Ольга Сергеева
Локальные битвы за любовь

1 глава

Нет, я не ждала, я проводила время. Можно сказать, что проживала каждый миг. Я давно научилась избегать ожиданий, ведь «ждун» – это вечно напряжённое существо, гоняющее мысли туда-сюда, каждый раз по кругу и представляющее паршивенькие картинки предстоящего будущего. Собственно, как представляешь, зачастую так и случается. И объяснение явления очень простое: волнуешься, начинаешь сбиваться, отвлекаешься на свои неприятные ощущения, и вуаля – неудача тут как тут, или скомканная встреча, что тоже из той же оперы неуспеха.

Ещё с детства запечатлелась в голове поговорка: «хуже всего на свете ждать и догонять». До меня далеко не сразу дошло, что нужно избавляться от подобных наклонностей, и по части ожидания я почти справилась. Добавляю «почти» лишь потому, что в нашем мире нет ничего абсолютного и полного, практически нет ничего предсказуемого, ибо всё может пойти совсем не так, как ожидалось. Вот-вот, опять это словечко «ожидать» снова и снова прорывается в сознание, пытаясь его затуманить и замазать ненужными мыслями, образами и прочим ментальным хламом. С хламом я тоже разобралась, как и с ожиданием.

Со временем приходит понимание, что у сознания и души слишком много ловушек, разного рода застреваний и пауз, создающих непрерывное напряжение, а значит, есть серьёзные предпосылки к тому, чтобы превратиться в перманентное унылое чмо, запуганное самой жизнью.

«Страшно жить» или «я не просила меня рожать» – типичные отговорки и сваливание вины на внешние обстоятельства. А, ничего, что каждый либо выбирал подобную жизнь для более полного осознания и достижения нужных высот личностного роста, либо заслужил её в прежнем воплощении. И не только я так полагаю, – у этой теории много сторонников. В подобном положении дел я уверена почти на 200 процентов.

Хочется призвать людей, сетующих на жизнь, обвиняющих всех и вся в её несуразности и несправедливости, – изучайте правила проживания на Земле и действуйте на опережение: быстро включайте осознанность и желание оставаться с ясной, рабочей головой, без оглядки на «ужасный мир» с его бесконечными ограничениями и неожиданностями.

Как врач – психотерапевт, я знаю множество разных техник, урезонивающих негатив. Но для себя они не понадобились, потому что силы мысли вполне хватало, чтобы разрешить мелкие и более крупные трудности. Считай, не было ни медитаций, ни физических техник, ни дыхательных упражнений, чтобы победить внутреннее напряжение ото всякой ерунды, ежеминутно прорывающейся в разум. Правда, готова уточнить один момент: я спонтанно научилась входить в трансовое состояние, притормаживающее сознание в аварийных или особых случаях, связанных с озарением. Для этого достаточно подумать, что надо бы выключится на пару минут, – хлоп, и оно состоялось, и ты вроде как здесь, но не совсем, и это напоминает погружение в энерго пространство. Думаю, что срабатывает понимание и наработанный автоматизм очистки разума.

В общем, дошла я до той точки роста, когда воспринимаю свой аватар, пардон, организм, как вполне управляемую супермашину. Нынче модно величать особую осознанность, как некое божественное просветление, походящее, по существу, на единение со Вселенским началом, растворенность в нём, чувством своей важной миссии на Земле и даже божественности. Если ты уже такой совершенный, то тебе достаточно слушать пение птиц, шелест листвы, наблюдать за природой, небесами или проживать другие элементы обыденности, чтобы испытывать настоящую духовную радость.

На эту тему слушала я подкасты мудрецов современности, просветлённых, как их называют. Но сверхлюдьми их назвать трудно: нормальные, спокойные, уравновешенные люди, мудрые, развитые, они понимают, как надо взаимодействовать с миром и людьми, они прошли свою нелёгкую жизненную школу, отлично усвоив её уроки. Но называть их супер-пупер человеками язык не поворачивается, всё-таки они больше бизнесмены, судя по собираемым аудиториям и постоянным выступлениям на разные темы. Некоторые из них удачно шутят, неспешно передают свой взгляд на явления нашего мира и довольно ловко уходят от каверзных вопросов от своей немалой и неглупой аудитории.

Разумеется, я слушала далеко не всех, но выводы по ним всё-таки сделать можно. И мой вывод таков: виденные мною люди не являются просветлёнными. Назовём их просто «учителя» жизни, преподы простых житейских истин, лежащих на поверхности, но замазанных суетой жизни.

По логике вещей, подобные темы должны бы даваться и внушаться нам, начиная прямо с младых ногтей, – хотя бы со школы: элементарно об отношениях между людьми, детско-родительские связи, навыки саморегуляции, важность материнства и много чего ещё. А, вместо этого мы изучали то, что в обычной жизни не нужно и забывается напрочь. Взять хотя бы «тангенсы-котангенсы», сложные физические законы, астрономию, сомнительную историю, переписанную сотни раз в угоду новому правителю. И выходят в жизнь знатоки высшей математики, астрономии, научного коммунизма и т.п., напоминающие в рутинной жизни барахтанье полуслепых котят, совершенно не готовых к суровым реалиям. Легко представить, что творится в головах таких всезнаек – они спотыкаются на элементарных бытовых и несложных социальных связях, размышляя при этом, как же прилепить к ситуации тангенс, чтобы она стала разрешимой?! Дело ясное, – «бытовуха» оказывается потруднее высшей математики.

В человеческом обществе, повторюсь, множество ограничений, отвлекающих моментов, ситуаций, стрессов и напряжений. Мы для того тут и живём, чтобы стать опытными «выживальщиками» в очень непростых условиях, и при всём, не растерять свою человечность, а развить её и приумножить.

