Александр Лобанов
Украденный герой

Часть первая. Чёрный дым технического прогресса

Толпа безумствовала.

Со всех сторон неслись крики "Ворон! Ворон! Ворон!", сквозь которые прорезывались отдельные яркие пассажи:

– Порви этому козлу жопу, Ворон!

– Выпусти ему кишки!

– Проломи ему…

– Оторви…

– Завяжи узлом…

– Олег, я хочу от тебя ребёнка!

"Женский голос. Интересное предложение", – отметил про себя Олег Воронко́в и бросил в сторону трибун быстрый взгляд. Из-за нестерпимого света прожекторов эта попытка заранее была обречена на провал.

"Ослепнуть можно… Сколько раз говорил Карену, что здесь ринг, а не солярий!" – успел подумать Олег, прежде чем его противник снова пошёл в атаку.

По правде сказать, стоявший перед ним татуированный громила в чёрных трусах уже порядком вымотался, последние несколько минут Олег полностью контролировал ход поединка. Сопернику оставалось рассчитывать лишь на счастливый случай, нелепую ошибку… И заметив тот взгляд в сторону, громила наивно предположил, что получил свой шанс.

Он бросился вперёд, собираясь подмять Олега под себя, однако этому нехитрому плану не суждено было сработать. Мгновенно среагировав, Олег нанёс встречный удар коленом в голову, и когда оглушённый противник рухнул на настил ринга, взял в захват его левую руку и выкрутил локтевой сустав. Под громкие крики зрителей возникший откуда-то сбоку рефери остановил бой.

Олег вскочил на ноги и победно вскинул вверх сжатую в кулак руку. Набрасывая ему на плечо сверкающий фальшивой позолотой до нелепости широкий пояс, промоутер Карен Вартаня́н объявил в микрофон:

– И Денис Нико́ленко повержен! В схватке победил, в седьмой раз отстояв титул чемпиона по версии Всемирной Независимой Ассоциации Профессиональных Бойцов, несравненный и невероятный Олег "Стальной кулак" Воронков!!!

Толпа неистовствовала.

Олег шёл через грязный, плохо освещённый двор в одном из ближайших пригородов Москвы. В тот момент, когда он уже собирался извлечь из кармана магнитный ключ от двери в подъезд, путь ему преградил внезапно выступивший из тени субъект в косой кожаной куртке и широких мешковатых штанах настоящих американских "гэнгста" из чёрных кварталов. Странноватый вид этого парня воскресил в памяти Олега полузабытый образ из раннего детства… Наверное, именно так одевались фанаты группы Кар-мэн.

– Гони бабки, хмырь, не то порежу! – не откладывая в долгий ящик заявил субъект, подкрепив угрозу зажатым в руке длинным ножом, который он наставил на Олега наподобие пистолета.

– Прости, друг. Нет ни рубля, – ответил Олег тем же тоном, каким всегда отвечал попрошайкам, клянчившим мелочь возле рынка.

– Чё ты сказал? Ни рубля? А ну выворачивай карманы, козлина, ща поглядим, чё у тя там!

Олег послушно начал выворачивать один карман куртки за другим и извлёк наружу носовой платок, зажигалку, брелок для ключей… Одновременно он рассуждал вслух, говорил сам с собой, тихо, но не настолько, чтобы грабитель не слышал:

– Что это у нас здесь? Платок? Сейчас больше пригодился бы подгузник… Какая-то бумажка. Телефонный номер? Не помню, откуда это взялось. Лучше бы банкноты, не правда ли? Хотя вскоре может пригодиться… Ключи? От квартиры. Там есть немного денег. Если хочешь, друг, я схожу и принесу их. И все будут довольны, разве нет?

– Слышь! Чё ты мне паришь, придурок? – ответил потерявший терпение грабитель. – Бабок нет – мобилу доставай!

– Мобилу?

Тут Олег сделал вид, будто услышал какой-то шум, глянул по сторонам и воскликнул:

– Эй! Вот идёт Серёга – мой сосед. Сейчас попрошу денег у него…

Произнеся эту фразу, Олег указал пальцем влево и слегка помахал рукой в знак приветствия. Грабитель явно был новичком, иначе никогда не купился бы на подобный трюк: он отвлёкся на мгновение, повернул голову и сразу же получил хук в челюсть с противоположной стороны. Пробегая мимо, Олег успел пнуть грабителя ногой и выбить из ослабевших пальцев нож, дабы полностью отбить у парня охоту к преследованию, если он вдруг слишком быстро придёт в себя.

Закрывшаяся за спиной железная дверь громко хлопнула, обеспечивая ему надёжную защиту. Взлетая по ступеням на пятый этаж, Олег думал: "Нужно съезжать с этого сраного района. Третий раз за месяц уже!"

Торопился Олег вовсе не из страха, и вовсе не случайно упоминал он в своей речи подгузник и бумагу: после жрачки, которую Карен Вартанян брал из ресторана, принадлежавшего его младшему брату, даже у крепких парней со стальными кулаками частенько крутило живот.

– Хренова позавчерашняя долма́¹… Ох, блин!.. Пей мацу́н², он не кислый… – раздавалось из-за двери сортира. – Ещё чуть-чуть, и штаны обгадил бы по милости этой шпаны…

Если бы кто-нибудь находился сейчас поблизости, он многое смог бы узнать об отношении Олега к шеф-повару братьев Вартанян, до сих пор, похоже, не слыхавшему ни о холодильниках, ни о наличии у пищевых продуктов сроков годности. Хотя вряд ли это могло быть кому-то настолько интересно, чтобы дольше трёх секунд мириться с ужасающим запахом, проникавшим за закрытую дверь сквозь щель над порогом.

Однако если бы свидетели всё же присутствовали, через некоторое время они услышали бы следующее:

– Уф! Чтоб вас так несло, поганые ар… – и сразу после этого громкий рокот, похожий на стремительно уходящий в сливное отверстие поток закручивающейся по спирали воды.

"Уррррр!" – заурчала напоследок невидимая воронка, и наконец всё стихло. Пенсионерка Клавдия Степановна Верещу́к, сдававшая Олегу Воронкову эту квартиру, очень удивилась бы, услышав этот звук, поскольку ни у одного из предыдущих жильцов – как, впрочем, и у неё самой – так и не дошли руки отремонтировать отвратительно работающий и постоянно засоряющийся слив в унитазе.

Ну а ещё удивительнее было то, что, отворив дверь, предполагаемый наблюдатель обнаружил бы сортир абсолютно пустым.

Открывшаяся на высоте полутора метров над поверхностью земли воронка выбросила из себя Олега Воронкова и мгновенно исчезла. Подняв голову и выплюнув изо рта песок, Олег увидел прямо перед собой подол коричневой юбки. Посмотрев ещё чуть выше, он понял, что это вовсе не юбка, а нижняя часть длинной монашеской рясы, которую венчал надвинутый на лицо капюшон. Из-под капюшона на Олега взирала плотная чернота.

– Что за… Где я? – произнёс Олег, наверное, самую банальную в данной ситуации фразу.

Он огляделся по сторонам и заметил ещё четверых "монахов", стоявших вокруг него на равном расстоянии друг от друга и похожих на первого словно зеркальные отражения. Как будто по команде фигуры в рясах пришли в движение и, беззвучно проплыв мимо Олега, выстроились перед ним в ряд. Центральная фигура торжественно произнесла скрипучим и дребезжащим, совершенно потусторонним голосом:

– Приветствуем тебя, о Могучий Воитель, прославленный Чемпион Земли Олег-Стальной-Кулак-Воронков!

Очевидно ожидая ответа, монах замолчал.

Олег и не думал отвечать. Во все глаза он уставился на то место, где, по идее, должно было находиться лицо говорившего… и через некоторое время ему почудилось, что темнота под капюшоном приобрела вопросительное выражение. Затем темнота на секунду исказилась, как бы говоря "ну ладно, продолжим", и потусторонний голос возвестил:

– Да, мы приветствуем тебя, о Непобедимый Чемпион, в Святилище Ахимени́ра, что в бесплодных пустошах Вере́ла, лежащих в землях Навеки Разделённой Империи Кор-Иода́миса! Мы понимаем твоё удивление, о Несравненный Олег-Стальной-Кулак-Воронков, и будем счастливы ознакомить тебя с теми причинами, кои заставили нас – поверь, после длительнейшего размышления и тщательнейшего планирования – оторвать тебя, о Невероятный, от исполнения твоих – мы не смеем в том сомневаться – наиважнейших обязанностей в твоём родном мире, именуемом Землёй.

Смысл сказанного от всё ещё не пришедшего в норму сознания Олега практически полностью ускользнул: уж очень витиеватой была речь говорившего. Подобную манеру изъясняться он встречал лишь в одном месте: на экране телевизора, в фильмах про напыщенных аристократов давно покрывшихся пылью эпох.

"Что за шутки? – подумал Олег. – Вроде бы я ничего такого не курил… Или курил? Может, я настолько сильно накурился, что забыл об этом? Или я сплю?"

Так или иначе, нужно было как-то реагировать на окружающую обстановку: "монахи" явно начинали нервничать и искоса поглядывали друг на друга пустотами в коричневой ткани своих ряс. Однако прежде чем ответить, Олег на всякий случай ущипнул себя за шею, как обычно поступали оказывавшиеся в подобной ситуации киногерои.

Не помогло. Он не просыпался. И это нравилось ему всё меньше и меньше. Наконец Олег выдал ещё одну максимально банальную фразу:

– Это что, какой-то прикол?

Темнота под капюшоном сгустилась ещё сильнее.

– Нет, уверяю тебя, о Несравненный, – изрёк "монах", – никаких колов мы не используем, одну лишь первородную магию Верела. Позволь нам представиться: мы тайный орден Древних Мудрецов Ахименира. Мы хранители равновесия нашего мира, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков, и мир этот молит о помощи! Мир взывает к тебе, к Непобедимому Чемпиону Земли, ибо сами мы не имеем возможности спасти его!

И без того преисполненная торжественности речь "монаха" в своём завершении достигла просто космического уровня величественности и пафоса… Которых, правда, Олег практически не заметил, поскольку всё его внимание вновь приковала к себе колышущаяся под капюшоном чернота.

Повисла неловкая пауза.

– Кх-кхм… – осторожно кашлянул один из Древних Мудрецов спустя полминуты.

– А? – усилием воли Олег заставил себя отвлечься от созерцания пустоты, после чего зачем-то ляпнул: – Ну да, конечно…

Истолковав эти слова как согласие Непобедимого Чемпиона на любое возможное содействие, Древние Мудрецы не стали скрывать радости: темнота под их капюшонами приняла в высшей степени удовлетворённое выражение. И действительно: разве могло быть иначе? Ведь готовность совершить подвиг во имя спасения мира – не более чем обыкновенная рутина для каждого Непобедимого Чемпиона.

– Мы ни мгновения не сомневались в твоём великодушии, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков! Позволь же нам рассказать во всех подробностях о том, что тебе предстоит сделать. Сначала необходимо отправиться…

До Олега наконец дошло, что его пытаются втянуть в некую аферу, причём, судя по внешнему виду этих парней, довольно мутную и сопряжённую с риском для жизни, и он резко прервал разошедшегося было хранителя мира:

– Эй-эй-эй, дружище! Погоди, не суетись! Мы, похоже, не совсем верно поняли друг друга. Я, само собой, очень рад знакомству, но ты явно меня с кем-то перепутал. Я обычно не слоняюсь по улицам с мыслью о том, как бы мне спасти Вселенную, или что ты там имел в виду…

Клубящаяся внутри капюшона тьма непонятным Олегу образом вместо радости стала выражать удивление. Древние Мудрецы переглянулись, и первый из них произнёс:

– Правильно ли мы расслышали твои слова, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков? Неужели ты отказываешь нам в помощи?

В этом вопросе Олегу померещился некий – еле заметный – призрак угрозы, который тем не менее заставил его посмотреть на происходящее с иной стороны: он в каком-то незнакомом месте, а вокруг него пятеро странных типов с чернотой вместо лиц… Возможно, следует немного сменить тактику?

– Нет! Как вы могли подумать такое? У меня и в мыслях не было отказываться от чего бы то ни было! Просто я не вполне уверен, что я именно тот Олег Воронков, который вам нужен…

Плавно подплыв вплотную друг к другу, Древние Мудрецы образовали кружок и зашептались своими замогильными голосами. Изредка до Олега доносились отдельные фразы:

– Вспомни пророчество!

– Но возможно ли…

– Я же говорил, что не тот!

– Все иные трактовки – ложь!

– Проверим…

Один из Древних Мудрецов нацелил на Олега свою чёрную дыру и спросил:

– Твоё имя – Олег-Стальной-Кулак-Воронков?

Олег не посмел соврать и нехотя согласился. К тому же у него было некоторое время для раздумий, и голову успела посетить ещё одна мысль: "А с чего я вообще решил, что меня просто отправят домой, если я им не подойду?"

Древние Мудрецы снова зашушукались, после чего ближайший к Олегу произнёс:

– Разве не ты не далее как сегодня вечером одолел в решающем поединке Дениса-Злобного-Дэна-Николенко?

"Неужели эти ребята были в клубе Карена? – удивился Олег. – Они, похоже, не догоняют, что эти бои – просто шоу".

– Да, одолел… – сказал он вслух. – Но знаете, парни, на самом деле Денис не такой уж и злодей. Это просто имидж: татуировки, агрессивное поведение… Чтобы раззадорить зрителей, понимаете? И по правде говоря, Николенко далеко не самый сильный боец…

– Конечно, Олег-Стальной-Кулак-Воронков, мы прекрасно понимаем, что в сравнении с твоей невероятной мощью любой ужасающий злодей представляется жалким и слабым! Ведь именно ты, а не кто-то другой семь раз подряд одерживал победы в Чемпионатах Всемирной Независимой Ассоциации Профессиональных Бойцов Земли!

– Ну да… – протянул Олег, которому никогда не нравилось это придуманное Кареном Вартаняном претенциозное название. – Но…

– Тогда никакой ошибки нет! – непреклонно возвестил первый Древний Мудрец, обращаясь не только к Олегу, но и к своим собратьям, капюшоны которых выражали целую гамму противоречивых эмоций от одобрения и поддержки до осторожного сомнения и корректного несогласия.

