Снорри Стурлусон
Круг Земной

Эпохи. Средние века. Тексты

SNORRI STURLUSON

HEIMSKRINGLA

Кристиан Крог. Портрет Снорри Стурлусона. 1899 г.

© Стеблин-Каменский М.И., Смирницкая О.А., Кузьменко Ю.К., Гуревич А.Я., перевод, 1980

© Издательская группа «Альма Матер», оригинал-макет, оформление, 2023

© «Гаудеамус», 2023

Предисловие

В 1979 году исполнилось восемь столетий со дня рождения Снорри Стурлусона, самого прославленного из исландцев, а с тех пор, как он написал «Круг Земной», прошло не менее семи с половиной столетий. Однако можно смело сказать, что тот, кто прочтет его знаменитое произведение, не пожалеет затраченного времени. «Круг Земной» – это яркий и драматичный, но в то же время исключительно правдивый рассказ о судьбах сотен людей, действительно существовавших некогда, но мертвых уже многие века, богатейшая галерея человеческих образов, нарисованных с гениальной простотой. Герои и героини произведения говорят и действуют как живые. Автор ничего не говорит о том, что они думают или чувствуют. Но тем больше их внутренний мир, такой непохожий на тот, который характерен для современного человека, проглядывает из их слов и поступков.

«Круг Земной» – это вместе с тем единственная в своем роде сокровищница сведений о далеком прошлом Северной Европы, о ее легендарных мифических временах, о бурной эпохе викингов, о богатых событиями первых веках существования скандинавских государств. При этом, хотя на протяжении большей части книги в центре поля зрения автора – Норвегия и другие Скандинавские страны, она содержит также массу ценнейших сведений и об остальной Европе – от Ирландии и Англии на западе, Белого моря на севере, Византии на юге и до Новгородской и Киевской Руси на востоке. Но поразительно, что, несмотря на обилие сообщаемых сведений и в противоположность тому, что обычно имеет место в историографических сочинениях, в бессмертном творении великого исландца основным объектом изображения все время остается человек.

«Круг Земной» давно переведен на большинство европейских языков, но до сих пор ни разу не переводился на русский (кроме небольших отрывков). В настоящем издании О. А. Смирницкая перевела все стихи и много помогла в редактировании прозаических переводов, «Сагу об Олаве Святом» перевел Ю. К. Кузьменко, «Сагу о Магнусе Добром» и «Сагу о Харальде Суровом» – А. Я. Гуревич, все остальные саги – автор этого предисловия. Большую помощь при подготовке книги к печати оказала Т. Н. Джаксон.

М. И. Стеблин-Каменский

1980 г.

Круг Земной

Пролог

В этой книге я велел записать[1] древние рассказы о правителях, которые были в Северных Странах и говорили на датском языке [2], как я их слышал от мудрых людей, а также некоторые из родословных, как они были мне рассказаны. Кое-что взято из перечней, в которых конунги и другие знатные люди перечисляют своих предков, а кое-что из древних стихов и песней, которые исполнялись людям на забаву. И хотя сами мы не знаем, правда ли эти рассказы, но мы знаем точно, что мудрые люди древности считали их правдой.

Тьодольв Мудрый из Хвинира[3] был скальдом конунга Харальда Прекрасноволосого. Он сочинил песнь о конунге Рёгнвальде Достославном [4]. Эта песнь называется Перечень Инглингов. Рёгнвальд был сыном Олава Альва Гейрстадира, брата Хальвдана Черного. В этой песни названы тридцать предков Рёгнвальда и рассказано о смерти и месте погребения каждого из них. Фьёльниром звался сын Ингви-Фрейра, которому шведы долго потом совершали жертвоприношения. По его имени весь род называется Инглингами.

Эйвинд Погубитель Скальдов[5] перечислил предков ярла Хакона Могучего  [6] в песни, которая называется Перечень Халейгов. Она была сочинена в честь Хакона. В ней говорится, что Сэмингом звали сына Ингви-Фрейра, и рассказывается о смерти и месте погребения каждого из предков ярла Хакона. Жизнеописание Инглингов написано сперва со слов Тьодольва и пополнено со слов мудрых людей.

Первый век называется «веком сожжения». Тогда всех умерших сжигали и воздвигали в их память намогильные камни [7]. Но после того как Фрейр был погребен в кургане в Уппсале[8], многие правители воздвигали в память своих родичей курганы не реже, чем намогильные камни. А после того, как Дан Гордый, конунг датчан, велел насыпать курган и похоронить себя в нем в облачении конунга и бранных доспехах вместе со своим конем и всей сбруей и разным другим добром, многие его потомки стали делать тo же самое, и тогда в Дании начался век курганов, а у шведов и норвежцев продолжался век сожжения [9].

Когда Харальд Прекрасноволосый был конунгом в Норвегии, была заселена Исландия[10]. У конунга Харальда были скальды, и люди еще помнят их песни, а также песни о всех конунгах, которые потом правили Норвегией. То, что говорится в этих песнях, исполнявшихся перед самими правителями или их сыновьями, мы признаем за вполне достоверные свидетельства. Мы признаем за правду все, что говорится в этих песнях об их походах или битвах. Ибо, хотя у скальдов в обычае всего больше хвалить того правителя, перед лицом которого они находятся, ни один скальд не решился бы приписать ему такие деяния, о которых все, кто слушает, да и сам правитель знают, что это явная ложь и небылицы. Это было бы насмешкой, а не хвалой.

Священник Ари Мудрый[11], сын Торгильса, сына Геллира, был первым здесь в стране, кто записал на северном языке [12]. мудрые рассказы, старые и новые. В начале своей книги он написал больше всего о заселении Исландии и тамошнем законодательстве. Затем о законотворителях[13], о том, как долго каждый из них возвещал закон. Он установил счет лет сперва до введения христианства в Исландии[14], а затем до своего собственного времени. Он рассказал еще о многом другом, о конунгах в Норвегии и Дании, а также в Англии, о важных событиях, которые произошли здесь в стране, и я считаю весь его рассказ заслуживающим полного доверия. Он был очень мудр и так стар, что он родился в следующую зиму после гибели конунга Харальда сына Сигурда  [15].

Он писал, как он сам говорит, жизнеописание норвежских конунгов со слов Одда, сына Коля, сына Халля с Побережья, а Одду рассказывал Торгейр Аврадсколль, человек мудрый и такой старый, что он еще жил на мысе Нидарнес, когда был убит ярл Хакон Могучий[16]. Как раз на этом самом месте Олав, сын Трюггви, велел построить город, который и сейчас существует [17]. Ари священнику было семь лет, когда он стал жить в Соколиной Долине у Халля, сына Торарина, и он прожил там четырнадцать лет. Халль был человеком очень мудрым и памятливым. Он помнил, что Тангбранд священник крестил его, когда ему было три года. Это было за одну зиму до того, как в Исландии было введено христианство. Ари было двенадцать лет, когда умер епископ Ислейв[18]. Халль ездил из страны в страну, и у него были торговые дела с конунгом Олавом Святым, что его очень возвысило. Он поэтому был хорошо знаком с правлением Олава конунга. Когда епископ Ислейв умер, с гибели конунга Олава сына Трюггви[19] прошло около восьмидесяти лет. Халль умер на девять лет позднее епископа Ислейва, и ему было тогда девяносто четыре года. Он поселился в Соколиной Долине, когда ему было тридцать лет, и жил там шестьдесят четыре года, как пишет Ари. Тейт, сын епископа Ислейва, воспитывался у Халля в Соколиной Долине и потом жил там. Он учил Ари священника и рассказал ему многое, что Ари потом записал. Ари слышал также многое от Турид, дочери Снорри Годи. Она была женщиной мудрой. Она помнила Снорри, своего отца, а тому было около тридцати пяти лет, когда христианство пришло в Исландию, и умер он через год после гибели конунга Олава Святого[20].

Поэтому неудивительно, что Ари знал многое о том, что случилось в прошлом, как здесь в стране, так и вне ее. Ему рассказывали люди старые и мудрые, а сам он был любознателен и памятлив.

А песни скальдов, как мне кажется, всего меньше искажены, если они правильно сложены и разумно истолкованы.

Сага об Инглингах
(Ynglinga saga)

I

Круг Земной [21], где живут люди, очень изрезан заливами. Из океана, окружающего землю, в нее врезаются большие моря. Известно, что море тянется от Нёрвасунда до самого Йорсалаланда. От этого моря отходит на север длинный залив, что зовется Черное море. Он разделяет трети света [22]. Та, что к востоку, зовется Азией, а ту, что к западу, некоторые называют Европой, а некоторые Энеей [23]. К северу от Черного моря расположена Великая, или Холодная Швеция [24]. Некоторые считают, что Великая Швеция не меньше Великой Страны Сарацин, а некоторые равняют ее с Великой Страной Черных Людей. Северная часть Швеции пустынна из-за мороза и холода, как южная часть Страны Черных Людей пустынна из-за солнечного зноя. В Швеции много больших областей. Там много также разных народов и языков. Там есть великаны и карлики, и черные люди, и много разных удивительных народов. Там есть также огромные звери и драконы. С севера с гор, что за пределами заселенных мест, течет по Швеции река, правильное название которой Танаис. Она называлась раньше Танаквисль, или Ванаквисль [25]. Она впадает в Черное море. Местность у ее устья называлась тогда Страной Ванов, или Жилищем Ванов. Эта река разделяет трети света. Та, что к востоку, называется Азией, а та, что к западу, – Европой.

II

Страна в Азии к востоку от Танаквисля называется Страной Асов, или Жилищем Асов, а столица страны называлась Асгард. Правителем там был тот, кто звался Одином. Там было большое капище. По древнему обычаю в нем было двенадцать верховных жрецов. Они должны были совершать жертвоприношения и судить народ. Они назывались диями [26], или владыками. Все люди должны были им служить и их почитать. Один был великий воин, и много странствовал, и завладел многими державами. Он был настолько удачлив в битвах, что одерживал верх в каждой битве, и поэтому люди его верили, что победа всегда должна быть за ним. Посылая своих людей в битву или с другими поручениями, он обычно сперва возлагал руки им на голову и давал им благословение. Люди верили, что тогда успех будет им обеспечен. Когда его люди оказывались в беде на море или на суше, они призывали его, и считалось, что это им помогало. Он считался самой надежной опорой. Часто он отправлялся так далеко, что очень долго отсутствовал.

III

У Одина было два брата. Одного из них звали Ве, а другого Вили. Они правили державой, когда Один был в отлучке. Однажды, когда Один отправился далеко и долго был в отлучке, Асы потеряли надежду, что он вернется. Тогда братья стали делить его наследство, и оба поженились на его жене, Фригг. Но вскоре после этого Один возвратился домой, и он тогда вернул себе свою жену.

IV

Один пошел войной против Ванов, но они не были застигнуты врасплох и защищали свою страну, и победа была то за Асами, то за Ванами. Они разоряли и опустошали страны друг друга. И когда это и тем и другим надоело, они назначили встречу для примиренья, заключили мир и обменялись заложниками. Ваны дали своих лучших людей, Ньёрда Богатого и сына его Фрейра, Асы же дали в обмен того, кто звался Хёниром, и сказали, что из него будет хороший вождь. Он был большого роста и очень красив. Вместе с ним Асы послали того, кто звался Мимиром, очень мудрого человека, а Ваны дали в обмен мудрейшего среди них. Его звали Квасир. Когда Хёнир пришел в Жилище Ванов, его сразу сделали вождем. Мимир учил его всему. Но когда Хёнир был на тинге или сходке и Мимира рядом не было, а надо было принимать решение, то он всегда говорил так: «пусть другие решают». Тут смекнули Ваны, что Асы обманули их. Они схватили Мимира и отрубили ему голову, и послали голову Асам. Один взял голову Мимира и натер ее травами, предотвращающими гниение, и произнес над ней заклинание, и придал ей такую силу, что она говорила с ним и открывала ему многие тайны.

Один сделал Ньёрда и Фрейра жрецами, и они были диями у Асов. Фрейя была дочерью Ньёрда. Она была жрица. Она первая научила Асов колдовать, как было принято у Ванов. Когда Ньёрд был у Ванов, он был женат на своей сестре, ибо такой был там обычай. Их детьми были Фрейр и Фрейя. А у Асов был запрещен брак с такими близкими родичами.

V

Большой горный хребет тянется с северо-востока на юго-запад [27]. Он отделяет Великую Швецию от других стран. Недалеко к югу от него расположена Страна Турок. Там были у Одина большие владения. В те времена правители римлян ходили походами по всему миру и покоряли себе все народы, и многие правители бежали тогда из своих владений. Так как Один был провидцем и колдуном, он знал, что его потомство будет населять северную окраину мира. Он посадил своих братьев Ве и Вили правителями в Асгарде, а сам отправился в путь и с ним все дии и много другого народа. Он отправился сначала на запад в Гардарики [28], а затем на юг в Страну Саксов. У него было много сыновей. Он завладел землями по всей Стране Саксов и поставил там своих сыновей правителями. Затем он отправился на север, к морю, и поселился на одном острове. Это там, где теперь называется Остров Одина [29] на Фьоне. Затем он послал Гевьюн на север через пролив на поиски земель. Она пришла к Гюльви, и он наделил ее пашней. Она отправилась в Жилища Великанов и зачала там от одного великана четырех сыновей. Затем она превратила их в быков, запрягла их в плуг и выпахала землю в море напротив Острова Одина. Там теперь остров Селунд. С тех пор она жила там. На ней женился Скьёльд, сын Одина. Они жили в Хлейдре  [30]. А там, где прежде была земля, стало озеро. Оно называется Лёг. Заливы в этом озере похожи на мысы Селунда. Браги Старый  [31] сказал так:

Нарастила, Гюльви
Обморочив –  бычьи
Вздулись жилы – Гевьон
Край презнатно датский.
В восемь звезд воловьи
Лбы светили, быстро
Шли с добычей через
Пажить звери ражи.

А Один, узнав, что на востоке у Гюльви есть хорошие земли, отправился туда, и они с Гюльви кончили дело миром, так как тот рассудил, что ему не совладать с Асами. Один и Асы много раз состязались с Гюльви в разных хитростях и мороченьях, и Асы всегда брали верх. Один поселился у озера Лёг, там, где теперь называется Старые Сигтуны [32], построил там большое капище и совершал в нем жертвоприношения по обычаю Асов. Все земли, которыми он там завладел, он назвал Сигтунами. Он поселил там и жрецов. Ньёрд жил в Ноатуне, Фрейр – в Уппсале, Хеймдалль – в Химинбьёрге, Тор – в Трудванге, а Бальдр – в Брейдаблике. Всем им Один дал хорошие жилища.

VI

Рассказывают как правду, что когда Один и с ним дии пришли в Северные Страны, то они стали обучать людей тем искусствам, которыми люди с тех пор владеют. Один был самым прославленным из всех, и от него люди научились всем искусствам, ибо он владел всеми, хотя и не всем учил. Теперь надо рассказать, почему он был так прославлен. Когда он сидел со своими друзьями, он был так прекрасен и великолепен с виду, что у всех веселился дух. Но в бою он казался своим недругам ужасным. И все потому, что он владел искусством менять свое обличие как хотел. Он также владел искусством говорить так красиво и гладко, что всем, кто его слушал, его слова казались правдой. В его речи все было так же складно, как в том, что теперь называется поэзией. Он и его жрецы зовутся мастерами песней, потому что от них пошло это искусство в Северных Странах. Один мог сделать так, что в бою его недруги становились слепыми или глухими или наполнялись ужасом, а их оружие ранило не больше, чем хворостинки, и его воины бросались в бой без кольчуги, ярились, как бешеные собаки или волки, кусали свои щиты, и были сильными, как медведи или быки. Они убивали людей, и ни огонь, ни железо не причиняли им вреда. Такие воины назывались берсерками [33].

VII

Один мог менять свое обличье. Тогда его тело лежало, как будто он спал или умер, а в это время он был птицей или зверем, рыбой или змеей и в одно мгновение переносился в далекие страны по своим делам или по делам других людей. Он мог также словом потушить огонь или утишить море, или повернуть ветер в любую сторону, если хотел, и у него был корабль – он назывался Скидбладнир, – на котором он переплывал через большие моря и который можно было свернуть, как платок. Один брал с собой голову Мимира, и она рассказывала ему многие вести из других миров, а иногда он вызывал мертвецов из земли или сидел под повешенными. Поэтому его называли владыкой мертвецов, или владыкой повешенных. У него было два ворона, которых он научил говорить. Они летали над всеми странами и о многом рассказывали ему. Поэтому он был очень мудр. Всем этим искусствам он учил рунами и песнями, которые называются заклинаниями. Поэтому Асов называют мастерами заклинаний.

Один владел и тем искусством, которое всего могущественнее. Оно называется колдовство. С его помощью он мог узнавать судьбы людей и еще не случившееся, а также причинять людям болезнь, несчастье или смерть, а также отнимать у людей ум или силу и передавать их другим. Мужам считалось зазорным заниматься этим колдовством, так что ему обучались жрицы. Одину было известно о всех кладах, спрятанных в земле, и он знал заклинания, от которых открывались земля, скалы, камни и курганы, и он словом отнимал силу у тех, кто в них жил, входил и брал, что хотел.

Эти его искусства очень его прославили. Недруги Одина боялись его, а друзья его полагались на него и верили в его силу и в него самого. Он обучил жрецов большинству своих искусств. Они уступали в мудрости и колдовстве только ему. Да и другие многому научились у него, и так колдовство очень распространилось и долго держалось. Люди поклонялись Одину и двенадцати верховным жрецам, называли их своими богами и долго верили в них.

От имени Один пошло имя Аудун [34], и люди так называли своих сыновей, а от имени Тора пошли имена Торир или Торарин, а в сочетании с другими словами – Стейнтор или Хавтор и многие подобные.

VIII

Один ввел в своей стране те законы, которые были раньше у Асов. Он постановил, что всех умерших надо сжигать на костре вместе с их имуществом. Он сказал, что каждый должен прийти в Вальгаллу  [35] с тем добром, которое было с ним на костре, и пользоваться тем, что он сам закопал в землю. А пепел надо бросать в море или зарывать в землю, а в память о знатных людях надо насыпать курган, а по всем стоящим людям надо ставить надгробный камень. Этот обычай долго потом держался. В начале зимы  [36] надо было приносить жертвы богам за урожайный год, в середине зимы – за весеннее прорастание, а летом – за победу. По всей Швеции люди платили Одину подать, по деньге с человека, а он должен был защищать страну и приносить жертвы за урожайный год.

Ньёрд женился на женщине по имени Скади. Но она не захотела жить с ним и вышла потом замуж за Одина. У них было много сыновей. Одного из них звали Сэминг [37]. О нем сочинил Эйвинд Погубитель Скальдов такие стихи:

Родился
Сеятель злата  [38]
У Всеотца
С великаншей [39].
Когда были
Диса-лыжница  [40]
И родич Асов  [41]
Женой и мужем.
Там вдвоем
Породили
Многих сынов
Один и Скади.

К Сэмингу возводил свой род Ярл Хакон Могучий. Эта Швеция называлась Жилищем Людей, а Великая Швеция называлась Жилищем Богов. О Жилище Богов есть много рассказов.

IX

Один умер от болезни в Швеции. Когда он был при смерти, он велел пометить себя острием копья и присвоил себе всех умерших от оружия. Он сказал, что отправляется в Жилище Богов и будет там принимать своих друзей. Шведы решили, что он вернулся в древний Асгард и будет жить там вечно. В Одина снова стали верить и к нему обращаться. Часто он являлся шведам перед большими битвами. Некоторым он давал тогда победу, а некоторых звал к себе. И то и другое считалось благом.

Один был после смерти сожжен, и его сожжение было великолепным. Люди верили тогда, что, чем выше дым от погребального костра подымается в воздух, тем выше в небе будет тот, кто сжигается, и он будет тем богаче там, чем больше добра сгорит с ним.

Ньёрд из Ноатуна стал тогда правителем шведов и совершал жертвоприношения. Шведы называли его своим владыкой. Он брал с них дань. В его дни царил мир, и был урожай во всем, и шведы стали верить, что Ньёрд дарует людям урожайные годы и богатство. В его дни умерло большинство диев. Все они были сожжены, а потом им приносили жертвы. Ньёрд умер от болезни. Он тоже велел посвятить себя Одину, когда умирал  [42]. Шведы сожгли его и очень плакали на его могиле.

X

Фрейр стал правителем после Ньёрда. Его называли владыкой шведов, и он брал с них дань. При нем были такие же урожайные годы, как и при его отце, и его так же любили. Фрейр воздвиг в Уппсале большое капище  [43], и там была его столица. Туда шла дань со всех его земель, и там было все его богатство. Отсюда пошло Уппсальское богатство  [44] и всегда с тех пор существует. При Фрейре начался мир Фроди  [45] Тогда были урожайные годы во всех странах. Шведы приписывали их Фрейру. Его почитали больше, чем других богов, потому что при нем народ стал богаче, чем был раньше, благодаря миру и урожайным годам. Его женой была Герд дочь Гюмира. Их сына звали Фьёльнир. Фрейра звали также Ингви. Имя Ингви долго считалось в его роде почетным званием, и его родичи стали потом называться Инглингами.

Фрейр заболел, и когда ему стало совсем плохо, люди стали совещаться и никого не пускали к нему. Они насыпали большой курган и сделали в нем дверь и три окна. А когда Фрейр умер, они тайно перенесли его в курган и сказали шведам, что он жив, и сохраняли его там три года. Все подати они ссыпали в курган, в одно окно – золото, в другое – серебро, а в третье – медные деньги. И благоденствие и мир сохранялись.

Фрейя стала тогда совершать жертвоприношения, так как из богов она одна оставалась в живых, и она тогда очень прославилась, так что ее именем стали звать всех знатных женщин, а также всякую владелицу своего имущества и всякую хозяйку, у которой есть свое добро [46]. Фрейя была очень непостоянна. Ее мужа звали Од. Ее дочерей звали Хносс и Герсими [47]. Они были очень красивы. По их имени называются самые драгоценные сокровища.

Когда все шведы узнали, что Фрейр умер, а благоденствие и мир сохраняются, они решили, что так будет все время, пока Фрейр в Швеции, и не захотели сжигать его, и назвали его богом благоденствия, и всегда с тех пор приносили ему жертвы за урожайный год и мир.

XI

Фьёльнир, сын Ингви-Фрейра, правил тогда шведами и богатством Уппсалы. Он был могуществен, и при нем царили благоденствие и мир. В Хлейдре правил тогда Фроди Миротворец[48]. Фьёльнир и Фроди навещали друг друга и дружили. Раз, когда Фьёльнир отправился к Фроди на Селунд, там были сделаны приготовления к большому пиру и созваны гости со всех стран. У Фроди были просторные палаты. В них был огромный чан, высотой в много локтей и скрепленный большими бревнами. Он стоял в кладовой, и над ним был чердак, а в чердаке пола не было, так что лили прямо сверху в чан, и он был полон меда. Это был очень крепкий напиток. Вечером Фьёльнира и его людей провели на ночлег на соседний чердак. Ночью Фьёльнир вышел на галерею за нуждой. А был он сонный и мертвецки пьяный. Возвращаясь туда, где он спал, он прошел вдоль галереи и вошел в другую дверь, оступился там и свалился в чан с медом и там утонул. Тьодольв из Хвинира говорит так:

Рок настиг,
Обрек смерти
Фьёльнира
В доме Фроди.
Ждал конец
Вождя ратей  [49]
В бухте безбурной
Бычьих копий [50].

XII

Свейгдир стал править после своего отца. Он дал обет найти Жилище Богов и старого Одина. Он ездил сам двенадцатый по всему свету. Он побывал в Стране Турок и в Великой Швеции и встретил там много родичей, и эта его поездка продолжалась пять лет. Затем он вернулся в Швецию и жил некоторое время дома. Он женился на женщине по имени Вана. Она была из Жилища Ванов. Их сыном был Ванланди.

Свейгдир снова отправился на поиски Жилища Богов. На востоке Швеции есть большая усадьба, которая называется У Камня. Там есть камень большой, как дом. Однажды вечером после захода солнца, когда Свейгдир шел с пира в спальный покой, он взглянул на камень и увидел, что у камня сидит карлик. Свейгдир и его люди были очень пьяны. Они подбежали к камню. Карлик стоял в дверях и позвал Свейгдира, предлагая тому войти, если он хочет встретиться с Одином. Свейгдир вошел в камень, а тот сразу закрылся, и Свейгдир так никогда из него и не вышел. Тьодольв из Хвинира говорит так:

Свейгдира раз
Зазвал обманом,
Заворожил
Житель скальный [51],
Когда пред ним,
Наследником Дусли [52],
Камень отверз
Ненавистник света [53].
И славный вождь
Канул под своды
Пышных палат
Племени Мимира [54].

XIII

Ванланди, сын Свейгдира, правил после него и владел Богатством Уппсалы. Он был очень воинствен и много странствовал. Раз он остался на зиму в Стране Финнов у Сньяра Старого и женился на его дочери Дриве. Весной он уехал, оставив Дриву и обещав вернуться на третью зиму, но не вернулся и на десятую. Тогда Дрива послала за колдуньей Хульд, а Висбура, сына ее и Ванланди, отправила в Швецию. Дрива подкупила колдунью Хульд, чтобы та заманила Ванланди в Страну Финнов либо умертвила его. Когда шло колдовство, Ванланди был в Уппсале. Ему вдруг захотелось в Страну Финнов, но друзья его и советники запретили ему поддаваться этому желанию, говоря, что оно наверно наколдовано финнами. Тогда его стал одолевать сон, и он заснул. Но тут же проснулся и позвал к себе и сказал, что его топчет мара [55]. Люди его бросились к нему и хотели ему помочь. Но когда они взяли его за голову, мара стала топтать ему ноги, так что чуть не поломала их. Тогда они взяли его за ноги, но тут она так сжала ему голову, что он сразу умер. Шведы взяли его труп, и он был сожжен на реке, что зовется Скута. Тьодольв говорит так:

Ведьма волшбой
Сгубила Ванланди,
К брату Вили  [56]
Его отправила,
Когда во тьме
Отродье троллей
Затоптало
Даятеля злата [57].
Пеплом стал
У откоса Скуты
Мудрый князь,
Замученный марой.

XIV

Висбур наследовал своему отцу Ванланди. Он женился на дочери Ауди Богатого и дал ей вено – три больших двора и золотую гривну. У них было два сына – Гисль и Эндур [58]. Но Висбур бросил ее и женился на другой, а она вернулась к отцу со своими сыновьями. У Висбура был также сын по имени Домальди. Мачеха Домальди  [59] велела наколдовать ему несчастье. Когда сыновьям Висбура исполнилось двенадцать и тринадцать лет, они явились к нему и потребовали вено своей матери. Но он отказался платить. Тогда они сказали, что золотая гривна их матери будет гибелью лучшему человеку в его роде, и уехали домой. Они снова обратились к колдунье и просили ее сделать так, чтобы они могли убить своего отца. А колдунья Хульд сказала, что сделает не только это, но также и то, что с этих пор убийство родича будет постоянно совершаться в роду Инглингов. Они согласились. Затем они собрали людей, окружили дом Висбура ночью и сожгли его в доме. Тьодольв говорит так:

И в жару
Сгорел Висбур,
Пожран был
Родичем бури [60].
Когда под кров
К нему дети
Пустили гостить
Татя леса [61],
И в дымном дому
Грыз владыку
Гарм углей [62],
Громко воя.

