Джени Рин
Помни меня

Пролог

8 июня, вторник.

Здравствуй, мой новый друг, мой тихий собеседник, мой дневник! Пусть это будет первым откровением моей души на твоих страницах. Меня зовут Ася, мне 14 лет. Сейчас я нахожусь в летнем лагере уже целых восемь дней. Здесь здорово! Ребята в отряде хорошо ко мне относятся. Мы много играем. Но сейчас я хочу рассказать тебе о другом. Каждый вечер мы ходим на дискотеку. С первого дня, как завороженная, я наблюдаю за мальчиком из другого отряда. Имя его – тайна, возраст – загадка, но красота его пленила меня с первого взгляда. Ах, как я мечтаю о том, чтобы он пригласил меня на танец! Но скромность, эта вечная моя спутница, словно оковы держит меня в тени. Но я верю, всем сердцем верю: если чего-то желать с неукротимой страстью, это непременно станет явью. Нужно лишь не терять веру в чудо.

9 июня, среда.

Дневник, вчерашняя дискотека обернулась для меня настоящей пыткой. Он танцевал… с другой. И плевать, что для него я – лишь тень в толпе, невидимка, не заслуживающая и взгляда. Ревность, словно ледяной кинжал, вонзилась в сердце. Я бежала, задыхаясь от обиды, в свою комнату, где слезы стали единственным утешением. Хорошо, что пришла Лиза, моя соседка, моя новая, такая смелая подруга. Она долго меня успокаивала, пообещав поговорить с ним. Она – бесстрашная, а я… я прячусь в тени, мне так привычно, так комфортно быть незаметной. Но почему-то именно сегодня одиночество давит с особой силой. Неужели все из-за него? Вдруг он – тот самый ключ, что откроет дверь в новый мир? Как бы я хотела, чтобы он узнал меня… Надеюсь, Лиза сдержит слово и расскажет ему обо мне.

10 июня, четверг.

Дорогой дневник, представляешь, Лиза осмелилась поговорить с ним! Она сказала… сказала, что я неравнодушна к нему. А потом… на дискотеке он пригласил меня на танец. Слова не могут передать, насколько я была счастлива! Сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Улыбка прилипла к лицу, пока его рука нежно обнимала мою талию. Я ужасно нервничала, боялась наступить ему на ногу, хотя и занимаюсь бальными танцами. Мы не говорили, он просто подошел и протянул мне руку, когда зазвучала медленная музыка. Я так и не узнала, как его зовут и сколько ему лет. Впрочем, всему свое время, правда? Сегодня он снова пригласит меня на танец, и я поговорю с ним.

11 июня, пятница.

Дорогой дневник, вчерашний вечер снова утонул в слезах. Наш отряд наказали за плохое поведение и не отпустили на танцы. Запертая в своей комнате, я, как узник, внимала доносящимся издалека звукам музыки, что плыли с танцпола, и рыдала в подушку. Моя подруга даже пыталась поговорить с вожатой, чтобы та позволила нам пойти на дискотеку, но она не разрешила. А сегодня утром, словно обухом по голове, новость: он танцевал с другой. Неужели для него я – пустое место? Неужели все равно, с кем кружиться в танце? Завтра суббота, многие отряды разъедутся на речку, экскурсии, или просто домой. Мы поедем купаться. Это хорошая новость, я люблю плавать, но грустно, что не увижу того мальчика. Если он уедет домой мне будет очень тоскливо. Я так хочу поговорить с ним, правда! Это очень нервирует меня.

14 июня, понедельник.

Дорогой дневник, выходные прошли скучно. Не было ни танцев, ни развлечений. Большую часть дня мы проводили на речке, и это хоть как-то развеивало тоску. В нашем отряде осталось много ребят, которых не забрали домой, поэтому было весело. В лагере многие разъехались, чтобы провести выходные с родителями. Тот мальчик тоже уехал домой, но сегодня я видела, как его привезли обратно. Вечер – мой шанс. Я соберу всю свою робкую смелость в крепкий кулак и подойду. Он же не огнедышащий дракон, в конце концов? Нужно быть настойчивее, так мне сказала Лиза. И я буду, обещаю.