А, знатоками реалий становятся далеко не все, и те, кому подфартило усвоить простые уроки, получили знания совершенно изуверскими способами – в основном, методом проб и ошибок, и некоторой ориентацией на загадочную, едва ощутимую интуицию, признаваемую лишь частью общества.

К слову, о «просветлённых», – настоящие светлые души всё же обитают в нашем мирке, но они не отсвечивают, не монетизируют свой успех, а где-то тихо, в каких-нибудь укромных уголках делают свои благие дела. Однажды в своей врачебной практике я была потрясена рассказом о старце, считай просветлённом человеке, да, не о гуру из йоги или каких-нибудь других духовных практик, а о настоящем божьем старце, знающем судьбы людей и умеющем считывать будущее. Подобные знания приходят совершенно неожиданно и ошеломляюще. То, о чём к тому времени я и не помышляла, прилетело ко мне много лет назад, более 10 лет.

На память, это был год десятый или двенадцатый, лето, как я помню. Был ничем непримечательный день до появления в дверном проёме моего кабинета тоненькой складной фигурки. Это была девушка на вид лет двадцати – двадцати двух. На несколько секунд она задержалась, придерживая дверь тонкой белой рукой, очевидно сомневаясь, следует входить или нет. При этом, одна её стройная ножка стояла на пороге кабинета, а другая всё ещё в коридоре, взгляд печальный и изучающий, удерживал мой взор. Без сомнения, она не особо доверяла людям и всегда колебалась в ситуациях встречи с незнакомцами. Наконец, она вошла, видимо, ориентируясь на свои позитивные ощущения, и присела на краешек стула.

Возникла некоторая пауза, пока мы рассматривали друг друга. Я дала ей время привыкнуть к незнакомой обстановке, присмотреться и немного освоиться.

Подобное волнительное поведение нередко водится за мнительными пациентами: они и без того сложно сходятся с людьми, а уж посещение психотерапевта – вообще случай особый, ведь там бывают только «идиоты, дураки и шизофреники». Отчего-то подобная байка имела в народе особую живучесть, несмотря на долгие годы существования психотерапевтической помощи в постсоветские времена. Истоки подобных штучек закладывались ещё в далёкую советскую эпоху, когда действительно к специалистам подобного плана похаживали не всегда здоровые люди. Но таких имелось крайне мало, я сама, в бытность тогда участковым врачом, могу смело заявить, что это были крайне редкие, спорадические случаи откровенного сумасшествия или слабоумия, за редчайшими исключениями.

Так, однажды, где-то в конце «восьмидесятых», ко мне на приём пришла девушка симпатичной наружности, в меру полноватая, с длинной толстой светло-русой косой, очень аккуратная, она прекрасно владела своей речью, тщательно подбирая слова к объяснению своего визита. Так, оказалось, что она имела нерабочую, 2 группу инвалидности по чему бы вы думали? – по депрессии! Сказать, что я тогда офигевала, – ничего не сказать: передо мной сидел совершенно спокойный человек, с чёткой выверенной ментальностью. Невольно я обращаюсь к давнишнему опыту, проводя параллели. Так. Вот, та девушка из далёкого прошлого ничем не напоминала современных депрессивных больных, погружённых в своё паршивое состояние и зацикленных на нём. Странно, но теперешние пациенты вкалывают на работе, тащат свои семьи, превозмогая с трудом своё тягостное состояние, тогда как «советская» депрессивная больная являлась неработающим инвалидом по этому заболеванию. Парадокс, по-другому и не скажешь. Я не совсем разгадала суть парадокса, но кое-какие догадки об этом имеются, но об этом позже.

Зачастую, сейчас мои пациенты не хотят верить, что в советские времена почти никто не страдал от депрессивных симптомов. Небольшие невротические расстройства, конечно, наблюдались, но протекали мягко, воспринимались людьми гораздо легче, не как что-то катастрофическое и неизлечимое. Нынешние пациенты склонны всегда драматизировать ситуацию, непрерывно наполнять себя негативом, словно они сами хотят себя загнобить. По итогу, жизнь превращается в тотальное уныние и самобичевание, и невозможность разглядеть позитив любого формата.

В какой-то момент в обществе нарисовался термин «стигматизация» душевно больных, простыми словами это значит, что если ты материализовался в психиатрическом заведении любого толка, то тебе непременно присвоена метка какого-нибудь придурка с последующим усложнением дальнейшего жизненного пути. Некоторым товарищам даже неважно, анонимно ты обратился или открыто – раз зашёл внутрь, значит, получил клеймо, хоть и невидимое. Так что ситуация с стигматизацией, своеобразной пугалкой честолюбивых граждан, (буду страдать, но ни-ни), не улучшила обращаемость за психиатрической или психологической помощью, от чего армия больных депрессией и прочими душевными болячками только множилась.

Навешивание ярлыков в нашем культурном коде всегда поощрялось с какой-то неведомой целью. Шли годы, менялись поколения, но в области психиатрии всё было стабильно: дурак – он и в Африке дурак, и навсегда им останется.

Влада

2 глава

Не скрою, что меня поразило несоответствие внешнего облика девушки и её скромного поведения. Для того времени её причёска, одежда и макияж были довольно дерзкими, почти революционными: светлые тонкие волосы, разбросанные по плечам, имели ярко – розовый оттенок по краям, и казались не слишком прибранными. Я обратила внимание на то, что половина короткой чёлки торчала вверх неровным веером, другая половина мирно лежала, где ей и положено – на лбу; трикотажный костюм в обтяжку подчёркивал стройную фигуру, но слишком обнажал плечи, он тоже был розовым или персиковым. На длинной шее красовалась толстая серебряная цепь с крестом, как бы слегка пригибая шею. В довершении ко всему, в носовую перегородку пронзало серебристое металлическое кольцо.

«Странный мозаичный образ, где присутствует множество ненужных деталей, но отсутствуют некоторые важные», – заключила я про себя, потому что нашла неуместным соседство объёмных металлических украшений с нежными розовыми тонами гардероба и, в единой картине, недостаток практичности всей совокупности элементов.