XV

Домальди наследовал отцу своему Висбуру и правил страной. В его дни в Швеции были неурожаи и голод. Шведы совершали большие жертвоприношения в Уппсале. В первую осень они приносили в жертву быков. Но голод не уменьшился. На вторую осень они стали приносить человеческие жертвы. Но голод был все такой же, если не хуже. На третью осень много шведов собралось в Уппсалу, где должно было происходить жертвоприношение. Вожди их стали совещаться и порешили, что в неурожае виноват Домальди и что надо принести его в жертву – напасть на него, убить и обагрить алтарь его кровью. Это и было сделано. Тьодольв говорит так:

В давние дни
Княжьей кровью
Воины поле
Окропили,
Рдяную сталь
От остылого тела
Ворога ютов  [63]
Несло войско,
Когда закланью
Домальди предал
Свейский род  [64]
Урожая ради.

XVI

Домар, сын Домальди, правил после него. Он правил страной долго, и при нем были хорошие урожаи и мир. Про него ничего не рассказывают, кроме того, что он умер своей смертью в Уппсале и был перенесен на Поля Фюри и сожжен там на берегу реки. Там стоят его могильные камни. Тьодольв говорит так:

Множество раз
Мужей премудрых
Я вопрошал
О кончине Ингви [65],
Дабы узнать,
Где же Домар
Был отнесен
К убийце Хальва [66].
И ведомо мне:
Сражен недугом
У Фюри сгорел
Фьёльнира родич [67].

XVII

Дюггви, сын Домара, правил страной после него, и про Дюггви ничего не рассказывается кроме того, что он умер своей смертью. Тьодольв говорит так:

Не утаю:
Себе на утеху
Владеет Хель
Дюггви конунгом.
Выбор на нем
Остановила
Локи дочь [68],
Сестра Волка [69].
И вождя
Народа Ингви  [70]
Нарви сестра  [71]
Крепко держит.

Матерью Дюггви была Дротт, дочь конунга Данпа, сына Рига, который был первым назван «конунгом» на датском языке. Его родичи с тех пор всегда считали звание конунга самым высоким. Дюггви был первым из своих родичей назван конунгом. До этого они назывались «дроттины», а жены их – «дроттинги» [72]. Каждый из них назывался также Ингви или Ингуни, а все они вместе – Инглингами. Дротт была сестрой конунга Дана Гордого, по которому названа Дания.

XVIII

Даг, сын Дюггви конунга, был конунгом после него. Он был такой мудрый, что понимал птичий язык. У него был воробей, который ему многое рассказывал. Воробей этот летал в разные страны. Однажды он залетел в Рейдготаланд в местность, что зовется Вёрви [73]. Там он сел на поле и стал клевать что-то. А хозяин подошел, взял камень и убил воробья. Даг конунг был очень недоволен тем, что воробей не возвращается. Он принес в жертву кабана, чтобы узнать, куда девался воробей, и получил ответ, что воробей убит в Вёрви. Тогда он собрал большое войско и направился в Страну Готов. Подъехав к Вёрви, он высадился со своим войском и стал разорять страну. Народ разбегался от него. К вечеру Даг повернул с войском к кораблям, перебив много народу и многих взяв в плен. Но когда они перебирались через какую-то реку – брод этот зовется Скьотансвад, или Вапнавад [74], – какой-то раб выбежал из лесу на берег реки и метнул в них вилы, и вилы попали конунгу в голову. Он сразу же свалился с лошади и умер. В те времена правитель, который совершал набеги, звался лютым, а его воины – лютыми [75]. Тьодольв говорит так:

Знаю, какой
Приговор Дагу
Злой судьбой
Был уготован,
Когда поплыл
Искатель славы
За воробья
Мстить в Вёрви.
И принесли
Княжьи люди
Такую весть
На путь восточный  [76]:
Мол, не клинок
Настиг князя,
А кол кривой
Конского корма [77].

XIX

Агни, сын Дага, был конунгом после него. Он был могуществен и славен, очень воинствен и во всем искусен. Одним летом Агни конунг отправился со своим войском в Страну Финнов, высадился там и стал разорять страну. Финны собрали большое войско и вступили в бой. Их вождя звали Фрости [78]. Бой был жестокий, и Агни конунг одержал победу. Фрости погиб, и с ним многие. Агни конунг разорял Страну Финнов и покорил ее себе, и взял большую добычу. Он взял также Скьяльв, дочь Фрости, и Логи [79], ее брата. Когда он возвращался с востока, он пристал в проливе Стокксунд. Он разбил свои шатры к югу на прибрежной равнине. Там был тогда лес. На Агни конунге была тогда золотая гривна, которой когда-то владел Висбур. Агни конунг собирался жениться на Скьяльв. Она попросила его справить тризну по своему отцу. Он созвал многих знатных людей и дал большой пир. Он очень прославился своим походом. Пир шел горой. Когда Агни конунг опьянел, Скьяльв сказала ему, чтобы он поберег гривну, которая была у него на шее. Тогда он крепко привязал гривну к шее и лег спать. А шатер стоял на опушке леса, и над шатром было высокое дерево, которое защищало шатер от солнечного жара. Когда Агни конунг заснул, Скьяльв взяла толстую веревку и привязала к гривне. Ее люди опустили шесты палатки, закинули веревку на ветви дерева и потянули так, что конунг повис под самыми ветвями. Тут ему пришла смерть. Скьяльв и ее люди вскочили на корабль и уплыли. Агни конунг был там сожжен, и это место с тех пор называется Агнафит. Оно на востоке Таура и к западу от Стокксунда. Тьодольв говорит так:

Навряд ли рать
Была рада
Тому, что Скьяльв
Учинила с князем,
Когда повис
Агни на гривне,
Вздернут у Таура
Сестрой Логи.
Тяжкий удел
Вождю выпал —
Смирять коня
Супруга Сигню [80].

XX

Альрек и Эйрик, сыновья Агни, были конунгами после него. Они были могущественны и очень воинственны и владели разными искусствами. У них было обыкновение ездить верхом, приучая коня идти шагом или рысью. Ездили они верхом превосходно и очень соперничали в том, кто из них лучший наездник и у кого лучше лошади. Однажды братья выехали на своих лучших лошадях, отбились от других людей, заехали в какие-то поля и назад не вернулись. Их поехали искать и нашли обоих мертвыми с проломленными черепами. У них не было с собой никакого оружия, только удила, и люди думают, что они убили друг друга удилами. Тьодольв говорит так:

Альрек, подняв
Руку на Эйрика,
Сам от руки
Братней умер.
Да не меч,
А узду простую
Князья в бою
Заносили.
Прежде вождям
Не доводилось
Брать на брань
Конскую сбрую.

XXI

Ингви и Альв, сыновья Альрека, стали затем конунгами в Швеции. Ингви был очень воинствен и всегда одерживал победу. Он был красив с виду, хорошо владел разными искусствами, силен, отважен в бою, щедр и любил повеселиться. Благодаря всему этому его прославляли и любили. Альв конунг, его брат, сидел дома и не ходил в походы. Его прозвали Эльвси. Он был молчалив, надменен и суров. Матерью его была Дагейд, дочь конунга Дага Могучего, от которого пошел род Дёглингов. Жену Альва звали Бера. Она была очень красивая и достойная женщина и любила повеселиться. Однажды осенью Ингви, сын Альрека, вернулся из викингского похода в Уппсалу. Он очень тогда прославился. Он часто вечерами подолгу сидел и пировал. А конунг Альв обычно рано ложился спать. Бера, его жена, часто проводила вечера за беседой с Ингви. Альв не раз говорил ей, чтобы она не ложилась так поздно спать и что он не хочет ждать ее в постели. А она отвечает, что счастлива была бы женщина, чьим мужем был бы Ингви, а не Альв. Тот очень сердился, когда она так говорила.

Однажды вечером Альв вошел в палату в то время, когда Бера и Ингви сидели на почетной скамье и беседовали друг с другом. У Ингви на коленях лежал меч. Люди были очень пьяны и не заметили, как вошел Альв. Он подошел к почетной скамье, выхватил из-под плаща меч и пронзил им Ингви, своего брата. Тот вскочил, взмахнул своим мечом и зарубил Альва. Оба упали мертвые на пол. Альв и Ингви были похоронены в кургане на Полях Фюри. Тьодольв говорит так:

И сталось так,
Что в покоях
Ингви жрец
Лежать остался,
Когда Альв,
Жену ревнуя,
Окрасил сталь
Кровью брата.
Разве не зло,
Что роща злата  [81]
Славных владык
Привела к смерти,
И понапрасну
Братоубийство
Ради Беры
Они содеяли.

XXII

Хуглейк, сын Альва, стал конунгом шведов после смерти братьев, ибо сыновья Ингви были тогда еще детьми. Хуглейк конунг не был воинствен. Он любил мирно сидеть дома. Он был очень богат, но скуп. У него при дворе было много разных скоморохов, арфистов и скрипачей. Были при нем также колдуны и разные чародеи.

Двух братьев звали Хаки и Хагбард. Они были очень знамениты. Они были морскими конунгами [82], и у них было большое войско. Иногда они ходили в поход вместе, иногда порознь. У каждого из них было много отважных воинов. Хаки конунг отправился со своим войском в Швецию в поход против Хуглейка конунга, а тот собрал войско, чтобы защищаться. В этом войске было два брата, Свипдаг и Гейгад, оба знаменитые витязи. У Хаки конунга было двенадцать витязей. Среди них был Старкад Старый [83]. Сам Хаки конунг тоже был великий витязь. Они сошлись на Полях Фюри. Битва была жаркой. Войско Хуглейка несло большие потери. Тогда Свипдаг и Гейгад бросились вперед, но против каждого из них выступило по шести витязей Хаки, и они были взяты в плен. Хаки конунг пробился сквозь стену из щитов к Хуглейку конунгу и сразил его и его двух сыновей. После этого шведы обратились в бегство, и Хаки конунг покорил страну и стал конунгом шведов. Он правил страной три года, и пока он сидел мирно дома, его витязи оставили его. Они ходили в викингские походы и брали добычу.

XXIII

Ёрунд и Эйрик были сыновьями Ингви, сына Альрека. Все это время они плавали на своих боевых кораблях и воевали. Одним летом они ходили в поход в Данию и встретили там Гудлауга, конунга халейгов [84], и сразились с ним. Битва кончилась тем, что все воины на корабле Гудлауга были перебиты, а сам он взят в плен. Они свезли его на берег у мыса Страумейрарнес и там повесили. Его люди насыпали там курган. Эйвинд Погубитель Скальдов говорит так:

А Гудлауг
Изведал лихо,
Повис на суку
По воле свеев.
Знать, сильны
Сыны Ингви,
Что он оседлал
Лошадь Сигара  [85];
И на мысу
Машет ветвями,
Гнется под трупом
Смертное древо.
Стал знаменит
Страумейрарнес,
Меченный камнем
В память князя.

Братьев Эйрика и Ёрунда это очень прославило. Они стали знаменитыми. Вот услышали они, что Хаки, конунг в Швеции, отпустил от себя своих витязей. Они отправляются в Швецию и собирают вокруг себя войско. А когда шведы узнают, что это пришли Инглинги, тьма народу примыкает к ним. Затем они входят в Лёг и направляются в Уппсалу навстречу Хаки конунгу. Он сходится с ними на Полях Фюри, и войско у него много меньше. Началась жестокая битва. Хаки конунг наступал так рьяно, что сражал всех, кто оказывался около него, и в конце концов сразил Эйрика конунга и срубил стяг братьев. Тут Ёрунд конунг бежал к кораблям, и с ним все его войско. Но Хаки конунг был так тяжело ранен, что, как он понимал, ему оставалось недолго жить. Он велел нагрузить свою боевую ладью мертвецами и оружием и пустить ее в море. Он велел затем закрепить кормило, поднять парус и развести на ладье костер из смолистых дров. Ветер дул с берега. Хаки был при смерти или уже мертв, когда его положили на костер. Пылающая ладья поплыла в море, и долго жила слава о смерти Хаки.

XXIV

Ёрунд, сын Ингви конунга, стал конунгом в Уппсале. Он правил страной, а летом часто бывал в походах. Одним летом он отправился со своим войском в Данию. Он воевал в Йотланде, а осенью вошел в Лимафьорд и воевал там. Он стоял со своим войском в проливе Оддасунд. Тут нагрянул с большим войском Гюлауг, конунг халейгов, сын Гудлауга, о котором рассказано было раньше. Он вступает в бой с Ёрундом, а когда местные жители видят это, они стекаются на больших и малых кораблях со всех сторон. Ёрунд был разбит наголову, и все воины были перебиты на его корабле. Он бросился вплавь, но был схвачен и выведен на берег. Тогда Гюлауг конунг велел воздвигнуть виселицу. Он подводит Ёрунда к ней и велит его повесить. Так кончилась его жизнь. Тьодольв говорит так:

Сгублен был
Убийца Годлауга
В былые дни
У Лимафьорда,
Когда скакун
Высокогрудый
Вознес на узде
Льняной Ёрунда [86].
И Хагбардов
Обруч бычий  [87]
Горло сдавил
Вождю дружины.

XXV

Аун, или Ани, сын Ёрунда, был конунгом шведов после своего отца. Он усердно приносил жертвы и был человеком мудрым. Воевать он не любил, все сидел дома.

Когда эти конунги правили в Уппсале, как об этом только что рассказывалось, в Дании правил сперва Дан Гордый – он дожил до глубокой старости, – потом сын его Фроди Гордый или Миролюбивый, потом его сыновья Хальвдан и Фридлейв. Они были очень воинственны. Хальвдан был старшим и первым из них во всем. Он отправился со своим войском в Швецию, в поход против Ауна конунга. Между ними произошло несколько битв, и Хальвдан всегда одерживал верх. В конце концов Аун конунг бежал в Западный Гаутланд. К тому времени он уже пробыл двадцать лет конунгом в Уппсале. В Западном Гаутланде он тоже пробыл двадцать лет, пока Хальвдан конунг был в Уппсале. Хальвдан конунг умер от болезни, и там ему насыпали курган. После этого Аун конунг вернулся в Уппсалу. Ему было тогда шестьдесят лет. Он совершил большое жертвоприношение, прося о долголетии, и принес в жертву Одину своего сына. Один обещал Ауну конунгу, что тот проживет еще шестьдесят лет. Аун пробыл конунгом в Уппсале еще двадцать лет. Тут нагрянул в Швецию Али Смелый, сын Фридлейва, и у них с Ауном произошло несколько сражений, и Али всегда одерживал верх. Тогда Аун конунг во второй раз бежал в Западный Гаутланд, оставив свои владения. Али был конунгом в Уппсале двадцать лет, пока Старкад Старый не убил его. После смерти Али Аун конунг вернулся в Уппсалу и правил там еще двадцать лет. Он снова совершил большое жертвоприношение и принес в жертву своего второго сына. Тогда Один сказал Ауну, что, давая ему раз в десять лет по сыну, он будет жить вечно, и велел ему называть какую-нибудь область в своей стране по числу своих сыновей, которых он принес в жертву Одину. После того как он принес в жертву седьмого сына, он прожил еще десять лет, но уже не мог ходить. Его носили на престоле. Он принес в жертву восьмого сына и прожил еще десять лет, лежа в постели. Он принес в жертву девятого сына и прожил еще десять лет, и сосал рожок, как младенец. У Ауна оставался тогда еще один сын, и он хотел принести его в жертву и посвятить Одину Уппсалу и прилегающие к ней земли, назвав всю эту область Тиундаланд [88]. Но шведы не позволили ему совершить жертвоприношение. Тут Аун конунг умер, и в Уппсале ему насыпали курган [89]. С тех пор, когда кто-нибудь умирает безболезненно от старости, это называют болезнью Ауна [90]. Тьодольв говорит так:

Знаю, что Аун
В давние годы
В Уппсале
Впал в детство.
И, живот
Свой спасая,
Старец стал
Сосать тюрю.
И был в руках
Его дряхлых
Турий рог,
Словно соска.
День-деньской,
Как младенец,
Конунг пил
Из копья турья [91],
И не под силу
Сыноубийце
Было поднять
Клинок бычий [92].

XXVI

Эгиль, сын Ауна Старого, был конунгом в Швеции после своего отца. Он не любил воевать и сидел мирно дома. Тунни звался его раб, который был раньше хранителем сокровищ Ауна Старого. Когда Аун умер, Тунни закопал в землю много сокровищ. А когда Эгиль стал конунгом, он заставил Тунни работать с другими рабами. Тому это очень не понравилось, и он убежал, а с ним много рабов. Они отрыли сокровища, которые Тунни закопал в землю, и тот раздал их своим людям, и они выбрали его своим вождем. К нему стеклось много отребья. Они скрывались в лесах, иногда совершали набеги, грабили людей и убивали. Эгиль конунг узнал об этом и отправился со своим войском искать их. Однажды, когда он расположился где-то на ночлег, нагрянул Тунни со своими людьми и перебил много народу у конунга. Когда Эгиль конунг увидел, что происходит, он стал обороняться, подняв свой стяг, но многие из его людей бежали. Тунни и его люди наступали храбро. Тут Эгиль понял, что ему ничего не остается, кроме как бежать. Тунни и его люди преследовали бегущих до ближайшего леса. Затем они вернулись, разоряли и грабили, и не встречали никакого сопротивления. Все захваченное добро Тунни раздавал своим людям. Поэтому его любили и к нему шли. Эгиль конунг собрал войско и пошел против Тунни. Они сразились, и Тунни одержал верх, а Эгиль бежал и потерял много людей. Эгиль конунг и Тунни бились восемь раз, и во всех этих битвах Тунни одерживал верх. После этого Эгиль конунг бежал из своей страны. Он направился в Данию, на остров Селунд, к Фроди Смелому. Он обещал Фроди конунгу дань с шведов за помощь. Фроди дал ему войско и своих витязей. Эгиль конунг направился в Швецию, и когда Тунни узнал об этом, он двинулся со своими войсками ему навстречу. Битва была жаркой. Тунни пал, и Эгиль конунг снова стал править страной. Датчане вернулись к себе. Эгиль конунг посылал Фроди конунгу богатые и большие подарки каждые полгода, но не платил датчанам дани. Однако Эгиль и Фроди оставались друзьями.

После смерти Тунни Эгиль правил страной три года. Случилось тогда в Швеции, что бык, предназначенный для жертвоприношения, стал старым и опасным для людей – так его усердно откармливали, – и когда его хотели поймать, убежал в лес и взбесился, и долго оставался в лесу, и был сущей бедой для людей. Эгиль конунг был хороший охотник. Он часто выезжал в леса охотиться. Однажды он выехал на охоту со своими людьми. Он долго преследовал одного зверя и, скача за ним по лесу, отбился от других людей. Вдруг он увидел того самого быка и подъехал к нему, чтобы убить его. Бык повернулся к нему. Конунг метнул в него копье, и бык разъярился. Он боднул лошадь в бок, и она упала, а с нею – конунг. Конунг вскочил на ноги и взмахнул было мечом. Но бык так боднул его в грудь, что рога глубоко вонзились в тело. Тут подоспели люди конунга и убили быка. Конунг вскоре умер, и в Уппсале ему насыпан курган [93]. Тьодольв говорит так:

Государь
От гнета Тунни,
Славный, бежал
В чужие земли.
Но вонзил
Зверь свирепый
Лба зубец  [94]
В башню духа [95].
Прежде он
Бровей крепость  [96]
Долго носил
В лесах восточных.
А ныне засел
В сердце Эгиля
Турий нож  [97]
Обнаженный.

XXVII

Оттар, сын Эгиля, правил страной и был конунгом после него. Он и Фроди не были друзьями. Фроди послал людей к Оттару конунгу за данью, которую обещал ему Эгиль. Оттар отвечает, что шведы никогда не платили дани датчанам и что он тоже не будет. Посланные вернулись назад. Фроди был очень воинствен. Одним летом Фроди отправился со своим войском в Швецию, высадился там, разорял страну, перебил много народу, а иных взял в плен. Он взял там большую добычу, сжег много поселений и произвел большие опустошения. На другое лето Фроди отправился в поход в Восточные Страны [98]. Оттар конунг узнал, что Фроди уехал. Он садится на боевой корабль, отправляется в Данию, разоряет страну и не встречает никакого сопротивления. Он узнает, что на Селунде собралось большое войско. Тогда он направляется на запад, затем на юг, в Йотланд, входит в Лимафьорд, разоряет Вендиль, жжет там поселения и опустошает земли.

У Фроди были ярлы, которых звали Вётт и Фасти. Он оставил их защищать Данию в его отсутствие. Когда ярлы узнали, что конунг шведов в Дании, они собирают войско, садятся на корабли и отправляются на юг, к Лимафьорду, застают Оттара конунга врасплох и сразу же вступают в бой. Шведы дают отпор. Обе стороны несут потери, но к датчанам все время подходят подкрепления из соседних мест, и к ним присоединяются все корабли, находящиеся поблизости. Битва кончилась тем, что Оттар конунг погиб и большая часть его войска тоже. Датчане перенесли его тело на берег и положили на какой-то курган на растерзание зверям и птицам. Они сделали ворону из дерева и послали ее в Швецию, сказав, что Оттар конунг не больше ее стоит. Они потом называли Оттара вендильской вороной [99]. Тьодольв говорит так:

Данов сталь
Достала Оттара,
Брошен труп
Пернатой твари.
Ворон летел
К мертвому телу,
Страшной лапой
Цеплял князя.
И о делах Ярлов в Вендиле,
Знаю, жива
Молва у свеев,
Как разбили
В бою конунга
Фасти и Вётт
С островов Фроди.

XXVIII

Адильс, сын Оттара конунга, был конунгом после него. Он долго правил страной и был очень богат. Летом он не раз ходил в викингские походы. Однажды он пришел со своим войском в Страну Саксов. Там правил тогда конунг по имени Гейртьов, а жена его звалась Алов Могучая. Не рассказывается о том, были ли у них дети. Конунга тогда не было в стране. Адильс конунг и его люди совершили набег на усадьбу конунга и разграбили ее. Некоторые из них погнали захваченный ими скот к берегу. Скот пасли рабы и рабыни. Их всех они тоже захватили. Среди рабынь была девушка дивной красоты. Ее звали Ирса. Адильс конунг отправился домой с добычей. Ирса не была вместе с рабынями. Вскоре оказалось, что она умна, красноречива и во всем сведуща. Она всем очень понравилась, и всего больше – конунгу. Кончилось тем, что он сыграл с ней свадьбу. Ирса стала женой конунга Швеции, и пошла о ней добрая слава.

XXIX

В Хлейдре правил тогда Хельги конунг, сын Хальвдана. Он приплыл в Швецию с такой огромной ратью, что Адильсу конунгу не оставалось ничего, кроме как бежать. Хельги конунг высадился со своим войском, разорял страну и взял большую добычу. Он взял в полон Ирсу, жену конунга, и увез с собой в Хлейдр, и женился на ней. Их сыном был Хрольв Жердинка [100]. Когда Хрольву было три года, в Данию приехала Алов. Она открыла Ирсе, что Хельги конунг, ее теперешний муж, был ее отцом, а она, Алов, – ее матерью. Тогда Ирса вернулась в Швецию к Адильсу и была там до конца своей жизни. Хельги конунг погиб в походе. Хрольву Жердинке было тогда восемь лет, и он был провозглашен конунгом в Хлейдре.

Адильс конунг враждовал с конунгом по имени Али Уппландский. Он был из Норвегии. Между ними произошла битва на льду озера Венир. Али конунг погиб в этой битве, и Адильс одержал победу. В саге о Скьёльдунгах  [101] подробно рассказывается об этой битве, а также о походе Хрольва Жердинки в Уппсалу к Адильсу. Это тогда Хрольв Жердинка посеял золото на Полях Фюри.

Адильс конунг очень любил хороших лошадей. У него были лучшие в то время кони. Одного его коня звали Прыткий, а другого – Ворон. Он достался Адильсу после смерти Али, и от этого коня родился другой конь, которого тоже звали Ворон. Адильс послал его в Халогаланд Годгесту конунгу. Годгест конунг поскакал на нем и не мог его остановить, свалился с него и разбился насмерть. Это было в Эмде в Халогаланде.

Однажды во время жертвоприношения дисам [102]. Адильс конунг ехал на коне через капище дисы. Вдруг конь споткнулся под ним и упал, а конунг – с него и так ударился головой о камень, что череп треснул и мозги брызнули на камень. Так он погиб. Он умер в Уппсале и был погребен там в кургане  [103]. Шведы называли его могущественным конунгом. Тьодольв говорит так:

Ведом мне
И удел Адильса,
Знаю, волшба
Сгубила героя.
Грянулся князь
С коня наземь,
Достославный
Наследник Фрейра.
Из головы
Высокородного
Брызнул мозг,
Мешаясь с грязью.
Так и умер
Он в Уппсале,
Недруг Али
Победоносный.

XXX

Эйстейн, сын Адильса, правил Шведской Державой после него. В его время пал в Хлейдре Хрольв Жердинка. В то время и датские и норвежские конунги ходили походами в Швецию. Многие из них были морскими конунгами – у них были большие дружины, а владений не было. Только тот мог с полным правом называться морским конунгом, кто никогда не спал под закопченной крышей и никогда не пировал у очага.

XXXI

Сёльви, сын Хёгни с острова Ньярдей, был морским конунгом, который ходил тогда в викингские походы в Восточные Страны. У него были владения в Йотланде. Он отправился со своей дружиной в Швецию. Эйстейн конунг пировал тогда где-то в Ловунде. Сёльви нагрянул туда ночью, окружил дом, в котором был конунг и его дружина, и сжег дом вместе со всеми людьми. Затем Сёльви отправляется в Сигтуны и требует, чтобы его провозгласили конунгом. Но шведы собирают войско и хотят защищать свою страну. Произошла такая большая битва, что, как говорят, она не закончилась на одиннадцатый день. Сёльви конунг одержал победу и долго был конунгом Шведской Державы – до тех пор, пока шведы не восстали против него и не убили его. Тьодольв говорит так:

В Ловунде,
Знаю, норны
Скрыли нить
Жизни князя,
И пал Эйстейн
Там в палатах,
Ютским людом
Спаленный.
И мор травы
Морской склонов  [104]
В жаркой ладье  [105]
Вождя мучил,
Когда подожжен
Со всей дружиной
Рубленый струг  [106]
Горел ярко.

