Кристина Дэвер
Тонкая грань

Пролог

«Будьте осторожны со своими желаниями. Всякий раз, вопрошая о переменах, подумайте, готовы ли вы принять то, что предоставит вам судьба. Не все просьбы можно обернуть вспять, не все слова – взять обратно. Если однажды вас услышали, пути назад не будет…»

Жизнь Аллана любому со стороны показалась бы игрой. Он научился не отрицать этого, целиком и полностью принимая все, что преподносила часто неблагосклонная судьба. Ежедневная борьба за существование вскоре становится жестоким состязанием без правил, где побеждает сильнейший. Тот, кто может переступить через друзей и близких, кому удается раз за разом ломать себя, в конце концов перестает ощущать муки совести за совершенные проступки.

Врата, открывшиеся перед Алланом, пролили свет на целую вселенную хладнокровности и предательства. Спустя много лет он осознал: человеку здесь не место. У попавшего сюда лишь два пути: сойти с ума и быть убитым собственными соратниками или же бороться, каждый раз доказывая, что ты не мусор, а существо, имеющее право на жизнь.

Окинув взглядом девушку, сидевшую на соседней скамье, Аллан достал сигарету, заткнутую за ухо. Последние годы его преследовала пагубная привычка слишком много курить. Впрочем, умереть раньше положенного Аллану все равно не позволят. Единственное, что поможет закончить жизнь досрочно, – это случайность, которую даже демон предугадать и предотвратить не в силах.

Незнакомка посмотрела на него украдкой и тут же спрятала взгляд за шляпой, наполовину закрывшей лицо. Аллан узнал ее – девушка вторую неделю регулярно шпионила за ним.

Направившись к скамейке, он вытащил сигарету и закурил на ходу. Сев рядом, Аллан снял с девушки шляпу, заглянув в глаза. Пряди ее волос шоколадного цвета, извиваясь, слегка закрыли лицо. Отведя испуганные кристально-голубые глаза, она слегка приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать, но не проронила ни звука.

– Зачем ты следишь за мной? Думаешь, я тебя не замечаю? – Надеясь, что прямой вопрос собьет девушку с толку, он медленно впустил в легкие сигаретный дым.

– Хочу поговорить о событиях шестилетней давности, – еле выдавила она, по-прежнему опасаясь поднять глаза.

– Неужели это стоит такого цирка? Чтобы просто поговорить? – отвергая мысли насчет ее осведомленности о происходящем в те годы, Аллан вернул головной убор.

– Я знаю, кто ты, – несмело произнесла девушка.

Аллан засмеялся. Он, конечно, не распространялся где попало о своей сущности, но и не пытался яро скрыть это. У обычных людей нет доступа к этой информации, если девушка знает, значит, сама замешана в чем-то.

– И что, воткнешь мне в сердце осиновый кол? – засмеялся он.

– Меня зовут Клэр. В те годы меня, как и тебя, отобрали для обучения, – более напористо сказала она. Робость во взгляде постепенно испарялась. Опешив от этих слов, Аллан не сразу сообразил, что ответить.

– Меня «отсеяли» благодаря одному… – запнулась девушка, – другу. А тебя, насколько мне известно, выбрали.

Сосредоточив на нем взгляд, Клэр теребила пальцами кончик завитого локона.

– И что? – безразлично спросил Аллан, хотя в целом то, насколько много она знает, впечатляло. Взяв сигарету на этот раз из наполовину смятой пачки и чиркнув зажигалкой, он снова закурил.

– Я хочу знать… – вертя в руках шляпу, Клэр предвкушала животрепещущую историю чужой жизни.

– Ты действительно думаешь, что можешь прийти и просто так спросить об этом? – вытянув перед собой руку, Аллан посмотрел на часы. – Не задавай вопросы, на которые в действительности не хочешь знать ответы.

Ею двигало любопытство – наихудшее чувство, которое может вести человека, желающего прикоснуться к этому миру. Особенно когда тебя не окунают в это с головой нарочно.

– Пожалуйста, – тихо проронила она.

Неужели Клэр и правда должны были принять? Впрочем, Аллан не брался судить об этом. Он сам в начале обучения был жалким подобием человека. Чутье подсказывало: в Клэр что-то есть, и это что-то несколько отличалось от того, с чем он имел дело ранее.

– Если расскажу, то что получу взамен?

Всегда и везде действует принцип деловых отношений. Информация – самый ценный товар в мире после времени, подобный товар гораздо дороже любых денег.

– Что угодно, – без раздумий, с горящими от нетерпения глазами ответила Клэр.

– Никогда не бросайся подобными фразами, – фыркнул Аллан и, резко встав, направился вглубь парка. Он подумал, что значительно преувеличил ее осведомленность, если она говорит подобные вещи. Шаркая ногами по мокрому асфальту, он чувствовал, как эмоции девушки начинают бурлить. Его это раззадорило.

– Стой! – крикнула она. – Я не для того тебя искала, чтобы вот так просто уйти.

Он остановился. Когда Аллан обернулся, Клэр увидела в его глазах хищный огонек, принадлежавший отнюдь не ему.

– Пойдем, – жестом пригласив ее с собой, он ехидно добавил: – Если, конечно, хватит смелости.

Продолжив путь, он был уверен, что Клэр не сделает ни шагу вслед за ним.

– Я тебя не боюсь.

Она неуклюже натянула шляпу и, догнав теперь уже спутника, старалась не отставать.

– Видимо, прогулка будет долгой…

Пробуждение

1

Проникнуться симпатией к Ковингтону Аллана не смогла бы заставить даже угроза падения на город ядерной бомбы. Проходя мимо перевернутых мусорных контейнеров и промокнув под дождем до нитки, он больше не пытался прибавить шаг. Ботинки хлюпали по лужам, брызги от которых периодически попадали на прохожих. Приспустив на плечо старый, потрепанный, но любимый рюкзак, Аллан достал ключи и, прокрутив их на пальце несколько раз, открыл железную дверь подъезда.

Вместе с запахом мочи, глядя своими блестящими, как фонари, глазами, к нему высыпали несколько их обладателей. Мерзко серого, крысиного цвета коты давно отравляли существование жителям многоэтажки – впрочем, как и их хозяйка, ополоумевшая женщина, сделавшая из своей квартиры питомник и тем самым превратившая жизнь первых трех этажей в сущий ад. Стараясь вдыхать как можно реже, Аллан несколько раз нажал на кнопку лифта.

– Чертовы наркоманы, – выругался он, будучи уверенным, что кто-то из покупателей Ларри вновь взломал лифтовую, утащив оттуда недавно установленное оборудование.

Живя на пятом из двенадцати этажей, Аллан мог лишь неискренне посочувствовать обладателям мест под крышей, если там, конечно, вообще кто-либо живет. Ему никогда не доводилось подниматься выше седьмого. Обитание в одном из худших районов города, где число убийств превышает рождаемость, научило Аллана не совершать многих вещей и пытаться быть как можно менее заметным.

Поднявшись на свой этаж, он ненадолго задержал взгляд на разрисованных стенах. После нескольких поворотов ключа дверь с протяжным скрипом открылась. Хлопнув рукой по стене, Аллан промахнулся мимо выключателя, поэтому повторил хлопок с двойной силой. Тусклый свет потрескивающей лампочки лениво расползся по коридору.

После поступления Аллана в колледж его родители переехали в другую квартиру, избавившись от обузы в лице сына. Даже кот сбежал, хотя, пожалуй, его стоило периодически кормить. Всякий раз Аллан надеялся увидеть его среди тех, что живут на первом этаже, и все-таки забрать домой.

Стащив ботинки и бросив их в коридоре вместе с курткой, Аллан первым делом зашел на кухню. Холодильник, как обычно, пустовал, и заглядывать туда, всякий раз возвращаясь домой, стало простой привычкой. Несмотря на все, финансовых трудностей при кажущейся безысходности он не испытывал. Джон (старший брат его матери) оформил на Аллана карту с кругленькой суммой, на которую до сих пор время от времени присылал деньги. Только ему была по-настоящему не безразлична судьба мальчишки. Поступлением в колледж Аллан был также обязан Джону. Родителей после переезда не удалось увидеть ни разу. Иногда они звонили, но это скорее являлось формальностью, учитывая возраст сына.

По факту Аллана самым настоящим образом бросили. Из-за этого Джон даже поссорился с сестрой, сказав, что не желает больше ни слышать, ни знать ее. Отъезд родителей никак не тронул Аллана, он чувствовал, что был нежеланным ребенком. К нему всегда относились как к ошибке, которая все эти годы мешала им жить.

Первое время Джон приезжал минимум три раза в неделю, затем визиты сократились до одного. В его голове не укладывалось, как можно бросить шестнадцатилетнего подростка. Джон предложил Аллану переехать к нему, однако тот не хотел быть лишним в чужой семье и убедил дядю, что будет лучше, если все останется как есть.

Аллан начал посещать колледж и поначалу, ради Джона, старался не пропускать занятия. Со временем тот стал ограничиваться звонками: бизнес, семья, постоянные разъезды, его можно понять. Несмотря на занятость, Джон звонил каждый день, и это несколько раздражало. Только когда звонки сократились до одного в неделю, а то и в две, Аллан понял, как сильно ему этого не хватает. Теперь единственным напоминанием о Джоне являлось известие об очередной поступившей на счет сумме – как вчера.

У Аллана накопилось немало денег, так как тратил он их лишь на самое необходимое: оплату счетов, еду, сигареты, редкие посиделки с друзьями и одежду, которая со временем, увы, изнашивается. В целом он мог бы снять себе более-менее приличную квартиру рядом с колледжем, где каждый угол не будет напоминать о том, что Аллан не нужен родителям. Стать примерным студентом, постараться обустроить свое будущее…

Как бы хорошо сие ни звучало, все это никак не относится к нему. Жизнь, какая бы паршивая ни была, вполне его устраивала. Спокойно плывя по течению, проживая день за днем, Аллан уповал на то, что все изменится без его воздействия. Из друзей у него: только что окончивший университет стоматолог Майк, который вскоре собирался жениться, и Ларри, живущий на седьмом этаже, выше которого Аллану, собственно, и не доводилось подниматься.

Включив в гостиной телевизор, он быстро листал каналы в надежде отыскать стоящий фильм. В животе урчало.

Аллан не ел и не спал несколько дней, убивая время компьютерными играми. Когда надоедало, надев наушники, он бродил по городу, стараясь не попадаться на глаза ночным хозяевам улиц – местным группировкам и прочим «сливкам общества».

Чувство голода нарастало, вскоре бороться с ним стало бесполезно. Зашнуровав ботинки и подхватив рюкзак, без которого он нечасто выходил из дома, Аллан сунул банковскую карту во внутренний карман куртки.

Добравшись до ближайшего магазина, он купил немного печенья, колу и замороженную пиццу. Кассир с опасением посмотрела на него. Наверняка всякий раз при оплате на ее языке вертелся вопрос – не украл ли Аллан карту? Озвучен он ни разу не был. Впрочем, не за что винить ее, любой другой счел бы так же.

За последний месяц Аллан сильно похудел. Щеки впали, делая скулы еще более выразительными, чем они есть, синяки под глазами от неправильного режима не проходили, став неотъемлемым атрибутом внешности. Без пущей надобности он старался не смотреть на себя в зеркало.

Засунув будущий ужин в рюкзак, Аллан отправился домой, немного обогнув квартал в счет вечерней прогулки. Дверь подъезда он за собой никогда не закрывал. Иногда, идя по темным улицам, Аллан думал о том, что мир точно не потеряет много, если его не станет. Все единогласно назвали бы это юношеским максимализмом и глупостью, но Аллан был уверен: в его случае все обстоит именно так.

Как обычно, пешком поднимаясь по ступенькам, он прибавил звук в плеере почти до максимума, наслаждаясь песнями любимых рок-групп. Свет с третьего по пятый этаж отсутствовал. Его плохое зрение, ко всему прочему посаженное видеоиграми, не могло быстро привыкнуть к темноте. Парней у своей двери Аллан заметил, лишь поднявшись на этаж. В голову закралась идея пройти мимо, отправившись к Ларри, но он ею не воспользовался.

Сжав ключи в руке, Аллан шагнул к двери и тут же получил удар в живот. Согнувшись от боли, он выронил связку.

– Какого черта? – успел выпалить Аллан, прежде чем после очередного удара кубарем покатился по лестнице. Грохот эхом раздался по всем этажам, и парни, еще несколько раз пнув его, уже лежащего на лестничном пролете между четвертым и пятым, в живот, убежали.

Слабое тело Аллана не было создано для таких перепалок, он старался никогда не доводить дело до рукоприкладства. Каким-то чудным образом до сих пор у него это получалось. Не в силах подняться, Аллан продолжал лежать на бетоне, среди пустых пивных банок и использованных шприцев.

– Аллан, это ты? – выйдя посмотреть, что за шум, Ларри наткнулся на него. – Ты как?

– Нормально, – встав с помощью друга и отряхнув одежду, безразлично ответил Аллан.

Теперь желудок вместо голодных спазмов сковывали болевые. Уж точно не этого он ожидал сегодня на ужин. Поправив сползшие лямки рюкзака, Аллан сразу подумал о печенье, которое наверняка раскрошилось.

– Давай догоним их? – предложил Ларри.

– У тебя есть еда? Я ужасно голоден.

Опираясь одной рукой на стену, Аллан не без труда, но перетаскивал ноги по ступенькам.

– Да вроде бы есть, – задумался Ларри, уже несколько минут сверля взглядом лестничный пролет. Он догадывался, кем были эти парни, и, вероятнее всего, они приходили за ним. Ларри не был уверен на сто процентов, но внутреннее чутье подсказывало, что догадки верны…

2

Придя, как всегда, раньше назначенного времени, Доминик снял косуху, бросив ее на темно-коричневый диван. Впереди еще два непростых года.

Трехмесячного отдыха оказалось абсолютно недостаточно. Ему предстояло вновь взяться за начальное обучение новичков. Это занятие ужасно угнетало и выматывало, ведь каждый раз все происходило по избитому сценарию, не считая новых проблем, которые время от времени создавали подопечные. А уж на это они мастера.

Из пятнадцати избранных для обучения в живых оставались лишь двое, максимум трое. Они продолжали работать на Совет, а Доминику предстояло пройти этот путь вновь, с новыми парнями и девушками. Полукровки во все времена были в низших слоях иерархии. Доминик по большому счету относился к ним как к солдатам, несмотря на юный возраст. Никаких человеческих поблажек. Здесь есть только два варианта: либо ты жив и полезен, либо мертв. Все просто. Так обучали его, и так он обращался с ними.

– Привет, – закурив, Шон вошел в кабинет, который предоставлял их общий знакомый – Камил. Помещение служило для важных встреч или же допросов, так что знали о нем немногие. Неприметный кабинет был практически лишен мебели. Справа от входа – кожаный диван со слегка затертыми ручками, напротив него – квадратный кофейный стол из темного дерева, слева – небольшой книжный шкаф. Письменный стол, как это обычно принято в кабинетах, отсутствовал, зато у стены красовался большой стул с кандалами, чем-то напоминающий электрический. Слегка выцветшие зеленые обои с винтажным узором придавали комнате особый шарм, чего нельзя было сказать о легком запахе сырости.

– Ничего себе, ты даже не опоздал! – привыкнув к постоянным задержкам Шона, позлорадствовал Доминик. – Что у тебя?

– Сам себе удивляюсь. Сегодня мне принесли список, буду прорабатывать его, – встав посередине комнаты с толстой папкой в руках, Шон не стал снимать куртку, хотя в помещении было тепло.

– Ну и когда же ты повесишь на меня очередное ярмо? – обреченно выдохнул Доминик.

– Пока не знаю, позже сообщу, – в кармане зажужжал мобильник. – Вот видишь, совсем нет времени ни на что.

Потушив сигарету в пепельнице, единственном предмете, стоявшем на столе, он вытащил телефон, взглянув на номер.

– Ладно, мне пора бежать, – отвечая на звонок, он посмотрел на Доминика. – Кстати, сие ярмо твоя работа, не забывай об этом.

На прощание махнув рукой, Шон прижал телефон к уху плечом и быстро зашагал к двери, на ходу рассматривая документы.

– Работа… – недовольно повторил Доминик. – С удовольствием отдал бы ее тебе.

Единственное, что ему нравилось в своей так называемой работе, – власть над людскими жизнями, предоставленными для обучения. Официально важные решения, такие как смертный приговор, Доминик не мог принимать сам, для этого существовали руководство и Совет чистокровных, коим он не является. Однако всем известно, что каждое правило можно обойти, если знаешь, как при этом остаться незамеченным. Доминик знал, поэтому он полноценно руководил подопечными и их жизнями по своему усмотрению. Его методы были жестокими, но результат всех устраивал.

Такие, как он, занимают свое место, не стремясь взглянуть наверх, им по нраву собственное положение. В конце концов, обучение – не самая грязная работа. Конечно, ему не доверят информацию о войнах или чем-то подобном, но в целом подробности Доминику неинтересны до тех пор, пока это не касается лично его.

Несмотря на жестокие методы воспитания пробужденных, Доминик сам побывал в их шкуре. Двенадцать лет назад его так же выбрали. В те времена возраст завербованных кандидатов варьировался от тринадцати до пятнадцати лет. Трижды он был при смерти и трижды выкарабкивался. Тогда Доминик еще не понимал серьезности происходящего, все казалось испытанием, пройдя которое, получишь достойную награду. Эти мысли стали огромным заблуждением. С тех пор Доминик закрыл свои чувства в клетку, став безжалостным в исполнении приказов. Именно этим он заслужил себе дорогу туда, где находится сейчас, наконец получив уважение, но навсегда отстранившись от людей. Словно бальзам, его душу обволакивала ненависть, в которой он нашел спасение и жизнь – не ту, что Доминик всегда желал, но гораздо лучше, чем у тех, кто потерял себя, став пустой пешкой в их играх.

3

– Ты хоть иногда используешь остатки мозга? – окинув взглядом распахнутую входную дверь, Аллан стащил ботинки и прошел на кухню, где вытряхнул на стол съедобную часть содержимого рюкзака.

Ларри имел дурную привычку – забывал запирать за собой дверь. На сей раз это пригодилось, но подобное Аллан всегда считал верхом безрассудства, особенно если учесть его связь с наркотиками.

– Я собирался закрыть ее, и тут услышал шум, – оправдался Ларри. Вспомнив о своем долге, он занервничал. – Ты прав, мне стоит быть осторожнее.

– Прав? Ты еще что-то принял? – усмехнулся Аллан, проверяя, что есть в холодильнике. У Ларри меню оказалось не лучше: кусок сыра, обросший плесенью, открытая банка фасоли (судя по запаху, ей было столько же, сколько и сыру), в самом углу лежало несколько кусков хлеба. Собственно, на этом ассортимент заканчивался. Остальные полки занимали стеклянные колбы, таблетки, шприцы.

– М-да… – выдохнул Аллан.

Ларри пожал плечами. Парнем он, несмотря на свое пристрастие, был довольно умным, неплохо разбирался в компьютерах. Учился в колледже, однако забросил все спустя год. В свои девятнадцать из-за наркотиков выглядел на двадцать семь – тридцать. У него тоже паршивая ситуация с семьей. Отец бросил их, когда Ларри было пять. Спустя двенадцать лет одиночества и непродолжительных отношений его мать вновь вышла замуж, переехав к новому супругу. Она забрала Ларри с собой, но через год он сам решил съехать на их прежнюю квартиру. Ужиться со сводными братом и сестрой ему так и не удалось. Мать часто срывалась на Ларри, обвиняя его в том, что он пытается разрушить ее новую семью. Долго так продолжаться не могло, Ларри терпел ровно столько, сколько мог. В день своего восемнадцатилетия он собрал вещи и уехал.

– Между прочим, сыр с плесенью – это деликатес, – подметил он, упав в одно из кресел, которые давно несли службу кухонных стульев.

– Тогда я покрошу его на твою половину пиццы, – захлопнув дверцу микроволновки, Аллан уселся в кресло напротив и закурил. При глубоком вдохе внимание привлекло ноющее от боли нижнее ребро. Он закашлялся.

– Эй, друг, ты в порядке? – подавшись чуть вперед, растерянно спросил Ларри.

– Дай лучше обезболивающее, если есть, – хрипло ответил Аллан, засунув сигарету в переполненную пепельницу, из которой на стол выпадали окурки.

– Да пожалуйста, этого добра у меня навалом.

– Только обезболивающее, без всяких твоих штучек, – предупредил он, заведомо зная, какую веселую таблетку может предложить Ларри.

Колу наконец можно было открыть, ею он запил несколько капсул какого-то препарата. О себе Ларри тоже не забыл, заглотнув пару таблеток, об эффекте которых Аллан даже знать не желал.

Пицца оказалась не такой мерзкой, как парни ожидали, хотя в случае Аллана после нескольких дней голодовки и сыр Ларри наверняка был бы принят за лакомый кусочек. Желудок довольно заурчал, хотя этого оказалось мало. Боль в теле от недавней встречи быстро испарилась, и он, не в состоянии поддерживать беседу со все менее адекватным Ларри, спустился к себе. Сняв лишь ботинки и куртку, Аллан упал на кровать, впервые за несколько дней погрузившись в беспробудный сон.

4

Раскачиваясь на стуле, Шон вертел в руках очередную анкету, как и прочие, состоявшую из множества листов. Вверху, на первой странице, небрежно приклеено фото девушки, сделанное на полароид. На снимке она стоит на автобусной остановке. Шоколадного цвета волосы разбросаны по плечам, а сама девушка сосредоточенно смотрит вперед. С первого взгляда она привлекла внимание больше остальных. Некоторое время Шон сидел, пристально рассматривая фотографию. Он сразу одернул себя, когда откровенно признался, что сия юная особа ему приглянулась.