После столь категорического утверждения спорить дальше Олегу показалось небезопасным для здоровья, и он предпочёл промолчать.

Убедившись, что любая оппозиция его мнению должным образом подавлена, первый Древний Мудрец продолжил в прежней торжественной манере:

– Знай же, о Несравненный: всё это было предсказано задолго до твоего рождения Великим Ахимениром – основателем нашего ордена и самым могущественным магом за многотысячелетнюю историю Кор-Иодамиса! Пророчество гласит: "В тот момент, когда силы зла готовы будут простереть свои чёрные руки над всей Навеки Разделённой Империей, и ни короли, ни воители, ни волшебники не в силах будут остановить их; тогда, вняв мольбам угнетённых, явится свету Непобедимый Чемпион, который добудет Священный Меч Ауреу́са из гробницы Первого Праведника, пройдёт сквозь огонь, голод и лишения и, поразив зло в самом его логове, не позволит миру погибнуть". Слова пророчества очевидны и однозначны! Судьбоносный момент настал! Время пришло, и ты явился! Теперь все завистники и клеветники наконец поймут: Великий Ахименир никогда не ошибается!

Олег был неслабо ошарашен вырисовывающимися перед ним перспективами: куда-то идти, добывать волшебные мечи, преодолевать препятствия, карать ужасное зло – всё это было слишком… Даже чересчур! Однако выражение капюшона перед ним недвусмысленно утверждало следующее: "Либо соглашайся, либо назад на Землю тебе придётся отправляться своим ходом – пешком через бесплодные пустоши Верела, где нет ни еды, ни воды, ни магазинов "Fix Price – всё по 59 рублей"… Короче говоря, вообще ничего нет, кроме голодных волков, ядовитых змей, гигантских скорпионов и пустынных рейдеров-каннибалов". Как Олег прочитал всё это на поглощающем свет овале черноты, он ни за что не смог бы объяснить. Но был абсолютно уверен, что оно там написано.

Древние Мудрецы ждали ответа. Олег, хватаясь за последнюю соломинку, ущипнул себя ещё раз. Безрезультатно. Семикратный чемпион Земли по версии Карена Вартаняна вздохнул и пробормотал:

– Согласен…

– Твой ответ несказанно осчастливил всех нас, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков! Но прежде чем ты ринешься в бой, выслушай наши инструкции, следуя которым ты легко добьёшься успеха. Итак…

Поскольку другого случая могло уже и не представиться, Олег наконец решился:

– Погоди! Сначала покажите ваши лица! Я ни на шаг не сдвинусь с места, пока не увижу, что у вас под капюшонами.

Мудрецы, казалось, слегка смутились. Потом на чёрном овале первого из них мелькнуло выражение "никто тебя за язык не тянул, парень", и он стащил капюшон вниз.

– Вот дерьмо!.. – выдавил из себя Олег. Если бы он видел себя со стороны, то заметил, как волосы у него на голове зашевелились. И порадовался бы, что они не поседели.

На высохшей шее с выпирающими наружу сухожилиями и венами, по которым, судя по всему, уже давным-давно не бежала кровь, из воротника коричневой рясы торчала совершенно лысая голова. Вернее, лысой она была в тех местах, где сохранилась кожа – в остальном она была просто костяная. Вместо левого глаза зиял провал, правый тоже вылез из лишённой век глазницы, но каким-то чудом всё ещё держался. Щёки ввалились, обнажив острые скулы черепа; отвисающая нижняя губа открывала взгляду неплотно примыкавшие друг к другу челюсти с расположенными в шахматном порядке зубами, коих оставалось всего пять: три сверху и два снизу.

– Вы куда более древние мудрецы, чем я смог бы представить… – вот всё, что сумел сказать Олег, когда наконец сумел сказать хоть что-то.

Уже знакомая ему магическая воронка выплюнула Олега Воронкова на землю с той же высоты полутора метров, но на этот раз спиной вниз.

– Неужели нельзя поаккуратнее? – недовольно проворчал Олег, потирая ушибленный затылок и оглядываясь по сторонам.

Равнина – коричневая растрескавшаяся пустошь, кое-где поросшая чахлым кустарником и жиденькой травкой – растянулась до самого горизонта. Глазу совершенно не за что было уцепиться: ни скал, ни холмов, ни одного дерева. В облачную погоду здесь легко можно плутать сутками, так и не отойдя далеко от исходной точки. Правда, облака в этих краях явно тоже были редкостью.

Оранжевое солнце палило изо всех сил. Олег ещё раз с досадой посмотрел вдаль и вздохнул.

"Ну что же, деваться мне абсолютно некуда. Придётся идти внутрь", – подумал он печально. Снова вздохнул, чтобы хоть немного оттянуть неотвратимый момент, и наконец повернулся к той штуковине.

В пятидесяти шагах от Олега возвышалось пирамидальное сооружение около двадцати метров в высоту и вдвое больше в ширину, построенное из крупных каменных блоков того же коричневого цвета, что и окружающая равнина. Кладка осыпа́лась от времени, у подножия стен валялись обломки разнообразных форм и размеров; ветра год за годом старательно стачивали острые углы и весьма в этом преуспели. Пирамида выглядела очень древней. Гробница Первого Праведника.

Олег вспомнил, как когда-то давно, ещё в старшей школе, он любил ходить в кино на фильмы ужасов. Если герои фильма собирались зайти в зловещую хижину на болоте, открывшуюся после землетрясения пещеру, заброшенную психиатрическую больницу – любое подобное мрачное место, кто-нибудь в зале обязательно начинал кричать: "Нет, нет! Не ходите туда!" Хороший совет, даже более того – просто отличный. Однако герои таких советов никогда не слушаются и жестоко расплачиваются потом за это.

– Нет, нет! Не ходи туда, Олег! – еле слышно, как будто голос доносится откуда-то издалека, пропищал Олег сам себе. Потом глубоко вздохнул в третий раз и зашагал к зияющему словно раскрытая пасть входу в гробницу. По крайней мере, там прохладно…

Прежде чем забросить его сюда, Древние Мудрецы напутствовали Олега примерно так: "Будь осторожен, Олег-Стальной-Кулак-Воронков! Гробница Первого Праведника наполнена смертельными ловушками, подстерегающими каждого замыслившего разграбить её недра! Немало было тех, кто рискуя жизнью пересекал пустоши Верела в надежде обрести несметные богатства, и все они навеки остались пленниками гробницы. Но знай, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков, ты добьёшься успеха там, где не смогли добиться они, ибо сам Великий Ахименир предсказал твою победу! Отринь тяжкие мысли! Смело двигайся к цели и не обращай внимания на кости тех, кто шёл этим путём до тебя: никто из них не был достоин меча Ауреуса!"

Почему эти увещевания его совершенно не успокаивали? Наверное, всему виной богатое воображение, заранее щедро рассыпавшее перед внутренним взором Олега десятки красочных (и при этом отнюдь не способствующих росту энтузиазма) картинок, одну из которых он наблюдал теперь воочию.

Прямо под низкой аркой входа на земле лежал скелет. Кости рук были простёрты вперёд, они будто тянулись из темноты по направлению к Олегу. Присмотревшись, он обнаружил, что у скелета отсутствовали ноги ниже колена. Складывалось ощущение, словно этот несчастный в последние минуты своей жизни старался уползти отсюда подальше, но на пороге силы оставили его.

"Ну как не вдохновиться столь впечатляющим примером? – подумал Олег, у которого от тягостного предчувствия опасности внезапно пробудился чёрный юмор. – Да хранит меня Великий Ахименир!"

Он в последний раз огляделся вокруг и вступил в полумрак узкого коридора гробницы. Тёмная пасть с удовольствием поглотила его.

Неподалёку от входа Олег заметил стоя́щий отдельно от стены каменный блок, на котором в вековой пыли валялись несколько факелов. Кто-то позаботился о будущих визитёрах, не иначе как тот же Всё Предвидевший Ахименир. Олег запалил один из факелов своей зажигалкой и на всякий случай заткнул за пояс ещё пару.

Главный коридор почти сразу же разделился на два: первый спускался вниз, другой поднимался вверх. Вполне логично предполагая, что сокровища (и преграждающие путь к ним опасности) ждут его внизу, Олег выбрал второй.

Поднявшись по зигзагообразной лестнице до промежуточной площадки, он узрел ещё одну живописную картину: в неглубокой нише, почти полностью перекрывая дальнейший подъём, застрял превосходно отшлифованный каменный шар огромных размеров. Из-под шара торчало несколько раздробленных костей: всё, что осталось от чересчур любопытного предшественника Олега.

"Хренов Индиана Джонс, мать его!" – подумал Олег и, с трудом протиснувшись в щель между камнем и стеной, продолжил свой путь наверх.

Первым, что он обнаружил, после того как выбрался на второй уровень гробницы, было подходящее по размеру отверстие в потолке прямо напротив входа, из которого гигантский шар, очевидно, и выкатился. Больше ничего интересного здесь не нашлось – квадратное помещение десяти метров в ширину с поддерживающими своды колоннами практически пустовало: четыре каменные статуи по углам, пара каких-то глиняных горшков и несколько пробитых кладоискателями ниш в стенах. Если здесь когда-то и хранились сокровища, они давно были украдены.

Олег спустился к развилке и двинулся дальше вниз. Очень скоро наклонный коридор снова разделился надвое, и Олег выбрал правый проход, пометив его на всякий случай стрелкой.

Когда спуск наконец прекратился, он уже явно находился намного ниже уровня земли. Здесь было заметно холоднее, стены узкого коридора словно шевелились в пляшущем свете факела.

Олег поёжился. "Хорошо, что у меня нет клаустрофобии", – подумал он… и сразу же постарался отбросить эту мысль подальше, поскольку вспомнил, что вообще-то никогда раньше не оказывался в настолько замкнутых пространствах и, следовательно, не может быть ни в чём на сто процентов уверен. А ещё через пару секунд Олег вспомнил о существовании множества других фобий, на подверженность которым он никогда не жаловался исключительно потому, что не попадал в подходящую ситуацию.

"Например, гигантские пауки", – услужливо подсказало вновь некстати разыгравшееся воображение, и Олег тут же начал проверять потолок на наличие паутины.

Коридор повернул налево, и скользивший вдоль прохода свет факела выхватил из темноты ещё один покрытый пылью человеческий скелет, приколотый к стене двумя торчащими меж рёбер короткими копьями. Очередной кладоискатель, нашедший здесь свой конец. Изучив противоположную стену, Олег заметил в ней два небольших отверстия.

"Это случилось давным-давно, – повторил он несколько раз в качестве мантры самовнушения. – Все ловушки уже сотни лет как разрядились, заржавели и сломались. С тех пор тут побывала целая уйма народа! И вообще, сам Великий Ахименир сказал…"

Пытаясь отвлечься, Олег попробовал насвистывать, но звук получался каким-то жутковатым, и он перестал. Теперь он шёл очень медленно, тщательно осматривая стены и пол перед собой… однако всё же умудрился споткнуться обо что-то и, громко ругаясь, плашмя упал вперёд. Каменная плита под ним слегка опустилась, и в двадцати сантиметрах над головой пронеслось блеснувшее в свете факела широкое лезвие.

– Ааааарх!.. Вот дерьмо…

От макушки до кончиков пальцев ног побежали противные ледяные мурашки; Олег замер на пару секунд и постарался понять, все ли части тела по-прежнему находятся на своих местах. Когда он наконец совладал с нервами, первой его мыслью было: "Как хорошо, что я отлил перед входом в гробницу".

Рядом с ним на полу лежал перерубленный пополам скелет: ноги с одной стороны от Олега, остальное – с другой. Внезапно ему почему-то стало очень жаль этого погибшего сотни лет назад бедолагу. Как говорится, на его месте мог оказаться… Нет, лучше даже не думать!

Дальше Олег продвигался практически ползком, проверяя каждую плиту перед собой запасным факелом.

Коридор снова повернул налево, и почти сразу же от него отделился ещё один проход. Пометив свой путь стрелкой, Олег направился туда, и через несколько шагов коридор привёл его в зал со множеством квадратных колонн. От одной мысли о том, какой сумасшедший вес приходится на эти опоры, становилось дурно…

По площади новый зал значительно превосходил комнату на верхнем этаже. Свет факела с трудом разгонял мрак, стены и потолок терялись из вида, и это вызывало у Олега неприятное ощущение, словно кто-то неотрывно следит за ним оттуда, из тьмы.

– Э-хей! – крикнул Олег, стараясь заполнить давящую со всех сторон тишину. Ответа не последовало. Видимо, эхо тоже пало жертвой здешних коварных ловушек.

Кладоискатели добрались и сюда: кирпичные стены оказались пробиты в нескольких местах, очевидно, в процессе поисков погребальной камеры с сокровищами мёртвых. За одним из лазов обнаружилось новое помещение – секретная комната! В самом её центре возвышался открытый каменный саркофаг, вокруг которого лежали ещё три человеческих скелета. Саркофаг был пуст.

"Кто-то уже всё забрал, – подумал Олег. – Причём явно очень давно. Возможно, в ещё более древние времена, чем сами Древние Мудрецы. На хрена нужно было меня сюда отправлять? Похоже, ихний Ахименир всё-таки малость ошибся!"

Он попытался представить, что за драма приключилась здесь. В кино грабители непременно начинают ссориться, стоит им только заполучить деньги или золото. Не имеет значения: пиратский клад, банковский сейф, заброшенный храм майя, наследство двоюродного дедушки – люди никогда не желают делиться со своими ближними. У одного из мертвецов был раздроблен череп, у другого из спины торчал кинжал, третий не имел никаких внешних повреждений – может быть, его, например, задушили. А может, именно этот скелет раньше покоился в ныне пустом саркофаге… Какая разница? Сокровищ нет, волшебных мечей тоже.

"Посмотрю в другом проходе", – решил Олег, особо не надеясь, впрочем, что-нибудь там найти.

Выйдя из большого зала и вернувшись к развилке, он двинулся по главному коридору, вместе с ним повернул налево и, миновав ещё пару изрешечённых копьями скелетов, опять налево. Начался подъём. Снова развилка и – вот так сюрприз! – стрелка на стене, нарисованная совсем недавно им самим. Он сделал круг и вернулся к началу пути.

– Ну и что мне делать теперь? – обратился Олег к окружающей его темноте. – Идти больше некуда.

