Лина Филимонова
7 невест миллионера Васина

Пролог

Алекс

– Я хочу жениться.

Выпалив эти слова, я почувствовал себя ослом.

Вообще вся беседа складывалась совершенно идиотским образом. Когда, по настоянию Глеба, я отправился на встречу с «Безумными купидонами», то представлял все совершенно по-другому. Думал, мне будут что-то рассказывать и показывать. Втюхивать с приторной улыбкой, как это обычно делают агенты всех мастей.

Но эти оказались необычными. Они с ходу взяли меня в оборот: напали с каверзными вопросами, заставили пройти несколько предельно странных тестов. Никто и не думал навязывать свои услуги, скорее, наоборот, складывалось впечатление, что Ева и Лев хотят отговорить меня от поиска невесты.

С одной стороны, это было странно, ведь я – состоятельный клиент, готовый на любые расходы. Но, с другой стороны, я их понимал: когда речь зашла о будущей супруге, оказалось, что я очень смутно представляю, какой она должна быть. Ну не было у меня готового списка требований, мне и в голову не приходило составить что-то подобное!

Увидев мои сомнения и неуверенность, «Купидоны» спросили, а точно ли я горю желанием связать себя узами брака. Тогда-то я и выпалил эту фразу, прозвучавшую в высшей степени глупо: «Я хочу жениться».

Если бы я сам себя услышал буквально пару месяцев назад, решил бы, что это бред тяжелобольного. Что меня сглазили и загипнотизировали. Жениться? Добровольно? Лишить себя свободы и завязать с веселой холостяцкой жизнью? Да ни за что на свете!

Но теперь я этого по-настоящему хочу. Уюта, тепла, заботы. Чтобы дома ждал кто-то милый и улыбчивый, чтобы просыпаться не одному… Я устал таскаться по клубам, снимать девчонок на одну ночь и делать вид, что это по-прежнему нравится. Нет. Не нравится. Надоело…

– Итак, вернемся к главному вопросу, – произнесла яркая блондинка с короткими взъерошенными волосами, назвавшаяся Евой.

Совершенно не в моем вкусе.

Я очнулся от задумчивости и напрягся. К главному? О чем она?

– Какой вы видите свою будущую жену?

А, ну да.

Ева смотрела на меня насмешливо. Или мне это кажется?

Я и сам готов был посмеяться над собой. Пришел в брачное агентство, или как там себя называют эти «Купидоны», и не могу четко сформулировать запрос. Проблемный клиент…

– Добрая, милая, красивая, – выдавил я. – Детей любит.

– Прекрасно, – похвалила Ева.

Смотрит снисходительно, как на дебила.

Второй «Купидон» выглядит более человечным, хоть и зовут его Лев. В его взгляде даже можно обнаружить сочувствие. Если приглядеться.

У него почти такая же стрижка, как у Евы – длинная челка, все какое-то взъерошенное. Только он не блондин, а, наоборот, брюнет. В ботанских очках.

Лев молчит, поглядывая то на меня, то на экран своего ноутбука. Варианты с ходу подбирает, что ли?

Я многое бы отдал, чтобы сию секунду оказаться где-нибудь подальше от этого места. И никогда сюда не приходить. Я совершил глупость – поддался на уговоры Глеба, и теперь за это расплачиваюсь. Но Глебу это тоже просто так с рук не сойдет!

Что он там плел? Лучшие брачные агенты, самые продвинутые и современные. Творят чудеса, находят вторую половину… Да какие чудеса? Парень младше меня лет на пять, девчонка, сразу видно, – стерва. Чем они могут мне помочь?

Я давно хотел встать и уйти, но природное упрямство удерживало меня на месте и заставляло пройти пытку до конца. Алекс Васин, отец-основатель десятка успешных фирм и одного процветающего крупного концерна, просто так не сдается!

– Давайте поговорим о внешности, – продолжила Ева. – Есть какие-то предпочтения? Блондинки, брюнетки, рыжие?

– Только не рыжие! – не задумываясь, выдал я.

В целом я ничего не имею против девушек с огненными волосами. Обычно они – ураган и феерия, с ними можно замечательно оторваться пару дней. Но дома мне такой ураган не нужен, я хочу покоя, уюта и умиротворения. Так что – сразу нет.

– Мне нравится, когда у девушки длинные волосы, – вспомнил я. – Настоящие, не крашеные. Такие… русые.

Вот это – истинная правда. Причем с очень юных лет, когда я был тайно влюблен в Василису Прекрасную и часами разглядывал картинку из книжки, повествующей о ее приключениях в темном лесу у Бабы-Яги, в морском царстве и у Кощея Бессмертного.

Я много лет не вспоминал эту картинку, а сейчас она почему-то всплыла в памяти. Василиса… вот на ком я мечтал жениться в сопливом школьном возрасте! На девушке с косой до пояса, ласковым взглядом и милой, немного лукавой улыбкой.

Где только найти такую Василису, Прекрасную и Премудрую одновременно?

Василиса

– Обалдеть! – выдохнула Вика, глядя на мои волосы, рассыпавшиеся по плечам и укрывшие меня до самой талии, как какое-то светло-русое пончо.

Я мотнула головой и руками откинула их назад. Я сейчас не хочу слушать восторги по поводу моих волос, я мечтаю их отрезать!

– Может, не надо? – засомневалась Вика.

– Ты же сама говорила, что с такой длинной косой я выгляжу как деревенщина!

– Ну, говорила…

– И что сейчас в моде длина до плеч.

– Так и есть. Средняя длина, ломаные локоны. Волны… Думаю, твои волосы будут слегка волниться, если станут короче.

– Вот! Хочу волны. И не хочу выглядеть, как деревенщина.

– Ну не обязательно же ходить с косой.

– А как? Они мне мешают. Или я буду и дальше ходить с косой, или режь.

– Нет, ну слишком длинная коса – это не актуально. Сразу видно, что ты из деревни…

– Сама ты из деревни! Мой родной Солнцегорск – не такая уж и деревня. А вполне себе город. Городок, – поправила я себя.

– Весь твой Солнцегорск, со всеми жителями, собаками и кошками, поместится в один московский микрорайон. Причем не самый большой.

– Зато там есть море…

Это единственное, чего мне не хватало в столице.

Я приехала в Москву всего месяц назад, но уже вполне освоилась: нашла временную подработку, сняла небольшую, но светлую и уютную квартирку на пару с Викой. И мне очень хотелось почувствовать себя настоящей столичной штучкой, а не какой-то там провинциалкой.

Тем более, что завтра я начинаю работу в компании мечты. Правда, совсем не на той должности, о которой мечтала. Но все же это отличный шанс! Можно дождаться подходящего момента и проявить себя.

Коса до пояса очень мешает моим амбициозным планам. Так что придется с ней расстаться – без раздумий и сожалений.

– Режь! – скомандовала я подруге.

Вика, начинающий стилист, парикмахер и визажист в одном лице сама вызвалась обновить мой образ. Но сейчас ее почему-то одолели сомнения…

Она взяла в руки ножницы, поднесла их к моим волосам и отдернула руку.

– А что, если мы сделаем тебя рыжей? – произнесла она с внезапно загоревшимися глазами. – Не вульгарного медного цвета, а такого… медового, с ноткой имбиря? Думаю, тебе пойдет.

– Рыжей? – удивилась я.

Кардинально поменять цвет мне в голову не приходило. Тем более стать рыжей. Ладно бы еще блондинкой…

– Точно!

Вика вошла в азарт, и остановить ее было невозможно. Она бросила ножницы, обложилась каталогами и время от времени издавала восклицания:

– Вот! То, что нужно! Нет, надо немного теплее… Может, этот? Нет, лучше я сама намешаю! Будет совершенно неповторимый оттенок.

Слово «намешаю» показалось мне не очень убедительным, но у меня было настроение перемен.

– Давай, – решительно кивнула я. – Сначала режь, а потом крась.

– Ой! – не удержалась я от восклицания, увидев себя в зеркале.

Во время всех процедур, длившихся почти два часа, Вика не давала мне смотреть на себя – как раз ради такого вау-эффекта.

– Кто это? – вырвалось у меня.

Я подняла руки к волосам – легким, золотистым, как будто наполненным солнечным светом. Прикоснулась к мягким волнам, скользнула по ним ладонями.

И с удивлением уставилась на свое лицо. Я решительно себя не узнавала! Голубые глаза в обрамлении рыжих волос приобрели оттенок морской волны, кожа засияла и даже губы как будто стали полнее и ярче.

Начинающий стилист, визажист и парикмахер наблюдала за мной с крайне довольным видом.

– Ты просто волшебница! – выдохнула я.

– Не буду спорить, – не стала отпираться Вика. – Но, должна заметить, у меня была прекрасная модель.

– Ты меня преобразила!

– Всего лишь раскрыла. Я всегда тебя такой видела – солнечной и яркой. Ты теперь похожа на милую лисичку…

– И точно. У меня, кажется, даже уголки глаз поднялись вверх.

– Лиса-Алиса, – выдала Вика.

И замолчала. А потом повторила медленно и раздельно:

– Алиса.

– Ты это к чему?

– Василиса… нет. Алиса – да!

– Предлагаешь мне поменять имя?

– Да это почти одно и то же! Сокращенный вариант.

– Алиса, – повторила я, пробуя незнакомое имя на вкус.

И этот вкус мне понравился. Он был прянично-имбирным и слегка лимонным. Или апельсиновым. В общем, в нем явно чувствовались цитрусовые нотки. А я всегда их любила.

– Будешь Алисой? – спросила Вика.

– Буду!

Я вскочила со стула и начала кружиться по комнате, раскинув руки сметая все на своем пути.

1. Танцы в темноте

За месяц до этого

Василиса

– Раздевайся, – скомандовала Вика.

Я захлопала глазами.

– Но почему? Мне нравится эта юбка. Она милая.

– Вот именно, милая. Ты в ней похожа на учительницу младших классов. А надо быть похожей на стриптизершу.

– Я не…

– Мы идем в клуб, детка! В крутой столичный клуб. Училкам там не место.

Вика подошла ко мне и, расстегнув молнию на юбке, дернула ее вниз. Легкое облачко опустилась к ногам, и я осталась в облегающем топе, колготках и туфлях.

– Так намного лучше, – оценила Вика.

– Предлагаешь пойти без юбки?

– Тоже вариант. На твоей зачетной попе мини-шортики смотрелись бы просто классно.

– У меня нет мини-шортиков, и, даже если бы были, я бы не вышла в них на улицу.

Я перешагнула через юбку и, распахнув новый шкаф, все еще пахнущий мебельным магазином, уставилась на полки и плечики.

– Да, это засада, – протянула Вика. – Были бы деньги – поехали бы на такси, и никаких проблем. Хоть в шортиках, хоть без шортиков. А так придется до клуба на метро пилить.

– Слушай, может отложим этот поход до зарплаты?

– А жизнь тоже отложим до зарплаты? Вдруг именно сегодня ты встретишь своего принца. Или я…

– Мне не нужен принц!

Уж в чем в чем, а в этом я уверена на все сто процентов.

– А мне нужен. Позарез. Так что идем, и никаких разговоров.

Мы с Викой только въехали в новую съемную квартиру, заплатили за месяц вперед, внесли залог и прикупили кое-какую мебель, так что остались практически на мели. Но Вика ни за что не желала откладывать развлечения. Она все рассчитала: до клуба мы доедем на метро, вход девушкам до 24 часов свободный. У нас еще останутся деньги на пару коктейлей и на обратную дорогу. Возвращение планируется под утро, так что без такси не обойтись.

После долгих пререканий Вика втиснула меня в свою узкую короткую кожаную юбку, навела глянец на мои слишком длинные волосы и нарисовала мне шикарные «смоки айс».

Метро так метро, у меня не было возражений, кроме одного: мы выглядели так кричаще, что я была уверена на нас все будут пялится. В моем родном городке было бы именно так. Если бы мы с подругой шли по улице в суперкоротких юбках, на каблуках и в боевом раскрасе, нам бы свистели вслед, сигналили машины, и каждый встречный парень отвешивал бы комплименты, не обязательно вежливые и деликатные.

Но в столице все иначе. Тут можно встретить очень странных персонажей, как будто сошедших со сцены или сбежавших из цирка, и никто не обращает на них внимания.

Вот и на нас в метро никто особо не смотрел, если не считать подвыпившего мужичка, плюхнувшегося на сиденье напротив, да пожилой семейной пары на перроне, явно приехавшей в Москву на экскурсию. Я не сомневалась: пара приняла нас за девиц легкого поведения – они прожигали мою спину осуждающими взглядами. Сначала мне было неловко, но потом я решила выбросить все это из головы.

Меня здесь никто не знает, я тоже почти ни с кем не знакома, и это дает потрясающее ощущение свободы. Мне абсолютно плевать, что обо мне думают посторонние люди!

Клуб с претенциозным названием «Мрак» оглушил нас громкой музыкой и ослепил мечущимися разноцветными огнями. Но больше всего меня поразило количество танцующих. Я не совсем дикая, бывала в клубах, и в родном Солнцегорске, и в других местах, но таких масштабов мне наблюдать еще не доводилось.

Танцпол был просто огромным, над ним нависали балконы с танцовщицами и ложи вип-зоны. На сцене зажигал диджей, на барной стойке народ висел гроздьями. И все отрывались на полную катушку, дергаясь под музыку и отсвечивая радостными улыбками.

Вика без колебаний вклинилась в толпу, завизжала, запрыгала, стала извиваться в танце. Я последовала за ней, стараясь скрыть растерянность. Впрочем, очень скоро уже не нужно было ничего скрывать: зажигательные ритмы проникли в кровь, скованность исчезла. Я растворилась в океане танцующих, и отжигала не хуже любого из них.

Вскоре рядом с нами появились два каких-то парня, один даже сумел пробиться к стойке и принести коктейли. Я помедлила, прежде чем принять бокал с соломинкой из его рук, но Вика толкнула меня в бок, и коктейль перекочевал ко мне.

– Спасибо, – пролепетала я.

– Не тормози, – крикнула мне в ухо Вика.

– В смысле?

– Он явно на тебя запал.

– А я нет.

– Да расслабься ты! Никто тебя насиловать не собирается. Не нравится – отшей.

– Наверное, не надо было брать у него коктейль…

Вика закатила глаза.

– Это ни к чему тебя не обязывает! Пусть радуется, что такая красотка разрешила ему себя угостить.

Я улыбнулась парню. Я его, конечно, отошью. Но пока он даже ни на что не намекал…

У меня нет Викиной легкости, я не умею просто так, для развлечения, флиртовать со всеми подряд. И пользоваться своими чарами, чтобы чего-то добиться, тоже не умею. Вика – прирожденная звезда и принцесса. Именно так она себя чувствует, и другие это чувствуют тоже.

А я по жизни – Золушка. Не к месту скромная и, себе можно признаться честно, слегка забитая. Но я тоже буду принцессой! Обязательно. Слегка освоюсь в столице, и засияю.

За размышлениями я не заметила, как меня оттеснили от Вики. Я продолжала танцевать, вертясь по сторонам в поисках подруги. Внезапно у меня в глазах потемнело. Что такое? Не видно ни зги! И где Вика? Мне бы очень хотелось взять ее за руку, но вокруг были лишь чужие руки, ноги, спины… Мне стало страшно.

Я разобрала слова диджея, который вещал что-то о наступлении мрака. Ага. Значит, это не случайные неполадки с электричеством, а запланированная акция. Очень странно. Но окружающим, похоже нравится.

Музыка как будто стала еще громче и ритмичнее, в ней появились страстные стоны и вздохи. На потолке замелькали какие-то красные отблески, но освещенности это не прибавило.

Вокруг раздавались девичьи визги, вроде бы возмущенные, но в это возмущение как-то не верилось. А в следующую секунду я тоже взвизгнула. Потому что кто-то нагло схватил меня за попу. Я обернулась и заехала наглецу кулаком в живот, а потом начала пробираться куда-то вперед. Мне очень хотелось выбраться из этого темного, душного, наполненного похотью зала.

Я уперлась в какую-то конструкцию. Лестница. Возможно, она ведет к выходу…

Алекс

Переговоры закончились, можно, наконец, расслабиться. Я развязал галстук, снял и сунул в карман. Макар, мой бизнес-партнер и давний друг, сделал тоже самое. Остальные участники переговоров уже разошлись, а мы решили выпить на дорожку по капле виски – отметить успех.

– Ты классно их дожал, – восхитился Макар.

– Главное – вовремя сообщить нужный факт, – оскалился я.