Клэр… Взгляд Шона пробежал по первым строкам анкеты. Несколько дней назад ей исполнилось шестнадцать. Самый подходящий возраст. В анкете имелась вся необходимая информация: контактные данные, где проживает, какие места посещает чаще всего, в какое время. После двухнедельной слежки подробно описаны ее повседневные маршруты и действия.

Взгляд Шона снова вернулся к фото. Как можно скорей он решил лично встретиться с девушкой.

Надев пальто, Шон посмотрел на часы. В это время Клэр как раз обычно возвращалась домой из колледжа. Просчитав маршрут так, чтобы сесть в автобус примерно на середине ее пути, Шон торопливо вышел из квартиры. Преодолев несколько кварталов, он стоял на нужной остановке.

– Неужели неверное расписание?! – пробурчал он, намереваясь сделать выговор тем, кто составлял анкету.

Решив подождать еще минут десять, Шон не прогадал. Лениво плетясь по улице, полупустой автобус номер 9 остановился прямо напротив него, со скрипом открыв дверь. Войдя, он сразу узнал Клэр. По привычке она подняла голову, посмотрев на нового пассажира, и на несколько секунд их взгляды встретились, затем Клэр вновь опустила глаза. Место рядом с девушкой пустовало, впрочем, как и весь ряд спереди. Сидя у окна, она увлеченно читала книгу, попутно слушая музыку, чтобы заглушить шум извне.

Когда Шон подсел к ней, Клэр ни на секунду не оторвалась от чтения. Пытаясь прощупать ее эмоции, Шон ощутил недовольство. Словно если бы не воспитание, она обязательно выпалила что-то вроде: «В автобусе столько свободных мест, какого черта ты сел именно сюда?»

– Какую книгу читаешь? – обратился к ней Шон, прекрасно зная, что та не слышит.

– Вы что-то сказали? – поставив музыку на паузу, Клэр повернулась к нему.

– Я поинтересовался, что вы читаете, – любезно озвучил Шон свой вопрос вновь.

Ничего не ответив, Клэр показала ему красочную обложку, на которой была изображена красивая девушка с бледной кожей, раскинувшая руки. Рыже-красная гамма ее волос плавно перетекала в пролитую кровь, заполняя фронтальную сторону книги.

– Хм, «Парфюмер». Интересный выбор. – Завладев ее вниманием, Шон продолжил: – Привлекают изощренные убийства? – он решил не церемониться, заведомо намереваясь зайти дальше дозволенного.

– Мне нравится то, как автор описывает все это, – ответила Клэр без особого желания продолжать диалог.

– Я нашел тебя не просто так. Как ты отнесешься к тому, если я скажу, что я вампир? – внезапно бросил Шон.

К своему удивлению, он не увидел особого волнения со стороны собеседницы.

– Отвечу, что тебе пора лечиться, – в голосе Клэр пробежали нотки заинтересованности. Глаза ее жадно впились в Шона, и создалось впечатление, будто не он нашел ее, а совсем наоборот.

– То есть ты не веришь во все это? – не отводя глаз, Шон наблюдал за каждым изменением в ее лице.

– Не могу сказать, что не верю во что-то подобное в целом. Скорее, я не верю, что ты, – Клэр обернулась, дабы удостовериться в отсутствии лишних ушей рядом, – можешь быть одним из них. Думаю, ты просто больной придурок, цепляющий девушек с помощью этой чуши.

– Да, ты права. Я всего лишь хотел познакомиться.

– Клэр, – она внезапно протянула руку.

– Шон.

Обменявшись рукопожатиями, оба замолчали. Шон не мог перестать смотреть на нее. В Клэр так виртуозно сочетались чистота, мягкость, скрытая сила и потенциал! То, что спало внутри нее, делало Клэр еще более притягательной. Сама мысль о том, что сотворят с этим ребенком на обучении, была противна Шону. Ему стало искренне жаль девушку, впервые за все годы отбора.

Не проронив ни слова, Шон вышел на ближайшей остановке, оставив Клэр в легком недоумении. Впрочем, она выбросила мысли о нем буквально через пять минут, не придав значение случайной встрече.

5

«Отвратительный будильник», – подумал Аллан, с трудом отыскав телефон в рюкзаке.

Шесть утра, среда. Было бы неплохо наведаться в колледж, но после стычки он чувствовал себя как помятая консервная банка. Единственное, что до сих пор заставляло Аллана окончательно не бросать занятия, это напоминание о Джоне. Подобно совести, таскающейся по пятам, мысль, кричащая о том, что помощь не должна пропасть даром, часто преследовала его.

Приподняв толстовку, он злобно пробурчал что-то нечленораздельное – живот и нижнюю часть ребер украшали отменные синяки. Ему с трудом удалось сползти с кровати так, чтобы вызвать как можно меньше болезненных ощущений. Справив нужду и почистив зубы, Аллан протер зеркало в ванной. Даже отек от сна не смог скрыть чрезмерно заостренные черты лица. Копну темно-русых волос давно следовало остричь, сейчас он больше напоминал себе наркомана, нежели Ларри. Отражение устало смотрело на него бледно-серыми глазами.

– Жалкое зрелище.

Сделав это заключение, Аллан на минуту представил, как будет выглядеть в двадцать пять лет, если в свои шестнадцать превратился в это. Приняв душ, он вернулся в комнату. Руки сами потянулись к телефону. Зажав цифру 5, Аллан молча прислонил мобильник к уху в ожидании ответа.

«Вы позвонили Джону Фишеру. Сейчас я не могу говорить, оставьте сообщение, и я вам перезвоню».

– Привет, – дождавшись протяжного гудка, начал он. – Джон, это Аллан. Ты давно не приезжал… и не звонил. Хотел сказать спасибо за деньги, которые ты прислал на днях.

Аллан уже собрался завершить вызов, однако кое-что вырвалось само:

– Но лучше бы ты приехал сам.

Сбросив вызов, он еще раз осмотрел синяки, приняв решение сегодня остаться дома. Настроение и без той перепалки у Аллана было паршивее некуда. «Почему Джон не отвечает? Как долго он не звонил? Две? Три недели? Совсем не могу вспомнить».

Оставив ни к чему не приводящие размышления, он сделал крепкий черный чай, погрузившись в мир компьютерных игр, который в последнее время все больше стал заменять реальный. Вместо имен – ники, вместо скучной повседневности – миссии, и, главное, никто не знает, какой ты в действительности.

Аллан не замечал, как быстро летит время за игрой. Сделав за день пару-тройку перерывов, ему казалось, прошло от силы часов пять. В очередной раз сняв наушники, он интуитивно ощутил неладное. Шестое чувство, высшие силы, или как еще это называют, словно подталкивают, чтобы ты обратил внимание на определенные вещи. С ним такое происходило редко, так что подобного рода проявления хорошо отпечатывались в памяти.

Посмотрев вглубь комнаты, Аллан ощутил абсолютную дезориентацию во времени. Шторы плотно закрывали окно, и день сейчас или вечер – понятно не было. Пройдя в гостиную, Аллан опешил. Темно.

Из подъезда еле слышно донесся короткий вопль, сопровождающийся возней, которая, скорее всего, и привлекла к себе его внимание. Аллан прильнул к глазку, где ничего не было видно. На секунду послышался приглушенный голос Ларри. Забыв про обувь, Аллан выбежал из квартиры, метнувшись наверх.

Между шестым и седьмым этажами действительно был Ларри, и не один. С ним находилось трое парней. Тот, что крупнее, прижал Ларри рукой к стене. Второй, более мелкий, приставил к горлу нож. Ларри хоть и был под чем-то, но испугался не на шутку.

Третий парень стоял в стороне. Прислонившись к соседней стене, он слушал блеяние Ларри насчет каких-то денег. Феерическое появление Аллана на лестнице поселило слабую надежду в глазах друга.

– Смотри, – толкнув в бок своего напарника, сказал прижавший Ларри к стене здоровяк, – наш старый знакомый.

Места, ранее получившие удары, заныли. Бросить друга Аллан, конечно же, не мог, однако как помочь ему, не имел ни малейшего понятия. Сглотнув, он промолчал.

– С тобой ошибочка вышла, нам этот нужен был, – схватив за рубашку покрепче, здоровяк ударил Ларри о стену, тот тихо простонал.

– А теперь попрощайся со своим дружком и иди отсюда, – усмехнулся парень, продолжавший стоять в стороне, – пока я не передумал.

– Да, можешь попрощаться с ним, – злорадствовал второй, вертя в руке нож.

– С минуты на минуту приедет полиция, и мы все друг с другом попрощаемся, – от безысходности вырвалось у Аллана. Будучи реалистом, он понимал, что не сможет ни помочь Ларри, ни даже помешать прикончить его. Вызвать полицию на самом деле вряд ли удастся успеть, а блеф во все времена был действенным способом.

– Да ладно, – презрительно окинув его взглядом, парень убрал нож в карман, достав пачку сигарет. Аллан мысленно молился, чтобы ему поверили, как вдруг на соседней улице взвыла полицейская сирена. Невероятная удача!

– Черт! Он не соврал, – выкрикнул здоровяк. – Бежим!

Двое рванули вниз с такой скоростью, что парни не успели заметить, через сколько ступеней те перепрыгивают за раз.

– Ты труп! – злобно бросил Аллану в лицо третий. Затем он так же быстро пустился за остальными.

Перспектива нажить врагов должна была напугать его, но сейчас все стало неважно. Облокотившись на стену, Аллан сполз вниз. Ему срочно нужна была сигарета. Слабый оранжевый свет лампочки падал на побледневшее серое лицо Ларри, который не мог прийти в себя.

– Знаешь, Аллан, а ведь ты мне только что жизнь спас, – еле смог выдавить он, – эти ублюдки наверняка пришили бы меня. – Громко выдохнув, Ларри обхватил голову обеими руками.

– Довольно причитать. Пойдем ко мне! – чувство у Аллана осталось двоякое. С одной стороны, он помог другу, а с другой – навлек на себя огромные неприятности.

– Откуда у тебя виски?

– Отец забыл, – бутылка предназначалась как раз для таких случаев, когда сдавали нервы. Аллану она до сих пор пригодилась лишь единожды.

Сделав несколько глотков подряд, Ларри закашлялся.

– Ух, крепкий, – поспешно глотнув еще, он хлопнул стаканом по столу. – А ведь я все равно труп, они вернутся за мной, – рассматривая оставшееся содержимое стакана, Ларри впервые говорил на сто процентов серьезным голосом. Он даже не поинтересовался, правда ли Аллан вызвал полицию.

– Много должен? – это не первый раз, когда Ларри задолжал кому-то денег, но раньше его не пытались за это убить.

– Больше, чем ты можешь себе представить, – вертя стакан вокруг своей оси, Ларри смотрел взглядом обреченного человека. Он считал, что окончательно и безоговорочно пропал.

– У меня есть сбережения, мы бы могли…

– Нет! – громко крикнув, Ларри отпрыгнул назад, уронив стул. – Ты столько раз выручал меня. Довольно! – закричал он еще громче. – Я должен сам нести ответственность за свои поступки, – его голос сорвался на шепот, – сам, сам… – повторял он, вцепившись руками в волосы.

– Да что с тобой такое? Сейчас речь идет о твоей жизни! – встав из-за стола, Аллан едва сдержался, чтобы не накричать на него.

Втиснувшись в стену коридора, Ларри продолжал повторять: «Сам, сам, сам…», создавая впечатление заядлого обитателя психиатрической клиники.

6

При всем своем влиянии Шон знал, что убрать Клэр из списка без последствий, учитывая, что правда рано или поздно обнаружится, – нельзя. Рисковать собой ради незнакомки? Такой вариант даже не рассматривался, но и оставить все как есть он уже не мог. Шону пришла в голову блестящая идея. Если ею заинтересуется Ян, девушка будет в безопасности. Точнее, ей хотя бы не придется пройти весь ужас, связанный с обучением. Быть игрушкой Яна в этом случае – не самое страшное.

Ян – один из влиятельных чистокровных вампиров, и в силу своей молодости (будь Шон смелее, выразился бы: даже глупости) делает все, что ему заблагорассудится. В последнее время Ян заскучал, не находя более утешение в тех, кто принадлежит Совету.

По мнению Шона, Клэр непременно должна была привлечь его внимание. Рассказав Яну о ней, как о девушке, в которой трепещет невероятная сила, о кой она даже не подозревает, у Шона вышло разжечь запланированное любопытство – Ян пожелал лично взглянуть на нее. Отложив дела, Шон незамедлительно начал действовать, дабы не упустить момент.

Сумрак все больше уступал место всепоглощающей ночи, постепенно зажигались придорожные фонари. Включив музыку погромче и убрав в рюкзак купленный кофе, Клэр прогулочным шагом возвращалась домой. Минуя перекресток, она обратила внимание на нетипичное отсутствие пешеходов, несмотря на столь не позднее время. Обогнув офисное здание, за которым стоял ее дом, Клэр заметила две пляшущие тени на его фасаде. Присмотревшись, она остановилась, сделав музыку тише. То, что изначально было похоже на тени, на самом деле представляло из себя две черные фигуры. В этом не было ничего удивительного, охрана могла совершать обход и заболтаться. Однако там имелось достаточно света для того, чтобы очертания были видны, да и фигуры совсем не походили на человеческие: непонятной формы, сгорбленные, двигающиеся неестественным образом. По коже Клэр пробежали мурашки, она не могла логически объяснить то, что видит собственными глазами.

Фигуры внезапно повернулись к ней, будто догадались, что та их заметила. Нет, перед Клэр не предстали две пары красных, светящихся глаз, но в колебании фигур она четко видела, как те обернулись, насколько жадно эти тени пожирали ее пустыми черными глазницами, которые она не могла рассмотреть.

Спустя несколько шагов Клэр показалось, что эти твари повторили ее движения, сдвинувшись в ту же сторону. Тогда она резко рванула с места. На ходу достав ключи, Клэр ни разу не обернулась. Более того, в наушниках по-прежнему тихо играла музыка, без которой она наверняка бы сошла с ума, услышав за собой шум погони.

Приложив магнитный ключ, она потянула на себя подъездную дверь и, оказавшись внутри, тут же захлопнула ее. Часть двери была стеклянной, поэтому Клэр некоторое время еще стояла по ту, как ей казалось, безопасную сторону, наблюдая за улицей. Так ничего и не увидев, она оставила эту затею.

– Мам, ты дома? – громко спросила Клэр.

Никто не ответил. Ее отец должен был вернуться из рабочей поездки только через неделю, а мать наверняка снова задержали на работе.

Переодевшись, Клэр пришла на кухню, захватив с собой ноутбук. Поставив на плиту чайник, она приоткрыла окно и, пока закипала вода, поставила на загрузку несколько фильмов для вечернего просмотра.

Разместив все для чаепития на столе, Клэр открыла местный новостной сайт. Минут через пятнадцать она смогла полноценно насладиться вкусным напитком, забравшись с ногами на стул. На непонятные шорохи Клэр не обратила внимание. Она не особо заботилась о том, кто бродит под окнами, если этот кто-то не пытается вломиться в квартиру.

Клэр не отвлекалась до тех пор, пока отчетливо не услышала звук тяжелого прыжка. Отставив кружку в сторону, она опустила ноги на пол. Ветер слегка колыхал шторы. Придвинувшись ближе к окну, Клэр прислушалась. Около минуты было тихо, она даже подумала что все это лишь плод воображения. Вдруг внизу, прямо под окном послышалось рычание животного. Словно хищник, искавший добычу, оно урчало, рыскало и принюхивалось. Сделав несколько шагов назад, Клэр продолжала слышать звуки. В итоге любопытство взяло верх. Она надела куртку и захватила фонарик, припасенный на случай отключения электричества. Окно кухни выходило на противоположную сторону дома, однако подъезд Клэр первый, так что достаточно просто зайти за угол и посмотреть, кем является незваный гость. Приоткрыв наружную дверь, она огляделась по сторонам. Надеясь увидеть всего лишь огромного пса, Клэр шагала быстро и уверенно, пока не начала подходить ближе.

С каждым шагом до ее слуха все громче доносилось то самое урчание. Ей стало не по себе. Набравшись смелости, Клэр подошла к краю.

Урчание стихло. Прижавшись к стене, она растерянно водила глазами по сторонам, пытаясь понять, куда исчезло животное. Резкий выдох совсем рядом с ней, по другую сторону, напугал Клэр до такой степени, что, не сдержав крика, она побежала к подъезду. Нырнув внутрь, она упала на пол, подперев собой дверь.

– Что, черт возьми, это было?! – прошептала она, пытаясь прийти в себя.

По ту сторону вновь громко выдохнули. У Клэр вмиг исчезло желание подняться и посмотреть на то, что находится за ней. Незаметно уйти она также не могла – вдруг это, чем бы оно ни было, уставилось в стекло и, невольно обернувшись, Клэр увидит его во всей красе.

Дверь лифта открылась, и вышел сосед с шестого этажа.

– Привет, – вежливо поздоровался он, – а ты… что здесь делаешь? – удивился мужчина.

– Мне показалось, там, за дверью, огромная собака, – тихо и почти честно ответила Клэр.

Подойдя, он посмотрел через стекло.

– Там никого нет.

Клэр встала, и он открыл дверь, вместе они вышли на улицу.

– Вот видишь, никого, – добродушно улыбнулся мужчина и удалился по своим делам.

Простояв возле подъезда около десяти минут, Клэр знала, ей не могло показаться. Тем более что она до сих пор чувствовала на себе чей-то взгляд.

– Я вас не боюсь! – громко сказала она и тут же издала смешок, вспоминая, как быстро бежала.

«Ну да, не боишься», – подумала про себя Клэр, покачав головой. Вернувшись домой, она увидела новое входящее сообщение на мобильном: «Теперь ты веришь, что наша встреча не была случайностью? Шон».

Не сразу вспомнив, кто такой Шон, она быстро перебрала в голове события последних дней. «Что это было?» Ответив, Клэр задумалась. Что если Шон не соврал? Невероятно, однако после всего это не кажется таким невозможным.

Стоя в тени деревьев, Шон прочел сообщение и убрал телефон в карман пальто. Он знал, что теперь у нее будет множество вопросов, и не спешил ввязываться в развернутый диалог.

– Ты был прав, – раздался голос сзади, – чистота, граничащая с пороком, сила, красота… – Ян поравнялся с Шоном. – Она такая… живая. – Закрыв глаза, он добавил как само собой разумеющееся: – Я хочу ее.

Сделав несколько шагов вперед и посмотрев на дом Клэр, Ян вполоборота повернулся к Шону.

– Исключи ее из списка кандидатов по причине непригодности. Будь ей другом, оберегай. Обо мне ни слова, я подожду, пока она выйдет из возраста, когда ее могут забрать. И еще одно – никто не должен знать об этом, – Ян страстно желал эту девушку, в ней спало прекрасное создание, под стать такой, как она. Его прихотью стало присвоить сей бриллиант, пока Клэр не заполучили другие.

7

Ранний подъем дался значительно легче обычного, и первое, что хотелось сделать Аллану, – это узнать, как Ларри. Вчера они попрощались на довольно странной ноте, Ларри вылетел из квартиры как ошпаренный после нескольких попыток друга навязать ему свою помощь.

Аллан готов был отдать все накопления, а если не хватит, то просить денег у Джона, лишь бы помочь Ларри. Ведь, кроме него и дяди, у Аллана, по сути, никого не было.

Живущий этажом ниже Майк женится в середине апреля и с новоиспеченной женой переберется в город, где живут ее родители. Отдать этим отморозкам Ларри – значит, остаться без единственного человека, с которым можешь нормально общаться.

Приведя себя в приличный вид, он бросил в рюкзак пару блокнотов и, выйдя в подъезд, поднялся наверх. С полицией определенно повезло, не услышь парни ту сирену, сегодня Аллан и Ларри красовались бы в криминальной хронике. Родители наверняка обрадовались бы такому скоропостижному освобождению квартиры.

Ларри дома не оказалось. Молча простояв у двери пару минут, Аллан по привычке спустился пешком. Начиная со второго этажа, в подъезде расстилался зловонный смрад.

– Да, мои милые, идите сюда, сейчас я вас накормлю, – послышалось внизу.

Сморщив нос, он, не выдержав, закрыл его рукой. Аллан был близок к тому, что его сейчас стошнит. Как только она там живет? Нормальный человек задохнется от всего этого. Спустившись на первый этаж, он услышал звук захлопнувшейся двери. Несколько кошек терлось рядом, довольно мурлыкая.

Выскочив из подъезда, Аллан несколько раз часто вдохнул и выдохнул, надеясь, что его одежда не успела впитать эту мерзость. Хоть такое его и злило, он придерживался мнения, что виноваты не животные, они всего лишь обитают там, где их кормят.

Радовала глаз только на удивление сносная погода – пасмурно, но без пробирающего до костей холодного ветра. Обходя людей-зомби, снующих вокруг, он быстро добрался до остановки, надел наушники и сел в дальний угол салона, уткнувшись в окно.

Музыка – единственное, что сопровождает Аллана практически круглосуточно. Он ест под музыку, спит, ходит, принимает душ. Ее потоки уносят далеко от реальной жизни и проблем, позволяя переносить тяготы внешнего мира. Именно в ней он находит спасение. В музыке и, конечно же, компьютерных играх. Вещи, которые помогают убежать от реальности, априори становятся его любимыми. Ларри с этим, правда, немного переборщил, наркотики – слишком быстрый способ убить себя. Аллан предпочитал делать это более изощренно и медленно, превращая свою личность в живой труп. В этом ему точно равных нет.

Несколько сонных личностей вышло вместе с ним возле колледжа. Рядом с ограждением толпились студенты, быстро докуривая сигареты.

В холле он сперва подошел к стойке с расписанием. Первая пара – информационные технологии, затем литература, на которую он заведомо решил не идти. Потребность знать мертвых авторов и выучить пару стихов его не прельщала, то ли дело компьютеры. Аллану предлагали работать администратором в местном интернет-клубе, но в деньгах он пока не нуждался.

