Sia Tony
Система: Искупление. Часть 3

Глава 1

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

No Time to Die – Sybrid, Brittney Bouchard)

Четырьмя днями позднее:

– Сжигая себя, пытаешься согреть других? – нежный шёпот Лиона, раздался откуда-то справа. – Ати, я так скучаю…

Красные ленты обвивали мои ноги, руки и, даже, шею. Потянув за одну из лент, Лион плавно притянул меня к себе. Мучительная скорбь разлилась по моим венам, отзываясь противоречивым желанием раствориться в настоящем моменте. Был ли этот сон моим тайным желанием? Олицетворением правды, которую я скрывала от самой себя?

– Что ты делаешь? – спросила я, пристально разглядывая мужчину, в которого была несчастно влюблена.

– Сколько мне придётся вспоминать тебя? – перенимая мои оковы на себя, ответил мне Лион вопросом на вопрос. – Десятилетия? Века? Даже, если ты меня забудешь, я не смогу этого принять. Неужели, мне просто суждено терять всё, что становится особенно дорого? К чему бы я ни стремился, это лишь продолжит мои страдания?

– Не понимаю, – призналась я, околдованная его голосом, его существом…

– Ты нужна мне…

Лион тоже стал моей мечтой, о существовании которой я должна была забыть. Нуждаясь в нём так отчаянно, так явно, мне больше не было смысла надеяться на счастливый финал. Несмотря на это, на самом деле, я продолжала надеяться, что всё это лишь страшный сон, жестокий неудачный розыгрыш, не более… и мой Лион… никогда не слышал об эксперименте, а я могу любить его, как раньше…

Не помню, как я уснула, но из-за кряхтящих звуков сломанного радио мне захотелось раз и навсегда лишиться слуха.

– Убей меня, – взвыла я, перекрикивая пронизывающую до дрожи мелодию.

– Рано, – с улыбкой ответил Лир.

Я прикрыла уши руками, уткнувшись в его шею.

Настоящее время:

– Это не может быть правдой, – не намереваясь вслух признавать в них богов, сказала я. – Зачем вы только придумали этот бред, – огрызнулась я, выпрямив плечи.

Слёзы продолжали свой ход, смывая с моего лица последние остатки наивности. Моё сердце стало разбитыми обломками надежд, которые с недавних пор казались такими реальными.

Слова Лиона о том, что эксперимент необходим, звучали отголосками холодной логики, пронизывающей всё, что было между нами. Всё это время он был всего лишь актером в этой мрачной пьесе, а я была лишь марионеткой в его холодных руках.

Я уже никогда не смогу увидеть в нём достойного мужчину. Труса? Может быть. Слабака? Вероятно.

Смахнув предательские слёзы, я сделала глубокий вдох, унимая дрожь.

– Бред? – вспыхнул Исиэль, задрав голову. – Конечно, тебе не понять. – Он с облегчением улыбнулся. – Дитя, наслаждайся возможностью быть среди нас. Каждому в мироздании отведена своя роль…

Наши глаза с Исиэлем встретились. Мне стоило прогнуться под весом его безразличия, но почему-то я просто не могла смириться со своим предназначением. Признав свою ничтожность, мне стоило бежать, в испуге опустив голову, но что-то во мне не позволило поддаться этому порыву. Решимость, восставшая из пепла, подарила силы пойти против их нечеловечных убеждений.

Человек передо мной был проклятьем. А я была никем в его глазах. Но на самом деле я всё ещё была на кое-что способна!

– Каждому в мироздании отведена своя роль…, – почти неслышно повторила я его слова.

Исиэль посмотрел на меня, будто я произнесла что-то абсурдное. Мне было не понять его эмоций, мыслей и намерений. К радости, мне это было и не нужно. Взяв себя в руки, я сдерживалась чтобы не выпалить всё, что чесало нёбо. Развернувшись на каблуках, я покинула террасу, виляя бёдрами.

Шагая в неизвестном направлении, я металась между желанием забиться в угол и плакать и намерением ворваться на этот мерзкий праздник и разгромить там всё, что попадётся под руку.

– Ты в порядке? – нерешительно спросил Лир, следуя за мной.

– Нет, – честно ответила я. – Хочу уйти.

Мысли путались, эмоции лавиной обрушали столпы моих понятий, ярость выжигала какую-то важную часть моей личности. Не в силах осознать общее положение дел, я могла лишь тонуть в омуте собственных предположений.

Даже эти великолепные интерьеры теперь казались частью моего разрушенного мира. Воображение безжалостно пускало трещины по полу и стенам, сбивая декор со стен и вырывая с корнем провода. Не в силах игнорировать желание кричать, я мечтала собственными руками с чем-нибудь расправиться. Не зная милосердия, злость пожирала меня изнутри. Опустошение и безрассудство вели собственную битву, обрекая меня стать свидетельницей испепеления моей души.

Проходя мимо глупо-счастливых участниц, которые потерянно блуждали по малоизвестным маршрутам, я поняла, как мы на самом деле выглядели со стороны.

– Нам направо, – подсказал Лир, указывая на выход.

Не знаю скольких сил мне стоило держать лицо, во время того, как все мои мышцы сводило судорогами. Увидев собственное отражение, я вздрогнула от отвращения, намереваясь побыстрее избавиться от этого платья.

– Я сожгу его…, – прошипела я.

– Кого? – настороженно уточнил Лир.

– Платье, – ответила я, оказавшись на свежем воздухе.

Оно стало олицетворением надругательства над моей наивностью. Стремясь к свободе, я решила, что первым пунктом будет избавление от этого проклятого символа разочарования и предательства.

– Уже уходишь, Альби? – Раздался голос Райана, из-за чего моё лицо нешуточно скривилось.

Если я позволю себе остановиться и взглянуть на него, все мои эмоции с силой метеора, свергнутого с небес, обрушатся на него. Ускорив шаг, я уходила прочь из этого места, где, казалось, даже воздух был пропитан тщеславием и лживой добротой.

Райан встал передо мной, и его глаза испытующе пристально взглянули на меня.

Да помогут мне все святые, не наброситься на него с кулаками. Почему он всегда становится частью моих самых ужасных воспоминаний об этом месте?

– Уйди с дороги, – грубо сказала я.

– Такая горячая, – ответил он, облизнув губы.

Ненависть клубилась вокруг меня, словно электрические разряды. Я почувствовала, что ещё мгновение, и я не смогу сдержать свою ярость. Я была не в состоянии распознать шутку, угрозу или намёк в его голосе, поэтому восприняла его слова буквально.

– Твои фантазии – не моя проблема, – громче обычного воскликнула я. – Отстань от меня! – перешла я на крик.

– Атанасия, пойдём. С дороги, – сказал Лир Райану, прежде чем обойти меня.

– Что у вас здесь происходит? – Услышала я голос, который болью пронзил мою грудь.

– Не сейчас, – добавил Лир, поднимая меня на руки.

Забыв, как дышать, я ухватилась за него, не в силах бороться с онемевшим телом в одиночку. Задыхаясь от растерянности и злости, я вгрызла зубы в нижнюю губу, стараясь сдержать рвущиеся наружу слёзы.

– Что случилось? – Голос Лиона звучал издалека.

– Лир…, – начала я, но голос замер в горле.

Он крепче обнял меня, быстрыми шагами направляясь к автогену. Забравшись внутрь, я поняла, что мы сорвались с места. Я чувствовала себя потерянной, запертой в непроницаемо-чёрной комнате без света.

– Почему ты ничего мне не рассказал, Лир…? – наконец-то вымолвила я, безвольно принимая его прикосновения.

– Стоило мне рассказать, я бы получил вот такую подопечную. – Он поднял к себе моё заплаканное лицо. – А мне нужна была перспективная участница. Да и вдобавок, я мало, что знаю об эксперименте. Всё, что озвучил Исиэль для меня тоже стало открытием. – Он прочистил горло. – Не ожидал подобного. Хотя, всё это очень даже в стиле советников Системы.

Смесь боли, обмана и ярости заставляли меня колебаться между потребностью забыться и жаждой ответов.

– Что же теперь делать… – Я тяжело вздохнула, прикрыв лицо руками.

– Не думаю, что с этим можно что-то сделать, – задумчиво ответил Лир. – Такой масштабный проект не мог быть утверждён лишь советниками Кристаллхельма. Сколько советников Верума поддерживают эксперимент ЗЕМЛЯ, – вслух произнёс Лир, прежде чем ему ответил голос Системы.

– Пять тысяч девятьсот тринадцать советников поддерживают эксперимент ЗЕМЛЯ. Шестьдесят девять процентов от общего числа советников Верума.

Нежный голос Системы звучал как грозовой раскат.

– Пять тысяч девятьсот тринадцать… – прошептала я, словно пытаясь осмыслить цифры, которые звучали как приговор. Моя семья, как и люди, в глазах которых ежедневно я видела боль тягот их повседневности, скорбь по умершим, безумие от голода и холода… Мы все были пленниками собственной судьбы. Чувство бессилия становилось всё более угнетающим. – Несправедливо! Вот бы нам всем поменяться местами, – прокряхтела я. – Всех советников спустить на Землю, и поглядеть…

– А это хорошая идея! – Лир аж подпрыгнул, удивив меня. – Конечно, про советников речи не идёт, но вот правилами проекта не запрещено устроить холостяку свидание на Земле! – рассмеявшись, добавил он.

– Ты шутишь, Лир? – Казалось, я была близка к обмороку. – Что ты имеешь ввиду?

– На днях будет интервью для победительниц второго испытания, где каждая из участниц должна будет представить подготовленную идею свидания для выбранного холостяка, – заговорщески тараторил он. – Ты представь их лица, если озвучишь локацией для свидания Землю!

Я залилась адским смехом, всецело отдаваясь истерике овладевшей моим телом. Я содрогалась, со слезами на глазах веселясь предложенной идее Лира, поддерживая его эйфорию.

– О, Лир, ты сошел с ума! – воскликнула я, едва успокаиваясь после очередного взрыва смеха.

Лир ухмыльнулся, словно предвкушая развитие событий.

– А что? Вспомни, как Аурелион глупо озирался по сторонам, попав в твоё воображение на втором испытании. А что было бы на самом деле? – не унимался Лир.

– На самом деле…, – загипнотизировано повторила я.

***

Я не ожидала оказаться перед советом Кристаллхельма так скоро.

– Мы поддерживаем идею экскурсии на территорию ЗЕМЛЯ, – гордо подытожила одна из советников Системы. – Перспективность воочию убедиться в важности эксперимента – честь для каждого советника…

Последние два дня прошли как в тумане. Мне пришлось собирать себя по кусочкам, вдыхая новую жизнь в своё, казалось, мёртвое тело. Выяснилось, что Лир в первый же день убедил Зои и Шерара сохранять молчание, чтобы не сбивать мой настрой. А также, я убедилась, что каждое слово Исиэля о Земле было правдой.

Мучаясь от ломоты в теле из-за повышенной температуры и слабости, я старалась держаться уверенно перед кучкой с недавних пор мерзких нелюдей. Какого было моё удивление, что драгоценному холостяку действительно позволили покинуть божью гавань. Не думала, что плану Лира суждено сбыться.

– Отец, но там ведь ад! – истошно вопил Райан, которого намеревались отправить с нами. – Почему я тоже должен рисковать собой? Ради чего? – не унимался испуганный верумианец.

Ни о каком индивидуальном свидании речи не шло. Воспользовавшись удобной возможностью, Исиэль хотел убить двух зайцев одним выстрелом: доказать старшему сыну важность делегирования куда подальше социальных и климатических катастров, а младшему, судя по всему, внушить страх перед вероятностью ссылки, как он выразился, в ад.

– Всё в порядке? – прошептал Лир из-за моей спины.

– Да, – сухо ответила я, не в силах даже натянуто улыбнуться.

Аурелион молча стоял перед советом, покорно и без лишних вопросов принимая свою участь. Думаю, когда при мне советники назвали Землю экспериментом, а я никак не реагировала на это, он осознал, что произошло. Сын своего отца понял, что я узнала весь его великий план, а теперь была намерена погрузить его в свой мир. Он ведь так сочувствовал болезни моего отца, нашей тяжёлой жизни и что там ещё… И у меня была возможность окунуть его так глубоко, чтобы он на все четыреста лет запомнил какого это играть в бога.

Мои эмоции мало кого волновали в этом поднебесном зале советников Системы. Я была лишь сошкой, незначительной пылью, единицей в массивах их статистики, достойная лишь визуальной оценки и незначительной доли жалости.

– Прошу тебя отец, – кряхтел Райан, рухнув на колени в мольбе к совету. – Не отправляй меня туда.

Мне было тошно смотреть на это.

Взгляд Аурелиона встретился с моим, из-за в сознании прогремел гром, заряжая меня силой. Даже в этой непроницаемой тьме, я нашла свой свет. Единственное, чему удавалось держать мои глаза открытыми – месть. Новая цель стала моей путеводной звездой. За эти дни, моя душа пережила несколько перерождений, в конечном итоге сосредоточившись лишь на одном. Я должна была наказать их за всё, что переживали люди на Земле.

– Всё уже решено, – беспрекословно кинул один из советников, прежде чем отпустить нас.

– Ты! Это всё ты виновата, – кричал через весь зал Райан. – Откажись от этого грёбанного свидания! Ты! Ст… – подавился он.

Я обернулась на Лира.

– Ты не боишься? – уточнила я, медленно направившись прочь.

– Думаю, моя повседневность не сильно отличалась от твоей, а вот… – Он многозначительно посмотрел на Райна, усмехнувшись. – Золотым мальчикам будет посложнее.

– В любом случае, ты не был обязан следовать за мной… но, спасибо, что будешь рядом, – решила я быть честной. – Я успела привыкнуть к твоей силе за моей спиной.

– Я ведь обещал. – Лир пожал плечами.

Конечно, я злилась на него за то, что он не рассказал мне правды, но по сравнению с Аурелионом, Лир никогда не скрывал своих истинных намерений на мой счёт. И я могла понять почему он решил умолчать об этой трагедии, а вот к чему стремился Аурелион, скрывая правду? Что бы я сюда не подставляла в качестве ответа, всё звучало просто ужасно. Я не простила Лира, но могла понять. Тогда как для Аурелиона у меня не было оправданий. Даже его мерзкий брат был честнее со мной, не намереваясь мириться с тайной нашего происхождения.

– Ати…, – Услышала я голос, иметь дело с которым всё ещё не была готова.

Обернувшись, я сунула руки в карманы куртки, чтобы скрыть дрожь, и расставила широко ноги, чтобы удержать равновесие.

Его лицо, взгляд…

Мой немой крик раздался эхом, отражаясь в моих мёртвых глазах.

Я снова была на грани…

– Я хотел увидеть тебя, но твой сопровождающий не пускал меня к тебе, – сухо сказал он, в естественной манере для человеческого обличия.

Мне нечего было ему ответить. Эти два дня его желанию увидеть меня мешала убедительная фигура Лира, по моей же просьбе.

Я лишь продолжала молча смотреть на мужчину, который успел стать моей мечтой…

Он сделал шаг ко мне, а я сделала шаг от него.

Мне не хватало злости, чтобы отказаться от желания расплакаться и броситься ему в объятья. От этого, я чувствовала себя только хуже.

– Давай поговорим наедине, – настойчиво сказал Аурелион. – Ты чувствуешь, правда? – тихо произнес он, не получив моего ответа. – Ту связь, что соединяет нас. Не отвергай меня…, – с ноткой боли в голосе произнёс он слова своего недавнего признания.

На протяжении двух дней, помимо прочего, Лир убеждал меня в целесообразности держать свои эмоции при себе, не позволив Аурелиону узнать моих истинных чувств. Так было бы куда проще манипулировать им, без угрозы вылета с проекта.

Проект… Я так и не поняла о каком сближении двух планет шла речь, когда одна из них была полигоном второй. Шерар рассказал, что среди представителей элиты Верума есть целое движение, выступающее за прекращение экспериментов на Земле, поэтому он предположил, что наш проект – большее, на что согласились советники Системы, для демонстрации лояльности ко всем либеральным движениям населения.

Разорвав своё сердце пополам, я развернулась и направилась прочь.

Всё это не имело значения.

Глава 2

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Time – slowme, Hans Zimmer)

– Ати, но что теперь? – нежно спросила Зои, расчёсывая мои волосы перед сном.

Ей было стыдно, когда я несколько дней назад вернулась домой разбитая правдой, но понемногу её забота и внимательность, избавили меня от нехороших предположений на её счёт. К моему удивлению, ни Зои, ни Шерар, ни Лир не испытывали ко мне жалости или неприязни. Всё это время эти люди были искренними по отношению ко мне.

Я вздохнула, радуясь возможности забыть о своей ничтожности, находясь в этом доме.

– Не знаю, Зои. Не знаю…, – прошептала я.