XXXII

Ингвар, сын Эйстейна конунга, стал тогда конунгом Шведской Державы. Он был очень воинствен и часто ходил в морские походы, ибо на Швецию тогда все время совершали набеги и датчане, и люди из Восточных Стран. Ингвар конунг заключил мир с датчанами и стал ходить в походы в Восточные Страны. Одним летом он собрал войско и отправился в Страну Эстов, и разорял ее в том месте, что называется У Камня [107]. Тут нагрянули эсты с большим войском, и произошла битва. Войско эстов было так велико, что шведы не могли ему противостоять. Ингвар конунг пал, а дружина его бежала. Он погребен там в кургане у самого моря. Это в Адальсюсле. Шведы уплыли домой после этого поражения. Тьодольв говорит так:

И, говорят,
Ингвар конунг
Жертвой стал
Мужей Сюслы [108],
Эстов рать
Рядом с камнем
Разбила в бою
Ясноликого.
И океан
Мертвого князя
Песней Гюмира  [109]
Услаждает.

XXXIII

Энунд, сын Ингвара, правил после него в Швеции. В его дни в Швеции царил мир, и у него было очень много всякого добра. Энунд конунг отправился со своим войском в Страну Эстов, чтобы отмстить за своего отца. Он высадился там, разорил всю страну и захватил большую добычу. Осенью он вернулся в Швецию. В его дни в Швеции были хорошие урожаи. Из всех конунгов Энунда всего больше любили.

Швеция – лесная страна, и лесные дебри в ней настолько обширны, что их не проехать и за много дней. Энунд конунг затратил много труда и средств на то, чтобы расчистить леса и заселить росчисти. Он велел также проложить дороги через лесные дебри, и тогда среди лесов стало много безлесных земель, и на них стали селиться. Так страна заселялась, ибо народу, который мог бы селиться, было достаточно. Энунд конунг велел проложить дороги по всей Швеции через леса, болота и горы. Поэтому его прозвали Энунд Дорога. Энунд конунг построил себе усадьбы во всех областях Швеции и ездил по всей стране по пирам.

XXXIV

У Энунда Дороги был сын, которого звали Ингьяльд. В то время в Фьядрюндаланде [110] правил конунг Ингвар. У него было от его жены два сына. Одного звали Альв, другого – Агнар. Они были сверстники Ингьяльда. В те времена по всей Швеции в каждой области правил свой конунг  [111]. Энунд Дорога правил в Тиундаланде. Это где Уппсала. Там тинг всех шведов. И там тогда справлялись большие жертвоприношения. Много конунгов съезжалось туда. Это бывало в середине зимы. Однажды зимой, когда много народу съехалось в Уппсалу, был там и Ингвар конунг с сыновьями. Им было по шести лет. Альв, сын Ингвара конунга, и Ингьяльд, сын Энунда конунга, затеяли какую-то мальчишескую игру, и каждый из них должен был быть вожаком своей ватаги. Во время игры Ингьяльд оказался слабее Альва, и так разозлился, что громко заплакал. Тут подошел Гаутвид, сын его воспитателя, и отвел его к Свипдагу Слепому, его воспитателю, и рассказал тому, что стряслось и что Ингьяльд оказался слабее в игре, чем Альв, сын Ингвара конунга. Свипдаг отвечал, что это большой позор. На другой день Свипдаг велел вырезать сердце у волка, изжарить его на вертеле и дал его съесть Ингьяльду. С тех пор тот стал очень злобным и коварным. Когда Ингьяльд вырос, Энунд посватал ему в жены Гаутхильд, дочь Альгаута конунга. Он был сыном конунга Гаутрека Щедрого, сына Гаута, по которому назван Гаутланд. Альгаут конунг был уверен, что хорошо выдает свою дочь замуж, сватая ее за сына Энунда конунга, если сын нравом в отца. Девушку отправили в Швецию, и Ингьяльд сыграл с ней свадьбу.

XXXV

Однажды осенью Энунд конунг ездил по своим усадьбам с дружиной и приехал в местность, которая называется Химинхейд [112]. Там есть несколько узких горных долин и высокие горы с обеих сторон. Шли сильные дожди, а в горах выпал снег. Огромная лавина камней и глины обрушилась на Энунда конунга и его дружину. Конунг погиб, и многие вместе с ним. Тьодольв говорит так:

Знаю, стал
Преградой Энунду
Град камней
У Химинфьёлля,
И был в горах
В прах повержен
Эстов враг
Горем Сёрли [113].
И земных
Костей  [114] груда
Княжий труп
Тяжко давит [115].

XXXVI

Ингьяльд, сын Энунда конунга, стал конунгом в Уппсале. В те времена, когда в Швеции было много местных конунгов, конунги в Уппсале были верховными конунгами. Правители, сидевшие в Уппсале, были единовластными во всей Шведской Державе с того времени, как Один правил в Швеции, и вплоть до смерти Агни. Только тогда держава была впервые поделена между братьями, как об этом было написано раньше [116]. После этого владения и власть конунга стали распыляться в роду по мере того, как он разветвлялся. Но некоторые конунги расчищали лесные дебри, селились там и так увеличивали свои владения. Когда Ингьяльд пришел к власти и стал конунгом, было много местных конунгов, как уже написано. Ингьяльд конунг велел устроить большой пир в Уппсале, чтобы справить тризну по Энунду конунгу, своему отцу. Он велел построить палаты не менее просторные и роскошные, чем палаты конунга в Уппсале, и назвал их палатами семи конунгов. В них было приготовлено семь престолов.

Ингьяльд конунг послал гонцов во все концы Швеции и пригласил к себе конунгов, ярлов и других знатных людей. На эту тризну приехали Альгаут конунг, тесть Ингьяльда; Ингвар конунг Фьядрюндаланда и его два сына, Агнар и Альв; Спорсньялль, конунг Нерики, Сигверк, конунг Аттундаланда [117]. Гранмар, конунг Судрманналанда, не приехал. Шесть конунгов были посажены на престолы в новых палатах. Один из престолов, приготовленных по велению Ингьяльда конунга, пустовал. Все, кто приехал, были размещены в новых палатах. Ингьяльд разместил свою дружину и всех своих людей в своих палатах.

В то время был обычай, что, когда справляли тризну по конунгу или ярлу, тот, кто ее устраивал и был наследником, должен был сидеть на скамеечке перед престолом до тех пор, пока не вносили кубок, который назывался Кубком Браги [118]. Затем он должен был встать, принять кубок, дать обет совершить что-то и осушить кубок. После этого его вели на престол, который раньше занимал его отец. Тем самым он вступал в наследство после отца.

Так было сделано и в этот раз. Когда Кубок Браги принесли, Ингьяльд конунг встал, взял в руки большой турий рог и дал обет увеличить свою державу вполовину во все четыре стороны или умереть. Затем он осушил рог. Когда вечером люди опьянели, Ингьяльд конунг сказал Фольквиду и Хульвиду, сыновьям Свипдага, чтобы они и их люди вооружились, как было договорено вечером. Они вышли, отправились к новым палатам и подожгли их. Сразу же палаты запылали. В них сгорели шесть конунгов и все их люди. Тех, которые пытались спастись, немедля убивали.

После этого Ингьяльд конунг подчинил себе все те владения, которые принадлежали конунгам, и собирал с этих владений дань.

XXXVII

Гранмар конунг услышал об этих событиях и понял, что его ожидает та же участь, если он не побережется. В это самое лето в Швецию приплыл со своей дружиной конунг Хьёрвард, которого звали Ильвингом [119], и высадился во фьорде, что называется Мирквафьорд. Когда Гранмар конунг узнаёт об этом, он посылает к нему людей и приглашает его и всю его дружину к себе на пир. Тот принял приглашение, ибо никогда не грабил во владениях Гранмара конунга. Когда он явился на пир, его очень радушно приняли. У конунгов, которые жили в своих владениях и устраивали пиры, был такой обычай, что вечером, когда кубки шли вкруговую, пили попарно из одного кубка, мужчина и женщина, сколько выходило пар, а остальные пили из одного кубка. А у викингов был закон пить на пирах всем вместе из одного кубка. Хьёрварду конунгу был приготовлен престол напротив престола Гранмара конунга, а все его люди сидели рядом на скамье. Гранмар конунг сказал Хильдигунн, своей дочери, чтобы она приготовилась подносить пиво викингам. Она была очень красивая девушка. Она взяла серебряный кубок, наполнила его, подошла к Хьёрварду конунгу и сказала:

– За здоровье всех Ильвингов и в память Хрольва Жердинки!

Она выпила кубок наполовину и передала его Хьёрварду конунгу. Тот взял кубок и ее руку и сказал, что она должна сесть рядом с ним. Она возразила, что не в обычае викингов пить с женщинами один на один. Хьёрвард отвечал, что он охотно нарушит закон викингов и будет пить с ней вдвоем. Тогда Хильдигунн села рядом с ним, и они пили из одного кубка и много беседовали в тот вечер. На следующий день, когда конунги встретились, Хьёрвард посватался и просил руки Хильдигунн.

Гранмар конунг рассказал об этом своей жене, Хильд, и другим знатным людям и сказал, что Хьёрвард конунг был бы им надежной опорой. Его слова встретили одобрение, и все почли их разумными. Дело кончилось тем, что Хильдигунн была обручена с Хьёрвардом конунгом, и он сыграл с ней свадьбу. Хьёрвард конунг должен был остаться у Гранмара конунга, потому что у того не было сына, который мог бы помочь ему в правлении.

XXXVIII

Этой самой осенью Ингьяльд конунг собрал войско, чтобы напасть на тестя с зятем. Это войско было из всех тех его владений, которые он себе подчинил. Когда тесть с зятем слышат об этом, они собирают войско в своих владениях, и им на подмогу приходит Хёгни конунг и его сын Хильдир, которые правили в Восточном Гаутланде. Хёгни был отцом Хильд, жены Гранмара конунга. Ингьяльд конунг высадился на берег со всем своим войском, и у него было много больше народу, чем у его противников. Вот войска сходятся, и начинается жестокая битва. Вскоре, однако, вожди, правившие Фьядрюндаландом, Западными Гаутами, Нерики и Аттундаландом, обратились в бегство, и все войско, собранное в этих землях, бежало на свои корабли. После этого плохо пришлось Ингьяльду конунгу, он получил много ран и бежал на свои корабли, а Свипдаг Слепой, его воспитатель, и оба его сына, Гаутвид и Хульвид, пали в этой битве. Ингьяльд конунг вернулся в Уппсалу очень недовольный своим походом. Он увидел, что войско, собранное им в землях, которые он подчинил силой, не будет ему верным. После этого между Ингьяльдом конунгом и Гранмаром конунгом была большая вражда. Так прошло много времени, и наконец друзьям того и другого удалось помирить их. Конунги договорились о встрече, встретились и заключили мир, Ингьяльд конунг и Гранмар конунг и Хьёрвард конунг, его зять. Мир должен был соблюдаться до тех пор, пока они живы. Он был скреплен клятвами верности. Следующей весной Гранмар конунг отправился в Уппсалу, чтобы совершить жертвоприношение, так как было принято весной приносить жертвы за мир. Тут он получил предсказание, что ему не долго осталось жить, и он вернулся в свои владения.

XXXIX

На следующую осень Гранмар конунг и Хьёрвард конунг, его зять, отправились пировать в своих усадьбах на острове, что зовется Сили. В то время как они пировали, явился туда однажды ночью Ингьяльд конунг со своим войском, окружил дом и сжег их в доме со всеми их людьми. После этого он подчинил себе владения конунгов Гранмара и Хьёрварда и поставил там правителей. Хёгни конунг и Хильдир, его сын, часто совершали набеги на Шведскую Державу и убивали людей Ингьяльда конунга, которых он поставил править во владениях, принадлежавших раньше Гранмару конунгу, их родичу. Долгое время Ингьяльд конунг и Хёгни конунг враждовали друг с другом. Но Хёгни конунгу удалось до самой смерти удержаться в своих владениях, противостоя Ингьяльду конунгу.

У Ингьяльда конунга было двое детей от его жены, дочь и сын. Дочь его звали Аса, она была старшая, а сын его был Олав Лесоруб. Гаутхильд, жена Ингьяльда конунга, отослала мальчика своему воспитателю Бови, в Западный Гаутланд. Он вырос там вместе с сыном Бови, Сакси, которого прозвали Грабителем.

Рассказывают, что Ингьяльд конунг убил двенадцать конунгов и всех их он обманул обещанием мира. Его прозвали поэтому Ингьяльдом Коварным. Он был конунгом большей части Швеции. Асу, свою дочь, он выдал за Гудрёда, конунга в Сканей. Она была похожа на отца нравом. Она была виной тому, что Гудрёд убил Хальвдана, своего брата. Хальвдан был отцом Ивара Широкие Объятья. Аса была виной также и смерти Гудрёда, своего мужа.

XL

Ивар Широкие Объятья отправился в Сканей после смерти Гудрёда, своего дяди. Он сразу же собрал большое войско и двинулся в Швецию. Аса Коварная еще до этого поехала к своему отцу. Ингьяльд конунг пировал в Рэнинге, когда он услышал, что войско Ивара конунга близко. Он видел, что у него недостаточно войска, чтобы сражаться с Иваром. И он понимал, что, если он обратится в бегство, враги нападут на него со всех сторон. Они с Асой поступили тогда так, и об этом пошла слава: они напоили всех своих людей допьяна, а затем подожгли палаты. Сгорели и палаты, и весь народ, что был в них, вместе с Ингьяльдом конунгом. Тьодольв говорит так:

В Рэнинге
Дымовержец  [120]
Ингьяльда
Забил углями,
И вождя
Ворог дома  [121]
Затоптал
Неживое тело.
Княжей судьбе
Несравненной
Свеи много
Дивились,
Ведь властелин
Достославный
Смертный час
Сам выбрал.

XLI

Ивар Широкие Объятья подчинил себе всю Шведскую Державу. Он завладел также всей Датской Державой и большей частью Страны Саксов, всей Восточной Державой  [122] и пятой частью Англии. От его рода произошли конунги датчан и шведов, те, которые были единовластными в своей стране. После смерти Ингьяльда Коварного Уппсальская Держава ушла из рук Инглингов, насколько можно проследить их родословную.

XLII

Когда Олав, сын Ингьяльда конунга, узнал о смерти своего отца, он отправился в поход с теми людьми, которые захотели идти с ним, ибо большая часть шведов все как один хотели изгнать род Ингьяльда и всех его друзей. Олав отправился сначала в Нерики, но когда шведы об этом проведали, ему нельзя было больше там оставаться. Тогда он направился на запад через леса к той реке, что впадает с севера в Венир и называется Эльв [123]. Там они остановились, стали расчищать и выжигать леса и потом селиться. Вскоре край был заселен. Они назвали его Вермаланд. Там были хорошие земли. Когда в Швеции услышали, что Олав расчищает леса, его прозвали Лесорубом, и это было насмешкой над ним. Олав женился на девушке, которую звали Сёльвейг или Сёльва. Она была дочерью Хальвдана Золотой Зуб с запада из Солейяр. Хальвдан был сыном Сёльви, сына Сёльвара, сына Сёльви Старого, который первый расчистил лес в Солейяр. Мать Олава Лесоруба звали Гаутхильд, а ее матерью была Алов, дочь Олава Ясновидящего, конунга Нерики. У Олава и Сёльви было два сына – Ингьяльд и Хальвдан. Хальвдан вырос в Солейяр у Сёльви, своего дяди по матери. Его прозвали Хальвдан Белая Кость.

XLIII

Очень многие бежали из Швеции, будучи объявлены Иваром вне закона. Они слышали, что у Олава Лесоруба в Вермаланде хорошие земли, и к нему стеклось так много народу, что земля не могла всех прокормить. Случился неурожай, и начался голод. Люди сочли, что виноват в этом конунг, ибо шведы обычно считают, что конунг – причина как урожая, так и неурожая. Олав конунг пренебрегал жертвоприношениями. Это не нравилось шведам, и они считали, что отсюда и неурожай. Они собрали войско, отправились в поход против Олава конунга, окружили его дом и сожгли его в доме, отдавая его Одину и принося его в жертву за урожай. Это было у Венира озера. Тьодольв говорит так:

И у волны
. . .  [124].
Олава
Опалило пламя,
И волк стволов  [125]
Жгучепалый
Сорвал плащ
С вождя свеев.
Сын владык
Высокородный,
Уппсалу он
Давно оставил.

Те из шведов, что умнее, однако, видели: голод из-за того, что народу больше, чем земля может прокормить, и конунг тут ни при чем. Было решено двинуться со всем войском на запад через лес Эйдаског и неожиданно появиться в Солейяр. Там они убили Сёльви конунга и полонили Хальвдана Белая Кость. Они сделали его своим вождем и дали ему звание конунга. Тогда он подчинил себе Солейяр. Затем он двинулся с войском в Раумарики, воевал там и подчинил себе этот край силой оружия.

XLIV

Хальвдан Белая Кость был могущественным конунгом. Он был женат на Асе, дочери Эйстейна Сурового, конунга жителей Упплёнда. Он правил Хейдмёрком. У Асы с Хальвданом было два сына, Эйстейн и Гудрёд. Хальвдан захватил большую часть Хейдмёрка, Тотн, Хадаланд и большую часть Вестфольда. Он дожил до старости, умер от болезни в Тотне, и тело его было перевезено в Вестфольд, где он был погребен в кургане в Скирингссале, в месте, которое называется Скерейд. Тьодольв говорит так:

Хальвдан князь,
Всякий знает,
Давно как сынов
Земных покинул,
И в свой чертог
Его из Тотна
Взять захотела
Хозяйка павших [126].
И Скерейд
В Скирингссале
Плачет теперь
По государю.

XLV

Ингьяльд, брат Хальвдана, был конунгом в Вермаланде, но после его смерти Хальвдан конунг подчинил себе Вермаланд и до самой своей смерти брал с него дань и назначал туда ярлов.

XLVI

Эйстейн, сын Хальвдана Белая Кость, был конунгом после него в Раумарики и Вестфольде. Он был женат на Хильд, дочери Эйрика, Агнарова сына, который был конунгом в Вестфольде. Агнар, отец Эйрика, был сыном Сигтрюгга, конунга из Вендиля. У Эйрика не было ни одного сына. Он умер, когда конунг Хальвдан Белая Кость еще жил. Тогда Хальвдан со своим сыном Эйстейном завладели всем Вестфольдом. Эйстейн правил Вестфольдом до самой своей смерти. Тогда в Варне был конунг, которого звали Скьёльд. Он был очень сведущ в колдовстве. Эйстейн конунг приплыл с несколькими боевыми кораблями в Варну и стал грабить там. Он брал, что ему попадалось: одежду и всякое добро и орудия бондов. Скот они резали на берегу. Потом они уплывали. Когда Скьёльд конунг вышел на берег со своим войском, Эйстейн конунг уже переплыл через фьорд. Скьёльд еще видел их паруса. Он взял свой плащ, развернул его и дунул в него. Когда они проплывали мимо острова Ярлсей, Эйстейн конунг сидел у руля, а другой корабль плыл рядом. Были волны, и рея другого корабля сбросила конунга за борт. Так он погиб. Его люди выловили его труп. Его отвезли в Борро и там погребли его в кургане на каменистой гряде у реки Вадлы. Тьодольв говорит так:

И ненароком
Рея Эйстейна
Прямо к сестре
Нарви отправила.
Спит давно
Он под курганом,
Гордый князь,
На гряде гранитной.
А мимо вождя
Льдяные воды
Вадла-река
Вдаль уносит.

XLVII

Хальвдан, сын конунга Эйстейна, стал конунгом после него. Его прозвали Хальвданом Щедрым на Золото и Скупым на Еду. Рассказывают, что его люди получили столько золотых монет, сколько у других конунгов люди получают серебряных, но жили впроголодь. Он был очень воинствен, часто ходил в викингские походы и добывал богатство. Он был женат на Хлив, дочери Дага конунга Вестмара. Его главной усадьбой был Хольтар в Вестфольде. Там он умер от болезни и был погребен в кургане в Борре. Тьодольв говорит так:

И в третий раз  [127]
Сестра Волка
К себе на тинг
Позвала князя.
Тот, кто сидел
На престоле в Хольте,
Не убежал
Норн приговора.
И над ним,
Над Хальвданом,
В Борре мужи
Курган сложили.

XLVIII

Гудрёд, сын Хальвдана, был конунгом после него. Его прозвали Гудрёдом Великолепным, но некоторые звали его Конунгом Охотником. Он был женат на Альвхильд, дочери Альварика, конунга из Альвхейма, и взял за ней половину Вингульмёрка. Их сыном был Олав, прозванный потом Альвом Гейрстадира. Альвхеймаром называлась тогда область между Раум-Эльвом и Гаут-Эльвом.

Когда Альвхильд умерла, Гудрёд конунг послал своих людей на запад в Агдир к конунгу, который там правил, – его звали Харальд Рыжебородый, – чтобы посвататься к Асе, его дочери, но Харальд отказал ему. Посланцы вернулись и рассказали конунгу об этом. Через некоторое время Гудрёд конунг спустил свои корабли на воду и поплыл с большим войском в Агдир. Он явился туда совсем неожиданно, высадился на берег и ночью подступил к усадьбе Харальда конунга. Когда тот увидел, что нагрянуло войско, он вышел со всеми людьми, которые были при нем. Произошла битва. У Гудрёда был большой перевес сил. Харальд и Гюрд, его сын, пали. Гудрёд конунг взял большую добычу. Он увез с собой Асу, дочь Харальда конунга, и сыграл с ней свадьбу. У них был сын, которого звали Хальвдан.

В ту осень, когда Хальвдану исполнился год, Гудрёд конунг поехал по пирам. Он стоял со своим кораблем в Стивлусунде. Пир шел горой, и конунг был очень пьян. Вечером, когда стемнело, конунг хотел сойти с корабля, но когда он дошел до конца сходен, на него бросился какой-то человек и пронзил его копьем. Так он погиб. Человека же этого сразу убили. А утром, когда рассвело, его опознали. Это был слуга Асы, жены конунга. Она не стала скрывать, что это она его подослала. Тьодольв говорит так:

И Гудрёд
Благородный
Предан был
В дни былые.
Коварная мысль
О кровавой мести
Смерть несла
Властелину,
Когда во тьме
Вождя хмельного
Нашло копье
Холопа Асы.
Сталь у брега
Стивлусунда
Раб вонзил
В грудь героя.

XLIX

Олав стал конунгом после смерти своего отца. Он был могуществен и воинствен, очень красив с виду и высок ростом. Ему принадлежал только Вестфольд, ибо Альвгейр конунг подчинил себе тогда весь Вингульмёрк и поставил там конунгом Гандальва, своего сына. Отец и сын очень разоряли тогда Раумарики и подчинили себе большую часть этого края. Сына Эйстейна Могущественного, конунга жителей Упплёнда, звали Хёгни. Эйстейн подчинил себе тогда Хейдмёрк, Тотн и Хадаланд. В то время и Вермаланд ушел из рук сыновей Гудрёда и стал платить дань конунгу шведов. Олаву было двадцать лет, когда Гудрёд конунг умер. Когда Хальвдан конунг, его брат, стал править вместе с ним, они поделили Вестфольд между собой. Олаву досталась его западная часть, а Хальвдану – внутренняя. Олав конунг жил в Гейрстадире. У него заболела нога, и от этого он умер. Он погребен в кургане в Гейрстадире. Тьодольв говорит так:

Трора  [128] ветвь
Разрасталась
Все мощней
В стране норвежской,
В Вестмаре
В прежние годы
Олав землёй
Великой правил,
Пока вождя
У края Фольда
Больная нога
Не свела в могилу.
Ныне лежит
Он под курганом,
Славный герой,
В Гейрстадире.

L

Рёгнвальд, сын Олава, был конунгом в Вестфольде после своего отца. Его прозвали Достославным. В его честь Тьодольв из Хвинира сложил Перечень Инглингов. Он говорит в нем так:

Но, по мне,
Под синим небом
Лучшего нет
Прозвания князю,
Нежели то,
Которым Рёгнвальда
Достославного
Величают.

Сага о Хальвдане Черном
(Hálfdanar saga svarta)

I

Хальвдану исполнился один год, когда погиб его отец[129]. Аса, мать Хальвдана, сразу же уехала с ним на запад в Агдир и стала править во владениях, которые раньше принадлежали ее отцу. Там Хальвдан рос и вскоре стал статным и сильным. У него были черные волосы, и поэтому его прозвали Хальвданом Черным. Ему было восемнадцать лет, когда он начал править в Агдире. Он сразу же отправился в Вестфольд и поделил владения со своим братом Олавом.

В ту же осень Хальвдан пошел походом в Вингульмёрк против конунга Гандальва. Произошло много битв, и победа доставалась то одному, то другому. В конце концов они помирились, и Хальвдану отошла половина Вингульмёрка, которым раньше владел его отец Гудрёд. После этого Хальвдан конунг пошел походом на Раумарики и завоевал эту землю. Слух об этом дошел до Сигтрюгга конунга, сына конунга Эйстейна[130]. Он поселился тогда в Хейдмёрке, а раньше подчинил себе Раумарики. Сигтрюгг конунг пошел против Хальвдана конунга. Произошла жестокая битва, и Хальвдан победил. Как раз когда началось бегство, стрела попала Сигтрюггу под левую руку, и он погиб. После этого Хальвдан овладел всем Раумарики. Эйстейном звали другого сына Эйстейна конунга, брата Сигтрюгга. Он был тогда конунгом в Хейдмёрке. Когда Хальвдан конунг снова пошел походом в Вестфольд, Эйстейн конунг отправился со своим войском в Раумарики и завоевал эту землю.

II

До Хальвдана Черного дошел слух, что в Раумарики идет война. Он собрал войско и пошел походом в Раумарики против Эйстейна конунга. Они сразились, и Хальвдан победил, а Эйстейн бежал в Хейдмёрк. Тогда Хальвдан пошел со своим войском в Хейдмёрк в погоню за Эйстейном. Они снова сразились, и Хальвдан победил, а Эйстейн бежал на север в Долины к Гудбранду херсиру[131]. Там он набрал новое войско и зимой отправился в Хейдмёрк. Они сошлись с Хальвданом Черным на большом острове, что в середине озера Мьёрс. Произошла битва, и у обеих сторон погибло много народу, но Хальвдан конунг победил. В битве пал сын Гудбранда херсира Гутхорм, который был самым многообещающим мужем в Упплёнде. Эйстейн конунг бежал тогда еще дальше на север в Долины. Тут он послал Халльварда Плута, своего родича, к Хальвдану конунгу, чтобы тот попытался помириться с ним, и, поскольку они были родня, Хальвдан отдал Эйстейну конунгу половину Хейдмёрка, которым его родичи раньше владели. А Хальвдан подчинил себе Тотн, местность, которая называется Ланд, а также Хадаланд, ибо он много ходил в походы. Так он стал могущественным конунгом.