Смешавшись с толпой, он поднимался на второй этаж, где располагаются компьютерные классы. Едва не споткнувшись, Аллан пересекся взглядом с одним из ребят, напавших на Ларри.

«Да это же он был с ножом!», – подумал Аллан про себя в надежде, что тот его не узнает.

– Ты труп! – сказал, чуть наклонившись вперед, парень, попутно показывая, как воображаемым ножом перерезает Аллану горло.

В ответ он нервно сглотнул, не в силах выдавить ни слова. Ему нечего сказать, кроме того, что Ларри – идиот, из-за которого их обоих убьют. Аллан остановился перед кабинетом, желание сбежать отсюда стало настолько велико, что он попятился. Наткнувшись на кого-то, он резко обернулся.

– Вы только посмотрите, кто соизволил посетить нас, – развел руками Дэвид. – Аллан, неужели это вправду ты? – саркастично улыбнулся он.

– Мистер…

– Пойдем со мной, нужно поговорить, – Дэвид по-отечески взглянул на Аллана, отчего стало теплее и легче.

Он пригласил его в свой кабинет и, закрыв дверь, усадил на стул, а сам сел в кресло. Сложив перед собой руки, Дэвид таким же мягким голосом спросил:

– Будешь чай?

– Нет, спасибо.

– Хорошо, – Дэвид встал и подошел к окну. – Аллан, я знаю о ситуации в твоей семье. Более того, я уважаю Джона, но это не поможет, если ты будешь продолжать пропускать занятия. Тебя исключат, – повернувшись, Дэвид посмотрел на него. – Ты неглупый парень, у тебя есть шанс не загубить свою жизнь.

Преподаватель сделал паузу, надеясь услышать что-либо от него. Ответа не последовало, Аллан прекрасно понимал все сам. Он и без того считал себя жалким, безвольным слизняком, которому проще отмахиваться, прикрываясь несовершенством жизни, вместо того, чтобы что-либо изменить.

Единственное, заставившее дрогнуть его сознание, – упоминание о Джоне. Перед ним Аллану по-настоящему стыдно. Хоть сам Джон и пропал куда-то, он все равно не забывает присылать эти проклятые деньги. Аллан поморщился, ему стало противно находиться в одной комнате с самим собой.

– Иди домой, хорошенько над всем поразмысли, – сказал Дэвид, когда его собеседник пришел в себя.

Согласно кивнув, Аллан что-то буркнул себе под нос и вышел из кабинета. Коридор пустовал, из аудиторий доносился слабый бубнеж. Не спеша спустившись на первый этаж, он сфотографировал расписание и поплелся к остановке.

В получасе ходьбы от дома раскинул свои тропы парк Уиннвуд. Аллан приходил туда довольно часто. Это идеальное место вне городского мусора, где можно побыть одному. Выйдя из автобуса возле парка, он заскочил в магазин за сигаретами. Сунув пачку в карман, с чувством выполненного долга Аллан прошел сквозь большие ворота с надписью «Добро пожаловать в Уиннвуд». По бокам от основной дороги тянулось, скрываясь за деревьями, множество тропинок, кое-где даже стояли скамейки. Ему всегда казалось, что сверху парк напоминает дерево.

Выйдя на одну из таких троп-ветвей, он уселся на скамейку, наконец закурив. В голову приходили мысли о Джоне, о том, что делать дальше. Сотни вопросов и ни одного ответа.

Рано или поздно он примет факт отсутствия желаний и целей, и в день, когда эта мысль озарит его, Аллан пустит себе пулю в лоб. Он считает, лучше сделать это самому, нежели быть живым трупом среди других таких же, как ты, пустых…

– Есть сигарета?

Услышав низкий голос, он едва не выронил свою. В полутора ярдах справа от скамьи стоял темноволосый парень в косухе.

Молча вытащив пачку, Аллан протянул ее незнакомцу. Совсем не удивило, что парень подошел незаметно, уж больно Аллан погряз в пучине собственных мыслей. Взяв одну сигарету, незнакомец достал из кармана зажигалку и, закурив, сел рядом. Аллану это не понравилось.

– Меня зовут Доминик, – сказал тот, медленно выпустив дым.

– Угу.

– Ответь мне на один вопрос, Аллан.

«Откуда он знает, как меня зовут? Неужели Доминик как-то связан с теми, кому задолжал Ларри? Нам не жить», – множество мыслей пронеслось в его голове за несколько секунд.

– Смог бы ты начать все сначала? Перечеркнуть прошлую жизнь? – не дав шанса заговорить первым, спросил Доминик.

Аллан хотел возразить, но на секунду утонул в его глазах. Внезапно его окутало спокойствие, стало легко, всякое волнение исчезло. Тогда, сделав затяжку, он ответил незнакомому парню, словно старому другу:

– Терять мне уж точно нечего.

Доминик ухмыльнулся, встал, затушил сигарету и ушел дорогой, ведущей вглубь парка.

Спустя пять минут пелена с глаз Аллана сошла, будто только что он находился под гипнозом и вдруг пришел в себя. Зачем он вообще что-либо отвечал? Нужно было хотя бы выяснить, откуда тот знает его имя. Выкурив еще две сигареты, Аллан пытался отыскать хоть какие-то стоящие мысли по этому поводу, но на ум ничего не пришло.

Включив музыку, он отправился домой. Пешая прогулка действительно полезна для разума, переполненного всякой дрянью. Небо угрожало проливным дождем, и ему пришлось ускорить шаг настолько, насколько это возможно. Почти у самого магазина несколько капель дождя приземлились ему на лицо, но, поспешив смахнуть их, будто это вовсе не дождь, а кислота, он юркнул внутрь помещения. Взяв сперва две банки пива, Аллан прикинул, что при намерении зайти к Ларри явно потребуется больше, особенно учитывая положение, в которое они попали, теперь уже оба.

Вернувшись к входу, он подхватил корзину для продуктов, первым делом уложив в нее уже шесть банок. Остановившись перед холодильником с замороженной пиццей, Аллан поежился. Когда в последний раз он ел что-то нормальное? Выбрав сыр, Аллан отыскал стеллаж с макаронными изделиями.

Знакомая женщина на кассе удивилась, увидев в корзине обычную еду. Ему даже показалось, что та слегка улыбнулась. Аллан попытался выдавить улыбку в ответ, но вышло лишь жалкое подобие.

В животе урчало, наконец-то он имел надежду получить нечто иное, нежели дешевые полуфабрикаты. Дома, поставив макароны вариться на плиту, он набрал Ларри. Выждав все возможные гудки, Аллан сжал телефон и плюхнулся на стул, стоявший рядом.

«Почему он не отвечает? Неужели те отморозки вернулись за ним?» – в какой-то момент Аллана посетили мысли о возможном суициде друга из-за всего навалившегося, но их он быстро отбросил. Ларри не из тех, кто сразу сдается.

8

В знакомом кабинете тонкими струйками расползался дым. Потягивая очередную сигарету, Доминик рассматривал последние переданные Шоном анкеты.

– Разве их не должно быть пятнадцать? – мысленно подсчитав количество кандидатов, уточнил он.

– Последняя найденная девушка нам не подходит. Она слаба для пробуждения, не стоит даже тратить время, – убедительно соврал Шон, утешая себя тем, что все-таки смог помочь.

Ему пришлось на некоторое время прервать контакт с Клэр. Шон все равно приставил к ней невидимую стражу из двух сущностей, призванных Яном, дабы охранять. Они не исключали вероятность того, что кому-то из вышестоящих станет интересен просчет ищеек, и они лично захотят проверить девушку. Будет лучше оградить Клэр от любопытных глаз.

– Что ж, значит, четырнадцать, – слегка нахмурился Доминик. Обычно ищейки не ошибались, ребят всегда было пятнадцать, ведь их поиск занимал не один месяц. Впрочем, совать нос не в свои дела он не собирался, хоть и чувствовал какой-то подвох.

– Троих пробудят сегодня. Двух парней и девушку, – Доминик вытащил из своей папки и бросил на стол три анкеты. – Слабыми займусь лично, не хочу, чтобы их стало еще меньше. Пожалуй, начну с самого… – Взглянув на анкету Аллана, Доминик наигранно вздохнул: – Ставлю пятьсот долларов, что он не доживет даже до старта.

– Как знать. Иногда те, кого считали мусором, становятся сильнее великих, – подметил Шон.

Свой путь наверх он проложил нечестным путем. Шантажировал, шел по головам, переступал через трупы, но в итоге добился своего. Информация, которой он владел, делала Шона весьма важной и опасной персоной.

В свое время он являлся правой рукой главы Совета, но когда понял, что такое высокое положение ему не нужно, попросил перевести его на более спокойное место. С тех пор он занимается проверкой найденных кандидатов на пробуждение. Периодически Шону приходится присутствовать на важного рода собраниях и вносить свою лепту, однако в целом он получил то относительное спокойствие, которое хотел.

– Значит, Доминик, это твои последние?

Решение дать ему другую должность также проходило через Шона. Доминик хотел оставить кураторство, перейдя на иное положение, ведь на свободу рассчитывать не имело смысла – в одиночку он рисковал не прожить и месяца. На него тут же объявят охоту, если появится информация о том, что Доминик сам по себе, – за всех тех, кого ему пришлось убить как на обучении, так и после него. Исходя из этого, поступок Шона – большая услуга.

Обо всем, естественно, умалчивалось, никто не должен раньше времени узнать, что Шон собирается посадить на свое место Доминика и окончательно оборвать связь с этим миром, прожив оставшуюся часть жизни почти как простой человек.

– Да, – кивнул Доминик, – немного отдохну, а затем будь что будет. Я не хочу отправлять их на смерть, уж лучше самому ходить на охоты, – выдохнул он.

– Понимаю, – согласился Шон. – Что ж, надеюсь, эти ребята не доставят тебе особых проблем, – криво улыбнулся он.

У Доминика вырвался короткий смешок.

– Как же, это их любимое занятие, – взяв анкету Аллана, он внимательно посмотрел на фото. – Значит, тебе нечего терять, – хмыкнул Доминик, – увидим, как ты запоешь, если он проснется.

9

Шипение кипящей воды, выплеснувшейся на плиту, отвлекло от мыслей. Выключив огонь, Аллан вновь опустился на стул и около пятнадцати минут неустанно смотрел на экран мобильного.

Телефон молчал. Ни сообщения, ни звонка. Вероятность того, что Ларри сорвало крышу и он просто накачался наркотиками, не так велика, но в этом случае он хотя бы будет дома.

Высыпав макароны в тарелку и покрошив сверху сыр, Аллан включил микроволновку. Натянув ботинки, он захватил с собой сигареты и, выйдя в подъезд, поднялся на седьмой этаж. Прежде чем стучать, Аллан приложил ухо к двери. Что, если Ларри не один? Вдруг те парни добрались до него? На этот раз Аллан успеет вызвать полицию, больше никакого феерического появления.

Закрыв ладонью левое ухо, он сосредоточился на звуках по ту сторону двери. Никаких посторонних шумов. Аллан легонько постучал. Ни голоса Ларри, ни шарканья ног по полу за этим не последовало. Он постучал сильнее.

«Нет, Ларри не мог что-либо сделать с собой», – подумал Аллан. В порыве отчаяния он не заметил, что уже порядка пяти минут тарабанит в дверь, тем самым привлекая к себе внимание.

– У тебя какие-то проблемы, парень? – выйдя на лестничную клетку, выпалил какой-то мужчина.

– Я просто ищу друга, – оправдался Аллан.

– Этого, что ли, наркомана? – фыркнул недовольный сосед.

– Ларри, – сквозь зубы процедил Аллан.

Хоть Ларри и промышлял подобным, тот факт, что он его друг, не дает спокойно относиться к фразам, сказанным подобным тоном.

– Ушел твой друг, видел его в подъезде, когда возвращался домой. – Зевнув, сосед добавил: – И ты катись отсюда. – Дверь захлопнулась, мужчина грузно зашагал по квартире.

Вернувшись домой, Аллан разогрел макароны еще раз, думая о том, какой же он все-таки идиот – практически похоронил друга из-за своих глупых домыслов.

Как бы желудок не радовался появлению нормальной еды, морально насладиться ею так и не удалось. Взгляд то и дело скользил к мобильному. Бросив тарелку в раковину, Аллан сел за компьютер. Подумав, что сон поможет успокоить нервы, он завалился на кровать в одежде, закрыв глаза. Мысленный счет до ста абсолютно не способствовал сну. Включив музыку, он вновь вернулся в постель, и на сей раз сон победил.

Аллану удалось уснуть настолько крепко, что когда кто-то толкнул его в бок, он не сразу открыл глаза. Лениво привстав, Аллан осмотрел комнату. Кроме него, там никого не было. Несмотря на реальность ощущений, он подумал, что это всего лишь сон, навеянный недавней стычкой. Заставив себя встать и дойти до кухни, он выпил несколько чашек кофе. Этого оказалось достаточно, чтобы убить желание оставаться дома.

Заперев входную дверь, Аллан вновь поднялся к Ларри, где постучал на сей раз лишь дважды. Тишина. Опять никого. Куда только тот мог запропаститься? Может, он пытается достать деньги? Тогда весьма странно, что Ларри не взял с собой Аллана. Обычно они разбирались с проблемами подобного рода вместе.

Включив музыку в наушниках, Аллан не нашел занятия лучше, чем пешая прогулка к парку. Крупные магазины уже закрылись, а из местных баров грохотала музыка, выливаясь наружу вперемешку с пьяными возгласами и криками.

Стараясь огибать улицы с шумными и наиболее многолюдными заведениями, Аллан довольно быстро добрался до самого парка. Центральные ворота закрывали в десять вечера, хотя в ограде по всему периметру имелось множество дыр, где без проблем мог пройти даже крупный человек. Охрана в парке также номинальная, один-единственный сторож лет шестидесяти. Соваться туда ночью – последнее, чем занимаются нормальные люди. Особенно после нескольких громких убийств на его территории.

Аллану нравится отсутствие там кого-либо. Приходя в парк с завидным постоянством, он лишь дважды встретил здесь людей: парочку, желавшую привнести немного разнообразия в свою интимную жизнь, и компанию подростков, с которой, к счастью, ему не довелось столкнуться лицом к лицу.

На сей раз ему хотелось прогуляться к озеру, сердцу парка, если продолжать бредовую теорию о дереве и ветвях-тропах.

Аллан искренне не любил Ковингтон, хотя когда-то здесь было совсем неплохо. Люди вели спокойную, размеренную жизнь, работали, учились без суеты и в относительной безопасности, как везде. Время идет, власть меняется, и нынче здесь коррупция и разруха.

Позади послышался хруст. Обернувшись, Аллан выключил музыку. Вроде бы никого, хотя… где-то неподалеку звучали голоса или даже несколько голосов. Вновь хруст веток, на сей раз донесся он со стороны деревьев. В спину Аллана уставилась пара глаз. С шумом выдохнув, он обернулся. Резко отпрыгнув назад, Аллан потерял равновесие, приземлившись на землю. Размытая черная тварь размером с крупную собаку медленно подбиралась к нему, наступая на ветки так, чтобы те с хрустом ломались.

На несколько секунд его парализовало от страха. Возникло ощущение, как если бы оказался в компьютерной игре. Существо не являлось четкой картиной материального мира. Оно исчезало и тут же появлялось вновь, отчего рябило в глазах – словно какая-то другая реальность вторгается в нашу, но никак не может здесь остаться.

Уши заполнило слабое рычание, которое раздавалось скорее в голове, нежели снаружи. Вскочив на ноги, Аллан поправил сползший рюкзак и рванул вперед, к тем голосам, от которых только что собирался держаться подальше.

Не оборачиваясь, чтобы посмотреть, гонится ли за ним это существо, как, по обыкновению, делают герои фильмов, он бежал до тех пор, пока не выдохся. Всегда считая, что ему безразлично, жить или умереть, в данный момент Аллан не понимал, трусость ли его бегство или же инстинкт самосохранения. Увидев троих подростков, он из последних сил бросился к ним и слишком поздно понял, как сильно ошибся.

– Фил, смотри-ка, – ткнул пальцем Эндрю в сторону гостя.

– Черт, – буркнул под нос Аллан, пятясь. Неизвестно что хуже: попасться в лапы нематериальному существу, которое может быть галлюцинацией, или же вполне материальным отморозкам.

– Э, нет! – метнувшись к Аллану, самый крупный из них, Джек, схватил его за шкирку, бросив под ноги Филу.

– Ну здравствуй, герой, – ухмыльнувшись, тот посмотрел на свою добычу. В левой руке Фила красовалась недопитая бутылка дешевого рома.

– Ребят, я не хочу проблем, – проронил Аллан.

Ударив его ногой сзади, чуть ниже колена, Эндрю пресек его попытку подняться.

– Ты не дал нам закончить с Ларри, – обойдя вокруг, Фил сделал еще глоток, – или думаешь, что тебе это сойдет с рук, герой? – Вручив бутылку Эндрю, он со всей силы ударил Аллана ногой.

Невзирая на боль, тот хотел убежать, чем разозлил их. Парни будто с цепи сорвались, и если сперва бил только Фил, то через пару минут вся троица с удовольствием отрывалась на нем. Стараясь прикрывать лицо, Аллан все же не избежал прямых ударов грубых ботинок. Они били все сильнее, не останавливаясь. Кто-то из парней даже посмеивался. Несколько ударов пришлось в голову, и он едва не потерял сознание. Дышать стало сложнее, Аллан начал задыхаться, а затем кашлять кровью, что не остановило, а еще больше раззадорило их. В какой-то момент боль в теле стала невыносимо сильна, он перестал сопротивляться, принимая дальнейшие удары туда, куда они были направлены.

– Кажется, ему конец, – трусливо поглядывая по сторонам, сказал Эндрю.

– Он все еще дышит, – ответил Фил, чуть наклонившись, – но это только пока. – Взяв Аллана за волосы, он ударил его еще несколько раз. – Надеюсь, он не доживет до рассвета.

– Пойдемте, нас могли слышать, – заметил здоровяк. – Мы обязательно попрощаемся за тебя с Ларри, уверен, вы с ним скоро встретитесь.

Оставив Аллана в луже собственной крови, они как ни в чем не бывало ушли.

Пытаясь пошевелиться, он обнаружил, что тело не поддается. Оно стало похоже на сплошную открытую рану. Невозможно определить, на какую часть ударов пришлось больше всего. Едва видя происходящее, Аллан рассмотрел лишь верхушки деревьев, коридором устремляющиеся в черное небо.

Вновь какие-то звуки. Как бы ни было сильно желание оставаться в сознании, он отключился на несколько минут, а быть может, и часов. По крайней мере, на улице все еще было темно.

Внезапный приступ кашля никак не прекращался, но и он не заставил Аллана перевернуться на живот. Рискуя захлебнуться собственной кровью, он продолжал лежать на спине.

Кто-то подошел совсем близко. Стало слышно тихое бубнение, в котором невозможно было разобрать ни единого слова, как ни старайся. Странные, непонятные фразы отдавались в голове громким эхом, тело начало гореть, пульсировать, будто по венам течет лава, жаждущая вырваться наружу. Из последних сил стараясь перевернуться, Аллан все же сместился на правый бок.

Рядом с ним кто-то стоял, но поднять глаза наверх он как следует не мог. Аллана знобило, словно при невероятно высокой температуре. Не ведая, что происходит, он решил, что умирает.

10

Прошло чуть больше недели после того, как Доминик и его помощники закончили с обработкой кандидатов. С каждым было проведено пробуждение спящей в нем сущности, на которое у них заранее обманом взяли согласие. Раньше этому придавали большее значение, но сейчас другие времена, никто не придерживается честной политики. Нет никаких гарантий, что все они доживут до начала, не говоря уже о середине и тем более конечной стадии обучения.

Звонок рабочего мобильного разбудил Доминика посреди ночи.

– Вот и началось, – буркнул он сев на краю кровати. – И кто же? – без лишних уточнений спросил Доминик.

Слегка озадаченный помощник замешкался.

– Диана, – наконец ответил он, – это Диана.

– Буду через пятнадцать минут, – попутно натягивая на себя джинсы, Доминик добавил: – Без меня в квартиру не входить, она все равно сейчас напугана и никуда не денется.

Он достал из тумбы ключи от мотоцикла и, бросив их в карман куртки, спустился вниз. Дорога к дому Дианы заняла ровно тринадцать минут. Доминик заранее успел изучить маршруты к каждому, чтобы не тратить время на навигатор и рыскание в анкетах.

У подъезда его ждали три парня. Четвертый был в припаркованном за углом фургоне.

– Ключи, – протянув руку, сказал Доминик.

Парень с натянутым на голову капюшоном отдал связку, и все молча поднялись на третий этаж. Из квартиры так и разило кровью. Люди пока не могут почувствовать этот запах, зато демоны, насмешливо облизываясь, прекрасно его ощущают.

Постучав, Доминик прислонился к двери.

– Диана, я знаю, что ты сделала. Открой, и мы вместе разберемся с этим, – с наигранным добродушием сказал он, перебирая в руке ключи.

Посмотрев на часы, Доминик не стал дожидаться каких-либо активных действий от девчонки. Открыв дверь, он поморщился, в нос ударил сильный запах свежей крови. В прихожей лежала мать, на ее лице застыл крик. Ее тело представляло собой кровавое, исполосованное чем-то месиво. Справа из кухни виднелась часть трупа ее отца. Доминик перешагнул через женщину, стараясь не запачкать ботинки.

Войдя в гостиную, он остановился. Посреди комнаты на полу сидела семнадцатилетняя Диана с трупом младшего брата на руках. Она перерезала ему горло, а когда пришла в себя после получасового ступора, сжала в объятиях бездыханное тельце и впала в истерику.