15 июня, вторник.

Дорогой дневник, что со мной не так? Вчера перед танцами я услышала разговор двух мальчишек. Один из них… Он! Тот, кто заставляет мое сердце трепетать. Они обсуждали меня. Говорили, что я страшненькая и танцевать со мной было неприятно. Что лучше совсем не танцевать, чем с такой, как я. Это было так унизительно. Никогда еще не чувствовала себя такой ничтожной. Всю ночь я прорыдала, захлебываясь от обиды и горечи. Сегодня утром мир казался серым и враждебным, и мне не хотелось покидать свою комнату, даже ради завтрака. Но строгая вожатая пресекла мои попытки спрятаться от реальности, и мне пришлось подчиниться. В столовой он и его мерзкие друзья не сводили глаз с нашего стола, осыпая меня презрительными взглядами и тихим смехом. Я опустила голову, пытаясь укрыться за прядями волос, но слезы предательски потекли по щекам. После завтрака я бежала прочь, подальше от этих жестоких глаз и ядовитых насмешек. Больше я не выходила на улицу. Солгала, что у меня болит живот, и мне разрешили остаться в комнате. На дискотеку я тоже не пошла. Сейчас я сижу перед зеркалом в поисках недостатков. И нахожу их слишком много, чтобы не согласиться с их жестокими словами. Лоб усыпан отвратительными прыщами. Волосы – мышиного, невыразительного цвета. Глаза – тусклые, словно две потухшие звезды. Ноги – непропорционально длинные. А тело – угловатое и худое. Во мне все – сплошной недостаток.

17 июня, четверг.

Дорогой дневник, вчерашний звонок маме был полон отчаяния. Я умоляла забрать меня отсюда, но в ответ услышала лишь успокаивающее: «Потерпи, осталось всего ничего». Она думает, это тоска по дому. Если бы она только знала! Нет, конечно, я скучаю по маме, но уехать хочу не из-за этого. Здесь мне невыносимо. Каждый выход на улицу – пытка под прицелом чужих глаз. Я чувствую, как они прожигают меня взглядами, слышу этот мерзкий шепот и смех, затаившийся за спиной. Подруга твердит, что я все преувеличиваю, что никому нет дела до моей внешности, а тот парень просто идиот. Но у меня больше нет сил слушать эти пустые слова. Она пытается утешить, но я вижу этот жалостливый блеск в ее глазах. Уверена, она тоже смеется надо мной, как и все остальные. Отвратительно. Я больше не смотрюсь в зеркало. Мне все равно, что я вижу в отражении, главное – не видеть ничего. Четыре дня… всего четыре дня до дома. Эта мысль – слабый луч света в кромешной тьме. Постараюсь запереться в комнате до самого отъезда, лишь бы не видеть их, не слышать их, не чувствовать их ненависть.

20 июня, воскресенье.

Дорогой дневник, мама приехала на день раньше, чтобы забрать меня. Завтра она работает, поэтому мы уехали домой сегодня. Когда я увидела ее, сразу кинулась к ней на шею и заплакала. Я молчала о том, что со мной творится, не хотела омрачать ее жизнь своими тенями. Дома, едва переступив порог, я закрылась в своей комнате – в крепости одиночества. Первым делом, с отчаянной решимостью, откатила большое зеркало на колесиках за шкаф, подальше от глаз. Не могу, не хочу больше видеть свое отражение. Я – воплощение мерзости. Уродина. Уродина. Уродина.

Глава 1

Солнце нагло било в глаза, вырывая из объятий сна. Утро… Прекрасно. День обещал быть точной копией вчерашнего, как кадр из заезженной пленки.

Я поднялась с кровати и, словно зачарованная, поплыла к зеркалу. Из глубины отражения на меня смотрела семнадцатилетняя девушка, обремененная непомерным грузом комплексов.

Обладательница точеной фигуры, отшлифованной занятиями легкой атлетикой, с волной русых волос, ниспадающих на плечи, и двумя изумрудами глаз, сияющих в обрамлении правильных черт лица. Казалось бы, что еще нужно? Но за глянцем внешней красоты скрывался океан внутренних терзаний, болезненное непринятие себя. Словно археолог, копающийся в руинах самооценки, я провела очередной безжалостный анализ своего отражения и отправилась в душ.