III

Хальвдан Черный женился на Рагнхильд, дочери Харальда Золотая Борода. Он был конунгом в Согни. У них родился сын, которому Харальд конунг дал свое имя. Мальчик рос в Согни у Харальда конунга, своего деда. У Харальда конунга не было сына, и когда он одряхлел, он уступил власть своему внуку Харальду и велел провозгласить его конунгом. Вскоре после этого Харальд Золотая Борода умер. В ту же зиму умерла его дочь Рагнхильд. А весной умер от болезни и Харальд, молодой конунг в Согне. Ему было тогда десять лет. Когда Хальвдан Черный узнал о его смерти, он пошел с большим войском в поход на север в Согн. Его там хорошо приняли. Он заявил, что притязает на власть и наследство своего сына и не встретил сопротивления. Так он завладел Согном. К нему приехал ярл Атли Тощий из Гаулара. Он был другом Хальвдана конунга. Хальвдан поручил ему вершить суд в фюльке Согни собирать дань в пользу конунга. Затем конунг вернулся к себе в Упплёнд.

IV

Осенью Хальвдан конунг отправился в Вингульмёрк. Однажды ночью Хальвдан конунг был на пиру. В полночь к нему подошел человек, который сторожил лошадей, и сказал, что к усадьбе подошло войско. Конунг сразу же встал и велел своим людям вооружиться. Затем он выходит во двор и строит своих людей. Это нагрянули Хюсинг и Хельсинг, сыновья Гандальва, с большим войском. Произошла жестокая битва, и так как перевес был на стороне сыновей Гандальва, Хальвдан конунг бежал в лес, потеряв много народу. В битве погиб Эльвир Умный, воспитатель Хальвдана конунга.

Затем к Хальвдану стеклись люди, и он пошел против сыновей Гандальва. Они встретились в Эйде у озера Эйи и сразились там. Хюсинг и Хельсинг пали в битве, а их брат Хаки бежал. После этого Хальвдан Черный подчинил себе весь Вингульмёрк, а Хаки бежал в Альвхеймар.

V

Конунг в Хрингарики звался Сигурд Олень. Он был статнее и сильнее других людей. Он был также очень красив с виду. Его отцом был Хельги Смелый, а матерью – Аслауг, дочь Сигурда Змей в Глазу, сына Рагнара Кожаные Штаны[132].

Рассказывают, что Сигурду было двенадцать лет, когда он победил в единоборстве берсерка Хильдибранда с его одиннадцатью товарищами. Он совершил много подвигов, и о нем есть длинная сага [133]. У Сигурда было двое детей. Его дочь звали Рагнхильд. Она была очень достойная женщина. Ей было тогда двадцать лет. Ее брата звали Гутхорм. Он был еще подростком.

О Сигурде рассказывают, что он часто ездил один по дремучих лесам. Он охотился на крупных зверей, которые были опасны для людей. Он с большим рвением занимался такой охотой. Однажды он поехал один в лес, как было в его обычае. Он долго ехал и выехал на какую-то прогалину недалеко от Хадаланда. Тут ему повстречался берсерк Хаки с тридцатью людьми. Они сразились. Сигурд Олень пал, и двенадцать людей Хаки были убиты, а сам он потерял руку и получил еще три другие раны. После этого Хаки со своими людьми поехал в усадьбу Сигурда, похитил его дочь Рагнхильд и ее брата Гутхорма и захватил много добра и сокровищ, и увез в Хадаланд. Тут у него была большая усадьба. Он велел готовить пир и собирался справить свадьбу с Рагнхильд, но пир откладывался, потому что его раны не заживали.

Хаки, берсерк из Хадаланда, пролежал, страдая от ран, всю осень и начало зимы. А Хальвдан конунг справлял йоль[134] в Хейдмёрке. До него дошел слух о том, что произошло. Однажды рано утром, когда конунга одевали, он позвал к себе Харека Волка и сказал, что тот должен поехать в Хадаланд.

– Привези мне Рагнхильд, дочь Сигурда Оленя, – сказал он.

Харек снарядился в поход с сотней людей и еще до рассвета перебрался через озеро и подошел к усадьбе Хаки. Они заняли все выходы из дома, где спали люди Хаки. Затем они подобрались к покою, где спал Хаки, вломились в него, похитили Рагнхильд и ее брата Гутхорма и захватили все добро, что там было, а дом, в котором спали люди Хаки, они сожгли вместе со всеми ними. Они посадили Рагнхильд и ее брата в роскошную повозку с шатром и спустились на лед.

Хаки встал и некоторое время следовал за ними. Но спустившись на лед озера, он воткнул рукоятку меча в лед и навалился на острие. Меч пронзил его насквозь, и Хаки тут же умер. Его похоронили в кургане на берегу озера.

Хальвдан конунг увидел, что едут по льду озера – он был очень зорок. Он увидел повозку с шатром и понял, что Харек и его люди выполнили его поручение. Он велел ставить столы и разослал людей по всей окрýге, и пригласил к себе многих. В тот же день был справлен роскошный пир, и на этом пиру Хальвдан конунг сыграл свадьбу с Рагнхильд, и с этих пор она стала могущественной правительницей.

Мать Рагнхильд, Тюррни, была дочерью Клакк-Харальда, конунга в Иотланде, и сестрой Тюры Спасительницы Дании, жены Горма Старого [135], конунга датчан, который правил Датской Державой в то время.

VI

Рагнхильд снились вещие сны, ибо она была женщиной мудрой. Однажды ей снилось, будто она стоит в своем городе и вынимает иглу из своего платья. И игла эта у нее в руках выросла так, что стала большим побегом. Один конец его спустился к земле и сразу же пустил корни, другой же конец его поднялся высоко в воздух. Дерево чудилось ей таким большим, что она едва могла охватить его взглядом. Оно было удивительно мощным. Нижняя его часть была красной, как кровь, выше ствол его был красивого зеленого цвета, а ветви были белы, как снег.

На дереве было много больших ветвей, как вверху, так и внизу. Ветви дерева были так велики, что распространялись, как ей казалось, над всей Норвегией и даже еще шире[136].

VII

Конунг Хальвдан никогда не видел снов. Это ему казалось удивительным, и он рассказал об этом человеку, которого звали Торлейв Умный, прося у него совета. Торлейв сказал, что, когда ему хочется узнать что-нибудь, он ложится спать в свином хлеву, и тогда ему всегда снится что-нибудь. Конунг так и сделал, и ему приснился такой сон: будто у него волосы красивее, чем у кого бы то ни было, и они распадаются на пряди. Некоторые из этих прядей ниспадают до земли, некоторые – до середины голени, некоторые – до колен, некоторые – до пояса или бедер, некоторые – не ниже шеи, а некоторые только торчат из черепа, как рожки. Пряди эти различного цвета, но одна прядь превосходит все другие красотой, блеском и величиной. Конунг рассказал этот сон Торлейву, и тот истолковал его так, что у него будет большое потомство, которое будет править странами с великой славой, однако не с одинаковой, и тот произойдет из его рода, кто будет всех славнее. Люди думают, что эта прядь предвещала конунга Олава Святого.

Конунг Хальвдан был человек умный, правдивый и справедливый. Он вводил законы, соблюдал их сам и заставлял других соблюдать их, так что никто не мог пойти против законов. Он сам установил размеры виры в соответствии с происхождением и достоинством каждого.

Рагнхильд родила сына. Мальчик был окроплен водой и назван Харальдом. Он скоро стал статным и очень красивым. Так он рос и рано стал человеком во всем искусным и умным. Мать его очень любила, а отец – меньше.

VIII

Хальвдан конунг справлял йоль в Хадаланде. В канун йоля там произошло удивительное событие: когда люди садились за столы, а людей было очень много, вся еда и все питье вдруг исчезли со столов. Один за другим все ушли к себе домой, и конунг, удрученный, остался сидеть один. Так как ему хотелось узнать, кто виной удивительному событию, он велел схватить одного финна, великого колдуна. Он хотел заставить колдуна сказать правду и пытал его, но ничего не добился. Колдун все время звал себе на помощь Харальда, сына конунга, и Харальд просил пощадить колдуна, но ничего не добился. Тогда Харальд все же отпустил колдуна против воли конунга и бежал с ним сам. И вот они будто бы очутились на большом пиру у какого-то могущественного человека, и там их хорошо приняли, совсем как наяву. Когда они пробыли там до весны, человек этот однажды сказал Харальду:

– Твой отец в большой обиде на то, что я прошлой зимой взял у него немного еды. Но я возмещу тебе это радостным известием. Твой отец теперь умер, и ты должен отправиться домой. Ты получишь все владения твоего отца, и кроме того тебе будет принадлежать вся Норвегия.

IX

Хальвдан Черный ехал из Хадаланда, где он справлял йоль, и путь его лежал через озеро Рёнд. Дело было весной. Солнце пекло сильно. Они ехали через залив Рюкингсвик. Там зимой был водопой, и где навоз упал на лед, в солнцепек образовались полыньи. И вот, когда повозка конунга проезжала там по льду, он проломился, и Хальвдан конунг утонул, и много народу с ним. Ему было тогда сорок лет.

Ни при одном конунге не было таких урожайных годов, как при конунге Хальвдане. Люди так любили его, что, когда стало известно, что он умер и тело его привезено в Хрингарики, где его собирались похоронить, туда приехали знатные люди из Раумарики, Вестфольда и Хейдмёрка и просили, чтобы им дали похоронить тело в своем фюльке. Они считали, что это обеспечило бы им урожайные годы. Помирились на том, что тело было разделено на четыре части, и голову погребли в кургане у Камня в Хрингарики[137], а другие части каждый увез к себе, и они были погребены в курганах, которые все называются курганами Хальвдана.

Сага о Харальде Прекрасноволосом
(Haralds saga ins hárfagra)

I

Харальд стал конунгом после своего отца. Ему было тогда десять лет. Он был всех статней и сильней, очень красив с виду, мудр и мужествен. Гутхорм, брат его матери, был предводителем его дружины и правил всеми делами. Он был и предводителем войска.

После смерти Хальвдана многие вожди стали посягать на владения, которые он оставил. Первым был Гандальв конунг, за ним последовали братья Хёгни и Фроди, сыновья Эйстейна, конунга из Хейдмёрка. Хёгни, сын Кари, совершал набеги на Хрингарики. Также Хаки, сын Гандальва, пошел с тремястами людей походом в Вестфольд. Он пробирался по суше по разным долинам и рассчитывал застать Харальда конунга врасплох. А конунг Гандальв засел со своим войском в Лондире и рассчитывал перебраться оттуда через фьорд в Вестфольд. Когда Гутхорм герцог[138] узнал об этом, он собрал войско и вместе с Харальдом конунгом отправился в поход. Он обратился сначала против Хаки, который пробирался по суше, и они сошлись в какой-то долине. Произошла битва, и Харальд конунг одержал победу. Конунг Хаки пал, и вместе с ним большая часть его войска. Долина эта с тех пор называется Хакадаль. После этого Харальд конунг и Гутхорм герцог вернулись назад, так как Гандальв конунг уже нагрянул в Вестфольд. Они обратились друг против друга, и когда они сошлись, произошла жестокая битва. Гандальв конунг бежал, потеряв большую часть своего войска, и не солоно хлебавши вернулся в свои владения. Когда об этих событиях узнали сыновья Эйстейна конунга в Хейдмёрке, они стали бояться, что и к ним скоро нагрянет войско. Они послали гонцов Хёгни, сыну Кари, и Гудбранду херсиру и назначили встречу с ними в Хрингисакре в Хейдмёрке.

II

После этих битв Харальд конунг и Гутхорм герцог со всем войском, которое они собрали, направились в Упплёнд и шли все больше лесом. Они узнали, где конунги Упплёнда назначили встречу, и нагрянули туда в полночь. Стража заметила, что пришло войско, только когда оно уже стояло перед домом, в котором находился Хёгни, сын Кари, а также тем домом, в котором спал Гудбранд. Оба дома были подожжены. А сыновья Эйстейна со своими людьми выбрались из дома и некоторое время сражались. Все же оба погибли, Хёгни и Фроди.

После гибели этих четырех вождей Харальд конунг при сильной поддержке своего родича Гутхорма захватил Хрингарики и Хейдмёрк, Гудбрандсдалир и Хадаланд, Тотн и Раумарики, а также всю северную часть Вингульмёрка. Затем Харальд конунг и Гутхорм герцог воевали с Гандальвом конунгом, и война кончилась тем, что Гандальв конунг пал в последней битве, и Харальд конунг захватил все его владения к югу до Раум-Эльва.

III

Харальд конунг послал своих людей за девушкой, которую звали Гюда. Она была дочерью Эйрика конунга из Хёрдаланда. Она воспитывалась в Вальдресе у одного могущественного бонда. Харальд хотел сделать ее своей наложницей, так как она была девушка очень красивая и гордая. Когда гонцы приехали, они передали девушке, что им было велено. Она же ответила им, что не хочет тратить свое девство ради конунга, у которого и владений-то всего несколько фюльков.

– И мне удивительно, – сказала она, – что не находится такого конунга, который захотел бы стать единовластным правителем Норвегии, как Горм конунг стал в Дании или Эйрик в Уппсале [139].

Гонцам показался непомерно заносчивым ее ответ, и они попросили ее объяснить, что значит такой ответ. Они сказали, что Харальд настолько могущественный конунг, что она может быть довольна его предложением. Однако, поскольку она ответила на него иначе, чем им бы хотелось, они не видят возможности увезти ее теперь против ее воли, и они стали готовиться в обратный путь.

Когда они приготовились к отъезду, люди вышли проводить их. Тут Гюда обратилась к гонцам и просила передать Харальду конунгу, что она согласится стать его женой не раньше, чем он подчинит себе ради нее всю Норвегию и будет править ею так же единовластно, как Эйрик конунг – Шведской Державой или Горм конунг – Данией.

– Потому что тогда, как мне кажется, он сможет называться большим конунгом.

IV

Гонцы вернулись к Харальду конунгу и передали ему эти слова девушки, и сказали, что она непомерно дерзка и неразумна и что конунгу следовало бы послать за ней большое войско, чтобы привезти ее к нему с позором. Но конунг возразил, что девушка не сказала и не сделала ничего такого, за что ей следовало бы отомстить. Скорее он должен быть ей благодарен.

– Мне кажется теперь удивительным, как это мне раньше не приходило в голову то, о чем она мне напомнила, – сказал он. – Я даю обет и призываю в свидетели бога, который меня создал и всем правит [140], что я не буду ни стричь, ни чесать волос, пока не завладею всей Норвегией с налогами, податями и властью над ней, а в противном случае умру.

Гутхорм герцог очень поблагодарил его за эти слова и сказал, что выполнить этот обет – задача, достойная конунга.

V

Вслед за этим родичи собрали большую рать и пошли походом в Упплёнд и дальше на север по Долинам и еще дальше на север через Доврафьялль, и когда они спустились в населенный край, Харальд велел убивать всех людей и жечь поселения. Когда населению это стало известно, то все, кто только мог, бежали – кто вниз в Оркадаль, кто в Гаулардаль, кто в леса, а некоторые просили пощады, и ее получали все, кто шли к конунгу и становились его людьми. Так конунг и герцог не встретили никакого сопротивления, пока не пришли в Оркадаль. Там их встретило войско, и первая битва у них была с конунгом, которого звали Грютинг. Харальд конунг одержал победу, Грютинг был взят в плен, и много его воинов было убито, а он сам покорился Харальду и дал ему клятву верности. После этого все в фюльке Оркадаль покорились и сделались его людьми.

VI

Всюду, где Харальд устанавливал свою власть, он вводил такой порядок: он присваивал себе все отчины и заставлял всех бондов платить ему подать, как богатых, так и бедных. Он сажал в каждом фюльке ярла, который должен был поддерживать закон и порядок и собирать взыски и подати. Ярл должен был брать треть налогов и податей на свое содержание и расходы. У каждого ярла были в подчинении четыре херсира или больше, и каждый херсир должен был получать двадцать марок[141] на свое содержание. Каждый ярл должен был поставлять конунгу шестьдесят воинов, а каждый херсир – двадцать. Харальд конунг настолько увеличил дани и подати, что у ярлов было теперь больше богатства и власти, чем раньше у конунгов. Когда все это стало известно в Трандхейме, многие знатные люди пришли к конунгу и стали его людьми.

VII

Рассказывают, что ярл Хакон, сын Грьотгарда, прибыл из Ирьяра к Харальду конунгу и привел с собой большое войско в помощь ему. Харальд конунг пошел в Гаулардаль и дал там битву, в которой пали два конунга, и захватил их владения – фюльки Гаулардаль и Стринда. Он поставил Хакона ярла править в фюльке Стринда. После этого Харальд конунг пошел в Стьорадаль, и там у него была третья битва. Он одержал победу и захватил этот фюльк. Тогда жители внутреннего Трандхейма собрались, и четыре конунга выступили со своим войском, среди них тот, кто правил Верадалем, тот, кто правил Скауном, третий – фюльком Спарбюггва, четвертый – Эйной. Эти четыре конунга выступили с войском против Харальда конунга, и он дал им битву и одержал победу, а эти конунги – кто пал в битве, а кто бежал. Харальд конунг всего дал в Трандхейме восемь битв или больше, и, после того как погибли восемь конунгов, он захватил весь Трандхейм.

VIII

На севере, в Наумудале, были конунгами два брата – Херлауг и Хроллауг. Они три лета были заняты тем, что сооружали курган. Этот курган был из камня и глины и укреплен бревнами. Когда он был готов, до братьев дошло известие, что Харальд конунг идет на них походом. Тогда Херлауг конунг велел подвезти к кургану много еды и питья. Затем он вошел в курган, сам двенадцатый, и велел закрыть его за собой.

А Хроллауг конунг взошел на курган, на котором конунги обычно сидели. Он велел поставить на нем престол конунга и сел на этот престол. Затем он велел положить подушку на скамейку, на которой обычно сидели ярлы, скатился с сиденья конунга на сиденье ярла[142] и назвался ярлом. После этого он отправился навстречу Харальду конунгу и передал ему все свои владения. Он вызвался стать его человеком и рассказал ему о том, что только что сделал. Харальд конунг взял меч и привесил ему на пояс. Затем он привесил щит ему на шею. Он сделал его своим ярлом и возвел на престол. Он сделал его ярлом фюлька Наумудаль.

IX

Харальд конунг вернулся в Трандхейм и провел там зиму. Он всегда потом называл Трандхейм своим домом. Там он устроил свою самую большую и главную усадьбу – Хладир.

В ту зиму Харальд конунг женился на Асе, дочери ярла Хакона, сына Грьотгарда, и Хакон был тогда в большой чести у конунга. Весной Харальд конунг стал собираться в морской поход. Зимой по его распоряжению был построен большой и роскошный корабль с драконьей головой на носу. Он отрядил на него свою дружину и берсерков. На носу должны были во время боя стоять самые отборные воины, так как у них был стяг конунга. Место ближе к середине корабля занимали берсерки. Харальд конунг брал в свою дружину только тех, кто выделялся силой и храбростью и был во всем искусен. Только такие люди были на его корабле, и он мог набирать себе в дружинники лучших людей из каждого фюлька. У Харальда конунга было большое войско и много больших кораблей, и многие знатные люди были с ним. Хорнклови скальд[143] рассказывает в Глюмдрапе[144] о том, как Харальд конунг сражался в Уппдальском Лесу с жителями Оркадаля, прежде чем отправиться в этот поход:

Тьму войнолюбивых
Вождь врагов на Взгорье
Сокрушал, неистов,
В криках поля стягов[145],
Прежде чем владыка
Бег коней бурунов[146]
Ради игрищ бранных
За море направил.
Грохотал по тропам
Волчьим, Бёльверк брани[147]
Хлюмрекских татей[148]
Грозный истребитель,
Прежде чем по зыби
Змей земли ладейной[149]
Понес, великолепный,
Недруга Нёккви[150].

Х

Харальд конунг поплыл со своим войском ив Трандхейма и повернул на юг, к Мёру. Хунтьовом звали конунга, который правил в этом фюльке. Его сына звали Сёльви Раскалыватель. Оба были могучими воинами. А конунга, который правил Раумсдалем, звали Нёккви. Он был дедом Сёльви с материнской стороны. Эти вожди собрали войско, когда они услышали о приближении Харальда конунга, и направились против него. Они сошлись у острова Сольскель. Произошла жестокая битва, и Харальд конунг победил. Хорнклови говорит так:

И водитель ратей
Увлечен далече
Бурей, славно на море
С вождями поспорил.
Там красноречиво
Бойцы привечали,
Дерзкие, друга
Звоном льдин кольчуги[151].

В битве пали оба конунга, а Сёльви спасся бегством. Харальд конунг подчинил себе оба эти фюлька в то лето и долго там оставался. Он учредил там законы, назначил управителей и заручился расположением народа, а осенью он снарядился, чтобы отправиться на север в Трандхейм.

Рёгнвальд, ярл Мёра, сын Эйстейна Грохота, сделался тем летом человеком Харальда конунга. Конунг посадил его управлять этими двумя фюльками – Северным Мёром и Раумсдалем. Он обеспечил ему поддержку со стороны как знатных людей, так и бондов и дал ему корабли для защиты страны в случае войны. Его называли Рёгнвальдом Могучим и Рёгнвальдом Мудрым, и говорят, что он заслужил оба прозвания. Харальд конунг всю зиму оставался в Трандхейме.

XI

Весной Харальд конунг снарядил в Трандхейме большое войско и сказал, что он собирается пойти с ним в поход в Южный Мёр. Сёльви Раскалыватель всю зиму оставался на боевых кораблях и совершал набеги на Северный Мёр. Он перебил много людей Харальда конунга. Некоторых он грабил, других – жег, и он сильно разорял страну. Подчас он бывал зимой в Южном Мёре у Арнвида конунга, своего родича. Когда они услыхали, что Харальд конунг приближается на кораблях с большим войском, они собрали народ, и было их очень много, потому что многие считали, что им есть за что отплатить Харальду конунгу. Сёльви Раскалыватель отправился на юг во Фьорды к правившему там Аудбьёрну конунгу и просил его, чтобы тот пришел со своим войском на помощь ему с Арнвидом.

– Надо думать, что наш поход удастся, если мы все поднимемся против Харальда конунга, потому что мы будем тогда достаточно сильны, и пусть судьба решает исход битвы. Другой выход, но он не для тех, кто не ниже Харальда конунга по сану, – это стать его рабами. Мой отец предпочел остаться конунгом и пасть в битве, нежели по своей воле, без боя стать слугой Харальда конунга, как сделали конунги Наумудаля.

Сёльви добился своими речами того, что Аудбьёрн конунг обещал ему помощь. Он тогда собрал войско и отправился на север к Арнвиду конунгу. У них было теперь очень большое войско. Вот они услышали, что Харальд конунг приближается с севера. Они сошлись с ним у Сольскеля.

Тогда был обычай связывать корабли во время битвы и сражаться, стоя на носу корабля. Так было и в этот раз. Харальд конунг подошел на своем корабле к кораблю Арнвида конунга. Разгорелась жесточайшая битва, и много народу полегло с обеих сторон. И под конец Харальда конунга обуяла такая ярость и такое неистовство, что он вышел на нос своего корабля и сражался так отважно, что все воины, кто стоял на носу корабля Арнвида, отступили к мачте, а некоторые пали. Тогда Харальд конунг взошел на корабль Арнвида конунга. Тут люди Арнвида конунга обратились в бегство, а сам он был сражен на своем корабле. Аудбьёрн конунг тоже пал в битве, а Сёльви спасся бегством. Хорнклови говорит так:

Князь державный с вражьей
Дружиной сразился,
В рдяных брызгах люди
Гусей ран  [152] кропили.
Когда в пляске Скёгуль[153]
Сталь секла кольчуги,
К ногам ратоводца
Неприятель падал.

Из войска Харальда конунга в этой битве пали Асгаут и Асбьёрн, его ярлы, и Грьотгард и Херлауг, его шурья, сыновья Хакона ярла. А Сёльви после этого долго был могущественным викингом и часто причинял большой ущерб державе Харальда.

XII

После этого Харальд конунг подчинил себе Южный Мёр. Вемунд, брат Аудбьёрна конунга, удержал Фьорды и стал конунгом в этом фюльке. Была уже поздняя осень, и люди советовали Харальду конунгу не пускаться на юг за мыс Стад в осеннюю пору. Тогда Харальд конунг посадил Рёгнвальда ярла править обоими Мёрами. При нем было тогда очень много народу. Затем Харальд конунг повернул на север назад в Трандхейм.

В ту же самую зиму Рёгнвальд ярл пустился по внутреннему пути к Эйд и дальше на юг во Фьорды. Ему донесли, где Вемунд конунг, и он подошел ночью к месту, которое называется Наустдаль. Вемунд конунг пировал там. Рёгнвальд ярл окружил дом, в котором шел пир, и сжег конунга и с ним девяносто человек. После этого к Рёгнвальду ярлу присоединился Кари из Бердлы с боевым кораблем, полным воинов, и они оба отправились на север в Мёр. Рёгнвальд ярл захватил корабли, которые были у Вемунда конунга, и все добро, которое он у того нашел. Кари из Бердлы отправился на север в Трандхейм к Харальду конунгу и стал его человеком. Он был могущественным берсерком.

Следующей весной Харальд конунг отправился на юг вдоль берега с большим флотом и подчинил себе Фьорды. Потом он поплыл на восток вдоль берега и достиг Вика. Он оставил ярла Хакона сына Грьотгарда во Фьордах и поручил ему править этим фюльком. Когда конунг отправился на восток, Хакон ярл послал гонца ярлу Атли Тощему с требованием оставить Согн и снова стать ярлом в Гауларе, как раньше. Но Атли ответил, что Харальд конунг дал ему во владение Согн, и сказал, что не оставит этот фюльк, пока не встретится с Харальдом конунгом. Так ярлы спорили, и дошло до того, что оба собрали войско. Они сошлись у Фьялира в Ставанессваге, и битва была жестокой. Хакон ярл пал в битве, а Атли ярл был смертельно ранен. Его люди отвезли его на Атлей, и там он умер. Эйвинд Погубитель Скальдов говорит так:

И Хакон,
Посох Хильд[154],
Принял бой
Неприкрытый.
Головой
У Фьялира
Поплатился
Отпрыск Фрейра[155].
В сече той
Кровь людская
Ставанесс
Затопила,
Когда в грозе
Друга Лодура[156]
Полегли
Люди ярла .

XIII

Харальд конунг приплыл со своим войском в Вик и пристал в Тунсберге. Там был в то время торговый посад. Харальд конунг уже пробыл тогда четыре года в Трандхейме и за все это время не бывал в Вике. До него дошли вести, что Эйрик, сын Эймунда, конунг шведов, подчинил себе весь Вермаланд и берет подати со всех лесных поселений, а также, что он считает своим владением весь Западный Гаутланд до Свинасунда и на запад до моря и берет там подати. Он посадил там ярла, которого зовут Храни Гаутский. Ярл этот правит всей страной между Свинасундом и Гаут-Эльвом. Это могущественный ярл. Как Харальду конунгу было передано, конунг шведов сказал, что он не успокоится, пока у него не будет таких же больших владений в Вике, какие были у Сигурда Кольцо или Рагнара Кожаные Штаны, его сына, то есть пока он не овладеет Раумарики и Вестфольдом, до Гренмара, а также Вингульмёрком и всей страной к югу оттуда. Многие знатные люди в этих фюльках уже якобы подчинились конунгу шведов. Это очень не понравилось Харальду конунгу. Он созвал бондов на тинг в Фольде и обвинил их в том, что они изменники. Некоторые из бондов отклонили обвинение, другие откупились деньгами, еще другие подверглись наказаниям. Летом он ездил по этому фюльку. Осенью он отправился в Раумарики и поступил там так же, и подчинил себе этот фюльк. В начале зимы он услыхал, что Эйрик конунг шведов ездит в Вермаланде по пирам со своей дружиной.