С первого дня на Веруме я избегала чувств, металась, бегала, гадала…

Время замедлилось, а фигура Аурелиона чёткими контурами появилась перед глазами. Мне было так жаль, что между нами всё было кончено… это было так больно…

Поддаваясь странным порывам сорваться к нему, я сдерживала себя неоспоримыми фактами: Аурелион беспрекословно поддерживал важность истязаний невинных во имя благополучия более совершенных и важных людей. Намереваясь меня оставить при себе, он знал, что я никогда не смогла бы стать полноправным членом их общества, являясь подопытной крыской. Обещая придумать способ, как позаботиться о моих родителях, он лишь закрывал мне глаза на правду, намереваясь дальше пудрить мозги. Его желание построить отношения лишь бы с кем из участниц с Земли, в угоду своей тайне, оказалось реализовано со мной по воле моей же наивности. Его великолепный образ заботливого и внимательного представителя совета, был лишь ширмой его трусости. Если он поддерживал ужасы, ниспосланные советом Верума на Землю, ни о какой любви к людям и речи идти не могло. Он лишь покорно приносил пользу святой Системе, переживая лишь о себе самом.

Я не должна была больше ему сопереживать. Все его рассказы о прошлом, настоящем и будущем, казались мне теперь неважными. Я не могла ему больше доверять. В угоду себе любимому он мог скрывать что угодно, трясясь над своим благополучием. Я не могла позволить себе любить его. Аурелион был моей сказкой, моей несбыточной мечтой… а теперь, он был лишь сыном советника Системы, который вот-вот окунётся в трагедии Земли по горло. Уж я об этом позабочусь.

Слёзы скатывались по моим щекам, отказываясь признавать моё неминуемое поражение…

***

– Заткнись, – рявкнул Лир.

– Не нужно, – прошептала я, прикоснувшись к его предплечью.

– Ати, тебе нехорошо? – учтиво поинтересовался Аурелион.

– Ей лучше всех, брат! – Райан поправил ремни, пересекающие его униформу. – Она то летит домой, – рявкнул он.

На всех троих красовалась униформа мутантов, что, кажется, должно было смутить Аурелиона и совершенно точно оскорбляло Райана.

С первыми лучами солнца, мы вчетвером красовались на высокой платформе небольшого аэродрома. Будь я в хорошем расположении духа, смогла бы с восторгом осмотреть открывающийся перед нами вид на красоты Кристаллхельма.

Я убрала волосы с лица, когда ветер нежно напомнил мне о том, что земля под нашими ногами не несла ответственности за решения живущих на ней людей. Сделав глубокий вздох, я попыталась сфокусироваться на себе, не желая ввязываться в назревающий конфликт.

Я не могла поверить глазам, когда вдалеке увидела серебряный диск.

– Да вы издеваетесь…, – прошептала я, прищурившись.

– Это планеген, – сказал Лир, указав на огромный автоген, напоминающий летающую тарелку.

– Ну конечно. – Я принялась массировать виски.

Моя сестра описалась бы от счастья, узнай она о существовании НЛО, к числу которых, казалось, суждено примкнуть и мне. Несмотря на недавно овладевшее мной уныние, я смело расхохоталась, всё лучше рассматривая металлический блестящий корпус планегена, как назвал его Лир.

– Дети мои, – гордо провозгласила появившаяся голограмма Исиэля. – Пусть это станет важной ступенью на пути к великим целям Верума…

– Что смешного? – перекрикивая монолог отца, рявкнул Райан, удивляясь моему неожиданному веселью.

Даже не удостоив его взглядом, я прошла сквозь надменно-величественную голограмму навстречу исследованию волнующего меня открытия. Тот факт, что летающие тарелки не были выдумкой сумасшедших – просто взрывало мне мозг! Пристыковавшись к нашей платформе, части корпуса планегена разъехались в стороны, приглашая нас пройти внутрь.

Оглянувшись, я опомнилась, что было бы неплохо пропустить первыми на борт детей богов. Лир встал за мной, скрестив руки на груди. Дослушав обращение отца, мужчины послушно последовали его указу. Следуя за ними, я ахнула, увидев внутреннее пространство эпицентра городских легенд. Райан продолжал что-то бубнить, сразу взявшись пристёгиваться к какой-то вертикальной стойке, будто нам что-то угрожало.

– А сколько нам лететь? – уточнила я, обратившись с Лиру.

Оказавшись на небольшом помосте, я была удивлена прозрачности частей корпуса перед нами и отсутствию видимой опоры под ногами. Впечатление невесомости добавляло таинственности этому удивительному месту. Металлическая отделка и хромированные детали блестели, пуская солнечных зайчиков. Казалось, многие предметы, перегородки и, даже, стены переливались словно мыльные пузыри. Я попробовала дотянуться до стекла перед собой, но не почувствовав пальцами прохладу – одёрнула руку. Почему-то мне было сложно сориентироваться в окружающем меня пространстве.

– Пару часов, – выдал он, что-то разглядывая на появившихся в центре голограммах.

– Но как?! – воскликнула я, блуждая взглядом по разнообразию панелей управления, которые будто таяли в воздухе.

Неужели, весь этот рассказ о другой планете тоже вымысел? Что на этот раз? Теория плоской земли? Верум на самом деле Атлантида?

– Телепорт, – спокойно сказал Аурелион, подперев металлический поручень рядом со мной.

– Такой есть и на Земле? – нехотя уточнила я, искоса взглянув на него.

– Конечно, – добавил он, бесстрастным голосом.

Непрошенное любопытство заставило впервые заговорить с ним, вызвав предательские мурашки.

Я взглянула на остальных, и меня охватило волнение. Мысль о том, что через несколько часов я окажусь дома, заставила сердце биться быстрее. Все сомнения и волнения уступили место чувству восхищения и предвкушения.

– Ты довольна, Альби? – зловеще прокряхтел Райан, наблюдая за мной.

– Вам понравится. – Я сдержала язвительную улыбку. – Проведу вас по моим любимым местам, – притворно-дружелюбно сказала я.

– Прошу вас не доставлять мне лишних проблем, – обратился Лир к Аурелиону и Райану. – Покинув планеген я не ручаюсь за вашу безопасность. – Он поднял руки. – Каждый сам по себе. А также напоминаю, что любые правила и законы Системы на Земле не имеют силы, – он многозначительно посмотрел на собравшихся. – Атанасия, подойди ко мне. Я пристегну тебя.

Быстро обойдя Аурелиона, я направилась к Лиру.

Я пыталась понять геометрию этого корабля, но каждый шаг казался каким-то непривычным, словно я находилась в изгибающейся реальности.

Металлический кликер несколько раз подтвердил, что я была безопасно пристёгнута.

– Спасибо, – пробормотала я, не в силах унять волнение перед взлётом. – Придётся стоять так несколько часов? – намекая на неудобную позу, уточнила я.

– Расстегнёшься, когда почувствуешься себя уверенно, – ответил Лир, поправив чуть задравшиеся штанины и рукава моего костюма. – Пока придётся потерпеть. – Он закинул мои волосы за плечи и снова проверил ремни безопасности.

Аурелион разместился напротив, загородив собой красивый вид на внешний мир, где пейзаж Кристаллхельма, казалось, тянулся до самого горизонта. Мне было сложно делать вид, что я вовсе не замечаю его сфокусированный на мне взгляд. Мысли путались, сбивая мой решительный настрой отомстить этим зазнавшимся детишкам за нашу боль и страдания.

– Нам нужно поговорить, – одними губами, произнёс он.

Я отвела взгляд, не намереваясь уступать ему.

Мне должно было быть неинтересно, что он придумает на этот раз. Думаю, после возвращения на Верум, он сконцентрируется на завоевании другой участницы… так как поймёт, что со мной ему не по пути.

Когда Лир занял оставшееся место, планеген плавно взмыл в воздух, и я поняла зачем нужны были крепления. По мере полёта, диаметр летающей тарелки перемещался вокруг нас, сбивая с толку вестибулярный аппарат. Лишь твёрдая поверхность под ногами позволяла ориентироваться в пространстве. Не успела я избавиться от ощущения ускользающей от меня реальности, как Лир отстегнулся и, как ни в чём не бывало, прошёл к голограммам. Занятный управлением кораблем, он выглядел как профессионал, полностью сосредоточенный на своих обязанностях.

С каждой секундой наш путь становился всё более захватывающим и загадочным. Улицы города мелькали настолько быстро, что казались размытыми единообразными пятнами. Головокружения отступили лишь тогда, когда перед нами открылся невероятный вид на бескрайние просторы льда и снега, окружённых высокими горами.

Райан сделал тяжёлый вздох, обречённо рассматривая незнакомый пейзаж. Я тоже не знала где мы, но Лир выглядел удовлетворённым.

– Атанасия, мы не сможем остановиться прямо в городе. Есть идеи? – Он воодушевлённо обернулся на меня.

– Вас не будут встречать официальные лица Ясора? – уточнила я.

– Их в любом случае оповестят о нашем прибытии, – ответил Аурелион, отвоёвывая моё внимание у Лира.

– Не говорите, что нам понадобится поле для посадки…, – обречённо сказала я.

– Откуда знаешь? – искренне удивился Лир, заставив меня рассмеяться.

– Не могу поверить! – прыснула я.

Планеген стал двигаться более стабильно, благодаря чему я смогла расслабиться, перестав впиваться пальцами в ремни безопасности.

– Прошли несколько сотен километров к югу от полюса, – озвучил Лир. – Нам ведь нужен Аковам? – уточнил он, продолжая настраивать системы корабля.

– Да.

– Когда сможешь уверенно стоять на ногах, тебе нужно будет указать мне на подходящее место посадки, – предупредил меня Лир.

– Конечно, – привыкая к иллюзии отсутствия опоры под ногами, ответила я.

Я не могла определиться с нашим местонахождением, из-за незнакомых рельефов и невероятной высоты полёта. Верум остался позади? Получается, мы уже воспользовались телепортом? Мы двигались так быстро, пролетая над пышными облаками, голубыми океанами и неизвестными мне континентами. Так вот как верумианцы путешествуют между мирами…

Когда я совсем забыла о том, где нахожусь и, что происходит на самом деле, Аурелион отстегнулся и уверенной походкой направился ко мне.

Это была ловушка.

Бесповоротное поражение.

Смехотворная неудача!

Намереваясь сбежать, я понятия не имела как, во-первых, отстегнуть ремни безопасности, а, во-вторых, устоять на ногах. Комок в горле всё ещё напоминал о себе, при перемещении диска планегена вокруг корабля.

– Нам нужно поговорить, – убедительно сказал Аурелион, вцепившись одной рукой в мою опору.

– И о чём же? – не подымая глаз, спросила я.

– О том, что ты узнала. О том, как ты это узнала. И о том, что всё это значит, – спокойно объяснил он.

– Мне и так всё понятно, – отрезала я, не намереваясь разбираться с последующей бессмыслицей. Моя ненависть и злость таяли, когда он был так близко. Я чувствовала, что придаю саму себя, когда позволяю ему говорить со мной.

– Тебе ничего не понятно, – передразнил он.

Я лишь уставилась в его грудь, стараясь не оказывать ему слишком много чести.

Лир убеждал меня всю дорогу к аэродрому вести себя с Аурелионом приветливо, чтобы сыграть на контрастах, предстоящих ему зрелищ. Но я не могла. Не должна была. Попав на Верум, я пообещала себе быть свободной, честной, искренней. Груз ответственности за жизни всех на Земле с силой давил на меня, намекая держаться строго, жёстко и, даже, злобно.

Я напомнила себе, что мужчина передо мной – заботился лишь о своём благополучии, по-видимому, намереваясь переубедить меня в сделанных мною выводах. Для успешного финала проекта, я всё ещё была нужна ему. Я всё ещё была его перспективой стать хвалебным советником, которых я успела возненавидеть всем сердцем.

– Брат! Это всё ты виноват, – осознавая действительность, крикнул Райан. – Она не дура! Если бы ты был честен с ней с самого начала, ничего этого бы не произошло, – закрыв лицо руками, завывал он.

В какой-то момент мне даже стало жалко Райана. Его страх перед ожидающей его жизнью на Земле, кажется, уже был осязаем. Не думала, что этот горделивый мужчина будет ползать перед советом на коленях, умоляя пощадить его. Смирившиеся с нашим путешествием Лир и Аурелион выглядели на его фоне психами, готовыми умереть уже сегодня. Райан явно не разделял спокойствия брата и энтузиазма Лира.

Я подняла взгляд на Аурелиона.

Он молчал, а его глаза оставались холодными и пронизывающими.

– Всё пошло не так, как ты задумал, Аурелион? – язвительно бросила я.

Не знаю сколько шагов назад я сделала в своём к нему отношении, вернувшись к прежней манере общения. У меня было стойкое ощущение дежавю. Я была готова взять все свои слова назад, снова назвав его странным. Мы сейчас стояли друг перед другом, прям как тогда, после первого испытания в лесу.

Незнакомцы…

Землянка и верумианец…

Люди, судьбам которых, не суждено было переплестись…

Это была ложь. Но я должна была поверить в неё, стерев из памяти все доказательства своей наивности.

– Ати…, – шёпотом вымолвил Аурелион, прежде чем взяться за мои крепления.

Несмотря на всё, я не боялась его. Чтобы он не намеревался сделать, я была готова принять это, признав долей своего наказания за слепую веру в чудо.

Аурелион подхватил меня на руки, быстро разделавшись со всеми застёжками. Лир глянул на меня через плечо, но увидев, как я демонстративно закатила глаза, вернулся к своим обязанностям. Отдавшись течению, я намеревалась просеять всё сказанное Аурелионом через сито скептицизма и неверия.

Оказавшись в небольшой каюте на нижней палубе, он бережно поставил меня на ноги перед собой. Стоило проходу за его спиной закрыться, меня пронзили мощные волны сковывающего ужаса.

– Не прикасайся ко мне, – преодолевая боль в горле, строго заявила я, намереваясь больше никогда не давать ему прямой доступ к моим чувствам.

Я чуть отшатнулась, когда он рухнул передо мной на колени.

– Прости меня, что не рассказал тебе обо всём. Прости меня, Ати…, – молил он, слепо глядя прямо перед собой. Его пустой взгляд, пропитанный глубокой тоской, казался отражением моей собственной душевной боли. Мгновение стало вечностью, и в моём сердце разверзлась бездна страданий, над которой я больше не властвовала. – Я боялся потерять тебя, – Он умолял не только о прощении, но и о том, чтобы я поняла, что его решение молчать было тенью возможности быть со мной. – Я хотел рассказать, но не так… – Его слова проникали в самое сердце, раскалывая его на крошечные части. – А теперь…

– Ты поддерживаешь истязания невинных, – признавая безвозвратно утраченное к нему доверие, перебила его я. Его плечи поникли пуще прежнего, а руки безвольно покоились на бёдрах ладонями вверх. – Я слышала ваш разговор с отцом. Освободи нас от этого притворства, – не поддаваясь мраку его ауры, сказала я.

– Прошу…, – шептал он, по-прежнему сидя передо мной, сокрушенный и беззащитный, словно ожидая приговора. – Не отказывайся от меня. Я не знаю, что мне делать, Ати… Пожалуйста… Ненависть и презрение в твоих глазах убивают меня…

В моем сердце звучало эхо разбившегося мира… Я была вынуждена признать, что мы принадлежали разным мирам. Что бы он ни говорил, чему бы я ни поверила, всё это не имело никакого значения. Всё что мне было дорого, всё что казалось ценным и важным, теперь, было ничем. Я не имела права поддаваться глупым чувствам, позволяя себе влюбиться в такого человека. Все на этом борту были чужими мне людьми, которые беспокоились лишь о себе. И, наверное, это нормально. Наверное, и я должна была в первую очередь думать о своём будущем, не поддаваясь уговорам верумианцев делать вид, будто ничего не произошло.

– Я не верю тебе, Аурелион, – сказала я, с трудом подавляя слёзы. – И я тоже не знаю, что ты теперь можешь сделать…, – добавила я.

Взяв себя в руки, я обошла его, и передо мной отворилась дверь.

Неуверенно балансируя при каждом шаге, я вернулась к Лиру. Когда я бессильно упёрлась лбом в его спину, тихие слёзы предательски хлынули наружу, высвобождая всю накопившуюся боль.

Глава 3

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Where It All Begins – Portals)

Смахнув непрошенные слёзы, я показала Лиру подходящее место для посадки на карте.

Так как в моём секторе Аковама не было места природе, придётся довольствоваться крышей заброшенного здания у самой окраины. Беда была в том, что у нас просто не было шансов пройти по улицам незамеченными. Во-первых, мы слишком легко одеты для жёсткого климата нынешнего времени года. Во-вторых, трое верумианцев, ростом превышающих два метра и обладающих такими внушительными фигурами, явно будут выделяться среди среднестатистических горожан…

Я помассировала виски, стоило мне представить реакции прохожих.

Отвлекаясь на эти размышления, мне с трудом удавалось переносить тяжесть в желудке из-за захлёстывающих меня эмоций. Казалось, моей злости было недостаточно, чтобы стойко справиться с чувствами, которые вызывал во мне тот, кого здесь сейчас не было.

– А какой у вас план? – уточнила я, ненамеренно тяжело вздохнув. – Кажется, я прослушала эту часть.

Я только сейчас поняла, что взгляд Лира был сосредоточен на мне.

– Именно ты устраиваешь свидание холостяку проекта, поэтому тебе и решать, – сочувствующе улыбнувшись, ответил он.

Райан, отстегнувшись от опоры, сполз на пол, уставившись перед собой. Он попробовал активировать Систему над рукой, но голограммы так и не появились. Его тяжёлый вздох был пропитан обречённостью. Мы оба были очень расстроены, но по очень разным причинам.