И почувствовал, что улыбка вышла слишком самодовольной. Ну и пусть. Сегодня у меня есть все причины быть довольным собой. Еще один многомиллионный контракт в кармане! А завтра ждут новые дела и, я не сомневаюсь, новые победы.

Как говорит мой батя, бизнес – это игра. А я человек азартный, играть мне никогда не надоедает. Подвохи, неожиданности, сюрпризы – все это придает остроту игре и самой жизни.

Пойти домой выспаться или поехать в клуб? Я вроде бы чувствовал, что надо отдохнуть, но от мыслей об одиноком вечере в холостяцкой берлоге почему-то стало тоскливо. В клуб! Праздновать и веселиться!

– Ну что, зажжем сегодня? – кивнул я Макару. – «Мрак» ждет нас!

– Не, я домой.

– Жена заругает? – с усмехнулся я.

– Типа того.

– И когда ты стал подкаблучником? Помнишь, как мы раньше… Весь город на уши ставили!

– Ставили. А теперь меня ставят на уши Даша и Паша.

Дети! Я и забыл, что у друга есть малолетние спиногрызы. Тем более странно, что он так торопится домой, а не стремится сбежать от сомнительных прелестей семейной жизни в клуб.

– Сколько им уже? – решил я проявить вежливость.

На самом деле возраст детей меня совершенно не интересовал. Впрочем, как и все, с ними связанное.

– Два и три, – с гордостью произнес Макар и, к моему ужасу, начал показывать фотографии в телефоне.

Пришлось смотреть приторные семейные фото, улыбаться и издавать лживые восхищенные восклицания.

В клубе сегодня как-то тухло, хотя что именно не так, я определить не смог. То ли диджей халтурит, то ли публика какая-то вялая. Несмотря на пятницу и всеобщее радостное возбуждение от факта начала лета.

Я даже не стал спускать на танцпол, уселся за навечно забронированным столиком в вип-зоне и наблюдал за танцующими, потягивая виски. Вскоре рядом нарисовались две вполне симпатичные и явно на все готовые девушки. Я даже подумывал о том, чтобы поехать домой с обеими…

Как ни странно, мысли эти особого энтузиазма не вызывали. Да что со мной такое? Наверное, просто устал. Надо бы выспаться как следует. И отдохнуть пару дней, валяясь на диване и ничего не делая.

Пока девушки гоняли официанта то за одним, то за другим, я решил размяться. Встал, подошел к лестнице, ведущей на танцпол, и даже сделал несколько шагов вниз по ступенькам.

Вроде, и танцевать желания не было, но почему-то захотелось погрузиться в веселящуюся толпу, оказаться в самой ее гуще. Может, тогда отпустит непонятная тоска?

Я не успел спуститься до того, как диджей объявил наступление мрака. Была у клуба такая фишка: выключить свет на пару минут, врубив эротичную и при этом ритмичную композицию. А потом зажигались слабые красноватые источники, и все погружалось в фантастическо-сексуальную атмосферу.

Свет погас, девушки завизжали, некоторые из парней, видимо, дали волю рукам… А на меня совершенно неожиданно налетело нечто хрупкое, но агрессивное.

– Не трогайте меня! – возмущенно запищал тонкий голосок.

– Даже и не думал, – произнес я.

Я, и правда, ее не трогал. Но она вскарабкалась наверх, и мы оказались на одной ступеньке. Стояли, тесно прижавшись друг к другу.

– Я не вам, – буркнула незнакомка. – Что случилось? Почему света нет?

– Так и задумано.

– Дурдом какой-то…

Я почувствовал, что голос девушки дрожит. Видимо, она тут первый раз и не ожидала такого подвоха.

Я мог бы подняться вверх, чтобы дать ей больше места, но мне почему-то не хотелось этого делать. Было приятно ощущать тепло ее тела, запах волос, какой-то лимонно-весенний. Свежий, юный и будоражащий.

– Тут лестница, да? – робко спросила девушка.

– Да.

– Я испугалась, а кто-то схватил меня за…

– Вот козел, – посочувствовал я.

И убрал за спину руки. Которые едва не попытались заключить незнакомку в объятия.

– Я подумала, эта лестница ведет к выходу, – добавила она.

– Не совсем, – пришлось признаться мне.

Хотя выбраться через вип-зону наружу все же можно. Но я скажу ей об этом чуть позже. Пока мне не хочется разрушать эту внезапно возникшую близость с хрупкой незнакомкой.

В этот момент блеснула красная вспышка. Я успел увидеть, что у девушки очень длинные волосы, наверное, даже ниже талии. Лица я не разглядел, она едва доставала мне до подбородка и смотрела вниз.

– Что-то мне тут не нравится, – выпалила она.

И вскрикнула, дернувшись в сторону.

Я автоматически обнял ее, боясь, что она сверзнется с лестницы.

– Что случилось?

– Меня кто-то погладил по ноге!

– Это не я.

– Снизу. Я его лягнула, – добавила она.

– Умничка.

– Сейчас и вас лягну.

– За что?

– Вы меня лапаете!

– И в мыслях не было! Просто вы дернулись, и я побоялся, что вы упадете.

Даже после этих слов я не разжал рук. У меня было ощущение, что я поймал маленькую трепещущую птичку. И выпускать ее совершенно не хотелось…

Она все же вероломно вырвалась из моих объятий и, когда наступил промежуток между вспышками, ускользнула.

У меня возникло странное, но при этом очень острое ощущение, что я потерял что-то ценное. Надо ее найти! Рассмотреть лицо, познакомиться, записать телефон…

Я почти сразу бросился в погоню, но обнаружить незнакомку в месиве людей, среди мерцания красных вспышек, было очень трудно. Пару раз мне казалось, что я ее нашел. Но это были другие девушки с длинными волосами. Они не пахли весной, и, хотя почти все призывно улыбались, заводить с ними знакомство совершенно не хотелось.

А вот и она! У самых дверей, собирается выйти. Я рванул вперед, расталкивая танцующих.

2. Желтый мак и кукольный дом

Василиса

Меня разбудил яркий солнечный свет, совершенно не московский, мне даже на мгновение показалось, что я снова дома. В моем родном городке солнце светит 300 дней в году, в столице – вряд ли больше 30-ти. Но сегодня оно не на шутку разошлось!

Я выбралась из-под одеяла, открыла балконную дверь, шагнула на прохладную плитку и с улыбкой окинула взглядом открывавшуюся с 15-го этажа панораму города. Новые высотки, прямые дороги, изогнутая змейка реки, через которую перекинут мост. А еще – сквер с фонарями и скамейками у самого дома. Красота!

Нам с Викой удалось снять квартиру в недавно выстроенном микрорайоне, пусть на окраине, но зато недалеко от станции метро. Пусть без мебели, но зато новую, до нас здесь никто не жил. Да еще и двухкомнатную! Хотя, честно говоря, комнатки были крошечные…

В моей комнате стоял лишь самый дешевый икеевский шкаф и простая деревянная кровать. А еще высилась гора подушек разных форм и размеров из той же Икеи. И мне такая обстановка очень нравилась. Ничего лишнего, никаких пылесборников. Вот только не хватает мольберта…

Даже не умывшись, я на цыпочках прокралась в комнату Вики. Дверь тихонько скрипнула, но подруга, кажется, не услышала. Спит… Интересно, во сколько она вчера вернулась? Я ночью пыталась ее дождаться, но сама не заметила, как задремала.

Когда в клубе выключили свет, у меня случилось что-то вроде приступа клаустрофобии. А когда я выбралась на воздух, то поняла, что не хочу возвращаться. Но мне все же пришлось войти обратно, чтобы отыскать Вику.

Уговорить подругу уйти мне не удалось, и я уехала одна. У меня пропало всякое желание танцевать и веселиться, мне было неуютно в этой разнузданной атмосфере. Правда, была одна причина, по которой я чуть не осталась. Тот незнакомец, который обнимал меня на лестнице…

В темноте я не видела его лица, но чувствовала тепло его тела, силу его рук. От него исходило ощущение уверенности и безопасности. Но, конечно, оно было ложным! Как я могла быть в безопасности в объятиях совершенно незнакомого мужчины? Все же правильно я сделала, что сбежала.

– Предательница, – услышала я хриплый голос Вики.

Я улыбнулась. По тону было понятно, что подруга не сердится.

Вика сбросила одеяло, перевернулась на спину и застонала.

– Кто-то уронил кирпич мне на голову!

– Или ты упала в ведро с коктейлями, – высказалась я.

– Она еще смеется надо мной! Бросила одну на растерзание…

– Прекрасным принцам.

Вика швырнула в меня подушку и снова застонала.

– Зачем ты меня разбудила? Я собиралась спать до вечера.

– Ну и спи. Я ухожу.

– Принеси воды, пожалуйста.

Я вернулась со стаканом воды, в котором растворила две таблетки аспирина, Вика выпила живительную жидкость и рухнула на подушки.

– Свет выключи, – пробормотала она, натягивая на голову одеяло.

– Это солнце. И у нас нет штор…

Я не привезла из Солнцегорска мольберт, не взяла кисти и краски. Я не собиралась тратить время на рисование, моя цель – карьера. Но сейчас мне нестерпимо хотелось набросать что-нибудь на бумаге. Просто руки чесались. Давно у меня не было такого прилива вдохновения…

Ладно, пройдет. Я оделась и выбралась в магазин, чтобы купить булочек к завтраку. Но вместо булочной забрела в супермаркет, увидела там скидки на водорастворимые краски и загорелась безумной идеей.

Пересчитав немногочисленную наличность, я решила, что спокойно обойдусь без булочек. Сварю кашу. И без коврика в ванную, который собиралась поискать в супермаркете. И еще без чего-нибудь. Но без красок я обойтись никак не могу…

Через три часа на белой стене в моей комнате вырос необыкновенный желтый мак. Солнечный, как сегодняшний день и мое настроение.

Пока я наносила мазками краски, в моей голове вертелась та самая прилипчивая мелодия, под которую я вчера обнималась с незнакомцем. А когда я закрывала глаза, чтобы лучше представить цветок, то ощущала на своей талии его сильные руки, защищавшие меня от безумствующей толпы.

Алекс

Я сидел на полу перед окном, подложив под спину пару подушек с дивана. За окном моего холостяцкого пентхауса бурлила жизнью Москва, казавшаяся сверху почти игрушечной. А за спиной, на сверкающей хромом барной стойке, стояла бутылка виски и стакан. К которому я так и не притронулся.

Я обложился бумагами: договорами, проектами, сметами. Интереснейшее чтиво для субботнего вечера! Перебирать их, раскладывать по стопочкам…

А ведь я собирался отдохнуть как следует! И вот опять схватился за работу. Как за спасательный круг.

Интересно, от чего же я спасаюсь? Неужели от одиночества? Недавно, совершенно неожиданно для себя, я обнаружил, что у всех друзей образовались либо постоянные девушки, либо – о ужас! – жены. И даже дети.

И уже не получается покуражиться с ними как в старые добрые. И какие у них отмазки? Это же курам на смех! У дочки зубы режутся… Сына надо купать… Обещал девушке сводить ее в театр…

Похоже, я единственный и последний альфа-самец среди этого стада подкаблучников!

Конечно, я легко мог найти с кем поразвлечься. Кроме старых друзей есть масса знакомых, в любой момент готовых к подвигам и безумствам. И, конечно, всегда найдутся девушки, жаждущие скрасить досуг одинокого состоятельного холостяка. Но это все не то…

Чего-то в жизни не хватает. Такое ощущение, как будто что-то потерял, и не заметил. Только вот что?

Перебирая пакет документов для одного из новых проектов, я обнаружил недоработку: не хватало подписи партнера. А, между прочим, этот пакет пойдет в работу уже в понедельник утром!

Я взял телефон, набрал номер Макара. Объяснил, что нужна подпись.

– Что, прямо сегодня? – друг явно был недоволен.

– Ну, можно и завтра…

– А до понедельника никак не подождет?

– Я его передам по инстанциям прямо с утра. Подскочишь ко мне часов в семь?

– Ну нет!

Макар был совой и ненавидел рано вставать, его рабочий день начинался не раньше одиннадцати, в самых крайних случаях – десяти.

– Слушай, а ты что сейчас делаешь? – внезапно спросил он.

– Бумаги перебираю…

Мне почему-то не хотелось в этом признаваться. Как будто я делал что-то постыдное. Корпел над документами в субботу вечером, вместо того чтобы зависать где-нибудь в баре с красотками. В кого я превращаюсь? То ли ботана, то ли в нудного старпера.

– Значит, ничем не занят, – сделал вывод Макар. – Приезжай ко мне, а? Посидим, поболтаем. Кстати, Светка тебя давно не видела, говорит, забыла, как ты выглядишь.

С женой Макара я никогда особо близко не общался, поэтому удивился ее желанию увидеться. Или, может, Макар Светку приплел для красного словца? Заманивает. Скучно ему там, наверное, в теплом семейном кругу, в обществе жены и двух орущих спиногрызов.

– Ладно, – неожиданно для самого себя согласился я.

Съезжу к другу, развеюсь. Заодно развлеку затосковавшего от семейной жизни Макара.

Уже на выезде из города меня осенило. Там же дети! Значит, надо прихватить какие-нибудь подарки. Неудобно с пустыми руками заявляться.

Я завернул в новый Молл, нашел магазин игрушек и попросил продавщицу о помощи.

Давно я не заглядывал в подобные места. Чего тут только нет!

– Сколько лет ребенку? – спросила улыбчивая брюнетка с малиновыми губами.

– Три и два. Мальчик и девочка.

– Замечательно. Кому из них три?

– Э-э… – замялся я.

И понял, что не знаю. Так, кто у Макара родился первым? Сын или дочь? Праздновали еще тогда, он кричал, что будет наследник. Значит, сын.

– Мальчику три.

И тут же засомневался. Кажется, сына праздновали уже после дочери…

– Нет, девочке.

– Жене позвоните, спросите.

Продавщица уже не улыбалась. Наверное, думает: что за непутевый папаша!

– Да это не мои дети! Я к другу еду. Забыл.

– Ах, вот в чем дело! – на малиновых губах снова засияла улыбка. – Тогда давайте подберем что-нибудь с широким возрастным диапазоном.

А что, игрушки для трехлеток и двухлеток так уж сильно отличаются?

Через десять минут я мчался по трассе, поглядывая в зеркало на здоровую мягкую куклу и грузовик почти в натуральную величину, лежавшие на заднем сиденье. Не слишком ли огромные игрушки для маленьких детишек? Продавщица уверила, что в самый раз…

Я разогнался до 180, благо, трасса была свободной, все мысли ушли, состояние неясной тревоги покинуло. Хорошо… Адреналин – вот чего мне не хватало! Жизнь стала слишком спокойной и предсказуемой, давно я не затевал ничего по-настоящему рискованного, такого, чтоб сердце замирало от страха и восторга.

А вот и поворот к подмосковному поселку, где живет Макар с семейством. Я сбросил скорость и открыл окно, чтобы вдохнуть чистый загородный воздух. Что-то цветет, пахнет еще даже не летом, а весной. Почти как та девушка в клубе.

Вчера я вел себя как дурак. Битых полчаса рассекал толпу, в поисках исчезнувшей незнакомки. В конце концов мне это надоело, я выбрался из клуба и уехал домой. О двух девицах, которые ждали меня за столиком и на которых у меня были планы, вспомнил только припарковав машину. И порадовался, что не притащил их домой.

Я спал один, и всю ночь мне снилась длинноволосая незнакомка. Мы вместе бродили по весенним лугам, держались за руки, а ее волосы развевались от легкого ветерка, дующего с моря. Проснувшись, я изо всех сил старался вспомнить ее лицо, но так и не смог…

У ворот меня встретил сияющий Макар, на каждом плече которого сидело по ребенку. Вроде, с виду достаточно смирные. Я с опаской относился к детям, совершенно не знал, как себя с ними вести. А еще я всегда боялся, что в них что-нибудь сломается. Они же такие маленькие и хрупкие…

Как-то мне дали подержать двухмесячного младенца, почему-то решили, что мне это понравится. С меня тогда семь потов сошло за пять минут! Я почти не дышал и очень боялся пошевелиться, чтобы нечаянно не свернуть тонкую шейку этому крошечному человечку.

Дети Макара при виде игрушек радостно завизжали, мигом спрыгнули с отцовских плеч и приняли подарки. Даже сказали «спасибо». Я так и не понял, кто из них старше, Паша или Даша. Роста почти одинакового, у обоих цепкие ручки, быстрые ножки и довольные мордашки. И оба лепечут что-то нечленораздельное.