XIV

Харальд конунг пускается в путь на восток через леса Эйдаског в Вермаланд. Там он велит готовить ему пиры. Одного человека звали Аки. Он был самым могущественным бондом в Вермаланде, очень богатым и в то время уже старым. Он послал гонцов к Харальду конунгу и пригласил его к себе на пир. Конунг обещал приехать в назначенный день. Аки пригласил также Эйрика конунга на пир и назначил тот же день. У Аки была большая пиршественная палата, но уже старая. Он велел построить новую, не меньше, чем старая, и роскошно убрать ее. Он велел всю ее убрать новым убранством, а старую – старым. Когда конунги приехали на пир, Эйрик конунг и его люди были проведены в старую пиршественную палату, а Харальд конунг и его люди – в новую. Так же было и со всей посудой: у Эйрика конунга и его людей все кубки и рога были старые, хотя и золоченые и хорошо украшенные, а у Харальда конунга и его людей все кубки и рога были новые, украшенные золотом и узорами и лощеные. Питье было и у тех и у других наилучшее. Аки бонд был раньше человеком Хальвдана конунга. Вот настал день, когда пир кончился и конунги собрались в обратный путь. Кони были уже оседланы. Тут Аки подошел к Харальду конунгу и подвел к нему своего двенадцатилетнего сына, которого звали Убби. Аки сказал:

– Если ты*, конунг, считаешь меня достойным твоей дружбы за мое расположение к тебе, которое я проявил, пригласив тебя к себе, то отплати за него моему сыну. Я отдаю его тебе в услужение.

Конунг поблагодарил его многими хорошими словами за прием и обещал ему отплатить за него своей совершенной дружбой. После этого Аки поднес конунгу большие подарки. Затем он подошел к конунгу свеев. Эйрик конунг был уже в дорожной одежде и готов к отъезду. Он был сильно не в духе. Аки поднес ему ценные подарки. Конунг ответил немногословно и сел на коня. Аки пошел его проводить и разговаривал с ним. Вблизи был лес, и дорога лежала через него. Когда Аки дошел до леса, конунг спросил его:

– Почему ты так принимал меня и Харальда конунга, что он всегда получал лучшее? Ведь ты знаешь, что ты мой человек.

– Я думал, – говорит Аки, – что ни вам, конунг, ни вашим людям не было ни в чем недостатка на этом пиру. А что убранство было старое, так это потому, что ведь и вы уже стары. А Харальд конунг сейчас в цвете лет, вот почему я приготовил для него новое убранство. Ты вот напоминаешь мне, что я твой человек, но я знаю только, что в не меньшей мере ты мой человек.

Тут конунг взмахнул мечом и зарубил Аки. Затем он ускакал. Когда конунг Харальд уже собирался сесть на коня, он велел позвать Аки бонда. Его стали искать, и некоторые побежали в ту сторону, куда уехал Эйрик конунг. Они нашли там мертвого Аки, вернулись и сказали конунгу. Когда тот слышит, что случилось, он говорит своим людям, что надо отомстить за Аки бонда. И вот скачет конунг Харальд по той дороге, по которой ускакал Эйрик конунг. Вскоре они увидели друг друга. Тут оба скачут во весь опор, покуда Эйрик конунг не доскакал до леса, который разделяет Гаутланд и Вермаланд. Тогда Харальд конунг поворачивает назад в Вермаланд, подчиняет себе эту страну, и велит убивать людей Эйрика, где он их только находит. Зимой Харальд конунг вернулся в Раумарики.

XV

Харальд конунг отправился зимой в Тунсберг к своим кораблям. Он снаряжает свои корабли, направляется на восток через фьорд и подчиняет себе весь Вингульмёрк. Он проводит всю зиму на боевых кораблях и воюет в Ранрики. Хорнклови говорит так:

Рад вождь прехрабрый
Справить йоль в море,
Потешить руку
В игрищах Фрейра[157].
Постыло витязю
Сидеть по светелкам,
Печься у печки
В рукавицах пуховых.
Гауты собрали войско со всей страны.

XVI

Весной, когда лед растаял, гауты забили надолбы в Гаут-Эльве, чтобы Харальд конунг не мог подняться со своими кораблями вверх по реке. Харальд конунг вошел в устье реки со своими кораблями и поставил их у надолбов. Он разорял страну огнем и мечом на обоих берегах. Хорнклови говорит так:

Край за южным морем
Покорил кормилец
Ворона[158], богами
В сваре стрел хранимый.
И ладью у надолбов
Поставил владыка,
На чело надвинув
Шелом рыбы склонов [159].

Гауты подъехали с большим войском и дали битву Харальду конунгу. Очень много народу погибло, и Харальд конунг одержал победу. Хорнклови говорит так:

В свисте стали, звоне
Ведьм доспехов[160] смело
Каленые копья
Мужи воздымали.
Выпала победа —
Секли воздух стрелы
Над выями воев —
Противнику гаутов.

XVII

Харальд конунг прошел по всему Гаутланду, разоряя страну, и дал много битв по обоим берегам реки, и обычно одерживал победу, и в одной из битв пал Храни Гаутский. Харальд конунг подчинил себе всю страну к северу от реки и к западу от озера Венира и весь Вермаланд. Когда он возвращался, он оставил там Гутхорма герцога и с ним большое войско для защиты страны. А сам он вернулся в Упплёнд и оставался там некоторое время. Затем он направился на север через Доврафьялль в Трандхейм и оставался там долгое время.

У него пошли дети. У них с Асой были такие сыновья: Гутхорм – он был старшим, Хальвдан Черный, Хальвдан Белый – они были близнецы, Сигфрёд – он был четвертым. Все они воспитывались в Трандхейме в большом почете.

XVIII

C юга страны пришли вести, что жители Хёрдаланда, Рогаланда, Агдира и Теламёрка собрались в большом числе со множеством кораблей в оружия. Их предводителями были Эйрик, конунг Хёрдаланда, Сульки, конунг Рогаланда и его брат Соти ярл, Кьётви Богатый, конунг Агдира, и его сын Торир Длиннолицый, из Теламёрка – два брата, Хроальд Понурый и Хадд Суровый. Когда Харальд конунг услышал эти вести, он собрал войско и спустил корабли на воду. Он снарядился с войском в поход и поплыл вдоль берега на юг. С ним было много народа из каждого фюлька. Когда он обогнул мыс Стад, Эйрик конунг узнал о его приближении. Он тогда уже собрал войско, на которое он мог рассчитывать, и он поплыл к югу навстречу войску, которое, как ему было известно, должно прийти с востока ему на помощь. Все войско собралось к северу от Ядара и вошло в Хаврсфьорд. А там уже ждал их Харальд конунг со своим войском. Сразу же разгорелась жаркая битва, которая была и жестокой и долгой. Она кончилась тем, что Харальд конунг одержал победу, а Эйрик конунг и Сульки конунг, и его брат Соти ярл погибли. Торир Длиннолицый поставил свой корабль вплотную к кораблю Харальда конунга. Торир был могучим берсерком. Схватка была здесь очень ожесточенной, но в конце концов Торир Длиннолицый пал. Все люди на его корабле были перебиты. Тогда Кьётви конунг обратился в бегство и укрылся на островке, на котором можно было защищаться. Тут обратилось в бегство и все их войско. Кто спасся на кораблях, а кто выбрался на берег и бежал через Ядар дальше на юг. Хорнклови говорит так:

Кто не слыхал
О схватке в Хаврсфьорде
Великого конунга
С Кьётви Богатеем?
Спешили с востока
На битву струги —
Всё драконьи пасти
Да острые штевни.
Были гружены струги
Щитами блестящими,
Заморскими копьями
Вальской  [161] сталью.
Бряцая мечами,
Выли берсерки,
Валькирия лютых
Вела в сраженье.
Им вдосталь досталось,
Когда удирали
От ударов страшных
Властителя Утстейна [162],
Князь, чуя битву,
Коней пучины
Пустил –  и в грохоте
Сгиб Длиннолицый.
У Косматого[163] земли
Устал оспаривать,
Спрятался вождь
Толстошеий  [164] за остров.
Ползли на карачках
Под скамьи раненые,
Мужи головами
Киль прошибали.
Под градом камней
Удирали премудрые,
Черепицами Вальгаллы[165]
Прикрывши спины.
Как стадо баранов
На восток пустились
Домой с Хаврсфьорда —
Утешиться медом.

XIX

После этой битвы Харальд конунг больше не встречал сопротивления в Норвегии. Все его самые могущественные враги погибли, а некоторые бежали из страны, и таких было очень много, ибо тогда заселялось много пустынных земель. Тогда были заселены Ямталанд и Хельсингьяланд, хотя в обеих этих землях и раньше селились норвежцы. В то немирное время, когда Харальд конунг овладевал Норвегией, были открыты и заселены заморские земли: Фарерские острова и Исландия. Тогда же переселялись и на Хьяльтланд, а многие знатные люди, бежавшие из Норвегии от Харальда конунга, стали викингами в западных морях. Они оставались зимой на Оркнейских и Южных островах, а летом совершали набеги на Норвегию и причиняли стране большой ущерб. Но многие знатные люди отдавались под власть Харальда конунга, становились его людьми и оставались у него в стране.

XX

Харальд конунг стал теперь единовластным правителем всей Норвегии. Тут он вспомнил, что ему когда-то сказала та гордая девушка[166]. Он послал людей за ней, велел доставить ее к нему и положил ее с собой. У них были такие дети: Алов была старшей, затем шли Хрёрек, Сигтрюгг, Фроди и Торгисль.

XXI

У Харальда конунга было много жен и много детей. Одну из его жен звали Рагнхильд. Она была дочерью Эйрика, конунга Йотланда [167]. Ее называли Рагнхильд Могущественная. Их сыном был Эйрик Кровавая Секира. Другой его женой была Сванхильд, дочь Эйстейна ярла. Его детьми от нее были: Олав Альв Гейрстадира, Бьёрн и Рагнар Рюккиль. Еще был Харальд конунг женат на Асхильд, дочери Хринга из Хрингарики, сына Дага. Его детьми от нее были: Даг и Хринг, Гудрёд Скирья и Ингигерд. Люди говорят, что, когда Харальд конунг женился на Рагнхильд Могущественной, он прогнал девять своих жен[168]. Об этом говорит Хорнклови:

Дев рогаландских
Отверг и хёрдских
Родом из Хейдмёрка,
Племени Хёльги,
Конунг всезнатный,
Взяв датчанку.

Дети Харальда конунга воспитывались там, где жила родня их матери. Гутхорм герцог окропил водой старшего сына Харальда конунга и дал ему свое имя. Он посадил мальчика себе на колено [169], стал его приемным отцом и увез к себе на восток в Вик. Так он и воспитывался у Гутхорма герцога. Гутхорму герцогу принадлежала вся власть в Вике и в Упплёнде, если конунга не было поблизости.

XXII

Харальд конунг услышал, что викинги, зимующие на западе за морем, совершают набеги далеко внутрь его страны, и он каждое лето собирал войско и обследовал все острова и островки, и как только викинги узнавали о приближении его войска, они все обращались в бегство, и большинство их уходило в море. Когда конунгу надоела эта докука, он однажды летом поплыл со своим войском на запад за море. Он сначала подошел к Хьяльтланду и перебил там всех викингов, которые не успели спастись бегством. Затем он поплыл на юг к Оркнейским островам и очистил их от викингов. После этого он отправился на Южные острова и воевал там. Он перебил там много викингов, которые раньше предводительствовали дружинами. Он дал там много битв и обычно одерживал победу. Потом он ходил походом в Шотландию и воевал там. А когда он приплыл на остров Мён, то там уже знали о разорении, совершенном им в стране, и весь народ убежал с острова внутрь Шотландии. На острове никого не осталось, увезено было и все добро, которое можно было увезти. Так что когда Харальд конунг сошел на землю со своим войском, им не досталось никакой добычи. Хорнклови говорит так:

С щитоносной ратью
Шел даятель злата[170],
Князь войнолюбивый
На села морские.
С песков войско скоттов
Всем скопом бежало,
Остров в страхе бросив,
Скалу тропы ската[171].

Тогда погиб Ивар, сын Рёгнвальда ярла Мёра. В возмещение этого Харальд конунг, вернувшись с запада, дал Рёгнвальду ярлу Оркнейские острова и Хьяльтланд, а Рёгнвальд сразу же отдал обе земли своему брату Сигурду, и тот остался на западе, когда конунг уплыл на восток. Он раньше сделал Сигурда ярлом. К Сигурду присоединился Торстейн Рыжий, сын Олава Белого и Ауд Мудрой. Они совершали набеги на Шотландию и подчинили себе Катанес и Судрланд до самых берегов Эккьяля. Сигурд ярл убил Мельбригди Зуба, шотландского ярла, и привязал его голову к подхвостникам на своем коне. Зуб, торчавший из головы, вонзился ему в ногу. Нога распухла, и от этого Сигурд умер. Он погребен в кургане на берегу Эккьяля. Тогда там стал править Гутхорм, его сын. Он правил один год и умер бездетным. После этого в стране обосновались викинги, датчане и норвежцы.

XXIII

Харальд конунг был однажды на пиру в Мёре у Рёгнвальда ярла. Он теперь подчинил себе всю страну. Он помылся в бане и велел причесать себя. Рёгнвальд ярл постриг ему волосы, а они были десять лет не стрижены и не чесаны. Его называли поэтому Харальд Косматый. А теперь Рёгнвальд дал ему другое прозвище и назвал его Харальдом Прекрасноволосым. И все, кто его видели, говорили, что он по праву носит это прозвище, ибо волосы у него были густые и красивые.

XXIV

Рёгнвальд, ярл Мёра был самым любимым другом Харальда конунга, и конунг высоко ценил его. Рёгнвальд был женат на Хильд, дочери Хрольва Носатого. Их сыновей звали Хрольв и Торир. У Рёгнвальда были также сыновья от наложницы. Одного из них звали Халлад, другого – Эйнар, третьего – Хроллауг. Они уже были взрослыми, когда их законнорожденные братья были еще детьми. Хрольв был могучим викингом. Он был такого большого роста, что никакой конь не мог носить его, и он поэтому всегда ходил пешком, куда бы ни направлялся. Его прозвали Хрольвом Пешеходом[172]. Он много раз ходил походом в Восточные Страны. Одним летом, вернувшись в Вик из викингского похода, он забивал на берегу скот, захваченный им у местных жителей. А Харальд конунг был в Вике. Он очень разгневался, когда узнал об этом, потому что он запретил грабить внутри страны под страхом строгого наказания. Конунг объявил поэтому на тинге, что он изгоняет Хрольва из Норвегии. Когда об этом узнала Хильд, мать Хрольва, она отправилась к конунгу и стала просить за Хрольва. Конунг был в таком гневе, что ее просьбы оказались безуспешны. Тогда Хильд сочинила такую вису:

Не напрасно ль Хрольва,
Словно волка, крова
Вы лишили, волю
Гневу дав, владыка?
Страшно спорить с лютым:
Людям князя сладить
Едва ль с ним удастся,
Коль в лесу заляжет.

Хрольв Пешеход отправился затем на запад за море на Южные острова, а оттуда на запад в Валланд и разорял там страну. Он приобрел там большие владения и поселил там много норвежцев. Эти владения называются с тех пор Нормандией. Из рода Хрольва происходят ярлы в Нормандии. Сыном Хрольва Пешехода был Вильяльм, отец Рикарда. Его сыном был другой Рикард, отец Родберта Длинный Меч[173]. А его сыном был Вильяльм Незаконнорожденный, конунг Англии [174]. От него потом произошли все конунги Англии.

Рагнхильд Могущественная прожила еще три года после того, как она приехала в Норвегию. После ее смерти Эйрик, ее сын от Харальда конунга, был отправлен во Фьорды, к херсиру Ториру, сыну Хроальда, и там воспитывался.

XXV

Одной зимой Харальд конунг ездил по пирам по Упплёнду и велел приготовить себе в Тофтаре пир на йоль. В канун йоля, когда конунг уже сел за стол, к двери дома подошел Сваси  [175] и послал сказать конунгу, чтобы тот вышел к нему. Эта просьба привела в гнев конунга, и тот же самый человек, который передал ему просьбу Сваси, теперь передал Сваси, что конунг разгневался. Но Сваси попросил еще раз передать его просьбу и сказал, что он – тот самый финн, которому конунг разрешил поставить хижину по ту сторону холма. Конунг вышел и согласился пойти к нему, и перешел на другую сторону холма, ободряемый некоторыми из своих людей, хотя другие не советовали ему идти. Навстречу ему вышла Снефрид, дочь Сваси, красавица на диво, и поднесла конунгу кубок, полный меда. Конунг взял и кубок, и ее руку. Сразу же как будто огненный жар разлился по его телу, и он сразу захотел возлечь с ней в ту же ночь. Но Сваси сказал, что этого не случится – разве что его принудят, – пока конунг не обручится с ней и не возьмет ее в жены по закону.

И конунг обручился со Снефрид и взял ее в жены, и так без ума любил ее, что ради нее забывал и свои владения, и все, что подобает конунгу. У них было четверо сыновей. Одного звали Сигурд Хриси, других – Хальвдан Высоконогий, Гудрёд Блеск и Рёгнвальд Прямоногий. Затем Снефрид умерла, но цвет лица ее ничуть не изменился. Она оставалась такой же румяной, как при жизни. Конунг все сидел над ней и надеялся, что она оживет. Так прошло три года – он все горевал о ее смерти, а люди в стране горевали о том, что он помешался. Излечить конунга от этого помешательства удалось Торлейву Умному, который мудро уврачевал это помешательство такими уговорами:

– Неудивительно, конунг, что ты любишь такую красивую и благородную жену и чтишь ее тем, что она лежит на пуху и драгоценных тканях, как она тебя просила, но твоя честь, а также и ее терпят урон от того, что она лежит слишком долго в том же самом одеянии. Не лучше ли было бы ее приподнять и переменить под ней одеяния?

Но как только ее приподняли с ложа, смрадом, зловонием и всякого рода тяжелым духом понесло от трупа. Тогда поспешили сложить погребальный костер, и ее сожгли. Все ее тело уже посинело, и повыскакивали из него змеи, ящерицы, лягушки, жабы и всякого рода гады. Так она превратилась в пепел, а конунг снова обрел ум и освободился от неразумия, управлял своей страной, как раньше, взял себя в руки, радовался своим подданным, а подданные радовались ему, а страна радовалась и ему, и им.

XXVI

После того как Харальд конунг понял, что был обольщен финкой, он так разгневался, что прогнал своих сыновей от нее и не хотел их видеть. Гудрёд Блеск, однако, отправился к Тьодольву из Хвинира, своему приемному отцу, и попросил его пойти с ним к конунгу, потому что Тьодольв был сердечным другом конунга. Конунг был тогда в Упплёнде. Они отправились вместе и, когда они поздно вечером пришли к конунгу, они уселись у самой двери и притаились. Конунг вошел в палату и посмотрел на скамьи. Люди были созваны на пир, и был наварен мед. Тут конунг сказал про себя:

Столпились здесь ратники,
Старики седые,
До меда охотники,
Куда вас так много?
Тогда Тьодольв возразил:
Прежде, как сносили
Раны в распре стали[176],
Не казалось князю,
Что нас слишком много.

Тьодольв поднял куколь, и конунг узнал его и радушно приветствовал. Тогда Тьодольв попросил конунга, чтобы тот не отвергал своих сыновей:

– Потому что они были бы рады матери из лучшего рода, если бы ты им такую дал.

Конунг уступил его просьбе и велел ему взять, как раньше, Гудрёда к себе домой, а Сигурду и Хальвдану велел отправиться в Хрингарики, а Рёгнвальду – в Хадаланд. Они сделали, как велел конунг. Все они стали мужами доблестными и во всем искусными. Харальд конунг жил спокойно в своей стране, и был мир и хорошие урожаи.

XXVII

Рёгнвальд, ярл Мера, услышал о гибели Сигурда, своего брата, а также о том, что в его владениях хозяйничают викинги. Он послал на запад Халлада, своего сына, и тот принял сан ярла и отправился с большим войском на запад и, приплыв на Оркнейские острова, расположился там. Но как осенью, так и зимой и весной викинги продолжали хозяйничать на островах, грабили прибрежных жителей и забивали скот на берегу.

Халладу ярлу стало пребывание на островах в тягость. Он скатился с престола ярла[177] и стал бондом и отправился на восток, в Норвегию. Когда Рёгнвальд ярл узнал об этом, он был возмущен поступком Халлада и сказал, что его сыновья непохожи на своих предков. Тогда Эйнар возразил:

– Ты мне мало оказывал чести, и мало любви оставлю я здесь. Поэтому я поеду на острова, если только ты окажешь мне какую-нибудь поддержку. И обещаю тебе – что доставит тебе большую радость – не возвращаться в Норвегию.

Рёгнвальд сказал, что он будет только рад, если тот не вернется:

– Потому что я не надеюсь, что ты сделаешь честь своим родичам, ведь по матери ты из рабов.

Рёгнвальд дал Эйнару боевой корабль с людьми, и осенью Эйнар отплыл на запад за море. Когда он приплыл на Оркнейские острова, там стояло два корабля викингов. На одном вожаком был Торир Деревянная Борода, на другом – Кальв Перхоть. Эйнар сразу же вступил в бой с ними и одержал победу. Торир и Кальв погибли. Тогда были сочинены такие стихи:

Торира и Кальва
Торф-Эйнар угробил.

Он был назван Торф-Эйнаром, так как велел резать торф на топливо, потому что на Оркнейских островах не было лесу. После этого Эйнар стал ярлом островов и могущественным мужем. Он был безобразен и слеп на один глаз, но несмотря на это очень зорок.

XXVIII

Гутхорм герцог жил большей частью в Тунсберге и правил всем Виком, когда конунга не было поблизости. Он ведал и обороной края. Край был очень подвержен нападениям викингов, и немирье царило в Гаутланде, пока жил конунг Эйрик, сын Эмунда. Он умер, когда конунг Харальд Прекрасноволосый был десять лет конунгом в Норвегии [178].

После Эйрика в Швеции был пятьдесят лет конунгом Бьёрн, его сын. Он был отцом Эйрика Победоносного и Олава, отца Стюрбьёрна. Гутхорм герцог умер от болезни в Тунсберге. Тогда Харальд конунг поручил весь этот край Гутхорму, своему сыну, и сделал его там правителем.

XXIX

Когда Харальду конунгу исполнилось сорок лет, многие из его сыновей уже были взрослыми. Все они рано стали зрелыми мужами. И вот им не нравилось, что конунг не давал им власти, а назначал ярла в каждом фюльке. Им казалось, что ярлы – ниже их по рождению. Одной весной Хальвдан Высоконогий и Гудрёд Блеск отправились с большой дружиной в Мёр и, застигнув врасплох Рёгнвальда ярла, сожгли его в доме вместе с шестьюдесятью людьми. Затем Хальвдан захватил три боевых корабля, набрал себе людей и поплыл на запад за море, а Гудрёд захватил земли, которые принадлежали Рёгнвальду. Когда Харальд конунг услышал об этом, он сразу же отправился с большим войском в поход против Гудрёда. Гудрёду ничего не оставалось, как сдаться на милость Харальда конунга. Конунг отослал его в Агдир, а в Мёре он посадил Торира, сына Рёгнвальда ярла, и отдал ему в жены Алов, свою дочь, которую прозывали Краса Года. Ярл Торир Молчаливый стал править в Мёре, как раньше там правил Рёгнвальд ярл, его отец.

XXX

Когда Хальвдан Высоконогий приплыл на Оркнейские острова, он застал Эйнара ярла врасплох, и тот сразу же бежал с островов, но вернулся назад той же осенью и застал врасплох Хальвдана. Они сошлись, и после битвы Хальвдан обратился в бегство. Это было уже с наступлением ночи. Эйнар и его люди заночевали без шатров, а утром, как только начало светать, они стали искать бежавших и убивали каждого на месте. Тогда Эйнар ярл сказал:

– Не знаю, что это там на Ринаисей – человек или птица. Он то поднимается, то опускается.

Тогда они пошли туда и увидели там Хальвдана Высоконогого и схватили его. Накануне вечером, прежде чем начать битву, Эйнар ярл сказал такую вису:

Видно, Хрольв и Хроллауг
Медлят сталь направить
В стан врага. Но время
Для мести приспело.
Добро ж, молчун Торир,
В Мёре тешься медом,
Покуда мы бьемся
С убийцей отцовым[179].

Эйнар ярл подошел к Хальвдану и вырезал у него на спине орла, раскроив ему спину мечом, перерубив все ребра сверху и до поясницы и вытащив легкие наружу[180]. Тут Эйнар сказал:

Мудры в счете норны,
Достало и четвертого[181],
Дабы, мстя за Рёгнвальда,
Столп дружин[182] обрушить.
Сыпьте, други, камни
На Высоконогого:
Монетой полновесной
Победитель платит.

После этого Эйнар ярл снова стал править на Оркнейских островах, как он раньше правил.

Когда вести об этих событиях дошли до Норвегии, братья Хальвдана были в большом гневе и сказали, что нужна месть, и многие другие подтвердили это. Услышав об этом, Эйнар ярл сказал:

Наседают ратники
Не худого рода,
Рады бы со мною
Сполна расквитаться.
Только как им сведать,
Кому доведется
В поле лечь под когти
Лебедю побоищ[183].

XXXI

Харальд конунг велел созывать людей и, собрав большую рать, поплыл с ней на запад на Оркнейские острова. Услышав, что из Норвегии прибыл конунг, Эйнар отправился в Нес. Он сказал вису:

Скоры на расправу
С прекраснобородыми —
Тот овцу прикончил,
Я ж –  княжьего сына.
Убоится ль кары
Харальдовой воин,
Дерзнувший проделать
Брешь в щите владыки?

Конунг и ярл вступили в переговоры через гонцов и в конце концов договорились о встрече. Они встретились, и ярл отдался на суд конунга. Харальд конунг присудил Эйнару ярлу и всем оркнейским бондам уплатить шестьдесят марок золота[184]. Бондам показался этот выкуп слишком велик. Тогда ярл предложил им, что он один уплатит все, но за то получит в собственность все их отчины на островах. Они согласились, и в основном потому, что у бедных было мало земли, а богатые думали, что они смогут выкупить свои земли, когда захотят. И ярл выплатил весь выкуп конунгу. А конунг осенью вернулся в Норвегию. После этого на Оркнейских островах долго так было, что ярлам принадлежали все земли, до самых тех пор, пока Сигурд, сын Хлёдвира, не вернул их бондам.