"Как это – некуда? На улицу, то есть на поверхность!" – ответил ему внутренний голос, и, ничуть не колеблясь, Олег с радостью последовал столь мудрому совету.

Выбравшись из подземелья, он зажмурился от яркого света и наконец вздохнул полной грудью. А когда снова открыл глаза, неожиданно обнаружил прямо перед собой плавно покачивающуюся на ветру фигуру в коричневом балахоне.

– Мать твою!.. – выругался Олег. – Зачем так пугать?

– Ты добыл Священный Меч Ауреуса, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков? – вопросил Древний Мудрец.

– Ни хрена! Там ничего нет. Кто-то уже прикарманил ваш меч, а заодно с ним и всё остальное. Внизу только кучка скелетов. И некоторые ловушки, кстати говоря, по-прежнему действуют! Меня чуть пополам не перерубило! Что ты на это скажешь?

– И тем не менее ты остался жив, – с менторскими нотками в голосе произнёс Древний Мудрец. – Следовательно, Великий Ахименир не ошибся в тебе! Что же касается Меча… Мы уверены: он всё ещё здесь, нужно только получше поискать!

– Где? Я всё обошёл.

– Неужели, Олег-Стальной-Кулак-Воронков, ты не изучал наследие Древнего Египта – величайшей цивилизации в истории твоего мира? В гробницах всегда есть секретные комнаты.

– Я был в секретной комнате, там пусто! – самодовольное выражение клубящейся под капюшоном черноты начало вызывать у Олега раздражение.

– Возможно, есть и другая секретная комната, которую никто так и не обнаружил?

– Да? И где же?

– Ты должен найти её сам, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков!

Олег не испытывал восторга от перспективы возвращения в гробницу, где ему придётся ползать на четвереньках вдоль стен, простукивая их в поисках некой эфемерной потайной двери. Те люди, которые превратились теперь в груды костей, явно понимали в этом деле куда больше него, и даже они ничего не нашли. С другой стороны, Древний Мудрец явно что-то знал. Олег решил применить хитрость.

– Да-а-а… – протянул он. – Сколько же времени это займёт? Видать, немало… Могу и не успеть в положенный срок… А вдруг силы зла нападут, пока я тут копаюсь? Очень жаль будет, если опоздаю… Но что поделаешь, раз Великий Ахименир не велел мне помогать…

Древний Мудрец оказался не готов к такому варианту развития событий – его капюшон принял озадаченное выражение. Стараясь отыскать выход из ситуации, он неуверенно произнёс:

– По правде сказать, Великий Ахименир не оставил чётких инструкций… В общем-то он не запрещал нам оказывать помощь Непобедимому Чемпиону, просто мы решили, что раз уж ты Прославленный и Могучий Воитель, то сам должен…

– Конечно! Конечно сам! Но и вы тоже меня поймите: одно дело – надирать задницы злодеям, и совершенно другое – рыться в земле и разбирать кирпичную кладку. Не совсем мой профиль. Не геройский.

Древний Мудрец подумал ещё немного и наконец решился:

– Если вдруг кто-нибудь спросит – я ничего тебе не говорил, Олег-Стальной-Кулак-Воронков, но, возможно, стоит ещё раз проверить комнату на верхнем этаже? И может быть, следует осматривать не только стены?

"Интересно, кто у меня здесь о чём-то спросит? Ожившие мумии? Не нравится мне всё это", – думал Олег, снова поднимаясь с факелом на второй этаж. По дороге он подобрал старую кирку, брошенную когда-то одним из кладоискателей, и теперь принялся колотить ею по полу в надежде уловить изменение звука ударов.

Почти в самом центре комнаты звук действительно слегка изменился. Кто бы мог предположить? Тайный проход в полу верхнего этажа, где большинство охотников за сокровищами не задерживались надолго! И ведёт этот проход, судя по всему, прямо через толщу стен вдали от коридоров и лестниц, по которым Олег совсем недавно блуждал. Хитро!

Пробивать дыру нужно было аккуратно, чтобы не полететь вниз вместе с откалывающимися кусками древней кладки. Пока он махал киркой, полностью прогорели два факела, а сам Олег вспотел сильнее, чем во время пятираундового поединка за чемпионский пояс. Эта часть геройской работы всегда остаётся за кадром киношных блокбастеров…

Открывшаяся взору вертикальная шахта имела квадратное сечение со стороной около двух шагов. Дно терялось во мраке, свет факела не проникал глубже шести-семи метров. Олег бросил в темноту обломок кирпича и успел досчитать до трёх, прежде чем услышал стук.

Три секунды. А сколько в метрах? Он понял, что не помнит формул, благодаря которым можно это вычислить. Во всяком случае, вроде бы не слишком глубоко. Хотя какая разница? Падение с двадцати метров и падение с двухсот одинаково смертельны.

На одной из стенок Олег заметил вырубленные в камне прямоугольные впадины, предназначенные служить лестницей на нижний уровень. Собравшись с духом и зажав факел в зубах, он поставил ногу на первую из них.

Лестница оказалась жутко неудобной, вспотевшие пальцы так и норовили соскользнуть, каждую секунду Олег жалел об отсутствии у него верёвки. О факелах Великий Ахименир позаботился, а о верёвке почему-то позабыл…

– Неужели это так сложно? – недовольно бурчал Олег. – Один конец привязать к колонне наверху, а второй обмотать вокруг пояса для страховки… А если Непобедимый Чемпион шею себе свернёт, что вы тогда будете делать? Я вам кто? Ниндзя? Или Человек-паук?

Через две минуты Олег достиг дна. Короткий коридор привёл его в небольшую камеру с каменным постаментом в центре. На постаменте покоился очередной человеческий скелет, грудная клетка которого была пробита мечом, торчавшим вертикально вверх. В неровном свете факела меч поблескивал и словно искрился. Похоже, именно за ним Олег сюда пришёл.

Он уже протянул было руку, но вдруг замер задумавшись. Вспомнил раздавленного огромным шаром мертвеца на втором этаже, разрубленных пополам и заколотых копьями кладоискателей в нижних коридорах, и снова опустил руку.

– Э-э нет! Ищи дурака, – обратился он к окружающим его древним кирпичам. – Я лучше пройдусь голым по Красной площади, чем вот так запросто вытащу этот меч!

Внезапно пустые глазницы лежащего на постаменте скелета засверкали голубым пламенем, голова слегка приподнялась, повернулась и уставилась на Олега. Тот будто заворожённый следил за пришедшей в движение нижней челюстью и, несмотря на безумное желание бежать отсюда без оглядки, не мог ступить и шага.

– Давай бери меч, придурок! – произнёс исходящий из недр черепа голос, напоминающий скрежет железа по оконному стеклу. – Я что, ещё тысячу лет должен тут проторчать, прежде чем вы соизволите делом заняться? Ты зачем сюда явился, а? Ещё брать, видите ли, не хочет! Осёл…

В этот момент к Олегу вернулась способность управлять своим телом, и он неожиданно для себя самого не бросился наутёк, а ухватился за рукоять волшебного меча и выдернул клинок из постамента и груди мертвеца. Древние кости тут же рассыпались в пыль. Лишь тогда Олег бешено завопил и кинулся прочь из мрачного подземелья.

Он не помнил, каким образом ему удалось подняться по лестнице, держа одновременно факел и меч, и пришёл в себя только после того, как снова оказался на поверхности, под пылающим в небе оранжевым солнцем. Здесь Олег наконец-то смог перевести дух, и чтобы поскорее выбросить из головы постоянно норовивший всплыть перед внутренним взором образ клацающих челюстей, принялся разглядывать переливающееся словно ртуть лезвие клинка.

Удивительно! Казалось, меч был выкован только вчера. Олег взмахнул рукой, и, очерчивая в воздухе плавную дугу, клинок издал приятный уху протяжный звук. Олег попробовал ещё и ещё раз. Лезвие как будто пело: "Вуум-вуум-вэум, виим-виим-вэум". Если бы Олег обладал музыкальным слухом, он наверняка смог бы исполнить какую-нибудь несложную мелодию.

– Тебе нужно научиться лучше владеть этим могущественным артефактом, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков! – раздался у него за спиной знакомый голос Древнего Мудреца.

На сей раз Олег почти не испугался: то ли привык, то ли уже исчерпал на сегодня все свои запасы испугов.

– Да всё нормально, – ответил он. – Не думаю, что это намного труднее, чем орудовать бейсбольной битой. Приходилось, знаешь ли, пару раз…

– Мы ничуть не сомневались в твоём успехе, Непобедимый Чемпион! – торжественно произнёс Древний Мудрец. – Также и ты не сомневайся, что очень скоро тебе представится возможность применить Меч Ауреуса по назначению. А пока возьми это…

Он сделал несколько пассов длинными рукавами своего балахона, и перед Олегом материализовался ремень с ножнами для меча.

Олег нехотя убрал клинок в ножны и застегнул пряжку на поясе. Сейчас он чувствовал себя если не рыцарем Круглого стола, то как минимум участником крестового похода. Только доспехов и верного коня не хватает.

– И что теперь? – спросил Олег. – Где это ваше вселенское зло?

– Сам Великий Ахименир был бы несказанно обрадован твоей решимостью, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков! Но не спеши – всему своё время! Знай, Могучий Воитель, к ужасной Цитадели тёмных сил нет прямого пути, и вблизи неё наша магия слабеет. Мы не сможем отправить тебя прямиком в обитель боли и безумия, как бы нам того ни хотелось.

Олег решил, что ему тоже вовсе не хочется очень уж торопиться в эту обитель.

– Кстати… Не подумай, что я жалуюсь, но ваш способ перемещения кажется мне весьма травмоопасным. Можно как-то поосторожнее меня телепортировать? Например, ногами, а не головой вниз, или хотя бы так, чтобы подо мной оказалось что-нибудь мягкое: матрас или стог сена…

Уже второй раз Олег наблюдал у Древнего Мудреца некий аналог смущения: капюшон принял виноватый вид и пробормотал что-то по поводу "сложностей калибровки" и "неустойчивости гармонических колебаний в магическом поле пустошей", после чего заверил Олега, что в будущем подобных досадных оплошностей они постараются избежать.

Обрадованный и почувствовавший себя уверенней, Олег решил воспользоваться благоприятным моментом и задал ещё один занимавший его вопрос:

– Слушай, я вот никак не пойму: почему в вашей Империи говорят по-русски? Странно как-то. Если бы не боль от падений, я бы подумал, что сплю.

Переливающаяся под капюшоном темнота снова приобрела обычный самодовольный вид.

– Ты ошибаешься, Олег-Стальной-Кулак-Воронков. Все, с кем ты общался и ещё будешь общаться в нашем мире, говорят на языке Навеки Разделённой Империи Кор-Иодамиса. Впрочем, как и ты сам. Просто ты не замечаешь этого благодаря наложенному на тебя по прибытии в Святилище Ахименира заклинанию, некогда составленному специально для подобных случаев нашим могущественным Учителем! Что ещё раз убеждает нас в его неоспоримом Величии!

Несколько секунд Олег пытался осмыслить сказанное, но это лишь добавило новых вопросов вроде: "а на каком языке я тогда думаю?" и "обратное заклинание существует? На случай, если я всё-таки вернусь на Землю…" Однако не желая вновь услышать в голосе собеседника снисходительные нотки, он сдержал своё любопытство.

– Итак, Олег-Стальной-Кулак-Воронков, – произнёс тем временем Древний Мудрец, – ты готов отправиться к границам Чёрных земель, дабы преодолеть бесчисленные преграды, с честью выдержать немыслимые испытания и познать свою судьбу?

– А у меня есть выбор? – мрачно ответил Олег.

– Истинно, истинно слово твоё, о Непобедимый Герой! Разве можно сомневаться, рассуждать, медлить и что-то выбирать? Никакие обстоятельства не способны поколебать твоё мужество – я вижу это! Ты действительно создан для великих подвигов! Ну что ж… Поехали!

Воронка снова проглотила Олега…

И выбросила на что-то тёплое, покрытое шерстью и отвратительно воняющее. Олег отпружинил, скатился на метр вниз и упёрся ногами в землю.

В голове прозвучал знакомый дребезжащий голос:

– Извини, Могучий Герой, но ничего более мягкого в округе не нашлось…

Запрограммированный глубоко в генетической памяти инстинкт настойчиво подсказывал Олегу, что нужно срочно включать пятую передачу и делать отсюда ноги, однако некое болезненное любопытство всё же заставило его обернуться. То, что он увидел, вполне могло бы явиться к нему в ночном кошмаре… и теперь наверняка будет являться. Если он, конечно, останется в живых.

Перед ним прямо на голой земле лежал трёхметровый огр (или тролль? – Олег всегда их путал), спросонья потирающий глаза мохнатой лапой. Именно его толстое брюхо Древний Мудрец решил использовать в качестве матраса. Спасибо ему, блин, большое…

Олег бросил по сторонам пару затравленных взглядов – прятаться было некуда. Оставалось лишь одно: сражаться и погибнуть с честью. Он отскочил на несколько шагов, вытащил меч из ножен и приготовился как можно дороже продать огру его обед.

Чудовище медленно поднялось на ноги и осмотрелось вокруг. Заметило Олега. Втянуло здоровенным носищем воздух и облизнулось. Затем подобрало с земли сделанную из ствола небольшого дерева дубину. И зарычало.

В заранее обречённой на провал попытке отпугнуть монстра, Олег поднял меч над головой и погрозил им огру. После чего начал махать клинком из стороны в сторону, подражая мастерам восточных боевых искусств и стараясь выглядеть более умелым бойцом, чем он являлся в действительности.

– На! На! На! – кричал Непобедимый Чемпион после каждого взмаха. – Вуууух!