На календаре красовалось начало июля – время беззаботных каникул, предвкушение последнего года в школе. Я могла никуда не торопиться и с наслаждением нежиться под теплыми струями воды. Сбросив с себя утреннюю сонливость, я направилась на кухню, чтобы наполнить чашку обжигающим кофе, устроиться с ним на балконе и стать невольным зрителем разворачивающейся за окном жизни.

На кухне порхала мама, колдующая над стопкой румяных блинчиков, то и дело отвлекаясь на мелькающие в телевизоре лица сериальных героев. Заметив меня, она одарила меня своей неизменно теплой улыбкой.

– Доброе утро, дочка. Ты что-то поздно сегодня проснулась. Садись, позавтракай нормально, – мама кивнула в сторону стола, где уже был накрыт завтрак.

– Доброе утро, мамуль. Сегодня как-то особенно крепко спалось, – ответила я, почувствовав, как предательски дрогнул голос.

Мама, не заметив моего смущения, спросила:

– На тренировку сегодня поедешь?

– Конечно, поеду. Сейчас позавтракаю, соберусь и в путь, – ответила я, направляясь к столу.

– Хорошо. Тогда я побежала на работу. Деньги на столе в коридоре, – мама чмокнула меня в щеку и, пробормотав что-то на прощание, упорхнула из квартиры.

Оставшись одна, я, как и планировала, налила себе кофе, прихватила пару блинчиков и вышла на балкон. На часах было восемь утра, и да, для меня это уже неприлично поздно – обычно я просыпаюсь около семи.

За окном вовсю резвилось лето: щебетали птицы, и в воздухе витал пьянящий аромат хвойного леса, в объятиях которого приютился жилой комплекс. Наша с мамой квартира находилась на двенадцатом этаже, откуда открывался захватывающий дух вид. С одной стороны – отголоски неугомонного мегаполиса, а с другой – манящая лесная сказка с благоустроенным парком, где можно гулять, не опасаясь стать жертвой маньяка.

Я вышла на балкон, опустилась в свое любимое плетеное кресло и позволила мыслям закружить меня в своем бесконечном водовороте.

Особенно крепко спалось мне сегодня неспроста. От одного воспоминания о сне щеки вспыхнули неконтролируемым румянцем. Сон был до неприличия откровенным, таких я еще не видела. Главным героем был Никита, парень, с которым мы вместе занимаемся легкой атлетикой в одной спортивной школе. Высокий, мускулистый, с обезоруживающей улыбкой и искрометным чувством юмора – настоящий Аполлон.

Мы познакомились год назад, когда я только начала заниматься бегом. Поначалу он не обращал на меня никакого внимания, но я заметила, что он живет где-то поблизости, потому что мы ездили на одном автобусе и выходили на одной остановке, а дальше наши пути расходились.

Чтобы не так страшно было возвращаться одной домой, я старалась тренироваться до семи вечера. Но однажды, в процессе подготовки к соревнованиям, мы с тренером потеряли счет времени и закончили тренировку только в десять. Тренер предложил подвезти меня до дома, но я отказалась, решив проветрить голову от навязчивых негативных мыслей. Направляясь к остановке, я вдруг почувствовала на своей спине чей-то прожигающий взгляд и услышала приближающиеся шаги. Сказать, что я испугалась – ничего не сказать. Меня охватил первобытный ужас. С бешено колотящимся сердцем я ускорила шаг. Но не успела пройти и двадцати метров, как меня схватили за локоть. Я вскрикнула и обернулась.

Передо мной стоял Никита, и в его глазах плескалось невероятное голубое море. Я почувствовала, как напряжение стало отступать, но все еще не понимала, что происходит, пока он не заговорил:

– Я видел, что ты задержалась на тренировке, решил поиграть в джентльмена, – сказал он, с улыбкой на губах.

– Это ты, конечно, хорошо придумал, но зачем так пугать?

– Прости. Просто не знал, как еще с тобой заговорить, – я чуть слюной не подавилась от его слов. – Может, познакомимся?