XXXII

Гутхорм, сын Харальда конунга, ведал обороной Вика и плавал с боевыми кораблями вдоль побережья. Однажды, когда он стоял в устье Эльва, там появился Сёльви Раскалыватель и вступил с ним в бой. Гутхорм пал.

Хальвдан Черный и Хальвдан Белый ходили в викингские походы в Восточные Страны. Однажды у них произошла жаркая битва в Стране Эстов. В этой битве погиб Хальвдан Белый.

Эйрик воспитывался во Фьордах у херсира Торира, сына Хроальда. Харальд конунг изо всех своих сыновей любил его всего больше и ценил его всего выше. Когда Эйрику исполнилось двенадцать лет, Харальд конунг дал ему пять боевых кораблей, и он отправился в поход, сначала в Восточные Страны, а затем на юг, в Данию, а также в Страну Фризов и в Страну Саксов. Этот поход продолжался четыре года. Затем он отправился на запад за море и воевал в Шотландии, Бретланде, Ирландии и Валланде, и этот поход тоже продолжался четыре года. После этого он отправился на север в Финнмёрк и дальше в Страну Бьярмов[185], где произошла большая битва, в которой он одержал победу. Когда он вернулся в Финнмёрк, его люди нашли в одной хижине женщину, настолько красивую, что они такой никогда не видели. Она сказала, что ее имя Гуннхильд, а отец ее из Халогаланда и зовут его Эцур Рыло.

– Я живу здесь для того, – говорит она, – чтобы научиться ведовству у двух финнов, которые здесь в лесу самые мудрые. Они сейчас ушли на охоту. Они оба хотят меня в жены. Оба они такие хитрые, что находят след, как собаки, и по талому, и по смерзшемуся снегу, и они так хорошо ходят на лыжах, что ни человеку, ни зверю не убежать от них, и они всегда бьют без промаха во что бы ни стреляли. Так они отправляли на тот свет всякого, кто здесь вблизи появлялся. А рассердятся они, то земля вертится под их взглядом, и попадается им на глаза что-либо живое, то сразу же падает замертво. Так что вам никак нельзя попадаться им навстречу. Но я вас спрячу здесь в хижине. Попробуем, не удастся ли нам убить их.

Они с благодарностью согласились на ее предложение, и она их спрятала. Она достала холщовый мешок, и им показалось, что в нем зола. Она сунула в нее руку и рассыпала золу внутри и снаружи хижины. Вскоре возвращаются финны. Они спрашивают, кто приходил. Она отвечает, что никто не приходил. Финнам это кажется удивительным, так как они шли по следу до самой хижины, а потом он пропал. Затем они разводят огонь и готовят себе еду. Когда они насытились, Гуннхильд стелит себе постель. А до этого три ночи подряд, пока Гуннхильд спала, оба финна из ревности не спали и следили друг за другом. Она сказала:

– Идите сюда и ложитесь рядом со мной, один – справа, другой – слева.

Они обрадовались и так и сделали. Она обняла каждого из них рукой за шею. Они сразу же засыпают, но она их будит. Они снова сразу же засыпают и так крепко, что ей едва удается их разбудить. И снова они засыпают, и тут ей никак не удается их разбудить. Тогда она приподнимается на постели, но они продолжают спать. Она берет два больших тюленьих меха и надевает их им на головы. Затем она крепко завязывает меха ниже рук и подает знак людям конунга. Те выскакивают, пускают в ход оружие, приканчивают финнов и вытаскивают их из хижины. Всю ту ночь так грохотал гром, что они не могли выйти, и только утром они пошли к кораблю, взяв с собой Гуннхильд, и отвели ее Эйрику. После этого Эйрик и его люди отправились на юг в Халогаланд. Эйрик позвал к себе Эцура Рыло и сказал, что хочет жениться на его дочери. Эцур дал согласие. Так Эйрик женился на Гуннхильд и отправился вместе с ней на юг [186].

XXXIII

Харальду конунгу было тогда пятьдесят лет. Многие из его сыновей были уже взрослыми, а некоторые уже умерли. Многие из них были очень запальчивы и ссорились между собой. Они прогоняли ярлов конунга из их владений, а некоторых убивали. Тогда Харальд конунг созвал многолюдный тинг на востоке страны и пригласил на него жителей Упплёнда. Он дал всем своим сыновьям сан конунга и сделал законом, что каждый его потомок по мужской линии должен носить сан конунга, а если он происходит по женской линии, то сан ярла. Он разделил между ними страну. Вингульмёрк, Раумарики, Вестфольд и Теламёрк он дал Олаву, Бьёрну, Сигтрюггу, Фроди и Торгислю. А Хейдмёрк и Гудбрандсдалир – Дагу, Хрингу и Рагнару. Сыновьям Снефрид он дал Хрингарики, Хадаланд, Тотн и то, что к этому относится, Гутхорму он уже раньше дал Ранрики, край от Свинасунда до Эльва. Он поручил ему оборону восточной окраины страны, как уже было написано. Харальд конунг сам жил обычно в середине страны. Хрёрек и Гудрёд всегда были при конунге, и у них были большие владения в Хёрдаланде и Согне. Эйрик жил с Харальдом конунгом, своим отцом. Из всех своих сыновей он любил его больше всего и ценил его выше всех. Ему он дал Халогаланд, Северный Мёр и Раумсдаль. На севере в Трандхейме он передал власть Хальвдану Белому и Сигрёду. В каждом из этих фюльков он дал своим сыновьям половину своих доходов, а также право сидеть на престоле на ступеньку выше, чем ярлы, но на ступеньку ниже, чем он сам. Каждый из его сыновей притязал на то, чтобы занять его престол после его смерти, он же сам предназначал его Эйрику. Но люди из Трандхейма хотели, чтобы Хальвдан Черный занял его. А люди из Вика и Упплёнда предпочитали, чтобы верховная власть досталась тому конунгу, который был к ним поближе. Отсюда снова и снова возникали большие раздоры между братьями. И так как им казалось, что у них слишком мало владений, они отправлялись в походы. Так погиб, как уже было рассказано, Гутхорм в устье Эльва в битве против Сёльви Раскалывателя. После этого Олав стал править в том краю, где раньше правил Гутхорм. Хальвдан Белый погиб в Стране Эстов, а Хальвдан Высоконогий – на Оркнейских островах. Торгислю и Фроди Харальд конунг дал боевые корабли, и они отправились в викингский поход на запад за море и совершали набеги на Шотландию, Бретланд и Ирландию. Они были первыми норвежцами, овладевшими Дюплинном. Рассказывают, что Фроди был отравлен ядовитым напитком, а Торгисль долго был конунгом в Дюплинне, но был предан ирландцами и погиб там [187].

XXXIV

Эйрик Кровавая Секира хотел быть верховным конунгом над всеми своими братьями, и Харальд конунг тоже хотел этого. Отец и сын подолгу жили вместе.

Рёгнвальд Прямоногий правил в Хадаланде. Он обучился ведовству и стал колдуном. Харальд конунг ненавидел колдунов. В Хёрдаланде был колдун, которого звали Витгейр. Конунг послал к нему гонца и велел прекратить колдовство. Тот ответил такой висой:

Что за беда,
Коль мы колдуем,
Жён и мужей
Простых дети,
Когда и сам
Колдовству привержен
Конунга сын
В Хадаланде.

Когда Харальду конунгу передали это, Эйрик Кровавая Секира отправился по его велению в Упплёнд и нагрянул в Хадаланд. Он сжег Рёгнвальда, своего брата, в его доме и с ним восемьдесят колдунов. Его очень хвалили за этот подвиг.

Гудрёд Блеск был зимой в Хвинире в гостях у Тьодольва, своего воспитателя. У него был с собой струг с людьми, и он собирался отправиться на север, в Рогаланд. Тут начались сильные бури, а Гудрёду хотелось ехать и было досадно откладывать поездку. Тогда Тьодольв сказал такую вису:

Не пускайся в бурю
По морю, покуда
Стезя стругов[188] сыплет
Груды камней, Гудрёд.
Пусть крепчает ветер —
Дождемся погоды,
Вождь всезнаменитый.
Высок вал у Ядара.

Но Гудрёд стоял на своем, что Тьодольв ему ни говорил. И когда они плыли вдоль Ядара, их струг потонул, и они все погибли.

XXXV

Бьёрн, сын Харальда конунга, правил тогда в Вестфольде и обычно жил в Тунсберге. Он редко ходил в походы. В Тунсберг приходило много торговых кораблей из Вика, а также с севера страны, с юга, из Дании и Страны Саксов. У Бьёрна конунга тоже были торговые корабли, которые ходили в другие страны, в так он добывал себе драгоценности или другое добро, которое ему было нужно. Братья Бьёрна называли его Мореходом или Купцом. Бьёрн был человек умный и степенный. Из него вышел бы хороший правитель. Женился он удачно и как ему подобало. У него родился сын, которого звали Гудрёд.

Эйрик Кровавая Секира вернулся из похода в Восточные Страны с боевыми кораблями в большим войском. Он потребовал, чтобы Бьёра, его брат, отдал ему подати и налоги, которые причитались Харальду конунгу с жителей Вестфольда. Но было в обычае, чтобы Бьёрн сам отвозил подати конунгу или отсылал их ему со своими людьми. Он хотел сделать так в в этот раз и не отдавать подати Эйрику. А Эйрик нуждался в еде, шатрах и питье. Братья сильно поспорили, но Эйрик не добился своего и уехал из города. Вечером Бьёрн тоже уехал из города и отправился в Сэхейм. Эйрик вернулся, поехал в Сэхейм ночью вслед за Бьёрном и нагрянул туда, когда люди сидели за питьем. Эйрик окружил дом, но Бьёрн и его люди все-таки выбрались из него а стали сражаться. Тут погиб Бьёрн и с ним много людей. Эйрик взял там большую добычу и отправился на север страны. Люди в Вике были крайне возмущены этим поступком, и Эйрика там очень не любили. Ходили слухи, что Олав конунг будет мстить за Бьёрна, если ему представится случай. Бьёрн конунг лежит в Кургане Морехода в Сэхейме [189].

XXXVI

Эйрик конунг отправился зимой на север в Мёр и гостил в Сёльви на мысе Агданес. Когда Хальвдан Черный узнал об этом, он отправился туда с войском и окружил дом. Эйрик спал в соседнем доме, и ему удалось вместе с четырьмя людьми скрыться в лесу. А Хальвдан в его люди сожгли усадьбу и всех, кто в ней был. С этими вестями Эйрик явился к Харальду конунгу. Конунг был в страшном гневе. Он собрал войско и пошел против жителей Трандхейма. Но когда об этом узнаёт Хальвдан Черный, он собирает корабли и людей и с большим войском направляется в Стад у Торсбьёрга. Харальд конунг расположился со своим войском у Рейнслетты. Люди стали пытаться их примирить. Одного знатного человека звали Гутхорм Синдри. Он был в войске Хальвдана Черного, а раньше он был у Харальда конунга, и он был сердечным другом обоих. Гутхорм был большим скальдом. Он сочинил по песне и об отце и о сыне[190]. Они предложили ему награду, но он отказался от нее и попросил, чтобы они исполнили одну его просьбу, и они обещали. Он отправился тогда к Харальду конунгу и стал склонять его к примирению и напомнил обоим об их обещании исполнить его просьбу, и конунги так высоко его уважали, что они по его просьбе помирились. Многие другие знатные люди поддерживали его просьбу. Договорились, что Хальвдан сохранит все владения, которые у него были раньше, но будет в мире с Эйриком, своим братом. Об этих событиях Йорунн Дева-Скальд сочинила такие строки в своем Язвительном Послании[191]:

Шаг сей грозный князя
Стал известен Хальвдану,
Но, знать, для мечедержца
Черны мои речи.

XXXVII

Хакон сын Грьотгарда, ярл из Хладира, правил всем Трандхеймом, когда Харальд конунг был в другой части страны, и Хакон пользовался в Трёндалёге наибольшим почетом после конунга. После смерти Хакона Сигурд, его сын, принял бразды правления и стал ярлом в Трандхейме. Он жил в Хладире. У него воспитывались сыновья Харальда конунга – Хальвдан Черный и Сигрёд, а раньше они были на воспитании у Хакона, отца Сигурда. Они были почти одного возраста, сыновья Харальда и Сигурд. Сигурд ярл был женат на Бергльот, дочери ярла Торира Молчаливого. Матерью ее была Алов Краса Года, дочь Харальда Прекрасноволосого. Сигурд ярл был необычайно мудрый человек.

Когда Харальд конунг начал стариться, он часто живал в больших поместьях, которые у него были в Хёрдаланде – Альрексстадире, Сэхейме или Фитьяре – и Рогаланде – Утстейне или Эгвальдснесе на острове Кёрмт. Когда Харальду было почти семьдесят лет, ему родила сына женщина, которую звали Тора Жердинка с Морстра, потому что она была родом с острова Морстр. У нее была хорошая родня, она была в родстве с Хёрда-Кари. Она была красавица на редкость. Ее называли рабыней конунга. Многие, и мужчины и женщины, были тогда обязаны службой конунгу, хотя и происходили из хорошего рода. Тогда было в обычае у знатных людей тщательно выбирать тех, кто должен окропить водой ребенка или дать ему имя. И вот когда Торе подошла пора рожать, она захотела поехать к Харальду конунгу. Он был тогда на севере в Сэхейме, а она была в Морстре. Она отправилась на север на корабле Сигурда ярла. Однажды ночью они стояли у берега, и тут Тора родила ребенка на скале у конца сходен. Это был мальчик. Сигурд ярл окропил мальчика водой и назвал его Хаконом по своему отцу Хакону, хладирскому ярлу. Мальчик скоро стал красивым и статным и очень похожим на отца. Харальд конунг позволил мальчику остаться при матери, и они с матерью жили в поместьях конунга, пока мальчик не вырос.

XXXVIII

Адальстейном звали конунга, который правил тогда в Англии. Он начал править недавно [192]. Его прозвали Победоносным или Верным. Он послал людей в Норвегию к Харальду конунгу с таким поручением: посланец должен предстать перед конунгом и вручить ему меч с позолоченной рукоятью и навершием. А ножны этого меча были отделаны золотом и серебром и украшены самоцветными камнями. Посланец протянул рукоять меча конунгу и сказал:

– Вот меч, что Адальстейн конунг просит тебя принять от него.

Конунг взял рукоять, и посланец сразу же сказал:

– Вот ты взял меч, как и хотел наш конунг, и теперь ты – его подданный, ибо ты принял от него меч.

Тут конунг понял, что это было сделано ему в насмешку. Он не хотел быть ничьим подданным. Но он вспомнил, что обычаем его было, когда он вдруг почувствует ярость или его охватит гнев, сдержать себя, дать гневу улечься и рассмотреть дело спокойно. Он так и сделал и рассказал о случившемся своим друзьям. Они все посоветовали ему, что прежде всего надо позволить посланным беспрепятственно вернуться домой.

XXXIX

На следующее лето Харальд конунг послал корабль на запад в Англию и назначил корабельщиком Хаука Длинные Чулки [193]. Хаук был доблестным витязем и очень любезен конунгу. В его руки Харальд отдал Хакона, своего сына. Хаук поплыл на запад, в Англию, к Адальстейну конунгу и застал его в Лундуне. Там как раз шел торжественный пир. Хаук говорит своим людям, когда они входят в пиршественную палату, как они должны там держаться: тот должен последний выйти, кто первый входит, и все должны стоять в ряд перед столом, и у каждого меч должен быть на левом боку, но прикрытый плащом, так чтобы его не было видно. И вот они входят в палату. Их было тридцать человек. Хаук подходит к конунгу и приветствует его. Конунг отвечает на приветствие. Тогда Хаук берет мальчика Хакона и сажает его на колени Адальстейну конунгу. Конунг смотрит на мальчика и спрашивает Хаука, почему он так делает. Хаук отвечает:

– Харальд конунг просит тебя воспитать его сына от рабыни.

Конунг был в большом гневе и схватил меч, который лежал рядом с ним, и взмахнул им, как бы желая зарубить мальчика.

– Он сидел у тебя на коленях, – говорит Хаук. – Теперь ты можешь убить его, если хочешь, но этим ты не уничтожишь всех сыновей Харальда конунга[194].

Затем Хаук и все его люди удалились и отправились к кораблю, и, когда они приготовились к плаванью, они вышли в море, и вернулись в Норвегию к Харальду конунгу. Тот был очень доволен. Ибо люди говорят, что тот, кто воспитывает чужого ребенка, менее знатен, чем отец этого ребенка. Из этих столкновений конунгов видно, что каждый из них хотел быть больше другого. Однако достоинство ни того, ни другого не пострадало от этого. Каждый из них оставался верховным конунгом в своей стране до самой смерти.

XL

Адальстейн конунг велел крестить Хакона и обучить его правой вере, а также добрым нравам и куртуазному обращению. Адальстейн очень любил его, больше, чем всех своих родичей, да и все любили его, кто его знал. Его потом прозвали Воспитанником Адальстейна. Он хорошо владел разными искусствами, был сильнее, статнее и красивее других людей, мудр и красноречив. Он был также хорошим христианином. Адальстейн конунг дал Хакону меч, вся рукоять которого была в золоте. Но лучшее в мече был его клинок: этим мечом Хакон мог разрубить жернов до ячеи. Поэтому меч этот назывался Жернорез. Лучшего меча не бывало в Норвегии. Хакон носил его до самой смерти.

XLI

Харальду конунгу было теперь уже восемьдесят лет. Он стал тяжел на подъем. Ему стало трудно ездить по стране и править ей. И вот он возвел Эйрика, своего сына, на свой престол и передал ему власть над всей страной. Когда об этом услышали другие сыновья Харальда конунга, то и Хальвдан Черный сел на престол конунга. Он стал править всем Трандхеймом. Все люди Трандхейма были с ним заодно.

После гибели Бьёрна Купца Олав, его брат, стал править Вестфольдом и воспитывать Гудрёда, сына Бьёрна. Сына Олава звали Трюггви. Они с Гудрёдом были побратимы и почти сверстники. Оба были во всем искусными и многообещающими. Мало кто был так крепок и силен, как Трюггви. Когда люди в Вике услыхали, что люди в Хёрдаланде сделали Эйрика верховным конунгом, они сделали Олава верховным конунгом в Вике, и он стал править там. Это очень не понравилось Эйрику. Два года спустя Хальвдан Черный скоропостижно умер в Трандхейме на каком-то пиру, и говорили, что одна колдунья, которую подкупила Гуннхильд Мать Конунгов[195], дала ему яда. После этого люди в Трандхейме сделали Сигрёда конунгом.

XLII

Харальд конунг прожил три года, после того как он сделал Эйрика единовластным правителем страны. Он жил тогда в Рогаланде или Хёрдаланде в больших поместьях, которые у него там были. У Эйрика и Гуннхильд родился сын. Харальд конунг окропил его водой, дал ему свое имя и сказал, что он будет конунгом после Эйрика, своего отца. Харальд конунг выдал большинство своих дочерей за своих ярлов внутри страны, а отсюда произошло много колен. Харальд конунг умер от болезни в Рогаланде. Он погребен в Хаугаре у Кармтсунда. В Хаугасунде стоит церковь, и у самого церковного двора, к северо-западу, расположен курган Харальда Прекрасноволосого. К западу от церкви лежит могильная плита Харальда конунга, которая лежала на его могиле в кургане. Эта плита тридцати с половиной стоп в длину и почти два локтя в ширину. Могила Харальда конунга была в середине кургана. Один камень был поставлен у него в головах, другой – в ногах, а сверху положена плита, и с обеих сторон снизу навалены камни. Камни, которые стояли раньше в кургане, стоят теперь на церковном дворе.

Мудрые люди говорят, что Харальд Прекрасноволосый был самым красивым, могучим и статным из всех людей, очень щедрым и горячо любимым своими людьми. В юности он был очень воинствен. И люди думают, что это предвозвещалось тем, что нижняя часть того большого дерева, которое его мать видела во сне[196] перед его рождением, была красной, как кровь. А то, что выше ствол его был красивым и зеленым, знаменовало расцвет его государства. А то, что верх дерева был белым, предрекало, что он доживет до глубокой старости. Сучья и ветви дерева указывали на его потомство, которое распространится по всей стране. И действительно, с тех пор конунги в Норвегии всегда были из его рода.

XLIII

В следующую зиму после кончины Харальда конунга Эйрик конунг взял все подати, которые полагались конунгу в середине страны, а Олав – подати в Вике, а Сигрёд, их брат, – все подати в Трёндалёге. Эйрик был этим очень рассержен, и пошли слухи, что он будет пытаться силой навязать братьям свое единовластие над всей страной, которое ему завещал отец. Когда Олав и Сигрёд слышат об этом, они сносятся друг с другом через гонцов и назначают встречу. Весной Сигрёд отправляется на восток в Вик. Братья встречаются в Тунсберге и остаются там некоторое время. В ту же весну Эйрик собирает большое войско и корабли и отправляется на восток в Вик. Ветер был настолько благоприятен, что Эйрик плыл день и ночь, и никакие вести о его приближении не опередили его. Когда он прибыл в Тунсберг, Олав и Сигрёд вышли со своим войском на склон к востоку от города и построили там свое войско. У Эйрика было много больше войска, и он одержал победу. И Олав, и Сигрёд пали в битве и были погребены в курганах на склоне, на котором они погибли. Эйрик проехал по Вику, подчинил себе его и долго оставался там летом. Трюггви и Гудрёд бежали тогда в Упплёнд.

Эйрик был человек статный и красивый, могучий и очень отважный воинственный и привыкший одерживать победу, необузданный, жестокии, неприветливый и неразговорчивый. Гуннхильд, жена его, была женщина красивейшая, умная и сведущая в колдовстве. Она была сладкоречива, но очень коварна и жестока. Детьми Эйрика и Гуннхильд были Гамли, он был старшим, Гутхорм, Харальд, Рагнфрёд, Рагнхильд, Эрлинг, Гудрёд, Сигурд Слюна. Все дети Эйрика были красивыми и многообещающими.

Сага о Хаконе Добром
(Hákonar saga góða)

I

Хакон Воспитанник Адальстейна был в Англии, когда он услышал о кончине своего отца, Харальда конунга. Он сразу же собрался в путь. Адальстейн конунг дал ему людей и хорошие корабли и наилучшим образом снарядил его в поездку, и осенью Хакон прибыл в Норвегию. Тут он услышал, что братья его пали в битве, а также что Эйрик – в Вике. Хакон поплыл на север в Трандхейм к Сигурду хладирскому ярлу, самому мудрому человеку в Норвегии. Его там хорошо приняли, и он заключил союз с Сигурдом. Хакон обещал ему большие владения, если станет конунгом. Они созвали многолюдный тинг, и на тинге Сигурд говорил в пользу Хакона и предложил бондам провозгласить его конунгом. После этого поднялся Хакон сам и держал речь. Тут люди стали говорить между собой, что это вернулся Харальд Прекрасноволосый и снова стал молодым.

Хакон начал свою речь с того, что он просит бондов дать ему сан конунга, а также оказать ему поддержку и помощь в том, чтобы удержать этот сан. В обмен он обещал вернуть им в собственность их отчины. Это обещание вызвало такое одобрение, что вся толпа бондов зашумела и закричала, что они хотят взять его в конунги. Так и было сделано, и трандхеймцы провозгласили Хакона конунгом всей страны. Ему было тогда пятнадцать лет.

Хакон набрал себе дружину и поехал по стране, и вот в Упплёнде стало известно, что трандхеймцы выбрали себе конунга, во всем похожего на Харальда Прекрасноволосого, с той только разницей, что Харальд весь народ в стране поработил и закабалил, а этот Хакон желает каждому добра и обещает бондам вернуть их отчины, которые Харальд у них отнял. Этим новостям все были рады, их передавали друг другу, и они распространялись по всей стране, как огонь по сухой траве. Многие бонды отправились из Упплёнда к Хакону конунгу, некоторые отрядили к нему людей, некоторые послали гонцов, которые должны были передать ему слова и знаменья, все это с целью показать, что они хотят быть его подданными. Конунг принял все это с благодарностью.

II

В начале зимы Хакон конунг отправился в Упплёнд. Он созывал там тинги, и все, кто только мог, шли к конунгу. На всех тингах его провозглашали конунгом. После этого он отправился на восток в Вик. Там к нему пришли Трюггви и Гудрёд, его племянники, и многие другие и перечисляли обиды, которые они претерпели от Эйрика, его брата. Ненависть к Эйрику становилась тем больше, чем преданнее Хакону конунгу становились люди, и они все смелее высказывали то, что лежало у них на душе. Хакон конунг дал Трюггви и Гудрёду сан конунга и те владения, которыми Харальд конунг наделил их отцов. Он дал Трюггви Вингульмёрк и Ранрики, а Гудрёду – Вестфольд. Но так как они были еще молодыми и малолетними, он назначил благородных и умных мужей, которые должны были править страной вместе с ними. Он отдал им обоим владения с тем условием, которое было в силе и раньше: что им причиталась половина податей и налогов. Весной Хакон конунг отправился через Упплёнд в Трандхейм.

III

Хакон конунг собрал весной в Трандхейме большое войско и снарядил корабли. Жители Вика тоже выставили большое войско и намеревались соединиться с Хаконом. Эйрик тоже стал набирать войско в середине страны, но дело у него шло плохо, потому что многие знатные люди оставили его и перешли на сторону Хакона. И когда он увидел, что не сможет оказать сопротивление войску Хакона, он поплыл на запад за море с теми, кто еще хотел за ним последовать. Он отправился сначала на Оркнейские острова и там набрал большое войско. Затем он поплыл на юг, в Англию, и разорял Шотландию всюду, где он приставал к берегу. Он воевал также по всему северу Англии. Адальстейн конунг Англии послал к Эйрику гонцов и предложил принять от него владения в Англии. Он сказал, что Харальд конунг, его отец, был большим другом Адальстейну конунгу и он делает это в память их дружбы. Конунги вступили в переговоры через гонцов и договорились, что Эйрик получит Нортимбраланд от Адальстейна конунга и должен будет оборонять эту страну от датчан и других викингов. Эйрик должен будет креститься вместе с женой, детьми и всем войском, которое за ним последовало туда. Эйрик принял эти условия. Он крестился и принял правую веру.

Нортимбраландом называется пятая часть Англии. Эйрик жил в Йорвике, где, как говорят люди, было раньше логово сыновей Рагнара Кожаные Штаны. Нортимбраланд был большей частью заселен норвежцами, с тех пор как сыновья Рагнара Кожаные Штаны завоевали страну. Датчане и норвежцы часто совершали набеги на страну, после того как она ускользнула из их рук [197]. Многие названия там в стране даны на северном языке – Гримсбёр, Хауксфльот и многие другие.

IV

C Эйриком конунгом было много народу. Было там много норвежцев, которые приехали с ним с востока, а позднее многие его друзья приехали из Норвегии. Страна у него была маленькая. Поэтому он летом всегда ходил в походы, совершал набеги на Шотландию, Южные острова, Ирландию и Бретланд и там добывал богатство.