И тут случилось нечто странное: когда Олег продемонстрировал огру мощный рубящий удар сверху, от лезвия меча отделилась еле заметная призрачная волна, пронеслась через разделявшее противников пространство и угодила огру в живот – точно в то место, куда Олег мысленно целился. На шкуре людоеда появился кровавый порез. Огр взвыл от боли и изо всех сил ударил дубиной по земле, вызвав в окрестностях маленькое землетрясение. Казалось, сейчас он бросится на человека и расплющит его, словно дорожный каток пустую пивную банку… Однако моментально ухватившийся за дарованный судьбой шанс на спасение Олег принялся размахивать мечом с удвоенным рвением, и вслед за первой в сторону врага понеслись новые "волны", а на теле огра одна за другой появлялись свежие раны: на ноге, на груди, на правой руке, в которой он держал свою дубину… До неразвитого ума людоеда на удивление быстро дошло, что происходит нечто не совсем обычное, и он поступил именно так, как всегда следует поступать в подобных ситуациях: полностью отдался на волю инстинкта самосохранения, бросил оружие и, сотрясая землю своими могучими ступнями, рванул в противоположном от Олега направлении. Через несколько секунд о местонахождении огра можно было догадаться лишь по поднятому им в воздух столбу дорожной пыли.

Олег громко выдохнул, унял дрожь в коленях и посмотрел на переливающееся всеми оттенками серебра острое лезвие.

– Вот это да! Реально – волшебный меч! Охренеть!

Он повернулся к крупному валуну, ранее служившему огру вместо подушки, и взмахнул клинком. Призрачная волна процарапала на камне неглубокую бороздку. Олег сконцентрировался на цели и взмахнул мечом ещё раз. Новая борозда оказалась немного шире и глубже первой.

"Тебе нужно научиться лучше владеть этим могущественным артефактом, о Олег-Стальной-Кулак-Воронков!" – всплыли в памяти слова Древнего Мудреца.

– Теперь понятно, что он имел в виду, – сказал Олег самому себе. – С таким мечом я буду круче, чем Конан-варвар!

Прикидывая, на чём ещё можно испытать силу удивительного оружия, Олег принялся осматривать окружающую местность. Увиденное его отнюдь не порадовало. Гряда невысоких холмов, маячивших на горизонте далеко впереди, постепенно переходила в тёмно-бурые горы справа и позади него; слева насколько хватало глаз простиралась угрюмая равнина с разбросанными тут и там красноватыми скалами, напоминающими Долину монументов³ в США. Из-за этих утёсов на не поддающемся определению расстоянии к небу поднимался столб чёрного дыма, вызывающий в памяти кадры из фильма "Властелин колец". Небосвод, от края до края заваленный неподвижными серыми тучами, словно давил на Олега свинцовой тяжестью, пробуждал мрачные мысли. Тучи не пропускали ни единого солнечного луча, не позволяли даже приблизительно определить время и направление. Хотя зачем ему знать, где здесь запад, а где восток? И без того вполне очевидно, что логово зла находится там, откуда идёт чёрный дым. Разве может быть иначе?

Олег двинулся в ту сторону. В скором времени он набрёл на тропу и решил продолжить путь по ней, ни на миг не задумавшись над вопросом: "кто мог протоптать дорогу, ведущую в Цитадель зла?"

Не позднее чем через час ему пришлось пожалеть о своей непредусмотрительности. Тропа как раз огибала очередную скалу, когда позади послышались горланящие какую-то нескладную песню голоса, и из-за поворота вылетела ватага серо-зелёных гуманоидов, одетых в грязные и рваные лохмотья. Само их продвижение вперёд сеяло вокруг хаос: они орали на разные лады, безостановочно толкались, пихались и весело ржали, когда удавалось неожиданно отвесить соседу особенно чувствительный пинок или свалить его с ног вовремя поставленной подножкой. Некоторые катили перед собой тележки, доверху наполненные кучами разнообразного барахла: сковородками, лопатами, глиняной посудой, тряпками, плетёными корзинами… Всё это тряслось, громыхало, гнулось и трескалось, а иногда и высыпалось на землю при слишком резком повороте или попадании под колёса валяющихся на дороге камней. Несколько существ тянули деревянную повозку с клеткой, до отказа забитой визжащими свиньями и кудахчущими курами, которые ещё больше усиливали и без того немалый градус царящего в шумной толпе безумия.

Эти создания не могли быть никем иным, кроме как гоблинами – Олег мгновенно узнал их по многочисленным изображениям в книгах, кинофильмах и компьютерных играх. Ростом чуть ниже людей, тощие и жилистые, с чрезвычайно длинными ушами и угловатыми чертами лиц, они представляли собой довольно жутковатое, но при этом и слегка комичное зрелище. От гоблинов исходил настолько ужасающий, буквально сшибающий с ног запах, что ещё немного – и он, наверное, обрёл бы физическую форму. Дуй ветер с их стороны, ни за что на свете не сумели бы они подобраться к Олегу незамеченными…

К несчастью, ветра не было.

Судя по всему, отряд возвращался домой после рейда на какую-нибудь пограничную деревню, и гоблины совершенно не ожидали встретить так близко к центру своих владений кого-то, кому не полагалось здесь находиться. Когда Олег попадал в схожую ситуацию в Москве или Подмосковье, он знал, что ему нужно делать. Например, оказавшись в неблагополучном районе, где (как принято писать в путеводителях) "в вечернее и ночное время велик риск столкновения с лицами в состоянии алкогольного опьянения и шумными компаниями агрессивно настроенной молодёжи" (то есть, говоря простым языком, столкнувшись с алкашами и гопниками), Олег делал морду кирпичом и пытался сойти за местного. Если квартал не был слишком уж этническим, это почти всегда срабатывало.

Сейчас надеяться на подобный трюк было в высшей степени наивно… Но что ему ещё оставалось? Стараясь вести себя максимально естественно, Олег сошёл с дороги и сделал вид, что ничуть не торопится и будет только рад освободить путь для тех, кто, наоборот, явно очень спешит и не может терять из-за столь незначительной персоны, как он, своё драгоценное время.

Олег двигался настолько раскованно и небрежно, что большинство гоблинов совершенно не обращали на него внимания и проносились мимо… Однако некоторые всё же заметили человека, притормозили и принялись перебрасываться между собой фразами, которые Олег не мог расслышать, но неплохо догадывался об их смысле по жестам и мимике. В его представлении, гоблины говорили примерно следующее:

– Э, слышь, чё это там за чувак?

– Не знаю. А чё?

– Странный он какой-то… Чё он тут делает?

– Да мало ли чё? Какая, на хрен, разница? Эй, Костегрыз! (В своём воображении Олег назвал гоблина "Костегрыз", потому что именно такими ему представлялись имена гоблинов.)

– Чё?

– Видишь того мужика?

– Ну?

– Ты его раньше не встречал?

– Не, не встречал. А чё?

– Да странный он какой-то.

– Ну и чё?

– Надо разобраться…

– Да ну его!

– А если Толстопуз (какая ещё может быть кличка у главаря гоблинов, если не Толстопуз?) спросит: "Вы там по дороге никого не видали?"

– Скажем: "Нет, не видали!"

– А вдруг он лазутчик?

– Да не, не похож! Лазутчики всегда прячутся, а этот вон – нагло прёт прямо по дороге.

– Может быть, он очень хитрый лазутчик.

– Да? Ну уж точно не хитрее нас! Щас узнаем, кто он такой есть…

Четверо гоблинов отделились от основного отряда и двинулись в направлении Олега. Их приятели, не обратив на это никакого внимания, вскоре растворились в огромном облаке поднятой ими пыли.

Гоблины не чувствовали опасности, ведь каждый из них твёрдо знал, что четыре – это гораздо больше одного, и, следовательно, при желании они запросто укокошат подозрительного незнакомца. Остановившись в нескольких шагах от Олега, старший из них заявил:

– Эй ты, человек! Ты куда это направляешься?

Олег, в любую секунду готовый выхватить из ножен волшебный меч, всё же решил до конца отыгрывать свою роль:

– Я? В Цитадель. Куда здесь ещё можно идти?

Гоблины переглянулись, трое из них были полностью удовлетворены таким ответом и уже собирались продолжить путь, но четвёртый, который и являлся инициатором этой проверки, не хотел так легко сдаваться.

– А зачем? – спросил он. – Разве ты один из людей Повелителя?

– Конечно, – решительно кивнул Олег. И для пущей убедительности добавил: – Да здравствует Повелитель!

– Да здравствует Повелитель! – эхом откликнулись три гоблина и, развернувшись, побрели обратно к дороге.

Однако их въедливый товарищ внезапно вспомнил: "Стоп! Мы же никогда не говорим "Да здравствует Повелитель!" Мы говорим "Слава Всемогущему Повелителю!"

– А ну-ка стойте! – крикнул он. – Мы не говорим "Да здравствует Повелитель!" Ты чужак! Ну-ка покажи твой знак отличия, вот такой вот.

Гоблин ткнул пальцем в тощую грудь, где на его выцветших обносках висел металлический значок – три перекрещенных копья в круге.

– Э-э… – протянул Олег, незаметно пятясь спиной вперёд. – Я, кажется, забыл его в Цитадели…

– Чужак! Чужак! Лазутчик! – завопили гоблины и принялись доставать из-за поясов топоры и сабли. – Бей его!

Олег был готов к подобному развитию событий и мгновенно извлёк своё оружие. Рассуждать о моральной стороне вопроса не имело смысла, всё было проще некуда: или ты – или тебя. Но в отличие от гоблинов, у Олега имелось одно существенное преимущество: ему не было надобности подходить к противнику вплотную.

Те его атаки, что оставляли серьёзные раны даже на толстой шкуре могучего огра, хилых гоблинов буквально разрубали пополам. Не прошло и трёх секунд, как двое из нападавших уже валялись в пыли, при этом оставшиеся двое не успели пробежать и половины отделявшего их от Олега расстояния.

Чего у гоблинов было не отнять, так это способности точно оценить свои шансы в столь резко изменившейся ситуации: они тут же кинулись врассыпную. Олегу было даже жаль этих мелких проходимцев, однако позволить им вернуться с подкреплением он не мог, и потому продолжил махать мечом до тех пор, пока не достал обоих. Затем, резонно полагая, что символ Повелителя ему ещё пригодится, Олег забрал себе значок одного из поверженных врагов.

Во время любого тяжёлого похода на периферии человеческого сознания непременно маячат два вопроса: "сколько ещё идти?" и "где сделать привал?" И чем сильнее путник устаёт, тем настойчивее эти вопросы лезут на первый план, постепенно заполняя собой всё поле зрения и полностью изгоняя из головы прочие мысли.

Вы обратили внимание на великолепный пейзаж, открывшийся глазам после долгого подъёма по крутому горному серпантину? Нет? А почему? Потому что впереди уже виднеется спуск в узкое ущелье, а за ним новый подъём на новую седловину…

Посмотрите налево. Только представьте: понадобились миллионы лет, чтобы вода и ветер придали утёсам столь причудливые формы. Завораживающее зрелище, не правда ли? Нет?! Чего вам опять не хватает? Маленького ларька, где торгуют хот-догами с тремя видами заправки, и удобной скамейки с зонтиком от солнца…

Сколько ещё идти?

Где сделать привал?

Отсутствие точных ответов на главные дорожные вопросы способно напрочь отбить у начинающего туриста-походника желание вновь когда-нибудь куда-нибудь идти пешком. Хуже может быть, только если ты подобного желания не испытывал вовсе, и всё же вынужден ползти вперёд, задаваясь теми же вопросами… Как Олег, например.

Олег туристом не являлся. Он оказался в этих лишённых ларьков и мотелей землях не по собственной сумасбродной прихоти. Он не стремился обрести потерянное единение с Природой, поиски которого заставляют страдающих в отрыве от корней жителей Большого Города надевать на плечи рюкзак и идти, идти, идти…

Ну сколько ещё идти?

Когда, в конце концов, привал?

Если с первым всё было более-менее ясно, ибо чёрный дым неотвратимо приближался и теперь занимал чуть ли не полнеба, то со вторым возникли проблемы.

– Как жрать хочется! – сказал Олег спустя некоторое время после встречи с гоблинами, когда бурление адреналина в его крови слегка поутихло. Почти целый день он ничего не ел, поскольку обед в клубе Карена Вартаняна не вполне корректно называть едой… Скорее, это напоминало русскую рулетку: или переваришь, или нет. И никогда нельзя знать заранее, с какого конца пищеварительной системы оно у тебя выйдет… Хотя сейчас Олег не отказался бы даже от тех подозрительно переперченных шашлыков, которыми несколько часов назад побрезговал.

Хорошо ещё, что в брошенной одним из гоблинов тележке нашлась фляга, содержимое которой Олег (предварительно трижды перекрестившись) всё же рискнул попробовать (удивительно, но внутри была обычная вода). Жажда ему пока не угрожала, но голод – другое дело.

Голод иногда толкает людей на странные поступки.

А почему бы и нет? Вдруг получится?

– Эй! – крикнул Олег, надеясь, что ему ответят именно те, к кому он обращался, а не очередной представитель местной недружелюбной фауны. – Мудрецы! Вы меня слышите? Как насчёт покормить Великого Чемпиона? На пустой желудок, знаете ли, много не нагеройствуешь!

Ответом ему было молчание. Видимо предполагалось, что Великий Чемпион должен быть способен обеспечивать себя провиантом самостоятельно.

– Хреново… – произнёс Олег, простояв пару минут на месте в ожидании появления из воздуха тарелки с супом, свиного окорока или чего-нибудь ещё в этом роде. – А я бы сейчас, наверное, не отказался даже от привокзальной шаурмы.

Он грустно вздохнул и двинулся дальше. Очень скоро Олегу представился случай узнать, что в этом мире существуют продукты питания гораздо худшие, чем привокзальная шаурма…

Пускай последователи Ахименира и не собирались ему помогать, однако некие высшие силы всё же не остались глухи к мольбам Олега, ибо, прошагав ещё пару километров, он увидел приземистую постройку, описать которую проще всего словами "со дня на день собирающийся развалиться дощатый сарай". Подойдя ближе, Олег догадался, что постройка является придорожным баром: на это недвусмысленно намекала намалёванная над дверью пивная кружка с густой шапкой пены.

Тем не менее Олег не спешил радоваться. Кто знает, с чем он может столкнуться внутри? Спрятавшись за кучей камней на безопасном расстоянии от здания, Олег принялся наблюдать за входом.

Через несколько минут дверь бара открылась, и кто-то остававшийся в тени выбросил на улицу тощего гоблина, после чего снова закрыл дверь. В принципе, вполне обычная для любого бара ситуация. Гоблин поднялся на ноги, почесал разбитый нос, грязно выругался и заплетающейся походкой направился прочь. Ничего необычного.