– Диана, – сделав несколько шагов вглубь комнаты, Доминик по-прежнему старался обходить кровавые пятна, – ты слышишь его? Что он тебе говорит?

Всхлипывая, девушка подняла глаза на Доминика, не выпуская из рук тело.

– Он хотел его. Хотел испить его боль, видеть, как угасает в глазах жизнь, – говорила она словами, не похожими на слова подростка.

Диана схватилась за голову обеими руками. Тело мальчика упало на пол.

– Нет. Замолчи, умоляю! – закричала она, зажмурив глаза. – Что я наделала, что я наделала… – повторяла Диана.

– Ш-ш-ш… – Присев рядом с ней, Доминик провел рукой по ее волосам: – Ты очень красивая, даже немного жаль.

Замолчав, Диана посмотрела на него. Она не чувствовала угрозы, хотя видела этого парня впервые.

– Жаль?..

Одним резким движением Доминик сломал девочке шею. Ее тело упало в лужу крови, рядом с ее братом.

– Жаль убивать тебя, Диана, – полностью выпрямившись, договорил Доминик.

Один из парней, ожидавших в коридоре, тихо поинтересовался у другого:

– Разве нельзя было попробовать помочь ей?

Вместо того чтобы ответить, его напарник лишь приложил палец к губам, призывая замолчать.

– Нельзя, – выйдя из комнаты, утолил любопытство парня Доминик. – Ее демон – жестокий убийца, которого Диана никогда бы не взяла под контроль. Нам не нужны те, кто не может управлять собой.

Задавший вопрос нервно сглотнул.

Вытерев руки, Доминик вновь посмотрел на часы, затем достал мобильный и, обрадовавшись отсутствию новых происшествий, вернулся домой. Выпив залпом полстакана виски, он лег в постель. Во время первого обучения Доминик долго не мог уснуть после убийств ребят. Теперь для него это выглядело как часть естественного отбора, и даже казалось правильным. В некоторой степени он дарит им освобождение.

На тумбе, рядом с кроватью, лежал темно-синий блокнот. Взяв его, Доминик посмотрел на список имен. Диана не являлась аутсайдером в этом списке, поэтому он был крайне огорчен.

Вычеркнув имя девочки, Доминик взглянул на последнего в таблице: «Аллан».

– А я-то думал, первым будешь ты, – ухмыльнувшись, он вспомнил беспомощного паренька из парка.

11

Темнота после яркой вспышки растворилась, наградив взамен острой головной болью. Открыв глаза, Аллан едва смог посмотреть по сторонам, как если бы проснулся с хорошего похмелья. Кухня… он был на собственной кухне.

Лежа лицом на холодном грязном кафеле, Аллан не мог пошевелиться. Все конечности затекли. Не в силах повернуть голову, он продолжал рассматривать ножки стола и стульев. От обилия под ними пыли даже зачесался нос.

Кое-как подтянув к себе руки, Аллан оторвал лицо от пола. Приподнявшись, он увидел под собой лужу засохшей крови – теперь, правда, с отчетливым отпечатком лица. От нее слабо отдавало чем-то кисло-сладким.

«Который сейчас час? Как вообще я очутился дома, если меня бросили подыхать в парке?» От мыслей в висках застучало сильнее. Сев на колени, он схватился за голову, умоляя прекратить это издевательство.

Аллан еще раз осмотрел окровавленный кафель и одежду. В раковине лежала грязная тарелка, над которой нарезала круги жирная муха. После того как он снял с себя верхнюю одежду, ему захотелось укутаться в одеяло и забыться. Огромные синяки на пару с кровоподтеками россыпью украшали тело.

В ванной Аллан все же рискнул посмотреть в зеркало. Опухшая рана на лбу, где, стекая по лицу, засохли струйки крови, имела ужасный вид. Он не хотел идти в больницу, хотя отражение требовало обратного. Нижняя губа также была разбита, словно Аллан был приглашен в качестве груши на чью-то тренировку.

Однако то, насколько плохо он выглядел, никак не шло в сравнение с паршивым самочувствием. Отмывая кровь и содрогаясь от каждого прикосновения, Аллан был близок к тому, чтобы оставить все как есть. Сложно было определить, какая часть тела пострадала сильнее, каждое движение приносило невыносимую боль. Промокнув себя полотенцем, чтобы надеть чистую одежду, Аллан бросил взгляд на кухню и, наплевав на ее вид, опираясь на стены, поковылял к кровати. О том, чтобы расстелить ее, даже речи не шло. Упав носом в подушку, он поморщился от боли, стараясь скорее найти удобное положение, и, отыскав, застыл в нем. Несмотря на самочувствие, Аллан и сейчас не мог заснуть – словно в него влили несколько бутылок виски, избили, а затем заставили забраться на крышу и сбросили оттуда.

Закрыв глаза, он попытался восстановить картину вчерашнего вечера. После того как парни ушли, Аллан слышал чей-то голос. Больше он не помнил ничего. С момента, когда слух сосредоточился на непонятном говоре, – провал, темнота…

Кто-то постучал в дверь.

«Пускай катятся на все четыре стороны», – подумал Аллан.

Стук стал настойчивее. Стащив себя с кровати и надеясь на то, что гость уйдет раньше, чем он сможет ему открыть, Аллан лениво повернул ручку и подался чуть вперед.

– Где тебя носило? – Ларри втолкнул его в квартиру.

– Ты о чем? – недоумевающе спросил Аллан.

– Смеешься? Ты пропал почти на полторы недели, а теперь спрашиваешь, о чем я? – сердито сказал Ларри, пройдя на кухню. – О черт! Аллан, что здесь произошло?

Как странно бы все ни звучало, но он рассказал Ларри о Филе и его шакалах, о том, что они бросили его в парке, о говоре на непонятном языке и, конечно же, о чудном воскрешении на кухонном кафеле.

– Скажи, что ты шутишь… – поглядывая на кровь, Ларри пытался переварить информацию. – Где ты был все это время?

– Понятия не имею, это будто произошло вчера, – в голове образовалась пустота, словно кусок памяти небрежно вырезали тупым ржавым ножом.

Раздался удар, Аллан инстинктивно пригнулся, посмотрев по сторонам.

– Что? – удивленно спросил Ларри.

– Ты не слышал? – встав из-за стола, он подошел к окну. Там, во дворе, белая иномарка врезалась в соседнюю машину при попытке втиснуться на парковку.

– Только не говори, что ты это услышал, – Ларри выглядел несколько сбитым с толку. – В зеркало себя видел? Тебе бы в больницу.

– Все нормально, я лучше отлежусь дома, – живот сковали болезненные спазмы. Еще бы, Аллан сильно сомневался, что, будучи в отключке, ел.

– Есть одна просьба: можешь принести мне какой-то еды? – Показав на свое лицо, он дополнил: – Не хотелось бы сейчас выходить из дома.

Ларри незамедлительно согласился, с энтузиазмом ринувшись исполнять просьбу. Закрыв за ним дверь, Аллан упал на колени от громкого стука в голове, внезапно набросившегося на него. В глазах потемнело, с трудом он дополз до кровати, так и не забравшись на нее.

Открыть глаза вновь его заставил приступ тошноты. Щурясь и раскачиваясь, Аллан добрался до туалета, где пришел в ужас – тошнило его не чем иным, как собственной кровью. Порядка десяти минут просидев рядом с унитазом, Аллан несколько раз пожалел о том, что не умер в парке. Когда желудок решил оставить его в покое, невзирая на отвратное самочувствие, он умылся и почистил зубы. Во рту по-прежнему стоял ужасный металлический привкус.

В дверь позвонили. Немного встряхнувшись, чтобы еще больше не шокировать друга, он открыл. Ларри с неиссякаемым энтузиазмом пошел на кухню. На удивление, он принес несколько пакетов нормальной, человеческой еды. Кто бы мог подумать, что Ларри вообще знает, как выглядят продукты, которые не доводятся до готовности в микроволновке!

– Спасибо, ты меня очень выручил, – сидя на кухне, Аллану оставалось только наблюдать за тем, как друг раскладывает продукты по полкам.

– Слушай, мне пора, есть кое-какие дела. Я зайду вечером, – сложив пустые пакеты, Ларри забросил их на холодильник. – Постарайся никуда не выходить сегодня.

Осмотрев себя, Аллан сказал:

– Да уж попробую.

Пытаясь делать вид, что все в порядке, он даже улыбнулся. Проводив друга, Аллан на несколько минут задержался у открытой двери. Вытянув руку перед собой, он ощутил, как пульсирует и горит кожа. Идея показаться врачу ему теперь представилась не столь глупой – в конце концов, его чуть не убили.

В углу мелькнули два блестящих глаза.

– Кис-кис-кис, – позвал Аллан.

Кошка остановилась. Внимательно посмотрев на него, она зашипела и побежала вниз.

– Чокнутая, как и твоя хозяйка, – фыркнул Аллан и, закрыв дверь, собрал остатки своих сил для того, чтобы отключиться в кровати, а не на полу, рядом с ней.

12

Сидя на скамейке посреди старой детской площадки напротив подъезда, Рэйчел устало смотрела вперед. Уже около двух ночи, и ей давно хотелось спать, но идти домой она не желала. Лучше ночевать на улице, чем лицезреть то, что устраивает дома мать.

«Ненавижу, ненавижу», – мысленно повторяла она, сжимая в руках пачку сигарет, которые отнюдь не помогали успокоиться, но хотя бы скрашивали ожидание.

Открылась дверь подъезда, из нее неторопливо вышел мужчина. Посмотрев по сторонам, он достал телефон и, взглянув на экран, зашел за угол дома.

– Неужели жена звонила? – ухмыльнулась Рэйчел.

Она знала в лицо почти всех клиентов своей матери, которые приходили к ним домой, как бы противно это ни было.

Поначалу в школе над Рэйчел насмехались, но продолжалось это ровно до тех пор, пока она не развесила на школьной доске фотографии полуголого отца одноклассницы. Скандал быстро замяли, а Рэйч больше никто не трогал. Ей лучше всех было известно, насколько фальшиво звучат слова «семейное счастье» или же «верность» и «любовь». После всего увиденного за эти годы Рэйчел смирилась с тем, что нет в этом мире никакой любви. Поднявшись на второй этаж, она не удивилась слегка приоткрытой двери.

– Ты можешь говорить этим уродам хотя бы закрывать за собой? – крикнула Рэйч, уйдя в свою комнату.

– Отстань от меня, – донесся пьяный женский голос из гостиной.

Рэйчел, по обыкновению, заперлась изнутри, надела наушники и, включив музыку, упала на кровать. Ей невероятно хотелось спать. Рэйч не заметила, как уснула, и лишь когда неприятный запах дыма начал проникать в комнату, она открыла глаза.

– Что это?

Вскочив на ноги и прикрыв нос рукой, Рэйчел поспешила в гостиную. Посреди комнаты в разодранном платье с сигаретой в руке стояла ее мать, настолько пьяная, что ей не удалось связать и двух слов. Уставившись на полыхающий диван, она продолжала курить, стряхивая пепел на пол.

– Ты с ума сошла? – стоя на пороге, закричала Рэйч.

На кофейном столике возле дивана были зажжены декоративные свечи. Застыв, Рэйчел смотрела то на ошметки платья, то на пламя. На секунду она представила, как мать горит в огне за все то, что ей приходится терпеть. Рэйч не могла вспомнить ничего хорошего, лишь квартиру, ставшую борделем, и вечно пьяную женщину.

«Сделай это», – сладко прошептал голос.

Обернувшись и удостоверившись, что здесь никого нет, Рэйчел подумала, что это галлюцинации.

«Выпусти меня», – мягкий голос звучал изнутри и извне, наполняя собой сознание.

Рэйчел испуганно закрыла глаза. Вместе с темнотой внезапно наступила тишина и спокойствие. Руки и ноги онемели, она едва могла их ощущать. Рэйч показалось, что она засыпает. Перед глазами всплыли моменты из жизни, как кадры старого фильма. Фильма, где мать пыталась подложить ее под какого-то клиента просто потому, что она ему приглянулась.

Открыв глаза, Рэйч обнаружила себя посреди комнаты, рядом с матерью. Она хотела бежать, но не смогла сдвинуться ни на дюйм, оказавшись немым зрителем в собственном теле.

– Ты ведь хотела этого, не так ли? – если поначалу голос пьянил своей сладостью, то теперь он пугал до дрожи. – Не волнуйся, никто не узнает. Можешь считать это моим подарком.

В руке Рэйчел виднелась наполовину пустая бутылка виски. Сделав глоток, она вылила остальное ее содержимое на мать. Выронив сигарету, женщина наклонилась за ней, и тут ее ударили по голове.

Вернувшись в комнату, Рэйчел быстро собрала в спортивную сумку необходимые на первое время вещи и документы. Выйдя в коридор, она посмотрела на себя в зеркало. Рэйч пыталась кричать, звать на помощь, но отражение лишь хищно улыбалось в ответ.

– Тс-с… тебе лучше немного поспать, – ласково сказал голос.

Словно находясь в маленькой темной комнате, стены которой начинают сжиматься, Рэйчел больше не могла сопротивляться.

13

Разбудило Аллана ощущение невыносимого похмелья. С трудом подняв тяжелые веки, он перекатился на левый бок и, не рассчитав расстояние до края, свалился на пол. Пространство вокруг начало вращаться, и его стошнило прямо рядом с кроватью. Мерзко, но если б не кровь, Аллан бы не насторожился. Раз уж ему удалось остаться в живых после взбучки, медленно умирать от повреждения внутренних органов, коль таковое имеется, он не собирался.

Глаза резало от яркого утреннего света. Поднявшись на колени и опираясь на кровать, Аллан встал. Взяв на кухне бумажные полотенца, он раскидал их на полу в спальне, чтобы те впитали кровь.

Посмотрев на себя в зеркало, Аллан удивился тому, что выглядит чуточку лучше. Ссадины начали заметно заживать. По сравнению со вчерашним днем его лицо имело не слишком устрашающий вид – во всяком случае, можно появиться на улице, не привлекая чрезмерного внимания.

Головная боль вновь нахлынула с такой силой, что он упал прямо на кафель в ванной. Аллана одолевала сильная жажда. Он не имел ни малейшего понятия, как чувствует себя человек на последней стадии обезвоживания, однако был готов спорить, что ему сейчас хуже. Ползком добравшись до кухни, Аллан наткнулся на кровавое пятно, которое, вероятнее всего, спустя столько времени невозможно будет отмыть.

Открыв литровую бутылку воды, Аллан впился в нее. В считанные минуты емкость опустела. Несмотря на это, чем меньше воды в ней оставалось, тем сильнее его начинало тошнить вновь. На сей раз ему удалось добежать до уборной. Умывшись, Аллан мысленно послал все к чертям, намереваясь пойти к врачу.

Перед выходом пришлось немного прибраться в спальне, ему даже удалось вычистить пол. Отыскав ключи от дома, он закрыл за собой дверь, вышел в подъезд и тут же сморщился. Этот отвратительный запах доносился даже сюда. Не выдержав, Аллан впервые, спустившись вниз, принялся злобно бить ногами в дверь «кошачьей кормилицы». Более того, ему никак не удавалось остановиться. Это длилось до тех пор, пока с той стороны не послышался щелчок.

Ему не побоялись открыть. Женщина оказалась не такой старухой, как Аллан всегда считал. До этого момента он видел ее лишь мельком, а на самом деле ей было едва за пятьдесят. Несмотря на попытку убрать волосы в тугой пучок, ее вьющиеся локоны, не желавшие слушаться, торчали в разные стороны. Вонь из квартиры была невыносимой, оттуда разило чем-то еще, сильно похожим на медикаменты.

– Да? – сказала она.

– И… извините, – Аллан выбежал из подъезда. Он не мог и представить, что на него нашло.

Его знобило. Приложив руку ко лбу, Аллан ожидал обнаружить повышенную температуру, но рука, как и лоб, были совершенно ледяные, хотя внутри все по-прежнему продолжало гореть.

– Да что за черт, – на несколько минут Аллан потерялся на собственной улице. Глядя на остановку, он не мог вспомнить, какой из автобусов ему необходим. Ударив себя несколько раз по щекам, он смог более-менее собраться. Вглядываясь в номер подошедшего автобуса, он мысленно воскликнул: «Конечно же, этот!» Забравшись в салон и сев с краю, Аллан думал о том, что раньше не отличался подобного рода забывчивостью.

В кармане зажужжал мобильник. На экране виднелось сообщение от Ларри: «Ты в порядке?»

В больнице он первым делом взял талон с номером. Пройдя в конец коридора, Аллан поднялся на второй этаж. Перед нужным кабинетом сидело несколько человек: пожилая женщина, из разряда тех, для кого поход в больницу своего рода развлечение, и молодой человек лет двадцати пяти. Сев на скамейку, он написал Ларри, что решил наведаться в больницу и зайдет к нему после.

Уткнувшись взглядом в кусок голой стены, от которой отвалилась штукатурка, Аллан думал, как вести себя при встрече с теми отморозками. Он уже представил их недоумение, когда станет известно, что Аллан жив.

– Нет, отпустите меня, – донеслось из соседнего кабинета. – Не трогайте меня!

Резко распахнулась дверь, из которой вывалилась рыжеволосая девушка. Упав на пол, она с невообразимой ловкостью вскочила на ноги, пустившись к лестнице. Следом выбежал доктор с телефоном в руках.

– Она сбежала, не дайте ей уйти, – раздраженно бросил он в трубку, поправил халат и, хмыкнув, вернулся в кабинет.

Как только врач скрылся за дверью, Аллан, бросив талон, быстрым шагом направился следом за девушкой. Ее нигде не было: ни возле стойки регистрации, ни в холле. Что бы с ней ни было, по всей видимости, она сбежала. Аллану и в голову не пришло взглянуть, из какого кабинета вылетела эта особа. Быть может, она сумасшедшая?

Выйдя на улицу и достав пачку сигарет, он услышал короткий женский крик. Не успев закурить, Аллан рванул на голос. Во внутреннем дворе больницы, помимо прочих машин, стоял небольшой фургон черного цвета. Он явно не походил на машину скорой помощи. В открытую до упора боковую дверь два парня пытались затолкать эту самую «сумасшедшую». Уперевшись обеими ногами в машину, девушка изо всех сил вырывалась.

– Я не псих! – прокричала она. – Что вы со мной сделали?

После этого вопроса Аллана бросило в жар. Он ощущал по всему телу вибрацию, которая смешивалась со злостью. Швырнув одного из нападавших на асфальт, Аллан успел увидеть огромное удивление в его глазах, прежде чем пару раз ударил его ногой.

Незнакомка также не теряла времени зря. Отбившись от второго, она посмотрела на Аллана. Ребята поняли друг друга без слов и со всех ног побежали прочь.

Позади больницы находится небольшой лесопарк, обычно днем там прогуливались те, кто лечится в стационаре. Добежав примерно до середины, они остановились. Несмотря на сбившееся дыхание, Аллан чувствовал себя хорошо. Довольно странно, что он без раздумья вмешался во все это. Одно дело – вступиться за Ларри или кого-то из близких и абсолютно иное – совершить подобное.

– Спасибо, – слегка улыбнувшись, произнесла девушка.

– Я бы сказал: «Обращайся», да не скажу, – достав сигарету, Аллан закурил. – За что с тобой так?

– Ты все равно не поверишь, – сложив руки перед собой, она издала горький смешок.

– Я постараюсь, – сделал затяжку Аллан.

После того как ему чудным образом удалось остаться в живых, выпав из жизни на такой срок, кажется, он может поверить во многое.

– Нет, это… – запнулась девушка, – слишком странно. – Достав мобильный, она написала кому-то и вновь посмотрела на своего спасителя. – Спасибо тебе.

– Аллан, меня зовут Аллан, – перебил он.

– Спасибо, Аллан, – она еще раз обратила внимание на телефон. – Мне пора.

– Береги себя, – сделав очередную затяжку, он проводил девушку взглядом, пока ее силуэт окончательно не исчез из виду, – как бы тебя ни звали.

Сообщив Ларри о том, что скоро будет, Аллан зашел в ближайший магазин за пивом и лишь тогда поехал домой. Он не знал, как теперь появляться в колледже, но все свои привычные маршруты явно придется сменить.

Ларри дожидался друга у двери и выглядел весьма обеспокоенным.

– Как ты? Что сказали в больнице? – закрыв дверь, спросил он.

– Жить буду, – усмехнулся Аллан.

О произошедшем сегодня рассказывать Ларри он не стал. Внутри было необъяснимо четкое понимание того, что знать другу об этом совсем не обязательно.

14

Проехав «Уиннвуд», Доминик немного притормозил. За парком располагалось давно закрытое для новых захоронений небольшое кладбище. Бросив мотоцикл у ворот, Доминик кивком поздоровался со смотрителем и, свернув с основной дороги, направился в сторону старых склепов.

Люди считают, что «Кроули» стало закрытым местом из-за его близости к парку. На самом деле все обстояло немного иначе. Власти города, конечно, были обеспокоены тем, что кладбище может разрастись, но никто не предпринимал никаких попыток переместить или же закрыть его. В какой-то мере «Кроули» стало местной достопримечательностью: старинные фамильные склепы, готические скульптуры… Основатели города явно не думали, что в будущем Ковингтон превратится в рассадник наркомании и алкоголизма. Одно время город процветал благодаря угольным шахтам. Появилось множество многоэтажных жилых и офисных зданий, моллов. Современная жизнь постепенно стирала остатки истории, но вскоре прогресс превратился в полную разруху. Шахты по непонятным для людей причинам закрылись, и все пришло в упадок.