– Мы будем слишком выделяться, – подметила я. – И нам нужна тёплая одежда.

– Так позаботься о нас, Альби, – грозно проворчал Райан. – Верум тебя принял с радушием и заботой, так будь добра, ответить тем же.

Кажется, он снова переключил свой гнев с брата на меня.

Я смахнула волосы с плеча.

– К сожалению, Ясор не готов принимать кого бы то ни было с радушием. Но, будем надеяться, твой папочка приостановит на этот день свои эксперименты, и не пустит по улицам Аковама ядовитые пары или радиоактивный дождь.

Я пожала плечами, отыгрываясь на нём в ответ.

Полтора часа пролетели, словно в тумане. Ненамеренно погружаясь в свои мысли, я не могла отделаться от желания показать вернувшемуся к нам Аурелиону глубину своей печали. Мне было невероятно важно продемонстрировать, насколько другой я могу быть. Я хотела, чтобы он понял, что я могу быть равнодушной, и насколько ценным было то, что он потерял. Всем своим видом я транслировала разочарованность и пренебрежение. Вступая в перепалки с Райаном, я продолжала вести себя дерзко и, даже, грубо. Теперь, когда за ним внимательно следил Лир, мне было нестрашно высказать всё, что я думаю.

В какой-то момент, я почувствовала, что, на самом деле, запуталась в своих чувствах. Думаю, со стороны моё поведение казалось странным и немного диким. Но я даже хотела, чтобы они во мне увидели ту самую жительницу Земли, которая не заслуживала шанса на лучшую жизнь. Они смеялись над нами, издевались, а я, в свою очередь, должна была продолжать строить из себя мисс-элегантность?

Но, если честно, во мне не было сил. Бороться, доказывать, защищать. Все мои слова и движения были пронизаны безысходностью. И я очень боялась, что это видно со стороны. Разве Райан, с которым я спорила, был виноват в существовании эксперимента? Конечно, нет. Но его вспыльчивость и заносчивость сейчас задевали меня за живое, поэтому я просто не могла игнорировать его.

– Хватит, брат, – прервал Аурелион очередной выпад Райана.

– Мы уже близко, – громко заявил Лир. – Атанасия, подойти ко мне.

Не сводя глаз с пыхтящего Райана, я подошла к Лиру. Схватившись за один из ремней на его форме, я будто присваивала силу моего сопровождающего себе.

Вид из планегена представлял собой чёрно-серую муть, напоминающую облака. Прорезая небо, я увидела знакомые черты родного города, которые никогда бы ни с чем не перепутала. Была поздняя ночь, из-за чего с трудом удавалось рассмотреть помпезные административные здания и разваливающиеся жилые кварталы.

Вид любимых улиц теперь был пронизан несправедливой болью невинных людей. Всё, что мне казалось понятным и родным, отныне, нужно было рассматривать под другим углом. Кого стоило винить в такой тяжелой повседневности? Кто нёс ответственность за наш образ жизни? Сопереживая всем нуждающимся, больным и измученным, я чувствовала, как меня покидали последние силы. О какой ненависти и мести я думала, когда на самом деле, я была такой же слабой и беззащитной, как и все те, кто сейчас мирно спал в своих постелях.

Не справляясь с тревогой, непрошенные слёзы снова дали о себе знать.

– Дальше, ведёшь ты, – сказал Лир.

Совершив посадку, планеген перешёл в режим энергосбережения, приглушив свет и замерев на месте.

Я уже знала, где принцам процветающей планеты придётся провести эту ночь. Взяв себя в руки, я пообещала себе за кратчайшие сроки показать им всё, что они должны были запомнить навсегда. Некогда было плакать и жалеть себя. Только заставив их ощутить всё на своей шкуре, я могла добиться чего-то большего. Лир был прав, когда сказал, что я должна быть более лояльна к Аурелиону. Если, намереваясь вымолить моё прощение, он будет готов сделать хоть что-то, значит у меня всё ещё был шанс изменить жизнь на Земле к лучшему. Я буду задыхаться от боли, изнемогать от несчастья, но сделаю всё, что в моих силах…

Части корпуса планегена разъехались в стороны.

Ухватившись за новую надежду, я сделала шаг в объятья привычного мороза. Щёки тут же пронзили миллионы игл, невероятный холод пробрал всё тело, ловко пробираясь сквозь одежду.

Я была дома.

– Брат, Система не отвечает, – съёжившись из-за ветра, тараторил Райан. – И как мы вызовем планеген, если вдруг что-то случится?

– Никак, – подтвердил Лир, встав за моей спиной.

Аурелион скучающим взглядом смотрел на пропадающее из виду доказательство нашего прибытия на Землю.

Планеген стал полностью прозрачным.

Пусть здание, на крыше которого мы приземлились, и было заброшенным, я узнала об этом из сводок новостей, когда рассказывали о сгоревшем цехе недалеко от центра временного размещения. Несмотря на то, что Лир проверил место посадки на прочность технологиями корабля, я всё равно нервничала. Здание было старым, да ещё и пострадало от пожара…

С грохотом сбив ногой замок с громоздких металлических дверей, ведущих на крышу, Лир улыбнулся нам, радуясь полной безнаказанности.

– А мне здесь нравится, – добавил он, прежде чем распахнуть дверь, а затем быстро захлопнуть её.

– Что там? – сделав шаг назад, спросил Райан сдавленным голосом.

Лир со вздохом развернулся.

– Трупы.

– Трупы?! – Голос Райана сорвался. – Нет. Всё. Я останусь здесь. Идите куда хотите.

– Видимо, люди пытались выбежать на крышу, спасаясь от огня…, – тихо предположила я. – Говорили, этот пожар унёс много жизней.

Я знала, что такое может ожидать нас… но надеялась, что людей, всё же, похоронили. Видимо, нет.

Шёл снег, облепляя наши лица и одежду.

Райан попятился назад, обняв себя руками.

Аурелион схватил брата за ремень его униформы.

– Успокойся, – строго сказал он.

– Нам придётся пройти здесь. Сканирование показало, что лестница цела и является единственным спуском с крыши.

Я решила, что должна пояснять подобные моменты вслух, чтобы верумианцам было понятно, почему всё именно так.

– Тушить пожары – слишком дорого. В Яросе не осталось техники, благодаря которой раньше справлялись с огнём. Даже если речь идёт об объекте государственной важности, оно так же, как и обычное здание, сгорит дотла, – говорила я так, чтобы бедственность положения землян была им предельно ясна. – Причина возгорания не имеет значения. Спасать невинных некому. Из-за отсутствия техники, службы по спасению были расформированы ещё до моего рождения. Мало того, я знаю о их существовании лишь потому, что училась в государственной академии. То, что я рассказала вам – государственная тайна, о которой обычным гражданам знать не следует.

– Почему? – недоумевал Райан.

– Если пожар приравнен к стихийному бедствию, некого винить в бездействии.

– Жестоко, – подытожил Лир.

– Добро пожаловать в Ясор, – печально улыбнувшись, сказала я.

– Значит это нормально? – Не унимался Райан.

– В каком-то смысле…

Впервые я наблюдала на красивом лице Райана глубокие тёмные круги под глазами. Он ещё и шага не сделал в реальную жизнь, а уже был готов упасть в обморок.

– Брат, ты слышишь! Я не хочу. Я отказываюсь идти дальше.

– Ладно, вперёд, – объявил Лир, прежде чем подхватить меня на руки. – Всего пять этажей. Совет из практики: лучше задержать дыхание.

Отказавшись от вдохов и выдохов, я закрыла замерзающими ладонями уши, не собираясь и секунды придаваться омерзительным звукам последствия пожара. Уткнувшись в шершавую ткань формы Лира, я лишь ждала… ждала, когда мороз снова восторжествует над нами.

Не знаю, сколько усилий пришлось приложить Аурелиону чтобы затащить Райана в тёмное узкое пространство, пропитанное смертью, но я не сомневалась в решительности старшего брата узнать о моём мире как можно больше. Всё, что он увидит здесь – пригодится ему в принятии важных решений в будущем. Каждый шаг на Земле был для него честью, предвещающим уважение со стороны советников. Смогу ли я доказать ему безжалостность эксперимента? Земной Эксперимент Мироздания и Локальных Явлений не имел права на существование, чем бы все эти советники не оправдывались…

– Вот и всё, – сказал Лир, опуская мои ноги в снег.

Сделав глубокий вздох, я осмотрелась.

Райан умывался снегом, придерживаясь одной рукой о стену здания. Оказавшись самым впечатлительным из верумианцев, он тяжелее всех перенёс спуск, украсив сугроб содержимым своего желудка.

Я усмехнулась, взглянув на бесстрастного Аурелиона.

О чём же он сейчас думал? Что чувствовал на самом деле? Совсем недавно, мне казалось, я начала понимать его, видеть его эмоции сквозь эту маску спокойствия, но теперь… я была не уверена в том, кто стоит передо мной.

Оглядев моих спутников в антураже Аковама, я пришла к выводу, что из-за униформы, они выглядели, как некоторые из служителей правопорядка. С одной стороны, нам это было на руку, но с другой – это могло принести дополнительных проблем.

Послышались странные крики. На плохо освещённой улице, было сложно понять откуда шёл звук.

– Нам нужно идти, – спешно сказал я, накинув капюшон.

Радуясь куртке, я засунула руки в карманы так глубоко, насколько это было возможно. Подпирая основания зданий, я вела мужчин по незнакомым закоулкам. По новостям упоминали, что недалеко от сгоревшего цеха был центр временного размещения. Нам нужно было его найти. Блуждать по ночам было крайне небезопасно.

– И куда мы? – возбуждённо спросил Лир.

Кажется, несмотря на увиденное, его энтузиазм к изучению Земли лишь возрос.

– Мы плохо одеты, поэтому замёрзнем раньше, чем сможем добраться до моего дома, – заглядывая за угол, сказала я. – Денег у нас нет, верно? – Остановившись, я оглянулась на мужчин. Все трое отрицательно покачали головой. – Денег у нас нет. А это значит, единственный вариант дождаться утра – центр временного размещения.

Я резко остановилась, увидев в конце переулка группу мужчин, из-за чего в мою спину влетел Лир. Не удержавшись на ногах, я вскрикнула, когда он схватил меня, удерживая от падения в снег. Комендантский час была давно позади, а значит приличной группу этих незнакомцев было назвать нельзя.

– Просто идите за мной, – сказал Лир, встав передо мной.

Оказавшись между тремя верумианцами, я опустила глаза, чтобы не привлекать к себе внимания. Наши шаги были быстрыми и бесшумными, словно мы пытались спрятаться от самой ночи. Несмотря на наше откровенное намерение не встревать в неприятности, несколько мужчин перегородили нам дорогу.

– Служи, потерялись? Нужна помощь? – со смешком, спросил один из них.

– Кого ведёте? – уточнил другой, пытаясь ко мне присмотреться. – Времечко то позднее… только трое служей… и сколько за неё дают?

Видимо, он принял меня за преступницу, за голову которой дадут вознаграждение.

– Альби, – в ярости прошипел Райан, опустившись к моему плечу, – если мы умрём в этом грязном переулке…

Он не успел договорить, уставившись на брата. Аурелион обошёл нас и встал рядом с Лиром. Моё сердце предательски пропустило удар. На улицах Аковама подобные группы мужчин, зачастую, были вооружены. Нуждающиеся, по воле судьбы, были вынуждены изощряться в способах нелегального заработка, чтобы прокормить себя и свои семьи. И если способности Лира могли позволить ему выйти из этой перепалки невредимым, то на счёт безопасности Аурелиона… я была не уверена.

Глава 4

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Fading Memories – HOYO-MiX)

– Мы не ищем проблем, – сухо сказал Аурелион.

– Или ищем? – Лир обернулся, взглянув на меня.

Я в спешке отрицательно покачала головой, прежде чем он мог бы взяться за дело. Да, избив этих мужчин, он не получил бы наказания, но это не значит, что применять физическую силу – единственное решение.

– Оставьте их в покое, – сказал кто-то из группы. Повстречавшаяся нам компания властвовала над этим переулком не первый день. Это можно было понять по скомпонованному хламу в иллюзии удобств. Чтобы не мёрзнуть, сидя на промёрзших мусорных баках, эти мужчины соорудили что-то вроде тента, натянув его над своими импровизированными владениями. – Уж больно здоровые, – намекая на телосложения моих спутников, добавил говорящий.

– Ну и что с того? Кажись, они безоружны, – ответили ему.

– Служи без оружия! – Рассмеялся кто-то перед нами. – Это что-то новенькое.

– Продадим их на мясо, а девку оставим себе.

Лир громко рассмеялся, наслаждаясь происходящим.

– На мясо… – прошептал Райан. – Это он о чём…

– Ходят слухи, что голодающие справляются со своими базовыми потребностями по-разному… но это… лишь слухи, – неуверенно объяснила я.

Аурелион сделал шаг вперёд, расталкивая в стороны мужчин перед собой.

Сбитые с толку смехом Лира и наглостью Аурелиона мужчины, расступились позабыв о своих угрозах.

– Потрясающе, Атанасия! – искренне радовался Лир. – Мы точно не ищем проблем? – с надеждой в голосе, прокряхтел он, всё посматривая на мужчин.

– Мы не ищем проблем. Прошу тебя, – сказала я, проходя мимо него вслед за Аурелионом.

Оставив странную компанию позади, мы быстро зашагали вперёд. Напряжение в воздухе оставалось ощутимым.

– Чему ты так радуешься, Лириадор?! – прибывая в глубоком шоке, уточнил Райан.

– Разве ты не чувствуешь свободу? – удивлённо спросил Лир.

– Свободу? У тебя всё в порядке с головой?

Мне не нужно было смотреть на выражение лица Райана, чтобы почувствовать степень его недоумения. Заметив небольшой стенд с правилами по ту сторону дороги, я обрадовалась возможности завершить блуждания по тёмным улицам Аковама. Переступив через большие сугробы, укрывающие от глаз горы мусора перед входом, я зашла внутрь.

– А эти что здесь делают…, – недовольно закряхтела старая женщина, сидящая у самого входа.

Игнорируя её, я убедилась в необходимости как можно скорее переодеть моих спутников. Аурелион обошёл меня, внимательно осматриваясь.

– Нам сюда, – указала я на арку, ведущую в подобие лавки товаров.

На секунду наши взгляды с Аурелионом встретились, и мне показалось, что я заметила в его глазах скорбь. И если Лира и Райана можно было понять без дополнительных расспросов, мысли и чувства Аурелиона оставались для меня загадкой.

– Мы закрыты, – тут же выдал мужчина за прилавком.

Переступая через пустые бутылки и какие-то мокрые тряпки, я направилась прямиком к нему. Несмотря на то, что это место было магазином, выглядело всё так, будто мы вторглись в его дом. Кажется, этот немолодой беззубый мужчина жил здесь, не на секунду не покидая пост.

– Предлагаю обмен, – уверенно сказала я, рассматривая пластмассовые коробы за его спиной.

Продавец уставился на меня, сглотнув. Заподозрив в трёх мужчинах за моей спиной служителей правопорядка, он всем своим видом демонстрировал нежелание с нами связываться. Сотрудничество с представителями государства считалось позором, стукачеством, самым последним делом для любого жителя Ясора. Все знали, что ни к чему хорошему такое сотрудничество привести не могло. К сожалению, по большей части, он был прав.

– Слушаю, – неестественно улыбнувшись, сказал он, что-то нащупывая под прилавком.

– Такого тебе ещё никто никогда не предлагал, – заинтриговала его я, заставив прищуриться. – Три комплекта униформы служителей правопорядка. Обменяю на обычную одежду под стать погоде.

– Новинок у нас нет, только лохмотья. – Глаза торговца блеснули.

Никто из служителей правопорядка в своём уме не стал бы лишаться своей униформы. Во-первых, в этом не было смысла, так как при необходимости, у них и так была обычная одежда. Во-вторых, если бы это всё же произошло, последовало жёсткое наказание за нарушение регламента. Мужчина напротив знал, что я предлагаю ему обзавестись исключительным товаром, что вынуждало его согласиться на сотрудничество с представителями власти в нашем лице.

– Раздевайтесь, – обернувшись к верумианцам, сказала я.

– Это шутка? – с омерзением разглядывая магазин больше похожий на заброшенный плохо-освещённый склад, спросил Райан.

Лир первым принялся расстёгивать жёсткие пряжки на униформе, не подвергая моё решение сомнению. Как только мужчина за прилавком увидел пронизывающие тело Лира глубокие шрамы, он ахнул и привстал.

– Верь мне, это не шутка. – Я взглянула на Райана, чувствуя его недовольство. – Нам нужно это сделать.

Посмотрев на брата, он медленно кивнул, сжимая челюсти. Пусть этот стриптиз и был абсурдным, он был нашим шансом слиться с обычными горожанами. Когда Лир, оставшийся лишь в чёрных боксерах и высоких сапогах, кинул свою униформу на прилавок, продавец тут же вцепился в неё, пристально рассматривая. Просияв, он оглядел раздевающихся мужчин и бросился в подсобное помещение.