Олег задумался. С одной стороны, здесь он мог бы не только подкрепить силы, но и навести справки об этом таинственном Повелителе, однако с другой… С другой – с ним могут поступить куда жёстче, чем с тем тощим гоблином. Конечно, теперь у него есть значок с тремя перекрещенными копьями, но хватит ли этого, чтобы сойти за своего?

Настойчиво заурчавший живот подал решающий голос, и, приколов значок на куртку, Олег вошёл в бар.

Внутри царил полумрак. Дверь захлопнулась у него за спиной, и внезапно оказавшийся в практически полной темноте Олег беспомощно застыл возле порога. Все звуки моментально смолкли, слабый свет, проникавший через щели между досками стен, отражался во множестве пар словно парящих в пустоте острых глаз, которые буквально сверлили человека насквозь. Крайне неприятное ощущение, так и хочется выскочить обратно на улицу…

Когда зрение наконец адаптировалось, и Олег смог худо-бедно разглядеть помещение, его взору предстала следующая картина: грязная барная стойка, за которой расположился гоблин с отвисшими до плеч ушами, дюжина старых бочек в роли столов и разбросанные вокруг них деревянные ящики взамен стульев. Два десятка гоблинов сидели на ящиках и отхлёбывали из кружек, по-прежнему продолжая бросать на вошедшего человека неприязненные взгляды. Олег обратил внимание, что почти у каждого на груди висела бляха с тремя перекрещенными копьями.

– Приятного аппетита… – выдавил он из себя в качестве приветствия, безотчётно следуя привитому ещё в детском саду поведенческому шаблону.

– Пррр! – ответил ему кто-то звуком выпускаемых кишечных газов, после чего раздался всеобщий дружный ржач.

Олег вымученно улыбнулся.

Отсмеявшись, гоблины наконец отвернулись и продолжили свои разговоры.

Непобедимый Чемпион слегка расслабился и прошёл прямо к стойке.

– Чего изволит господин человек? – неожиданно любезно обратился к Олегу вислоухий бармен (точнее, баргоблин).

– А что есть? – спросил Олег, несмотря на окружающую антисанитарию каким-то чудом сохранивший желание перекусить.

– Очень рекомендую жареную пустынную крысу – наше самое популярное блюдо. Ребятам нравится. Правда, ребята?

– Хэй! – откликнулись гоблины в знак согласия.

Олег их энтузиазма не разделил:

– А другого ничего нет? Какие-нибудь пироги…

– Конечно есть! – радостно ответил баргоблин. – Отличные пироги с начинкой из потрохов пустынной крысы! Сколько штук желает господин человек?

– Умм… – если бы в желудке у Олега было, чем вытошнить, он, весьма вероятно, сделал это. – Я имел в виду что-нибудь без пустынных крыс…

– Хе-хе, – то ли захихикал, то ли закашлял баргоблин. – Сразу понятно, друг, что ты не гоблин. Гоблин от пирога с потрохами пустынной крысы никогда не откажется!

Олег вообще-то надеялся, что его отличие от гоблинов является очевидным и без проверки на пристрастие к крысиным пирогам. Тем не менее он ответил:

– Да, друг. Крысы – это не моё. Может, ещё что найдётся?

– А чем заплатить у тебя найдётся? – передразнил баргоблин.

Только сейчас Олег сообразил, что платить ему действительно нечем. Он пошарил по карманам и извлёк наружу носовой платок и зажигалку. Недовольно скривился.

– Да не переживай, друг! – захихикал баргоблин. – Я же шучу! Недавно на службе у Повелителя, да? Не слыхал разве, что для его слуг всё бесплатно?

– Слава Всемогущему Повелителю! – грянул нестройный гоблинский хор.

– Не знал… – опасаясь ляпнуть лишнего, осторожно ответил Олег. – Я только вчера…

– Оно и понятно, – не дал ему договорить баргоблин. – Сейчас люди к Повелителю толпами валят! Не то что пару лет назад. Он даже специально для вас приказал хлеб завести. Как вы любите – без плесени. Лично я не понимаю, чего хорошего в хлебе без плесени. Это же дополнительные специи: хочешь – зелёные, хочешь – серые, а хочешь – оранжевые. Но раз уж Повелитель приказал…

Олег решил, что настал наилучший момент попробовать навести кое-какие справки:

– Я гляжу, ты про Повелителя много знаешь. А он вообще какой?

Вислоухий гоблин немного замялся:

– Да я в Цитадели редко бываю… Повелителя только один раз видел. Издалека. Другие говорят: человек – как человек. Вы ведь все на одно лицо – одного от другого нипочём не отличишь. Вот гоблины – другое дело! Гоблины все разные: и носы, и глаза, и уши – всё у каждого своё. Вот, например…

Баргоблин начал долгий монолог об особенностях внешности представителей его вида, который Олег некоторое время вынужден был слушать, поскольку надеялся, что рано или поздно в речи собеседника всё-таки обнаружится нечто полезное… Когда эти надежды полностью испарились, он предпринял попытку вернуть течение разговора в конструктивное русло:

– Так что там с Повелителем?

– С Повелителем? – не сразу понял гоблин. – А, ну да… Короче, Повелитель очень могущественный – это все знают. Некоторые говорят, что он колдун, другие – изгнанный младший брат одного из человечьих королей, третьи вообще всякую чушь плетут… Да и какая разница? Он за нас – вот что важно! И у него союз с нашим вождём! И мы всем врагам надерём задницы! Правда, ребята?

– Хэй! – дружно ответили гоблины.

– Не сомневаюсь… – прокомментировал Олег. Потом взвесил все за и против и добавил: – Ну, хлеба-то дашь? Без плесени?

– А тебе точно нечем платить?

– Нечем.

– Ладно… – удовлетворённо кивнул баргоблин. – Вот сразу видно, что ты, друг, не шпион. А то, знаешь ли, шпионов сейчас развелось… Прикончат кого-нибудь из наших, заберут значок Повелителя и ходят потом по окрестностям, словно они у себя дома. Но мы их мигом распознаём! Очень просто! Шпионы всегда норовят золотом подкупать. Думают, мы дураки какие! Если у кого много золота – значит он шпион и есть! Зачем ему чего-то рассказывать? Гораздо проще его сразу укокошить и всё золото забрать. Разве не так, ребята?

Ребята дружно согласились. А Олег наскоро перекусил хлебом (почти без плесени), запил его отвратительным кислым пивом и отправился своей дорогой.

По пути он на всякий случай старался как можно чаще оглядываться…

Чем меньше ему оставалось идти, тем задумчивее становилось лицо Олега. И тем чаще он прокручивал в уме слова вислоухого баргоблина.

"Некоторые говорят, что он колдун, другие – изгнанный младший брат одного из человечьих королей".

"Колдун – это серьёзно… – рассуждал Олег. – Колдунами я уже по горло сыт. Надеюсь, Повелителем всё-таки окажется злобный брат какого-то короля. В сказках постоянно так бывает".

Он попробовал максимально быстро извлечь меч из ножен и сразу же сделал резкий выпад. Волшебный клинок благозвучно свистнул. Взмахнув мечом ещё два раза, Олег встал в оборонительную стойку. Хотя, возможно, стойка вовсе не была оборонительной, откуда ему знать? Все свои познания о фехтовании Олег почерпнул из фильмов о трёх мушкетёрах, да и то в фильмах они фехтовали на шпагах, а не на мечах. Тем более волшебных.

"Ты занимаешься ерундой, – сказал Олег самому себе. – Очевидно, что никакого поединка на мечах не будет. С тем же успехом можно вызвать этого Повелителя на ринг…"

Вызвать на ринг. А ведь отличная идея! На ринге у него есть все шансы. Даже если противник окажется двухметровым амбалом, он его всё равно побьёт. Не впервой. Нужно только держаться на расстоянии, измотать, а потом или поймать на контратаке, или провести удушающий…

Олег потряс головой, чтобы выбросить из неё эти бредовые мысли. Бой с Повелителем зла на ринге? Похоже, плесень на гоблинском хлебе была галлюциногенной, а иначе откуда подобные нелепые идеи?

Поединок "один на один"? Наверняка у Повелителя куча охраны, близко к нему ни за что не подойдёшь. И конечно он не примет вызова на честный бой. Лишь посмеётся и прикажет своим прихвостням заковать простодушного героя в цепи, чтобы можно было без риска для жизни поглумиться над ним и бросить потом гнить в самое глубокое подземелье. Именно так поступают Повелители зла, а вовсе не бьются "один на один".

Олег думал и хмурился. Скорее всего, единственный шанс на победу – это скрытное проникновение в стан неприятеля и меткий выстрел призрачной режущей волной откуда-нибудь издали. Зачем ему, в конце концов, мог ещё понадобиться волшебный меч? Нужно точно попасть в цель и рвать когти, пока враги не подняли тревогу.

Такой план Олегу не нравился. Как-то это нехорошо: стрелять исподтишка. Подло. Не по-геройски.

Хотя о чём он вообще говорит? Никакой он не герой. Не Непобедимый Чемпион Земли.

"Вот хрень! – выругался Олег. – Я что, начинаю вживаться в образ? Да, стрелять исподтишка подло. Но разве есть у меня выбор? Выбора нет".

Нравится ему сложившаяся ситуация или не нравится, а надо быть готовым ко всему. И умение метко атаковать на расстоянии в любом случае не будет лишним.

Решив немного потренироваться, Олег отошёл от дороги в Цитадель подальше и выбрал подходящую по размерам скалу.

Первая идея, пришедшая ему в голову, заключалась в том, чтобы с помощью режущих волн написать на утёсе "Здесь был Олег Воронков". Олег занял позицию в двадцати метрах от цели, сосредоточился и начал махать мечом под разными углами к земле, стараясь складывать остающиеся на камне бороздки в относительно ровные печатные буквы.

Задумка обернулась практически полным провалом, и дело было даже не в том, что Олег часто мазал, просто от ударов хрупкая скала из красного песчаника крошилась, и периодически откалывающиеся от стены крупные куски горной породы превращали его имя в какую-то абракадабру. В итоге он всё же сумел вырубить на камне (правда, чрезвычайно криво) слово "Ворон" – это прозвище ему нравилось гораздо больше, чем "Стальной кулак", и оно было короче.

Тренировка началась так себе… Но Олег твёрдо решил не останавливаться до тех пор, пока не научится попадать в цель хотя бы три раза из четырёх. Очень скоро он придумал новое упражнение: сбивать куски камня с края зубчатой вершины ещё одного невысокого утёса. Здесь дело пошло куда лучше: можно было выбирать цели разного размера, двигаясь от большего к меньшему, и отходить от скалы подальше, чтобы со временем усложнять себе задачу.

Камень диаметром в метр Олег без проблем поражал с двадцати шагов с первого раза. Это было легко. Немного напоминало игру в "городки", только не нужно было отпускать рукоять меча… Замах, бросок. Вернее, не бросок, а выстрел… Или как ещё назвать бросок, при котором оружие остаётся в руке, а в цель летит его призрачная проекция?

Через некоторое время Олег смог добиться хороших результатов с полуметровым камнем. Собственный опыт – самый лучший учитель. Как нужно повернуть кисть, какое движение сделать плечом, как поставить ноги – теперь Олег гораздо лучше освоил все составляющие элементы успешного броска.

Повтор, повтор и ещё один повтор. И вот уже он смог поразить камень размером с арбуз. Или – с голову человека. Нет, пожалуй, всё-таки с арбуз. Думать о человеческих головах в таком контексте ему очень не хотелось…

– Ещё чуть-чуть, и я достигну уровня мастерства пенсионеров – любителей городошного спорта, – пошутил Олег. – Почему Древние Мудрецы не затащили в свой мир кого-нибудь из них?

Очередной булыжник получил точный удар и откатился от края утёса. Олег прицелился в груду камней по соседству, замахнулся и выпустил новую режущую волну. И снова попал.

Раздалось громкое и – как показалось Олегу – возмущённо-злобное шипение. Куча валунов пришла в движение, раздалась вширь, выпустила из себя хвост и плоскую голову и превратилась в большую змею. В очень большую змею, почти в дракона.

– Блин, – произнёс Олег, – вот дерьмо…

"А ведь змеиное мясо вполне съедобно", – подумала та часть сознания Олега, которой не хватило перекуса гоблинским хлебом.

"Вообще-то говоря, я и сам тоже вполне съедобен, – ответила другая, более осторожная часть сознания. – А змея может оказаться ядовитой".

В подтверждение этих слов змея вновь зашипела и плюнула в него ядом – он еле-еле успел защитить глаза рукавом куртки.

Новая тренировка – скоростное отступление.

Олег бросился бежать в сторону дороги и лишь через сотню метров рискнул обернуться и посмотреть назад. Змея не преследовала.

– Сразу видно – Непобедимый Чемпион! – усмехнулся Олег и пошёл помедленней.

А ещё он подумал, что Повелитель зла не будет, подобно камню, спокойно стоять на месте и ждать нападения. Скорее всего, как и эта змея, Повелитель сам тотчас атакует его.

Чудовищный столб чёрного дыма поднимался вовсе не из жерла извергающегося вулкана, как вполне можно было предположить вначале, впервые окинув взглядом панораму этой неприветливой страны. А жаль. Иметь дело с вулканом было бы гораздо приятнее…

После того как дорога вывернула из-за очередного утёса, взору Олега предстала невероятная картина: на сравнительно небольшой площади примерно в половину квадратного километра небо коптили десятки фабричных труб, чад от каждой из которых при полном отсутствии ветра постепенно расходился в стороны и, сливаясь с соседними дымами, создавал ужасающий эффект под названием "ночной кошмар Греты Тунберг". То, из чего торчали эти трубы, являло собой гибрид металлургического комбината, угольной электростанции и горящей свалки старых автомобильных покрышек города Спрингфилд⁴. Именно такой представляет себе Цитадель зла любой эко-активист.

Чем ближе Олег подходил к Цитадели, тем чернее и гаже становилась густо усыпанная пеплом земля; каждый шаг поднимал в воздух маленькое пылевое облачко, по неторопливо оседающему следу из которых ещё долго можно было определить направление его движения. Возле ворот в крепость атмосфера оказалась настолько сильно загрязнена, что с лёгкостью оставляла позади не только московскую мглу от лесных пожаров 2010-го года, но и повлекший многочисленные человеческие жертвы Великий лондонский смог 1952-го. Липкий смрад заползал прямо под кожу…

Несмотря на то, что Олег заранее обмотал нижнюю часть лица платком и натянул по самые глаза футболку, он всё равно задыхался и непрерывно кашлял. Хотя, пожалуй, слово "кашель" не совсем верно. Разве может оно описать состояние, когда лёгкие готовы выскочить наружу, чтобы посмотреть, что там вообще такое творится?

