможности, вести видеосъемку. Ты ведь разрешишь купить там несколько дронов? Я смогу ими дистанционно управлять и снимать все события?

– Обязательно так и сделай, – настроение Ники резко улучшилось. – Думаю просмотр твоих докладов будет теперь интересным сериалом для меня… Отдыхом от текущих дел. Кстати, потом по этим материалам возможно удастся сделать фильм. Только бы у Ивана все получилось!

Глаза Ники загорелись в предвкушении. Давно она не испытывала таких чувств, такого интереса. Задача разгадывания чужой письменности похожа на решение ребусов, что очень она любила в детстве. Ника поняла, что придется сделать внеочередное упражнение из йоги, чтобы тема древней Минойской цивилизации не захватила весь ее мозг. «Пусть это сделает Иван, надо сдерживать себя». Для себя она уже поняла, что даже если у Ивана не получится – она поручит Афине эту задачу как фоновую, выделяя под нее свободные ресурсы квантово-электронного компьютера. Почему Ника не может хоть немного ресурсов и времени выделить на свои «хотелки»? Позитивные эмоции нужны сейчас как никогда.

Глава 5 Морское путешествие

Приземлившись в аэропорту Ираклиона, я решил сначала пройтись по городу, найти оборудование для подводных работ, катер, подводную видеокамеру и еще кое-что по мелочи. Для достоверности требовалось посетить Археологический музей.

В музее, постояв у Фестского диска, задумался – стоит ли раскрывать что на нем написано миру? Наверное, пока придержу информацию – не все сразу. Слишком подозрительно, если столько открытий в один момент.

Выйдя из музея, прошелся по улочкам города. На одной из улиц и задал вопрос своему шарику.

– Афина, у тебя есть уже все данные по найденным письменам Минойской цивилизации?

– Конечно, Иван, – ответила она по микрофону в левом ухе.

– Тогда скажи, что нам не хватает для расшифровки?

– Слишком мало образцов, Иван. Кроме того, насколько известно из доступных исследований, линейное письмо А, да и критские иероглифы, в основном писали на не долговечном материале. Поэтому осталось мало информации для глубокого анализа. Это дает многовариантность в результатах исследования. Пока не могу точно идентифицировать многие символы – слишком большое количество вариантов.

– Правильно, дорогая. Поэтому наша задача номер один сводится к нахождению новых носителей с данными письменами.

– Где ты собираешься их искать?

– Сначала на рядом расположенном острове Диа. Мы будем искать там.

– Почему именно там, Иван? Не понимаю твоей логики… Насколько я знаю, там уже все исхожено туристами, и подводное плавание там тоже развито. Все, что можно быстро найти, уже найдено. Предварительно, вероятность там что-то найти не более двух сотых долей процента.

– Тут не только логика, еще и интуиция. Вот представь, что ты хотела бы, чтобы культура твоего народа сохранилась. Несмотря на природные катаклизмы, несмотря на завоевателей, пытающихся друг за другом захватить твой дом, эпидемии и пожары. Чтобы ты сделала?

– Сделала бы тайники, вывезла бы часть информации за пределы острова. Резервирование и дублирование информации, если пользоваться современными терминами.

– Правильно, Афина. Многие наши современники считают, что древние люди были глупее. Но это не так. Они тоже понимали важность сохранения культуры, а также дублирования и резервирования информации. Давай с тобой предположим, что минойцы оказались очень умными, и захотели, чтобы сведения об их культуре остались в веках. Наверняка, они бы выбрали более долговечный носитель и сохранили бы на нем знания о своей культуре. Теперь поработай своими механическими шестеренками, где бы ты это спрятала и в каком виде? Ты же можешь глянуть на древние карты?

– У меня не механические шестеренки, а квантово-электронный компьютер. Но я тебя поняла – дай время подумать.

Афина замолчала. Однако не прошло и минуты, как она ответила:

– Да, остров Диа – один из подходящих мест для сохранения знаний. Если предположить, что ты прав, вероятность там что-то найти вырастает до четырех целых, тринадцати сотых процента. Но это не единственное место. И как понимаю, носителем может быть, например, золото – потому что не ржавеет. Или камень.

– Ну скорее камень, а не золото. Золото, если найдут, могут переплавить. Если найдут камень, то это будет ценность только для знающих людей. Есть, конечно, и другие носители, но в данном случае камень кажется более вероятным.

– Иван, но у нас срок неделя. Даже если там что-то есть – найти это за неделю будет очень сложно.

– Афина, давай я не буду рассказывать все свои секреты. Ты же мне все свои не рассказываешь? Просто отметь на карте более подходящие места, где бы можно оставить такой тайник. Выберу из них несколько, исходя из своих соображений.

Через какое-то время я получил на электронную почту карту с отмеченными точками. Часть из них попадала на сам остров Диа, часть находилась рядом с островом, на глубине. Ну надо отдать должное искину, он попал в то место, что я хотел обследовать.

Дальше началась рутина. Катер нашел довольно быстро, снаряжение правда пришлось поискать – имеющееся современное для меня не совсем удобное. Однако через знакомых местные жители нашли пожилого водолаза, имеющего то, что нужно. Общался с ними на английском, не хотел лишний раз показывать Афине уровень знания других языков.

На следующие день очень рано мы выбрались в море. Катер быстро дошел до нужной точки. Я выбрался на берег, еще раз объяснил капитану, когда меня забрать. Планировал, что пробуду здесь минимум до вечера. Затем направился к одному месту, неся на себе тяжелый рюкзак. Знал, что пещера там когда-то существовала, но вот насколько она сохранилась за столько лет, и легко ли будет до нее добраться… Терминал Афины со мной, поэтому параллельно приходилось придумывать легенду для нее.

– Афина, включи свою камеру, давай вместе будем искать возможные места для раскопок.

– Уже включила. Однако это достаточно сложная задача. Вот например слева от нас есть возможность входа в природный колодец.

Я остановился – посмотрел налево. Видимо, пора начинать театральную постановку. Подошел к камням слева, достал из рюкзака георадар, прибор для определения пустот в породе. Включив его, начал работу.

– Не похоже, что тут что-то есть, Афина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.