– Вас назвали служами, обратили внимание? – я решила пояснить мужчинам происходящее. – Из-за формы, в вас видят служителей правопорядка. И если на Веруме представители Системы в почёте, в Аковаме – всё совсем иначе. Вы вызываете слишком много подозрений и привлекаете лишнее внимание.

– Безумие, – пробубнил Райан. – Это просто бред.

В отличие от недовольного брата, Аурелион выглядел привычно спокойным. Раздеваясь в этом странном месте, он выглядел так, будто в этом не было ничего необычного.

– А ты в хорошей форме, – подметил Лир атлетичное строение тела Аурелиона. – Не знал, что представителей совета принуждают к тренировкам.

Никогда не думала о том, что мне представится возможность сравнить этих мужчин. Мощная фигура Лира была изрезана памятью о глубоких ранах, что придавало его образу невероятной воинственности и бесстрашия. Несмотря на это, массивные рельефы Аурелиона выглядели не менее внушительно. Благодаря человеческому обличию, мне впервые удалось рассмотреть вены на его руках и ряд русых волос, спускающихся от пупка к линии бёдер.

Я отвела взгляд, стоило продавцу вернуться за прилавок. Он вывалил целую кучу вещей самых разных размеров.

– Забирайте только то, что вам подойдёт, – прибывая в прекрасном настроении, почти пропел он.

Мужчины принялись разбирать вещи.

– Потрясающе. – Веселился Лир, рассматривая порванные штаны.

Я не могла без улыбки смотреть на Райана, который, казалось, не мог преодолеть рвотные позывы, притрагиваясь к чужим старым вещам. Растягивая их перед собой, он не мог принять тот факт, что ему придётся облачиться в подобное. Несмотря на то, что он был на пару лет младше брата и Лира, его фигура тоже могла похвастаться грациозной атлетичностью и изысканностью рельефов. Все люди Верума были идеально сложены, что было неудивительно.

– Почему всё такое старое? – неожиданно для меня, поинтересовался Аурелион. – Подобному место на переработке.

Я ухмыльнулась, наслаждаясь его наивностью.

– Не стоит грубить, служ, – оскорблённо выдал мужчина за прилавком. – Это лучшее, что у меня есть. Обмен достойный. – Он гордо поднял заросший седой бородкой подбородок.

Когда мои верумианцы были готовы, мы вышли в коридор. Центр временного размещения представлял собой полуподвальное помещение, в котором бесплатно мог переночевать любой нуждающийся.

– У нас нет производств, – пояснила я, отвечая на вопрос Аурелиона. – Из-за отсутствия возможности профессионального обслуживания оборудования, оно выходит из строя и навсегда превращается в многотонный мусор. На сегодняшний день, в Ясоре остался только ручной труд, который не в силах обеспечить население страны всем необходимым.

Обходя небольшие группы людей, я хотела провести верумианцев в основной зал, который должен был хорошенько их впечатлить.

– Недели не хватит смыть с себя эту грязь, – подытожил Райан.

– Что на счёт еды? – видимо, проголодавшись, спросил Лир.

– К утру откроется пункт безвозмездного общепита, – ответила я, продолжая поиски нужного мне помещения.

– Не найдётся мелочи? – Перегородила нам дорогу девушка лет пятнадцати. Её грязные волосы и чёрные ногти прямо говорили о нищете, в которой ей приходилось существовать.

Я указала на Аурелиона, не отрывая от неё сочувствующего взгляда.

– Вся власть у него, – сказала я.

Девушка вцепилась в его одежду.

– Моя бабушка умирает… – Она указала на старуху, безжизненно подпирающую стену грязного коридора. – Помогите копеечкой. На еду.

Зная о том, как Аурелион тщательно подходит к любой просьбе своих прихожан, мне было жизненно необходимо увидеть в его отношении чёткую грань, разделяющую верумианцев от землян, не заслуживающих достойной жизни.

Пока Райан с ужасом смотрел в сторону неподвижной женщины, Лир обошёл меня чтобы отгородить от направляющихся в нашу сторону мужчин. Пьяницы, не предавая развернувшейся сцене прошения милостыни никакого значения, спотыкаясь и смеясь, прошли мимо.

Думаю, эта девчушка выживала только благодаря сочувствую чужих людей, и заметив сомнения Аурелиона, она была настроена получить хоть что-то.

Я развернулась и зашагала вперёд, оставляя Аурелиона наедине со своими понятиями и ценностями. Райан поспешил за нами, не намереваясь брать на себя ответственность за развернувшуюся сцену.

Почувствовав отголоски знакомой ауры, я ненамеренно обернулась. Аурелион склонился над старушкой, о чём-то разговаривая с попрошайкой. Стоило бабушке сделать глубокий вздох и прокашляться, девушка бросилась в её объятья. Как ни в чём не бывало Аурелион поднялся и направился к нам. Видимо, воспользовавшись своим даром, он исцелил умирающую от тяжёлого недуга женщину. Пусть, кардинально это ничего не меняло, но глубоко внутри, я была рада, что он всё же не смог остаться равнодушным к этим несчастным людям.

Завернув за угол, мы спустились по ступенькам, следуя указателям и вошли в большой холл.

– Только не говори, что мы останемся здесь, – обречённо прошептал Райан, рассматривая бесчисленные ряды трёхуровневых кроватей.

В плохо освещенном помещении без окон, стоял неприятный гул из голосов, кашля и храпа. А запах какой стоял впечатляющий. Даже мне стало не по себе.

– Мы переночуем именно здесь, – пояснила я, прежде чем направиться на поиски свободных коек.

– Да в островной тюрьме условия лучше, – пыхтел Райан, держась стены по правую сторону от нас.

– Сомневаюсь. – Пожал плечами Лир, переступая через развалившегося на полу пьяного бородатого мужчину.

Непрекращающийся детский плач резал уши, намекая на нарушение одного из правил центра временного размещения. Детям здесь было не место. Оставшись без дома, их было положено отдавать в сиротские дома до лучших времён. Несмотря на это, никто из присутствующих не намеревался выдворять несчастных матерей на мороз или сдавать их служителям правопорядка. Любой человек мог оказаться на их месте, поэтому все относились к нежеланию расставаться с детьми с пониманием и сочувствием. Несмотря на тяжёлые условия жизни, наше общество не утратило человечности, что не могло оставить меня равнодушной.

Увидев совсем молоденькую девчушку с плачущим свёртком на руках… я остановилась.

Если судить по лицу молодой мамы, на котором не было ни морщинки, я предположила, что девушка была не старше двадцати лет. Моё сердце обливалось кровью, наблюдая глубокую скорбь в её глазах. Зная себя, я всегда старалась держаться подальше от таких мест… Находясь среди таких людей, моя душа погибала, безвозвратно омрачаясь чужими тяготами и страданиями.

Девушка, тихо что-то шепча своему чаду, сидела на одной из коек. Казалось, из имущества у неё с собой был лишь небольшой истрепанный рюкзак и вязанка. Мне было больно смотреть на это. Я не смогла пройти мимо и подошла к ней.

– Меня зовут Атанасия. Я из социальной защиты населения Аковама, – перекрикивая плач ребёнка, сказала я. – Вы знаете о том, что молодым мамам, оставшимся без жилья, положена материальная помощь?

– Нет… мы только недавно…, – она запнулась.

Позабыв о спутниках, я объяснила девушке, как встать на учёт и получить положенную ей помощь. Рассказывая о вариантах решения её жизненной ситуации, я сделала особый акцент на социальной программе, позволяющей волонтёрить в сиротских домах, где может содержаться её ребёнок. Пусть это и предполагало частичное расставание, зато её малыш содержался бы в тепле и сытости…

С тяжёлым сердцем, я попрощалась и направилась дальше. Все кровати были заняты обездоленными, больными и нуждающимися людьми, которым не куда было идти.

– Что с ней будет? – тихо спросил Райан, удивив меня ноткой сочувствия в голосе.

– Не знаю…, – честно ответила я. – Всем не помочь…

Быстро прошмыгнув мимо мужчин, между которыми разгоралась ссора, я продолжала искать глазами свободные койки. В самой глубине большого помещения, я заметила ряд свободных постелей.

– Думаю, так быть не должно, – указав на кровавые пятна, сказал Лир.

– Кровь несёт в себе самые тяжёлые заболевания, – серьёзно сказала я. Райан сглотнул. Лир распахнул глаза. Аурелион сделал шаг назад. – Будьте бдительны, – предупредила я.

Пройдя ещё немного вглубь, мы, наконец, нашли пригодные дня отдыха кровати. Ни подушек, ни одеял здесь не было. Только голые матрасы, поверх которых нужно ложиться в верхней одежде, чтобы не замёрзнуть. От холодных стен отражались звуки ругани, кашля и храпа.

– Нам нужно дождаться утра, поэтому располагайтесь, – сказала я. – С собой у нас ничего нет, а значит красть у нас нечего. Для разбоя среди присутствующих есть куда более соблазнительные варианты.

Райан, по привычке, попытался вызвать Систему, взглянув на руку. Тяжело вздохнув, он принялся вбираться на второй ярус, внимательно разглядывая всё, к чему предстояло прикоснуться. Аурелион разместился под койкой брата, с трудом уместившись в длину. Он развернулся на бок, чтобы удобнее подогнуть ноги. Лир также расселся на первом ярусе, на соседней койке.

– Всё это напоминает мне времена учёбы в военном центре трансформария, – сказал он.

– Значит мутанты для жителей Верума такое же отребье, как люди на Земле. – Я подмигнула ему, не намереваясь обидеть. – Никогда прежде я не оставалась в центре временного размещения надолго, поэтому не знаю, что здесь может произойти.

– Если ты устала, можешь поспать. – Лир расстегнул куртку, приглашая меня рухнуть к нему в объятья.

Я улыбнулась ему, прежде чем встать на металлическую раму кровати Аурелиона. Удерживаясь за решетки второго яруса, я осмотрела Райана. Он медленно повернул голову, чтобы взглянуть на меня.

– Альби, твоя жизнь – полный отстой, – тихо сказал он.

– Я знаю, – так же тихо ответила я. – На самом деле, я хотела сказать тебе… что поначалу так злилась на тебя, но… в общем, мне жаль. Ты к этому всему не имеешь никакого отношения, а вынужден…

– Я тоже ошибался в тебе, – перебил меня Райан. – Но не думай, что мы теперь друзья.

– Никогда, – с улыбкой ответила я, и спрыгнула на пол.

Сняв куртку, я повесила её на хлипкий крючок между кроватями. Под пристальным взглядом Аурелиона, я аккуратно забралась на руки к Лиру. Когда он укутал меня в свой плащ, словно в одеяло, я устало прильнула к его тёплой груди.

Как бы мне хотелось, чтобы всё было иначе…

– В семь утра по громкоговорителю зазвучит гимн Ясора, – предупредила я Лира.

– Я тебя понял.

Глава 5

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Ultraviolet – Freya Ridings)

Не помню, как я уснула, но из-за кряхтящих звуков сломанного радио мне захотелось раз и навсегда лишиться слуха.

– Убей меня, – взвыла я, перекрикивая пронизывающую до дрожи мелодию.

– Рано, – с улыбкой ответил Лир.

Я прикрыла уши руками, уткнувшись в его шею.

Минуты спустя, когда гимн прекратился, я продолжила бороться с желанием прикрыть глаза ещё на немного. Отругав себя за бесхребетность, я подняла на Лира слипающиеся глаза.

– Прекрасно выглядишь, – подметил он, растрепав мои волосы.

– Нам нужно идти, – тихо сказала я, оглянувшись на братьев.

К моему удивлению, Аурелион подпирал стену напротив своей койки, прикрыв глаза. Я заподозрила, что он так и не смог расслабиться на столь маленькой для него кровати. А вот Райан смотрел на меня такими же заспанными глазами, великолепно имитируя собой моё отражение в зеркале.

Нехотя выбравшись из тёплых объятий Лира, я накинула куртку и размяла затёкшую поясницу.

– Что на счёт завтрака? – бодрее нужного, спросила я, намеренно придавая интонации приятное предвкушение.

***

– Мы умрём на этой планете, брат, – в отчаянии прошептал Райан, поставив выданную ему тарелку с похлёбкой на общий стол.

Я улыбнулась, зачерпнув ложкой бедную на ингредиенты тёплую воду, представляющую из себя подобие супа.

– А вы откуда, ребятки? – спросил давно не мытый мужчина средних лет, который решил присоединиться к нашей неприветливой компании, присев по левую руку от Аурелиона. – Не видел вас раньше.

– Они недавно на улице, – дружелюбно ответила я. – Ещё не свыклись с такой жизнью. А вы тут всех знаете?

– Сочувствую, – ответил мужчина, после чего откусил кусок чёрствой булки, выданной к супу. – Не то чтобы… просто, уже больше года ищу своего сына. Вот и стараюсь вглядываться в лица тех, кто остаётся в ЦВР. Память хорошая, – улыбнулся он.

– Ваш сын сбежал из дома? – аккуратно уточнила я, не в силах проигнорировать его беду.

– Его забрали… служи, – прошептал он. – Но я надеюсь, что он смог спастись. Просто не может вернуться домой.

– Но за что? – понизила я голос в ответ.

– Кто-то из соседей донёс на него. Мол, он торгует чем-то из подполы, что было полным бредом, – рассказал мужчина. – И за ним тут же пришли…, в наказание остальным.

– Сочувствую. – Мои плечи поникли.

Я не знала, чем ему помочь и что предложить… У меня не было возможности узнать имена тех, кого за этот год наказали за нелояльность к законам Ясора. Этот мужчина блуждал в неведении по подобным местам, не в силах поверить в худший исход.

Райан отодвинул от себя тарелку, уперев локти о стол. Сложив пальцы в замок, он опустил лицо поверх них, подытожив:

– Я хочу домой.

– Брат, – начал Аурелион, – ты должен прекратить. Слушать и смотреть – меньшее, что мы можем сделать, – тоже не притронувшись к своей порции, отрезал он.

– Это всё твоя вина, – прошипел в ответ Райан, хлопнув ладонью по столу.

– Не пугайте народ, – прервал их Лир, пристально уставившись на сидящих напротив братьев.

Осмотревшись, я приветливо улыбнулась пялившейся на нас группе женщин. Махнув им, я была намерена уверить их, что не стоит ждать серьёзной потасовки, которая могла последовать за перепалкой этих громадных мужчин.

– Ладно, вставайте, – сказала я, застёгивая куртку. – Желаю вам найти сына, – с сочувствием добавила я, печально улыбнувшись мужчине напротив.

Трое верумианцев послушно следовали за мной, окидывая взглядами центр временного размещения в последний раз. Снег захрустел под нашими ботинками, когда, обходя людей, мы направились в путь. Не имея и малейшего понятия, где нахожусь, я намеревалась, блуждая по улицам, отыскать спуск в метро. Оказавшись перед картой станций Аковама, я бы без труда сориентировалась.

– Что это там такое? – остановил меня Лир, указав на соседнюю улицу, которая виднелась через узкий проход между домами.

Присмотревшись… я поняла, что это…

– Прилюдная порка неверных. Самосуд, – пояснила я.

– Мы можем просто пройти мимо? – устало спросил Райан.

Не будь я в отчаянии, конечно, нам не стоило бы ввязываться в подобные действа, но, оглянувшись на Аурелиона, я разозлилась, заметив, что, в отличии от брата и Лира, он отводил взгляд от объекта наших обсуждений. Он был тем, кто был просто обязан смотреть на подобное, широко при этом раскрыв глаза.

– К сожалению, мы здесь не для того, чтобы проходить мимо, – сдерживая скорбь и ярость, ответила я.

Взяв Райана под руку, мне пришлось приложить усилия, чтобы сдвинуть его с места. Подавшись мне, он тяжело вздохнул и сделал шаг в сторону кричащей толпы.

Лир, осмотревшись, ринулся вперёд, обгоняя нас, чтобы в восторге раствориться среди возбуждённых людей.

Когда мы вышли из переулка, я специально встала так, чтобы Аурелиону, который почти подпирал мою спину, было видно, что творилось в центре массового скопления.

Люди скандировали:

– Позор! Позор ему! Бей его! Сжечь!

Отпустив Райана, я повернулась к Аурелиону.

– Не отводи глаза, – почти вежливо попросила я, имея ввиду именно то, что сказала. Вопли ужаса и боли обнажённого мужчины раскатом грома проносились меж домов. Я хотела, чтобы Аурелион увидел до какого состояния может докатиться общество, которое лишено даже базовых удобств. – Измываясь над несчастным, которому просто не повезло быть выброшенным из повозки служителей правопорядка на растерзание толпе, люди вымещают на нём весь свой страх и боль. Не в силах позаботиться о себе и о своей семье, люди ищут виноватых, ищут ответственных за ту тяжёлую жизнь, которую им приходится жить. В ненависти к себе и к окружающим, любой человек может стать мишенью, издевательство над которым одобрено государством. Чтобы остудить пыл толпы, порой, в точности, как и сейчас, служители правопорядка подыскивают жертву среди осуждённых и позволяют народу вершить его судьбу.

– О нет! Гириким, нет! – взвизгнула какая-то девушка, из-за чего я обернулась.

Прикрыв рот рукой и ухватившись за Райана, я наблюдала, как хрупкая девушка бросилась на защиту к лежавшему в снегу мужчине, на котором почти не осталось целых мест.