– Странный способ знакомства. Ну, хорошо, давай познакомимся. Я Ас… – начала говорить я, но Никита меня перебил.

– Мы выступали на одних соревнованиях, я знаю, как тебя зовут, Ася – с гордостью ответил парень.

– А ты всех новых девушек из спортивной школы до дома провожаешь?

Тем временем, мы уже дошли до остановки и ждали наш автобус. Никита хотел было ответить на мой вопрос, но его отвлек телефонный звонок. Он извинился и взял трубку:

– Да, закончил… Скоро приеду… И я тебя.

По этому короткому разговору я поняла, что у него есть девушка. Любопытство взяло верх, и я выпалила:

– Это твоя девушка?

– Да. Но ты ничего не подумай, я не подкатываю к тебе, мне просто захотелось составить компанию. Я наблюдал за тобой с первого дня и только решился заговорить, – смущенно произнес он.

– Мне приятно, что ты меня заметил. Готова всегда быть твоей компанией по дороге на тренировки, и домой, – весело сказала я.

Никита засмеялся, и это был самый прекрасный смех, который я когда-либо слышала.

Подошел наш автобус, и мы запрыгнули в него. В течение десятиминутной поездки мы обменялись телефонами и аккаунтами в социальных сетях. Договорились, что будем ездить вместе. Болтали обо всем на свете. Я никогда не чувствовала себя такой счастливой, словно в моем животе расцвел целый сад бабочек. Я не хотела идти домой, но мама не любила, когда я задерживалась без предупреждения. Никита проводил меня до самого подъезда, попрощался и пошел дальше.

В ту ночь я не сомкнула глаз. Улыбалась, как умалишенная, и не могла поверить, что Никита заговорил со мной. Это все мои комплексы. Я всегда считала себя недостаточно красивой, чтобы кому-то понравиться, и поэтому была замкнута в себе.

Так и началась наша дружба с Никитой. Ну как дружба… Эротические сны с друзьями не снятся. Или снятся? Этого я не знаю, со мной такое впервые. Во сне он раздевал меня, ласкал и входил в меня… Ух… До мурашек от этих воспоминаний.

У меня очень развита фантазия. Я могу представить то, чего со мной никогда не происходило. И да, я девственница. Что, в общем-то, и неудивительно, ведь у меня никогда не было отношений, а уж заняться сексом просто так, без взаимных чувств, точно не для меня.

Уже целый год я мечтаю о том, чтобы моим первым парнем стал Никита, но это всего лишь мечты, для него я просто подруга. Бесит.

Мама всегда говорила мне, чтобы я не торопилась с мальчиками. Нужно сначала отучиться в школе, а потом уже можно и о парнях подумать.

Моя мама вообще очень мудрая женщина. Она воспитала меня одна, потому что отец оказался бабником с немалым списком дам за плечами, и мама его бросила.

Я была еще маленькой, когда родители развелись, поэтому не особо страдаю от отсутствия отцовского внимания. Про других женщин в его жизни я узнала от бабушки, маминой мамы, которая всегда очень любила моего отца. Она рассказывала о нем только хорошее и считала его своим сыном. А вот мама, по ее словам, сама была виновата в его вечных похождениях. Не уделяла должного внимания своему «замечательному» мужу. Поэтому у мамы с бабушкой всегда были натянутые отношения. Бабушка не может простить маме, что та ушла от моего отца, а мама не может простить, что бабушка всегда поддерживала сторону любимого зятя. А что касается меня, я всегда была между двух огней. Приезжая к бабушке, слушала, какой замечательный мой папочка, как он любил меня и маму, а она взяла и разрушила свое счастье. Бабушка постоянно настаивает на том, чтобы я начала общаться с отцом, а я отмахиваюсь и как можно быстрее пытаюсь сменить тему разговора. А вот мама, наоборот, никогда не говорит о бывшем муже. Она не хочет тревожить мою детскую психику и напоминать, что отец сам перестал общаться со мной.

Я полностью на стороне мамы и всегда буду ее поддерживать. Да и сам отец не особо рвется со мной общаться, даже с праздниками не поздравляет. Мама говорит, что он обиделся на нее, когда она ушла и не захотела вернуться. Поэтому он избегает общения со мной, чтобы лишний раз не бередить старые раны. Эгоист.