Мы с Макаром и бутылкой вина уселись на террасе, вскоре к нам присоединилась Света, правда, ненадолго. Она все время убегала проведать детей, хотя с ними была няня.

Когда она вошла, я невольно на нее засмотрелся. Раньше мы встречались только в официальной обстановке, где-нибудь на приемах и презентациях. И, конечно, на их с Макаром свадьбе. Я видел ее в красивых платьях, с прической и макияжем. А сейчас она одета по-домашнему: удобные широкие брюки, футболка. Волосы заплетены в косу, на лице никакой косметики.

И при этом выглядит в сто раз привлекательнее, чем в шикарных нарядах. Потому что светится счастьем.

– Не забывайте закусывать, – сказала она и поставила на стол тарелки с сыром и фруктами. – Алекс, может, хочешь поужинать? У нас сегодня лазанья.

– Нет, спасибо.

– Да ты не отказывайся, а попробуй! – вступил Макар. – Мышка обалденно готовит.

– Кто? – не понял я.

– Я, – улыбнулась Света.

Он зовет ее Мышкой. И она сама готовит…

Мой взгляд почему-то зацепился за руку Светы. Она проходила мимо Макара, на секунду остановилась, и ее рука скользнула по его волосам. Это был естественный, едва заметный жест. Но он говорил о многом. О любви, о близости. О том, что этим двоим очень хорошо вместе.

Этот жест почему-то отозвался в моей груди глухой тоской. Меня никто так не гладит по волосам…

То есть, меня, конечно, постоянно гладят женские руки. По волосам и не только. Но это совершенно не то и не так. Любви и близости в моей жизни места нет. И я всегда думал, что они мне не нужны.

Лазанья, и правда, оказалась потрясающей. Я ел и нахваливал, а Света смущенно улыбалась. Макар при этом выглядел довольным, как слон. А до меня, наконец, окончательно дошло, почему друг все время торопится домой и предпочитает тихие семейные вечера веселым тусовкам.

Он не подкаблучник. Он просто счастливый человек.

После лазаньи нас ждала атака спиногрызов. Они налетели, как два смерча, один забрался на колени к отцу, а вторая, совершенно неожиданно, бросилась мне на шею.

– Смотри-ка, ты понравился Дашке. Обычно она побаивается чужих, – заметил Макар.

Я бы предпочел, чтобы меня побаивались, чем хватали за шею липкими руками. Серьезные голубые глаза, совершенно бездонные, обрамленные длиннющими ресницами, оказались прямо перед моими глазами.

– Ты любишь лео? – пытливо спросили меня

– Чего? – не понял я.

– «Орео», – объяснил Макар. – Это ее любимое печенье.

Я растерянно посмотрел на друга. Что отвечать-то? Понятия не имею, о каком печенье идет речь. Я вообще не ем печенья.

Макар только скалился и не думал приходить мне на помощь. Пришлось утвердительно кивнуть. Кажется, это было правильное решение. Потому что Даша отлепила от моей шеи липкие руки и сползла с коленей.

Но оказалось, что это не все.

– Пошли, – сказала она и потянула меня за руку.

– Даже и не думай отказываться, – предупредил смеющийся Макар. – Сопротивление бесполезно. Просто подчиняйся и тогда, возможно, уйдешь отсюда живым.

Я метнул в друга уничтожающий взгляд. Обманом заманил к себе, а теперь отдает на растерзание малолетней террористки!

Мне пришлось плестись за девочкой в детскую беседку, которая представляла собой огромный кукольный домик, сидеть там на крошечных неудобных стульях, пить воображаемый чай из игрушечного сервиза, укачивать медведя, завернутого в пеленку и делать еще много такого, что не могло присниться и в страшном сне.

В конце концов меня самого уложили спать, прямо на полу. Укрыли пледом, «почитали» книжку, которую держали вверх ногами и даже поцеловали в лоб. И мне вдруг стало так хорошо и спокойно… Я бы, пожалуй, остался здесь спать. В кукольной беседке намного уютнее, чем в моем шикарном дизайнерском пентхаусе.

3. Последний одинокий ковбой

Алекс

На следующий день меня ждал новый удар.

Глеб, самый близкий друг и боевой товарищ, спросил:

– Будешь моим шафером?

Он произнес эту разрушающую мир фразу спокойно, как бы невзначай. Как будто речь идет о чем-то обыденном и тривиальным.

Поэтому я в первый момент даже не осознал значения сказанного. Но до меня быстро дошло.

– Ты женишься?!

Я вытаращился на друга, как баран на совершенно новые, свежевыкрашенные ворота.

– Тебя это удивляет?

Глеб приподнял бровь.

– Удивляет?! Да я в полном шоке и ауте! Что на тебя нашло? Она беременна?

– Нет, насколько я знаю.

– Тогда что случилось?

– Почему сразу «случилось»? По-моему, это естественное развитие событий. Мы с Роксаной почти два года вместе.

– Два года? Не может быть!

Я был по-настоящему удивлен. Неужели с тех пор, как мы с Глебом подвезли двух студенток, и одна из них ему приглянулась, прошло два года?

Куда девается время?

– Так что, ты согласен?

– Я…Э-э… да. Конечно, – проблеял я.

И, помолчав, добавил:

– А, может, не надо?

– Ревнуешь? – заржал Глеб. – Обещаю, я тебя не брошу.

– Все вы так говорите, – в тон ему произнес я. – А потом становитесь подкаблучниками и сидите вечерами дома с детишками. С кем я буду тусить по клубам?

– А, может, и тебе пора? – осторожно спросил Глеб.

– Жениться?

Я посмотрел на друга с непритворным ужасом.

– Сбавить обороты. Клубы, виски, бессонные ночи. Не мальчик уже.

– Но и не старпер, как некоторые!

– Ты на что намекаешь?

– Я не намекаю, а заявляю прямо: я последний одинокий ковбой среди подкаблучников и старых пердунов!

Глеб снова заржал, а потом заявил:

– Это мы еще посмотрим.

– Да?

– Да. Сегодня идем в клуб. Отметим мою будущую помолвку. И твою предстоящую командировку.

– Так ты еще не сделал предложение?

– Только собираюсь.

– То есть я уже знаю, а твоя будущая невеста еще нет?

– Получается, так.

– О, я польщен. И уже меньше ревную.

– Да ну тебя! Ты же уедешь. Вернешься – а я уже жених.

– Вот, блин. Почти месяц в Китае. Может, получится быстрее все решить.

– Зная наших партнеров, вряд ли.

– Я буду стараться. Терпеть ненавижу эту их невнятную еду. Никогда не поймешь, что тебе подали: курицу или рубленые мышиные хвосты. Все измельченное и все в остром соусе.

Василиса

– К сожалению, на пять не получится. Все мастера заняты…

Я вздохнула, отодвинув трубку. Клиенты салона красоты «Милан» не должны слышать моих тяжелых вздохов. Мой голос, вне зависимости от обстоятельств, должен звучать вежливо и мило. Но иногда это так тяжело…

– Ну, придумайте, что-нибудь! – произнесла клиентка.

Ее голос был капризным и, я бы даже сказала, мерзким. Если бы я могла произнести это вслух…

– Я бы с удовольствием, но у нас полная запись…

– Я постоянный клиент и рассчитываю на вашу лояльность. Могу я поговорить с руководством?

– Да, конечно.

Эмма, директор салона, как раз появилась на пороге. Я позвала ее к телефону, она подошла с крайне недовольным видом. Но ее лицо сразу изменилось, когда она услышала голос в трубке.

– Конечно, Наталья Петровна, мы организуем для вас окошко! Извините, девочка тут недавно… Конечно, конечно. Ждем вас с нетерпением.

Как только Эмма положила трубку, выражение недовольства вернулось.

– Это же Наталья Стрельцова, жена директора «Стройбанка»!

Я растерянно хлопала глазами.

– Мы не отказываем таким клиентам!

– Даже если все занято?

– Даже если все занято, – отрезала Эмма. – Передвинь кого-нибудь. Позвони, извинись. Запиши ее к Платону или к Крису. Она предпочитает мужские руки.

Пришлось изворачиваться, звонить клиенткам, отменять запись, врать, извиняться.

Как мне это не нравилось! Сегодня я особенно сильно ненавидела каждую секунду своей работы. Но в салоне очень хорошо платят, и получить такое место сразу по приезду в Москву было большой удачей.

То есть дело, конечно, было не в удаче. А в Вике. Она работает в «Милане» и смогла порекомендовать меня на должность администратора.

С Викой мне невероятно повезло, это чистая правда. Мы познакомились в интернете, на форуме, где «понаехавшие» в столицу искали соседей по квартире. Я готовилась к отъезду из родного городка, искала жилье, а нашла Вику.

Мы подружились с первых строк переписки. Вика сразу озвучила список требований к будущей соседке. Среди них были такие: «делиться вкусняшками», «не нундеть про уборку», «вообще не нундеть», «не отбивать парней» и т.п. Я посмеялась и согласилась с каждым.

Благодаря Вике я переехала в столицу чуть ли не на месяц раньше, чем планировала. Она нашла чудесную новую квартиру, не хотелось упускать такой шанс. А еще устроила на работу, помогла освоиться… В общем, не подруга, а золото!

Так что надо стараться изо всех сил, чтобы ее не подвести. Ведь я здесь по ее рекомендации.

Конечно, эта работа временная. Я приехала в столицу вовсе не для того, чтобы обхаживать капризных клиентов салона красоты. Я мечтаю о карьере графического дизайнера. Хочу создавать обложки, упаковки, логотипы, рисовать рекламные плакаты и разрабатывать стили для компаний. Но пока подходящих вакансий нет.

Зато есть прекрасное жилье, потрясающая подруга и целый огромный город для исследования. Так что я по-настоящему счастлива и полна надежд.

Самостоятельная жизнь, вдали от родителей, оказалась чудесной! Правда, с отцом я рассталась не лучшим образом. Да и мама не очень-то хотела, чтобы я уезжала. Но со временем они примут мой выбор. Особенно, когда я добьюсь первых успехов. А я обязательно добьюсь!

Алекс

Свой забег по клубам мы с Глебом начали с «Мрака». Это получилось само собой. Я уже забыл о той незнакомке с длинными волосами, пахнущими летом. Ну, почти забыл. Но теперь, конечно, вспомнил.

Когда диджей объявил наступление мрака, мне очень захотелось рвануть на лестницу и ждать, когда она появится. Конечно, я не рванул. И она, естественно, больше не пыталась спрятаться от шаловливых рук, забравшись на ступеньки.

Но я постоянно вертел головой, надеясь увидеть хрупкую фигурку. Узнал бы я ее издалека? Не знаю. Но, если она снова окажется в моих объятиях, я не ошибусь. Этот неповторимый запах не спутать ни с чем. Так же, как ощущение трепещущей птицы в руках.

– Кого-то ждешь? – перекрикивая музыку, спросил Глеб.

– Нет.

Я отрицательно помотал головой. И постарался больше не выискивать ее в толпе. Но глаза сами шарили по массе танцующих…

Она так и не появилась, или я ее не увидел. Что было неудивительно, учитывая количество народа. Меня осенило: она вовсе не завсегдатай клуба, иначе не испугалась бы наступившей темноты. Была тут впервые и, возможно, больше никогда не придет.

И мы больше не увидимся. А, если встретимся случайно на улице, я ее не узнаю. Ведь лица я не видел.

Все это – просто шиза какая-то. И чего я зациклился на этой незнакомке? Придумал себе невесть что. Свежая, как весна, юная, будоражащая. Может, она страшная, как крокодил. Или вредная, как черт.

Надо просто выбросить ее из головы.

Впрочем, это произойдет само собой. Месяц в Китае, напряженная работа, трудные переговоры. Я и думать о ней забуду.

Из «Мрака» мы перебрались в «Какаду», потом зарулили в «Париж», потом… я не помню. Алкоголь лился рекой, мелькали знакомые и незнакомые лица, в ушах гремела быстрая ритмичная музыка.

Очнулся я у себя дома. Я лежал на полу у дивана, Глеб стаскивал с меня ботинки.

– А че, мы уже не в клубе? – еле ворочая языком, выговорил я.

– Предпочитаешь спать на стойке?

– Чего?

– Теперь доподлинно известно, кто из нас старый пердун. Заметь, я как огурец. А ты вырубился, упав головой в тарелку с фисташками.

– Пошли танцевать!

Мне, и правда, очень хотелось двигаться под музыку, звучавшую в моей голове. Я попытался встать, и у меня это даже получилось. Но ненадолго. Побалансировав немного, я рухнул на диван.

Глеб, успевший нажать кнопку кофеварки, принес кофе. Я с благодарностью выпил, а потом признался:

– Я старый пердун. Мне надоели клубы. Я хочу сидеть дома с женой и детишками.

– Я давно это подозревал.

– Но где взять хорошую девушку? Вот ты где свою взял?

– Эй, очнись! Мы вместе подвозили студенток от университета!

– А, да. А как ты узнал, что она та самая?

– Ну… не сразу. Сначала думал: просто развлекусь на пару недель. А потом понял, что не хочу ее отпускать.

– Почему?

– Потому что с ней лучше, чем без нее. Она моя вторая половинка.

Я хмыкнул.

– Что за романтические сопли! Ты же мужик.

– А ты в хлам. Завтра ничего не вспомнишь. Так что скажи мне, друг: хочешь найти свою вторую половину?

– Разве бывают вторые половины? Все это бред и сказки для девочек.

– Может, и бред. Но семья – это не бред.

– Да… Вот мои родители, например. Живут счастливо почти сорок лет. Как им это удается?

– Видимо, подходят друг другу.

– А я не знаю, кто бы мне подошел.

– А тебе и не надо знать.

– Чего?

– Ты не знаешь, а судьба знает.

– Ты бредишь?

– Может, и брежу. Но мы не будем полагаться на судьбу. У меня есть одна идея. Вернешься – кое-что замутим.

– Чего?

Я широко зевнул, так, что челюсти хрустнули.

– Спи уже.

Глеб толкнул меня в плечо, я упал на диван. Темнота.

4. Нечеловечески красивый босс

Василиса-Алиса

Я проходила собеседование в компанию «Альфа-Бетта», когда у меня еще были длинные волосы. Пришла с косой, в скромном брючном костюме, с минимумом косметики. Этакая исполнительная серая мышка.

Видимо, на должность технического секретаря требовалась именно такая – меня взяли.

А потом Вика заявила, что пора сменить имидж. Я загорелась этой идеей и с легкостью рассталась со своими длинными волосами, порядком надоевшими. Весь вечер я крутилась перед зеркалом, удивляясь переменам, произошедшим благодаря новому цвету волос и модной длине. Я стала такой яркой! Никогда в жизни я не выглядела так дерзко и самоуверенно.

На следующее утро я уже не была уверена, что поступила правильно. Из зеркала на меня смотрела незнакомка, и от этого мне было не по себе.

Хорошо, хоть на новой работе меня еще никто не видел, кроме специалиста из отдела кадров. Вот был бы конфуз. Приняли одну девушку, а пришла другая…

Вика настояла на том, чтобы проводить меня до дверей офиса. Вернее, одного из офисов, головного. Вообще «Альфа-Бетта» – огромный концерн, включаюший в себя десятки предприятий, выпускающих… чего только не выпускающих! От канцелярских товаров и бытовой химии до каких-то там тракторов.

У компании великолепный дизайнерский отдел, занимаюший целое здание в нескольких кварталах от головного офиса. И я очень надеялась, что когда-нибудь буду ходить на работу именно туда.

Я двигаюсь в правильном направлении. Целый месяц я мучилась на должности администратора в салоне «Милан». И вот, наконец, иду на работу в компанию мечты!

Верная подруга всю дорогу занималась чем-то вроде гипноза, повторяя на все лады:

– Все будет хорошо. Ты потрясающе выглядишь. Они сразу поймут, что ты ценный кадр.

– Вика, перестань, пожалуйста! – взмолилась я под конец.

Вчера Вика подала мне идею представляться не Василисой, а Алисой. Мол, это почти одно и то же. Имена, и правда, созвучны, но Алиса – совершенно точно не сокращение от моего имени.

Но мне нравится. Так что я попробую. Новая внешность, новое имя – новая жизнь! Именно этого я хотела, уезжая в столицу из своего городка.

И очень глупо трястись от страха и хотеть все отменить, стоя на пороге перемен.

– Вы к кому? – пренебрежительно спросила меня затянутая в бордовое платье-футляр знойная брюнетка.

Видимо, секретарша босса.

– Я новый технический секретарь, – представилась я.

– Да ну, – усмехнулась брюнетка.

Странная реакция.

– Выметайся, или я позову охрану, – внезапно зашипела она.