– Она с ним заодно! – Бросилась к ней женщина, схватив за волосы и оттягивая от избитого.

– Он ничего не сделал! Прошу! – взмолилась девушка. – Брат, пожалуйста! Вставай!

– Позор! Предательница! Сжечь! – продолжала скандировать толпа.

В немом ужасе, я забыла, как дышать.

– О нет…, – выдавила я из себя, зная, что на наших глазах теперь убьют уже двоих…

В этот момент, никакие доказательства чего бы то ни было уже не имели для меня никакого значения. Расталкивая толпящихся, я принялась пробираться вглубь, под пронзительные крики девушки, которая изо всех сил рвалась к уже недвижимому телу…

– Что ты делаешь? – строго спросил Аурелион, оттянув меня назад. Его пальцы больно сдавливали кожу моего запястья.

– Отпусти, – серьёзно, как никогда раньше, сказала я, глядя ему прямо в глаза.

Не пожалев ярости, я вырвала руку из его хватки и направилась прямиком к кровавому представлению.

– Прошу прекратить, – крикнула я, чтобы все обратили на меня внимание. Когда люди удивлённо обернулись, я продолжила: – Я из социальной защиты населения Аковама. Бедняжка больна, – произнесла я, указав на девушку, которая захлёбывалась в собственной крови и слезах. – Не в своём уме. Не стоит издеваться над инвалидами, – уверено и с долей презрения в голосе добавила я, отодвигая нападавшего от наивной девушки. Самым безрассудным решением было защищать того, кого отдали на растерзание разъярённой толпе.

– Это шутка? – рассмеялся мужчина, кулаки которого были перепачканы кровью лежащего мужчины в снегу. – Она с ними! Мразь!

– Меня уволят! – изо всех крикнула я. – Не обрекайте меня на это, – взывала я к сочувствию толпы. – Не доведу её до процедур и мне конец! – унимая дрожь в коленях, кричала я.

– Отойдите от девочки! – крикнула какая-то женщина за спиной замахнувшегося мужчины, защищая меня.

– Да вы с ума сошли! – вопил кто-то.

В тени непонятной потасовки, я схватила рыдающую девушку, и потащила прочь из толпы. Нам перегородили путь, толкнув обратно в центр. Я упала в снег и мои штаны тут же промокли. Вокруг начало твориться какое-то безумие. Люди дрались и нападали друг на друга, исходясь ругательствами, которых я раньше никогда не слышала. Мне в волосы вцепилась какая-то старуха, а девушка, которую я была намерена спасти, поползла к неподвижному телу брата.

Всё вышло из-под контроля, когда меня подхватили сильные руки Аурелиона, подняв в воздух. Я выдохнула, увидев, что Лир позаботился о том, чтобы вырвать из рук каких-то парней несчастную девушку. Отталкивая от себя людей, Аурелион беспрепятственно вышел из толпы, скрывшись в переулке откуда мы пришли.

Райан был готов рвать на себе волосы, отчитывая меня за безрассудство, пока я выискивала среди людей Лира.

Обогнув дерущихся, он появился в поле моего зрения, с прижимающейся к нему девушкой. Она всхлипывала, не в состоянии поверить в случившееся.

– А что, если бы ты пострадала?! —допытывался Райан. – Альби! – Схватив меня за воротник, он чуть одёрнул меня.

– Что? Я знаю-знаю, Райан! – невнятно кинула я, вырываясь из его хватки.

Лир опустил девушку на ноги.

– Ты ещё помнишь, в чём заключается твоя работа? – строго спросил Аурелион, вплотную приблизившись к Лиру.

– А твоя? – с усмешкой ответит тот, задрав подбородок.

– Хватит, – прикрикнула я, толкнув Аурелиона в бок. – Мне так жаль…, – прошептала я, обнимая рыдающую девушку.

– Он ничего не сделал, ничего не сделал…, – повторяла она, глотая слёзы.

– Я знаю. Знаю, дорогая, – шептала я, прижимая её к себе. – Отведём тебя домой. Где ты живёшь?

***

Я сделала глубокий полный боли вдох, после выдыхая пар. Только когда дверь в дом за несчастной девушкой закрылась, моё тело расслабилось.

– Нам туда, – тихо сказала я, указав на вход в метро по ту сторону небольшого сквера.

– Прошу, давайте просто до туда дойдём, – ныл Райан. – Лириадор, попридержи свой темперамент. Хватит вести себя, как животное.

Тяжёлый состав гремел, проезжая мимо нас.

Как же я не любила оказываться в гуще событий Аковама. Отвечать на звонки и помогать людям на рабочем месте, не то же самое, что испытывать всё это на себе.

– Ты ведь в курсе, – начал Лир, – что здесь законы Верума ничего не стоят? Прошу, задумайся о своей безопасности, прежде чем открывать рот, – грубо подытожил он.

– Брат, ты слышал? Мне угрожает мутант, – забавляясь, ответил Райан.

Не вникая в их ругань, Аурелион шёл рядом со мной, не сводя с меня глаз.

– Что? – спросила я, бросив на него недобрый взгляд.

Не намереваясь влезать в драку, я сделала это, рассчитывая на помощь верумианцев. Как глупо, самонадеянно и неправильно! Подсознательно… я продолжала рассчитывать на Лиона… Меня злило, что я сама отказалась от него, но продолжаю по нему скучать… Моё разбитое сердце требовало утешения… а его взгляд…

– Зачем ты это сделала? – Его интонация была сухой и беспристрастной.

– Что сделала? – глупо переспросила я, переступая через разбросанные на дороге деревянный доски.

– Вызвалась помочь там, где была бессильна.

– Не зная их боли, тебе никогда не понять людей. Никто не бессилен. Всё зависит лишь от того, чем ты готов рискнуть.

– Ати, – почти ласково начал он, из-за чего моё сердце больно сжалось, – ты не должна…

– Я должна, – прервала его я. – Если не я, то кто? Ты? – Ненамеренно мой голос дрогнул, из-за чего… мои слова прозвучали так, будто я была полна надежды, что он действительно в силах что-то изменить…

Я боялась… боялась, что он ничего не чувствует. Боялась, что его равнодушный взгляд олицетворяет его реальное отношение к моему миру. Шагающие мимо нас люди, в изношенной одежде спешили по своим делам, в страхе за свои семьи и жизни. Раньше, я думала это нормально… но сейчас, когда три верумианца, повседневность которых похожа на рай, шли рядом… моя жизнь на Земле, казалась преисподней. Мы умирали, чтобы Верум жил.

Ускорив шаг, я намеревалась скрыть непрошенные слёзы.

Всё это было бессмысленно… Что бы эти мужчины не увидели, им предстоит вернуться в прекрасный безопасный мир Системы и стереть из воспоминаний эти дни, словно страшный сон. Я впервые была настолько одинока… настолько беспомощна.

Мы почти преодолели сквер, усеянный пышными елями, когда нам внезапно перегородили путь:

– Ваши документы, – грубо кинул один из служителей правопорядка, которые, скорее всего, просто патрулировали улицы.

Как я могла их не заметить?! У меня перехватило дыхание.

Ничего страшного в этой процедуре не было. Просто идентификация личности для сверки с базой данных разыскиваемых преступников или предполагаемых нарушителей. Проблема была в том, что никаких документов при нас, конечно, не было. Даже мой айди был дома… что уж говорить про верумианцев.

Я в ужасе повернулась к Лиру, Райану и Аурелиону, которые выжидательно смотрели на меня.

– Проблемы? – хмуро уточнил Аурелион, загородив меня собой.

Во-первых, мы стояли прямо посреди улицы, поэтому вступать в конфликт с вооружённым отрядом служителей правопорядка было крайне безрассудно. Во-вторых, их было на десять человек больше чем нас… что минимизировано шансы на успех, и усугубляло последствия провала… В-третьих, что бы я не сказала, на самом деле, никакие оправдания отсутствию при нас айди не будут приняты всерьёз.

Глава 6

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Heart on Hold – Loreen)

– Проблемы? – не поверив в услышанное, переспросил служитель правопорядка.

– Покажите руки! – крикнул его сослуживец, который был не готов церемониться с предполагаемыми нарушителями.

Впечатлявшийся перспективой быть арестованным, Райан тут же поднял руки, продемонстрировав ладони. Я тоже вынула руки из карманов, возвысив их над собой. Лир медленно поднял руки, вопросительно всматриваясь в моё лицо. Из-за моей растерянности мы все могли оказаться под стражей до момента идентификации наших личностей, что никак не способствовало основной задаче «свидания» на Земле… или же… способствовало?

Не так давно, я была на проекте вакцинации в одном из участков задержания, что навсегда отпечаталось в моей памяти. Холод и грязь были меньшей заботой для заключённых под стражу подозреваемых.

Да. Аурелион определённо должен взглянуть на это.

– У нас нет с собой айди, – громче нужного сказала я, смирившись с участью попасть по ту сторону решётки. Если пару ударов, смогут что-то изменить в сознании сына советника Системы, ,значит, так тому и быть.

– Должен вас уведомить, что согласно законам Ясора, – начал довольный служитель правопорядка, поправив огнестрельное оружие на поясе, – с этого момента вы находитесь под арестом. Вас доставят в место заключения, где будет проведена процедура установления вашей личности, – заученно продолжал он, в то время как нас окружали со всех сторон. – Покажи руки, – огрызнулся он на совершенно неподвижного Аурелиона, который единственный из нас выглядел так, будто ничего не происходило.

– Мне нужно переговорить с вашим начальством, – заявил он, скрестив руки на груди.

– Слушаюсь молодой господин, – разойдясь в улыбке, ответил ему мужчина. – Руки за спину, – грубо рявкнул он, блеснув наручниками.

Не представляю, какими нужно быть людьми, чтобы добровольно работать служителями правопорядка. Кто в здравом уме согласится калечить невинных, издеваться над слабыми и всячески измываться над теми, кто на самом деле нуждается в помощи? Я всегда с презрением относилась к тем, кто был готов лично участвовать в ужасающих казнях и нечеловечных расправах над людьми. Мне было сложно понять правопорядок, который эти мужчины с таким упоением были готовы защищать, умываясь чужой кровью.

Аурелиону определённо стоило познакомиться с ними поближе.

Стоило мне повернуться к Лиру, чтобы дать ему понять, что всё идёт по плану, он всем телом влетел в служителя правопорядка, который уже почти застегнул наручники на моих запястьях. Я онемела, когда он, подхватив меня, принялся бежать.

– Какого?! – рыкнул какой-то служитель, бросившись за нами. – Догнать! – кричал он.

– О нет! Лир! – прокряхтела я, прекрасно осознавая, что вернуться мы уже не сможем.

Перед тем как скрыться между домами, я увидела, как Райана и Аурелиона повалили в снег, применяя грубую физическую силу. Шокированное лицо Райана красочно описывало его удивление и растерянность, тогда как его брат спокойно проводил взглядом нас с Лиром.

– Лир! Что ты наделал?! – вспыхнула я, когда раздались первые выстрелы.

Меня мутило от страха.

– Позже, – обыденно ответил он, переместив меня на плечо.

– Как ты мог их бросить?! – в ужасе спросила я, когда ноги Лира оторвались от земли.

Удерживая меня одной рукой, он вцепился в арматуру на уровне третьего этажа. Преследовавшие нас служители правопорядка остались далеко позади, потеряв из виду. Лир, ловко вскарабкиваясь по фасадам дома, добрался до крыши и бегом преодолел приличное расстояние, возвращаясь к зданию, около которого остались верумианцы.

– Что ты…, – запнулась я, когда он поставил меня на ноги. – Лир?! – испугалась я, когда он перевалился через ограждение и сиганул прямо вниз.

Пришлось глубоко дышать ртом, чтобы преодолеть подступающую тошноту. Уставившись вниз с края крыши, откуда только что бросился вниз Лир, у меня закружилась голова.

Тела трёх верумианцев и десяти служителей правопорядка смешались, образуя собой подвижное месиво.

Когда я услышала выстрел и последующие крики, я не могла понять кому они принадлежали.

– Нет, нет, нет…, – шептала я, не в силах разобрать, что там происходило.

Служители правопорядка начали сдавать позиции, поддаваясь убедительным ударам Лира и Аурелиона. Райан совершил ошибку, бросившись бежать, стоило ему вырваться из хватки двух мужчин. Ещё секунда и выстрел, который остановил Лир, подставив своё плечо, достиг бы спины Райана. Виляя вправо-влево, он был крайне скован в движениях из-за зафиксированных рук за спиной.

Прохожие с криками разбегались, чтобы не получить шальную пулю.

Я забыла, как дышать, увидев Аурелиона, рука которого по локоть была в груди одного из служителей правопорядка. Холодный и жестокий, равнодушный и бесчувственный… он делал то, что и все в совете Верума – обменивал жизни землян на свою. Его движения были настолько грациозны, насколько безжалостны. Двигаясь почти так же быстро, как Лир, он ловко управился с устоявшими на ногах соперниками перед ним.

Как только послышались новые выстрелы служителей правопорядка, которые спешили на помощь сослуживцам, выбежав с соседней улицы, Лир с Аурелионом бросились бежать вслед за Райаном.

В момент… когда Лир обернулся, чтобы узнать причину отставания Аурелиона, меня затопил ужас… Непоколебимый мужчина, которого я винила во всех бедах на свете, во всех окружающих нас страданиях… с сопротивлением рухнул на колени, пошатнувшись от двух угодивших ему в спину пуль.

Немой крик застыл на моих губах, когда Аурелион тяжело упал в снег перед собой.

Лир тут же бросился на бегущих к ним служителей правопорядка, чтобы перегородить им путь до бездвижно лежащего в снегу верумианца.

Шок затопил меня, лишая рассудка.

Я не могла, не могла поверить, что эта глупая перепалка могла привести к такому исходу!

Как? Как мне оправдать своё желание показать ему жестокость моего мира, когда из нас двоих именно он… сейчас был там…

Всё было бессмысленно!

Кровь Аурелиона пропитывала снег, на котором он лежал… а я лишь наблюдала. Как дура! Наблюдала за мучениями того, кого ещё недавно, казалось, любила.

В глазах потемнело, а мои ноги подкосились.

Вся моя решительная ненависть и злость, направленные на него, больше не имели смысла. Лишь в этот миг я поняла, как глупо себя вела всё это время. Моя удушающая обида, чувство предательства и страх… привели к тому, что мужчина, который был так дорог мне… прямо сейчас, умирал…

Слёзы бессильного сожаления выступили на моих глазах, завершая моё бесполезное противостояние судьбе.

Подхватив Аурелиона, Лир бросился бежать, и я потеряла их из вида.

***

Снежинки падали на лицо, облепляя его морозным холодом тающей воды.

Минуты шли… а я продолжала в исступлении лежать и ждать.

Может, я ошибалась? Может, всё это не стоило того? Не стоило его сюда привозить… не стоило даже пробовать изменить его мировоззрение… не стоило подвергать…

Я с трудом вздохнула.

Какая же я дура! Самонадеянная, обиженная дура! С чего я возомнила, что вообще смогу что-либо изменить? С чего я взяла, что имею право даже просто думать, что смогу что-то изменить… Неужели, я не знала, что в Аковаме опасно? Неужели, я рассчитывала подвергнуть нас всем возможным опасностям, чтобы кому-то что-то доказать…

Кем я была всё это время? Наивной дурнушкой, которая с головой ударилась в любовь, а столкнувшись с правдой, осталась ей же, но уже по ту сторону стены. Стены сомнений, заблуждений, оправданий. Кого я намеревалась спасти? Людей, живущих на Земле?

Я усмехнулась.

Лгунья! Я лишь нашла виновных, отыгрываясь за всех на том, кого полюбила. Я наказывала его и себя. Мне было всё равно, кого винить. Но был ли в этом смысл?

Мои мысли путались между собой, не имея ни начала, ни конца.

Не в силах бездействовать, я выглянула с края крыши, чтобы убедиться в том, что я могла спуститься.

Под домом скопилось ещё больше служителей правопорядка и зевак. В поисках возможности спуститься, я направилась исследовать крышу. Не в состоянии похвастаться ясностью ума, я бродила по обледеневшей черепице не в силах сосредоточиться на чём-то одном. Перед глазами мелькали обрывки воспоминаний… падения Аурелиона… окровавленного снега…

Увидев пожарную лестницу, я ступила на неё, позабыв о естественном чувстве страха. Нащупывая под собой тоненькие трубы металлической конструкции, я спускалась, хватаясь голыми руками за обмёрзшие крепления.

– Атанасия? – послышался откуда-то сверху голос Лира.

– Лир? – остановив свой спуск, ответила я.

Он тут же перевалился через край крыши, выискивая меня.

Стоило мне увидеть его там, откуда я так старательно спускалась, казалось, все силы покинули меня.

– И что это ты там делаешь? – в своей обычной игривой манере спросил он.

– Ищу себя. – Я скривила губы.

– И как? – Лир широко улыбнулся, из-за чего моё сердце снова пронзила боль.

– Как видишь, – ответила я, сдерживая слёзы. – Что с Аурелионом? – сглотнув, спросила я.

– Пока жив. Ты сможешь спуститься? Боюсь, двоих эта хлипкая лестница не выдержит. Я подожду тебя внизу, – сказал он, постучав по металлу.