Остановившись перед склепом с надписью: «Тем, кто принял этот бой…», Доминик опустил глаза. Приходил он сюда редко, но память о братьях и сестрах не угасала ни на мгновенье. Те, кто не сдались, не отступили, кто ценой своей жизни спасали других… Все, кто был дорог ему на этом страшном пути, покоились здесь. Доминик постоянно упрекал себя в том, что не смог спасти никого из них. Остались лишь воспоминания, обломки которых разъедали все изнутри. Слишком много историй хранит «Кроули», в этом и заключается основная причина его изоляции…

Постояв еще несколько минут, Доминик быстрым шагом покинул кладбище. Сев на мотоцикл, он не оборачиваясь рванул вперед. Дорога извилисто проходила через недра широкого леса, раскинувшегося за городом. Человеку, который не знает месторасположения старой часовни, заметить съезд с главной трассы практически невозможно.

Резко затормозив у входа, Доминик осмотрелся. За ним уже вели наблюдение с тех пор, как он покинул город. Люди называли эти места охотничьими угодьями, однако не всем было известно, кто здесь на самом деле охотник, а кто добыча.

На вид часовня выглядела ветхой и заброшенной – хорошая маскировка для случайно забредших в эти места. Не успел Доминик подойти к ней вплотную, как тяжелая дверь со скрипом открылась. На пороге неприметный парень в темно-синей футболке пригласил его внутрь. Заперев дверь на засов, он молча провел Доминика в кабинет. Ни одна комната, кроме той, в которую они вошли, не была открыта. На первый взгляд казалось, что в здании вообще никого нет.

Не сказав ни слова, парень вышел в коридор. Достав сигарету, Доминик чиркнул зажигалкой.

– Только не здесь, ты же знаешь, я терпеть не могу запах сигарет, – прищурившись, сказал Альмод, переступив порог.

– Ну, здравствуй, – улыбнувшись, Доминик убрал сигарету обратно в пачку.

Обменявшись рукопожатиями, оба сели в кресла, стоявшие друг напротив друга.

– У меня все готово. Дай знать, когда планируешь начать, – подавшись чуть вперед, Альмод сложил руки. – Не слишком ли для их первого раза?

– Я дам тебе знать, – проигнорировав вопрос, ответил Доминик.

Подобного рода задание действительно являлось жестоким. У них не будет шанса справиться с поставленной задачей, останется лишь наблюдать за происходящим.

На предыдущем опыте Доминик четко уяснил: нужно сразу дать им понять, насколько все серьезно. Некоторые ребята возненавидят его, но в дальнейшем увиденное спасет им жизнь и, возможно, не единожды.

– Хорошо. Это твое дело, – не дождавшись желаемого ответа, Альмод посмотрел на часы.

– Что ж, мы закончили с официозом? – бросив ключи собеседнику, Доминик кивнул в сторону выхода.

– Видимо, да, – согласился Альмод. – Кто приедет последний, тот платит за выпивку, – хмыкнул он, бросив связку обратно.

– Как всегда.

15

Будучи в необычайно бодром состоянии, Аллан встал с постели и без опаски потянулся, забыв о полученных травмах. Часы показывали около шести утра. Потерев глаза, он насторожился.

Взглянув в зеркало, Аллан пришел в недоумение. Следы от побоев стали едва заметны, более того, он не чувствовал прежней боли, его переполняла энергия. Пока заряд энтузиазма чудным образом не испарился, он подумал наведаться в колледж. Решение оказалось настолько спонтанным, что сопротивляться этому он не стал.

Закрывая входную дверь, Аллан услышал короткий смешок. В голове мелькнула мысль, что к нему заявился Фил и его шайка. Все это начало походить на тяжелую форму паранойи. Набрав в легкие воздуха и обернувшись, Аллан облегченно выдохнул, обнаружив за спиной пустую лестничную клетку.

Его физическое самочувствие настолько приближалось к норме, что даже немного пугало. Хоть Аллан и не мог объяснить происходящее с ним, это вовсе не означало, что любопытство на сей счет у него отсутствует. Покоя ему также не давала рыжеволосая девушка, Аллан никак не мог выбросить ее из головы. Старательно пытаясь заглушить лишние мысли, он включил музыку на максимальную громкость.

За оградой колледжа все потягивали сигареты. Среди толпы студентов он выделил небольшую компанию ребят своей группы.

– Какие люди! – наигранно громко воскликнул стоявший с краю светловолосый парень с ангельским лицом. – Поделись контактом своего дядюшки, может, тогда Дэвид и за меня решит все вопросы?

Несколько ребят поддержали его, молчали лишь девчонки:

– Или он тоже сбежал от тебя, как твои родители? Чем же, интересно, ты их так достал, а?

Схватив парня за куртку, Аллан ударил его о забор и, наклонившись чуть вперед, прорычал:

– Повтори-ка это еще раз, а то я плохо расслышал…

Все близко стоящие повернулись к ним. Девчонки, перешептываясь, отошли на несколько шагов назад.

– Эй, успокойся, – растерянно проронил парень, не ожидавший такой реакции от всегда миролюбивого одногруппника.

Волна злости болезненной дрожью пробежала по телу Аллана. Сжав руки, он хотел бить его об ограду до тех пор, пока тот не перестанет дышать… а может, и после. Испугавшись собственных мыслей, Аллан едва сумел совладать с собой.

Все смотрели на них, приоткрыв рты. Разжав руки, он не мог понять, что с ним происходит. Перед глазами все поплыло, а его самого бросило в жар. Резко отойдя от парня, Аллан окинул взглядом толпу наблюдателей и быстро зашагал к входу. Ему не пришлось протискиваться сквозь людей, они сами расступились, образовав узкий коридор.

Метнувшись вверх по ступенькам, Аллан забежал в уборную. Умыв лицо ледяной водой, он взглянул на себя в зеркало. Зрачки то сужались, то расширялись, хотя свет в помещении был стабилен.

– Что за черт?

Первая пришедшая в голову мысль – он накачан наркотиками. По крайней мере, это самое разумное объяснение. Однако тогда напрашивается главный вопрос: кто это сделал и что за дрянь ему дали?

Ларри сразу исключался из «списка подозреваемых», хотя за последние сутки никто другой не мог ему ничего подсунуть. Либо же препарат является настолько сильным, что побочный эффект от его приема сохранился до сих пор. Неужели над ним провели какой-то эксперимент? В это сложно поверить, такой город, как Ковингтон, никогда не славился подобным.

Дверь кабинета Дэвида оказалась заперта. Прислонившись к стене, Аллан опустил глаза, не желая видеть взгляды ребят, переговаривающихся после лицезрения уличной перепалки.

– Аллан, что с тобой? – первым делом спросил Дэвид, подойдя к нему.

– Все в порядке, – стараясь не поднимать глаз, ответил Аллан. В случае если он действительно под наркотиками, будет совершенно неуместно, если эта информация дойдет до Джона.

Открыв дверь, Дэвид пропустил его перед собой и, поздоровавшись с проходившим мимо преподавателем истории, вошел вслед за Алланом. Стоя практически на пороге, тот не решался даже присесть.

– Слушаю тебя, – серьезным тоном сказал Дэвид.

– Я хочу получить список работ, которые нужно выполнить, чтобы меня не исключили.

– Вот это поворот, – удивился Дэвид. – Ты ведь понимаешь, что придется самостоятельно, в индивидуальном порядке сдать каждому преподавателю работы практически за весь семестр? – его голос немного смягчился.

– Кажется, понимаю, – согласно кивнул Аллан. Больше сказать ему было нечего, он знал, насколько по-свински обошелся с хорошим отношением к нему, и искренне хотел все исправить. Оставив адрес своей электронной почты, Аллан перекинулся еще парой-тройкой фраз с Дэвидом, дождался звонка и спокойно покинул колледж, без опаски идя по его пустым коридорам.

Вновь вспоминая рыжеволосую девушку, Аллан выкроил из памяти ее слова: «Я не сумасшедшая! Что вы со мной сделали?» Несмотря на любовь к фантастическим фильмам, Аллан обладал здоровым реализмом, в который совершенно не вписывались эксперименты над людьми.

Пытаясь рассуждать логически, он решил позвонить Джону, однако, набрав номер, сбросил вызов, не дождавшись и первого гудка. В конце концов он решил, что не стоит волновать его, не разобравшись во всем.

В автобусе Аллан забрался в дальний угол и, включив музыку, уставился в окно. Через некоторое время он стал замечать, насколько идеально видит надписи на вывесках магазинов.

«Невероятно», – подумал он, оторвав взгляд от окна. Автобус постепенно наполнялся пассажирами, и Аллан начал чувствовать себя неуютно. Более того, присутствие множества людей его раздражало. Не в силах усидеть на месте, он вышел на пару остановок раньше. Музыка в наушниках несколько раз прервалась, а затем и вовсе отключилась. Тихо выругавшись, Аллан предпринял попытку реанимировать наушники, но ничего не помогло. Тогда, небрежно засунув их в карман, он прибавил шаг.

Зайдя в магазин, Аллан кивнул продавщице в знак приветствия. Купив сигареты, большой кусок мяса с кровью и несколько бутылок пива, он неторопливо поковылял домой. Бросив пиво в холодильник, Аллан достал сковородку и, поставив ее нагреваться, развернул пакет с продуктами. Облизнувшись, он предвкушал свой обед, но в глазах стало темнеть…

Очнулся Аллан сидя на полу у стены в кухне. Сковорода, оставленная на плите, дымилась. Вскочив на ноги, он быстро выключил плиту, вся комната уже была в дыму. Открывая окно, Аллан закашлялся, а глядя на свои руки, испачканные кровью, и вовсе ужаснулся.

На месте, где пришел в себя, он увидел лежащий на полу кусок недоеденного сырого мяса. Не в силах сдержать рвоту, Аллан побежал в туалет. Он боялся прикасаться к чему-либо после того как здорово запачкал руками все сиденье. Когда рвотные позывы прекратились, Аллана начало знобить, глаза застлала белая пелена.

Опираясь на стены, он на ощупь добрался до комнаты, ударившись несколько раз то об дверь, то об стену. Сев на кровать, Аллан постарался успокоить себя, но приступ паники не проходил. Из-за белого тумана, устлавшего все вокруг, Аллан не видел ничего более.

Прошло порядка трех часов, а зрение так и не вернулось. По щекам Аллана текли слезы, он начал размышлять о самоубийстве, ведь он никому не нужный даже в здоровом состоянии, а ослепший… уж лучше смерть. Шум проезжавших мимо машин сводил с ума. Обхватив голову руками, Аллан закричал, затем наступила тишина. Сперва он подумал, что потерял сознание или же уснул, но это было не так. Аллан мог двигаться, он даже встал с кровати. Тактильные ощущения также никуда не делись – ущипнув себя за руку, он почувствовал боль.

Аллан впал в отчаяние. То существо в парке и даже Фил со своей сворой были сущим пустяком по сравнению с тем, что он переживал сейчас. Чувство беспомощности охватило его своими длинными щупальцами и крепко сжало, не позволяя нормально дышать. Пытаясь вспомнить, где телефон, Аллан потерялся в пространстве и споткнулся, упав на пол. По-прежнему ничего не видя и не слыша, он закрыл глаза, оставшись лежать на месте в надежде на то, что все это лишь плохой сон.

* * *

Настойчиво стуча в дверь, Ларри одновременно с этим набирал номер Аллана. Последний раз, когда ему довелось видеть друга, тот был не в самом лучшем состоянии. Затем Аллан пропал на несколько дней, он не подходил к двери, не отвечал на телефонные звонки. Вчера вечером, куря на балконе, Ларри видел, как друг уходил куда-то, но ничего, кроме очередного бессмысленного звонка, совершить не успел.

Уже собираясь оставить затею достучаться, Ларри услышал шаркающие шаги. Дверь медленно открылась. В коридоре было темно, Аллан кивком пригласил его внутрь и молча вернулся на кухню.

– Господи, что это? – увидев на плитке засохшие следы крови, Ларри испуганно посмотрел на друга.

– Не знаю, – обреченно проронил Аллан, – кажется, меня стошнило.

Налив в чашки горячий кофе, он поставил их на стол. В комнате стоял запах сырого мяса с примесью гари. Плотно зашторенные занавески слабо пропускали солнечный свет, отчего помещение казалось похожим на маленькую скотобойню.

– Я всего лишь хотел приготовить поесть, а дальше – провал в памяти, – умолчав о приступе слепоты, Аллан знал, как странно звучит и это. – Очнулся на полу.

– Почему ты не отвечал на звонки, не открывал дверь? – обиженно сказал Ларри, сделав глоток кофе.

Вертя вокруг своей оси кружку, Аллан задумчиво вглядывался в поверхность темного напитка, пытаясь хотя бы приблизительно собрать осколки потерянного времени.

– Аллан! – окликнул его Ларри. – Ты же понимаешь, что это ненормально?

Посмотрев на грязную плитку, Аллан издевательски усмехнулся.

– Серьезно? А я-то думал, все идет по плану.

Отпив кофе, он больше не промолвил ни слова. Чувствуя невообразимую усталость, Аллан мечтал о том, что как только Ларри уйдет, он отправится спать. И совершенно неважно, в каком состоянии находится квартира. Все неважно. Только хороший, крепкий сон.

– Я не шучу, тебе стоит еще раз обратиться в больницу, – тон Ларри стал более серьезным. – Если завтра ты не пойдешь туда сам, учти, я тебя заставлю.

Отрешенно глядя на друга, Аллан зевнул. Ему не хотелось спорить с Ларри, сейчас все это отходило на второй план. Веки устало закрывались, Аллан облокотился на стол локтями, чтобы иметь хоть какую-то точку опоры.

– Ты плохо выглядишь. – Бросая взгляд на разводы, Ларри продолжил: – Давай-ка ты пойдешь спать, а я здесь немного приберусь.

Молча кивнув, Аллан не оценил энтузиазм друга. Встав, он медленно поплелся в спальню и, улегшись на кровать, уснул в считаные минуты.

Дождавшись, пока друг уйдет, Ларри, больше не скрывая страха, внимательно осмотрел кухню. Пришлось открыть окно, чтобы получить возможность хотя бы как-то находиться в помещении. Несмотря на множество увиденного за свою недолгую жизнь, ему стало не по себе. Кровь на кафеле и полу больше напоминала следы убийства, нежели опорожненный желудок или раскуроченный кусок мяса.

Открывая поочередно кухонные ящики, Ларри нашел щетку, несколько тряпок и чистящее средство. Принявшись оттирать следы, он то и дело поглядывал в коридор. Зная Аллана не один год, Ларри даже предполагать не хотел, что тот может совершить нечто ужасное. Однако внутреннее чутье заставляло его испытывать страх.

Кровь оттиралась плохо, но все же ему удалось максимально вычистить кухню. Войдя в ванную, он едва сдержал рвотный позыв.

– Боже, что здесь произошло? – прошептал Ларри, прикрыв нос ладонью.

В комнате Аллана что-то упало, затем наступила тишина. Замерев в ожидании каких-либо последующих действий, Ларри ощущал биение своего сердца.

– Аллан?

Выйдя в коридор, Ларри нервно сглотнул.

– Знаешь, это не очень смешно, – все еще надеясь на ответ, заметил он.

Тишина. Квартира наполнялась прохладным воздухом. Пройдя в гостиную, Ларри остановился перед едва приоткрытой дверью в спальню и легонько толкнул ее рукой. Уличные фонари достаточно хорошо освещали комнату.

Аллан стоял спиной к двери, перед открытым окном. На полу лежал разбившийся горшок. При падении он раскололся надвое, и бедное растение сломало несколько листьев. Свежий ветер сквозняком гулял по комнате.

– Я думал, ты спишь, – сказал Ларри, стоя на пороге. Что-то не давало ему войти – инстинкт самосохранения или же нечто похожее на это.

Повернувшись к двери, Аллан улыбнулся. Блеск глаз друга показался Ларри каким-то неестественным, и он немного отпрянул назад. Оставив окно открытым, Аллан прошел по разбросанной на полу земле, вернувшись в постель.

Закрыв дверь, Ларри закончил уборку, то и дело прислушиваясь к каждому шороху. Сделав все максимально быстро, он оставил принадлежности для уборки в ванной и тихо покинул квартиру.

В подъезде ему стало легче. Напряжение, находившееся в квартире, не распространялось за ее пределы, и теперь, насмехаясь над собой за такой бессмысленный страх, Ларри поднялся к себе.

16

Открыв дверь, Доминик столкнулся взглядом с женщиной, которая, запустив домой кошку, замерла на месте.

– Пришел, чтобы забрать кого-то еще? – сказала она дрожащим голосом. – Как моего мальчика? – в голосе звучали ноты отчаянной злости.

Даже не пытаясь вызвать лифт, Доминик пошел по ступенькам.

– Убийца! – крикнула она вслед.

Дверь захлопнулась, но Доминик все еще слышал плач женщины. Ее сын был в первой группе обучаемых им. Парень сошел с ума, став больше походить на зверя, нежели на человека. Женщина пыталась ухаживать за сыном, она заподозрила правду, уверяла всех, что это не психическое расстройство. Когда за вечер парень убил пятерых, пришлось ликвидировать его прямо на глазах у матери. По инструкции нужно было устранить и ее как свидетеля, но Доминик приказал не прикасаться к ней.

Открыв дверь приготовленным заранее ключом, он осмотрелся. Несмотря на тишину, Доминик знал: тот, за кем он пришел, – здесь. По комнате витал прохладный воздух.

– Вставай, – сказал он, сверху вниз глядя на Аллана.

– Что за?.. – дернувшись назад, Аллан ударился головой об стену и схватился за одеяло. – Ты кто такой?

Взяв стул, Доминик поставил его напротив кровати и присел.

– У тебя уже были провалы в памяти? Или же, может, ты слышал какой-нибудь голос?

Вопросы незнакомца не задерживались в голове Аллана ни на мгновенье.

– В парке, точно! Это был ты! – воскликнул Аллан и тут же разозлился. – Что ты со мной сделал? – бросившись на парня, он хотел вытрясти из него всю возможную информацию.

– В прошлый раз ты выглядел более безобидным, – схватив Аллана за горло, Доминик медленно опустил его на колени. – А теперь подождем, пока ты успокоишься.

Не ослабляя хватку, Доминик оценивал силу и возможности будущего подопечного. Поначалу Аллан яростно сопротивлялся, но когда воздуха стало не хватать, пришлось сдаться.

– Пожалуй, я повторю свои вопросы, – Доминик разжал руку, и тот упал на пол.

– Провалы, – чуть приподнялся Аллан, – в памяти… А еще я вцепился в кусок сырого мяса, это можно отнести к странностям?

Сев на край кровати, он принялся рассматривать незваного гостя и понял, что глупо было даже пытаться броситься на него.

– Значит, ты не слышал его?

– Его?

Подойдя к окну, Доминик увидел знакомый фургон, стоявший у дороги. Недовольно фыркнув, он посмотрел на мобильный. Доминик не любил, когда лезут без приказа, а тем более когда его страховали без его же ведома.

– В тебе был пробужден демон, и теперь у тебя есть выбор, Аллан. – Повторяя практически одно и то же каждому, Доминик пришел к выводу, что это его самая ненавистная часть. – Пройти обучение, благодаря которому сможешь контролировать эту сущность, получить информацию о том, кем стал и как пользоваться преимуществами подобного соседства…

– Или? – чувствуя за каждым словом подвох, Аллан недоверчиво поежился.

– Или ждать, пока демон подавит тебя, и, возможно, ты начнешь убивать, сойдя с ума от голода, – достав из косухи визитку, на которой был написан лишь номер телефона, Доминик протянул ее Аллану. – От этого выбора зависит твоя дальнейшая жизнь.

Застегнув карман, Доминик направился к выходу. Разговор был не окончен, по крайней мере, для Аллана, его мысли путались от обилия вопросов. Подобно потерянной собачонке он безмолвно поплелся за Домиником.

– Позвони мне завтра около десяти вечера, я дам дальнейшие инструкции.

Аллан стоял на пороге до тех пор, пока не услышал, как захлопнулась подъездная дверь. Все это могло показаться шуткой, если бы он не выпадал из жизни и его не тошнило кровью. Закрывшись на все замки, Аллан пошел на кухню. Сперва он удивился чистоте, но затем вспомнил о Ларри, которого следовало поблагодарить.

Положив визитку на стол, Аллан поставил чайник и, выглянув в окно, попытался вспомнить, как зовут того парня. Имя всплывало в памяти, но тут же ускользало от него. Сделав кофе, Аллан сел за стол и уставился на номер. Несколько раз он хотел позвонить, но чего-то опасался.

«Доминик», – появилось в голове само собой. Имя не несло в себе никакой информации, Аллан видел его второй раз в жизни и понятия не имел, кто этот парень. Выпив кофе, он так и остался сидеть на кухне, не зная, что ему делать завтра.

Иллюзия выбора

1

Просидев до рассвета, Аллан все же вернулся в комнату, забравшись под одеяло с головой. Казалось бы, на пять минут прикрыв глаза, проснулся он только под вечер. Успев примириться с тем, что проспал, Аллан неторопливо стащил себя с кровати и с долей сожаления обнаружил, как стрелки часов показывают без десяти девять.

Приведя себя в порядок, он вновь вернулся на кухню, где стал поглядывать на злосчастную визитку. Зашторив окно, Аллан включил чайник, свист которого хоть как-то разбавил напрягавшую слух тишину. Пришлось зажечь свет, отчего стало неуютно, будто ты находишься у всех на виду. Впрочем, так оно и есть, раз у Доминика оказались ключи от его квартиры.

Сделав кофе, Аллан нашел телефон – и на сей раз не просто посмотрел на визитку, а осмелился взять ее в руки. Набрав номер, он взвесил происходящее, подумав, что в данном случае выбор – лишь иллюзия. Если сказанное Домиником правда и в нем живет некая сущность, в одиночку не справиться. Как можно обуздать то, о чем ты не имеешь ни малейшего понятия?

– Буду ждать тебя у ворот «Уиннвуд» через полчаса, – ответил после третьего гудка Доминик и тут же сбросил вызов, не дав собеседнику вставить ни слова.