В общем, я примерно предвидела дальнейший разговор, который будет пронизан явными несоответствиями и противоречиями. Ведь внешность, предпочтения в одежде и аксессуарах в некоторой степени отражают внутреннюю начинку, являясь частью самовыражения.

Девушка глубоко и часто дышала, по-видимому, убеждая себя начать всё же разговор.

– Меня зовут Владислава, можно просто Влада, – голос прозвучал сдавленно и сжато. – У меня серьёзные проблемы с матерью и с психикой. Похоже, вы это заметили, – она ещё раз внимательно всмотрелась в мои глаза и быстро опустила голову. Очевидно, она обладала наблюдательностью и научилась по поведению людей легко считывать нюансы различных эмоций.

– Расскажите, что считаете важным, – я с облегчением выдохнула, понимая, что человек готов, наконец, к разговору. К тому же, меня порадовала её способность к эмпатии.

– Понимаете, я всегда старалась как можно меньше привлекать к себе внимание, я всегда в тени. Не помню точно, когда это образовалось во мне, – она явно начала издалека, продолжая сидеть на краю стула в напряжённой закрытой позе нога на ногу, опустив плечи.

Начальные высказывания никак не совпадали с манерой одеваться: прямо скажем, вульгарный прикид и «желание оставаться в тени» громко противостояли одно другому. Я предчувствовала подобное, но не до такой степени. Мне хотелось послушать, как она сама чувствует свои несовпадения.

– Я всегда притворялась невидимой среди людей, мне казалось, что если я буду так себя вести, то люди перестанут меня замечать.

– Влада, Вас трудно не заметить, внешность у вас кричащая, – я приняла решение интерпретировать её мысли и задавать вопросы в лоб, что называется. Внутренний голос подсказывал мне, что так можно.

– Вы не поверите, но наряд – это что-то вроде маскировки, отвод глаз от моей внутренней стороны. Чтобы никому в голову не пришло поинтересоваться, что у меня на душе. Я всегда и от всех скрываю, что у меня в глубине. Даже парень, проживший со мной почти два года, так и не был посвящён в мою тайну. Мы с ним разошлись недавно, ему надоела моя недосказанность и вечные тайны. Он долго и упорно пытался раскрутить меня на самый важный разговор, но я оставалась непреклонной, ведь это моя тайна. А, он решил для себя, что я долбанутая на всю голову, и ушёл. В принципе, он был очень близок к моей загадке. Мне стало ещё тяжелее после его ухода и даже пришлось вернуться жить снова к матери. Но свой секрет я скрыла и от него, и это было очень круто: я и торжествовала, и огорчалась почти одновременно.

Передо мной сидел человек, который пожертвовал своей личной жизнью, своей любовью, наверное, комфортом, ради некой таинственной, невероятно глубокой правды. Очень похоже, что она дала себе зарок любой ценой сохранить некий секрет всей её жизни.

– Что же заставляет вас так упорствовать в сокрытии тайны, и что будет с вами, если её кто-нибудь раскроет? – вопрос напрашивался сам собой. О тайне девушки спрашивать явно рановато.

– Последствия будут ужасными для меня – мать сдаст меня в «психушку». Она и без того постоянно наблюдает за мной, каждый раз угрожая разными мерами воздействия. Так было всегда. Мне кажется, что она только и делает, что ждёт нового ляпа с моей стороны, ей какой-то кайф доставляет выводить меня на чистую воду. Хотя, знаете, я старалась по жизни выполнять все её требования – просто так было легче жить. Короче, жить для неё, а не для себя, лишь бы она замолчала и лишний раз не раскрывала свой рот, изрыгающий разные недовольства. В качестве примера приведу поступление в ВУЗ: я вообще не хотела после школы учиться, я умела хорошо наращивать ногти, получалось красиво, подруги радовались. Я даже набросала некий план на будущее, где я займу своё место в бьюти индустрии, потому что я умею рисовать, у меня твёрдая рука, да я просто заточена на всё прекрасное, – она слегка улыбнулась, что буквально осветило её хмурое неподвижное и, одновременно, симпатичное кукольное лицо. Так она умела преображаться, хотя не знаю, осознавала ли она свою способность. – Представляете, мой план не был для меня непосильным, – я в таких условиях вполне бы совладала со своей кошмарной внутренней реальностью.

Она брала краткие паузы, чтобы развить свой рассказ:

– Но в мои планы вмешалось вполне предвиденное обстоятельство – мать заставила меня пойти учиться в институт. Она говорила, что так положено, все сейчас получают «вышку», мол, такие реалии диктует общество. Но, самое главное, как мать считала, что соседи узнают об этом и не станут трепать об их семье разную ересь. Представляете! Она думала не обо мне, а о соседях и родственниках, неудачниках, по её словам. А, мы-то с ней теперь удачники, правда, не счастливые и больные.

– А, такое возможно, что удачливые люди не счастливы? – уточнила я.

– Сплошь и рядом, – ведь счастливчики они только для окружения, а для себя они катастрофически несчастны. Вот, я стала чувствовать себя гораздо хуже и потеряла всяческие ориентиры в жизни. Она, то есть мать, сбила все мои настройки.

– Как вы относитесь к матери, какие чувства испытываете в целом? – я решила немного притормозить её историю с матерью, – по похожему опыту я знала, что рассказ может стать слишком затянутым, и мы не уложимся в один час консультации. А, вопрос по чувствам и отношению к близким людям всегда ключевой, это просто основа всех текущих проблем и трудностей. К тому же, многие люди не осознают, что они испытывают, а просто варятся по жизни в сложном бульоне из тяжёлых чувств. Большинство даже прочно законсервированы в подобных состояниях без малейшей надежды на крошечные, спасительные бреши в железобетонной системе внутренних защит.