Голова кружилась, слёзы лились ручьём, однако Олег настойчиво продолжал двигаться вперёд… Ибо совершенно точно знал: на возвращение сил ему уже не хватит.

Ворота Цитадели скорее напоминали проходную завода, чем въезд в замок: рвы, мосты и подъёмные решётки полностью отсутствовали, вместо них дорогу преграждали две не слишком плотно прилегающие друг к другу металлические створки, запертые на огромный висячий замок. На посту у ворот мирно храпели двое гоблинов; ещё двое, сидя на сколоченных из досок ящиках, играли в кости и попыхивали курительными трубками. Смог и жуткая вонь им, похоже, совершенно не мешали. Олег, находящийся на грани потери сознания из-за недостатка кислорода, проковылял мимо гоблинов к небольшой дверце, которую он заметил неподалёку от огромных створок. Гоблины лениво стрельнули глазами на висящий на груди Олега значок и пропустили человека без лишних вопросов, прохихикав, правда, у него за спиной что-то вроде "слабак" и "люди такие неженки".

Внутри здания воздух был немного чище, Олег наконец-то смог отдышаться и начал потихоньку приходить в себя. Он попал в огромный ангар с кучей дверей в обеих боковых стенах и стене напротив; сверху до самого потолка помещение опутывали мостки и трапы, также ведущие к многочисленным проходам. Окон не было, свет давали закреплённые на столбах то ли газовые, то ли керосиновые фонари. В дальнем конце ангара из дыры в стене выезжала лента транспортёра и, срезая угол, через десять метров пропадала в другой стене. По ленте ползли короткие металлические бруски.

Вокруг сновали сотни гоблинов, от их невероятного количества буквально рябило в глазах. Гоблины таскали какие-то непонятные детали, возили на тележках груды горной породы, копались в кучах рассыпанного по полу разномастного хлама… или же просто отлынивали от работы и нагло ковыряли в носу. Изредка попадались и люди, которые явно выполняли здесь обязанности бригадиров, поскольку были чуть опрятнее одеты и занимались в основном тем, что орали на гоблинов и друг на друга. На одном из мостков Олег краем глаза успел заметить некую серую фигуру, которая, впрочем, тут же словно растворилась в воздухе.

Очевидно, это огромное помещение служило чем-то вроде транспортного узла, где пересекались все местные коммуникации. Олег оказался перед чрезвычайно богатым выбором возможных направлений, на перекрёстке десятков дорог с отсутствующими указателями. Куда ему идти дальше? Где в этом грохочущем, лязгающем и отвратительно воняющем царстве хаоса искать таинственного Повелителя, которого он должен покарать как Непобедимый Герой, Призванный Спасти Мир из Чёрных Лап Зла?

Можно спросить дорогу у какого-нибудь гоблина… Хотя, пожалуй, не сто́ит. После недолгих раздумий Олег решил для начала немного осмотреться и попробовать найти Повелителя без посторонней помощи.

Спустя примерно полтора часа Олег снова (уже в четвёртый раз) очутился в том же ангаре. Чего он только не успел увидеть за это время! Здесь были кузнечные горны высотой с двухэтажный дом, огромные меха которых качали потеющие в три ручья могучие великаны; гигантские молоты, выжимающие из раскалённых кусков металла все лишние примеси; мощные помпы, тоннами вытягивающие воду из глубин земли… Олег видел гоблинов, дёргающих за рычаги и вращающих металлические вентили; людей, вытачивающих шестерни и зубчатые рейки; огров, крутящих педали и приводящих в движение ленточные транспортёры… Он проходил через заполненные железной рудой, серой и углём хранилища; заглядывал в мастерские, где работники-люди шлифовали металлические трубки и отливали свинцовые шарики; наблюдал, как похожие на гигантских хомяков мохнатые звери бегают внутри полых колёс, раскручивающих точильные круги, на которых острили лезвия клинков…

В общем, Цитадель представляла собой огромный оружейный завод, в невероятных количествах производящий мечи, топоры, сабли, копья, щиты и даже (что Олега особенно поразило) некие примитивные подобия кремневых ружей.

"Интересно, с кем собрался воевать этот Повелитель?" – размышлял Олег. И одновременно удивлялся, что в столь фэнтезийном мире с гоблинами, ограми, волшебными мечами и древними пророчествами кому-то могла прийти в голову идея убивать своих ближних при помощи пуль и взрывающегося чёрного порошка.

Ещё дважды – в литейной и вонючем цеху по производству селитры – он замечал уже знакомую ему расплывчатую серую фигуру. И оба раза она исчезала прежде, чем Олег успевал сфокусировать на ней зрение, которое в насыщенном едкими испарениями и летучими отходами пиролиза жарком мареве и без того не всегда было способно отличить реальность от миража. Возможно, серая фигура ему тоже лишь померещилась? Не исключено… Хотя кто знает, что за существа служат Повелителю тёмных сил? Может быть, это воздушный (а с учётом состава здешней атмосферы – сероводородный) элементаль или, например, неприкаянный призрак случайно раздавленного прессом гоблина. Так или иначе, загадочный фантом не поднимал тревогу, и уже одно это было хорошо.

Хуже было то, что Олег ни на миллиметр не продвинулся в поисках Повелителя. Поначалу он рассчитывал в какой-то момент наткнуться на мрачный тронный зал, где (согласно канонам жанра фэнтези) при тусклом свете факелов, бросающих на стены зловещие отблески, в окружении своих ужасающих приспешников Повелитель тёмных сил восседает на сложенном из человеческих черепов кошмарном кресле. Примерно так… Но в реальном мире тронный зал в Цитадели, судя по всему, отсутствовал. Или же Олег попросту не сумел его найти, хотя и очень старался.

– Это место – самый настоящий лабиринт! – пробурчал Олег сквозь зубы и попытался вспомнить, из какой двери он вышел в прошлый раз. Вроде бы из пятой слева… Или из шестой?

Он уже начал впадать в отчаяние и стал всерьёз задумываться о том, чтобы пойти на крайние меры: подкараулить в одном из тёмных коридоров кого-нибудь из местных, оглушить, связать и, угрожая мечом, потребовать у него указать дорогу. Или остановить первого попавшегося гоблина, всучить ему сложенный вчетверо листок бумаги и сказать: "Срочное письмо Повелителю! Лично в руки!" После чего останется только незаметно проследить за гоблином…

Оба варианта сопровождались изрядной долей риска. Олег предался раздумьям, немного отвлёкся и потому стал чуть менее пристально следить за тем, что происходит вокруг. Никто здесь не обращал на него особого внимания, все были заняты своими делами, и он вполне мог слегка расслабиться, передохнуть и пораскинуть мозгами, пока…

– Эй, друг! – Олег не сразу понял, что обращаются именно к нему. – Эй, друг, неужели ты с Земли? Точно с Земли: в местных портновских лавках джинсовые брюки ни за какие деньги не купишь.

Олег обернулся на голос и увидел в нескольких метрах от себя мужчину лет сорока пяти. Среднего роста, среднего телосложения, с тёмными волосами и не слишком выразительными чертами лица – подобных ему людей вы десятки раз за день встречаете на улице по пути на работу и абсолютно их не замечаете. По крайней мере до тех пор, пока они одеты примерно также, как обычно одеваются в вашем городе.

Однако, если бы столь непримечательный человек оказался, допустим, в центре Москвы в том костюме, что был на нём сейчас, и в этот день не планировалось какого-нибудь карнавала, фестиваля исторической реконструкции или костюмированного шествия, он, без сомнения, вызвал бы всеобщий вполне заслуженный интерес. Кожаная куртка незнакомца была усеяна разноцветными пятнами, прожжена на обоих рукавах, в трёх местах разорвана и снова зашита редкими неровными стежками. Широкие штаны грубого покроя, также носившие на себе многочисленные следы экспериментов их хозяина с огнеопасными и химически активными веществами, складками ложились на тяжёлые сапоги с толстыми подошвами. За спиной на ремне висело короткое ружьё, деревянный приклад которого выглядывал из-за левого плеча; и как будто одного ружья было мало, картину дополнял пояс с заткнутыми за него однозарядными пистолетами, придававшими мужчине сходство с рейтаром или морским пиратом.

– Кто ты такой, а? – снова спросил мужчина. – Откуда ты здесь взялся?

– Э-ээ… – протянул Олег, судорожно пытаясь придумать подходящий ответ и одновременно стреляя глазами по сторонам в поисках пути для отступления. – Ну, я…

Ситуация явно складывалась не в его пользу: на расстоянии нескольких шагов позади мужчины Олег заметил двух с головы до ног закованных в железо бравых молодцов – телохранителей, которые, правда, в отличие от своего шефа, предпочитали оружие ближнего боя. Вдобавок все находящиеся неподалёку гоблины и люди отвлеклись от своих дел и начали с интересом наблюдать за развитием событий.

"Семеро перед правой дверью, только пять перед левой, – сосчитал Олег потенциальных противников. – Но левая дверь дальше, а у главаря ружьё. Бесполезно…"

В подобной обстановке не стоило и пытаться лезть в драку или бежать, поэтому он взял себя в руки и с трудом восстановил потерянный было контроль над своей ладонью, которая без всякого участия со стороны сознания начала медленно продвигаться к рукояти меча. Затем глубоко вздохнул и представился:

– Меня зовут Олег. Я из Москвы.

Хитрить не имело смысла: незнакомец уже догадался, что Олег с Земли. А раз он может отличить джинсовые брюки от каких-либо других – значит он и сам оттуда.

– Вот это да! – восхитился мужчина. – Из Москвы? Из той Москвы, которая в России? Или из той, что в штате Айдахо?

– Из России… – пробормотал Олег и только после этого внезапно осознал, насколько сильно он лопухнулся.

"А ведь хренов Мудрец Ахименира предупреждал меня о переводящем заклинании, – вспомнил он. – Зачем я ляпнул про Москву? Вот дурак!.. Из какой страны этот мужик?"

Очень интересный вопрос. Но как бы ему того ни хотелось, Олег был не в том положении, чтобы задавать подобные вопросы вслух, и потому счёл за лучшее промолчать. Незнакомец продолжал:

– Значит, Москва? С детства мечтал посмотреть на вашего Ленина! Удивительно! Больше трёх лет не видел человека с Земли! Как ты здесь оказался? Хотя погоди рассказывать, давай пойдём ко мне – там всё расскажешь. Из России, ну надо же…

Он повернулся и махнул рукой, предлагая следовать за ним. Олегу не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

Один из охранников шёл перед своим шефом, меткими подзатыльниками расчищая дорогу от зазевавшихся гоблинов; второй двигался позади Олега, и взгляд его прожигал гостю спину подобно вонзившейся между лопаток огненной стреле. Этот поход показался Непобедимому Чемпиону невероятно долгим…

Сперва они поднялись по лестнице и через узкую дверь попали в заваленную металлоломом комнату, затем прошли по длинному коридору, миновали две развилки, свернули на третьей и через ещё один проход выбрались на крытую галерею, после чего снова поднялись по ступеням и полминуты шагали по новому коридору до помещения с несколькими дверями… Поначалу Олег пытался запоминать дорогу, однако сумасшедшая путаница лестниц и перекрёстков неминуемо заставила его признать своё поражение, и очень скоро он перестал понимать, где находится. Возможно, в этом и состоял план строителей Цитадели: любой шпион рано или поздно теряется здесь навсегда… Или попадает в лапы местного аналога критского Минотавра.

Когда Олег уже практически перестал верить в счастливое завершение этих блужданий, они всё же добрались до массивной металлической двери, рядом с которой несли стражу ещё двое закованных в броню охранников. Здесь отряд остановился, мужчина в костюме пирата извлёк из кармана связку ключей и принялся ковыряться во внутренностях многочисленных запирающих дверь замков.

– Ну что же, добро пожаловать! – сказал он наконец и первым переступил порог.

Олег вошёл следом, телохранители не отставали ни на шаг. Зажглись газовые фонари. Увидеть нечто подобное Олег никак не ожидал… Где трон из человеческих костей?

Вместо трона в центре комнаты стояла дюжина верстаков, заваленных кипами чертежей, горами непонятных деталей, оружейными заготовками и инструментами. Возле дальней стены под вытяжной трубой размещалась химическая лаборатория с печью-кальцинатором, весами, штативами и стеклянной посудой. Рядом располагался шкаф с разноцветными склянками, а неподалёку от шкафа – сверкающая начищенными медными боками конструкция, в которой Олег с удивлением узнал самогонный аппарат. Всё это можно было принять за мастерскую средневекового алхимика, хотя выстроившиеся вдоль правой стены примитивные дерево- и металлообрабатывающие станки своими зажимами, лезвиями и свёрлами рисовали в воображении картину, более характерную для камеры пыток святой инквизиции.

Обилие столов компенсировалось нехваткой стульев: один стоял возле верстака с бумагами, второй – у шкафа с реактивами. Хозяин перенёс его поближе и сел, указав Олегу на другой стул.

– Для начала позволь представиться, – проговорил мужчина, – Карл Гро́ссер, главный инженер. Хотя здесь я не только инженер, но и механик, и химик, и геолог, и много кто ещё. – Мужчина немного помолчал, испытующе глядя Олегу в лицо, затем продолжил: – Однако мне кажется, ты уже догадался, что местным ребятам я больше известен как Повелитель…

– Слава Всемогущему Повелителю! – отозвались телохранители возле двери.