– Да, – ответила я, продолжив спуск.

Убедившись в моей решительности, Лир спрыгнул на выступающий пролёт несколькими этажами ниже. Монотонные движения рук и ног ненадолго освободили мой разум от гнетущих мыслей. Я обернулась, когда Лир, оттолкнувшись от стены, пролетел мимо меня. Теперь он грациозно балансировал на верхушке фонарного столба, пока я, пыхтя, спускалась.

– Умница, – приговаривал он, подбадривая меня.

– Вам удалось сбежать? – спросила я, намереваясь услышать лишь хорошие новости.

– Да.

– Что с Аурелионом? – Я злилась. На него. На себя. На всех.

– Всё с ним будет нормально, – чуть раздражённо ответил Лир. – Ты бы лучше за меня так переживала. Только посмотри! Из меня сделали решето!

– Но ведь ты в порядке? – не оборачиваясь, спросила я.

– Ну и что? Тебе совсем меня не жаль? – с обидой в голосе удивился он. – Остановись. Лестница вот-вот закончится.

Я даже не услышала, как он спрыгнул с фонарного столба.

– И что теперь? – спросила я, рассматривая внушительное расстояние до земли.

– Всего два этажа. Прыгай. – Лир вытянул руки.

Доверяя ему свою жизнь, я была уверена, что он меня поймает. Опустив руки и пискнув от страха, я рухнула вниз.

Как же крепко я его обняла, когда оказалась в хорошо знакомых объятьях.

– Тебе больно? – спросила я, стараясь придать голосу нежность.

– Уже нет, но спасибо. Я доволен. – Он улыбнулся и, не отпуская меня, быстрыми шагами направился прочь из этого переулка.

***

Поддавшись чувствам, я не сдерживалась в эмоциях, стоило мне зайти в квартиру, которую Лир вскрыл в поисках временного убежища.

– Аурелион?! – громче нужного крикнула я, совсем не беспокоясь о жильцах, которые могли понять, что кто-то пробрался в соседнюю квартиру, которая по тем или иным причинам должна была пустовать.

Перешагивая через мешки с какими-то вещами, газеты, свёрнутый ковёр, я заглянула сначала в одну комнату, а затем и во вторую. Я прикрыла рот руками, когда увидела перевязанного какими-то простынями Аурелиона, до сих пор истекающего кровью.

– Что нам делать?! – кричал Райан, лицо которого пронизывала глубокая тревога и страх.

– Лир, бери Райана и идите искать того, кто сможет оказать помощь! – кричала я в ответ. – Спрашивайте по людям! Вперёд! Не тратьте время!

– Я никуда не пойду, – тут же упёрся Райан.

– Вдвоём шансов наткнуться на помощь в два раза больше, Райан! Возьми себя в руки! Чем ты здесь можешь помочь?

– Она права. Пойдём, – кинул Лир.

Пробубнив какие-то проклятья и обернувшись на брата, грудь которого слабо вздымалась, Райан шумно зашагал мимо меня.

– Аурелион? – тут же бросилась я к нему, забравшись на кровать. – Ты меня слышишь? – Его глаза были закрыты, а на лице застыла слабая гримаса боли. Как только за Лиром и Райаном закрылась дверь, удушающая аура смертоносными иглами пронзила всё моё тело. Он сделал тяжёлый вздох и скривился. – Прости меня, прости… это моя вина, – вспыхнула я, в страхе дотрагиваясь до его груди. – Ты ведь можешь себя излечить, как меня тогда? Аурелион, пожалуйста, – взмолилась я.

– Не… могу…, – тяжело ответил он, сквозь стиснутые зубы, – пока… пули в спине.

– Что мне сделать? Как я могу тебе помочь? Аурелион… ведь точно есть способ, пожалуйста, – тараторила я, поглаживая его почерневшие волосы.

– Всё… в порядке…, – сказал он, приоткрыв глаза. – Я больше… не смогу терпеть… боль…

– Прости меня. Я не должна была привозить тебя сюда, не должна была заставлять… всё это… так не должно было быть, Аурелион, – извинялась я, не в силах облегчить его боль.

– Прости… меня, что не… рассказал тебе обо всём… Прости меня, Ати… – медленно произносил он, разбивая моё сердце на куски. – Я думал…, что этот проект – такая глупость… но в каждом… твоём движении, взгляде… мир… вокруг меня начинает… трещать по швам, – делая долгие паузы, произносил он. – Засыпая… и просыпаясь, я думаю… лишь о тебе…

– О, Лион… прости меня, прости, – не в силах смотреть на его страдания, шептала я.

– Не… отвергай меня… – сказал он, прежде чем его глаза закрылись, а мышцы расслабились.

Глава 7

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Slow Motion – Charlotte Lawrence)

– Не могу поверить, – прошептал Райан, заглядывая в комнату, где его брат в истинном обличии лежал на кровати. – Но, как такое возможно… – Он не мог оторвать взгляд от Лиона, над которым замерла найденная ими врач.

– Я не могу, – еле слышно произнесла пожилая женщина, с сумкой в руках, задыхаясь в удушающей ауре Лиона. Даже я чувствовала её нарастающую мощь, несмотря на то, что всё это время гладила его, прикасаясь к коже.

– Всё будет хорошо, – уверяла я, потянув её за руку. – Прикоснитесь к нему, и вам станет легче, – почти умоляла я. – Лир, и ты тоже.

– Впервые… сталкиваюсь с такой силой. – Недоверчиво глянув на меня, он всё же прислушался и положил ладонь Лиону на плечо.

– Нет, я…, я должна идти, – подытожила врач.

– Что? Нет! Вы должны помочь ему, – вспылила я. – Возьмите себя в руки, – совсем позабыв о леденящем ужасе, который окутывал нас с головы до пят, крикнула я. Женщина тяжело дышала, в онемении поглядывая по сторонам. – Говорите, что делать! Просто говорите, что делать, – снова взмолилась я.

– П-переверните… его, – еле слышно ответила она. Врач была растеряна и сбита с толку ужасом, который она испытывала по непонятным для неё причинам.

Сглотнув, Лир нерешительно заставил себя двигаться, поддев плечо Лиона.

– Так странно, – начал он, – головой я понимаю, что всё как обычно, но тело не слушается, – подметил он. – Даже дышать тяжело…

– Что дальше? – спросила я, когда Лир, удерживая Лиона за бедро и предплечье, перевернул его на себя.

– Нуж… нужно достать пули, – чуть ли не теряя сознание, прошептала женщина. – Обработать раны…

– Райан! – крикнула я, теряя терпение. – Иди сюда! Да помоги же ты, – завывала я, вынимая из окоченевших пальцев женщины лямку сумки с инструментами. – Чем, – обратилась я к ней, – это делается?

Райан взял женщину под руки, не отрывая взгляда от брата.

– Сосредоточьтесь! – привлекла я её внимание, быстро натягивая перчатки. – Лир, разрежь простыни. – Ненавистные курсы оказания первой медицинской помощи, были сейчас как раз кстати, но вот нас не учили, что делать при пулевых ранениях. Я вытянула перед ней несколько удлинённых инструментов. Врач указала на металлические тонкие щипцы. – Райан, ты должен держать брата. Лир, ты тоже. Лион, тебе придётся потерпеть, – в панике предупредила я, взбираясь на кровать.

Я не знала, услышал ли он меня. Его сознание порой ускользало… угрожающе покидая нас на долгие минуты.

Мои пальцы дрожали, касаясь окровавленного тела, словно предчувствуя угрозу, но я не могла позволить себе сломиться. Раскрытые раны на плече пульсировали, и на долю секунды я замерла. Чувствуя невообразимую вину, я молилась, чтобы его боль стала моей.

Я принялась за работу, которая сопровождалась мучительными стонами Лиона. Не в силах терпеть боль, он плохо сдерживал судорожные вздохи и проклятья, когда приходил в себя.

– Прости, прости меня, – шептала я, сосредоточившись на поиске металла. Не имя в этом никакого опыта, я даже не понимала, на что ориентироваться.

– Кажется, меня сейчас стошнит…, – предупредил нас Райан.

– Не смотри, – отвлёк его Лир. – Просто не смотри.

Страшное шипение Лиона сковало мои пальцы.

Мне нужно было просто достать их, просто избавить его тело от пуль, и он сможет о себе позаботиться. Моя кожа покрылась холодным потом, а сердце билось так сильно, будто стучалось в унисон с его собственным.

– Первая есть, – удивляясь собственному успеху, огласила я.

– Не прикасайтесь… перестаньте… – с трудом простонал Лион. – Из-за вас… только хуже…

– Отойдите – Я тут же поняла, что он имел в виду. – Он чувствует ваши эмоции, – спешно кинула я, продолжая причинять Лиону боль.

– Что? – удивился Райан, тут же отпустив брата.

Лир сделал шаг назад, делая глубокий вдох.

Не знаю, как я выглядела со стороны, но чувствовала я себя премерзко. Словно в тумане я была сосредоточена на каждом движении, каждом шипении, каждом вздохе Лиона. Это была моя вина, и я должна была всё исправить. Я не могла сдержать восклицание облегчения, когда следующая пуля увидела свет.

– Последняя. Лион, осталась последняя, – чуть более уверенно сказала я.

И тут, я почувствовала, как иглы боли пронзили моё тело, душу… и разум. Замерев, мои лёгкие застыли. Райан закашлялся, отшатнувшись от брата. Лир, простонав от боли, подхватил врача, которая рухнула в обморок.

Превозмогая испепеляющую ауру Лиона, я приложила всю имеющуюся во мне волю, чтобы отыскать последнюю пулю. Я вынула её, когда перед глазами уже плясали чёрные пятна, а в ушах стоял белый шум.

***

Я пришла в себя, испытывая блаженное благоговение и лёгкость. Мне было не нужно открывать глаза, чтобы с уверенностью заявить, что прямо сейчас, в это мгновение, я была невероятно счастлива. Наслаждаясь всем и сразу, меня пропитывало тепло и безграничная свобода.

Поддавшись чуть вперёд, я улыбнулась, почувствовав знакомую бархатистость кожи Лиона. Проскользнув ладонями вдоль его груди, я нежно обняла его за шею, зарывшись пальцами одной руки в волосы. Нежные объятья, полные самых светлых эмоций, были невероятным сочетанием лучших из всех возможных чувств.

– Лион…, что ты делаешь? – чуть усмехнувшись, спросила я, благодарно улыбаясь.

Его клыки приятно поцарапали мою шею, после чего с силой погрузились в неё.

Мышцы Лиона подо мной напряглись, когда он сделал первый глоток. Сладкий стон вырвался из его груди, стоило ему сделать ещё укус, а затем ещё, и ещё. Я не могла сдержать восхищённый вздох, ощущая, как его губы нежно прикасаются к моей коже, вызывая дрожь по всему телу. Казалось, я схожу с ума, чувствуя его рядом, наслаждаясь его теплом, его присутствием, его любовью. Сейчас, рядом с ним, я была полностью и абсолютно счастлива.

– Прости меня…, – прошептал он, облизнув места укусов, которые мгновенно зажили. – Прости меня, Ати…, – повторил он, снова погрузив в меня клыки.

Моя кожа покрывалась мурашками от его прикосновений, от его горячего дыхания, от его страсти, которая проникала в каждую клеточку моего существа. Я прижалась к нему ещё сильнее, позволяя нашим телам чувствовать друг друга. В этот момент всё остальное исчезло, оставив лишь наше взаимное притяжение, желание и любовь. Никто и никогда не сможет отнять у нас это счастье, это чувство полноты и вечности.

***

Я пришла в себя, в панике тут же ухватившись за шею.

– Ати? – обратил на себя моё внимание Лион, в объятьях которого я сидела.

– Что? Что это было? – не могла я отличить реальность ото сна. – Как ты? – в панике осматривая его, спросила я. – Ты в порядке? – Я привстала на коленях, чтобы заглянуть ему за спину.

Не увидев прежних ран, я с облегчением выдохнула.

– Спасибо, – виновато произнёс он, приподняв меня, чтобы уткнуться лицом в мой живот.

– Прости меня, Лион. Это всё моя вина, – тихо сказала я. – Твоя аура… – Я огляделась и прикрыла рот рукой, увидев замеревших на месте Райна, Лира и женщину на полу. – Что с ними?

– Я… подчинил их разум.

– Что? – Я удивилась отсутствию эмоций на лицах всех троих.

– Как только отпущу их, они придут в себя.

– Отпустишь? Значит, вот твоя истинная сила. Подчинять умы…, – прошептала я, взглянув ему в глаза.

– Ати, сколько себя помню, я не испытывал ни страха, ни тревог, – нежным глубоким голосом начал Лион. – Я был пуст. Лишь следовал правилам, подражая другим. Но чувства к тебе изменили что-то во мне. Я был намерен защитить тебя от боли, а не становиться её причиной. Я думал, так будет правильно. Поэтому не сказал тебе об эксперименте. Только поэтому, – извинялся он. – И я обещаю. Обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить Земной Эксперимент Мироздания и Локальных Явлений.

– Правда? – ошарашенно прошептала я.

– Я смогу полюбить в тебе всё, кроме твоего отсутствия. Поэтому, пожалуйста. – Он крепко обнял меня. – Не отвергай меня. – Его шёпот нежными волнами мурашек прокатился по моему телу.

– Лион, – не могла я поверить в услышанное, – ты правда сделаешь это?

– Сделаю всё, что ты скажешь, поэтому прошу, смотри на меня, как прежде…, – подытожил он, отстранившись, чтобы взглянуть мне прямо в глаза.

Что из увиденного заставило его встать на сторону землян? Я не могла поверить, что свидание в Аковаме сработало…

– Ты ещё столького не видел… – Мои мысли метались, путаясь между собой.

– Чтобы осознать бедственное положение твоего мира, мне хватило и первых десяти минут. – Лион был серьёзен. – Понадобятся десятилетия, чтобы всё наладить. Но прекратить эксперимент нужно немедленно, отказавшись от усугубления, и без нашего вмешательства, ужасной участи землян.

– Думаешь, есть шанс всё прекратить? – Моё сердце замерло, когда этот вопрос повис в воздухе.

– Да.

– И ты поможешь мне? Поможешь нам? – Я всё ещё не могла поверить в его слова.

– Обещаю, – тихо сказал он.

– Не могу поверить… – Мне не хватало воздуха.

Я боялась, что всё это какой-то сон, наваждение, иллюзия. Мужчина, взгляд которого принадлежал только мне, был готов на всё ради нас. Я не могла поверить, что этот миг – реален. Зная силу его заботы о людях Верума, разве было место состраданию кому-нибудь из нас? Разве остановка эксперимента на Земле не значила ухудшение жизни на Веруме? Чем он был готов пожертвовать, чтобы стать моим героем?

– Спасибо, – расчувствовавшись, ответила я. – Спасибо, Лион…

– Могу я поцеловать тебя, Ати? – нежно спросил он.

Я улыбнулась и подалась вперёд, чтобы безмолвно принять его предложение. Я хотела этого, хотела, чтобы он был тем, кто спасёт людей, тем, кому мы не безразличны. Если бы всё это было правдой, я могла бы с облегчением выдохнуть, встав за спину того, кто обещал меня защитить.

– Лион…, – прошептала я ему прямо в губы, прежде чем с упоением коснуться их. – Я так скучала, – призналась я ему и себе.

Он так крепко обнял меня, будто я была его триумфом. Моя близость была его наградой, ценностью, мечтой… Он целовал меня так, словно больше ничего вокруг не существовало. Не знаю, о чём он думал, но, не сдерживаясь, его руки сжимали мои бёдра, талию и спину. Мы целовали друг друга, восполняя то тепло, которого нам обоим так не хватало. Все эти дни, расстояние между нами причиняло боль. Вынужденно злые взгляды и резкие фразы, ранили меня настолько же сильно, как и его. Снова поддаваясь чувствам, я наконец-то была на своём месте.

– Я люблю тебя, Ати, – прищурившись, будто от боли, сказал Лион. – Я люблю тебя, – хватая воздух губами, он не мог насытиться мной.

Повторяй он это признание тысячи раз, моё сердце пропускало бы удары снова и снова. Его слова имели силу, со стойкостью которой нельзя было поспорить. Пытался ли он все эти дни отказаться от нас? Намеревался ли забыть меня? Думал ли о расставании всерьёз? Я не знала. Но сейчас, это не имело значения.

Лион не мог наглядеться на меня, словно видел впервые так близко. Растворяясь в его чёрных глазах, мне казалось, что я проиграла. Я больше не смогу злиться на него, узнав, что отныне он будет на моей стороне.Чуть отстранившись, мы тяжело дышали, влюбляясь друг в друга ещё сильнее. Я мечтала о нём, хотела его, думала о нём перед сном и поутру. Поглаживая его скулу, а затем бровь, я гадала о том, кого же я хотела обмануть, так дерзко отказаываясь от него.

– Лион. – Я постаралась строго на него взглянуть. – Обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы простить тебя.

Его клыки блеснули, когда он широко улыбнулся.

– Договорились.

– Что теперь? – спросила я, обернувшись на позабытых нами безмолвных зрителей нашего примирения. – Выглядят они не очень.