– Что?

Я осталась стоять столбом. Какая охрана? Что происходит?

– Как вы мне надоели! – воскликнула тем временем брюнетка. – Чего только не придумают!

– Я… не понимаю…

Агрессивная секретарша наступала на меня, вытесняя из приемной. И я, конечно, испуганно попятилась назад. Не драться же, в самом деле…

– Технический секретарь! И что? Думаешь, сразу пойдешь в кабинет босса, продемонстрируешь ему свое декольте и он твой?

Я опустила взгляд на свою белую блузку. Неужели слишком глубокий вырез? Вроде, нет. Но на всякий случай я застегнула верхнюю пуговицу.

Этот жест до крайности удивил нападавшую на меня особу. Она остановилась и уставилась на меня. В ее глазах мелькнуло что-то вроде узнавания.

– Ты что, и правда, технический секретарь?

– Ага, – я испуганно кивнула.

– На собеседовании ты выглядела по-другому.

– Решила сменить имидж.

О чем очень жалею. Кажется, меня сейчас выгонят с новой работы…

– Вроде мы не встречались на собеседовании, – добавила я.

– Не встречались. Но я наблюдала. И одобрила твою кандидатуру, – выдала брюнетка.

Ах, вот как. Вот, оказывается, кого нужно благодарить за то, что я получила должность в компании своей мечты.

– Спасибо, – пролепетала я.

– Но теперь я думаю, что ошиблась…

Брюнетка внимательно меня изучала. Вгляделась в лицо, окинула оценивающим взглядом фигуру.

– Я очень ответственный человек, – затараторила я. – И быстро учусь. И готова все силы отдавать работе.

– Я Эвелина, – представилась секретарша.

– Алиса…

Я все же решилась назвать новое имя.

– Значит так, Алиса. Запомни. Ты у меня на побегушках. Подай, принеси, распечатай, сбегай по поручениям – вот твоя работа.

– А мне говорили, я буду работать с документами…

– И с документами, конечно, тоже. Но не с боссом. Запомнила? Ты ни под каким видом не должна заходить в кабинет Глеба Максимовича.

– Кого?

Эвелина посмотрела на меня как на душевнобольную.

– Глеба Максимовича Соколова. Директора «Альфа-Бетты».

– А, да, конечно.

Я совсем забыла, как зовут босса. Помнила только фамилию – Соколов. Забыла, потому что он меня не интересовал. Я мечтала о дизайнерском отделе и уж имя и фамилию главного дизайнера компании знала прекрасно. Артур Малиновский… Как звучит!

До самого обеда я разбиралась в документации, с которой мне предстояло работать. В этом не было ничего сложного, но и интересного тоже. Проверять соответствия, вносить в журналы, заполнять, распечатывать, сверять с образцами. Тоска зеленая…

Эвелина проводила меня в просторную комнату с принтером, ксероксом, двумя компьютерами и десятком стеллажей – это и было мое рабочее место. Сама она царила в приемной.

Через приоткрытую дверь я наблюдала за ее общением с посетителями. Она была настоящим цербером! Исправно охраняла покой начальника, ограждая его от назойливых посетителей и отсылая всех, чей вопрос мог быть решен в других местах. Я даже восхитилась такой преданностью.

Обедала я в столовой на первом этаже, где ко мне сразу подсела стайка веселых девчонок из разных отделов. Они-то и просветили меня по поводу Эвелины. Оказывается, секретарша по уши влюблена в босса, и готова поганой метлой отгонять от него всех привлекательных девушек.

А так как босс – холостяк и завидный жених, нападения на него случаются регулярно. То и дело заявляются обольстительные авантюристки под видом молодых специалистов и представителей конкурирующих фирм.

– Вот это да, – удивилась я. – На него открыта настоящая охота!

– Я бы тоже с удовольствием на него поохотилась, – заявила одна из новых знакомых, Света из бухгалтерии. – Он – просто мечта.

– Да-а… – раздался общий вздох и девушки дружно закатили глаза.

– Правда? – произнесла я.

– Ты что, его еще не видела?

– Нет…

– Увидишь – поймешь.

После обеда Эвелина принесла новые документы и объяснила, что с ними делать. Она то и дело прикладывала руку ко лбу и выглядела очень напряженной.

– Тебе нехорошо? – поинтересовалась я.

– Все нормально, – отрезала секретарша.

И удалилась на свое рабочее место.

Когда я зашла к ней, чтобы задать вопрос по бумагам, Эвелина сидела, уронив голову на руки. Услышав мои шаги, она быстро выпрямилась и улыбнулась дежурной улыбкой.

– А, это ты…

И снова уронила голову.

– Тебе плохо? Может, что-то нужно? В аптеку сбегать, например.

– Зачем?

– За таблетками.

– Уже выпила. Не помогло. Голова раскалывается. А теперь еще живот начал болеть. И это мне совсем не нравится…

– Разве ты не можешь уйти домой?

– Как я уйду?! До конца рабочего дня еще три часа! Кто меня заменит? Ты, что ли?

– Нет, я… я ничего тут не знаю. Но, наверное, есть кто-то…

– Да все они будут счастливы занять мое место! Только дай слабину… Нет, мне нельзя болеть!

Эвелина тряхнула головой, выпрямила спину… и с испугом схватилась за живот.

– Только не это…

Она вскочила и выбежала из приемной.

Сразу после этого раздался жужжащий звук и приятный мужской голос произнес:

– Эвелина, принесите мне кофе, пожалуйста.

Я испуганно дернулась, но быстро сообразила, что голос доносится из коммутатора. Значит, это директор. Требует кофе. А Эвелины нет.

Что делать? Наверное, исполнить его просьбу. Вон кофемашина, вон чашки. Я вполне могу нажать на кнопку, а там, глядишь, и Эвелина вернется.

Подойдя к аппарату, я с облегчением вздохнула: похожим агрегатом мне приходилось пользоваться, ничего сложного. С надеждой, что он заправлен, я подставила чашку и нажала на кнопку.

Аппарат загудел, через минуту чашка ароматного эспрессо была готова. Что теперь делать? Эвелины по-прежнему нет, босс ждет кофе… Значит, надо его отнести, невзирая на предупреждения ревнивой секретарши. Правда, я не знаю, как он любит: с сахаром или без сахара, со сливками или без. И где эти самые сливки?

Ладно, спрошу его. Он же человек, в конце концов. Поймет ситуацию. Наверное…

В том, что Глеб Максимович Соколов – человек, я усомнилась в ту самую минуту, как вошла.

Не может живой человек из плоти и крови выглядеть так… обалденно. Копна светлых, небрежно уложенных волос, глаза невероятной голубизны, божественная улыбка…

Правда, улыбка в мгновение ока слетела с его лица. Но не из-за меня. Он говорил по телефону и, похоже, собеседник его сильно расстроил.

– Что ты сделал? Ты рехнулся?

Он скользнул по мне удивленным взглядом, и, заметив в моих руках чашку кофе, кивнул в сторону стола.

Сам он стоял у окна, в идеально сидящих темных брюках, светлой рубашке, облегающей литые мускулы, высокий, широкоплечий… глянцевая картинка, а не человек!

– В этот раз тебе это с рук не сойдет! – прокричал он в трубку.

А потом опустил телефон, выдохнул и… улыбнулся мне!

Как будто мы сто лет знакомы, и он очень рад меня видеть.

– Вы новенькая? – поинтересовался Глеб Максимович.

Я только кивнула, поставив, наконец, чашку на край его стола.

– С сахаром? – спросил он.

Я испуганно помотала головой.

– Эвелина вышла, а я… не знала, нужен ли сахар.

– Как вас зовут?

Спросил явно из вежливости, мысли витают где-то далеко. Глаза задумчивые. Кажется, он и мой ответ про сахар не услышал.

– Алиса…

– Алиса, у вас, случайно, нет знакомого киллера?

Я открыла рот от удивления. Хорошо, что чашку уже поставила. Вполне могла бы выронить.

– Очень надо пристрелить одного человека, – продолжал начальник.

– Кого? – зачем-то спросила я.

– Алекса Васина, – выдал он. – Засранца, который литрами пьет у меня кровь.

В тот момент я была готова задушить этого самого Васина голыми руками!

Ну как можно обижать такое чудо природы?

5. Кабачок для грейпфрута

Алиса

Эвелина слегла на неделю. Она отчаянно сопротивлялась болезни, но даже ее железная воля была бессильна против кишечной инфекции. Глеб Максимович строго-настрого запретил ей появляться на работе. Я слышала его наставления:

– Отдыхайте и не о чем не волнуйтесь. Мы справимся. И не вздумайте приходить на работу! Не хватало нам всей компанией заразиться.

Преданная секретарша все же незримо присутствовала: она почти все время была на телефоне. По непонятной причине она назначила своим заместителем именно меня, проработавшую на новом месте всего сутки.

Причину озвучили мои новые подружки:

– Значит, не видит в тебе опасности.

– В смысле?

– Не боится, что ты будешь покушаться на сердце Глеба Максимовича.

– Не буду…

– Желающих-то полно. Вон Лариса рвалась занять ее место, а еще Кристина и Лена.

Мне пришлось нелегко, но я справлялась. Помогали советы Эвелины и снисходительность начальника.

Он такой простой и милый! Никакой заносчивости, никакой строгости. Всем улыбается, каждой женщине отпускает комплимент – и все готовы в лепешку разбиться, лишь бы наилучшим образом выполнить его просьбы и поручения.

На третий день моего заместительства Глеб Максимович позвал меня к себе и сказал:

– В три часа в малом конференц-зале состоится встреча. Неофициальная. Никаких протоколов вести не нужно, просто обеспечьте гостей напитками.

– Хорошо, – кивнула я.

Я старалась не задавать лишних вопросов, чтобы не маячить перед начальником своим непрофессионализмом. Я никогда раньше не работала секретаршей и многого не знала. Зато всегда можно спросить Эвелину!

– Неофициальная встреча в малом зале? – удивилась та. – Что-то не припомню такого. Отнеси воду и соки. И не вламывайся без приглашения, мало ли что там…

Я последовала ее совету. В моей груди шевельнулся червячок любопытства, но я не дала ему выбраться наружу. Какое мне дело, кто и с кем там встречается? Совершенно никакого! А любопытство, как известно, сгубило кошку. И многих хороших людей.

Алекс

Я выскочил из конференц-зала, как ошпаренный. Перевел дух и прямиком направился в кабинет Глеба. Этот белобрысый перец сейчас получит!

Устроили тут мне допрос инквизиции! Чем вы увлекались в детстве? Каким вы видите разделение обязанностей в семье? Не было ли у вашей бабушки блох и в какой позе сделали вашего прадедушку… Последних вопросов в тестах, конечно, не было, но и на те, что были, отвечать совсем не хотелось.

За четыре недели в Китае я вообще забыл о том разговоре с Глебом, а он возьми и приготовь такую подлянку! Сюрприз от лучшего друга. В гробу я видал такие сюрпризы!

Надеюсь, он устроил это не из мести. Не потому, что я провернул одну крайне рискованную сделку. Глеб осторожный, он – благоразумная и основательная часть нашей компании. Иногда я даже зову его дедом.

Ну да, я рисковал. Но все закончилось не просто хорошо, а обалденно! А победителей не судят. И все это далеко не первый раз. Он давно уже должен привыкнуть к моим вывертам и не дергаться, когда я ставлю на карту слишком много…

Надо признаться, во время вынужденного одиночества в командировке я не раз задумывался о спутнице жизни. И даже о семье. Идея обзавестись милой и ласковой второй половиной казалась мне все более и более привлекательной. Но думать – это одно, а предпринимать в этом направлении конкретные шаги – совсем другое.

Да и вообще, зачем мне эти «Купидоны»? Может, я своими силами справлюсь.

Когда я выходил из лифта у кабинета Глеба, мимо меня прошмыгнуло что-то стремительное и рыжеволосое. Я не видел лица девушки, но ощутил аромат ее духов. Лето. И апельсины. Нет, лимоны.

В ту же секунду меня накрыли воспоминания о незнакомке в клубе. Что за напасть! Я же благополучно выбросил ее из головы месяц назад!

«Безумные купидоны»

– Тривиальный случай, – произнесла Ева, откидываясь в кресле и глядя на Льва. – Пресытившийся пороками и развратом холостяк хочет завести послушную заботливую жену.

– «Завести», – передразнил ее Лев. – Мы же не о собаке говорим.

– Он – о собаке. Точнее, о домашнем питомце, который будет встречать его с работы с тапочками в зубах. И при этом радостно вилять хвостом.

– Ты слишком строга к нему. На самом деле он сам не знает, чего хочет.

Лев закрыл ноутбук, снял очки, потер переносицу. И закинув руки за голову, начал раскачиваться в кресле.

Ева скрестила руки на груди.

– А ты, конечно, знаешь, – произнесла она.

– И ты знаешь.

– Да. Но он ни за что с нами не согласится.

– Да…

Ева, дипломированный психолог, кандидат наук, автор нескольких объемных монографий и одной потрясающей диссертации, выдала:

– По всем тестам очевидно: ему нужна сильная личность. Не пластилин, из которого можно лепить что хочешь. И не собачка с тапочками в зубах.

Лев, самородок с уникальным даром видеть человеческую совместимость, произнес:

– Он ярко выраженный грейпфрут. И ему нужен апельсин. В крайнем случае, лимон или лайм. А он думает, что хочет кабачок…

– Опять ты со своей странной классификацией!

– Это не классификация, это мое видение. Кабачок грейпфруту не товарищ, – резюмировал Лев.

– Он быстро заскучает, начнет искать развлечений и новых ощущений, – продолжила Ева.

– Но семья все равно будет на первом месте.

– А что, все так живут, – вздохнула Ева. – Дома послушная жена, на стороне – горячие дерзкие любовницы.

– Не все, – возразил Лев.

– Ты маленький еще. Идеалист. Все. Кроме редких исключений.

– Так, может, попробуем сделать его исключением? Найдем ему симпатичный апельсинчик.

– Он будет сопротивляться.

– А мы хитростью. В прошлый раз же получилось.

– Не напоминай мне про прошлый раз! Я еще тогда сказала: больше никаких интриг за спиной клиента! Хочет кабачок – пусть живет со своим кабачком.

Лев застучал по клавишам ноутбука.

– Чего ты там строчишь?

– Начинаю составлять профиль для нашего компьютерного гения.

– Да, Владу пора возвращаться к работе. Пусть шерстит интернет. – Ева с подозрением посмотрела на своего коллегу. – Я надеюсь, правильный профиль?

– Конечно. Как договорились. Пусть живет с кабачком.

– То-то же.

– Но и про апельсинчик мы не забудем, – пробурчал себе под нос Лев.

Алиса

Я вернулась с обеда, который занял всего 15 минут. Некогда было рассиживаться и болтать с девчонками, меня ждала гора незарегистрированных документов, несколько важных звонков, и, самое главное – кофе для Глеба Максимовича.

Он любит двойной эспрессо с половиной ложки сахара, обжигающе горячий. Во время напряженных переговоров или серьезных раздумий он поглощает чашку за чашкой. Мне все время хочется сказать ему, что это вредно, но я благоразумно помалкиваю.

И не потому, что боюсь своего начальника. Он такой милый с подчиненными, что бояться его невозможно! Просто я знаю свое место – вторая секретарша, временно замещающая первую. Надо держать дистанцию и не позволять себе предаваться глупым мечтам.

Да, при первой встрече я была очарована, сражена и… чуть не влюбилась. Это было не просто глупо, а нелепо и в высшей степени непрофессионально. Где я и где он!

И не для того я устраивалась в «Альфа-Бетту», чтобы вздыхать по начальству или, упаси боже, начать за ним бегать. Нет, у меня совсем другие планы! И, возможно, очень скоро представится возможность для их осуществления.

У нас с Глебом Максимовичем сложились замечательные отношения, он со мной терпелив, сквозь пальцы смотит на мелкие оплошности и неизменно рассыпается в похвалах, когда у меня все получается. Когда-нибудь я наберусь смелости и сообщу ему, что мечтаю заниматься графическим дизайном, что у меня есть диплом и я даже побеждала в региональных конкурсах…

Замечтавшись, я не сразу поняла, откуда доносятся сердитые голоса. Сначала даже подумала, что с улицы и подошла к окну. Как будто можно было что-то услышать на десятом этаже!

Нет, спорят явно не там. А в кабинете директора. Кто-то чем-то возмущен и не стесняется в выражениях! Я не могла четко разобрать слова, но, судя по интонациям, ссора разгорелась нешуточная.