Влада интересно изъяснялась, чувствовалось, как работает её мысль, как разветвляются веточки логических построений. Очевидно, что с ментальностью у неё всё довольно хорошо, не подкопаться пока.

– Короче, мать и институт ещё больше меня покалечили, – я окончательно стала невидимкой. Каждый день, на протяжении многих лет я тщательно готовила себя к выходу в общество. Вы и сейчас видите на мне камуфляж из дурацкого прикида. Относительно любви или нелюбви к матери я как-то не думала прежде. Сейчас прямо не смогу дать ответ, потому что для меня с ней открыто только одно понятие – борьба.

– Хорошо, я поняла, что вы склонны защищать свою внутреннюю неприкосновенность от общества и от самых близких людей, правда, защита проявляется в разных формах. Люди видят яркое, но не замечают тонкое. Вы использовали свойство людей отвлекаться на броские детали и не видеть за ними основное. О втором – области чувств вы ещё подумаете в процессе беседы, – по тональности я произнесла последнее и не вопросительно, и не утвердительно, чтобы не ставить Владу в жёсткие рамки.

– Да, я давно наблюдаю за тем, как наше общество совершенно близоруко по отношению к таким важным фактам. По одежде они легко могут навешивать ярлыки, например. Я и рассчитывала именно на такой феномен. Помню есть даже крылатое выражение на похожую тему: «лицом к лицу лица не разглядеть, большое видится на расстоянии», эту фразу Есенину приписывают.

Я одобрительно кивала, не вмешиваясь в исповедь Влады, перебить её можно было легко, но тогда она может потерять нить рассказа. После коротких, но ёмких объяснений девушки, я осознала, что рассыпалась моя гипотеза относительно её внешнего вида: оказывается, вся её наружная, видимая часть личности – всего лишь способ затаиться, спрятать от общества нечто сокровенное внутри себя. Не зря говорится, «хочешь что-то спрятать, положи на видное место», передо мной тот самый случай, правда, мне разъясняют, что не всё так просто, как может показаться на первый взгляд. И моё первое ощущение, что в девушке присутствует нечто мозаично-несопоставимое, только подтвердилось.

Она пояснила, что многолетнее существование в роли человека-невидимки вылепило характерный внешний облик: она долговязая, но субтильная, слишком белая кожа с множеством синеватых ниточек сосудов из-за избегания открытых, в частности, людных пространств и солнечного света; детское личико с ореолом из хрупких светлых волос – она вынуждена оставаться ребёнком, чтобы своим непослушанием не разгневать деспотичную мать.

– Что же заставляло вас прятаться среди людей?

Она замялась на несколько мгновений, сглатывая слюну в нерешимости произнести нечто важное.

– Мне казалось, что окружающие слышат их так же, как слышу я, – еле слышно произнесла она и добавила тут же: голоса в голове и в пространстве, рядом. Даже сейчас они заставляют меня замолчать, но я стараюсь увиливать от их встревания в разговор. Они хотят безраздельно управлять мною.

– Влада, кто этот «он» и «они», кому принадлежат другие голоса?

– Я не знаю кто он, но, наверное, бес. Мой духовник, отец Николай из Белой церкви, пояснил мне, что любые голоса – от бесов, они не божественного происхождения. Я послушала священника, но мне нужна была как можно более полная информация по этому вопросу, поэтому я изучала литературу разной направленности, – и медицинскую, и эзотерическую, и религиозную. Такая путаница теперь в сознании, потому что одни гипотезы наезжают на другие, а те на третьи, и так далее, как вагоны друг на дружку, так что в голове ощущение крушения товарного поезда, – она грустно улыбнулась своей метафоре. – Я приняла решение консультироваться очно у представителей различных направлений. Сегодня я у вас, ведь вы, как врач представляете собой научное понимание психиатрии.

Я слегка приподняла плечо и немного склонила голову вбок, в знак неуверенности в том, что я – чисто научное звено. Я не могла со сто процентной уверенностью утверждать, что психотические симптомы – глюк каких-то психических процессов. Ну, нет пока у человечества точных доказательств происхождения подобных явлений.

Смотрите, как загружают нам информацию в мозги: сказали на лекции в мединституте, что такой феномен объясняется вот так, и вот эдак, значит так и есть. К тому же, в учебниках написано тоже самое, а книги пишутся лучшими умами человечества – академиками или супер-пупер открывателями неких закономерностей. А, вы должны только преклонять головы перед совершенством их мысли и просто не смейте думать умнее и креативнее, ибо до вас уж всё додумали, (аж за тысячи лет существования человечества, ну, это так, ремарка). И ведь не проверить ни одну догму: нужно, как минимум лабораторное и техническое оборудование, электронные микроскопы и многомесячные наблюдения. Даже поставить правильный психиатрический диагноз архи сложно при практическом отсутствии лабораторных и инструментальных данных.

Особенно меня забавлял всегда любопытный (дополнительный) метод диагностики – ЭЭГ (электроэнцефалография), регистрирующая кучу мозговых волн – разнообразных и завораживающе красивых. Врач-дешифровщик странных волн описывал их витиеватым языком и частично проговаривал эту белибердень испытуемому. Тот, естественно, в состоянии полного непонимания, в конфузионном трансе, уходил примерно с такой мыслью: а, на хрена козе баян? – для чего во время обследования он глубоко дышал или мучительно задерживал дыхание, таращил глазёнки и практически почти что хлопал ушами, чтобы результат был как можно более достоверным. Короче, работы много, а выхлоп почти нулевой. Просто смотришь на эти волны и диву даёшься необычайным процессам нашего загадочного мозга, от чего загадки только прибавляются. А, информации, разумеется ноль – ни врачу, ни его пациенту.