Какая-то часть Аллана воспринимала происходящее как само собой разумеющееся, но в остальном он был напуган. Наспех собравшись, он направился к месту встречи, не взяв с собой ни рюкзак, ни телефон. Возле ворот парка он увидел нескольких ребят. Те вопросительно посмотрели на него.

– Привет, – без особого энтузиазма сказал Аллан.

– Привет. Не знаешь, что тут происходит? – Вертя в руках ключи, парень добавил: – Кстати, я Макс, – он протянул руку для рукопожатия.

– Аллан. Тебе разве не сказали, зачем мы здесь? – поинтересовался он, рассматривая двух парней, которые не спешили вступать в диалог. Одного из них Аллан как-то видел мельком, когда тот заходил к Ларри.

– Да, но это звучит как полный бред, если бы не… – Макс замолчал.

– Если бы не голос?! – нервно закончил за него парень с болезненным видом. – Она сводит меня с ума.

Будто по команде все перевели на него взгляд. На лицах троицы читался единственный вопрос: «Она?»

Напротив остановился черный фургон, Аллан мог поклясться, что именно эту машину видел возле больницы. Открылась боковая дверь, из которой выпрыгнул парень, указав им залезать внутрь.

– Четверо?! – скорее констатировал факт, нежели задал вопрос Доминик, опустив стекло. – Садитесь, мы спешим.

Макс подошел к пассажирской двери:

– Это первоапрельская шутка, да?

Единственным, кто тут же смирно сел в фургон, был Эрл, желавший заставить сводивший с ума женский голос замолчать.

– Если хочешь, можешь уйти, – бросил Доминик, закрыв окно.

Переглянувшись, парни все-таки сели в машину. Никто из них понятия не имел, куда они направляются. В сопровождающем Аллан узнал одного из пытавшихся похитить рыжеволосую девушку. И без того странное положение вещей ухудшалось.

Чем дольше они ехали, тем более заметно все начинали нервничать. Относительно спокойным казался только Макс. Когда фургон остановился, он сам открыл дверь и первым вышел на улицу.

– Ну наконец-то, – на открытом пространстве Макс чувствовал себя гораздо комфортнее, – и где же мы?

Кивнув в сторону заросшей тропы, Доминик сказал идти туда и ждать его вместе с остальными. Все напоминало какой-то городской квест. Пожав плечами, Аллан зашагал к тропе, в конце которой виднелся свет прожектора. Выйдя на большую поляну, он увидел компанию ребят.

– Леа, это ты? Что ты здесь делаешь? – крикнул идущий сзади парень, не произнесший до этого ни слова.

– Тодд? – отозвалась миловидная девушка с пшеничного цвета волосами.

Подбежав к Лее, он по-дружески обнял ее. Помимо них, на поляне были еще парни и девушки. Аллан обернулся, чтобы проверить, все ли его попутчики пришли за ним. Чуть поодаль от прожектора стоял контейнер для перевозки.

Из-за деревьев неторопливо шагал Доминик, в руках он нес спортивную сумку.

– Сейчас мы дождемся еще одну гостью и начнем.

Со стороны, откуда они пришли, раздался женский крик:

– Отпустите меня, уроды!

Аллану голос показался знакомым. Окончательно убедился он в этом, когда два парня под руки привели на поляну девушку, с которой ему довелось встретиться в больнице. Пытаясь вырваться, она ударила одного из похитителей по ноге, в ответ он толкнул ее на землю.

– Эй, полегче! – возразил один из прибывших сюда – как полагал Аллан, по той же причине, что и он.

– Отстань от меня, – прошипела девушка, встав на ноги и отряхивая одежду.

Ребята не заметили, как их обступили со всех сторон, взяв в кольцо. Незнакомцы находились в тени деревьев. Опустив сумку на землю, Доминик подошел к контейнеру, дотронувшись до него рукой.

– Итак, раз все в сборе, мы можем начать, – общее внимание переключилось на него. – Вы знаете, зачем мы пригласили вас сюда.

– Пригласили? – фыркнула только что прибывшая.

– С тобой, Кира, пришлось немного повозиться, – недовольно сообщил Доминик. – Как я уже говорил, в каждом из вас был пробужден демон, я бы мог называть их сущностями, но так вам будет понятнее. Большинство из вас принадлежит к одной расе, однако есть несколько исключений, которые, как и то, кем вы являетесь, вам предстоит выяснить самим. – Полностью завладев их взглядами, он продолжил: – Вы можете слышать их, чувствовать или даже меняться с ними местами, но вам необходимо составить контракт с вашим… демоном. В ином случае вы не сумеете контролировать его ни когда вы сыты… – Доминик сделал паузу, – ни тем более когда вы голодны.

Что-то в контейнере зарычало. Аллан шагнул в ту сторону, но Макс, положив руку на плечо, задержал его.

– Мы научим вас утолять голод, отделять свои мысли от их желаний, запирать демонов, если это потребуется. Взамен вы будете работать на нас, пока не выплатите долг. Далее по желанию.

– Что, если мы откажемся? – сделав шаг, спросила Леа. Она почти научилась справляться с приступами паники, виной которым было внезапное соседство с демоном, и в данном предложении не видела ничего привлекательного.

– Приблизительно через три месяца вы достигнете пика голода, – на поляну вывели девушку, ее светлые волосы были спутаны, как шерсть у уличной собаки, – и превратитесь в это.

Руки и ноги девушки сковывали кандалы, она не могла идти так быстро, как хотелось двум надзирателям, которые то и дело подталкивали ее вперед.

– Как тебя зовут? – Доминик легонько провел рукой по ее волосам.

– Джесс, – проронила она.

– Джесс, расскажи им, что ты сделала со своей сестрой, – взглянув девушке в глаза, Доминик развернул ее лицом к ребятам.

– Нет, прошу тебя, хватит! – из глаз Джесс ручьем полились слезы. – Не заставляй меня!

– Или мне спросить его? – схватив ее сзади за шею, второй рукой Доминик закрыл девушке глаза. Тело обмякло, и она упала.

Кто-то из ребят всхлипнул, Аллан глянул по сторонам, но так и не понял, кто это был. Содрогнувшись, девушка очнулась. Подняв голову, она чуть отодвинулась от Доминика.

– Почему ты просто не убьешь ее? – хищно улыбнувшись, спросил демон, сменивший девушку. – Вы ведь именно так и поступаете.

Ни голос, ни внешний облик девушки не изменился, Джесс выглядела так же, как несколько минут назад, но это была уже не она.

– Что ты сделал с ее сестрой? – повторил Доминик свой вопрос.

– Это что, показательное выступление? – обвел он глазами толпу.

– Что ты с ней сделал? – достав электрошокер, Доминик приставил его к шее девушки.

– Я связал ее, – подняв голову наверх, демон ухмыльнулся, – затем сделал надрез. Один, второй, третий…

– Ты изрезал все ее тело, не оставив ни одного живого места, – дополнил Доминик.

– Кровь была так сладка, – он прикрыл глаза от удовольствия.

– Резал ее до тех пор, пока девушка не умерла.

– Я наслаждался ее страданиями, – возмущенно поправил демон. – Впрочем, с удовольствием повторю сей опыт при первой же возможности, – он рассмеялся.

Глядя на ошарашенных подростков, которые боялись сдвинуться с места, Доминик кивнул одному из своих парней, и тут же раздался выстрел.

– Это лишь один из вариантов того, что может с вами произойти, но все они заканчиваются одинаково.

– Выходит, у нас нет выбора, – подытожила Кира.

– Сейчас я буду называть ваши имена. Тот, кто согласен пройти обучение, берет один конверт, кто против – уходит.

Переминаясь с ноги на ногу, Аллан вспомнил провалы в памяти и привкус крови во рту. Он не хотел дойти до подобного состояния, ему и так неизвестно, что происходило в те дни, о которых Аллан ничего не помнит.

– Марк.

Парень, вступившийся за Киру, вышел вперед и, на несколько мгновений засомневавшись, все же вытащил один конверт.

– Кейт, Рэйчел, Тим.

Все молча подходили к Доминику, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Тодд, Макс, Аллан.

Найдя в себе силы, Аллан последовал примеру остальных и взял один из запечатанных конвертов, вскрывать которые никто не торопился.

– Кира.

Девушка, скрестив руки на груди, исподлобья смотрела на Доминика.

– Кира?

Подойдя, она выхватила конверт и, чуть наклонившись, спросила:

– Как часто ученики перерезают глотки своим учителям?

– Не чаще, чем это происходит наоборот, – Доминик ударил Киру электрошокером, та вскрикнула и упала на землю.

– Эрл, – переступив через девушку, продолжил он как ни в чем не бывало.

– Ты что творишь, урод?! – выкрикнул Макс.

Вместе с Марком они сорвались к лежавшей на земле Кире.

– Стоять!

Раздалось несколько выстрелов, парни остановились. Остальные ребята пригнулись, как по команде, инстинктивно прикрыв голову руками. Эрл и вовсе упал на землю.

– Правило номер один: за сказанное или сделанное придется нести ответственность.

На поляне стало тихо.

– Она будет в порядке, придет в себя через некоторое время.

Никто больше не рискнул высказаться, все то и дело поглядывали на Киру и людей с оружием, находившихся в тени.

– Так на чем мы остановились? Ах да, Эрл!

Ребята один за одним молча забирали свои конверты.

– Леа, Пол, Кайл, Дженни.

Последняя названная им девушка стояла позади всех, ее лицо покраснело, а глаза наполнились слезами.

– Дженни, ты можешь уйти, – еще раз напомнил Доминик.

Пройдя вперед, она дрожащими руками забрала конверт и быстро поравнялась с остальными.

– Вот и славно. А теперь тот, в чьем конверте – карточка с изображением волка, войдет в этот контейнер, – указал Доминик на давно привлекающий всеобщее внимание предмет. – Это будет вашим первым заданием.

– Почему волка? – полюбопытствовала Кейт.

– Все просто. В этом контейнере находится волк, или, как вы любите выражаться, – оборотень.

Никто не торопился распечатывать свой конверт. Грязно-оранжевого цвета контейнер больше не манил к себе пытливых ребят, после того как они услышали, кто заперт в нем.

Сжав руку Леи, Тодд прошептал:

– Если она окажется у тебя, отдашь мне.

– Ни за что, – сквозь зубы процедила Леа.

– Никто не откроет? – подойдя к по-прежнему лежавшей на земле Кире, Доминик подобрал конверт и, достав оттуда карточку, показал всем. – Пусто.

Следующим свой конверт вскрыл Макс.

– Пустая, – подняв руку, сказал он так, чтобы все слышали.

Ребята стали открывать конверты, удивленно вертя в руках картонные карточки.

– Ничего, – сказала Леа, повернувшись к Тодду.

– И у меня, – облегченно выдохнул он, слегка улыбнувшись.

Оторвав боковой корешок конверта, Аллан вытащил свою и, не увидев на ней рисунка, перевернул. С обратной стороны она также была пуста.

Металлический скрежет изнутри контейнера заставил всех сделать несколько шагов в сторону. Сквозь привычные звуки ночи отчетливо прослушивалось рычание. Только что едва успокоившаяся Дженни вновь начала плакать, так и не открыв конверт.

На поляне появился молодой человек лет двадцати пяти-тридцати, его темные волосы были завязаны в низкий хвост. Подошел он столь бесшумно, что заметили его ребята, лишь когда тот вошел в зону, освещенную прожектором.

– Альмод, ты вовремя.

Помощь волков была не официальна, и без Альмода происходящее пришлось бы прервать. Наблюдавшие за ними волки находились здесь совсем не для безопасности ребят или же Доминика – они присматривали за контейнером.

– Все без изменений? – спросил волк, открывая железные двери.

Доминик согласно кивнул. К ним подошли несколько вышедших из тени деревьев мужчин.

– Она у меня, – запинаясь, сообщил Пол, направившись к Доминику.

Остальные предпочли держаться на расстоянии, не сделав ни шагу с места. Открыв железные двери полностью, Альмод зарычал. Округлив глаза, Кейт охнула. Сложно поверить, что человек был в силах издавать подобные звуки. Обойдя Эрла и Макса, Аллан пытался рассмотреть содержимое контейнера.

– Теперь ты должен войти, – встав у распахнутых дверей, Доминик ощущал, как волчьи глаза жадно уставились ему в спину.

Оглянувшись на ребят, Пол обреченно подчинился. Когда он сделал первый шаг внутрь, Леа не смогла спокойно смотреть на все это:

– Ты не должен этого делать!

Поймав девушку за руку, Тодд дернул ее назад. Он заметил, как один из охраны направил в их сторону оружие.

– Они его убьют, вы что, не видите? – обратилась она ко всем, освободив руку.

– Да нет там никакого оборотня, – хмыкнул Тим, – это просто проверка.

– Он прав, – поддержала Кейт. – Бушующее альтер-эго – это одно, но оборотни… да кто поверит в эту чушь?

Рэйчел показалось, что за спиной Пола мелькнула пара желтых глаз. Присмотревшись внимательнее, она списала это на самовнушение.

В какой-то момент Аллан мысленно согласился с Тимом. Возможно, задание и заключается в их проверке на трусость. Все складывалось вполне логично, ведь сперва им вовсе предложили уйти. Ни Тиму, ни Кейт больше никто не возразил, и Полу стало несколько легче. Без прежнего страха он вошел внутрь. Доминик помог закрыть контейнер, попросив всех подойти ближе.

Обнаружив себя в полной тишине, Пол, будучи хорошо знаком с техникой, окончательно решил, что рычание исходит из колонок. Очевидно, по этой же причине здесь была кромешная темнота.

– Здесь никого нет, – крикнул он.

Кто-то с другого конца трейлера громко выдохнул. Пол отступил, подперев собой дверь, и, вспомнив, что взял телефон, начал проверять карманы. Убедившись в своей правоте, Тим презрительно бросил взгляд на Лею.

– Я же говорил, – засмеялся он, разведя руками.

Приложив ухо к двери, Леа жестом приказала всем замолчать. Внутри она слышала какую-то возню.

– Пол, ты в порядке?

Замерев в ожидании, никто не понимал, что происходит. Внезапно что-то ударилось о дверь контейнера, и Пол закричал. Отпрыгнув назад, Леа чуть не налетела на Тодда. Подбежав к двери, Макс и Марк начали стучать по ней, надеясь спугнуть зверя.

– Пол?! Что с тобой? Пол, ответь!

Звериное рычание сменялось криками парня.

– Открой эту чертову дверь! – потребовал Аллан, метнувшись к Доминику. Он попытался вырвать у него ключи, но тот ловко перехватил руку Аллана, заломив ее за спину.

– Еще одно движение, и ты присоединишься к Полу.

К тому времени из контейнера уже были слышны лишь звуки, издаваемые зверем: урчание и чавканье. Как только Доминик отпустил Аллана, Леа забрала его к остальным. Разминая руку, Аллан мысленно представлял, как запирает в подобный контейнер своего будущего «учителя».

– Хочу, чтобы вы сразу уяснили – обучение не будет курортом. Вы имеете дело с демонами и не должны забываться. Они могут разорвать вас в клочья, как этот волк, – подозвав одного из своих парней, Доминик ткнул пальцем на спортивную сумку. – Каждый сейчас получит телефон, который должен быть при вас всегда и везде. На днях я пришлю дальнейшие инструкции и необходимую вам информацию. Также вам не рекомендуется общаться друг с другом вне времени, когда вы находитесь на обучении.

Очнулась Кира, и ребята помогли ей подняться. Она постепенно приходила в себя, но все еще плохо могла стоять на ногах.

Подождав, пока все получат мобильники, Доминик вернул ключи Альмоду и, наблюдая в глазах подопечных ярко выраженные ненависть, страх и безысходность, завершил сегодняшнюю встречу.

Ребят развели по разным фургонам и доставили обратно к парку. Сам Доминик оставался на месте до тех пор, пока машина не забрала контейнер.

– Напугать их до смерти? В этом заключался твой урок?

– По крайней мере, теперь они знают, с чем имеют дело, – подхватив сумку, Доминик достал из бокового кармана ключи от мотоцикла.

2

Первые несколько дней после встречи в парке Аллан не находил себе места, бродя по квартире в ожидании злосчастного звонка. Его одолевало двоякое чувство. С одной стороны, Аллан хотел выбросить не дававший своим видом покоя телефон, который проверял с завидным постоянством. С другой – время от времени возникало желание набрать номер Доминика самостоятельно, узнать о своей дальнейшей участи.

Состояние его то стремительно улучшалось, то ухудшалось вновь. Он решил отвлечься, начав разбирать задания, которые прислал ему Дэвид. В перерыве между их выполнением Аллан старался спать и практически не выходил из дома. Проблем со зрением и слухом больше не возникало, зато появились приступы паники. Он чувствовал постороннее присутствие, где бы ни находился. Закрывая глаза, Аллан ощущал пульсацию под кожей, слышал, как течет кровь по его венам.

На стук во входную дверь он отреагировал радостно. До последнего не веря, что ребята согласятся прийти, Аллан поспешил открыть, пригласив их внутрь. Переминаясь с ноги на ногу, Леа выглядела напуганной, в отличие от Марка, который скорее был несколько раздражен. Проведя ребят на кухню, Аллан поставил чайник и присел на свободный стул.

– Он звонил кому-то из вас? – посмотрев сперва на телефон, а затем на парней, поинтересовалась Леа.

– Нет, – устало ответил Аллан.

Отрицательно покачав головой, Марк бросил мобильник на стол:

– Они не позвонят.

– Но как тогда… – ее голос задрожал от волнения. Несколько дней подряд Леа видела во сне красивую шестнадцатилетнюю девушку с длинными каштановыми волосами. – Она говорит, что голодна, это начинает меня пугать.

Сделав кофе, Аллан ушел в гостиную, вернувшись оттуда с бутылкой виски. Достав стаканы и обдав их холодной водой, он поставил их рядом с бутылкой, посередине стола. Открыв бутылку, Марк поровну налил виски во все три стакана. Несмотря на то что Леа с недавних пор не пила, отказываться она не стала.

Посмотрев друг на друга, ребята понимающе вздохнули и выпили содержимое в несколько глотков. Аллан скривился, но, почувствовав приятное жжение в горле, остался доволен. Алкоголь немного утолял ту жажду, которую он в последнее время сильно испытывал.

– Подождем еще, – отставив стакан в сторону, Аллан принялся за свой кофе.

– Ждать чего? Пока он еще кого-нибудь засунет в контейнер? – вспылил Марк.

Он не слышал никаких голосов, никто не будил его по ночам, однако Марк чувствовал сущность нутром: ощущал, когда демон злится или же согласен с чем-то, ловил себя на том, что вспышки агрессии или же некоторые мысли принадлежат вовсе не ему. Более того, Марк осознал, что ощущал это на протяжении всей своей жизни.

«Он прав, и если ничего не сделать, мы закончим так же», – подумала Леа, но оставила это при себе.

Кофе они пили в тишине, а когда напиток закончился, Марк вновь разлил всем виски. Бутылка опустела. Выпив еще раз, они решили подождать пару-тройку дней, а затем собраться у Аллана и позвонить Доминику, если тот не объявится сам. Они не боялись запрета на общение, ведь никакого обучения, по сути, еще не было.

Марк ушел первым, сославшись на дела. Выпив еще одну чашку кофе, Леа также засобиралась домой.

– Звони в любое время, – сказала она, накинув кожаную куртку.

– Ты тоже.

Обувшись, Аллан спустился с Леей вниз. Проведя девушку взглядом, он облокотился на стену около двери подъезда. Прохладный ветер подгонял прохожих, а с неба срывались мелкие капли дождя. Пожалев о том, что не надел куртку, Аллан хотел вернуться домой, как увидел знакомый силуэт. Не ожидая встретить Доминика, он замешкался.

– Не думал, что лидерские качества проявишь именно ты.

В голосе Доминика не звучало и доли той опасности, которую Аллан успел себе вообразить за секунды с тех пор, как увидел его.

– Я всего лишь пригласил их к себе, – стараясь держаться на расстоянии, учтиво ответил Аллан.

– Несмотря на рекомендацию, – уточнил Доминик. – Что ж, пусть будет так, – он отвлекся на быстро отдернутую занавеску на первом этаже. – Можешь передать Марку и Лее: через два дня я вновь соберу вас. Пора начинать. Необходимую информацию я пришлю накануне, в сообщении.

Не найдя слов, Аллан согласно кивнул головой и на сей раз не стал ожидать, пока гость скроется из виду. Стараясь, по обыкновению, не дышать, проходя первые несколько этажей, Аллан поднимался к себе.

– Он дьявол! – донеслось из открывшейся со скрипом двери любительницы кошек.

На мгновенье задержавшись, Аллан испытал желание спуститься, но дверь быстро захлопнулась. Вернувшись домой, он закрылся в спальне, продолжив работу над полученными заданиями из колледжа и отгоняя прочь мысли о том, что слова этой женщины не слишком далеки от истины.

3

Проливной дождь был некстати как никогда, к тому же Аллану совершенно не удалось выспаться. Ему снился невероятно реальный по ощущениям сон. Аллан хотел бы назвать черное пространство из сна комнатой, однако потолок, стены и даже пол в этой самой комнате отсутствовали. Напротив него стоял парень, выглядевший лет на двадцать пять, а может, даже чуть старше. Хорошо запомнились его темные волосы, убранные в хвост, и практически черные глаза. Они о чем-то говорили, но Аллан запомнил лишь смутную картину происходящего. Проснулся он разбитым и уставшим, будто в действительности вел с неизвестным человеком беседу длиною в целую ночь.

Сверив адрес из смс, Аллан остановился возле зеленых ворот частного дома в самом конце улицы. Пришел он сюда раньше, чем планировал, в запасе было еще около двадцати минут.

– Привет, – радостно произнесла Леа.

Чуть позади нее брел Тодд. Нахмурившись, он едва слышно поздоровался с Алланом, встав поближе к подруге.