Я была потрясена. За четыре дня работы я ни разу не слышала, чтобы Глеб Максимович повышал голос. Он всегда разговаривает спокойно, приветливо, с улыбкой. На кого же он сейчас так орет?

Или орет не он, а на него? Кто может так грубо и бесцеремонно себя вести в кабинете руководителя огромного концерна?

Я считаю подслушивание у дверей дурным тоном, но бывают крайние случаи, когда не до вежливости и китайских церемоний. Сейчас как раз такой случай. А вдруг дело дойдет до драки? Может, кто-то угрожает Глебу Максимовичу, и нужно вызвать охрану?

На цыпочках приблизившись к двери, я приникла ухом к щели. Если это можно назвать щелью! Дверь добротная, плотно пригнанной. Никаких щелей там нет и в помине!

Надо попытать счастья у замочной скважины. Может, сквозь нее звуки доносятся лучше. Я наклонилась, попыталась прижать ухо к отверстию для ключа – безрезультатно. Мешала ручка.

О, идея! Надо взять пустой стакан. Я видела где-то в кино, как его использовали в качестве подслушивающего устройства. Попытаться точно стоит.

Я только подумала об этом, но не успела сделать ни шагу. Дверь с грохотом распахнулась, угодив мне ровно по лбу. Удар был такой силы, что я отлетела к стене, и тихонечко сползла по ней, приземлившись на пятую точку.

Тот, кто вылетел из кабинета, меня даже не заметил. Я его тоже не разглядела – не до того было. Голова трещала, во рту появился странный вкус…

– Алиса! – услышала я голос босса.

– Я здесь, – произнесла я слабым голосом.

И увидела ботинки Глеба Максимовича. Темно-коричневые, начищенные до блеска.

– Что с вами?

Вместо ботинок появилось лицо, встревоженное и немного испуганное.

– Вам плохо?

– Все нормально…

– Почему вы на полу?

– Я упала.

– Голова закружилась?

– Нет, я…

Глеб Максимович подхватил меня подмышки, легко поднял, как будто я была невесомой пушинкой, и усадил в кресло.

– Наверное, надо вызвать скорую, – сказал он. – У вас раньше такое бывало?

– Мне раньше никогда не прилетало дверью по лбу…

– Что? Вас ударило дверью?!

– Ага, – я кивнула и улыбнулась.

На лице босса тоже мелькнула тень улыбки. Но он быстро погасил ее. Видимо, считает неуместным смеяться над покалеченными сотрудниками.

Какой он все-таки душка…

– Вас надо немедленно отвезти в травмпункт. И сделать снимок. Вдруг у вас сотрясение мозга!

– Да нет у меня никакого сотрясения!

Я попыталась вскочить, но Глеб Максимович придавил меня к креслу, положив свою сильную ладонь на плечо.

– Пожалуйста, сидите спокойно! Я настаиваю.

И достал из кармана телефон.

– Слушай, обормот, – произнес он суровым голосом. – Ты мне тут сотрудника покалечил. Ударил девушку дверью по лбу и даже не извинился.

Он помолчал.

– Нет, я не брежу! Ты вывел из строя мою временную секретаршу. Пронесся, как бешеный смерч, снес ее дверью… Я верю, что ты нечаянно и что ты не заметил. Что? Выписать ей премию? Всенепременно выпишу. Огромную. Спишу с твоего счета.

Что? Премию? Мне? Огромную? Возражать не буду.

– А сейчас будь добр вернись, возьми пострадавшую и отвези ее в больницу. Надо убедиться, что нет сотрясения мозга. Найдешь время! – голос моего босса стал жестким. – Хочешь, чтобы она на тебя в суд подала? Конечно, собирается.

Я протестующе пискнула. Какой суд? Я не собираюсь в суд! И в больницу тоже.

– Не надо в больницу, – смогла я, наконец, вклиниться в речь Глеба Максимовича.

– Раз я говорю «надо», значит надо.

– Ну тогда я сама доберусь, не надо меня отвозить. Такси вызову…

– Можно, конечно, и такси. Но я опасаюсь оставлять вас без присмотра в таком состоянии.

– Я прекрасно себя чувствую. Правда.

Я проникновенно посмотрела ему в глаза. Я ни в коем случае не хочу ехать куда бы то ни было в сопровождении того скандалиста, что орал на моего начальника!

– Пусть хоть когда-нибудь Алекса Васина настигнет расплата за все его выкрутасы, – внезапно выдал Глеб Максимович. – У меня к вам просьба. Вы умеете пить кровь?

– Что? – я даже отодвинулась от своего обожаемого босса.

Он что, свихнулся? Вроде, это я головой ударилась… Может, он замаскированный вампир? И сейчас цапнет меня за шею, чтобы я стала такой же.

Мой начальник не стал кусаться. Вместо этого он произнес:

– Попейте, пожалуйста, крови этого обормота. Отомстите за меня.

– Л-ладно, – проблеяла я.

И увидела на пороге внушительную фигуру.

6. Вредина вселенского масштаба

Алиса

Скандалист и дебошир вошел в приемную робко, как провинившийся школьник в кабинет строгого завуча. Он бросал в мою сторону испуганные взгляды, но это продолжалось всего несколько секунд.

Глеб Максимович поднялся и загородил меня своей широкой спиной.

Надо сказать, что у Алекса Васина спина была ничуть не уже. До того, как его закрыла спина начальника, я успела разглядеть темные волосы, серые глаза, густые насупленные брови и губы, привыкшие к усмешке. Он был также высок и широкоплеч, как Глеб Максимович, но далеко не такой красавчик.

То есть он вполне себе привлекательный мужчина, но до моего начальника ему далеко. Тот мог бы работать моделью. А этого вряд ли бы взяли. Хотя…

Так. О чем я размышляю? Могли бы эти двое сниматься в рекламе брутального парфюма и мужского белья. Серьезно? Именно это меня сейчас больше всего интересует?

Нет. Меня интересует, как я должна себя вести, чтобы выполнить просьбу Глеба Максимовича. Что значит: попить крови? Жаль, у меня не было времени расспросить подробнее. Может, он все-таки ухитриться каким-то образом дать мне инструкции?

Все эти мысли пронеслись в моей голове за пару секунд, а между мужчинами тем временем состоялся такой разговор:

– Ты неуклюжий мамонт, – заявил Глеб Максимович. – Снес девушку дверью, разбил ей голову и даже не извинился.

– Я ужасно извиняюсь, – с совершенно искренним раскаянием в голосе произнес враг моего начальника, выглядывая из-за его плеча. – Вам больно?

Я хотела сказать, что нет, но не успела.

– Да, ей больно, – ответил за меня Глеб Максимович. – Очень. Правда, Алиса?

– Д-да, – выдавила я.

Получился какой-то невнятный писк. Но это хорошо. Пусть Алекс Васин думает, что я не в состоянии нормально разговаривать. Насколько я понимаю, план нашего прекрасного директора состоит в том, чтобы заставить его недруга испытать чувство вины. И помучиться.

Ладно. Я постараюсь этому поспособствовать.

– После сотрясения мозга пострадавшей необходим максимальный покой, – продолжил Глеб Максимович.

Господин Васин попытался обойти его и приблизиться ко мне. Наверное, хочет поближе рассмотреть причиненный ущерб. Ему тут сказали про разбитую голову… А моя голова цела. Не думаю, что на лбу есть хотя бы царапина. Разве что небольшая шишка.

Может, быстренько треснуться головой об угол стола? Чтобы появились настоящие кровоподтеки.

Так. Василиса Валерьевна, а у тебя точно нет сотрясения мозга? По всему выходит, что мозги свои ты растеряла. Иначе такие бредовые идеи не приходили бы тебе в голову.

Биться головой об стол я не стала. Но кое-что для придания правдоподобия образу пострадавшей все же сделала. Я встала и подошла к шкафу, где хранилась аптечка. Стоя спиной к мужчинам, достала из нее пластырь. И налепила себе на лоб. Два кусочка, крест-накрест. В качестве зеркала использовала стекло в дверце.

Обернулась и наткнулась на взгляд Алекса Васина. Он все же обошел Глеба Максимовича и направлялся ко мне. В первую секунду я чуть не попятилась назад – так грозно он на меня надвигался.

Но при ближайшем рассмотрении он оказался совсем не страшным. Скорее, страшно было ему. И неловко. Кажется, план директора работает. Чувство вины накрыло дебошира с головой.

– Больно? – снова спросил он, хмуро глядя на мой лоб, украшенный белым крестом.

Я помотала головой сначала отрицательно, а потом утвердительно.

– Тебе же сказали: больно!

Глеб Максимович незаметно показал мне большой палец. Одобрил мою идею с пластырем. Я расплылась в улыбке. Но тут же стерла ее со своего лица.

– Так вот, ты меня не дослушал, – произнес мой начальник. – Пострадавшей нужен покой.

– Хорошо.

– Спускаться в лифте – не вариант. Может начаться головокружение. К тому же у Алисы легкая форма клаустрофобии.

Вообще-то да… но я об этом не говорила! Как он догадался? Иногда мне кажется, что наш директор видит людей насквозь.

– Ладно, мы спустимся по лестнице, – заявил Алекс Васин.

– Ты невнимательно слушаешь. Покой, а не тряска! Представь, сколько раз нужно спуститься со ступеньки на ступеньку. Десятый этаж!

– Я не понял, что ты предлагаешь? Вообще, я могу привезти врачей сюда.

– И аппарат рентгена.

– Хорошо.

– Ты его видел?

– Кого?

– Аппарат.

– А… да. Не получится.

Васин задумчиво почесал затылок и уставился на меня. Как ни странно, без неприязни. Хоть я и была его проблемой.

– Я могу отнести ее в машину на руках! – внезапно выпалил он.

– Неплохая идея, – одобрительно отозвался Глеб Максимович.

И подмигнул мне.

Что? Он считает это неплохой идеей. Я на такое не подписывалась! Если он вынесет меня на руках из офиса, сплетни не утихнут как минимум год. А мне, между прочим, тут работать.

– Пойдешь по пожарной лестнице, – распорядился мой начальник.

– Что за пожарная лестница? Впервые о такой слышу.

– Обычная лестница, ведет к черному ходу, там никто не ходит.

– Отлично.

Алекс Васин подошел ко мне и, не дав мне времени даже пикнуть, подхватил и поднял. Мне пришлось обнять его за шею. А куда иначе девать руки?

– Моя сумка… – пролепетала я.

Глеб Максимович мигом отыскал мою сумочку и надел тонкий ремешок мне на шею. И проводил нас до лестницы, дверь на которую вела прямо из приемной. Я и не подозревала о ее существовании…

Десять этажей! Уму непостижимо. Бедный Алекс Васин. То есть, так ему и надо. Нечего было пить кровь моего обожаемого начальника, да еще и орать на него. Таскай теперь мою тушку по ступенькам. И радуйся, что мы спускаемся, а не поднимаемся.

Через пару этажей я поняла, что моему носильщику совсем не в тягость идти с грузом по лестнице. Он не запыхался и не вспотел. Шел себе спокойно и даже умудрялся вести светские разговоры. Конечно, вешу-то я всего пятьдесят килограммов. Эх, не ту девушку подсунул своему врагу Глеб Максимович! Надо было брать Ольгу из рекламного отдела. Она как раз весит центнер или около того.

– Значит, тебя зовут Алиса, – вежливо улыбался господин Васин.

– Ага, – кивнула я, стараясь смотреть в сторону. Или вниз.

Смотреть на него было неловко, слишком близко его глаза находились от моих.

– А я Алекс.

– Очень приятно.

– Еще раз приношу свои глубочайшие извинения.

– Да ладно. Вы же не специально.

– Совершенно случайно. И, кстати, можно на «ты».

На «ты»? Это как-то странно…

– Голова кружится? – поинтересовался Алекс, пытаясь заглянуть мне в глаза.

– Немного, – соврала я.

– Может, помедленнее идти?

– Может, отдохнем? – предложила я. – Пятый этаж.

– Ты устала?

Я хмыкнула.

– Я нет.

– И я нет.

Ладно. Нет так нет. Мы пошли дальше. То есть он пошел, а продолжала висеть на его руках. Которые, кстати, даже не дрожали.

Видимо, Алекс Васин качается. Со штангой больше моего веса. Жаль… мести не получилось. Но все еще впереди. Я буду стараться.

А сейчас мне надо постараться не обращать внимания на странные ощущения, возникающие в моем теле от близости этого мужчины. Как-то мне не по себе. То в жар бросает, то в холод. То табун мурашек пронесется от макушки до кончиков пальцев. Может, это последствия ушиба головы?

Враг Глеба Максимовича поставил меня на ноги рядом с огромным сверкающим автомобилем. «Майбах» прочитала я на капоте. Но значок был у как у «Мерседеса».

В автомобилях я разбираюсь слабо, но этот явно очень крутой. Видимо, Алекс Васин любит дорогие игрушки и может себе их позволить. А вот кричать на моего начальника он не должен себе позволять! Боссы, подобные Глебу Максимовичу – огромная редкость. Их надо холить и лелеять, можно даже занести в Красную книгу.

Васин предупредительно распахнул передо мной дверь. Интересно, он всегда такой джентльмен? Вежлив и предупредителен даже с серыми мышами и вторыми секретаршами? Или сейчас он действует под давлением чувства вины и страха, что я подам на него в суд?

Мы тронулись, выехали на оживленный проспект и направились… я не знаю, куда именно мы направились. В какую-то больницу. Хорошо, что у меня с собой паспорт с вложенным в него страховым полисом. Наверное, пригодится.

Алекс поинтересовался, удобно ли я устроилась и хорошо ли себя чувствую. И замолчал. А я задумалась о способах выведения его из равновесия. Надо исполнять просьбу начальства.

Ничего путного в голову не приходило, и я выдавила:

– Пить хочется.

– Боюсь, в машине напитков нет, – растерялся Васин.

– Прямо ужасно хочется, – наседала я.

– Сейчас куда-нибудь заскочим. Хотя это не очень удобно… Может, до больницы потерпишь?

– Нет, – помотала я головой. – Не потерплю.

Алекс покосился на меня неодобрительно, но ничего не сказал. Начал перестраиваться, съехал на боковую дорогу и притормозил у мини-маркета. Через пять минут вернулся с бутылкой воды и бутылкой сока. Вручил напитки мне, обошел машину, уселся, пристегнулся…

И только в этот момент я произнесла:

– Я пью воду с газом. «Боржоми» или «Нарзан». А эта без газа.

На этот раз он посмотрел на меня не просто с неодобрением, а с удивленным осуждением. И это была вполне уместная эмоция. Я вела себя как настоящая вредина. Но облачать мысли в слова он не стал.

Вышел и снова направился в магазин. Вернулся с двумя бутылками в руках. Обе названные марки были в наличии. Жаль. А я надеялась погонять его по другим магазинам.

Мне не очень нравилась роль злобной стервозины, но я вспоминала проникновенный взгляд моего начальника, его просьбу… и готова была горы свернуть!

Я так и не открыла ни одну из купленных бутылок. Таков был план. Я надеялась, это факт разозлит Васина. По-моему, примерно такое поведение и называется «пить кровь».

– Что, расхотелось пить? – спросил слегка обалдевший от моей демонстративной наглости Алекс.

– Ага, – кивнула я.

И почувствовала, как горло слиплось от жажды. От этих разговоров о воде мне по-настоящему захотелось пить. Но ничего, перетерплю. Надо держать марку вредины вселенского масштаба.

7. Бриллиант с чье-то там яйцо

Алиса

Мы оказались в частной клинике, где меня встретили как внезапно обретенную любимую родственницу. Холл сверкал белизной, новизной и стильными дизайнерскими задумками, вроде небольшого водопада в углу и перегородок из стеклянных шариков. Они разделяли пространство на небольшие зоны, в каждой из которых был диван, два кресла и стильный столик на изогнутой ножке.

Мы уселись в одной из таких зон, и к нам поспешила администратор с сияющей приветственной улыбкой. Тут не надо стоять в очереди в регистратуру, как в обычной поликлинике. Тут вообще не надо стоять. Сотрудники подойдут к тебе сами, да еще и предложат чай и кофе. Вот бы везде было бы также…

Ни паспорта, ни полиса никто не попросил. Я назвалась Алисой Селезневой. Сама не знаю, зачем. Как-то по инерции получилось – продолжила кривляться и вредничать. На самом деле моя фамилия Соловьева, но медсестра и бровью не повела.

Зато Алекс повел. Повернулся, уставился на меня как на диковинную букашку. Приподнял свою густую мохнатую бровь.

Я не выдержала и улыбнулась. Он тоже.