Влада интересно изъяснялась, чувствовалось, как работает её мысль, как разветвляются веточки логических построений. Всё довольно чётко и складно. Очевидно, что с ментальностью у неё далеко не всё плохо. И всё же, есть слуховые галлюцинации. Картина нехарактерная для типичного психоза, когда все мысли вкривь и вкось, и всё неправильно ложится на подкорку, усугубляя противоречие. К тому же, слишком зажатое поведение и очень свободное одеяние. На это стоило обратить внимание, чтобы учесть будущие назначения лекарственных препаратов. В них была явная необходимость, ведь «голоса». Сопровождающие её много лет – явный признак перманентного психоза, искажавшего личность девушки.

Влада долго рассказывала о своей нелёгкой жизни, про то, как мать взращивала в ней неадекватную личность, как год за годом она наполнялась ядом собственных переживаний, и выплеснуть его было некуда. Для ребёнка, в последующем для подростка, это было чрезмерно травматичным, и неудивительно, что её психическая организация не выдержала и дала сбой. Впрочем, любой нормальный человек не в силах выдержать густую, тяжёлую энергетику, льющуюся непрерывным потоком.

Если без излишних деталей, мать воспитывала дочку, по сути, методично издеваясь над ней: только кнутом и очень редко «пряником», который Владе был не нужен. Для примера, после наказания в одиночестве в запертой комнате, мать могла «порадовать» дочь обновкой в виде платья, которое девочка совсем не выбирала и никогда бы не предпочла при покупке: и цвет не подходящий, и фасон уродливый.

Девочка отказывалась от наряда, за что снова шла «в изоляцию». И, так по кругу. Для ребёнка это настоящие круги Ада. Она всегда страдала и никогда не помнила светлых дней, даже небольших просветов. Пара-тройка приятных воспоминаний она связывала с отцом – тёплым, мягким и светлым человеком. Правда, он не на долго задержался в их семействе. Примерно на третьем году девочки, после очередной ссоры с матерью, а она любила устраивать разные скандалы с поводом или без, он побросал в чемодан несколько своих вещей и исчез из поля их зрения практически навсегда. Однажды, где-то через год, он попытался встретиться с дочкой, но встреча получилась спонтанной для Влады и скомканной, отчего стало ещё горше и обиднее на мать, потому что она утащила ребёнка со встречи в отместку нерадивому папаше.

– Просто я была для неё девочкой для битья в буквальном смысле и орудием мести для отца. Знаете, в последующем, я нашла всё-таки отца, но столько воды утекло с тех пор, что трудно нам с ним контакт восстановить. Ко всему прочему, он продолжает опасаться своей бывшей жены, то есть моей мамаши. В общем, она вызывает священный ужас у тех, кто перешёл ей дорогу. В то же время, подруги, есть пара таких, любят и ценят её. Она для них в лепёшку расшибётся, если что-то пошло у них не так: и «на проводе» может висеть часами, выслушивая слезливо-сопливый рассказ подружки, может и сорваться в темень и непогодь, спеша на помощь. Этакий Чип и Дейл в одном флаконе!

Я отметила для себя способность Влады смягчать остроту детской травмы при помощи преображения её в «лайтовую», удобоваримую версию. Это по истине спасительный вариант работы с собой.

Встреча подходила к концу, и очень много недосказанного и неуточнённого повисло в воздухе. Особенно меня озаботила тема с голосами, – всё-таки Влада недостаточно полно осветила этот аспект, который, собственно, и сподвиг её обратиться за помощью. Но и психологический массив её жизни тоже нуждался в анализе и разработке, несмотря на кажущуюся простоту: неопытному наблюдателю может показаться, что тема матери-тирана -избитая, понятная и вполне решаемая, что даже соседка, тётя Дуся скажет человеку, мол, держись от своей родительницы подальше, и будет тебе счастье. Но смена территории не вызывает сколько-нибудь значительных перемен внутри личности – там всё на своих местах и, возможно, даже спуталось ещё сильнее, на подобие клубка ниток, провалявшегося много лет без внимания, и ниточки слиплись и запутались так, что разделить их уже невозможно.

– Знаете, я подумала над вашим вопросом о моих чувствах к матери. Я попыталась обратиться в глубь себя за ответом, и, кажется, он пришёл: это любовь, ненависть и страх. Они попеременно овладевают мною, возможно, временами все сразу. Спасибо, это очень важное, что я сейчас поняла.

– Как же вы используете новое знание для себя и для матери?

– До этого предстоит ещё добраться, – в задумчивости произнесла она. – А, может, есть какое-то универсальное решение проблемы подобного рода?

– Влада, вы нуждаетесь в психотерапии – это процесс избавления от разных тягостных ощущений, от негативных личностных программ, иногда процесс может стать длительным.

– Но можно хотя бы в двух словах мне что-то предложить? – она наблюдала за часами, понимая, что оговоренное время сеанса закончилось, и снаружи мог ожидать следующий пациент.

Я вполне себе понимала, что передо мной человек с высокой степенью недоверия к миру, и тот факт, что она появилась у меня – результат длительных внутренних терзаний, постоянных сомнений и ежеминутных колебаний. Ей нужно вручить инструмент к жизни прямо сейчас, без скрупулёзной работы, без анализа. И мысль, способная её зацепить, в принципе, лежала на поверхности.

– Хорошо, в аккурат в двух словах: избавьтесь от страха и от ненависти. Вы имеете право и можете выбирать свои эмоции.

Моё высказывание произвело на Владу ошеломляющее впечатление: на несколько секунд она заметно сжалась, уронив голову на грудь, отчего её мягкие пушистые волосы упали на лицо. Через минуту она снова выпрямилась, выражение лица изменилось – на нём отображалось страдание. Мимика поменялась впервые за всё время нашей встречи, я расценила это как добрый знак: энергетика Влады не монотонно-застывшая, а вполне подвижная, и где проявляется минус, там и плюс может всплыть. Оказалось также, что она достаточно хорошо владела собой, чтобы выйти на конструктивное взаимодействие.