Адальстейн конунг умер от болезни. Он был конунгом четырнадцать лет, восемь недель и три дня[198]. После него был конунгом в Англии его брат Ятмунд [199]. Он не терпел норвежцев. Эйрика конунга он не любил, и тогда ходили слухи, что Ятмунд хочет посадить в Нортимбраланде другого правителя. Когда эти слухи дошли до Эйрика конунга, он отправился в викингский поход на запад и взял с собой с Оркнейских островов Арнкеля и Эрленда, сыновей Торф-Эйнара. Потом он отправился на Южные острова. Там было много викингов и морских конунгов, которые примкнули к войску Эйрика. Затем он поплыл со всей ратью сперва в Ирландию и набрал там столько людей, сколько смог. Потом он отправился в Бретланд и воевал там. После этого он поплыл вдоль южного побережья Англии и разорял там земли так же, как в других местах, и весь народ спасался бегством отовсюду, где он появлялся.

Эйрик был человек очень отважный, и войско у него было большое. Поэтому он так полагался на свои силы, что зашел далеко в глубь страны, разоряя ее и преследуя спасающихся бегством. Олавом звали конунга, которого Ятмунд конунг посадил там для обороны страны. Он собрал несметную рать и пошел с ней навстречу Эйрику конунгу. Разгорелась жаркая битва, в которой многие англичане пали. Но на место каждого павшего приходило трое из глубины страны, и после полудня большие потери стали терпеть норвежцы, и многие из них пали. В конце дня пал и Эйрик конунг и с ним пять других конунгов [200]. Называют таких: Гутхорм и два его сына – Ивар и Харек. Пали в битве также Сигурд и Рёгнвальд, а также Арнкель и Эрленд, сыновья Торф-Эйнара. Погибло также много других норвежцев. Те, что спаслись, отправились в Нортимбраланд и рассказали Гуннхильд и ее сыновьям о том, что произошло.

V

Когда Гуннхильд и ее сыновья узнали, что Эйрик конунг погиб и перед этим разорял страну английского короля, она поняла, что им там не будет мира. Они сразу же собрались к отъезду из Нортимбраланда. Они взяли с собой все корабли, которые были у Эйрика, всех людей, которые захотели последовать за ними, а также все богатство, которое скопилось у них от налогов в Англии или было добыто в походах. Они отправились со своим войском на север на Оркнейские острова и оставались там некоторое время. Там был тогда ярлом Торфинн Раскалыватель Черепов, сын Торф-Эйнара. Сыновья Эйрика подчинили себе тогда Оркнейские острова и Хьяльтланд и брали с них дань. Они проводили там зиму, а летом ходили в викингские походы на запад и совершали набеги на Шотландию и Ирландию. Об этом рассказывает Глум, сын Гейри[201]:

Скакуна притока[202]
Он путем на Сканей
Вел, умелый отрок,
Славы ради бранной.
Шел с мечом и полымем
По Скотланду конунг,
Послал Улль шелома[203]
К Гауту  [204] рати давших.
Рьяный друг дружины[205]
Шёл войной на иров,
Соколов валькирий[206]
На пир сокликая.
Фрейр державы[207] кровью
Край меча окрасил,
Одержав над южным
Народом победу.

VI

Конунг Хакон Воспитанник Адальстейна подчинил себе всю Норвегию, после того как Эйрик, его брат, бежал из страны. Хакон посетил в первую зиму запад страны, потом он поехал на север в Трандхейм и жил там. И так как нельзя было рассчитывать на мир, если бы Эйрик конунг нагрянул с запада из-за моря со своей ратью, он держался со своим войском в середине страны – во Фьордах и Согне, в Хёрдаланде и Рогаланде. Хакон посадил Сигурда, хладирского ярла, править всем Трёндалёгом, как раньше Харальд конунг Прекрасноволосый посадил там Хакона, его отца. Когда Хакон конунг узнал, что Эйрик конунг, его брат, погиб, а его сыновья не смеют оставаться в Англии, он решил, что ему теперь нечего их опасаться, и он отправился одним летом со своим войском на восток в Вик. В то время датчане постоянно совершали набеги на Вик и часто наносили стране большой ущерб. Но когда они услышали, что туда прибыл Хакон конунг с большой ратью, все они бежали, кто на юг в Халланд, а те, кто были ближе к Хакону конунгу, вышли в открытое море и потом поплыли на юг в Йотланд. Узнав об этом, Хакон конунг поплыл за ними со всей своей ратью. Когда он приплыл в Йотланд и люди там узнали об этом, они собрали войско, чтобы оборонять свою страну, и решили дать битву Хакону конунгу. Произошла большая битва. Хакон конунг сражался так отважно, что был без шлема и брони впереди стяга. Он одержал победу и преследовал бегущих далеко вглубь страны. Гутхорм Синдри так сказал в драпе о Хаконе:

Влек владыку к битвам
Вол весла[208] чрез волны.
В буре жен сражений[209]
Бил ютов он люто.
В гневе гнал радетель
Утки браги вражьей[210]
Их, объятых страхом,
Хворью крова Харбарда [211].

VII

После этого Хакон конунг направился со своим войском на юг в Селунд, преследуя викингов. Он плыл с двумя ладьями по Эйрарсунду. Там он встретил одиннадцать ладей викингов и сразу же вступил с ними в бой, который кончился тем, что он одержал победу и перебил всех викингов. Гутхорм Синдри говорит так:

Двух лишь рысей снасти[212]
Вяз пляса валькирий[213]
К зеленому склону
Селунда приблизил,
А, счастливый славой,
В сваре дис[214] очистил
Одиннадцать коней
Дола ската[215] датских.

VIII

После этого Хакон конунг прошел по всему Селунду, грабил народ, одних убивал, других брал в плен, с некоторых брал большие выкупы. Он не встречал никакого сопротивления. Гутхорм Синдри говорит так:

И попрал князь вскоре
Селунд и край Сканей
На сокольих далях,
Ветровых просторах.

Затем Хакон конунг поплыл на восток вдоль берегов Сканей и разорял страну, брал выкупы и подати и убивал викингов, где он их только находил, как датчан, так и вендов. Он проплыл на восток вдоль Гаутланда и разорял там страну и взял с нее большой выкуп. Гутхорм Синдри говорит так:

Принудил в походе
Конунг к дани гаутов.
Там даятель злата[216]
Сражался на славу.

Осенью Хакон конунг вернулся со своим войском, взяв огромную добычу. Зиму он провел в Вике в ожидании набегов датчан и гаутов.

IX

Той осенью конунг Трюггви, сын Олава, вернулся из викингского похода на запад. Он воевал тогда в Ирландии и Шотландии. Весной Хакон конунг отправился на север страны и поручил конунгу Трюггви, своему племяннику, править Виком и оборонять его и присвоить себе те земли в Дании, с которых Хакон конунг прошлым летом взял дань. Гутхорм Синдри говорит так:

И тогда он чадо
Онарово [217], конунг,
Друга духа[218] предал,
Лесистое власти
Лишь крушитель крова
Свейгдира  [219] от иров
На стволе поляны
Акульей[220] вернулся.

Х

Харальд конунг, сын Горма, правил тогда Данией [221]. Он был очень рассержен тем, что Хакон конунг разорял его страну, и ходили слухи, что конунг датчан хочет мстить. Но это случилось не так скоро. Между тем, когда Гуннхильд и ее сыновья узнали о раздоре между Данией и Норвегией, они собрались уезжать с запада. Они выдали Рагнхильд, дочь Эйрика, за Арнфинна, сына Торфинна Раскалывателя Черепов. Торфинн остался ярлом на Оркнейских островах, а сыновья Эйрика уехали. Гамли, сын Эйрика, был несколько старше других, но и он еще не был зрелым мужем.

Когда Гуннхильд приехала со своими сыновьями в Данию, она отправилась к Харальду конунгу, и ее там хорошо приняли. Харальд конунг дал им настолько большие владения, что они могли хорошо содержать себя и своих людей. А Харальда, сына Эйрика, он сделал своим воспитанником и посадил себе на колено. Он рос при дворе конунга Дании. Некоторые из сыновей Эйрика, когда они стали достаточно взрослыми, добывали себе богатство тем, что ходили походами в Восточные Страны. Они рано стали мужами красивыми, сильными и доблестными. Об этом говорит Глум сын Гейри в драпе о Харальде Серая Шкура.

Покорил даривший
Скальдов ратной сталью
Князь победоносный,
Восточные земли.
По веленью вана
Ссоры стрел[222] звенели
Жала ножен[223]. Конунг
Сек одетых в злато.

Потом сыновья Эйрика стали ходить в походы на север в Вик и разоряли страну там. А Трюггви конунг собирал войско и шел навстречу им. Произошло много битв, и победа доставалась то одной, то другой стороне. Сыновья Эйрика подчас совершали набеги на Вик, а Трюггви – на Халланд и Сьяланд.

XI

Когда Хакон был конунгом в Норвегии, мир царил между бондами и купцами, так что ничто не угрожало жизни или имуществу тех и других. Годы были урожайные и доходные и на суше и на море.

Хакон конунг был человек очень жизнерадостный, красноречивый и простой в обращении. Он был также очень умен и уделял большое внимание установлению законов. Он учредил законы Гулатинга по советам Торлейва Умного и законы Фростатинга по советам Сигурда ярла и других трандхеймцев, которые считались наиболее умными. А законы Хейдсевиса учредил Хальвдан Черный, как уже было написано[224].

Хакон конунг справлял йоль в Трандхейме. Сигурд ярл приготовил для него пир в Хладире. В первую ночь йоля Бергльот, жена ярла, родила мальчика. На следующий день Хакон конунг окропил мальчика водой и дал свое имя. Мальчик рос и стал могущественным и знатным мужем. Сигурд ярл был любимым другом Хакона конунга.

XII

Эйстейн, конунг в Упплёнде, которого одни называют Могущественным, а другие Злым, совершил набег на Трандхейм и подчинил себе фюльки Эйна и Спарбюггва, и посадил там своего сына, которого звали… [225] Но трандхеймцы убили его. Эйстейн конунг вторично пошел походом в Трандхейм и разорял страну и подчинил ее себе. Он предложил трандхеймцам выбор: взять в конунги его раба, которого звали Торир Гривастый, или пса, которого звали Саур. Они выбрали пса, так как полагали, что тогда они скорее сохранят свободу. В пса они вложили колдовством ум трех людей, и он лаял два слова, а третье говорил. Ему был сделан ошейник и поводок из серебра и золота. А когда было грязно, его свита несла его на плечах. Ему был сделан престол, и он сидел на кургане, как конунг. Он жил в Эйин Идри, а его обычное местопребывание называлось Саурсхауг  [226]. Рассказывают, что смерть ему пришла от того, что волки напали на его стадо, и свита понуждала его защитить свой скот, он и сошел с кургана и бросился на волков, а они сразу же растерзали его.

Многие другие чудеса творил Эйстейн конунг против трандхеймцев. И от такого бедствия и немирья многие знатные люди бежали, и немало народу ушло со своих земель. Кетиль Ямти[227], сын Энунда ярла из Спарабу, переселился на восток через Кьёль, и с ним переселилось много народу. Они вырубили лес и заселили там большой край. Он потом стал называться Ямталанд. Внуком Кетиля был Торир Хельсинг [228]. Он вынужден был оставить Ямталанд из-за совершенного им убийства и направился на восток через тамошние леса и поселился там. Много народу переселилось туда вместе с ним. Этот край называется Хельсингьяланд. Он тянется на восток до самого моря. Восток Хельсингьяланда, у моря, заселили шведы. Когда конунг Харальд Прекрасноволосый завоевал страну, много народу бежало из нее, жители Трандхейма и Наумудаля, и тогда тоже возникли поселения на востоке в Ямталанде, а некоторые переселились тогда и в Хельсингьяланд.

Жители Хельсингьяланда совершали торговые поездки в Швецию и платили там все подати, а жители Ямталанда были как бы между странами, и никто не обращал на это внимания, пока Хакон не установил мир, и начались торговые поездки в Ямталанд, и Хакон подружился с тамошними знатными людьми. Они стали приезжать с востока к нему и обещали ему свою покорность, и платили ему подати. Они становились его подданными, так как слышали о нем только хорошее. Они предпочитали иметь своим конунгом его, а не конунга шведов, так как они сами были норвежцы родом, и Хакон конунг дал им законы и учредил в стране право. Так же поступали и все жители Хельсингьяланда, которые были родом из местностей к северу от Кьёля.

XIII

Хакон конунг был хорошим христианином, когда он приехал в Норвегию. Но так как вся страна была тогда языческой, и жертвоприношения – в обычае, а в стране было много влиятельных людей, в поддержке которых, как и в любви всего народа, он очень нуждался, он решил скрывать свое христианство. Однако он соблюдал воскресенья и постился по пятницам. Он сделал законом, что йоль должен был начинаться в то же время, что и христианское рождество. Каждый должен был тогда варить пиво из меры зерна под страхом денежного взыскания и праздновать, пока хватает пива. А раньше йоль начинался в ночь на середину зимы[229] и продолжался три дня.

Хакон рассчитывал ввести христианство, когда он настолько укрепится в стране, что подчинит ее себе всю. Пока он склонял к христианству только тех, кто был ему всего ближе. Из дружбы к нему многие тогда крестились, а некоторые оставили и жертвоприношение. Он долго жил в Трандхейме, так как там была наибольшая сила страны. Когда Хакон конунг решил, что заручился поддержкой некоторых знатных людей, достаточной для того, чтобы попытаться ввести христианство, он послал в Англию за епископом и другими учителями христианства, и, когда они приехали в Норвегию, он объявил, что хочет ввести христианство во всей стране. Но жители Мёра и Раумсдаля предоставили решение трандхеймцам. Тогда Хакон конунг велел освятить несколько церквей и поставил в них священников. Приехав в Трандхейм, он созвал бондов на тинг и призвал их перейти в христианскую веру. Они отвечают, что хотят передать решение этого дела на Фростатинг и чтобы на этот тинг пришли люди из всех фюльков, которые входят в Трёндалёг. Они обещают тогда ответить на этот трудный вопрос.

XIV

Сигурд, хладирский ярл, был ревностным язычником, каким был и Хакон, его отец. Сигурд ярл давал все жертвенные пиры от лица конунга там в Трёндалёге. По древнему обычаю, когда предстоял жертвенный пир, все бонды должны были собраться туда, где стояло капище, и принести припасы, которые нужны во время жертвенного пира. На этот пир все должны были принести также пива. Для пира закалывали всякого рода скот, а также лошадей. Вся кровь от жертв называлась жертвенной кровью, а чаши, в которых она стояла, – жертвенными чашами, а жертвенные веники были наподобие кропил. Ими окропляли все жертвенники, а также стены капища снаружи и внутри. Жертвенной кровью окропляли также людей. А мясо варили и вкушали на пиру. Посредине пиршественной палаты горели костры, а над ними были котлы. Полные кубки передавались над кострами, и тот, кто давал пир и был вождем, должен был освящать полные кубки и жертвенные яства. Первым был кубок Одина – его пили за победу и владычество своего конунга, потом шли кубок Ньёрда и кубок Фрейра – их пили за урожайный год и мир. У многих было в обычае пить после этого Кубок Браги[230]. Пили также кубок за своих родичей, которые уже были погребены. Этот кубок называли поминальным.

Сигурд ярл был очень щедрым человеком. Он совершил то, что доставило ему большую славу: он дал большой жертвенный пир в Хладире и взял на себя все затраты. Об этом говорит Кормак, сын Эгмунда, в драпе о Сигурде[231]:

Вязам стрел[232] припасы,
Росу бочки[233] к ярлу
Щедрому нет нужды
Брать. В огне сгиб Тьяцци[234].
Кто пойдет на распрю
Со жрецом, собравшим
Даятелей света
Блат[235]. Добыл Грам злато [236].

XV

Хакон конунг приехал на Фростатинг, и туда собралось очень много бондов. Когда тинг начался, Хакон конунг стал держать речь и начал с того, что он обращается с просьбой к бондам и свободным хозяевам, могущественным и немогущественным, и вообще ко всему народу, к молодым и старым, богатым и бедным, женам и мужам, чтобы все они крестились и верили в одного бога, Христа сына Марии, и отступились от всех жертвоприношений и языческих богов, соблюдали святость седьмого дня и в него не совершали никакой работы и каждый седьмой день постились. Но как только конунг возвестил это народу, сразу же поднялся громкий ропот. Бонды роптали на то, что конунг хочет отнять у них их работы и говорили, что тогда им нельзя будет хозяйствовать на земле. А батраки и рабы говорили, что, если они не будут есть, они не смогут работать. Есть такой изъян – говорили они – у Хакона конунга и его отца и всей его родни, что они скупы на еду, хотя и щедры на золото. Тут поднялся Асбьёрн из Медальхуса в Гаулардале и так в ответ сказал на речь конунга.

– Мы, бонды, думали, Хакон конунг, когда ты созвал первый тинг здесь в Трандхейме и мы взяли тебя в конунги и получили от тебя обратно наши отчины, что мы схватили небеса руками, но теперь мы не знаем, что и думать: получили мы от тебя свою свободу или ты намереваешься превратить нас снова в рабов, делая нам странное предложение – оставить веру, которой придерживались до нас наши отцы и все наши предки еще в век сожжения и потом в век курганов[237]. Они были гораздо могущественнее, чем мы, но ведь и нам эта вера была до сих пор впрок. Мы так полюбили тебя, что позволили распоряжаться всеми законами и правом в стране. И вот воля наша и решение бондов – держаться тех законов, которые ты сам дал нам здесь на Фростатинге и которые мы приняли. Мы будем все поддерживать тебя и признавать тебя конунгом, пока мы живы, каждый из бондов, кто здесь на тинге, если только ты, конунг, будешь соблюдать меру и желать от нас лишь того, что мы можем для тебя сделать и что выполнимо. Если же ты будешь настаивать на своем предложении с таким упорством, что применишь против нас силу, то тогда мы, бонды, решили все расстаться с тобой и взять себе другого правителя, такого, который позволит нам свободно держаться той веры, какой мы хотим. Выбирай, конунг, между этими двумя возможностями до того, как кончится тинг.

Когда эта речь была кончена, бонды шумно выразили свое одобрение, заявляя, что будет так, как сказал Асбьёрн.

XVI

Когда наступило молчание, Сигурд ярл ответил:

– Воля Хакона конунга жить с вами, бондами, в ладу и не допустить нарушения дружбы с вами.

Тогда бонды сказали: они хотят, чтобы Хакон конунг приносил жертвы богам за урожайный год и мир, как делал его отец. Ропот прекратился, и тинг кончился. Сигурд ярл сказал потом конунгу, что тот не должен начисто отказываться делать то, о чем его просили бонды. Он сказал, что отказываться не годится:

– Ибо это, конунг, как вы сами могли слышать, воля и желание как вождей, так и всего народа. Надо, конунг, тут что-нибудь придумать.

И конунг и ярл договорились друг с другом.

XVII

Осенью, близко к зиме, в Хладире справлялся жертвенный пир, и конунг отправился на него. Раньше у него было в обычае, когда он приходил на жертвенный пир, принимать пищу в небольшом доме вместе с немногими людьми. Но на этот раз бонды стали выражать недовольство тем, что он не сидит на своем престоле, когда пир в разгаре. Ярл сказал, что на этот раз он не должен уклоняться от того, чтобы сидеть на престоле. И конунг сел на свой престол. И когда первый кубок был налит, Сигурд ярл произнес пожелание и посвятил кубок Одину. Он испил из рога и передал его конунгу. Конунг принял рог и перекрестил его. Тогда Кар из Грютинга сказал:

– Почему конунг поступает так? Или он не хочет участвовать в жертвоприношении?

Сигурд ярл отвечает:

– Конунг поступает так, как все, кто верует в свою мощь и силу и посвящают свой кубок Тору. Он сделал знак молота над рогом, прежде чем испить.

В тот вечер все было спокойно. Но на следующий день, когда садились за столы, бонды насели на конунга, говоря, что он должен съесть конины. Конунг решительно отказался. Тогда они попросили его отпить варева из конины. Но он отказался. Тогда они попросили его съесть жира с этого варева. Но он отказался и от этого. Тут бонды стали теснить его. Но Сигурд ярл сказал, что он их помирит, и велел бондам успокоиться. Он попросил конунга разинуть рот над дужкой котла, на которой осел пар от варева из конины, так что дужка была жирная.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Из этих слов можно заключить, что пролог был написан позднее, чем саги, входящие в «Круг Земной», а также, что автор, возможно, не писал, а диктовал (ср. также с. 182).

Вернуться

2

Датским языком неоднократно называется в древнеисландской литературе скандинавская речь вообще. Это, очевидно, связано с тем, что различия между языками скандинавских народностей тогда не осознавались. Датским назван язык скандинавов в одном древнеанглийском памятнике IX в., и предполагается, что скандинавы заимствовали это название их языка у англичан.

Вернуться

3

Норвежский скальд IX в. Он упоминается как скальд Харальда Прекрасноволосого в ряде источников. Сохранилось два его больших произведения – «Перечень Инглингов» (бóльшая его часть приводится в «Саге об Инглингах») и «Хаустлёнг» (Haustlǫng, предположительно от др. – сканд. «Длинная осень»), хвалебная песнь, в которой описываются сцены из мифов, изображенные на щите, подаренном Тьодольву прославляемым.

Вернуться

4

О нем говорится в гл. L «Саги об Инглингах». Ни в каких других источниках он не упоминается.

Вернуться

5

Эйвинд Финнссон, норвежский скальд, умер около 990 г. Из его произведений, кроме «Перечня Халейгов», упоминаемого здесь (см. также с. 113 и 153), сохранились «Речи Хакона», поминальная песнь о норвежском короле Хаконе Добром (она приводится на с. 103–108) и 14 отдельных строф (все они цитируются в «Круге Земном»). Прозвище свое Эйвинд получил, как предполагается, потому, что он подражал более древним скальдам.

Вернуться

6

Хакон Сигурдарсон, норвежский ярл, умер в 995 г.

Вернуться

7

Намогильные камни – высокие узкие плиты (исл. bautasteinar, этимология неясна), которые начали ставить в Скандинавии на могилах за тысячу лет до нашей эры.

Вернуться

8

См. об этом гл. X «Саги об Инглингах».

Вернуться

9

То, что здесь рассказывается о «веке сожжения» и «веке курганов», взято, вероятно, из «Саги о Скьёльдунгах». Обычай сожжения трупов возник в Скандинавии, по-видимому, в XII–XIII вв. до н. э. и постепенно стал общераспространенным. Он сохранялся до христианизации. А трупоположение появилось в Скандинавии во второй половине I тысячелетия до н. э., но стало распространенным только с начала нашей эры, и раньше всего в Дании.

Вернуться

10

Исландия была заселена, как принято считать, в конце IX – начале X в.

Вернуться

11

Ари Торгильссон, родился в 1067 или 1068 г., умер в 1148 г. Сохранилась его «Книга об исландцах, очень краткая история Исландии». Но здесь, по-видимому, речь идет о более ранней и более полной редакции этого произведения, которая не сохранилась.

Вернуться

12

Северным языком назывался язык норвежцев и исландцев.

Вернуться

13

Всеисландский старейшина, избиравшийся сроком на три года, но многие из них избирались по нескольку раз подряд. Обязанностью законоговорителя было знать и помнить законы и возвещать их со Скалы Закона на Полях Тинга.

Вернуться

14

Оно было введено в 999 или 1000 г.

Вернуться

15

Норвежский король Харальд Сигурдарсон, или Харальд Суровый, погиб в 1066 г.

Вернуться

16

Он был убит в 995 г.

Вернуться

17

Речь идет о Нидаросе, т. е. Тронхейме.

Вернуться

18

Ислейв Гицурарсон, первый исландский епископ, умер в 1080 г.

Вернуться

19

Олав Трюггвасон погиб в 1000 г.

Вернуться

20

Олав Святой погиб в 1031 г.

Вернуться

21

Круг Земной – исл. kringla heimsins или heimskringla, откуда обычное название всей книги – «Heimskringla».

Вернуться

22

Части света (в Средние века полагали, что их три – Европа, Азия и Африка).

Вернуться

23

Эней считался предком европейских народов (первоначально римлян).

Вернуться

24

Названия «Скифия» (лат. Scythia, исл. Skitía) и «Швеция» (исл. Svíþjoð) в силу их созвучности отожествлялись, и здесь, как и всюду в данном словосочетании, вместо первого употреблено второе.

Вернуться

25

Осмысление латинского названия Дона (Tanais) как «рукав реки, у которой живут Ваны» (исл. kvísl – «рукав реки», Vana – род. падеж от Vanir – «Ваны»).

Вернуться

26

Дии – одно из названий языческих богов, слово ирландского происхождения.

Вернуться

27

Вероятно, имеются в виду Уральские горы.

Вернуться

28

Гардарики (или: Гарды) – древнескандинавское название Руси. См.: Рыдзевская Е. А. О названии Руси Garðarík // Рыдзевская Е. А. Древняя Русь и Скандинавия в IX–XIV вв. (Материалы и исследования). М., 1978. С. 143–151; Мельникова Е. А. Восточноевропейские топонимы с корнем garð – в древнескандинавской письменности // Скандинавский сборник, XXII. Таллин, 1977. С. 199–209.

Вернуться

29

Остров Одина – исл. Óðinsey (из Óðinsvé – «святилище Одина»). Современное Оденсе, город на острове Фюн.

Вернуться

30

Хлейдр – древняя столица датских конунгов на острове Зеландия, современное Лайре, около Роскиле.

Вернуться

31

Браги Старый – норвежский скальд первой половины IX в. Стихи Браги – древнейшие сохранившиеся скальдические стихи. В строфе, которая здесь приводится, описывается одно из изображений на щите, полученном Браги от конунга Рагнара. Сохранилось 20 строф этого произведения. В них описываются различные сцены из мифологических и героических сказаний, изображенные на щите.

Вернуться

32

Старые Сигтуны – немного к западу от современной Сигтуны в Швеции.

Вернуться

33

Подверженность приступам бешенства было, вероятно, психическим заболеванием, похожим на ликантропию или амок (у малайцев). По-видимому, во время приступа этого заболевания человек делался нечувствительным к боли и верил в то, что он превратился в волка или медведя. Берсерков звали также «волчьи шкуры», а само слово «берсерк» (berserkr) значит «медвежья шкура». Но в сагах берсерк – это также разбойник, который притесняет мирных жителей, вызывая их на поединок и отнимая у них жен и добро.

Вернуться

34

Эта этимология ошибочна. Имена «Один» и «Аудун» никак не связаны.

Вернуться

35

Вальгалла – жилище Одина, палаты павших.

Вернуться

36

По древнеисландскому календарю, один из дней между 11 и 18 октября был началом зимы, один из дней между 9 и 16 января – серединой зимы, а один из дней между 9 и 15 апреля – началом лета.

Вернуться

37

В «Прологе» сказано, что Сэминг был сыном Ингви-Фрейра, а не Одина.

Вернуться

38

Сеятель злата – князь, т. е. Сэминг.

Вернуться

39

…великаншей – Скади.