Нас проводили к кабинету невропатолога и предложили сесть. Я отказалась – хотелось немного размяться. Алекс тоже остался на ногах. Не садится в присутствии дамы? Это уж чересчур. Да нет, наверное, просто ожидает от меня очередного подвоха. Вот и держится наготове.

Увидев за его спиной кулер с водой, я прошествовала к нему и жадно выпила стакан воды. Не знаю, какое при этом было лицо у Васина. Я на него не смотрела.

А потом я вошла в кабинет врача, к счастью, одна. Успев в дверях сорвать со лба пластырь.

На все вопросы, вроде того кружится ли у меня голова, двоится ли в глазах и чувствую ли я странный вкус во рту я ответила «нет».

Меня засунули в аппарат МРТ. Это было очень страшно. Как я уже говорила, у меня легкая форма клаустрофобии. Мне не по себе в замкнутых пространствах. А тут пришлось лежать в штуковине, похожей одновременно на трубу и на гроб. Я с трудом сдерживалась, чтобы не начать вопить, биться о стены и стараться выползти наружу.

– Все хорошо, – выдал вердикт врач. – Сотрясения нет. Есть легкий ушиб, но это не страшно.

– Я так и думала, – выдавила я.

– Что-то вы побледнели…

– Меня МРТ напугало, – пришлось признаться.

Врач снисходительно посоветовал мне сегодня отдохнуть и не волноваться.

Я вышла из кабинета, предварительно вернув пластырь на место. Алекс, сидевший в кресле, поднялся мне навстречу.

– Ну что? – испытующе спросил он.

– Жить буду, – махнула рукой я.

– Сотрясение?

– Ушиб.

Что легкий и незначительный, я говорить не стала. Я ведь все еще пытаюсь пить его кровь!

– Отвезу тебя домой. Хоть сотрясения и нет, выглядишь так себе, отдых явно не помешает.

– Рабочий день еще не закончился! – раздраженно выпалила я.

Вид ему мой не нравится, видите ли. А сам-то… Ладно. Придраться не к чему. Вид здоровый и цветущий, при этом весьма самодовольный.

– Глеб мне голову оторвет, если я приволоку его пострадавшую секретаршу обратно на работу.

– Да, это он может, – почему-то сказала я.

И представила, как Глеб Максимович откручивает голову своему обидчику Алексу Васину. Он это заслужил! Как можно было орать на такого прекрасного человека?

– Что, строгий начальник? – ухмыльнулся Васин.

Я посмотрела на него как на идиота и выпалила:

– Самый лучший!

– О! – он расплылся в улыбке. – Он тебе нравится?

– Я им восхищаюсь, – твердо произнесла я.

– Небось, сохнешь по нему, – не унимался этот совершенно испорченный человек. – Насколько мне известно, многие секретарши сохнут по своим боссам.

Неудивительно, что наш директор его на дух не переносит!

– Это из личного опыта? – поинтересовалась я. – У тебя есть секретарша, которой ты не даешь засохнуть?

До этого мне трудно было обращаться к нему на «ты», но сейчас я была зла, и это получилось само собой. Вообще-то мне хотелось обозвать его дураком и тупицей. К счастью, я сдержалась.

– Упаси боже! – Алекс сделал круглые глаза. – У меня нет секретарши.

– А чего так? Не дорос?

– Перерос.

– В смысле?

– Уволил всех секретарш к чертям. Бесят они меня.

– Понятно. Скверный характер.

– У меня нет таланта Глеба любезничать со всеми подряд 24 часа в сутки. Моей секретарше пришлось бы несладко…

Это точно! Не хотела бы я получить эту должность.

Я назвала адрес, и мы снова уселись в великолепный автомобиль Васина. И только тут я заметила, что на наших ногах по-прежнему синеют бахилы, которые мы натянули при входе. Я потянулась вниз, чтобы от них избавиться, и умудрилась треснуться головой о переднюю панель.

– Алиса! Ты что творишь? Твердо решил сегодня заработать сотрясение?

– Ага, – огрызнулась я.

И снова попыталась снять бахилы. Поднять ногу повыше я не могла, юбка была слишком узкой для этого.

– Не двигайся, – скомандовал Алекс.

И сам потянулся к моим ногам. Его голова оказалась на моих коленях, руки скользнули по голеням, секунда – и он выпрямился. Но за эту секунду меня снова бросило сначала в жар, а потом в холод. Очень уж интимными были эти прикосновения… Кажется, я даже покраснела.

К счастью для меня, в моей сумке раздалось жужжание. Телефон. Можно приложить трубку к уху и наклонить голову. Тогда мои укороченные рыжие волосы закроют лицо. Номер был незнакомый, но голос я узнала сразу. Глеб Максимович! Он никогда раньше мне не звонил. Интересно, откуда он узнал мой номер?

Вот я идиотка. Он же есть в личном деле.

– Как ваши дела? – поинтересовался самый лучший в мире директор. – Надеюсь, вы были правы и сотрясения у вас нет.

– Нет, все хорошо, – ответила я.

– А как вы справляетесь с моей просьбой? Получилось достать Васина?

– Ну… думаю, да. Немного.

– Завтра мне расскажете. Он сейчас рядом?

– Да.

– Он же не знает, что вы со мной разговариваете?

– Н-нет, – произнесла я неуверенно.

Разве что умудрился разглядеть и узнать номер звонящего. Но это вряд ли. Алекс смотрит вперед, на дорогу.

– Поиздевайтесь над ним еще.

– Но как?!

– Как вам будет угодно. Даю добро на любые, даже запрещенные законом методы.

Глеб Максимович рассмеялся, я тоже хихикнула. И положила трубку.

Похоже, мой начальник настроен решительно. Но что такого ужасного я могу сотворить? Вообще не представляю.

– Кто звонил? – поинтересовался мой спутник.

– Я ведь могу не отвечать? – высокомерно произнесла я.

– Я и так знаю.

Да? Неужели, правда, догадался?

– Тот, к кому ты неровно дышишь, – неожиданно заявил Алекс Васин.

– С чего ты взял?

– Сначала ты покраснела, потом выпрямилась и поправила волосы, а потом смутилась.

– Думай что хочешь, – выпалила я. – Мне все равно.

И потерла лоб. Кажется, пластырь скоро отвалится… Да что там скоро. Он уже почти отвалился.

– Останови у аптеки, – скомандовала я.

– У какой?

– У любой.

Его даже не покоробил мой командный тон!

Через пару минут машина притормозила, Алекс отстегнул ремень и взялся за ручку двери.

– Что нужно? – спросил он.

– Я сама схожу.

– Нет уж, ты сиди отдыхай. Тебе нужен покой.

– У меня нет сотрясения, забыл?

– И все равно…

– Слушай, я уверена, ты не захочешь покупать то, что мне нужно.

– Это почему еще?

– Потому что это прокладки.

А что еще я могла сказать, чтобы удержать его в машине?

– Да запросто, – смело произнес он.

Хотя я заметила в его глазах некоторую неуверенность.

– Разбираешься в формах, размерах?

– Э-э… не очень.

– Тогда сиди.

Это был хороший шанс поиздеваться, но, к сожалению, я не могла им воспользоваться. Мне нужно было оказаться в аптеке в одиночестве.

Я вышла из машины, зашла в аптеку, купила пластырь и поменяла старый на новый. Увидев на витрине слабительное, я на секунду задумалась: а не применить ли мне такой подлый метод мести? Это, конечно, грубо и некрасиво, зато действенно.

Или, например, снотворное. Но тогда он может уснуть за рулем, а это слишком. А еще лучше было бы смешать снотворное со слабительным… Я похихикала сама с собой, но ничего покупать не стала. Эх, если бы Алекс Васин знал, какого кошмара он избежал по моей доброте душевной!

Мы снова поехали, а через пару минут мой провожатый произнес:

– Все же мне хотелось бы как-то компенсировать нанесенный ущерб.

– Я что-то слышала про премию…

– Да, конечно, премия будет. Но, может, что-то еще?

– Например?

– Ну, не знаю… что может тебя утешить? Может, шопинг?

– Ага. В ЦУМе.

– Без проблем.

Он перестроил машину в правый ряд, потом еще раз… Он что, собирается ехать в ЦУМ? Я, вообще-то, пошутила.

В ЦУМ меня водила Вика. На экскурсию. У меня глаза на лоб вылезли, когда я увидела туфли за сто пятьдесят тысяч и сумочку за двести. Кто это все покупает?!

Теперь знаю, кто. Такие, как Васин. Или Глеб Максимович. Для них это пустяк, а мне бы год пришлось копить на эту злосчастную сумочку.

Но я бы, конечно, копить на нее не стала. Меня вполне устраивают сумки, которые стоят раз в пятьдесят дешевле.

А Васин точно одевается в самых дорогих бутиках. Ткань его костюма вовсе не выглядит кричащей, но прямо-таки источает благородный шик. И часы, наверное, жутко дорогие. Я в этом не разбираюсь, но можно догадаться.

– Нет, давай не в ЦУМ, – выпалила я. – Давай в ювелирный. Купишь мне бриллиант с голубиное яйцо.

– Прям с голубиное.

– Ладно, можно и с воробьиное. Или даже с муравьиное, если воробьиное для тебя накладно.

– Воробьиное, пожалуй, потяну, – усмехнулся мой спутник.

– А ты всегда так ущерб возмещаешь? – поинтересовалась я. – Бриллиантами и сумочками из ЦУМа.

– Обычно я не расшибаю девушкам лбы.

– Это понятно. Обычно ты разбиваешь им сердца. А потом залечиваешь раны шопингом.

Он повернулся и уставился на меня. Видимо, не ожидал подобной тирады. Я сама не ожидала. Но меня прямо задело это его предложение. На шопинг он меня повезет, видите ли. Как какую-то содержанку…

Я не содержанка и никогда и ни за что ею не буду. У меня был очень печальный опыт, еще в Солнцегорске. Я имела неосторожность влюбиться в одного самоуверенного наглеца. А он считал, что, сделав мне пару подарков, получает право на… да на все.

– Откуда у тебя обо мне такие сведения? – спросил Васин. – Сплетни, слухи?

– Какие слухи? Я тебя впервые в жизни вижу и ничего о тебе не знаю. Но привычки тебя выдают.

– А ты прямо Шерлок Холмс! Можешь определить характер и образ жизни по потертостям на пиджаке.

– На твоем пиджаке нет потертостей. Но надо посмотреть, с какой стороны стоптаны твои туфли…

Васин опять уставился на меня.

– Смотри на дорогу! – прикрикнула я.

Как ни странно, он послушался. Наверное, от неожиданности.

При этом нахмурился и замолчал.

Минуты три мы ехали в тишине. Я пыталась изобрести новые способы попить его крови, но все, что приходило в голову, казалось мелким и незначительным.

И то, что я до этого делала – полная ерунда. Я его не достала. Не оправдала надежд Глеба Максимовича.

Я просто не знаю, как по-настоящему уязвить Алекса Васина!

– «Небо в алмазах» тебя устроит? – неожиданно спросил он.

– Что?

– Ювелирный магазин «Небо в алмазах».

Я совершенно растерялась, увидев вывеску.

– Нет, нет. Проезжай, не останавливайся.

– А куда ты хочешь? У меня не так много времени.

– Домой. Отвези меня домой.

– А как же бриллиант с чье-то там яйцо?

– Я пошутила. Не нужны мне бриллианты.

– Тогда, может… – начал он.

– Я проголодалась, – выпалила я. – Хочешь компенсировать – накорми меня обедом. То есть ужином. В общем, я хочу есть.

– Прекрасная идея. Я, кстати, тоже проголодался. Тут по дороге есть один ресторан…

– Место выбираю я.

– Ладно.

Он вздохнул, видимо, в предвкушении новых проблем. И он не ошибся. Мой план был очень коварным.

Недалеко он моего дома, и к тому же близко к дороге, что удобно, находился не особо новый и не особо презентабельный ларек «Крошки-картошки». Говорите, что хотите, но я обожаю запеченную картошечку с сыром, ветчиной и грибами. Мы с Викой пару раз сюда забредали, и остались вполне довольны.

А вот миллионер Васин, я думаю, в таким местах никогда не бывал. И это будет для него шоком. Заставлю его есть стоя за одноногим столом, с пластиковой тарелки, пластиковой же вилкой. Неизвестно что, завернутое в фольгу.

Получится прямо-таки миллионер в трущобах. Ха-ха.

8. Секретарша с придурью

Алекс

Эта секретарша Глеба… она очень странная. Явно с придурью. Раньше у него была другая, слишком приторная, на мой взгляд и вся из себя глянцевая. Но вполне адекватная. А эта… Может, это последствия удара головой?

Мне было очень-очень стыдно. Просто хотелось провалиться сквозь все десять этажей прямо в подвал. Оказывается, я ударил девушку. По голове. Так сильно, что она отлетела! И даже не заметил этого.

Это все Глеб меня довел. Вернее, его «Купидоны». Я вышел от них злой, как черт, наорал на друга и, в запале, выскочил из кабинета. Тут она и подвернулась…

Когда я вернулся, у нее был такой несчастный вид… Видимо, сильно ей досталось. Этот пластырь на лбу был для меня жестоким упреком. Я не знал, что сделать, как искупить свою вину. А тут Глеб заявил, что ей нужен рентген, и надо нести ее в машину на руках.

Ну ладно. Не проблема. Тем более, она оказалась легкой, как пушинка. Когда я подхватил ее на руки, меня, почему-то, снова захлестнули воспоминания о той незнакомке в клубе. Кажется, эта Алиса использует похожие духи. Или что-то там еще, с цитрусовым и летним ароматом. Не могут же две разные девушки пахнуть так похоже!

Я бы мог предположить, что это невероятное совпадение, и я снова случайно встретил ту незнакомку, но нет. Точно нет. У той были очень длинные волосы. И точно не рыжие. А эта похожа на солнечный апельсин. С глазами морского цвета.

Но, когда я нес ее на руках, мне снова казалось, что я держу трепещущую маленькую птичку. И мне снова не хотелось ее выпускать… Да что за наваждение такое!

Наверное, Глеб прав. Я просто созрел для стабильных отношений. И даже, страшно сказать, для семейной жизни. Вот мне и мерещатся везде прекрасные незнакомки.

Когда уже я выброшу ее из головы? Это полный идиотизм, грезить о девушке, которую даже не видел в лицо! У меня просто слишком бурная фантазия. Надо ее приструнить.

Странности начались еще когда мы ехали в больницу. Алиса заявила, что хочет пить. Я остановился, хоть это было неудобно. Принес воды и сока, но оказалось, что это не то. Принес другой воды. Вроде бы, именно такой, какую она просила. Но эта Алиса к воде даже не притронулась! А потом, в больнице, бросилась к кулеру и залпом выхлебала целый стакан. Как это прикажете понимать? По мне, это весьма подозрительно. И требует проверки мозгов.

Но проверка показала, что с мозгами все в порядке. Сотрясения, к счастью, нет. Получается, она просто издевается надо мной. Но зачем? Видимо, злится за то, что я заехал ей дверью по лбу. И мстит таким странным образом. Ладно, пусть развлекается. Потерплю.

Все же она забавная. В клинике назвалась Алисой Селезневой. При этом сама чуть не рассмеялась. Мне тоже стало весело.

А потом она опять начала вредничать. То хочет в ЦУМ, то требует бриллиант с чье-то там яйцо. Ладно. Бриллиант так бриллиант. Куплю и избавлюсь от мук совести.

Но в последний момент она от бриллианта отказалась. И затащила меня в очень странное место.

– Вот тут надо повернуть, – командовала моя подопечная.

– Ты уверена?

Мы собирались поесть, но никаких нормальных заведений поблизости не было. Я несколько раз предлагал ей остановиться у ресторанов, что попадались нам на пути, но она не соглашалась. Говорила, что хочет в какое-то определенное место. Ну ладно.

Мы доехали до спального района, свернули на какую-ту боковую дорогу, и вдруг она говорит:

– Приехали.

– Куда приехали?

– Сюда. Вот тут остановись.

Она резво выпрыгнула из машины, мне тоже пришлось выбираться. Я вертел головой, тщетно пытаясь обнаружить в окрестностях ресторан или кафе. Но не увидел ничего, кроме какого-то невнятного ларька. Мы же не ради него сюда приехали… Все это очень загадочно.

И тут я увидел, что Алиса направляется к этому самому ларьку и что-то говорит в окошко. Святые помидоры! Она что, собирается здесь есть?

Эта пигалица отказалась обедать в лучших ресторанах столицы ради вот этого вот… даже не знаю как это назвать… придорожного рассадника заразы. Там же наверняка подают немытую требуху и жареных лишайных кошек!