– Привет, – улыбнувшись, Аллан посмотрел направо, где виднелось еще несколько человек.

Говорить ребятам было особо не о чем, поэтому они молча дождались остальных. Ворота открылись, и вышедший из них парень худощавого телосложения пригласил всех внутрь. Сам дом выглядел непримечательно, однако их отвели не наверх, а в подвал. Первым по ступенькам спускался Макс, за ним Тим, Аллан, Леа и остальные. Дженни и Эрл делили последнее место, и оба были изрядно напуганы.

На этаже располагалось несколько больших залов и пара комнат, двери которых были заперты. Отличался первый зал от второго лишь наличием бара. Когда ребята проходили мимо, в них впились десятки глаз. Подавляющее большинство смотрело с сочувствием, но Лее удалось уловить и несколько недобрых взглядов.

– Чего они так уставились? – раздраженно спросил Кайл.

– Интересно посмотреть на новичков, – обогнав его, ответила Кира, ни на мгновенье не взглянувшая в ту сторону.

Войдя во второй зал, ребята расположились на диванах и креслах. В помещении зажгли дополнительное освещение, но из-за темной гаммы светлее здесь не стало. Аллан сел на диван вместе с Максом и Кирой. По левую сторону в креслах разместились Леа с Тоддом, так что он чувствовал себя более-менее комфортно. Переглядываясь, они видели в глазах каждого множество вопросов. В зале было достаточно прохладно, поэтому когда Доминик вошел туда в футболке без куртки, некоторые поежились.

Откинувшись на спинку кресла, Кейт оценивала Доминика совершенно не как учителя или же информатора. Заметив это, он бросил на нее косой взгляд, который она сочла заинтересованностью.

– Итак, первым этапом вашего взаимодействия с сущностью будет составление контракта. Некоторые из вас, вероятно, уже прошли его, пусть даже и не помнят об этом, – в руках Доминик держал пачку больших конвертов. – Затем вам предстоит слияние. В некоторых случаях слияние с сущностью будет полным, в некоторых – нет, – вытащив на середину один из столов, он разложил на нем конверты.

– Как можно подписать контракт с тем, кого не видишь? – перебил его Макс.

Большая часть ребят посмотрела на него с опаской.

– Вам ведь снятся сны, не так ли? – на несколько мгновений Доминик вспомнил себя в их годы. В свое время он тоже задал подобный вопрос. – В зависимости от вашей готовности принять это вы будете помнить происходящее или же нет. У каждого из вас индивидуальные способности, которые вы сможете распознать со временем. Но то, что необходимо всем без исключения, это еда.

– Еда? – насмешливо усмехнулся Тим.

– Еда, – повторил Доминик, – без нее у вас не хватит сил завершить слияние, и вы сойдете с ума. – Он сделал паузу, но никто не решился вставить ни слова, все внимательно слушали. – Через несколько месяцев вы достигнете пика голода, вам будет сложно контролировать себя. За это время вам необходимо научиться хоть немного понимать живущую внутри сущность, узнать, что нужно именно вам: энергия, кровь с определенным набором эмоций… Для каждого из вас мы обозначим кормильца, на начальном этапе вам запрещено трогать кого-либо другого. Задание состоит в том, чтобы сохранить жизнь кормильца. Можете считать это вступительным экзаменом. В случае его смерти вас исключат из списка претендентов и запретят питаться на нашей территории. Вам необходимо наладить контакт с человеком и взять то, что нужно, когда будет дозволено.

– И это все? – удивленно приподнял бровь Аллан.

– Всему свое время, – сообщил Доминик и, достав телефон, покинул зал.

* * *

Выйдя за пределы территории, Аллан взял контакты Киры и Макса, они, в отличие от Тима с Рэйчел, не боялись рекомендации Доминика насчет общения. Дженни, едва схватив конверт, улизнула, не дав возможность сказать ей хоть слово. От Кайла Аллан получил отличную порцию грубостей, после чего отложил попытку более близкого знакомства с остальными до лучших времен. В подобной ситуации ему казалось, стоит держаться вместе, но, видимо, другие имели противоположное мнение.

Аллан, придя домой, засунул конверт в верхний ящик стола и не прикасался к нему целую неделю. За это время он успел выполнить большую часть работ для колледжа, проводя за компьютером дни и ночи. Терпения категорически не хватало, но отступать Аллан не собирался. В один из дней на телефон, который ему выдали на встрече, пришло сообщение: «Если тебе не нужен кормилец, не вижу причин оставлять ее в живых».

Он наивно считал, что не случится ничего страшного, если немного отложить знакомство. За эту неделю Аллану в голову не пришло ни одной здравой мысли о том, кто он или же какой вид питания ему необходим.

Достав конверт и одним движением вскрыв его, он извлек сперва фотографию, а затем лист бумаги и увидел знакомое лицо. Девочка проживает в доме напротив, его мать находилась в довольно хороших отношениях с семьей Эммы, и в детстве они много времени проводили вместе. На бумаге печатным шрифтом были написаны ее имя, фамилия, возраст, адрес, телефон и школа, в которой та обучается.

Взглянув на время, Аллан поторопился собраться, дабы успеть перехватить Эмму хотя бы возле дома. СМС он счел нужным оставить без ответа. Увидев Эмму, резво перебиравшую тонкими ножками, Аллан вздохнул с облегчением. Она тут же его узнала.

– Привет, – добродушно поприветствовала она его, выключив плеер.

– Привет, – засунув руки в карманы, он перебрал в голове варианты, которые могли бы оправдать причину неожиданного визита.

Внимание Аллана привлек парень, шедший позади Эммы. Его голову будто специально повернули в ту сторону, ткнув носом в то, чего сам он ни за что бы не заметил. Невысокого роста, в черной толстовке с накинутым на голову капюшоном и джинсовой куртке сверху, парень замедлил шаг, как только девушка остановилась. Оказавшись на одном уровне с подъездом, он присел, чтобы завязать шнурок, и посмотрел на Аллана.

На лице парня мелькнула ехидная улыбка, слабо походившая на человеческую. В одно мгновение Аллан увидел то, что было истинным лицом существа: серая, словно высохшая кожа и черные глазницы. Он заметил нечто большее, нежели мерзкую ухмылку – почувствовал желание этой твари, понял, что тот хочет сделать с Эммой.

– Твои родители дома? – спросил Аллан, наклонившись к девушке настолько, насколько позволяли рамки соблюдения ее личного пространства.

– Нет, а что? – сжав ключи в руке, Эмма обернулась назад, поймав на себе пристальный взгляд.

– Закройся в квартире и никуда не выходи, я скоро, – глядя ей в глаза, сказал Аллан и пустился за парнем.

Кем бы тот ни был, бегал он отменно. Погоня не продлилась и пяти минут, как Аллан упустил его. Чуть отдышавшись, он вернулся к дому Эммы, ломая голову над тем, как все объяснить ей. Девушка, абсолютно не стесняясь, выглядывала в окно. Войдя в подъезд, Аллан постучал в дверь, и она почти сразу открылась.

– Он ушел? – с опасением поинтересовалась Эмма.

– Да, не беспокойся.

– Заходи, – пропустив Аллана вперед себя, она закрыла дверь на оба замка. – Ты тоже заметил, что с ним что-то не так? – все тем же полушепотом поинтересовалась она, сев на пуфик в прихожей и стаскивая кеды.

– В смысле, «тоже»? – последовав примеру девушки, Аллан скинул ботинки.

– Это прозвучит странно, но, по-моему, он следит за мной, – зашагав по узкому коридору, Эмма жестом позвала его за собой.

На светлой кухне едва можно было развернуться. Обилие декоративных баночек, картин и цветов делало пространство еще меньше. Сев в углу, между окном и столом, Аллан сложил руки на коленях.

– Давно?

– Пару недель, – приподнявшись на носочки, Эмма открыла дверцу шкафа. – Чай будешь?

– Угу, – буркнул Аллан.

– У него такие жуткие глаза, – насыпая заварку, она на секунду замерла. – Почему ты побежал за ним?

Не зная, можно ли распространяться насчет себя и о том, что Аллан увидел в парне, он опустил глаза. В голове роилось множество мыслей, ответы появлялись и тут же отвергались им. Как можно преподнести подобного рода информацию человеку, не имея при этом ни малейших доказательств, хоть как-то подтверждающих его слова?

– Понимаешь, дело в том, что… – на лбу выступило несколько капель пота, он был не в силах выдерживать цепкий, вопросительный взгляд девчонки, – я вампир.

Сказанное вырвалось само собой и, судя по выражению лица Аллана, удивило его ничуть не меньше, нежели Эмму. Стараясь скрыть неподдельное любопытство, она поставила заварочный чайник и две чашки на стол, а сама села напротив.

– Вампир? – перебирая пальцами по кружке, взволнованно спросила Эмма.

На пару мгновений Аллану показалось, что эмоции девушки проходят сквозь него. Одернув себя, он встал.

– Похоже, что да. – Выйдя из-за стола, он направился в прихожую. Не придавая значения Эмме и ее вопросам, Аллан натянул ботинки, засунув шнурки внутрь. – Не выходи сегодня никуда, хорошо? – попросил он, будучи уже в подъезде.

Послушно кивнув, Эмма захлопнула дверь, закрыв ее на два замка. Обойдя вокруг дома, Аллан удостоверился, что этот псих не ожидает, когда он уйдет, где-то за углом. Остановившись у дороги, он подождал, пока проедет грузовик, на котором красовалась фраза: «Мы повсюду».

Слова настолько притянули взор на себя, что Аллан не запомнил ничего, кроме них. Спросив себя мысленно: «Вампир?», он ощутил растекающееся внутри приятное тепло, походившее на знак одобрения.

4

Не в силах размышлять над всем этим в одиночку, Аллан обзвонил ребят с предложением прийти к нему. Затем он в очередной раз набрал номер Майка, пытаясь извиниться перед ним за то, что пропустил его свадьбу. Данное событие после смерти Пола попросту вылетело у него из головы. Аллан знал, ему нет оправдания, однако искренне сожалел об этом. Как и в прошлый раз, Майк не взял трубку.

Часы ожидания ребят он занял доработкой заданий для колледжа, пока на это были силы. Аллан боялся, что скоро начнет превращаться в подобие девушки, которую показательно убили на их глазах. Страшнее всего полностью потерять над собой контроль.

За несколько минут до того как раздался звонок, Аллан уже чувствовал приближение к его квартире. На пороге стояла Кира, в руках у нее виднелся пакет с печеньем.

– Будем считать, что это просто дружеское чаепитие, – она выглядела весьма спокойной для девушки, которая влипла в историю с демонами. Аллану еще в парке казалась удивительной ее бойкость и сила духа.

Как и подобает хорошему хозяину, Аллан провел Киру на кухню и заварил чай. Вытерев стол, он приоткрыл окно. К моменту, когда чайник вскипел во второй раз, пришли Макс и Марк. Выглянув в подъезд, Аллан убедился в отсутствии слежки и закрыл за ними дверь на все возможные замки. К сожалению, Леа не смогла присоединиться к ним, хотя Аллан надеялся увидеть с ней и Тодда.

Разлив чай по чашкам, Аллан развязал пакет с печеньем.

– Нет, я правда не понимаю, что я должен буду сделать с четырнадцатилетней девчонкой?! «Кормилица»! Вот же пафосные ублюдки, – Макс до сих пор не знал, кто или что соседствует с ним, и это его злило.

– Мой рассмеялся, и… как мне показалось, облизнулся, когда мой донор порезалась. Не могу поверить, что рано или поздно придется взять у нее кровь, – Марк выглядел скорее возмущенным, нежели испуганным.

Покачав головой, Кира добавила в чай несколько ложек сахара и принялась громко размешивать его. Все сидели молча, Макс дотянулся до печенья, но даже ему звук бил по нервам.

– Да прекрати ты, – выхватив у Киры ложку, Марк бросил ее перед собой, – и без тебя тошно.

– Пошел ты, – прошипела она.

– Эй, ребят, хватит, – не дожидаясь, пока словесная перепалка перерастет в нечто большее, вмешался Аллан. – Может, они только и ждут, что мы сами перегрызем друг другу глотки.

– Он прав, – поднеся чай ближе, Макс резко отодвинул чашку и удивился, ведь раньше он терпеть не мог теплый или же холодный чай, однако в последнее время совершенно не переносил горячего. – Кстати, за вашими донорами, случайно, никто не следит?

Кира и Марк тут же оставили враждебные взгляды, повернувшись к Максу. Не думая, что сказанное им окажется столь важно, тот продолжал жевать печенье.

– Я видел его, точнее, оно явно не похоже на человека, – пульс Аллана участился.

– Тогда стоит узнать, что это за урод.

Достав телефон, Макс набрал номер Доминика и, поставив звонок на громкую связь, положил мобильный на середину стола. Все в ожидании затаили дыхание.

Первый гудок, второй, пятый… Доминик не взял трубку.

– Вот засранец, – Макс высказал то, что было у всех на уме.

Раздался звонок. Приняв вызов, он вновь включил громкую связь.

– Слушаю, – спокойно сказал Доминик.

– Думаю, обойдемся без приветствий. Что за тварь следит за моим донором?

Макс выглядел наименее нервным среди всех – то ли потому что обрести самостоятельность ему довелось слишком рано, то ли потому что в силу своего характера он мало чего боялся.

– Значит, вы уже познакомились со зверем. Кто из вас?

Ребята переглянулись между собой.

– Бросьте, вы же не думаете, что я не в курсе, у кого вы собираетесь. Да, Аллан? – Доминик не смог сдержать смешок.

– Что это было?

– Помните, в чем заключается ваше задание? Вам нужно уберечь донора от чего угодно, будь то маньяк, пьяный водитель или же зверь…

– Значит, это ты подослал его? – спросила Кира.

– Мы всего лишь разрешили ему остаться на нашей территории с небольшим условием – зверю запрещено питаться кем-либо, кроме ваших доноров… – Доминик сделал паузу, – и вас.

– И что нам с ним делать? Убить? – злобно бросил Марк.

– А это уже ваша забота. Делайте что хотите, но задание должно быть выполнено. Через несколько месяцев вам будет позволено начать питаться.

– Несколько… но разве мы не превратимся к тому времени во что-то вроде Джесс? – перед глазами Аллана предстала картина ее убийства.

– Я смотрю, из вас выходит отличная команда, – с долей гордости произнес Доминик. – Несмотря на рекомендацию, которую я, кстати, не отменял.

– И все же?

– Не исключено, что вы превратитесь в нечто куда более худшее, нежели она.

Больше ребятам сказать было нечего. Кира пристально смотрела на телефон, словно ожидала личного появления Доминика, чтобы собственноручно свернуть ему шею.

– Полагаю, это все. Удачи.

Вызов был завершен. Порядка пятнадцати минут ребята сидели в тишине. Вместе с нарастающей злостью Макс ощутил, как вспыхнула его кожа.

– Мне пора, я… – перед его глазами изображение начало искажаться, словно смотришь на мир сквозь мутное стекло, – надо идти.

– Ты в порядке?

Кира коснулась руки Макса, но тут же отдернула ее.

– Да ты весь горишь!

– Наверное, приболел, – соврал Макс.

Он поспешил покинуть квартиру Аллана, оставив ребят в недоумении.

5

С того момента, как Дженни открыла конверт, она больше не могла нормально спать. Будущим донором была заявлена ее младшая сестра. Девочка, которой всего шесть лет, должна была принять участие во всем этом кошмаре. Дженни боялась представить, на что способны эти люди, если убийства так легко сходят им с рук.

А еще парень, чье лицо показалось Дженни отнюдь не человеческим, уже несколько дней буквально ходил за ней по пятам. И вот, в очередной раз собираясь к подруге, она провела около получаса подле окон, высматривая этого жуткого парня. Дженни жалела, что не оставила свой номер Аллану, как сделали некоторые из ребят. Теперь она чувствовала себя совсем одинокой, и лишь слабый, тоненький голосок, доносящийся из глубины сознания, утешал ее. Дженни не могла разобрать ни единого слова, но надеялась, что обладательница голоса за ней присматривает.

Стоя на пороге и надевая джинсовую куртку, она услышала этот голос как никогда громко. Слов было по-прежнему не разобрать, а голос и вовсе превратился в писк, отчего начала болеть голова.

– Ты пойдешь к Джилл? – выйдя из комнаты с кружкой кофе, спросила Грейс.

Дженни согласно кивнула и даже не смогла воспротивиться, когда ее мать попросила взять с собой Крисси. Младшей сестре Джилл семь лет, они прекрасно ладят, но сегодня что-то было не так. Голос переходил на более высокие частоты, и Дженни не могла нормально мыслить.

– Я подожду Крисси внизу, – с трудом сказала она и, закрыв за собой дверь, бегом спустилась на несколько этажей. Упав на колени, она била себя по голове руками, умоляя: «Замолчи. Оставь меня в покое». Голос, подобно звенящим колокольчикам, заполнял собой все пространство разума.

– Хватит!

Голос умолк. Он исчез так резко, что на секунду Дженни засомневалась, был ли он вообще. Топот ножек по лестнице заставил ее встать и, отряхнув колени, надеть на лицо улыбку.

– Ну что, готова?

– Ага, а можно мы побудем у них подольше? Ну, пожа-а-луйста, – взяв Дженни за руку, Крисси прыгала вниз, считая ступеньки.

– Посмотрим. Не хочу возвращаться затемно.

Оглядываясь по сторонам, Дженни чувствовала на себе недоброжелательный взгляд, но понять, откуда исходит опасность, не могла. Джилл жила совсем рядом, через два дома, это давало ей возможность быть начеку не такой длинный промежуток времени. Будучи замкнутым человеком, Дженни не могла похвастаться большим количеством друзей, а после встречи с Домиником закрылась и от них. Походы в школу давались ей с трудом. Несколько раз Дженни срывалась, и никто не мог успокоить ее истерики. Грейс хотела отвезти ее к психологу и сделала бы это, не будь отец Дженни столь категоричен.

Набрав номер квартиры на домофоне, она дождалась щелчка. Дверь открылась, в проеме стоял он. Лицо парня исказил звериный оскал, а в глазах блуждал голодный блеск. Он посмотрел на Крисси, ухмыльнувшись так мерзко, что девочка заплакала.

– Я вырву твое сердце и заставлю его сожрать, если ты не оставишь их в покое, – вырвалось у Дженни с непохожей для нее интонацией.

Изменившись в лице и обойдя их, парень ушел прочь, издав напоследок издевательский смешок. Ощутив сильную слабость, Дженни едва удержалась на ногах. Присев рядом с сестрой, она вытерла ее слезы.

– Все хорошо, он просто болен, он тебя не обидит, – уверяла она Крисси. – Только обещай не рассказывать никому об этом. Идет?

– Хорошо, – всхлипывая, ответила девочка.

Обняв сестру, Дженни встала, еще раз набрав номер квартиры. Пошатнувшись, она уперлась рукой в стену и в следующий момент потеряла сознание.

– Ну как? Теперь открылась? – послышалось из динамика.

– Сестренка упала, ей плохо! – испуганно закричала Крисси, бросившись к Дженни.

6

Прошло полтора месяца с момента получения ребятами конвертов. Аллан едва успел завершить все свои дела с колледжем, как голод дал о себе знать. Он стал больше спать, появились частые головные боли и приступы агрессии, которые Аллан не мог контролировать. Как же он был счастлив распрощаться с Дэвидом, который вроде бы был теперь им доволен, до осени!

Единственное, что Аллан успел узнать о себе, это то, кем он является, а именно: вампиром. Вначале демон всячески пытался с ним говорить, но Аллан не слышал. Затем тот стал брать его с собой в астрал. Это были жуткие места: полуразрушенные здания с блуждающими по ним людьми без лиц, поля, усеянные трупами. Аллану было страшно, но ощущая рядом с собой кого-то еще, он шел за ним до тех пор, пока утром не очнулся от дикой боли в области ребер. Он долго не мог нормально вдохнуть. Собравшись пойти в больницу, Аллан упал возле входной двери. Сущность не позволила ему покинуть квартиру, поправив состояние тела самостоятельно.

Чуть позже демон дал понять: если Аллан не найдет еду – плохо будет им обоим. Его «сосед» злился, он не считал запрет Доминика за правило и хотел взять то, что все чаще было так близко, – Эмму. Ее запах дурманил сознание, Аллану приходилось с трудом сдерживаться, дабы не натворить глупостей.

Мать Эммы одобряла их дружбу, она видела, как в последнее время Аллан старается решить свои проблемы с колледжем. Талиша имела свое мнение насчет их ситуации в семье и совершенно не считала действия Шены по отношению к Аллану, правильными, хоть и не вмешивалась во все это. Женщины продолжали общаться, однако не так часто, как раньше. Для Талиши семейные ценности стояли на первом месте, и она совершенно не понимала, почему Аллан мешал своим родителям. Чем сильнее был голод, тем больше времени ему хотелось проводить с Эммой. Тем более затишье со зверем не значило, что он куда-то исчез, скорее – выбрал жертву.

Закатав рукава куртки, Аллан вышел в подъезд. Узнав знакомый запах, он остановился. Голод не в лучшую сторону влиял на приобретенные способности, к которым относится обострение обоняния, но учуять себе подобного Аллан был в состоянии. Поднявшись по ступенькам, он все более четко ощущал присутствие одного из них где-то рядом.

Из квартиры Ларри вышел Эрл. В его руке виднелся пакетик с таблетками. Увидев Аллана, он растерялся.

– П… привет, – заикаясь и даже не удосужившись спрятать таблетки, сказал Эрл.

– Что ты здесь делаешь? – подозрения Аллана подтвердились, он действительно видел его тут ранее. – Только не говори, что Ларри твой донор!

– Нет, я просто, – показав пакет в руке, Эрл поджал губы, – не могу больше слышать этот голос.