– Лириадор, проводи врача туда, где вы её нашли, – сказал Лион, а его глаза загорелись красными переливами.

Испугав меня, Лир и врач медленно зашаги в сторону двери. Они выглядели нормально, но вот лицо Лира было необычно спокойным и беспристрастным. Зная его, никогда бы не поверила в подобную покорность, да ещё и в сложившихся обстоятельствах.

– Ты можешь управлять людьми?!

Глава 8

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

talking to the moon slowed reverb – omgkirby)

Разговаривая с братом, Райан всё ещё был очень напряжён. Взяв свои эмоции под контроль, Лион впервые в жизни мог быть честным с самым близким ему человеком. Мы с Лиром стояли поодаль, делая вид, что нас совсем не волновал их разговор по душам.

– Значит, это маска? – Райан пристально рассматривал брата, усевшись прямо на журнальный столик напротив дивана, на котором скучающе развалился Лион.

– Да, – сухо ответит тот.

Я предполагала, что Райан будет зол на брата. Почему-то, мне казалось, что Лион столкнётся с презрением и насмешками с его стороны, но вместо этого, его младший брат выглядел очень расстроенным и подавленным.

– Сделай это, – Райан указал на своё лицо и покрутил пальцем, намекая на внешность.

Лиона не пришлось просить дважды.

Думаю, его сейчас переполняли эмоции, которые ему было трудно контролировать.

Выпуская на волю пугающую до дрожи ауру, его кожа, как по волшебству, поддалась мраку, окрашиваясь в чёрный.

Лир цокнул языком и вздохнул, выйдя из комнаты в коридор. Он был очень недоволен могуществом естества сына советника. Нам ещё предстояло обсудить тайну Лиона, но позже.

– Брат, – прошептал Райан, когда Лион медленно приблизился к нему, – все эти годы… ты был совсем один, – его голос дрогнул.

– Я не мог рассказать, – виновато почти шёпотом выдавил из себя Лион, и глаза Райана округлились. И его можно было понять. Слышать в голосе самого безэмоционального и сухого человека на свете намёки на чувства – удивительно и даже странно. – И я никогда не был один, ведь у меня был ты. Прости, что не мог многого с тобой разделить, но если бы не ты… – Лион неуверенно, но нежно погладил брата по волосам, будто впервые позволяя себе нечто подобное. – Даже думать об этом не хочу. Мой способ выглядеть нормально – полный отказ от эмоций, поэтому я такой…, каким ты меня знаешь.

В этот момент в глазах его ошарашенного младшего брата пронеслись миллион воспоминаний, которые были не тем, чем казались.

– Значит, вот почему мама… – Райан стал выглядеть ещё более подавлено.

– Да. В надежде скрыть меня от чужих глаз, она решилась на переезд в ту глушь. Именно из-за меня, ты всё девство был один, когда нуждался в её любви большего всего. – Лион прикрыл глаза, стесняясь показать всю глубину своей вины перед братом. – Она должна была отказаться от меня, но не смогла…

Значит, вот что крылось за надменностью и язвительностью Райана… Одиночество. Как же ему приходилось себя вести при маме, чтобы заслужить хоть капельку её внимания и любви? Что ему приходилось делать, чтобы стать для неё таким же важным человеком, как его старший брат? Я взглянула на его прямолинейность и скандальность под другим углом…

– Не говори так! – тут же прервал его Райан. – Теперь… я понимаю. Но почему ты не рассказал мне? Ты доверился даже ей, – он указал на меня через плечо, – а мне нет?

– Это не то же самое, – усмехнулся Лион.

– Не говори мне, что умеешь смеяться! Нет. Этого человека я не знаю. Всё же, мне стоит сдать тебя мутантам, – кинул Райан, поднявшись на ноги. Лион встал вслед за ним, и братья крепко обнялись. Сжимая Райана в мощной хватке, Лион впервые мог, поддавшись чувствам, выразить всю свою любовь. – И я не хочу, чтобы ты думал, что я ненавижу тебя. Разве что, только в детстве.

– И я тебя не ненавижу, – глядя брату прямо в глаза, ответил Лион улыбаясь.

– Ну спасибо! – Райан закатил глаза.

Оказавшись свидетельницей их семейной драмы, я вновь убедилась, что судьбы верумианцев были такими же человеческими, как наши.

Насколько же важно любить друг друга даже в переломные моменты…

Намереваясь оставить их наедине, я вышла вслед за Лиром в коридор.

– Ты ведь знал, – наугад сказала я, – зачем теперь так демонстративно злишься? – рассчитывая на его искренность, спросила я.

– С чего ты взяла, что я знал? – Лир отвёл глаза.

– Ты всё знаешь. – Используя лесть, я намеревалась поубавить его недовольство.

– Лишь подозревал, но не думал, что его силы окажутся…, – он обиженно подбирал слова, – такими… – Лир резко замолчал, и я замерла вслед за ним.

Раздался стук в дверь.

Было самонадеянно врываться в чужую квартиру и надеяться, что нас никто из соседей не сдаст. Я в ужасе посмотрела на Лира, который, будто околдованный, зашагал к двери.

Стук в дверь раздался снова, и моё сердце замерло.

Лир резко распахнул дверь, за которой стояла невероятной красоты рыжеволосая девушка. Она неуверенно улыбнулась ему, после чего нежно махнула мне.

– Привет, – сказала она, взглянув на Лира. Она оглянулась, когда на лестничной площадке раздались чьи-то шаги, и кротко прошла мимо моего сопровождающего, вытянув мне руку. – Я Эксания. Представитель Верума. Мы узнали, что вы прибыли, поэтому мне поручили встретить вас, как полагается.

Райан и Лион, уже в человеческом обличии, показались в дверях, наблюдая странную сцену приветствия незваной гостьи.

– ХА! – Чуть ли не припрыгнул Райан. – Ну наконец-то!

– Прошу прощения, что мне удалось найти вас только сейчас, – объяснялась кроткая девушка, смущая меня идеальностью черт лица. – Судя по всему, вы прибыли на несколько часов раньше запланированного.

В Лира полетел злобный взгляд Райана, но тот, замерев, смотрел перед собой, так и не закрыв дверь.

– Как вы нашли нас? – вежливо спросила я, внимательно разглядывая Эксанию.

– По всему городу наши люди, а вы те ещё незаметные пташки. Много шуму навели. Но всё в порядке! – Она тут же развела руками, успокаивая нас. – Вас хотят поприветствовать в штабе. Одежда, душ и еда – включены в приём, – добавила она, оглядывая нас смущённым взглядом.

– Значит, теперь мы в безопасности? – на всякий случай уточнил Райан.

– Я бы не спешил с выводами, – кинул Лир, хлопнув дверью. Голос его звучал озлобленно.

Казалось, он был не рад, что нас нашли. Может, его раздражало снова играть по правилам Системы?

– Эксания, – я привлекла её внимание, – мне нужно домой. – Расставив ноги, я старалась выглядеть решительно.

Никакие приёмы у руководства не могли сравниться с возможностью увидеть родных.

– Тогда мы можем разделиться, – неуверенно предложила девушка. – В штабе ждут только Аурелиона, ведь это невероятная честь для каждого из нас воочию познакомиться с будущим советником самой Системы.

Лир испугал меня, громко рассмеявшись. Его неестественный, почти истерический смех смутил всех присутствующих, включая несчастную Эксанию, которая сделала нерешительный шаг в противоположную от Лира сторону.

Даже, зная его уже какое-то время, я не могла понять, что это на него нашло. Согнувшись пополам, он присел на корточки, прильнув спиной к стене, схватившись за голову.

Эксания всхлипнула, и по её щекам ринулись безмолвные слёзы.

– Альби! – Райан схватил меня за рукав, развернув к себе. Широко раскрыв глаза, он зло прошипел: – Не говори мне, что это, – он многозначительно кивнул в сторону сошедших с ума верумианцев, – какая-то болезнь.

– Я не, я не знаю…, – запиналась я, переводя взгляд с плачущей Эксании на смеющегося Лира.

***

Прошмыгнув от подъезда до машины, я уместилась на сидении рядом с Лионом. Осматриваясь, Райан забрался на переднее сидение рядом с водителем.

– До штаба ехать тридцать минут, – объявил молодой мужчина, когда мы тронулись с места. – После – отвезём вас домой, мисс.

– Вы поняли, что произошло? – Развернулся к нам Райан, приглядываясь к машине, следующей за нами.

Лион лишь хмыкнул и притянул меня ближе. Его дыхание играло в моих волосах, а я всё ещё не могла поверить в наше странное примирение. Последние два часа были как во сне… Но сейчас я не могла вести себя так, будто все эти дни, все эти ужасные испепеляющие чувства… не существовали прежде. Вырвавшись из туманной пелены переживаний за жизнь Лиона, я продолжила злиться, понемногу поддаваясь вере в лучшее. Поверив в его искренность, я должна была довериться ему вновь, дав шанс показать себя. Доказать мне, что его слова любви значат больше, чем могло бы показаться со стороны.

Хотя… кто я такая, чтобы мне кто-то что-то доказывал?

– Они могут быть знакомы? – спросила я, вернувшись к мыслям о поведении Лира и Эксании.

– Хорошая бывшая, иногда, немного будущая. – Улыбаясь, пожал плечами Райан.

Когда наша машина остановилась перед очередным поворотом, окна изнутри покрылись инеем. Мрак ауры Лиона пронзил наши души, и тут же отступил, будто ничего не произошло.

– Что ж, мисс, а теперь отвезём вас домой, – выдал водитель, и я тут же посмотрела на Лиона.

– Но ведь за нами хвост, – разгадав его замысел, подметила я.

– Пусть делают что хотят. Ты сказала, что хочешь домой, – сухо ответил Лион, переплетая наши пальцы.

– Альби, если твой дом похож на помойку, ты должна знать, я не стану тебя осуждать, – сказал Райан, разглядывая дорогу перед собой.

– Как же прекрасен тот человек, который подбирает слова, боясь ранить чужое сердце. Мой дом не похож на помойку, Райан, – ответила я. – И это я должна тебя предупредить. Если ты хоть словом оскорбишь моих родителей, я выгоню тебя на улицу. И от голодных северных волков тебя спасёт разве что чудо.

– Северных волков?! – Райан по привычке поднял левое запястье, в надежде узнать побольше об этих животных у Системы, но лишь тяжело вздохнул, потерпев неудачу.

Я улыбнулась, всё ещё поражаясь могущественности силы Лиона. Воля водителя поддалась ему за доли секунд. И тут, я кое-что поняла.

– Значит, тогда… – Я ухватилась за шею, подняв на Лиона глаза.

– Ты моя, Ати, – холодно ответил он.

– Освободите меня от этого, прошу! – зашипел Райан на переднем сидении.

Игнорируя брата, Лион продолжил:

– Ответь. Будь ты в таком же положении, что и я. Зная о существовании эксперимента. Как бы поступила?

– В каком смысле? – решила уточнить я прищурившись.

– Если бы сегодня сказали, что отныне здесь будет мир, а эксперимент продолжится там. – Витиевато объяснял он, чтобы не привлекать внимание водителя. – Со временем миллионы жизней здесь приобретут равновесие и благополучие, взамен пожертвовав жизнями тех, кого никогда не суждено увидеть. Будь ты в таком же положении, что и я, как бы поступила?

Отстранившись, я видела перед собой сына советника, который мыслил холодно и расчётливо. Жизни людей, будь то землян или верумианцев, были для него цифрами, властью над которыми он обладал.

Решение о жизни и смерти миллионов людей не может быть принято на основе одного лишь личного интереса или удовлетворения жажды власти. Это вопрос нравственности и справедливости перед обществом…

Смогла бы я… пожертвовать жизнями верумианцев, если бы наши дети перестали голодать, если бы все войны мигом прекратились, а болезни отступили? Смогла бы я делать вид, что всё в порядке, осознавая весь ужас и боль, которые на самом деле, было ничем не оправдать. Сам факт обмена благополучия одного народа на горький вкус неизбежного кровопролития другого… безумен.

Мои слова замерли на губах, и я поняла, что нет простого ответа на этот вопрос. Я могла бы соврать, ответив категорично, ведь, в конце концов, это был мой выбор, мой путь к собственному пониманию справедливости и морали, но я не могла не признать, что подобный эксперимент мог бы спасти жизни миллионов землян…

– Если бы я оказалась в твоём положении, я бы стремилась найти решение, которое спасло как можно больше жизней, не в ущерб другим, – сказала я, пытаясь скрыть своё волнение. – Вы не увидели и десятой доли жизни, на которую обрекаете каждого из нас. Сознательно подвергать кого-то подобному, какой бы ни была цена – неоправданно жестоко. Я ненавижу каждого, кто думает иначе.

– Ты права, – не сводя с меня чёрных глаз, сказал Лион. – Тебе суждено изменить наши миры, а я стану твоим голосом, попав в совет. Твоя ярость и ненависть впредь принадлежат мне.

Глава 9

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Paris – Sabrina Carpenter)

– Всё в порядке? – наспех спросила я у Лира, когда он вышел из машины вслед за Эксанией.

– Несомненно, – ответил он, хлопнув дверью автомобиля.

– Аурелион, вынуждена напомнить, что вас ждут в…, – кротко начала Эксания, когда Лион прервал её пренебрежительным взмахом руки.

Мне было не до их разборок, когда я была так близко, уже так близко… Представляя удивление на лицах родителей, я помчалась к двери.

Я услышала, как Лир огрызнулся на собеседников за моей спиной:

– Продолжают подводить советники? Не проблема, – едко сказал он, – нужно покорнее служить.

Не сдерживая сил, я нетерпеливо постучала в дверь.

– Атанасия, ах, пожалуйста… – Эксания пыталась дозваться до меня, когда на порог уже выбежала мама.

– О, дочка! Дорогая! – обнимая меня, приговаривала она.

Не обращая внимания на моих странных спутников, мы крепко стискивали друг друга, не давая перевести дух. Не представляю, сколько тревог скопилось у мамы, пока меня не было дома. Дверь снова отворилась, и к нам бросился папа.

– Ати, солнце! – Он не сдерживался в эмоциях, осматривая и расцеловывая меня.

Уж не знаю, как мы выглядели со стороны, но я была бесконечно счастлива. С ними всё в порядке, с ними всё в порядке… отмахивалась я от всплывающих в мыслях фрагментов второго испытания.

– Я так скучала, – вдыхая их запах, сказала я.

– Ты надолго? – Мама бросила смущённый взгляд на столпившихся людей за моей спиной. – Добрый день.

Не в силах сдержать счастливую улыбку, я указала в сторону своих спутников, которые порадовали меня вежливыми приветствиями.

– Это Лир, Эксания, Лион и его брат Райан. Мы все работаем на одном проекте, – пояснила я, чтобы родителям не проходилось додумывать, кто есть кто. Рассказывать о сути проекта по контракту было запрещено, но вот представить тех, кто стоит на пороге моего дома, точно было можно.

– Ах! – вспыхнула мама. – Пожалуйста, проходите. Не стойте на морозе. Мы, конечно, не были готовы к гостям, но очень вам рады, – тараторила она, направившись на кухню.

– Да, проходите-проходите, – поддержал её папа, пропуская мимо себя неожиданных гостей.

Я заметила его сомневающийся взгляд, при близком рассмотрении куртки Лира, на которой после перестрелки не осталось живого места. Усмехнувшись, я пожала плечами, намекая папе не обращать внимания на странности наших гостей.

– Аурелион, – представился Лион, протянув папе руку.

– Михаэль Голдхарт, – дружелюбно ответил папа.

– Атанасия Голдхарт, – смакуя, протянул Лион, из-за чего я тут же засмущалась.

Очевидность его во мне заинтересованности просачивалась даже через непроницаемое человеческое обличие. Я отвела взгляд и потащила папу в дом, приобняв его за плечи.

Кто бы мог подумать, что нам предстоит собраться такой странной компанией у меня на кухне… Лир, подпирая стену, разглядывал снежное представление по ту сторону окна, а Эксания не могла найти себе места, пытаясь помочь маме со всем, что ей попадалось под руку. Сдерживая смех и умиление, я исподтишка поглядывала на Райана, который, казалось, не знал, как себя вести в такой домашней атмосфере. Он растерянно сидел во главе стола, а увидев брата, пожал плечами, не понимая своей роли в этот момент.

– Лион, ты можешь сесть, – намекнула я, когда он остался стоять рядом, не намереваясь отходить от меня ни на шаг.

– Расскажите, как вам проект? Сложная работа? – спросил папа, усаживаясь поближе к Райану.

– О, это к ним. К счастью, я не в проекте, – повеселев, ответил Райан.

– А чем ты занимаешься? Тоже на госслужбе? – спросила мама, намереваясь не дать возможности папе, сказать что-то лишнее.

Дождавшись, моего решения всё же сесть за стол к остальным, Лион присел рядом со мной. И в момент, когда Райану выпала главная роль ведущего сие торжества, Лион продолжал не сводить с меня взгляд.

– Что? – одними губами спросила я.

– Я люблю тебя, – безмолвно ответил он.

Не в силах сдержать смущение, я прикрыла лицо руками.

Мамин голос, папин смех, запах любимого дома, остывающий на коже мороз, всё казалось таким правильным, обыденным, повседневным. А тот факт, что рядом со мной был мужчина, который не мог отвести от меня взгляд, признаваясь в чувствах при любой возможности… добивал моё истрепавшееся сердце. Хотелось верить… Как же мне хотелось верить, что всё может быть хорошо.