Я подошел к Алисе и услышал, как она бойко называет какие-то ингредиенты. Соленые огурчики, дополнительная сметана… О кошках, вроде, речи нет.

– Ты что будешь? – повернулась она ко мне.

– Ничего.

Она скорчила презрительную рожицу.

– Брезгуешь? Что, здесь для тебя недостаточно фешенебельно? Можешь, кстати, уезжать. Мне тут до дома недалеко.

Ее слова меня почему-то задели.

– Я обещал отвезти тебя домой, и отвезу, – твердо произнес я. И добавил. – Ладно, мне тоже самое, что и тебе.

– Уверен?

Она снова повернулась ко мне. Лицо преувеличенно серьезное, а в глазах чертики.

– Тут еда совсем не барская. Ни трюфелей в шампанском, ни омаров, ни даже фуа-гра. Я за тебя волнуюсь.

Снова издевается.

– Ты тут раньше бывала?

– Ага.

– Раз ты выжила, то и я выживу. Мне тоже самое.

Я хотел заплатить, но оказалось, что в этом дурацком ларьке не принимают карты. Я начал растерянно шарить по карманам в поисках наличных, но, обнаружил лишь салфетку с номером телефона и пошлым отпечатком красных губ. Помнится, ее в мой карман сунула симпатичная официантка, обслуживавшая меня за завтраком в ресторане.

Алиса тоже увидела салфетку и снова презрительно ухмыльнулась. Я, как дурак, смутился и начал оправдываться. А она достала кошелек и заплатила.

Глеб будет ржать, когда узнает, что меня угощает его секретарша! Да еще где угощает. И чем!

Я помог Алисе донести до одноногого высокого стола что-то, завернутое в фольгу. А еще салфетки и пластиковые приборы. И кофе в бумажных стаканчиках.

А теперь придется есть…

Алиса развернула фольгу, взяла в одну руку вилку, в другую нож. Я последовал ее примеру. Так. Это просто картошка с начинкой, ничего страшного. И руки они наверняка моют. И санэпидемстанция их проверяет. И эти кусочки – точно не мелко порубленная дворовая собака.

– Боишься – не ешь, – произнесла Алиса. – Я тебя не заставляю. Я вообще против принуждения.

Я вонзил в картошку нож. Наколол кусок на вилку, попробовал. А это совсем не так уж плохо! Правда, очень горячо.

Алиса уплетала за обе щеки, я тоже постепенно вошел во вкус. Это, конечно, не высокая кухня от французского шефа, но явно лучше того невнятного месива, что мне приходилось есть в Китае. Кофе, правда, был отвратительный. И я не постеснялся сообщить об этом Алисе.

– Кофе как кофе, – выдала она. – Три в одном.

– Что? – не понял я.

– Не заморачивайся. Уверена, тебе больше никогда не придется такое пить.

А потом я отвез ее домой. Настоял на том, чтобы проводить до квартиры. И даже нагло вломился внутрь, хоть она меня и не приглашала. Во-первых, разыгралось любопытство. Мне было интересно узнать, как живет эта странная рыжая девчонка. А, во-вторых, я все еще чувствовал себя виноватым.

Мне это чувство не нравится. Когда оно возникает в отношениях с девушками, я обычно им что-нибудь покупаю. И они довольны, и мне хорошо. Что купить этой пигалице, я не знал. Но, возможно, пойму, если увижу ее жилище.

Это была очень маленькая квартирка. Просто крошечная. В моем лофте таких поместиться штук двадцать. А она, оказывается, живет здесь с подругой.

Здесь солнечно, просто и даже приятно. Потому что пусто. Мне нравится минимализм… Но это какой-то запредельный его вид. На кухне практически совсем нет мебели, только раковина, стол, пара табуретов и холодильник. Посуда лежит на подоконнике, микроволновка стоит на полу. Так, понятно, что нужно этой Алисе. Я закажу ей кухню.

Она, кстати, стоит в дверях, скрестив руки на груди. Смотрит на меня исподлобья. Видимо, ей не нравится, что я ворвался в ее жилище и шастаю тут без разрешения. Это понятно, мне бы такое тоже не понравилось. Но сейчас я все исправлю.

Я приклеил на лицо самую обаятельную из своих улыбок и произнес:

– Я завтра пришлю мастеров. Они тут все измеряют и сделают кухню. Сама выберешь макет.

– Да ты что!

На лице Алисы не отразилось ни капли радости. Еще сильнее насупив брови, она двинулась ко мне.

– С чего ты взял, что мне нужна кухня?

– Ну… это очевидно.

– Ты не можешь допустить, что мне нравится то, что здесь есть?

– Я… э…

Я вообще не ожидал, что она разозлится. Что я такого сделал? Просто хотел оказать услугу девушке, которая из-за меня пострадала. Да просто девушке. Симпатичной. Хоть и слегка неадекватной. Обычно девушки против такого не возражают.

– Ты, значит, оплатишь мне кухню, – Алиса подошла ко мне вплотную и продолжила сверлить меня своими бирюзовыми глазами. – А в гости будешь приходить?

– Что? А… если пригласишь, приду, конечно.

– Ну а как не пригласить своего… как это называется… спонсора?

В этот момент я осознал причину ее злости. И поспешил исправить ситуацию.

– Да ты неправильно меня поняла! Это просто дружеский жест. Я не собираюсь требовать ответных услуг.

– А обычно требуешь, да? С теми, кого не треснул по голове. Ты им – подарки, а они исполняют все твои прихоти.

– Не знаю, что ты там себе нафантазировала…

– Слушай, иди отсюда, а?

Я опешил. Вот это бесцеремонность! Кажется, меня еще ни разу не выставляли за порог подобным образом.

– Я тебя не приглашала, – устала произнесла Алиса. – И развлекать не обязана. Так что проваливай.

Она развернулась и вышла из кухни. Я стоял и хлопал глазами, как кретин. Потом направился к двери.

Если меня не хотят видеть, я настаивать не буду.

Проходя мимо приоткрытой двери комнаты, в которой скрылась Алиса, я заметил яркий рисунок на стене. Желтый мак. Красиво. Как-то слегка… безумно, что ли. Но по-хорошему безумно. Мне даже захотелось приоткрыть дверь и рассмотреть рисунок получше. Но я не стал. Нет никаких сомнений, что хозяйке квартиры это не понравится.

9. Будешь Васей!

Алекс

Мои родители живут за городом, в огромном доме с садом, двумя бассейнами и оранжереей, гордостью мамы. Одно из главных развлечений моей родительницы – война с садовниками и ландшафтными дизайнерами. По ее словам, они совершенно не слушают указаний, все делают по-своему, поэтому их необходимо периодически увольнять и приглашать новых.

Несмотря на то, что в Подмосковье существует огромное количество фирм, занимающихся обустройством садов и газонов, в оранжерее периодически мелькают одни и те же лица – хороших специалистов все же не так много. Все они знают о причудах мадам Васиной и относятся к ним стоически, тем более, что платит она щедро, особенно, когда чувствует вину за очередное увольнение.

Мой батя в свое время был одной из акул столичного бизнеса, но сейчас почти отошел от дел, оставив себе для развлечения пару компаний. Когда мне исполнилось шестнадцать, и меня осенила первая гениальная бизнес-идея, отец без лишних вопросов дал денег на ее осуществление. И не сказал ни слова упрека, когда затея провалилась.

Он и следующую идею поддержал, и многие, последовавшие за ней. «Бизнес – рисковое дело, – внушал он мне. – Не надо бояться рисковать. Пока все взвешивают шансы, ты уже должен получать прибыль». Когда я, опьяненный первыми успехами, поставил все на очередной проект и остался ни с чем, отец снова не стал читать нотаций. Он невозмутимо пояснил: «Теперь ты знаешь, что рисковать нужно с умом. Только тем, что готов потерять. Всегда имей резервный фонд и неприкосновенный запас».

Он мудро заключил, что пытаться внушить это словами бесполезно. Надо было дать мне совершить собственные ошибки. После этого я твердо усвоил урок.

Я с огромным уважением отношусь к отцу и обожаю свою немного взбалмошную и своевольную маму. Поэтому всегда стараюсь навещать родителей не реже двух раз в месяц. Но в последнее время эти визиты стали меня напрягать.

Потому что мама взяла за правило донимать меня вопросом: «Когда ты, наконец, женишься?» Она и раньше периодически об этом спрашивала, но в последние месяцы это превратилось в настоящее преследование.

Она даже приглашала в гости дочерей своих подружек, зная, что я приду! Поэтому я стал заявляться без предупреждения.

Вот и сегодня так получилось. Я не позвонил заранее, хотя мы, из-за моей командировки, не виделись целый месяц. По своему обыкновению я вошел через черный ход, оставив машину у ворот.

– И это, по-вашему, каскад? – услышал я усталый голос родительницы.

– Конечно. Пять ступеней разного размера, каменная кладка, успокаивающий шум воды, – ответил ей достаточно молодой и дерзкий баритон.

– То есть вы слышите шум воды?

– Ну, если прислушаться…

Дерзости в голосе поубавилось.

– Я не желаю прислушиваться! Сделайте что-нибудь с напором воды. Я хочу слушать шум водопада.

– Тогда тебе надо ехать на Ниагару, – встрял я в беседу, вынырнув из кустов. – Здесь вряд ли получится его воссоздать.

– Саша! – воскликнула мама и схватилась за сердце. – Нельзя же так внезапно выпрыгивать, как чертик из табакерки!

– А чего нет-то? – Я заключил маму в объятия и чмокнул ее в щеку. – Зато парня спас от расправы.

– Здрасьте, – выпалила очередная жертва деспотичной хозяйки сада и оранжереи.

– Пойдем пить чай, – я потащил маму в сторону террасы.

– Кирилл, подумайте, как усилить напор воды! – успела она на ходу крикнуть вздохнувшему с облегчением ландшафтному дизайнеру.

Чаем не обошлись, пришлось уплетать плотный ужин. Я не стал ей говорить, что совсем недавно съел запечённую картошку в придорожном ларьке в обществе одной странной особы. Это бы ничего не изменило. Мама всегда пытается меня накормить, будто я до сих пор длинный худой подросток, стесняющийся своего роста и не знающий, куда девать разросшиеся конечности.

Она дала мне спокойно доесть, но потом все же оседлала любимого конька.

– Не нашел еще девушку? – спросила она сразу же, как только я положил вилку.

Нет, ну а что ходить вокруг да около, хочешь что-то узнать – спроси в лоб! Именно так обычно действует моя родительница.

– Мама!

– Что «мама»?

– Нет бы о делах спросить, здоровьем поинтересоваться…

– Здоровьем, – фыркнула она. – До этого вопроса еще лет тридцать как минимум. А работа твоя мне неинтересна. С отцом о ней говори.

– Ты сама деликатность.

– Ну а чего я буду притворяться? Нужна тебе моя вежливость?

– Не нужна.

Я помотал головой и улыбнулся.

– Так, значит, девушку не нашел.

– Да я и не искал еще…

– Так ищи!

– Ладно.

– Что значит «ладно»?

– Буду искать.

– Ну шути тут мне!

– Я серьезно.

Мама посмотрела на меня с недоверием. Она была уверена, что я блефую. Просто, чтобы она отстала. Но доказательств у нее не было.

Зато был последний аргумент.

– Не женишься в ближайший год – прокляну, – выдала она.

– Мама!

– Что «мама»? Я не вечная, хочу внуков понянчить, пока силы и здоровье есть.

– Твоих сил и здоровья хватит еще лет на пятьдесят. Ты прекрасно выглядишь. Излучаешь свежесть и неземную красоту.

– Вот только не надо грубой лести!

Она приосанилась и поправила прическу. Конечно, она догадывалась, что я пытаюсь перевести разговор. Но слушать комплименты всегда приятно!

– Сегодня была у косметолога, – призналась мама. – Так что не надо тут мне.

– Но ты, правда, сияешь…

Я все же не смог ее отвлечь.

А она для верности добавила еще одну угрозу:

– Не женишься – буду звать Васей.

– Мама!

– Даже не сомневайся.

Она прекрасно знала, как меня бесит это прозвище. В детстве меня все друзья так звали – от фамилии никуда не деться. Некоторые и сейчас продолжают, кстати. А я всегда хотел быть Алексом. Не Сашей, не Шуриком и, конечно, не Васей.

Отец появился, когда я уже собирался уезжать. Вошел, ругая пробки, прислушался к нашему разговору, хохотнул и потребовал ужин.

А потом мы по традиции уединились в беседке «покурить». Батя лет двадцать как бросил, я вообще табаком не баловался, если не считать экспериментов в пятом классе. Но это почему-то называлось именно «покурить».

Обычно отец расспрашивал меня об очередных проектах и выслушивал новости с большим интересом. Как старый охотничий пес, у которого уже не осталось былой прыти, но любовь к охоте не угасла.

Но сегодня разговоры о бизнесе были недолгими. К моему удивлению, отец заговорил о… женитьбе.

– И ты туда же! – возмутился я.

– А что, ты думаешь, если я молчу, то не согласен с матерью? Еще как согласен! Тебе, между прочим, уже за тридцатник перевалило. Когда мне было столько, ты уже в детский сад ходил.

– Ну, это ты…

– Скажи еще: сейчас другие времена.

– Другие. Люди позже женятся.

– Ага. А потом на выпускной своих детей приезжают в инвалидном кресле и с капельницей.

– Чего сразу в кресле-то?

– Все надо делать вовремя, вот чего. Ну, скажи, тебе, и правда, не надоели все эти гулянки и случайные девушки? Прямо вот нравится такая жизнь?

– Ну… – неопределенно протянул я.

– Это хорошо, – неожиданно отозвался отец.

– Что хорошо?

– Что «ну». Значит, начинаешь задумываться. Давно пора.

– Начинаю, – пришлось признаться мне.

– Ты молодой, внешностью бог не обидел… красавчик, прямо скажем.

Я удивленно уставился на отца. С чего вдруг такие разговоры? У нас не принято было отвешивать друг другу комплименты, тем более по поводу внешности.

– Спасибо, конечно, – произнес я.

– Богатый к тому же, – продолжал отец.

– Ты к чему клонишь? Чую подвох.

– Правильно чуешь. Есть подвох.

– Ну и в чем он?

Батя снял очки и потер переносицу. Я знал, что этот жест означает сомнение и неуверенность. Отец не уверен, стоит ли мне что-то говорить… Становится интересно.

– Ты не умеешь строить отношения с женщинами. С нормальными женщинами. С такими, на которых женятся.

– Что?

Я от души расхохотался.

Отец водрузил очки на нос и посмотрел на меня сквозь сверкающие в закатном солнце линзы.

– Конечно, ты известный донжуан, или, как сейчас говорят, мачо…

– Но… я не знаю какого-то важного секрета?

Я откровенно потешался. Отец вздумал давать мне уроки соблазнения. Кто бы мог подумать!

– Не знаешь.

– Но ты же мне его откроешь?

– Открою. Когда будешь готов.

– Я готов. Правда. Говори!

Он только покачал головой.

– Тебе все шуточки. А брак – дело серьезное.

– Вы с мамой расписались через неделю после знакомства! Видимо, были очень серьезными и ответственными.

– Расписаться дело нехитрое. А вот тот факт, что мы почти сорок лет вместе…

– Сорок… Как это возможно? Сорок лет с одним и тем же человеком! И ведь я знаю, что ты не… у тебя же никого на стороне не было? Я уже взрослый, можешь сказать.

– Насчет твоей взрослости я не уверен. Но сказать могу: не было. Хотя возможностей было… сам понимаешь.

– Так в чем же ваш секрет?

Мне стало по-настоящему интересно.

– Будешь готов – скажу.

Вот ведь упрямец! И уговаривать бесполезно. Если отец что-то решил – не отступится.

10. Телефонная книга холостяка

Алиса

Я услышала звук хлопнувшей двери и сразу вскочила с кровати, на которую уселась в ожидании, когда Алекс Васин уйдет.

И вот он ушел. Хлопнув дверью. Или это сквозняк… Не знаю. И не надо переживать, что он обиделся на мои слишком резкие слова! Это и было моей целью. Я выполняла просьбу Глеба Максимовича.

Но, сказать по правде, мне и без его просьбы очень хотелось нагрубить Васину. В последние полчаса он вел себя как самоуверенный павлин. Ненавижу таких мужчин. Они думают, что своими деньгами могут купить все, что угодно. И кого угодно.

Этот Васин поднялся ко мне в квартиру, хотя я совершенно ясно ему сказала, что дойду сама. Но он как будто не слышал.