– А, что делать с голосами? Как мне дальше жить с этим?

– Я вам выпишу нейролептик нового поколения, он обладает несколькими хорошими эффектами, в том числе и антидепрессивным. Но, главное, он сможет глушить «голоса», и вам не придётся думать, какой они природы – естественной или сверхъестественной.

Я выписала рецепт с пояснением, что надо пить всего по одной четверти таблетки два раза в день.

– Я так и знала! – Влада выпалила это по-детски, с заметными нотками возмущения. Она схватила рецепт и не попрощавшись вышла из кабинета.

Оставалось только предполагать, что её задело в последний момент. Наверное, то же, что и многих других пациентов, столкнувшихся с необходимостью приёма психоактивных препаратов, до назначения которых они предполагали, что вполне себе здоровы, и вот, на тебе – не очень-то здоровы, мягко говоря! А, в аннотации к лекарству может быть указано, что применяется при шизофрении, эпилепсии и других пугающих расстройствах, а подобная информация – просто страшный повод для беспокойства у мнительных пациентов. Немаловажно то, что у Влады был запрос на некие волшебные слова, чтобы она могла сразу выйти из своего оцепенения, но в условиях нашей реальности, с нашими многочисленными ограничениями, вот так сразу и запросто не всегда удаётся сформулировать чудесный словесный код.

Сказать, что я расстроилась из-за импульсивного демарша Влады, я не могу, – да, приходится порой сожалеть, что человек тебя слушал, но не услышал и потому остался при своём. Но вскоре меня посетила ещё одна мысль: Влада – девушка взрослая и сильная; многие решения, не смотря на давление матери, она принимает самостоятельно. У меня не возникло ощущения, что тут дело труба, напротив, стало очевидным, что у неё имелись душевные ресурсы к преображению.

В тот момент мне бы даже в голову не пришло, что она предпримет дальше. Это было совершенно фантастическое решение…

3 глава

Я специально не зашторивала окно своего кабинета – оно открывало довольно широкий обзор на восточную сторону неба. Я структурировала время так, чтобы не ждать, когда ко времени придёт следующий пациент. Сегодня моё внимание оказалось прикованным к событию, разыгравшемуся в небе будто специально для спонтанного наблюдателя. А, я тут как тут – слежу за небесным пейзажем, стараюсь подмечать разные интересности.

С раннего утра всё небо было услано сплошной сероватой облачностью, казалось, их плотная пелена обосновалась тут капитально и на долго, но не тут-то было: словно по взмаху руки невидимого волшебника облачность вдруг разверзлась, и из разрыва стали прорываться солнечные лучи, веером расходящиеся пот кругу. Небольшие обрывки облаков в центре образовавшейся дыры засияли золотистым цветом. Я не могла отвести глаз от чарующей картинки преображения небес: враз хмурость и потёмки сменились мощным всполохом света. Подсвеченные облака начали вдруг движение влево, движимые небесным потоком и пробивали подобие тоннеля в общей облачности.

Я не могла поверить своим глазам, когда один золотистый клочок явно нарушил физические законы, прихватив с собой частицу Солнца – он вдруг понёсся в том же направлении и продолжал светить, как отдельное маленькое Светило. «Как же так? – думала я, – ведь Солнце осталось на своём месте, рассыпая яркие жёлтые лучи, а один шустрый золотой обрывок, не потеряв его энергию, так и умчался.

«Х-м, не знаю, как это возможно? Но я свидетельница этого чуда, мне не привиделось! Если всё время следить за небом, ещё и не такие открытия можно сделать!» Мой интерес к небесам повысился после одного эпизода из моей интернет-жизни: как-то в рекомендации Ютуба непостижимым образом влетел канал блогера-наблюдателя под идентичным названием «Небесный канал». Подписчиков у него насчитывались крохи – что-то вроде 1000 человек, но информация при этом бомбическая. Владелец канала вёл свои наблюдения день и ночь, установив камеру на 17-м этаже. Что творилось в небе, особенно по ночам, не поддавалось порой никакому логическому объяснению. Если коротко, там такая движуха разыгрывалась сверхъестественная, что облака воспринимались чем-то вполне живым и осмысленным. Они могли двигаться как упорядоченно, так и хаотично, сбегались-разбегались; моментами их передвижение напоминало облачные баталии и разные непонятные человеку представления.

«Небесному» товарищу удалось замотивировать немало следопытов к более внимательному отношению к небу. Это вам не прогноз погоды мониторить, это касается изучения глобальных процессов на нашей Земле, полной загадок.

В моём сознании всё ещё висел золотой облачный клочок, внезапно сиганувший с места, а в чувствах восторг, что я только что разоблачила работников-устроителей небесного шоу в очевидном ляпе, как за дверью кабинета стал слышен шорох и осторожный стук в дверь. Подошла девушка, назначенная к 12 часам.

Я мгновенно перестроилась с облачности на живого человека с некими внутренними задачами, я не знала, с какими. Этот момент практически никогда не обговаривался до встречи и всегда являл собой нечто своеобразное. Несмотря на массу людей, проживающих в нашем обществе, их сложности можно легко систематизировать на несколько основных категорий, и нет смысла раскрывать здесь чисто психологические аспекты – и без того всем уже поднаторели площадки про абьюзеров разных мастей, как следствие, жертв их подлого поведения; также популярна тема потерь кого угодно и чего угодно, и я бы сказала основная, и самую обширную тему практики, можно назвать простым человеческим языком «твоя моя не понимает». Вроде бы все толкуем на одном языке, но сей факт не приводит к пониманию, потому что каждый живёт в своём узком мирке на индивидуальной частоте и слышит исключительно то, на что он настроен, что он готов услышать. Проблема непонимания повсеместная, не потому ли развелось столько психологов, что пруд пруди. Ведь кто-то же должен правильно настраивать общество и чистить непрерывно восполняющиеся авгиевы конюшни.