Мы вернёмся на Вермум, Система восторжествует искренностью наших с Лионом чувств, нашу пару объявят победителями проекта, Лион станет советником и раз и навсегда отменит эксперимент… что может пойти не так? Ему могут отказать? Ну и что? Ведь поднять вопрос об отмене истязаний над невинными уже великое дело. Мы придумаем, как одержать верх в этом нелёгком противостоянии…

– Михаэль, дорогой, принеси девочкам пледы, – заботливо намекнула на наш озноб мама, подталкивая Эксанию в спину, чтобы та уселась за стол.

С жаждой посматривая в сторону тарелки с печеньем, папа взялся выполнять мамину просьбу.

– Лир, – позвала я, махнув ему.

Оглянувшись на меня, он хмуро прошёл мимо, взъерошив мне волосы. Входная дверь хлопнула, впустив кроткую струйку мороза.

– Что это с ним? – спросила мама, поглядывая на наши непонимающие лица.

– У него расстройство личности, – выдал Райан. – Сегодня он кто-то один, а завтра уже кто-то другой.

Мама ахнула, схватившись за сердце.

– Такой молодой, а уже…

– Всё с ним будет в порядке, – предотвратила я её подступающие сожаления, покосившись на Райана. – Мамочка, как вы тут без меня?

– Потихоньку, – разливая чай по чашкам, начала она. – Скучали. Очень тебя не хватает. Мне недавно соседка рассказала, что её племянник уехал заграницу работать по контракту. Вы знаете что-нибудь об этом? – усаживаясь между Эксанией и пустующим местом мужа, спросила мама. Она прищурилась, готовая обсудить свежие сплетни.

– У нас гости? – Послышался голос папы, который растерянно зашёл на кухню. Пледов, за которыми его отправила мама, в его руках не было… – Ати, дорогая! Ты дома?! – искренне удивился он, ринувшись ко мне.

– Папа, ведь мы уже виделись, – взволнованно сказала я, предполагая худшее… его болезнь прогрессировала…

– Вот как? – смутившись, ответил он, продолжая рассматривать и целовать меня, будто впервые видел спустя долгое время.

– То лучше, то хуже, – пояснила мама. – Вчера не мог прийти в себя, проснувшись утром… Я так распереживалась, что голова болит до сих пор, – тихо добавила она.

– Михаэль болен? – удивился Райан.

– К сожалению, – прошептала мама, – но мы справимся! Верно, Ати?

– Конечно, – уверенно ответила я, – ведь не зря же я участвую в проекте.

– Точно, – опомнился папа, – Как всё сложилось? Чем вы занимаетесь на этом проекте? Как вообще идёт работа? – спросил он, усаживаясь рядом с мамой, будто ничего странного сейчас не произошло. Судя по его смущённой улыбке, он всех вспомнил.

– Всё не так сложно, как мы думали, – подбирая слова, чтобы не сболтнуть лишнего, ответила я. – Трёхразовое питание, восьмичасовой сон, только и знай, людям помогать.

Я пыталась выглядеть бодро и даже весело, чтобы развеять их тревоги относительно моей «работы».

– Всё так, всё так, – поддержала мою сказку Эксания, дожёвывая печенье.

– Смотрю на вас, и вы все такие красивые! – подметила мама. – Приятно знать, что госслужбе посвящают жизнь такие прекрасные молодые люди. Вы все в одной команде?

Стараясь держать лицо, меня снова переполняла тревога, но впервые, папина болезнь казалась мне решаемой проблемой. Теперь, когда эксперименту придёт конец, а я начну что-то значить благодаря своему положению в обществе Верума, я сделаю всё, чтобы вылечить его. Привезу на Верум и присоединю к Системе, чтобы та исправила изъяны или пусть она разработает лекарство… Я не знала, как именно, но была настроена решительно, выиграть это сражение за ясность ума самого дорогого мне человека.

Я сжала руку Лиона, когда он легко коснулся моего бедра. Его сила, его будущее могущество… были и моим спасением. Ответственность за здоровье папы лежала на моих плечах. Только я могла ему помочь… поэтому я просто обязана, подыгрывая советникам и продолжая участие в проекте, добиться своего.

Неосознанно я упёрлась лбом о сильное плечо Лиона, прикрыв глаза. Не в силах вырваться из пучины своих мыслей, я и не заметила, как родители уставились на нас. Подскочив на месте, я глупо улыбнулась и не знала, куда деть глаза.

– Ати, дочка, вы встречаетесь? – сдерживая улыбку, спросила мама.

– Вовсе нет, – начала я, – конечно, нет. Скажи им, Лион.

– Если Ати так говорит, значит, так и есть, – сухо ответил он, из-за чего я тут же заметила, что Райан с трудом сдержал смешок.

Мне было так неловко!

Какой стыд.

Их дочь уехала работать, а по итогу обзавелась ухажёром.

– Аурелион? – серьёзно спросил папа, уперев оба локтя о стол перед собой.

– Оставь детей в покое, Михаэль, – сразу обругала его мама. – Лучше расскажите, что интересного, – она подмигнула нам, – вам удалось выяснить, работая на новом проекте!

Несмотря на то что, скорее всего, всё было написано на моём лице, я почему-то продолжала делать вид, что мы с Лионом приходимся друг другу лишь коллегами. Мне было стыдно заявить во всеуслышание о нашей истории, ведь тогда, миллион процентов, мне было бы не избежать расспросов… Да и знакомство с моим молчаливым парнем… точно, должно было пройти иначе. Более торжественно и уединённо… Или же, это лишь мои переживая и предрассудки?

Время пролетело незаметно.

Разрешив гостям блуждать по дому, мы ненадолго остались с родителями наедине.

– Всё в порядке, Ати? – тут же спросил папа. – Тебя никто не обижает?

– Нет, всё хорошо. Если всё сложится удачно, я надеюсь выиграть главный приз, – загадочно ответила я.

– Береги себя, детка. Мы так тобой гордимся. Да? – Мама толкнула папу вбок.

– Возвращайся домой, – поглядывая на странных мужчин, с интересом рассматривающих наши семейные фото в коридоре, сказал папа.

– Конечно, осталось совсем немного…, – многообещающе прошептала я, когда Эксания встала за моей спиной.

– Нам пора, – сказала она, постучав по циферблату часов на запястье.

Верумианцы принялись одеваться, мучаясь с молниями на одежде, когда Эксания нежно поблагодарила моих родителей за гостеприимство и вышла из дома.

Разглядывая тёплые улыбки родителей, их морщинки, выдающие усталость и пережитые тревоги, их добрые глаза, нежные движения… я была рада вот так стоять перед ними и просто видеть их собственными глазами. Никакие голограммы не заменят живого тепла и ауру любви, которой они меня окутывали. Нам не нужны были слова, чтобы выразить свою любовь. Мы были друг для друга всем. Мы не существовали друг без друга.

Мама нежно погладила меня по щеке, а папа не выпускал моих рук из своих.

Зная, что, выйдя за дверь, я не смогу быть рядом… когда могу им понадобиться. Не услышу их голосов, не узнаю их просьб, от которых может зависеть их жизнь… Я не могла заставить себя попрощаться.

Впервые уезжая из дома на проект, я переживала лишь о себе. Эгоистично гадала о своём благополучии, страшась того, что меня могло ждать впереди. А теперь…, не знаю, что было бы страшнее, полтора месяца отработать где-нибудь здесь или узнать правду, и быть не в силах что-либо изменить.

Увидев выступающие слёзы в моих глазах, папа тут же предложил:

– Может, ну это всё? Оставайся. Оно того не стоит.

– Стоит! Не отговаривай её. – Мама кинула в его сторону злой взгляд. – Ты молодец, Ати! Так держать! Ты должна гордиться собой. Не унывай, – нежно добавила она, прежде чем наброситься на папу: – Ты что не понимаешь? Конечно, ей тяжело! Она никогда из дома так надолго не уезжала, а ты тут «оставайся, да, оставайся»…

Даже этот обыденный невинный спор отзывался теплом в моей груди. Кому вообще в этом мире было дело друг до друга? А им было. Любовь она в мелочах, в заботе, в простоте…

– Ати, – позвал меня Лион.

Я обернулась и поняла, что они были готовы выходить. Райан маялся у двери, не зная, как попрощаться.

– Приходите к нам ещё, – нежно сказала мама, потянувшись к нему для объятий.

Нерешительно поддавшись её порыву, Райан неловко обнял её и искренне улыбнулся. Папа пожал мужчинам руки, а выйдя на улицу, чтобы проводить нас, с ним попрощался и Лир, который всё это время, кажется, подпирал балку крыльца. Мама махала нам вслед и желала лучшего.

Я должна была отвернуться, должна была… успокоиться и, махнув в ответ, сесть в машину, но не могла. Я не могла оторвать от них взгляд. Не могла позволить себе упустить их лица из виду ведь, на самом деле, я не знала, что меня ждёт впереди…

Вернувшись, я напоследок, ещё раз крепко-крепко их обняла…

***

– Аурелион, нам туда, – доброжелательно сказала Эксания, указывая на дверь в конце коридора. – Кто не хочет идти, можете отправиться отдыхать. Мы ненадолго, но это обязательно.

– Наконец-то, – выдавил из себя Лир, который с момента соприкосновения с аурой Лиона вёл себя крайне странно.

Шагая по коридорам так называемого штаба, я чувствовала себя обманутой. Меня одолевали самые разные противоречия и переживания. Встреча с родителями лишь прибавила волнений, которые требовали утешения.

Райан приобнял меня за плечо, и я позволила ему это. Кто бы мог подумать, что этот человек вознамерится оказать поддержку мне, жалкой землянке, место которой на грязной планете, а не среди них… на идеальном Веруме.

– Эй, Альби?

Вопросительно хмыкнув в ответ, я подняла на него слегка заплаканные глаза.

– Всё будет хорошо, – тихо сказал он остановившись. – Брат не стал бы врать. Он не такой, сама знаешь.

Я кивнула в ответ, всем сердцем надеясь на это.

– Вас жизнь ничему не учит, – сказал Лир, открывая передо мной дверь. – Твоя с братом – следующая по коридору, – добавил он, махнув Райану.

– Который час? – спросила я, осматривая тесную комнатку, в которой не было ничего, кроме большой кровати, полупустого шкафа и письменного стола, на котором красовался новенький компьютер.

– Семь вечера. Скоро ужин, – ответил он, закрыв за нами дверь.

Меня сбивала с ног физическая и моральная усталость. Я медленно поплелась к кровати, по дороге скидывая с себя верхнюю одежду и тёплые штаны. Лир неспешно разделся, с омерзением отшвырнув к двери порванные вещи.

– Лир, что с тобой? – спросила я, присев на постель. – Ты ведёшь себя странно.

– Разве? – язвительно спросил он.

Рассматривая его голую спину, я могла с уверенностью сказать, что даже сейчас, просто натягивая лёгкие штаны, он злился. Кажется, таким я ещё никогда не видела.

– Ты молчишь, сопишь и проявляешь агрессию, – подметила я, пристально рассматривая его.

– Разве? – ответил он и резко развёл руками. – Да, я злюсь. Довольна? Как же я злюсь, Атанасия.

– Из-за сил Лиона? – предположила я.

Он резко замолчал, и, казалось, его глаза заискрились. Если бы у него была такая же аура, как у Лиона, она бы задушила меня прямо сейчас.

Я не успела даже моргнуть, как Лир повалил меня на кровать и поцеловал…

Глава 10

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

This Is the Beginning – Ely Eira)

Оказавшись застигнутой врасплох, я пребывала в простодушном онемении.

Нависнув надо мной, Лир целовал меня, а я не понимала, как на это реагировать. Его горячие и дерзкие губы касались моих, пытаясь нам что-то доказать. Он всё ещё был моим сопровождающим, тем, кто должен был следить за моим целомудрием, но вместо этого, его рука легла на мою талию, медленно следуя всё ниже.

Пары секунд мне хватило, чтобы прийти в себя и попытаться его оттолкнуть, но он был напорист. Даже не намереваясь отступать, он лишь углубил поцелуй, раздвинув мои губы языком. Я не понимала, что на него нашло, что вообще творилось? Его близость была неправильной, но что-то во мне не позволяло превратить этот момент в сцену насилия. Мне не хотелось кричать, вопить и убегать, мне хотелось понять, что происходит.

Ещё совсем недавно, я бы растаяла во власти его прикосновений, но ведь не это важно. Несмотря на сам факт поцелуя, в нём не было чувств, не было любви… Казалось, дело было вовсе не во мне, и он это тоже знал.

Лир отстранился, не выпуская меня из крепкой хватки.

– Что со мной нет так? – спросил он грубо, но чуть виновато.

– Смотря о чём ты, – растерянно ответила я, намереваясь получить объяснение его поступку. – Но вот при чём здесь я?

Он не смог или не захотел ответить, прикрыв глаза рукой.

Впервые я видела Лира таким… разъярённым, вспыльчивым и импульсивным. Особым спокойствием он никогда не отличался, но чтобы вести себя вот так…

– Лир…, – нежнее нужного, начала я, – всё это время, ты был рядом. Ты помогал мне, заботился, не спускал с меня глаз… а сейчас, я вижу перед собой кого-то другого. Что случилось, Лир?

Он резко схватил меня за шею, грубо надавив пальцами на горло. Было не больно, но я испугалась. Если раньше, я могла с уверенностью заверить любого в том, что Лир был одним из самых уравновешенных и адекватных мужчин, чтобы не творилось вокруг… глядя на его пылающий взгляд сейчас, я усомнилась в своей проницательности.

– Ответь, – хрипло произнёс он, разглядывая меня, – что между нами было до того, как ты угодила к Лиону в постель? – Его злость пронизывала каждое слово. Свободной рукой, он поднял мои руки над головой и прижал их к постели, из-за чего мне пришлось выгнуться в спине. Несмотря на его гневное состояние, он не причинял мне боли. – Что между нами было, Атанасия? – повторил Лир.

– Не понимаю, – искренне ответила я, теряясь в догадках, что он хотел услышать.

– Ты ведь смотрела на меня так…, – он запнулся. – Ты ведь хотела меня, смотрела только на меня, мечтала обо мне! – Его голос был полон растерянности. – Так что изменилось? Я недостаточно хорош для тебя? Недостаточно красив? Недостаточно влиятелен? Что со мной не так? – отчаянно допытывался Лир, всё сильнее вдавливая меня в постель.

– Это шутка? – резко спросила я. – Ты издеваешься надо мной? – Несмотря на его жёсткую хватку, я была готова разойтись в проклятьях. – Я ни за что не поверю, что ты вдруг решил меня ревновать. С самого первого дня твои выходки ничего для тебя не значили. Ты ни секунды не рассматривал меня серьёзно. Даже узнав о моих чувствах, ты продолжал подсовывать меня холостякам проекта, чтобы достичь успеха в карьере, – почти кричала я. – А сейчас ты вздумал мне что-то предъявить? Да тебе плевать на меня! Плевать на мои чувства, на мои желания и страхи, лишь бы я делала то, что приведёт тебя к успешно выполненной мис....

– Это не так, – резко перебил меня Лир.

– А как? – крикнула я.

– Мне не плевать…, – отводя глаза, ответил он.

– Да что ты? – саркастически спросила я, поёжившись в его хватке. – Когда именно тебе было не плевать? Когда ты подсовывал меня Максимусу под эффектом жемчужного китрина или, может, когда ты убедил меня продолжить участие проекте после того как мы узнали о существовании реальной внешней угрозы? Отпусти меня! – крикнула я, не намереваясь больше терпеть его выходки.

– Я всё это время был на твоей стороне! – Злился Лир.

– Ты всё это время был только на своей стороне! – огрызнулась я.

Оттолкнувшись ногами от кровати, я со всей силы оттолкнула его бёдрами. Лир отпустил меня, наверное, осознав, что всё это время вёл себя странно. Эмоции на его лице сменялись со скоростью света, не позволяя мне собраться с мыслями. Я пихнула его в плечо, чтобы он наконец-то слез с меня. Среагировав на мой бунт, он разозлился ещё сильнее. Вымещая на мне свои внутренние переживания, он не пожалел сил, чтобы перевернуть меня под собой и уткнуть лицом в постель.

– Всё не так! – протестовал он, заламывая мне руки за спину.

– Мне больно! – крикнула я, когда мышцы в плечах неприятно натянулись.

– Думаешь, твой Лион честен с тобой? Думаешь, он любит тебя? – прошептал он мне прямо в ухо, навалившись на меня сверху. – Вы все такие наивные. Верите в любовь. Ждёте чуда.

– Отпусти меня! – крикнула я, теряя контроль над ситуацией, которого у меня и не было.

– Лучше бы ты полюбила меня.

– Вот как?! И что тогда?

– Не знаю…, – тихо ответил Лир, будто опомнившись. – Меня никто никогда не любил…

В этот момент, вся его ярость безвозвратно улетучилась, будто её никогда не было, оставив за собой лишь скорбь и разочарование. Поднявшись с меня, Лир развалился рядом на постели, бесцельно уткнувшись взглядом в потолок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.