Такие всегда не слышат. Делают то, что считают нужным, и ждут, что все будут под них подстраиваться, выполнять их желания. Хозяева жизни…

Завалился на нашу кухню, высокомерно сморщил свой холеный нос. Обстановка ему, видите ли, не понравилась… И он решил меня облагодетельствовать. Мне благодетели не нужны! Особенно такие, которые рассчитывают при случае заезжать в гости.

Ну да, конечно. Он же на меня потратится. Значит, я должна буду чувствовать себя обязанной и принимать его с распростертыми объятиями. В своей квартире. И, вероятно, в своей постели.

Да я еще мало ему нагрубила! Подумаешь, сказала: «Проваливай!» Надо было видеть, как изменилось его лицо! Он явно опешил. Совершенно такого не ожидал. Не привык к подобному обращению.

Значит, у меня все же получилось выполнить просьбу Глеба Максимовича! Я молодец. Завтра расскажу ему, как гоняла Васина за водой, как капризничала и требовала бриллиантов. Как заставила его есть в уличной забегаловке. И как выгнала из своей квартиры!

Я почувствовала, как мои губы расплываются в радостной ухмылке. И настроение, в какой-то момент упавшее до нуля, снова поднимается.

К черту Васина! К черту всех этих высокомерных «хозяев жизни»! Особенно одного. Того, что остался в Солнцегорске.

Даже секунды своего времени не потрачу на воспоминания о нем.

Алекс

Зачем мне какие-то дурацкие «Купидоны» с их тестами и вопросами? Я сам справлюсь. У меня полно знакомых девушек. Телефонная книга переполнена. Надо полистать ее, подумать, присмотреться.

Там же не только те, с кем я провел одну ночь и внес в черный список, чтобы не доставали. Были и перспективные варианты. Много же хороших девчонок вокруг!

Раньше я смотрел на них с одной стороны – развлечься, весело провести время. И расстаться без осложнений. На подарки я всегда был щедр, но личное время и свою свободу никому отдавать не хотел.

Сейчас попробую посмотреть на ситуацию иначе. Долой ветреных, на все согласных вертихвосток! И сексуальные стервы мне тоже больше не интересны. И капризные красивые вредины тоже.

Есть же на свете обычные хорошие девушки? Точно, есть. Надо только их найти. Вернее, ее. Ту, с которой мне будет хорошо. Лучше, чем без нее, как сказал Глеб. Кстати, я не собираюсь ему рассказывать о том, как отвозил домой его секретаршу. Как она вредничала по дороге и как меня выгнала. Вот она – точно не мой тип.

Список телефонов, образовавшийся на моей сим-карте за последние… не знаю, десять лет, удивил меня до глубины души. Оказывается, у меня имеется несколько сотен телефонов девушек! Я не думал, что так много. Честно.

Кроме имени я обычно записывал что-то памятное. Например, Лера Взбитые сливки, или Наташа Энерджайзер, или Алина Тату дракон. Кого-то благодаря этим заметкам удалось вспомнить, а кто-то напрочь стерся из памяти. Например, что может означать Вита Эйфелева башня? Мы встречались в Париже? Она необыкновенно высокая? Мы пробовали в постели какой-то трюк с таким названием? Не знаю…

В общем, я отмел большую часть телефонов и тех, кто мне их дал. Но пара десятков нормальных девушек в моем списке все же имелась. Например, одноклассница Кристина. В школе мы с ней не особо общались, но лет через пять случайно встретились и вместе сгоняли на Бали. Было прикольно. По-настоящему весело и легко. Она не просто красивая кукла, а интересный человек с мечтами и планами. Интересно, где она сейчас?

Инстаграм быстро дал мне ответ. Кристина замужем, у нее есть маленькая дочка – глазастое чудо в каких-то невообразимых рюшечках. И муж – качок в интеллигентных очках. На фотках оба выглядят счастливыми. Понятно. Значит, Кристину вычеркиваем. Ладно, список длинный. Может, не всех нормальных девчонок расхватали мускулистые очкарики…

Вот, кстати, младшая сестренка одного моего друга. Изабелла. Белла, как все ее зовут. У меня с ней вообще никогда ничего не было. С сестрами друзей лучше не связываться, проблем не оберешься. Но она всегда мне нравилась. Так, попробую ее найти.

Ага, вот и Белла. Только она сейчас не в Москве, и даже не в России. Учится в каком-то американском университете, получает степень магистра. Прикольно. Но мне не подходит. Даже если исключить тот факт, что нас разделяет океан, зачем мне жена-заучка? Я хочу, чтобы она уют наводила, а не строчила диссертации.

Идем дальше. Эта замужем. Эта тоже. Что, даже хохотушка Маринка успела замуж выскочить? Мы же виделись пару месяцев назад, и, вроде бы, ничего не предвещало… Хотя она могла и не поделиться со мной своими планами. Маринка никогда ко мне серьезно не относилась, зато искренне смеялась над моими не очень остроумными шутками.

Следующая попытка. Эта не замужем, и, похоже, заедает одиночество пельменями. А раньше была такая стройняшка! Эта развелась и счастлива. Тоже не мой вариант. Эта снимается в таком микроскопическом купальнике и такой позе, что меня аж пробрало. И, конечно, всех мужиков, что видели эту картинку. Моя будущая жена не должна себя так вести!

Уф. То ли я такой придирчивый, то ли в природе вообще не осталось нормальных девушек. В смысле, подходящих для моих целей.

Да ерунда, конечно, они есть. Просто мой список – далеко не самое лучшее место для поисков. Как я уже говорил, создавался он совсем с другими целями.

Итак, что мне остается? Пока вижу три варианта. Первый – сдаться «Купидонам». Второй – согласиться встречаться с дочками маминых подруг. Третий – кинуть клич по друзьями.

Последнее сразу нет. Как мне это вообще в голову пришло? Чтобы народ ржал надо мной целый год. Алекс Васин не может сам познакомится с нормальной девушкой! Нонсенс.

А мама… может, у ее ее подруг и хорошие дочки. Хозяйственные, милые и все такое. Но мне и внешность важна! Не буду же я говорить маме в лицо, что девушка мне не нравится, потому что у нее ноги короткие или улыбка как у хорька. И так известно, что она мне ответит. Что с лица воду не пить, главное, чтобы человек был хороший. А вообще я и сам не идеал. У меня нос кривой и руки как лопаты. Да, примерно в таком духе и выскажется моя любимая мама. Ей палец в рот не клади – откусит по шею.

Зато «Купидонам» я могу выдвигать любые требования. Даже странные, даже самые абсурдные. Скажу, например, что мне нравятся брюнетки с разными глазами, чтобы один зеленый, а второй карий. И пусть ищут. Ха-ха.

Жаль только, я не могу попросить их найти незнакомку из клуба. Девушку с длинными волосами, пахнущую весной и чем-то лимонным.

Все-таки, наверное, это были духи. Ведь почти такой же запах я ощутил сегодня, когда нес на руках секретаршу Глеба. У меня даже что-то шевельнулось в груди в тот момент. Она тоже была похожа на трепещущую птичку…

Но она такая вредина! И я ей явно не нравлюсь. Она меня прямо категорически не переносит. Интересно, почему?

Да, неважно. Пусть Глеб беспокоится по поводу ее скверного характера. Мне по барабану.

Влад, компьютерщик «Безумных купидонов»

Руки Влада летали по клавишам со скоростью звука, картинки на экране сменялись так быстро, что разглядеть что-то было почти невозможно. Он не заметил, как сзади к нему подошла стройная блондинка с полными губами и ярким маникюром.

Она положила руки ему на плечи, он от неожиданности вздрогнул, но посмотрел на нее с благосклонной улыбкой. Преданным собачьим взглядом…

Картинка на мониторе замерла, и девушка с интересом на нее уставилась.

– Кто это тут у тебя?

– А, неважно. Это по работе.

– Такой красавчик. И костюм шикарный. А часы… они два миллиона стоят! Кто это?

– Алекс Васин, – нехотя отозвался Влад.

– Он клиент твоих «Купидонов»? Ищет жену?

Влад уже жалел, что был так болтлив со своей новой знакомой. А ведь он подписал соглашение о конфиденциальности, грозящее огромными штрафами! Но сказанного не вернешь. Ирина знает, чем он занимается.

– Ну-ка, ну-ка.

Девушка с интересом вчитывалась в анкету нового клиента. Влад попытался закрыть документ, но Ирина ему не дала. Ее рука скользнула по его груди вниз, потом еще ниже… Она знала как заставить его забыть обо всем!

Через полчаса она знала все. Какую девушку ищет Алекс Васин, каковы его тайные желания и истинные мотивы. Что он любит и чего терпеть не может. Что ему хотят посоветовать «Купидоны» и какой они видят его избранницу.

– Я идеально подхожу! – выпалила Ирина.

– Ты? – Влад уставился на нее с удивлением и обидой.

– Ну, милый, мы же сразу договорились, что у нас ничего не значащий роман. Мы просто хорошо проводим время…

Сейчас эти слова уже не казались Владу такими приятными.

– Я ищу рыбу покрупнее. Такой девушке, как я, нужен такой… как он.

Она ткнула пальцем в монитор.

Влад скорчил недовольную мину.

– Ну, не дуйся, – девушка снова пустила в ход свои шаловливые ручки. – Ты в обиде не останешься. Я знаю, как тебя отблагодарить.

Еще через полчаса Влад был готов выполнить все, о чем попросит Ирина. А просила она о многом.

Дорогие читатели! Мне присвоили коммерческий статус и, вероятно, я вскоре открою подписку на эту книгу. Пока еще сама не разобралась, что к чему, но хочу предупредить.

Кого разочаровала – прошу понять и простить))

Цена будет минимальной. Промокоды буду разыгрывать без особых условий. Если что – пишите в личку ВК. Я очень отзывчивая))

11. Поддельная Василиса

Компьютерщик Влад и Ирина

– Все же, мне кажется, это слишком, – Влад смотрел на фотографию Ирины, стилизованную под картинку из книжки «Василиса Прекрасная и Василиса Премудрая. Русские народные сказки».

– А, по-моему, в самый раз, – ответила Ирина.

Узнать в ней ту сексуальную блондинку, какой она была несколько дней назад, было невозможно. Девушка нарастила волосы, перекрасила их в русый цвет и носила заплетенными в косу. На ней было простое летнее платье в цветочек и удобные белые кроссовки. На ногтях – бесцветный лак, на лице – всего лишь капля косметики. Она избавилась от своих чрезмерно густых черных бровей. Сейчас они выглядели совершенно естественно. Даже накачанные губы казались почти настоящими на этом милом девичьем лице.

– Эта книжка была его любимой в детстве, – произнесла девушка, которая теперь звалась Василисой. – Подсознание должно сработать.

Глеб в очередной раз посмотрел на нее с изумлением. Она усмехнулась.

– Если у меня грудь третьего размера и упругая попа, это не значит, что я тупая.

Да уж. Точно, не значит.

Ирина поразила его до глубины души. Своей хваткой, изобретательностью и предприимчивостью.

Он сделал ей поддельные документы. Они вместе придумали легенду: она студентка, учится на филологическом. Живет в квартире, доставшейся от бабушки. Любит готовить, увлекается фотографией. Волонтерит в приюте для животных. Просто пай-девочка!

Ее анкета оказалась среди нескольких десятков анкет, переданных Владом «Купидонам». И он уже знал, что ее отобрали для первого тура.

Он страшно волновался, боялся, что обман вскроется. И сам себя успокаивал: как он может вскрыться, если проверкой данных занимается именно он?

– Все будет хорошо, – выдала Ирина.

И легко коснулась кончиками пальцев его плеча.

Влад обреченно кивнул.

Алиса

Во время болезни, по телефону, Эвелина была вполне вежливой и предупредительной, я даже приняла ее за адекватного человека. Но я рано сделала выводы. Вернувшись на работу, она моментально превратилась в прежнего цербера.

И ладно бы она рычала только на посетителей, покушавшихся на покой нашего драгоценного босса. Но она и со мной была отнюдь не любезной. А я, между прочим, ее выручила!

– Ревнует, – вынесла вердикт Света из бухгалтерии. – У тебя же с Глебом Максимовичем сложились прекрасные отношения…

– А у кого бы не сложились? Он просто чудо! С ним очень легко работать.

– Эх, хотела бы я на недельку стать его секретаршей, – вздохнула Света.

– А толку-то? – вставила Ксюша из рекламного отдела. – Вон, Алиса была. И даже не попросила его о переводе к дизайнерам.

Это правда. Я так и не решилась сообщить Глебу Максимовичу, с какой целью я устроилась в «Альфа-Бетту». А ведь были подходящие моменты! Одни был просто прекрасный.

На следующий день после моей поездки в больницу в сопровождении Алекса Васина я отчиталась боссу о том, как все прошло. Он хохотал так, что чуть не упал со стула. Я сидела, смотрела на него и таяла, как мороженое на солнце.

Как заразительно он смеется! Какие у него безупречные белоснежные зубы! А глаза… голубые, как небо. И завораживающие, как омуты.

Он так искренне меня благодарил, говорил, что давно не получал такого удовольствия! И сообщил, что уже выписал премию. Вот бы в тот момент сказать: не нужна мне премия, замолвите лучше за меня словечко перед дизайнерами! Но я этого не сказала.

Сама не знаю, почему. Да ладно, знаю. Я была так очарована Глебом Максимовичем, что не могла представить, как можно перевестись в другое место, уйти от такого замечательного начальника.

А теперь вернулась Эвелина и сослала меня на галеры. То есть в кабинет технического секретаря, где я провожу время с принтерами и ксероксами, а ослепительную улыбку босса могу только вспоминать.

– А вообще я слышала, – продолжила Ксюша, – что у него есть невеста.

– Да ладно! – хором выдохнула вся наша женская компания, собравшаяся за обеденным столом.

– Да, инфа из самых надежных источников.

– Из каких это? – спросил кто-то из девочек.

– Этого я сказать не могу.

– А Эвелина знает? – подала голос я.

Новость, признаться, меня потрясла. Но в первую очередь я подумала об Эвелине. Если бы она узнала о невесте, то, наверное, заработала бы инфаркт.

– Да, может, это просто слухи, – высказалась Света.

Ксюша лишь пожала плечами. А остальные поддержали Свету. Конечно, слухи! Если бы у Глеба Максимовича была невеста, все бы об этом знали. Между прочим, совсем недавно его фото опубликовали в одном очень известном журнале, в рубрике «Самые завидные холостяки». Говорят, Алекс Васин тоже фигурировал в этой рубрике. Но какое мне до этого дело?

Алекс

Я сразу направился в конференц-зал, где Глеб назначил мою вторую встречу с «Безумными купидонами». К нему заходить не стал, не хотел сталкиваться с его секретаршей. Честно говоря, я просто не знал, как себя вести с этой Алисой. После того, что было несколько дней назад.

С одной стороны, ничего особенно не произошло. Я отвез девушку в больницу, а потом проводил домой. Но с другой… Я заехал ей по лбу. Она всю дорогу вела себя очень странно. Обиделась на мое предложение о компенсации. Вообще поняла его неправильно! А в конце выставила за дверь. Так что неизвестно, как она отреагирует на мое появление. Может быть, совершенно неадекватно.

«Купидоны» были на месте, сидели за одним концом длинного овального стола, обложившись ноутбуками и папками. Я поздоровался, приблизился. Ева посмотрела на меня таким серьезным и испытующим взглядом, что мне захотелось немедленно испариться.

Но я бы не смог при всем желании. Потому что за спиной раздался голос Глеба:

– Приветствую всех. Рад, что никто не опоздал, – и он выразительно глянул на меня.

Как будто обычно я опаздываю!

– А ты что здесь делаешь? – спросил я без лишних предисловий.

– Хочу поприсутствовать.

И плюхнулся на стул рядом с «Купидонами». Вот наглец! Может, я не желаю его присутствия в такой интимный момент. Я, между прочим, буду выбирать себе жену. Это вам не машину купить.

На самом деле я даже был рад, что Глеб ввалился в конференц-зал. Как-то не по себе мне с этими «Купидонами». Они в прошлый раз меня просто наизнанку вывернули! И теперь знают обо мне больше, чем я сам. И все равно сверлят своими рентгеновскими глазами. Особенно Ева.

– Мы провели обширный мониторинг, – заявила она. – И отобрали наиболее подходящих кандидаток.

Что, уже? Я думал, мы еще пообсуждаем, поразмышляем…

– Здесь 30 папок, – Ева пододвинула ко мне внушительную стопку. – В каждой досье на девушку. Фотографии, психологические характеристики, биография и так далее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.