Труд тяжёлый, сравнимый с земляными работами по потере сил, ведь мозг жрёт энергии куда больше, чем мышечный аппарат, вспомним хотя бы пресловутое и загадочное ЭЭГ – сколько электрических волн выдаёт самописец! К тому же, запись ведётся при спокойном похлопывании глаз и ушей, так сказать, без нагрузки. А, если мозгу ещё пару задач накинуть, так, волны, наверное, начнут выпрыгивать за пределы бумаженции!

Впрочем, непростой труд психолога имеет как моральное вознаграждение, так и вполне осязаемо-хрустящее. Для тех, кто в танке, кто не понимает, за что ему, психологу (или психиатру) платят деньги, ведь он ничего не произвёл, никакого очевидного продукта?! Стоматолог, к примеру, хоть пломбу поставил, остановил разрушение зуба; терапевт таблетку прописал от артериальной гипертензии, и она работает. Можно привести массу аналогичных примеров «капитана очевидность». А, здесь-то что такого вы сделали, – послушали-полялякали, поморгали с умным видом и всё! «Да, меня и подруга ведь так-то слушает и комментирует», – нередко подмечают критики психологической помощи. Подруга-то послушает, – это тоже неплохо, пока она просто слушает с закрытым ртом, – вы за это время сможете часть негатива выгрузить. А, если она советы начнёт раздавать и просвещать тебя, будучи далёкой от психологических понятий?! Подобные советчики и горе-терапевты могут только усугубить вашу травму так, что и жить станет совсем тошно.

Я не призываю всех скопом бежать по психологам и психотерапевтам, просто задумайтесь каждый, как разумнее подойти к решению вашей насущной задачи. Я всё это к тому подводила, что мы по аналогии с другими помогающими специалистами, замедляем, приостанавливаем или полностью предотвращаем разрушение вашей психики и здоровья в целом. Звучит глобально, но это факт.

Осложняет задачу психотерапевта то, что каждый отдельный случай имеет свой неповторимый колорит, оригинальную вибрацию, для этого нужна подстройка, так называемое присоединение на сленге.

На эту тему помнится один случай из жизни, когда я ехала на работу, и по дороге встретила знакомую, аккуратно скажем, не с самым высоким интеллектуальным потенциалом. Она уточнила, в той ли самой сфере я тружусь, что и прежде, и когда я кивнула в знак согласия, высказала на счёт моей работы грандиозное соображение, что я вмиг изменила к ней своё отношение. Именно она, обычная женщина, я всегда думала о ней, как о человеке с простейшей психической организацией, назвала истинную причину трудностей моей нетривиальной работы. «Ведь тебе так тяжело, должно быть, – люди приходят разные, каждый со своей эмоцией и характером, что к каждому надо подстроиться!» – так было ею сказано не в бровь, а в глаз, что я просто чуть не съехала с кресла в маршрутке. Мой респект и уважение этому доброму простому человеку, понимающего истину без заумных книжек, а способного считать информацию из пространства.

С уверенностью могу сказать, что с тех пор я прислушиваюсь к каждому слову, сказанному мне любому слову или услышанному из разных источников, будь то профессор, академик или простой человек без регалий. Слово бесценно, уверяю. Вслушивайтесь в любую речь, особенно, если она несёт оттенок общечеловеческой значимости, и вы сможете знать почти всё о мире, так как знания собираются по маленьким крупицам в единую сложную картину, всё более приближающую нас к правде.

Вошедшая ко мне девушка излучала динамику и высокую энергетику, хотя поступь её была тихой, а голос слегка приглушённым. Я всегда размышляю над феноменами, которые трудно объяснить простой логикой. Например, как по незнакомому человеку считать высокие или низкие вибрации? – можно предположить, что каждый шаг, жест, движения мимики и свечение глаз создают невидимое поле, они, наполнены специфической энергией. Проще сказать, что проявления вибраций трудно описать словами, – чаще всего рассказчики легко отмахиваются от непростой задачи, но всё же лучше это сделать тем набором понятий, что есть в нашем языке: следует приписать светлой силе особую тягучесть и лёгкую, но устойчивую плотность.

Внутреннее зрение демонстрирует визуальный образ светящегося существа с многочисленными внутренними золотистыми линиями-каналами, узлами-связками, сидящими на их пересечении, к тому же, вся система находится в непрерывном движении. Возможно, это моя фантазия, возможно, образы, навеянные фантастическими фильмами, – я их предостаточно поглотила, но есть вариант, что так оно и есть на самом деле. Просто устройство зрительного аппарата не позволяет видеть то, что видеть нам не нужно, приходится докапываться до истины далёкими обходными путями, как было отмечено в знаменитом, далёком по времени, советском фильме «Айболит – 66»: «нормальные герои всегда идут в обход»!

Знакомство с Катериной состоялось без особых затруднений. Без сомнения, передо мной обозначился человек с ясной чистой энергией. Чего только стоила одна лучезарная улыбка и плавные, несколько замедленные, но точные движения. Аккуратный макияж, каштановые волосы под каре и взмахи длинных завивающихся ресниц создавали гармоничный образ светлого человека. «Наверное, примерно так выглядят ангелы – оберегающие, осторожные и отогревающие своей теплотой всех тех, с кем они соприкасаются. К тому же, считывается

собранность, простота, ясность и многогранность», – пробежало в моём сознании. Точно в ней жил светлый солнечный лучик.

Подобный портрет создаётся бессознательно, посредством взаимной работы всех органов восприятия для той самой подстройки, для синхронизации взаимообмена информацией и энергией, если чуть углубиться.

Я внимательно наблюдала, как во время рассказа менялся облик Катерины – всякая неприятная мысль изменяла мимику и глаза: словно туманное облачко набегало и приглушало внутреннее свечение. Но не на долго, – видимо, она непроизвольно отслеживала своё глубинное состояние, не позволяя наполнить себя негативом, находя возможность разбавить неприятные воспоминания своей фирменной лучезарной улыбкой.