– Да-да, слава мне… Так вот, я в курсе всех этих древних пророчеств и, соответственно, я знаю, кто ты такой и зачем сюда явился. Я мог бы приказать ребятам с тобой разобраться или даже мог бы попытаться сделать это сам, и, вполне вероятно, мы справились бы с этой задачей. Почему я так не поступил? Далеко не только потому, что "вполне вероятно" – это ещё не "на все сто процентов". Дело не в процентах. Дело в здравомыслии. Я верю: здравомыслящие люди всегда найдут общий язык. Итак, если ты обещаешь хорошо себя вести, я отпущу охрану, и мы пообщаемся с глазу на глаз, как нормальные, цивилизованные люди. Обсудим сложившуюся ситуацию, выпьем по стаканчику, – он кивнул в сторону самогонного аппарата, – поделишься новостями с Земли…

Олег далеко не сразу сумел переварить тот факт, что Повелителем зла оказался человек, назвавшийся Карлом Гроссером, главным инженером. С Земли. Это было… ну очень странно! Однако Олег не видел ни одной причины, по которой ему следовало отказаться от столь заманчивого по сравнению с боем насмерть предложения.

– Ничего не имею против, – сказал он. – Как по мне, то разговаривать лучше, чем драться.

– Отлично! – инженер махнул рукой, приказывая страже выйти. – Но ты учти: они будут здесь через секунду, стоит мне только щёлкнуть пальцами. К тому же я и сам обычно неплохо справляюсь. – Он похлопал по поясу с висящими на нём пистолетами и гордо объявил: – Член NRA⁵ с 1998-го года!

Карл Гроссер подождал, пока дверь за телохранителями закроется и произнёс:

– Вот уж не думал, что здесь, в этой Навеки Разделённой Империи, по мою душу явится человек из России. Да… Удивительно складывается порой судьба. Россия против США. Холодная война продолжается даже в другом мире. Никуда от неё не сбежишь…

Олег вдруг почувствовал себя очень неуютно наедине с этим странным мужчиной, который вовсе не выглядел таким уж воплощением зла. Это был не страх, нет. Наоборот, это больше походило на чувство вины, поскольку и он сам, и его собеседник прекрасно понимали, с какой целью Олег проник в Цитадель. Неприятное ощущение, словно смотришь в грустные глаза барашка, которого ты собрался зарезать и съесть. Правда, у барашка обычно не висят на поясе огромные пистолеты, и он не сообщает тебе о том, что научился стрелять гораздо раньше, чем ты впервые пошёл в детский сад… В создавшееся положение явно требовалось внести дополнительную ясность.

– Знаете, мистер Гроссер, – начал Олег, – на самом деле я не по своей воле сюда попал. Сидел себе спокойно на толчке, и тут вдруг – бац! И через секунду я уже в каких-то пустошах с кучкой непонятных парней в чудно́й одежде, которые весьма доходчиво разъясняют мне, что или я иду спасать мир, или они не ручаются за мою безопасность. Так что я вовсе не наёмный киллер или агент спецслужб.

– Да? – переспросил Карл. – А кто же ты такой?

– Простой парень из Москвы. Вернее, я и в Москву-то всего три года назад приехал. Кем только не работал за это время… Сначала в гипермаркете, потом на стройке, охранником был в ночном клубе… Вообще, я раньше самбо всерьёз занимался. А теперь выступаю в миксфайт-шоу⁶.

– Правда? – удивился инженер. – Надо же! Хотя ты крепкий малый – сразу видно. Бокс, MMA – это здорово! Всегда любил посмотреть! Всё по-настоящему, не то что дерьмовый рестлинг-балет! Слушай, а ты и с Фёдором Емельяненко знаком?

– Нет, – сконфузился Олег.

– А… Ну да, правильно, он ведь, наверное, давно уже не выступает. А тот парень… Такое сложное имя у него… Хабиб Нур… Забыл…

– Хабиб Нурмагомедов.

– Точно! Он сейчас в топе! Его ты знаешь?

Олег немного разозлился: американец повёл себя точно также, как поступали практически все люди, узнававшие о его профессии. Всех и всегда интересуют лишь знаменитости, и почти никто и никогда не задумывается о том, что мир ММА ими вовсе не ограничивается. Как будто подающие надежды бойцы напрямую переносятся из районных спортшкол на арену Лас-Вегаса, стоит им только победить, скажем, на чемпионате Владимирской области по самбо. Лишь один из тысячи попадает на эту арену! Остальные же или бросают спорт, или выступают в малоизвестных местечковых шоу, таких, например, как Всемирная Независимая Ассоциация Профессиональных Бойцов. Блин, какое всё-таки дурацкое название…

Возможно, Олег ответил на вопрос Карла Гроссера слишком грубо, совсем не так, как стоило отвечать человеку с огромным пистолетом на ремне:

– Нет, не знаю! Откуда мне его знать? У нас маленький промоушен – какие могут быть Фёдор и Хабиб? Всем только и подавай Емельяненко, Коннора Макгрегора и Андерсона Силву, будто других бойцов не существует! Они все, конечно, профессионалы и звёзды, но можешь мне поверить: такие парни, как я и мои друзья по залу, тоже вполне способны показать неплохое шоу!

Удивительно, но после этой гневной тирады инженер вовсе не обиделся. Наоборот, посмотрел с пониманием.

– Извини, друг. Да, жизнь – жёсткая штука… – он вздохнул и ненадолго замолчал. Потом резко сменил тему: – Хочешь расскажу, как я здесь очутился? Я родом из Детройта, закончил Университет штата Мичиган в девяносто шестом, а после устроился на работу в GM⁷. Слышал что-нибудь про Детройт? Знаешь, как у нас там дела идут? Город моторов… Был когда-то. В Детройте давно уже несладко: заводы закрываются, люди уезжают, бросают всё… Нынешний Детройт – лишь бледная тень себя прежнего. Все фильмы про постапокалипсис снимают у нас – как тебе такая слава? Но это мой родной город, понимаешь? Поэтому я остался. Может и глупо, но уж как есть… Работал, на жизнь более-менее хватало. Главное, занимался любимым делом, ведь автопром был моей детской мечтой! Наследство от отца и деда… А потом настал 2008-ой год. Ипотечный кризис. У вас в России был ипотечный кризис? По мне он словно катком прошёлся. В GM устроили очередное сокращение, работы я лишился, все накопления рассыпались в прах. Хотя их, если честно, не слишком-то много и было. Однако я не сдался: начал с нуля – открыл автомастерскую. Приличное дело, мне нравилось. Думал, скоро можно будет нормально существовать, но в тринадцатом власти Детройта объявили несостоятельность, и вот тогда стало по-настоящему плохо. Просто гениальное решение: банкротство городских масштабов! Браво! Хотя чему я удивляюсь? Хозяевам так было выгоднее. Наверняка они всё рассчитали и всё взвесили. А мы, простые горожане, всё просрали! Никогда не понимал, почему люди думают, что если объявить себя банкротом, это моментально списывает все твои долги. Как можно быть такими наивными? Поверь мне: только хитрожопые толстосумы могут отмазаться от долгов – потому они и богатые. У них тайные счета, офшорные зоны, паспорта сразу пяти государств и хрен знает что ещё. А бедные всегда и за всё платят. Так или иначе, больше или меньше… Пока не становятся совсем нищими.

Олег слушал, фигурально выражаясь, открыв рот. Кажется, он видел в новостях сюжет о банкротстве Детройта, но никогда не задумывался о подробностях. Как это вообще может быть? Как целый огромный город с сотнями тысяч жителей может стать банкротом?

– Да, – продолжал Карл Гроссер, – этим офисным крысам плевать на простых парней вроде тебя и меня. Они переводят производство в Азию, чтобы сэкономить пару баксов на зарплате и соцпакете, а нас всех спускают в унитаз. "Чем вы недовольны? – говорят они. – Наша великая страна полна замечательных возможностей для всех! Если закрываются одни двери, тут же открываются другие!" Это полная чушь! Когда люди уезжают из города – все двери забиты гвоздями наглухо! Моего бизнеса уже нет, а кредит есть. Кто мне даст ещё один, если я первый не могу выплатить? Знаешь, почему мне отказали в банке? Из-за повышенной степени риска! Производство? Не смешите меня! Зачем производить что-то в Детройте, если можно привезти откуда-нибудь из Китая? Ненавижу сраных глобалистов! Тачки покупаем у корейцев и японцев! Позорище… Раньше всё делали сами! Какие автомобили выпускали, ты только подумай: Buick Roadmaster, Thunderbird, Oldsmobile 88, Cadillac de Ville, Pontiac GTO! Красота, изящество, мощь! Сбывшаяся мечта – вот что это! Где всё теперь? Где Packard, Plymouth, Pontiac, Mercury и Hummer? Ржавеют на свалке истории. А что пришло им на смену? Tesla с запасом хода в двести миль и ценой в сто тысяч долларов, flex-fuel и гибриды⁸! Экономим ресурсы и боремся против вредных выбросов! А ничего, что под сахарные плантации для этого спирта вырубают леса в Латинской Америке? А электричество мы откуда берём? Неужели только от ветряков и плотины Гувера? Отнюдь нет! Как жгли уголь и природный газ, так и жжём! А что мы будем делать с отработавшими своё аккумуляторами? Переработаем? Скорее уж закопаем где-нибудь в Мексике или Никарагуа! А по пути захватим ещё и радиоактивные отходы с АЭС, чтобы два раза не ездить. Их ведь тоже можно зарыть по соседству со старыми батарейками… Только делать это нужно по-тихому, чтобы налогоплательщики не узнали. Налогоплательщиков ни в коем случае нельзя расстраивать, иначе зелёный переход может сорваться. Лицемерие и выкачивание бабла! Знаешь, как работает система? Очень просто – ты платишь. Если человек не внедряет в свой бизнес зелёные технологии – тогда он платит налог на неэкологичность. Если внедряет – немерено переплачивает за чувство гордости от осознания себя борцом за экологию и красивую эмблему на дверях офиса. Не беда, что зелёные технологии – это очень дорого! Главное, что это модно! В Нью-Йорке, Вашингтоне и Голливуде все борются за экологию! А вот ты мне скажи: почему бы тем, кто покупает Prius и Tesla и считает, что он спасает нашу планету, не пойти ещё дальше и переселиться из пригородов обратно в города? Зачем стоять каждый день в пробках, если можно ездить на работу на метро или автобусе? Или они не настолько сильно любят Землю? Очень любят, но метро – это для бедных! Как можно отказываться от комфорта? Ну уж нет! Гораздо проще купить какой-нибудь хипповский браслет, раз в год выключать свет в час Земли и писать в твиттере и фейсбуке про пещерных реднеков на пикапах – вот кто главные засранцы и противники зелёных технологий! А если каждый поставит "лайк" в нужном месте – это обязательно спасёт нас всех от глобального потепления. Хренов Голливуд! Проклятые ньюйоркцы!..

У инженера явно открылись старые раны. Иначе, наверное, и быть не могло: здесь, в другом мире, никто не был способен выслушать его и понять. Олег, правда, тоже многое не понял – только общий посыл. Смысл был примерно тот же, что и у любимой присказки деда, которую Олег помнил чуть ли не с рождения: "Такую страну просрали! Эх, Горбачёв!.."

Однако Карл Гроссер быстро взял себя в руки:

– Чего-то я разошёлся… Давно ни с кем не говорил по душам. Понимаешь, не люблю я Нью-Йорка и этих сраных миллиардеров с Уолл-стрит⁹, для которых жизни людей – только зелёные бумажки…

Инженер замолчал, задумался и забарабанил пальцами по столу. Потом словно встрепенулся и произнёс:

– Вроде бы я собирался рассказать о том, как сюда попал, правильно? Так вот, примерно три года назад мне прислали очередное письмо из банка: "Оплатите счёт до десятого числа сего месяца, а иначе…" Бла-бла-бла… Будто у меня есть, чем платить! Сижу, думаю где взять денег, и тут прямо ко мне домой заявляется мужик весьма странного вида: в сером балахоне до пола, а под капюшоном – пустота! Вижу, ты понимаешь, о чём я…

– Угу, – согласился Олег, при слове "пустота" слегка побледневший лицом. – Только у моих балахоны коричневые. А чего у них под капюшонами, ты меня лучше и не спрашивай…

– А ты видел? – удивился Карл. – Я так и не набрался храбрости попросить показать… Ну и ладно, сейчас не о том. В общем, он материализовался из воздуха прямо у меня на кухне и сказал: "Ты Карл Гроссер, сын Герберта Гроссера, инженер в третьем поколении, закончивший с отличием Университет штата Мичиган". Причём это был не вопрос, а именно утверждение; он меня не спрашивал, а словно предупреждал: "Я знаю, кто ты, можешь не отпираться!" Сперва я, естественно, попробовал ему врезать: что за шутки в пока ещё моём собственном доме? Хочу размахнуться, а рука не поднимается! Потянулся за ножом – нож отъехал в сторону! Попытался даже звать на помощь, но никто не откликнулся… Хотя в Детройте так легко могло случиться и без всякой магии. Мужик в балахоне подождал, пока я успокоюсь, и продолжил: "Тебе ничего не угрожает, Карл Гроссер! Ответь на мой вопрос: смог бы ты при должном финансировании и обеспечении материальными и рабочими ресурсами руководить строительством оружейного завода, а в дальнейшем – поддерживать его бесперебойное функционирование?" Ну, возможно, он говорил не совсем этими словами, но общий смысл был такой. Представь себе моё удивление. В голове тогда чего только не носилось, но в конце концов я ответил: "В принципе, смог бы. А что со сроками?" Он сказал: "Время не имеет большого значения. Основной проблемой является полное отсутствие привычной тебе инфраструктуры". Короче, после непродолжительной беседы я понял, что́ он мне предлагает: отправиться в параллельный мир.

Если бы кто-нибудь поведал ему подобную историю ещё неделю назад, Олег или предложил бы рассказчику обратиться за помощью в ближайшую психбольницу, или посоветовал не курить столько дури – это вредно для здоровья. Но сейчас он лишь подумал: "Охренеть! Будущему Повелителю зла предоставляют ресурсы и финансирование, а Защитнику добра даже пожрать на дорожку ничего не дали!"

Однако вслух Олег произнёс:

– И ты согласился?

– Не вполне уверен, что у меня был выбор… И если честно, на тот момент я рассуждал примерно так: "Почему нет? Не самый плохой вариант для перебивающегося случайными заработками детройтского парня с неоплаченным кредитом". А ещё это интересный вызов: знать, что ты должен решать все проблемы сам, не надеясь на чужую помощь; почувствовать себя в шкуре естествоиспытателей, первопроходцев, изобретателей, придающих очертания бесформенному миру. Для человека моего склада – самое то! Понимаешь, наши с тобой современники привыкли воспринимать как данность целую кучу вещей, которые совсем ещё недавно были для людей вовсе не тривиальными. Представь, каково это: жить без электричества, супермаркетов, возможности быстрого перемещения…

– Вот с последним у меня здесь проблем не было, – вставил Олег. – Меня то и дело бросали через порталы туда-сюда. Едва шею себе не свернул. А в последний раз попал чуть ли не прямо в пасть к огру.