Вернуться

40

…Диса-лыжница – Скади.

Вернуться

41

…родич Асов – Óдин.

Вернуться

42

Вероятно, Ньёрд велел пометить себя копьем, подобно тому, как это было сделано с Одином.

Вернуться

43

О знаменитом капище в Уппсале Адам Бременский в своем описании Скандинавии, составленном около 1070 г., рассказывает: «В этом храме, который весь разукрашен золотом, народ поклоняется статуям трех богов. Самый могущественный из них, Тор, сидит на своем престоле посредине храма. Водан (т. е. Один) и Фрикко (т. е. Фрейр) сидят по ту и другую сторону от него. Отличительные черты каждого из них: Тор, как говорят, владычествует в воздухе и правит громом и молнией, ветром и дождем, хорошей погодой и урожаем. Другой, Водан, что значит „ярость“, правит войнами и вселяет в людей храбрость перед лицом врагов. Третий, Фрикко, дарует смертным мир и сладострастие. Его идол снабжен поэтому громадным детородным членом. Водана же изображают они в доспехах, как мы – Марса, а Тор со своим скипетром (т. е. молотом) кажется похожим на Юпитера. (…) Около храма есть огромное дерево, широко простирающее свои ветви. Оно вечнозеленое, зимой и летом. Никто не знает, что это за дерево. Там есть также родник, где язычники имеют обыкновение совершать жертвоприношение, топя живого человека. Если он не выныривает, то считается, что желание народа сбудется. Золотая цепь окружает храм, вися на крыше здания, так что идущие к храму издали видят ее блеск. Само же капище стоит на ровном месте, окруженное холмами наподобие театра». (Magistri Adam Bremensis gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum / Ed. B. Schmeidler, 3. Aufl., Hannover, 1917. S. 257–260). О том, в какой мере Адаму можно верить, существуют разные мнения. О языческих храмах в Скандинавии есть капитальная работа: Olsen О. Hov og kirke, København, 1966.

Вернуться

44

Что это такое, объясняется в главе LXXVII «Саги об Олаве Святом».

Вернуться

45

В «Младшей Эдде» так рассказывается о «мире Фроди»: «Скьёльдом звали сына Одина, и отсюда пошли все Скьёльдунги. Он жил и правил в стране, что теперь называется Данией, а тогда звалась Страной Готов. У Скьёльда был сын по имени Фридлейв, правивший после него. Сына Фридлейва звали Фроди. Он наследовал своему отцу в те времена, когда Август кесарь водворил на всей земле мир. Тогда родился Христос. И так как Фроди был самым могущественным конунгом в северных странах, считают, что это он водворил мир во всех землях, где говорят по-датски, и люди на севере называют это „миром Фроди“» (Младшая Эдда. Л., 1970. С. 142).

Вернуться

46

Фрейя (исл. Freyja) этимологически и значит «госпожа», этого же корня нем. Frau и исл. frú – «госпожа».

Вернуться

47

Хносс и Герсими (исл. hnoss и gersimi) и значат «драгоценность» и «сокровище».

Вернуться

48

См. прим. 25.

Вернуться

49

…вождя ратей – князя, т. е. Фьёльнира.

Вернуться

50

…в бухте безбурной бычьих копий – в меду (бычьи копья – питьевые рога).

Вернуться

51

Житель скальный – карлик.

Вернуться

52

Наследником Дусли – Свейгдиром. Кто такой Дусли, неизвестно.

Вернуться

53

Ненавистник света – карлик.

Вернуться

54

Пышных палат племени Мимира – скал (Мимир – великан).

Вернуться

55

…мара – ведьма, душащая спящих.

Вернуться

56

…брату Вили – Óдину.

Вернуться

57

Даятеля злата – князя, т. е. Ванланди.

Вернуться

58

Гисль и Эндур. – Эти имена значат «лыжная палка» (gísl) и «лыжа» (öndurr) соответственно.

Вернуться

59

Мачеха Домальди – это, видимо, первая жена Висбура.

Вернуться

60

Родичем бури – огнем.

Вернуться

61

Татя леса – огонь.

Вернуться

62

Гарм углей – огонь (Гарм – имя мифического пса).

Вернуться

63

Ворога ютов – Домальди. Но о том, что Домальди воевал с ютами, нет сведений.

Вернуться

64

В стихах иногда вместо общепринятых названий страны или народа употребляются их поэтические варианты. Так, «свейский род» – шведы, «Свитьод» – Швеция.

Вернуться

65

Ингви – князь, т. е. Домар.

Вернуться

66

…убийце Хальва – огню. Хальв (герой «Саги о Хальве») был сожжен врагами в доме.

Вернуться

67

Фьёльнира родич – Домар.

Вернуться

68

Локи дочь – Хель.

Вернуться

69

Сестра Волка – Хель.

Вернуться

70

Народа Ингви – шведов.

Вернуться

71

Нарви сестра – Хель.

Вернуться

72

О том, что Дюггви был первым назван конунгом, Снорри ошибочно заключил из того, что это слово впервые встречается в строфе о Дюггви, тогда как Домальди в строфе о его смерти назван в оригинале dróttinn, т. е. словом, употреблявшимся в том же значении, что и konungr.

Вернуться

73

Автор саги понял это слово как название местности, но возможно оно значит просто «побережье».

Вернуться

74

Первое название означает «Стрелковый брод», а второе – «Оружейный брод».

Вернуться

75

В оригинале здесь слово gramr, которое значит и «князь», и «лютый».

Вернуться

76

Здесь: в Швецию.

Вернуться

77

…кол кривой конского корма – вилы (конский корм – сено).

Вернуться

78

Фрости – значит «мороз».

Вернуться

79

Логи – значит «пламя».

Вернуться

80

То есть быть повешенным (супруг Сигню – Хагбард, герой датского сказания, который был повешен Сигаром; конь Хагбарда и конь Сигара – виселица, обруч Хагбарда – петля).

Вернуться

81

…роща злата – женщина.

Вернуться

82

…морскими конунгами – вождями викингов.

Вернуться

83

Старкад Старый – легендарный витязь, о котором рассказывает Саксон Грамматик и многие древнеисландские источники.

Вернуться

84

Халейги – обитатели Халогаланда, области на севере Норвегии.

Вернуться

85

Лошадь Сигара – виселица. См. прим. 60.

Вернуться

86

…скакун высокогрудый – виселица, его льняная узда – петля.

Вернуться

87

Хагбардов обруч бычий – петля. См. прим. 60.

Вернуться

88

Тиундаланд – одна из трех земель (folksland), на которые делился Уппланд. Она состояла из десяти общин, сотен (hund), т. е. окрýг. Отсюда ее название: Tiundaland (Tiu-hunda-land). Но автор саги, видимо, считает, что она названа так в честь десятого сына Ауна. Этимология Снорри фантастическая, как и весь рассказ об Ауне, похожий на сказку или миф.

Вернуться

89

См. Приложения. М. И. Стеблин-Каменский. «Круг Земной» как литературный памятник.

Вернуться

90

Снорри ошибочно понял слово ánasótt – «старческая дряхлость», употребленное в строфе Тьодольва, как «болезнь Ани» и заключил, что Ани – это вариант имени Аун.

Вернуться

91

Из копья турья – из рога.

Вернуться

92

Клинок бычий – рог.

Вернуться

93

См. Приложения. М. И. Стеблин-Каменский. «Круг Земной» как литературный памятник.

Вернуться

94

Лба зубец – рог.

Вернуться

95

…башню духа – грудь.

Вернуться

96

Бровей крепость – голова.

Вернуться

97

Турий нож – рог.

Вернуться

98

Восточные Страны (букв. – «Восточный путь») – страны, лежащие к востоку от Скандинавии. См. Джаксон Т. Н. «Восточный путь» исландских королевских саг // История СССР. 1976. Т. 5. С. 164–170..

Вернуться

99

Вероятно, Оттар часто бывал в Вендиле, жителей которого издавна называли воронами.

Вернуться

100

Хрольв Жердинка – легендарный датский герой, о котором рассказывается в «Младшей Эдде», «Саге о Хрольве Жердинке» и «Саге о Скьёльдунгах».

Вернуться

101

См. Приложения. М. И. Стеблин-Каменский. «Круг Земной» как литературный памятник.

Вернуться

102

Дисы – мифические существа женского пола, вероятно олицетворявшие плодородие. Но в выражении «Капище дисы», возможно, подразумевается Фрейя.

Вернуться

103

См. Приложения. М. И. Стеблин-Каменский. «Круг Земной» как литературный памятник.

Вернуться

104

…мор травы морской склонов – огонь (морская трава склонов – лес).

Вернуться

105

В жаркой ладье — в горящем доме.

Вернуться

106

Рубленый струг – дом.

Вернуться

107

Употребленный Тьодольвом кеннинг «сердце моря» (lagar hjarta) автор саги понял как топоним «У Камня». Но возможно, что «сердце моря» – значит «остров», а не «камень» и что это не зашифровка названия местности.

Вернуться

108

Мужей Сюслы – эстов.

Вернуться

109

Гюмир – морской великан.

Вернуться

110

Фьядрюндаланд – одна из трех земель Уппланда. Она состояла из четырех сотен. Отсюда ее название.

Вернуться

111

В те времена по всей Швеции в каждой области правил свой конунг. – Это сообщение, видимо, понадобилось автору саги для рассказа о том, как Ингьяльд расправился с местными конунгами (гл. XXXVI). Но несомненно, что, в противоположность всему предшествующему рассказу об Инглингах (все время шла речь о единственном правителе в Швеции), местные конунги существовали в Швеции и раньше.

Вернуться

112

Автор саги почему-то заменил этим названием то, которое употребил Тьодольв (Химинфьёлль).

Вернуться

113

Горем Сёрли – камнями (Сёрли и Хамдир – герои «Речей Хамдира», одной из героических песней «Старшей Эдды», – были убиты камнями).

Вернуться

114

…земных костей – камней.

Вернуться

115

Возможно и другое толкование этих стихов: Энунд был убит кем-то незаконнорожденным (своим братом Сигурдом?), который мстил за Хёгни (отца Сигурда?).

Вернуться

116

Ничего об этом не было сказано раньше.

Вернуться

117

Аттундаланд – одна из трех земель Уппланда. Она состояла из восьми сотен. Отсюда ее название.

Вернуться

118

Название произошло не от имени скальда Браги, как можно было бы предположить, а от слова bragr – «лучшее».

Вернуться

119

Ильвинг – член рода шведских конунгов.

Вернуться

120

Дымовержец – огонь.

Вернуться

121

Ворог дома – огонь.

Вернуться

122

Восточная Держава – страны к востоку от Балтийского моря.

Вернуться

123

Эльв – Йёта-Эльв. Но эта река вытекает из озера Венир, а не впадает в него.

Вернуться

124

Неясное место в строфе.

Вернуться

125

…волк стволов – огонь.

Вернуться

126

Хозяйка павших – Хель.

Вернуться

127

То есть третьего (отец и дед Хальвдана тоже умерли от болезни).

Вернуться

128

Трор – Óдин.

Вернуться

129

О гибели его отца рассказывается в гл. XLVIII «Саги об Инглингах».

Вернуться

130

Этот Эйстейн упоминается в гл. XLIX «Саги об Инглингах».

Вернуться

131

Херсир – один из мелких племенных вождей в Норвегии до образования государства.

Вернуться

132

Рагнар Кожаные Штаны – легендарный викинг, о котором сохранилось много сказаний. Спорно, есть ли в них какая-нибудь историческая основа.

Вернуться

133

Об этой саге ничего не известно.

Вернуться

134

Йоль – языческий праздник середины зимы. Этимология этого общегерманского слова (исл. jól) неизвестна. После христианизации этим же словом стало называться рождество.

Вернуться

135

Горм Старый; умер примерно в 940 г.

Вернуться

136

Сон, который приснился Рагнхильд, – бродячий мотив. Аналогичный сон снился, например, согласно Геродоту (I, 108), мидийскому царю Астиагу перед рождением персидского царя Кира Великого. Толкование сна см. в гл. XLII «Саги о Харальде Прекрасноволосом».

Вернуться

137

В Рингерике в Стейне (Stein значит «камень») есть курган, который называется «Курганом Хальвдана».

Вернуться

138

Слово «герцог» (hertogi) употреблено здесь, вероятно, в значении «предводитель войска» (этимологически оно и значит это). Как титул это слово стало употребляться в Норвегии только в XIII в.

Вернуться

139

Эрик Эмундарсон (или Энундарсон), умер в 882 г.

Вернуться

140

Здесь автор саги заставляет язычника Харальда произнести чисто христианскую клятву.

Вернуться

141

Марка – около 215 граммов серебра.

Вернуться

142

Символическое действие. Ср. с. 71.

Вернуться

143

Хорнклови скальд – Торбьёрн Хорнклови, норвежский скальд IX в., упоминаемый как скальд Харальда Прекрасноволосого в ряде источников. От него сохранилось (но не полностью) два произведения: «Речи ворона», или «Песнь о Харальде», и «Глюмдрапа» (см. прим. 7). И то и другое – хвалебные песни в честь Харальда Прекрасноволосого, но первое по стихосложению и стилю похоже на зддические песни, тогда как второе не отличается по стихосложению и стилю от обычных скальдических хвалебных песней. Хорнклови – это хейти (прозвище) ворона и в то же время прозвище скальда Торбьёрна, которое он получил, как предполагается, потому, что был автором «Речей ворона». Строфы, которые приводятся на с. 58, 59, 63, 64, 66 из «Глюмдрапы», а строфы, которые приводятся на с. 63, 65, 66 – из «Речей ворона».

Вернуться

144

Название (Glymdrápa) происходит от слов, которые значат «шум боя» (glymr) и «торжественная хвалебная песнь» (drápa). Сохранилось (не полностью) девять строф этого произведения.

Вернуться

145

…поля стягов – поля битв.

Вернуться

146

…коней бурунов – кораблей.

Вернуться

147

Бёльверк брани – воин (Бёльверк – одно из имен Óдина).

Вернуться

148

Хлюмрекских татей – ирландцев. Хлюмрек – область в Ирландии (современное Лимерик).

Вернуться

149

Змей земли ладейной – корабль (ладейная земля – море).

Вернуться

150

Недруга Нёккви – Харальда Прекрасноволосого.

Вернуться

151

Льдин кольчуги – меча.

Вернуться

152

Гусей ран – стрел.

Вернуться

153

…пляске Скёгуль – битве (Скёгуль – имя одной из валькирий).

Вернуться

154

Посох Хильд – воин (Хильд – имя одной из валькирий, но в то же время слово это значит «битва»).

Вернуться

155

Отпрыск Фрейра – ярл Хакон.

Вернуться

156

…в грозе друга Лодура – битве (друг Лодура – Óдин)

Вернуться

157

…игрищах Фрейра – битвах.

Вернуться

158

…кормилец ворона – Харальд.

Вернуться

159

Шелом рыбы склонов – шлем-страшилище, которого все живое пугалось. Его надел себе на голову, согласно сказанию, дракон Фафнир (рыба склонов – дракон).

Вернуться

160

Ведьм доспехов – секир.

Вернуться

161

Вальской – французской (Валланд – Франция).

Вернуться

162

Утстейн – остров (в Рогаланде), на котором было одно из поместий Харальда Прекрасноволосого.

Вернуться

163

Косматый – прозвище Харальда Прекрасноволосого.

Вернуться

164

Толстошеий – Кьётви. По-видимому, Кьётви – это прозвище (букв. – «мясистый»), которое употреблялось вместо имени.

Вернуться

165

Черепицами Вальгаллы – щитами.

Вернуться

166

См. гл. III.

Вернуться

167

Такой конунг ни в каких других источниках не упоминается.

Вернуться

168

По-видимому, о том, что Харальд прогнал своих жен, автор саги заключил из строфы Торбьёрна Хорнклови, которая приводится ниже. Но эту строфу следует скорее понять так, что, взяв в жены дочь датского конунга, Харальд отверг «дев рогаландских и хёрдских [=из Хёрдаланда], родом, из Хейдмёрка, племени Хельги [=из Халогаланда]», т. е. не захотел жениться на норвежке.

Вернуться

169

Символическое действие того, кто берет ребенка на воспитание, т. е. становится его приемным отцом.

Вернуться

170

…даятель злата – конунг, т. е. Харальд.

Вернуться

171

Скалу тропы ската – остров (тропа скатов – море).

Вернуться

172

Хрольв Пешеход – это, несомненно, то же лицо, что скандинавский викингский вождь Ролло (так его называли во Франции), который в 911 г. получил Нормандию в лен от французского короля и стал родоначальником нормандских герцогов и (когда в 1066 г. нормандский герцог Вильгельм завоевал Англию) английских королей (ср. то, что рассказывается о Хрольве и его потомках на с. 69). Согласно норвежской традиции, он был сыном норвежского ярла Рёгнвальда. Однако датский историк И. Стенструп доказывал, что Ролло был не норвежского, а датского происхождения. Норвежский историк Г. Сторм опровергал доводы Стенструпа. Был ли Ролло норвежского или датского происхождения, продолжает оставаться спорным, как показал шведский историк Л. Вейбулль. О Хрольве Пешеходе есть исландская сага сказочно-романического содержания. Ничего исторического в ней, по-видимому, нет.

Вернуться

173

Родберт Длинный Меч – нормандский герцог Роберт Дьявол, умер в 1035 г. Ηо прозвище «Длинный Меч» было у Вильяльма, сына Ролло, а не у Роберта.

Вернуться

174

Вильяльм Незаконнорожденный – Вильгельм Завоеватель, нормандский герцог, а с 1066 г. английский король, основатель Нормандской династии.

Вернуться

175

Сваси – т. е. финн (Сваси – финское имя).

Вернуться

176

…распре стали – битвы.

Вернуться

177

Символическое действие, ср. с. 56.

Вернуться

178

Согласно исландским анналам, шведский король Эрик Эмундарсон умер в 871 г.

Вернуться

179

В этой строфе Эйнар упрекает своих братьев Хрольва, Хроллауга и Торира в том, что они не выполняют долга мести за убийство их отца, ярла Рёгнвальда.

Вернуться

180

«Кровавый орёл» упоминается в древнескандинавских источниках в некоторых случаях, когда идёт речь о мести за убийство близкого родича, как правило, отца. На данный момент у нас нет доказательств того, что этот вид расправы или ритуального глумления над телом врага существовал именно в физической, а не в мифологической реальности. Упоминание подобных манипуляций с рёбрами на спине, по-видимому, имеет символьную функцию и отмечает ситуации, связанные с осуществлением мести за убийство отца, поскольку убийство этого родича рассматривалось как особо трагичное и требовало непременного и достойного воздаяния. Интересен пример из «Песни о Хельги, сыне Хьёрварда», в котором великанша Хримгерд, в ответ на убийство своего отца, великана Хати, грозит расправой (в этом случае не самому конунгу Хельги, убийце Хати, а его соратнику, который охранял сон конунга). Хримгерд обещает «выпрямить рёбра» воину, если он попадется в ее лапы. Речь, видимо, идет о каком-то подобии «кровавого орла» в исполнении великанши, поскольку «выпрямить рёбра» – значит отделить их от позвоночника и раскрыть в виде «крыльев». – Прим. Э.В. Емельяновой.

Вернуться

181

Эйнар хочет сказать, что месть за убийство ярла Рёгнвальда осуществил он, его четвертый сын.

Вернуться

182

Столп дружин – воин, т. е. Хальвдан Высоконогий.

Вернуться

183

Лебедю побоищ – ворону.

Вернуться

184

Марка золота – около 215 граммов золота.

Вернуться

185

Страна Бьярмов – Бьярмаланд. Бьярмы – это пермь древнерусских источников, т. е. предки народа коми.

Вернуться

186

Рассказ о том, как люди Эйрика нашли Гуннхильд – это, конечно, сказка, как и многое другое, что рассказывается о ней в исландских сагах. В действительности Гуннхильд, жена Эйрика Кровавая Секира, была, как видно из других источников, дочерью датского короля Горма.

Вернуться

187

Норвежские викинги впервые захватили Дублин в 836 г. Конунгом викингов был Торгисль, или Торгест (ирл. Turges). В 845 г. его захватил ирландский король Мельсехлайнн (Maelsechlainn) и утопил в озере.

Вернуться

188

Стезя стругов – море.

Вернуться

189

Этот курган был раскопан в 1917–1918 гг. Оказалось, что в нем никто не был похоронен.

Вернуться

190

Эти песни не сохранились. Но сохранилось несколько строф из драпы, сочиненной этим норвежским скальдом о Хаконе Добром (см. с. 88–89).

Вернуться

191

Сохранилось (не полностью) пять строф этой хвалебной песни. В ней прославляются военные подвиги Харальда и его щедрость по отношению к скальду Гутхорму Синдри. Неясно, почему эта хвалебная песнь называлась «Язвительное Послание» (Sendibítr). О ее авторе (Деве-Скальде Йорунн) ничего не известно.

Вернуться

192

Английский король Этельстан начал править в 925 г.

Вернуться

193

Хаук (Haukr) значит «ястреб». Прозвище «Длинные Чулки» – намек на оперение ястреба.

Вернуться

194

Намек на месть, которая последовала бы за убийством сына Харальда.

Вернуться

195

Гуннхильд (см. о ней также прим. 49) получила это прозвище, когда ее сыновья, уже после смерти Эйрика, ее мужа, стали конунгами.

Вернуться

196

О сне Рагнхильд, матери Харальда Прекрасноволосого, см. в гл. VI «Саги о Хальвдане Черном».

Вернуться

197

Викингские вожди Ивар (Ингвар) и Убби захватили Йорк в 866 г., но он не долго оставался в их руках. В 875–876 гг. викинги под предводительством Хальвдана (брата Ивара и Убби) начали селиться в Нортумбрии. Однако едва ли эти викингские вожди действительно были сыновьями легендарного викингского вождя Рагнара Кожаные Штаны.

Вернуться

198

Король Этельстан умер в 939 г. В древнеанглийских хрониках говорится, что он был королем 14 лет и 10 недель.

Вернуться

199

Английский король Эдмунд (939–946).

Вернуться

200

Сохранилось произведение неизвестного норвежского скальда Х в., которое называется «Речи Эйрика». В нем рассказывается о том, как Эйрика встречают в Вальгалле. Произведение кончается словами Эйрика, который на вопрос легендарного героя Сигмунда «сколько вождей следует за тобой из битвы?» – отвечает: «Пять конунгов. Я назову имена их всех. Я сам – шестой». Но имен в песни нет. Согласно древнеанглийской хронике, Эйрик погиб в 954 г. в битве, преданный неким ярлом Асольвом (который потом был правителем Нортумбрии), и вместе с Эйриком погибли его сын Хинрик и брат Рёгнвальд.

Вернуться

201

То есть Глум Гейрасон, исландский скальд X в. Из его произведений сохранилась (не полностью) драпа о Харальде Серая Шкура, сыне Эйрика Кривая Секира (строфы из этой драпы приводятся на с. 88, 90, 101, 111, 118, 131, 133), одна отдельная строфа (см. с. 109) и отрывок из драпы об Эйрике. Строфа, которая следует ниже, – из этой последней, как предполагается, а не из драпы о сыне Эйрика, так как в этой строфе упоминается викингский поход в Сканей (Сконе, юг Швеции), но, как устанавливается, туда совершал походы в молодости Эйрик, а не его сын Харальд.

Вернуться

202

Скакуна притока – корабля.

Вернуться

203

…Улль шелома – конунг (Улль – бог).

Вернуться

204

…Гауту – Óдину.

Вернуться

205

…друг дружины – конунг.

Вернуться

206

Соколов валькирий – воронов.

Вернуться

207

Фрейр державы – конунг.

Вернуться

208

Вол весла – корабль.

Вернуться

209

В буре жен сражений – в битве (жены сражений – валькирии).

Вернуться

210

…радетель утки браги вражьей – конунг (вражья брага – кровь, утка крови – ворон).

Вернуться

211

Хворью крова Харбарда – меча (Харбард – Óдин, кров Óдина – щит).

Вернуться

212

…рысьей снасти – кораблей.

Вернуться

213

Вяз пляса валькирий – воин, т. е. конунг (пляс валькирий – битва).

Вернуться

214

В сваре дис – в битве.

Вернуться

215

…коней дола ската – корабля (дол ската – море).

Вернуться

216

…даятель злата – конунг.

Вернуться

217

…чадо Онарово – земля (Онар – отец Земли).

Вернуться

218

Друга духа – Трюггви. Имя это значит «верный, надежный».

Вернуться

219

…крушитель крова Свейгдира – конунг (Свейгдир – Óдин, кров Óдина – щит).

Вернуться

220

На стволе поляны акульей – на корабле (акулья поляна – море).

Вернуться

221

Харальд Синезубый правил Данией от ок. 940 г. до ок. 985 г.

Вернуться

222

…вана ссоры стрел – конунга (ссора стрел – битва).

Вернуться

223

Жала ножен – мечи.

Вернуться

224

См. с. 50–51. Эти законы были для юго-восточной Норвегии, а законы Гулатинга и Фростатинга – для северной и средней Норвегии. Все три тинга (они назывались по той местности, где происходили) существовали, несомненно, и до Хакона, и следовательно, существовали и какие-то их законы.

Вернуться

225

Во всех рукописях на месте имени лакуна. Но в отрывке «Как Норвегия была заселена» этот сын конунга Эйстейна назван Энундом.

Вернуться

226

Саурсхауг значит «Курган Саура» (Saurshaugr, современное Sarhougen). Само имя пса (Saurr) значит «грязь». Сказание о царе-собаке представлено также в Абиссинии и у многих других народов (см. Алексеев М. П. Юрий Крижанич и фольклор московской иноземной слободы // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы АН СССР. 1969. Т. 24. С. 299–304).

Вернуться

227

По-видимому, вопреки тому, что говорит Снорри, это прозвище произошло от названия «Ямталанд».

Вернуться

228

Прозвище произошло, по-видимому, от названия Хельсингьяланд.

Вернуться

229

То есть 12 января.

Вернуться

230

См. примеч. 98 к «Саге об Инглингах».

Вернуться

231

Кормак Эгмундарсон – исландский скальд, умер около 968 г. В «Саге о Кормаке», одной из исландских «родовых саг», приводится множество отдельных строф, которые приписываются ему. Сохранилось также несколько строф из его драпы о хладирском ярле Сигурде. В этой драпе заключительная часть четвертой строки каждого хельминга (т. е. четверостишия, или полустрофы) образует самостоятельную фразу мифологического содержания, не имеющую никакого отношения к содержанию самой драпы.

Вернуться

232

Вязам стрел – мужам.

Вернуться

233

Росу бочки – пиво.

Вернуться

234

О том, как погиб великан Тьяцци, рассказывается в «Младшей Эдде», см. также прим. 35.

Вернуться

235

Даятелей света блат – мужей (свет болот – золото).

Вернуться

236

Грам – это меч Сигурда. Он убил этим мечом дракона Фафнира и таким образом стал обладателем золота.

Вернуться

237

См. прим. 9 к «Прологу».

Вернуться