Возникало ощущение, что она привычно, автоматически стряхивает эмоциональную муть из своей внутренней жизни, но та снова и снова обдаёт её неприятными волнами.

Катерина

4 глава

Катя затруднялась объяснить, почему в её жизнь ворвались странные, пугающие состояния, называемые нынче паническими атаками. Она знала себя, как стабильного, устойчивого человека, непрерывно стремящегося к радостям жизни, к достижениям, интересным событиям. Девушка всегда излучала оптимизм, создавая самые благоприятные образы совей жизни, и жизнь, казалось, слушалась её – осуществлялись самые смелые мечты, необычные фантазии, постоянно происходило нечто вдохновляющее и интересное. Жизнь бурлила и кипела, всё вокруг вращалось и двигалось в заданном ритме и направлении, пока не случилось это, как гром средь ясного неба. Необычный, пугающий всплеск, некий крик организма, который прорвался сквозь какие-то запреты и защиты. Хотя можно сразу предположить, через какие – скорее всего, сквозь красивую сильную и долго работающую установку, что я по жизни счастливый человек, целиком и полностью руководящий ходом своей жизни. Обнадёживающая мысль-опора оказалась сломанной в клочья. Похоже, есть некая стихия, нарушающая внутренние правила. От такого надлома Катя вся сжалась, затаилась, едва дыша, а жизненной энергии перестало хватать даже на самые обыденные дела. О высоких помыслах и вовсе пришлось забыть. Она стремительно превращалась в замкнутого, отчуждённого человека.

Как водится, все вновь столкнувшиеся с феноменом панических атак, первым делом спрашивают, «за что мне такое?». Ответ повисает в воздухе, потому что это ни что иное, как обращение к Высшим Силам, а те, естественно, молчат. Далее приходит следующий вопрос: «что вообще это такое», типа, что ломается внутри и начинает выбрасывать тонны тяжёлой мощи, вовлекающей в свою воронку сердце, лёгкие, каждый сосудик и каждую клеточку организма. И всё это врывается по-хозяйски, без спроса и бушует до тех пор, пока выброс дьявольской энергии не прекратится самопроизвольно. Человек начинает трепетать уже при первых, незначительных проявлениях криза, тем самым запуская его в полную силу.

Вопрос по атакам вполне резонный – они стали проявляться массово примерно в одно и тоже время. По своей практике я припоминаю год 2014 или 15-ый, когда пациенты пошли один за другим с похожими приступами. Нечто загадочное в этом феномене я усмотрела уже тогда на том основании, что прежде такого не наблюдалось. Выше я описывала, как в жизнь постепенно входили всё новые и новые психические заболевания, (и не только психические). К чему бы это? Никак психическое здоровье нашего общества настолько накренилось, что выкидывало незнакомые умопомрачительные коленца, или что-то другое, запредельное, всё чаще проявляется в нашей жизни? Все спрашивают с меня объяснения новой непонятной болячки – так, пожалуйста, получите пустой ответ: «это результат неконтролируемого выброса гормонов стресса»! Вы довольны ответом? А, я нет. Получается, тысячи лет мы жили-не тужили: мутили революции, перевороты, войны, и ни фига ничем таким не болели, ну, разве что в «психушку» на вязки могли загреметь или просто в отделении неврозов с психическим перенапряжением попасть.

И вдруг, в век развитых технологий, глубоких знаний механизмов здоровья и лечения, мы получаем новый феномен, который тут же тупо находит объяснение от учёных, в особенности, от строптивых британских учёных, как от последней инстанции, что все вопросы по паническим атакам закрываются на скорую руку со столь же скоропостижными заготовками по протоколам их лечения. Никто не предоставляет нам никаких исследований, многолетних наблюдений за развитием панических состояний, ни характеристик личности, склонных к таковым, ни результатов разных подходов к лечению. Всё просто – «получите-распишитесь»! Практически любое новое событие или явление изучается с запозданием, но рекомендации выдаются по одной и той же схеме – примите и действуйте только так. В общем, невесть откуда взявшийся феномен панических атак с лёгкой руки осваивается врачами и горе-учёными, и вскоре о нём знает весь мир, и каждый прохожий сходу может доложить, что это такое и с чем его едят.

Но загадка, как была изначально, так и осталась. У меня у самой аж дух захватывает от нелепейшего предположения о происхождении сей диковины: по моему мнению, её корни уходят к духовно-мистическому опыту. Объясню, почему: нас слишком снесло в материальную сферу, «благодаря» разнообразным способам пропаганды, льющейся, по большей части, из «зомбоящика». Годами люди смотрели сериалы с одинаковым смыслом «хорошо быть богатым», хоть они и плачут. Но лучше плакать будучи богатым, чем обливаться слезами бедняку. Второе явно мнее привлекательно, ведь с кучей денег всё равно легче решить многие проблемы. И большинство устремилось зарабатывать, не щадя живота своего, а часть приняло мысль, что «я невезуч, несчастен и беден, а жизнь ко мне несправедлива», но при этом, мысль о материальном всё равно сидела в черепе, никуда не испарилась, только усугубляя положение «бедняка». Заметьте, ни «успешные» в заработке, ни «неуспешные» ни на йоту не приблизились к истинному смыслу нашего пребывания в мире.

Так что промытые мозги ослабляют волю к пониманию, а, зачем мы вообще здесь? Атеисты сразу могут парировать, что, мол, мы эволюционировали из обезьяны, потому недалеко от неё ускакали по своим потребностям. Ко всем биологическим доказательствам, мы могли присовокупить и некоторые душевные аспекты жизни животных – они тоже умеют любить и сопереживать, в этом они ещё и фору могут дать: любят они искренне и беззаветно, не ожидая ничего взамен, одаривая друг друга вселенской любовью и нежностью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.