– Сочувствую, – ответил инженер. – С этими громилами ухо нужно держать востро. Однажды такой забавный казус у нас в Цитадели приключился – ты не поверишь: один огр сразу трёх человек…

– Нет, не хочу об этом знать! – прервал Олег. – И без того впечатлений полные штаны.

– Ну, как пожелаешь… – Карл еле заметно пожал плечами и возобновил свой рассказ: – Итак, я оказался здесь буквально на пустом месте, но зато со всеми доступными в этом мире ресурсами. Парни в балахонах дали мне абсолютный карт-бланш: организовали неограниченный кредит, обеспечили снабжение продовольствием, предоставили персонал. Персонал, конечно, тот ещё… Из гоблинов работники, прямо скажем, весьма специфические, но что уж тут поделаешь? Это их земли, они здесь всегда жили, возможно, как раз потому, что больше здесь никто выжить не смог бы. Кстати, между нами говоря, у нас в США таких "гоблинов" тоже хватает, хотя внешне они совершенно неотличимы от людей. И тащат всё, что плохо лежит, и от работы отлынивают, и объяснять любую мелочь им нужно по десять раз, а на одиннадцатый всё равно сделают криво. Единственное, чему они всегда быстро учатся – это жаловаться в профсоюз или в какую-нибудь организацию по защите прав меньшинств, когда их пытаются уволить. Так что с местными гоблинами иногда даже проще. А ещё именно в их землях есть все необходимые мне полезные ископаемые! Известняк, гипс и песок для строительства – это раз. В северных горах полно медной и железной руды – это два. Уголь можно добывать здесь неподалёку, а на юге – галенит, пиролюзит¹⁰ и серу – это три. Короче, рай для геологоразведчика! Видел, сколько всего мы тут понастроили? И это только за три года!

Олег вынужден был согласиться: размеры Цитадели впечатляли. Но в отличие от чрезвычайно довольного собой Карла, ему казалось, что главным в подобной ситуации должен являться несколько иной вопрос…

– А зачем всё это нужно? Об этом тебе ничего не говорили?

По изменению тона голоса инженера Олег понял, что Карл Гроссер не привык надолго задерживать внимание на встающих перед ним моральных дилеммах. Особенно если они мешают ему наслаждаться творческим процессом.

– Ну-у… – протянул американец. – Вообще-то не в моих правилах задавать нанимателям лишние вопросы. Руководство ставит задачу – специалист её решает. Если я никаких законов не нарушаю – значит всё в порядке. Я думал, что намечается война с соседями или революция: для чего ещё может быть нужно столько оружия? У этих парней какое-то тайное общество, понимаешь? Такие всегда ходят в плащах и масках, сражаются за власть, готовят заговоры… Я видел не больше пятерых за раз, но кто знает, сколько их на самом деле? Они ведь все на одно лицо, если можно так выразиться… Короче говоря, все на один капюшон. А про предсказание я поначалу ничего не слышал.

– Поначалу?

– Да, лишь со временем всплыло кое-что… Хотя конкретно они мне мало говорили, по-моему, им и самим толком ничего не известно. Но я тебе вот что скажу: не стоит ко всему этому относиться слишком серьёзно. Подумай сам: древние пророчества – это же полный бред! По телевизору и в интернете такого добра – полными тачками вывози. В каждой человеческой цивилизации, в любой культуре, обязательно имелось предсказание о конце света. Помнишь 2012-ый? Последний год в календаре майя. Тогда все СМИ об этом трубили, куча народу мозги себе свернули набекрень – и что? Если парни в балахонах верят в древних оракулов – пожалуйста, их дело. Они хотят быть пособниками зла? Я тут абсолютно ни при чём!

– А как же их волшебная сила? Может, они лучше нашего понимают смысл всего происходящего?

– Да? Но я-то пока ещё за себя отвечаю! Зачем мне нужно уничтожать мир? Никогда таких наклонностей за собой не замечал!

Олег не знал, что ему и думать. С одной стороны, всё это дурно пахло (и в переносном, и в прямом смысле слова), однако с другой – Карл Гроссер, похоже, говорил искренне. В любом случае с выводами спешить не стоит.

– Я, конечно, тебе верю, – осторожно произнёс Олег, – но видишь ли, мне тут кое-что бросилось в глаза… На улице такой дымище – совсем дышать нечем, и пеплом всё засыпано. Это явный признак чего-то нехорошего.

– Ха! Нашёл, чем удивить! А как, по-твоему, выглядели индустриальные города в девятнадцатом веке, во времена промышленной революции? Много общего с моей Цитаделью! По-другому и быть не может! Из средневековья в космическую эру напрямик не прыгнешь, для этого требуется уйма времени и изобретений. Нужно постепенное, пошаговое развитие, и без дымящих труб тут никак не обойтись. Плюс – ветра нет уже третьи сутки, да ещё неудачный опыт с вулканизацией каучука из одного местного растения… На Земле каучук из гевеи¹¹ добывали, а здесь я ничего подходящего пока не нашёл. Очередная досадная задержка и гора жжёной недорезины…

Проблема загрязнения окружающей среды явно не волновала Карла Гроссера всерьёз… Зато начав рассказывать о своих провалах и достижениях, он уже не мог остановиться:

– Вообще говоря, от многих планов пришлось временно отказаться из-за ограничений в возможностях производства деталей и психологии местного населения. Представь себе: гоблины без лишних вопросов лезут в фумаролы¹² за серой и возятся с помётом в селитряницах, но даже слышать не хотят об опытах с электричеством! Молний боятся так, что прямо сил никаких нет с этим бороться. Не иначе что-то религиозное… А ещё, например, мне никак не удаётся внушить местным хотя бы элементарное понятие о санитарии и гигиене. В бактерии и вирусы они напрочь отказываются верить – верят только в яды и чёрную магию. Гоблинов, правда, кишечные инфекции в принципе не волнуют: их железные желудки запросто переваривают абсолютно любую дрянь, но люди-то такой завидной способностью похвастаться не могут. И всё же они не желают мыть руки и кипятить воду: её, мол, в пустошах и так не хватает. А мне из-за этого приходится самому пищу себе готовить, как будто у меня целая прорва свободного времени! Но делать нечего. Готовлю сам. Неохота, знаешь ли, подохнуть от дизентерии…

Олег слушал жалобы Карла Гроссера вполуха: его по-прежнему больше интересовала взаимосвязь между засыпанными чёрным пеплом окрестностями и пророчеством о Повелителе зла и конце света. Поэтому, как только инженер сделал в своём монологе короткую паузу, Олег тут же вклинился в его доклад:

– Извини, что прерываю, но у меня тут возникла одна идея касательно истинных причин постройки Цитадели. А вдруг волшебники считают, что мир окажется на краю гибели как раз из-за дыма и прочих выбросов? Я имею в виду, они хоть и Древние Мудрецы, но мало смыслят в том, как всё устроено у нас, на Земле. Например, они всерьёз решили, что я самый сильный боец всей планеты, поскольку семь раз побеждал в поединках за чемпионский титул Всемирной Независимой Ассоциации Профессиональных Бойцов. А это просто название нашего промоушена! Да, громкое, но таких ведь тьма! Волшебники не понимают, что бои на ринге – это просто спорт, шоу, и мой соперник никакой не злодей, а такой же боец и спортсмен, как и я. Может быть, твои наниматели тоже чего-то неправильно поняли? Услышали где-нибудь, что Землю губят загрязнение воздуха, разрушение озонового слоя и парниковые газы, и задумали построить здесь огромный завод.

– Ну, не знаю… – ответил инженер. – Ты представь, сколько времени на это потребуется. На Земле тысячи фабрик чадят круглосуточно десятки и сотни лет!

– Так я ж и говорю: волшебники ничего не понимают! Правда, ты сам сказал: для них время не имеет большого значения.

– Всё равно сомневаюсь. Хочешь дыма – устрой пожар. Завод для этого не нужен. И зачем я мечи клепаю, словно это заклёпки? Если говорить честно, мы уже столько оружия сделали, что хватит каждого гоблина в Бесплодной долине увешать им до такой степени, что он шагу ступить не сможет. У меня с десяток складов под потолок забиты всем, что режет, рубит и раздрабливает. Я и импорт наладил в те королевства, где способны разглядеть финансовую выгоду и не слишком предвзято относятся к "made in Goblinstan". Конечно, качество наших изделий не самое высочайшее: всё просто, без изысков и особых украшательств, но свою функцию эти клинки выполняют не хуже других, а иногда даже лучше! И цена значительно ниже, чем у любых конкурентов! Аристократия моими мечами брезгует, но для вооружения городской стражи или каких-нибудь ландскнехтов – самое то.

Мы все затраты на постройку Цитадели почти что окупили, скоро завод начнёт давать чистую прибыль – неплохо за три года! Ко мне и люди куда чаще стали наниматься: в этом мире тоже многие чуют, откуда ветер дует. Ещё год назад лишь за огромные деньги удавалось заманить сюда мастеровых для выполнения слишком сложной для гоблинов работы, а теперь их уже столько, что я пробую наладить массовое производство мушкетов и пушек!

"Типичный американец, – усмехнулся про себя Олег. – Даже в параллельной вселенной они занимаются тем же самым: изготавливают и продают оружие. Но почему-то именно про нас говорят: "что бы русский ни делал – всё равно получается автомат Калашникова". Хотя насчёт дыма и пепла он, видимо, прав – дело не в них. А в чём же тогда?"

– Да, мушкетов и пушек! – гордо повторил Карл Гроссер, кажется позабывший обо всём на свете и вновь с головой ушедший в собственное жизнеописание. – Мне самому порой не верится! Вот смотри! Эти пистолеты, – инженер похлопал себя по поясу, – я смастерил лично. Примерно такими сражались во времена войны за независимость США. Более совершенная конструкция, чем у моих работников в цеху, мимо которого мы проходили. Там дело дошло только до примитивных аркебуз с фитильным замком. Но знаешь, что самое удивительное? Производить мы их можем, а вот использовать – нет. Здешние люди морально не готовы пока к огнестрельному оружию: на стрельбище, под моим присмотром, они ещё кое-как справляются с тем, чтобы сыпать порох, заряжать и подносить фитиль в правильной последовательности, даже пугаться из-за дыма и шума выстрелов стали намного меньше… но в обстановке, приближенной к боевой, сразу паникуют и начинают махать аркебузами словно дубинами. Гоблины ещё хуже: мало того, что не могут запомнить, за какой конец ружья нужно держаться, так ещё и порох используют в качестве приправы¹³! Представь себе эту картину: бой начался, нужно стрелять, а они весь порох сожрали!

Да, с гоблинами никогда не соскучишься! Такие они забавные ребята – руководствуются одними сиюминутными интересами и совершенно не задумываются о последствиях собственных поступков. Если им захочется спать в рабочую смену – они идут спать, и плевать на то, что максимум через полчаса бригадир об этом узнает и станет будить их пинками. Если хочется есть – они посыплют мясо порохом, абсолютно не беспокоясь о том, что завтра битва. Битва завтра, а еда сегодня – вот как они рассуждают. Вернее, не рассуждают, а просто делают. Это сродни инстинкту… Кстати, ещё у них полностью отсутствует понятие о неприкосновенности частной собственности. Если ты схватил какую-нибудь вещь и держишь её в руках – она твоя, но если что-то лежит без охраны – значит это никому и не нужно и, следовательно, принадлежит первому, кто найдёт. Короче говоря, у любого более-менее ценного предмета здесь очень быстро вырастают ноги… Понимаешь теперь, почему у меня на дверях столько замков? Поверь, поставить замки гораздо проще, чем объяснить гоблинам разницу между находкой и воровством. Но при этом они, на мой взгляд, вовсе не злые. Скорее, невоспитанные и безнравственные. Хотя вряд ли такие человеческие понятия, как нравственность и мораль, вообще можно применять к кому-то ещё, кроме людей. Чужая культура – чужие порядки и правила, и не нам, пришельцам из другого мира, их судить. Когда приедешь в Рим, делай так, как делают в Риме¹⁴

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Долма – мясное блюдо традиционной армянской кухни.

Вернуться

2

Мацун – молочный напиток армянской кухни.

Вернуться

3

Долина монументов – национальный парк в США, изобилующий живописными утёсами, образовавшимися в результате эрозии и выветривания. Представляет собой типичную картину «дикого запада».

Вернуться

4

Спрингфилд – основное место действия мультсериала «Симпсоны». Горящая свалка автомобильных покрышек является одной из «достопримечательностей» города.

Вернуться

5

National Rifle Association – Национальная стрелковая ассоциация США – организация сторонников права граждан на хранение и ношение огнестрельного оружия.

Вернуться

6

Миксфайт или MMA (mixed martial arts) – смешанные боевые искусства.

Вернуться

7

General Motors – одна из крупнейших автомобильных корпораций США.

Вернуться

8

Flexible-fuel vehicle – автомобильные двигатели, работающие на смеси бензина и этанола, что позволяет сократить расходы на топливо. Гибрид – автомобиль, совместно использующий двигатель внутреннего сгорания и электродвигатель.

Вернуться

9

Wall street – улица на Манхэттене, центр финансового квартала, где находится Нью-Йоркская фондовая биржа. В переносном смысле этим именем часто называют весь финансовый мир в целом.

Вернуться

10

Галенит – минерал, сульфид свинца, служивший источником этого металла с древних времён. Пиролюзит – минерал, диоксид марганца. Добавка марганца при выплавке стали увеличивает её твёрдость и износостойкость.

Вернуться

11

Гевея бразильская – растение родом из Южной Америки, источник натурального каучука – сырья для производства резины.

Вернуться

12

Фумаролы – отверстия в кратерах и на склонах вулканов, через которые вырываются на поверхность горячие газы.

Вернуться

13

Порох обладает солёным вкусом, но при этом может вызывать сильное отравление.

Вернуться

14

Данная фраза – английский аналог русской пословицы «в чужой монастырь со своим уставом не ходят».

Вернуться