Любые пояснения были излишними, выглядел Эрл в действительности крайне плохо. По зрачкам было видно, что он до сих пор не отошел от предыдущей дозы. Сгорбившись, он дрожал, как испуганный ребенок, которого бросили ночью посреди незнакомого ему города.

– Ты знаешь о звере?

– Та тварь, которую послали сожрать моего донора? – горько усмехнулся Эрл.

– Не только твоего, – закрыв глаза, Аллан прислушался. Ему показалось, что за ними кто-то наблюдает. – Запиши мой номер, если понадобится помощь… – протянув Эрлу телефон с цифрами на экране, Аллан не думал, что тот позвонит, но, по крайней мере, он попытался.

– Спасибо. Я… пойду.

Накинув на голову капюшон, Эрл переписал номер и поспешил уйти. Он не чувствовал себя в безопасности нигде, поэтому старался как можно меньше времени проводить вне дома.

Ларри был рад видеть друга, он крайне удивился, когда Аллан попросил у него что-нибудь, что поможет ему не спать. Про астрал Аллан знал из фильмов, книг, телепередач, но столкнуться с таким явлением наяву было вовсе не то же самое, что в кино. Теперь, после того как ему чуть не сломали ребро, он не желал возвращаться туда, в отличие от демона, который был там как дома.

Несколько раз Аллан встречал Киру, один раз Макса. Все они были одеты иначе, чем в реальной жизни, и выглядели несколько лучше, нежели на самом деле. Аллан хотел поговорить с ними, но постоянно просыпался на моменте осознания того, где он находится и что за мир его окружает.

«Тебе нужно научиться принимать это», – услышав голос, Аллан резко обернулся.

– Ты в порядке? – положив на стол пакетик с амфетамином, Ларри немного засомневался, стоит ли давать его другу.

– Сейчас, вот прямо сейчас ты что-то говорил перед этим?

– Перед тем, как спросить, в порядке ли ты? Нет, – непонимающе пожал плечами Ларри, – может, тебе это не нужно…

– Э, нет! – схватив пакетик, Аллан сунул его в карман. – Именно это мне и нужно.

– Можно узнать, зачем? Ты вроде разобрался с колледжем.

Звонок мобильного позволил Аллану уйти от всех вопросов. Ларри был в курсе того, что он много времени проводит с Эммой, и старался не мешать.

– Алло, да, я уже выхожу.

Высыпав немного порошка на стол, Аллан свернул в трубочку купюру и, разделив его на две дорожки, по очереди вдохнул. Поблагодарив Ларри, он убрал пакетик в карман и отправился на очередную встречу с Эммой.

7

Парковка перед клубом заочно разделилась на несколько зон: с одной стороны напоказ красовались представители золотой молодежи, с другой пили пиво и хохотали обычные, местные ребята, и только часть, находившаяся ближе к деревьям, пустовала.

Оставив открытой дверь мерседеса, остановившегося напротив входа в клуб, Кира вдохнула чистый благодаря лесу воздух. Не дожидаясь спутника, она направилась в клуб, где уже был забронирован стол. Кира не любила подобные заведения, однако чтобы сблизиться со своим донором, приходилось идти на некоторые жертвы.

Догнав девушку, Айзек приобнял ее за талию, проведя к столу.

– Что тебе заказать? – громко спросил он. Грохочущая вокруг музыка перебивала любые разговоры.

– Не знаю, надо подумать… – бросив взгляд на барную стойку, Кира увидела возле нее Марка. Он общался с каким-то парнем и, судя по виду, находился здесь без особого восторга. – Я сама схожу, идет?

Быстро поцеловав его, Кира, протискиваясь сквозь толпу на танцполе, подошла к стойке.

– Американо с молоком, – встав рядом с Марком, сказала она бармену. Обратив на себя внимание, Кира повернулась к нему. – Не думала, что встречу тебя здесь.

– Да, я тоже не ожидал увидеть тебя в такой компании, – усмехнулся Марк, – не думал, что ты предпочитаешь слащавых папенькиных сынков.

– Айзек мой донор, – процедила Кира. – Что ты вообще здесь делаешь?

– Какое тебе дело? Хотя да, знал бы, что встречу здесь тебя, – ни за что б не пришел.

Взяв Марка за рубашку, Кира дернула его на себя:

– Вот и катись отсюда.

Он схватил Киру за руку и развернул ее к себе спиной, заломив руку сзади.

– А ты мне даже начинаешь нравиться, – сказал Марк с не похожей на себя интонацией и тут же перевел взгляд на вход. Вполне непримечательная, на первый взгляд, компания из четырех парней излучала опасность. В голове будто зажглась лампочка тревоги.

Вальяжно войдя в клуб, как к себе домой, один из них брезгливо посмотрел по сторонам. Остановившись взглядом на ребятах, он рассмеялся, показав на них остальным.

– Кажется, у нас проблемы, – сказал Марк на ухо Кире, отпустив ее руку.

Провожая глазами парней, Кира поняла: кем бы они ни являлись, они не люди.

– Все нормально? – недоумевающе спросил Айзек, подойдя к стойке.

– Да, все хорошо. Знакомься, это Марк, мы с ним… учимся на одних курсах, – переключившись на Айзека, она потеряла незнакомцев из виду.

– Здорово. Ты заказала что хотела?

– Что? А, да, – ища в толпе хотя бы одного из них, Кира услышала протяжный писк в голове: «Беги». – Извини, я не очень хорошо себя чувствую, я сейчас вернусь.

Незаметно кивнув Марку, она, оглядываясь по сторонам, пошла к уборной.

– Мне только что сказали бежать отсюда, – не понимая, что происходит, Кира ощущала беспочвенный страх.

– Кто сказал?

– Так-так-так… Неужто новые собачонки Доминика?

Один из парней притянул Киру к себе и принюхался:

– Вкусно пахнешь…

Толкнув наглеца в сторону, Марк заслонил девушку собой.

– А чьи собаки вы? – донеслось у него из-за спины.

Увидев, как цвет глаз близстоящего парня начинает сменяться на золотой, Марк схватил Киру за руку и, выбежав на танцпол в попытке смешаться с толпой, поспешил к служебному выходу. В длинном коридоре, за дверью с маленьким круглым окном находились столы с едой, готовой к подаче в зал. Здесь же, сидя на стульях, ужинали официанты. Прибавив шаг, Марк споткнулся о ногу одного из них и, падая, потащил за собой трехэтажную тележку с чистой посудой. Большая часть тарелок и стаканов разбилась, тогда работники наконец обратили внимание на пребывание здесь посторонних. В начале коридора поднялся шум: вошедшие следом за ними парни не остались незамеченными, один из охранников попросил их уйти, за что получил удар в челюсть.

Быстро встав, Марк помог подняться Кире. Свернув направо, ребята оказались на кухне, где их сразу заметили, но не успели даже возмутиться. Увидев выход, Кира с Марком рванули к нему. Клуб располагался на окраине, поэтому был выбор – лес или одна-единственная дорога, примыкающая к основной.

– Бегом! – услышав крики со стороны двери, Марк, не отпуская руки Киры, устремился в сторону леса. Отойдя, как им показалось, на безопасное расстояние, они имели возможность наблюдать за происходящим из тени деревьев.

Из неторопливо открывшейся двери вышли двое. Один из них поднял голову и, втянув носом воздух, рассмеялся.

– Мы слышали, что Доминик учит своих собачек держаться от нас подальше. Или же вы не усвоили урок? – обернувшись, он посмотрел, как показалось Кире, прямо на них.

– Черт, – прошептала она.

Осторожно отходя назад, они заметили, как на улице оказалась вся четверка, тогда все условности стали бессмысленны, и, наплевав на шум, они пустились вперед. Ребята не останавливались, даже когда по лицу хлестали ветки, от которых они не успевали укрыться.

– Стой! Сюда! – увидев просвет в деревьях, воскликнула Кира. – Кажется, там дорога.

Где-то сзади раздался вой. По спине беглецов пробежали мурашки, но оцепенеть от ужаса им не давало воспоминание о контейнере. Никому не хотелось увидеть подобную тварь своими глазами. Оказавшись на дороге, ребята немного отдышались.

– Кажется, оторвались, – с надеждой в голосе сказал Марк, но тут из-за деревьев показалась эта четверка. Они не могли поверить, что их так легко настигли. Чувствуя, как злоба внутри нарастает, Марк до боли сжал кулаки, он не знал, стоит ли позволять своему новому соседу вмешиваться еще больше. Кира слегка улыбнулась, а на лицах незнакомцев появился злобный оскал. Когда звук приближающегося мотоцикла стал явно доступен слуху, Марк понял, в чем дело.

Остановившись аккурат возле ребят, Доминик не торопясь поставил мотоцикл, бросил ключи Марку и, достав сигарету, встал впереди них.

– Трое против четверых. Теперь все честно.

– Я разорву тебя и твоих щенков, – глаза парня налились золотой краской, кожа стала заметно пульсировать. На первый взгляд, это казалось нереальным, но его внешний вид начинал меняться.

– Обратишься здесь – и у меня будет повод отрезать тебе голову, чтобы повесить ее на въезде в город, – Доминик беззаботно выдохнул дым в их сторону.

Один из волков не стал выдерживать паузу, как остальные.

– Эй, успокойся, здесь нельзя, – положив руку на плечо друга, пока тот не перешел в стадию обращения, когда останавливать его будет уже поздно, парень отвел его в сторону.

– Это не последняя наша встреча, – прорычал самый старший из них.

– Не сомневаюсь, – не отводя глаз, ответил Доминик.

Ребята стояли не шевелясь до тех пор, пока незнакомцы не скрылись из виду. Лишь тогда они немного расслабились.

– Уже можно дышать, – с ухмылкой сказал Доминик, забрав ключи.

– Теоретически, – Кира не могла не озвучить вопрос, крутящийся в голове, – мы бы втроем с ними справились?

Докурив, Доминик сел на мотоцикл.

– Могу сказать практически. Обратись двое из них – и в нашей компании стало бы меньше на двух учащихся. – Повернув ключ в зажигании, он добавил: – И на одного куратора.

Доминик уже хотел было уехать, но все же не удержался от фразы, произнесенной после короткого смешка:

– Что ж, добро пожаловать! Не знаю, что вы им сказали или сделали, но теперь мои враги – ваши враги.

Оставшись стоять посреди дороги, Кира и Марк не разделяли подобного веселья. Стало ясно, что они бесповоротно увязли в этом мире с тех пор, как взяли в руки конверт. Каждый прожитый день лишь сильнее погружал их в это болото, из которого они не видели выхода.

– Тебя проводить?

Кира кивнула в знак согласия, и они с Марком постарались убраться оттуда как можно скорее.

8

По дороге из колледжа Леа думала о Тодде, который сегодня отсутствовал на занятиях. Она настолько увлеклась мыслями, что вместо магазина забрела в аптеку. Стоя перед стеклянной витриной, она рассмеялась.

«Что мне попросить здесь – лекарство от демонов?» – подумала она и поняла, что смеется слишком громко. Оба фармацевта уставились на нее в недоумении.

– Прошу прощения, – улыбнулась Леа и вышла на улицу.

Несмотря на прохладный ветер, лето было где-то неподалеку. Люди выходили на улицу, чтобы просто прогуляться, а не только по необходимости.

Последнюю неделю Леа совсем перестала слышать голос, даже отдаленно. Еще ей все чаще казалось, что кто-то следит за ней, хотя это вполне могло оказаться правдой. Приступы паники с трудом поддавались контролю, Лее было тяжело сконцентрироваться на чем-то. Родители начинали думать, что это вновь наркотики, а она злилась, так как не могла ничего им объяснить.

Донором Леи оказалась ее одногруппница, которая недавно переехала в Ковингтон. Гораздо проще наладить контакт, когда объект часто находится рядом и тем более почти ни с кем не знаком. Леа никогда ранее не имела сложностей в общении, но в последнее время ей это давалось с большим трудом.

Повернув в замке ключ, она включила свет, который яркой вспышкой резанул по глазам. На несколько секунд Леа вовсе перестала что-либо видеть. Зажмурившись, она на ощупь закрыла дверь и, сняв ботинки, пошла в ванную, придерживаясь за стену. Включить там свет она не решилась. Оставив дверь не запертой, Леа медленно открыла глаза, покрасневшие, словно в них только что направили фотовспышку.

Умывшись холодной водой, она заплакала. По утрам Леа не могла встать с кровати, она раздражалась по любому поводу, ощутимая слабость порождала панику. Леа все еще помнила о звере и теперь откровенно боялась встречи с ним.

В дверь робко постучали. Взяв на кухне нож, она, часто моргая, оттого что пекло глаза, подошла к двери. Переминаясь с ноги на ногу, в подъезде стоял Тодд. Открыв, Леа бросилась на него с объятиями.

– Так рада тебя видеть, – она вновь дала волю слезам, – я больше не могу.

– Ш-ш-ш, тише, – обняв Лею, он завел ее в квартиру и забрал нож. – Все будет хорошо, мы будем держаться вместе, – чуть отодвинув от себя, Тодд взглянул ей в глаза, проведя рукой по щеке. – О боже, что это?!

Растерявшись, Леа послушно последовала за ним, когда Тодд повел ее в ванную. Открыв кран, он осторожно умыл ей лицо. Леа поняла, в чем дело, увидев, что вода окрасилась красным. По щекам скатывались кровавые слезы.

– Тебе нужно прилечь, – взяв на кухне бумажные полотенца, Тодд помог Лее дойти до комнаты, уложив в постель.

– Я не знаю, что со мной, – промокнув лицо, Леа осмотрела красный след, оставленный на нем. – Быть может, я умираю…

– Не говори так, – стоя на коленях у кровати, Тодд сам едва держался. Его порядка недели мучали головные боли, которые не удавалось убрать ни таблетками, ни уколами.

– В какой-то момент я перестала как-либо слышать ее, с этого все и началось. Мне с каждым днем все хуже.

Вытерев лицо, она смяла использованные полотенца, положив их на тумбочку. Взглянув на Тодда, Леа сделала вывод, что выглядит он ничуть не лучше нее. Сев на кровати и свесив ноги, она, опустив глаза, погладила Тодда по волосам. Положив голову ей на колени, он наслаждался этим моментом. Подобное начало во всей истории с Домиником не сулило ничего хорошего, и больше всего Тодд боялся потерять ту, кем сильно дорожил.

9

Около недели Аллан имел возможность видеть Эмму каждый день. Он исправно провожал ее со школы домой, помогал с заданиями и попросту старался находиться с ней как можно дольше. Тем временем ему становилось лишь хуже, и гость, ныне умеющий подавать признаки жизни, все более напористо подталкивал Аллана взять необходимое.

В один из вечеров, идя к школе Эммы, Аллан увидел ее с одноклассницей и в компании Фила. Держась на расстоянии, он позвонил, однако она не ответила. Разозлившись, Аллан зашел в магазин за пивом и отправился к Ларри, которого в последнее время видел реже обычного.

– Брось, не думаю, что они им что-то сделают, в конце концов Фил не полный идиот. Даже нас они оставили в покое, – вытряхнув содержимое пепельницы в мусорное ведро, Ларри открыл пиво.

– Кому, как ни тебе, знать, насколько это плохая компания.

Ларри молча согласился – он едва смог расплатиться с ними и больше не желал иметь никаких дел с Филом и его прихвостнями.

За последние месяцы Аллан сильно изменился. Как хороший друг, Ларри должен был вмешаться, но почему-то боялся. Он действительно пришел к выводу, что начал опасаться Аллана. Это открытие было отчасти смешным и пугающим одновременно. Сопоставив все факты, Ларри понял: в парке произошло что-то еще, о чем друг умолчал. Спрашивать на эту тему было бесполезно, Аллан пресекал подобные разговоры. Ларри только и оставалось, что наблюдать за ним, пытаясь оставаться хорошим другом.

Изрядно выпив, Аллан решил прогуляться. Сказав Ларри, что идет домой, он действительно спустился туда на несколько минут. Переодевшись и взяв наушники, Аллан пешком побрел в сторону центра. Люди превратились в единое смазанное пятно, он шел бесцельно, не спеша. Иногда, минуя пару кварталов, Аллан не понимал, где находится.

Выйдя на улицу с множеством баров и кафе, он почувствовал себя неуютно. Чей-то взгляд впился в спину так сильно, что хотелось немедленно сбросить его с себя. Обернувшись, Аллан прошерстил глазами улицу и, остановившись на незнакомке, от которой он исходил, направился к ней.

Неприметная, без вывески и прочих опознавательных знаков дверь в бар затесалась между всеми остальными. Небольшое помещение выглядело мрачным: порядка восьми столиков, несколько диванов со столами, спрятанными за ширмой, и барная стойка.

– Здесь не бывает слишком много народу, – улыбнувшись, девушка пригласила Аллана пройти с ней.

Парни, потягивавшие пиво, искоса глянули на прибывшего гостя и вновь вернулись к разговору. Места за стойкой пустовали, а бармен, вместо того, чтобы натирать стаканы, как это бывает зачастую, чистил оружие. Отодвинув ширму, незнакомка пропустила Аллана вперед себя. Несколько парней и девушек, ведущих беседу о чем-то, резко замолчали.

– Жаклин, зачем ты притащила его сюда? – брезгливо бросил один из них.

– Разве вам неинтересно познакомиться с новенькими?

Тогда Аллан вспомнил. Некоторых из них он мельком видел в доме, где Доминик выдал им конверты. Развернувшись, он хотел уйти, но рыжеволосая девушка крепко схватила его за руку.

– Здесь ты не найдешь врагов, – улыбнулась она.

– Как знать, – допив виски, один из парней встал, сделав шаг навстречу Аллану.

Ощутив головокружение, словно кто-то насильно пытался влезть к нему в голову, он пошатнулся и, ухватившись за ширму, едва не оборвал ее. Кто-то из девушек засмеялся.

– Тео, прекрати, – Жаклин помогла Аллану сесть и протянула стакан с алкоголем. – Выпей, тебе станет легче.

Сделав глоток, он закашлялся.

– Не хочу участвовать в этом бедламе, развлекайтесь без меня, – сказал Тео, забрав со стола пачку сигарет.

Вместе с ним ушли и остальные, оставив Жаклин и новенького наедине. Придя в себя, Аллан выпил еще.

– И давно ты с ними?

– Столько не живут, – засмеялась девушка. – Шучу. Где-то два года. Меня продали сразу после обучения.

– Продали? – переспросил Аллан.

– Да, а чему ты удивляешься?

– Я думал, они и занимаются обучением, – откинувшись на диван, Аллан отказался от последующей выпивки.

– Несомненно, однако большая часть не доживает до окончания, а люди им нужны, – слово «люди» прозвучало у Жаклин достаточно иронично. Налив себе еще полстакана, она придвинулась к Аллану поближе.

– Нас тоже могут продать?

– Слишком много вопросов, мой мальчик, – рука Жаклин скользнула от его губ вниз по рубашке, к джинсам.

Аллан снова почувствовал на себе этот цепляющий, гипнотический взгляд и вскочил на ноги, будто на него обронили горячие угли.

– Какого черта тебе от меня нужно?

Девушка залилась ярким смехом. Опустошив стакан, Жаклин улеглась на диван.

– Я всего лишь хочу немного поиграть, – ответила она сквозь смех.

Тихо выругавшись, Аллан отбросил в сторону ширму и, не обращая внимания на злорадство бармена, вышел на улицу. Справа от двери стоял Тео.

– Что, не захотел развлечься с нашей куклой? – достав из пачки сигарету, он протянул ее Аллану. – Бери.

– В какое дерьмо мы вляпались?

– Как тебя зовут?

– Аллан.

– Не буду тебя обнадеживать, – прикрыв глаза, Тео вздохнул. Он помнил время, когда сам был не против уйти. – Вы вляпались в то, из чего сложно выбраться живыми.

10

Оставшись в мастерской один, Марк собирал инструменты, которые разбросал Гарри. Работник он хороший, но к порядку отец Марка приучить его так и не сумел.

Сев на ветхий диван в крупную коричневую клетку, он прикрыл глаза. Мастерская стала маленьким убежищем, где в последнее время Марк прятался все чаще. Приступы повторялись, хоть он и считал, что справляется со всем достаточно неплохо.

Часы, а то и целые дни пролетали мимо него. На улице с ним здоровались люди, которых он никогда ранее не видел. Близкие рассказывали Марку о действиях, в свершении коих, как ему казалось, он не принимал участия.

Марк начал чувствовать себя марионеткой в чужих руках. Более того, странная тяга к Кире, некогда жутко раздражавшей его, стала сильнее. Он ощущал, как нечто внутри него пристально наблюдало за девушкой, интересовалось ею.

В дверь громко постучали. Обычно в это время никто не заглядывал, поэтому Марк решил перестраховаться, взяв в руки гаечный ключ. У входа стоял молодой человек. Испуганно оглядываясь по сторонам, он попросил убежища на ночь. От него разило псиной, сперва Марк решил, что запах исходит откуда-то еще, но после понял – так пах сам незнакомец. Предложить что-нибудь лучше старого дивана Марк не мог, однако парень был рад и этому. На плече гостя красовался глубокий порез.

– Я учуял тебя издалека, – дотронувшись рукой до плеча, парень всхлипнул.

Марк принес аптечку, но тот не дал помочь ему с раной.

– Как тебя зовут? – поставив коробку с медикаментами на стол, Марк закрыл дверь.

– Рик, – сняв футболку, он продезинфицировал рану. – За неделю заживет.

– Неделю… – удивленно пробурчал под нос Марк, не разделяя такого оптимизма.

– Вы еще совсем новенькие? – Рик протянул здоровую руку, и они обменялись рукопожатиями.

– Можно сказать и так, – хмыкнул Марк, убрав коробку на полку. – Кто это с тобой сделал?

– Ребята из стаи, – прислушавшись к окружавшим его звукам, Рик удостоверился, что за ним нет слежки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.