Я не понимаю, как можно было изменять моей маме. Она невероятно красивая, добрая и воспитанная женщина. О такой жене можно только мечтать.

Но что я могу понимать в свои семнадцать?

Мама с годами только расцветает. Я знаю, что у нее есть мужчина, хоть она мне ничего не рассказывает о нем. В ее глазах видно счастье. Я очень рада за маму, она это заслужила.

Внезапный звонок телефона вырвал меня из омута мыслей.

Я вскочила с кресла и, словно олень, понеслась в спальню. Нашла телефон, затерявшийся среди подушек, и увидела на экране имя моего ночного искусителя. Щеки мгновенно вспыхнули румянцем, но я взяла себя в руки и ответила на звонок.

– Привет! – произнесла я, стараясь придать голосу непринужденность.

– Привет, Солнце! На тренировку едем? – спросил Никита.

Он всегда называл меня Солнцем. Не знаю почему, никогда не спрашивала об этом, но это прозвище всегда было моим самым любимым.

– Конечно едем, – ответила я, совсем забыв про время.

– У тебя двадцать минут, иначе поедешь одна, – прозвучал его приказной тон, и он отключился.

Черт, какие двадцать минут? Мне обычно часа не хватает, чтобы собраться. Да, в моей голове целый зоопарк тараканов, но я свято чту ритуал ухода за собой. Макияж, прическа, выбор наряда, сбор спортивной сумки – это целая церемония. Какие тут двадцать минут? Это просто издевательство.

Чем больше я возмущалась и мысленно планировала коварные способы его убийства, тем меньше времени у меня оставалось. Я металась по квартире, словно белка в колесе, пытаясь хоть немного привести себя в порядок.

И вот, спустя двадцать минут, я совершила невозможное, рассматривая свое отражение в зеркале лифта. В принципе, получилось неплохо. Черные стрелки на глазах, подчеркнутые тушью ресницы, нюдовая помада на губах. Волосы собраны в небрежный хвост – времени на идеальную прическу просто не было, спасибо этому вечно спешащему кролику с часами. На мне бежевое поло, плиссированная юбка в стиле теннисистки, гольфы и белые кеды. Я довольна своим отражением.

Но как только двери лифта распахнулись, в моей голове всплыли картины недавнего сна. Вот ведь зараза! Как теперь смотреть на него спокойно? От этих воспоминаний щеки снова заполыхали, а сердце бешено заколотилось.

Я знала, что этот искуситель будет ждать меня у подъезда, как всегда, и нервничала еще сильнее. Подойдя к двери, я глубоко вдохнула, зажмурилась, досчитала до пяти, открыла глаза, расправила плечи и вышла.

Как и ожидалось, Никита стоял напротив подъезда, уткнувшись в телефон.

– И что мы так долго? Полчаса уже тут торчу, – театрально начал возмущаться он.

– Не рассказывай мне сказки. Уверена, ты только что подошел. А злишься, потому что у тебя похмелье, или очередная Вика-Катя-Маша тебе не дала, я права?

Никита ошарашенно смотрел на меня. За этот год мы стали невероятно близки. Не было дня, чтобы мы не виделись, не созванивались или не переписывались. Три раза в неделю мы вместе ездили на тренировки. Но в учебное время это не всегда получалось, потому что Никита учился в колледже и часто задерживался на занятиях, поэтому ехал на тренировку сразу после учебы, не заезжая домой. Мы с Никитой ровесники, но у нас совершенно разные жизни. Я знаю обо всех его похождениях: когда, с кем, где. Эта информация терзала меня изнутри. Он тоже знает обо мне все, хотя моя жизнь и не такая бурная, как его. Летом – тренировки, дом. В учебное время – школа, тренировки, дом. И так по кругу.

Я, конечно, гуляю, развлекаюсь, но не так часто, как Никита. Я считаю себя интровертом. Может, странно так говорить в семнадцать, но это правда. Мне уютнее в тишине с книгой в руках, чем на шумной вечеринке.

– Меня иногда прямо бесит, что ты меня так хорошо знаешь, – он подошел ко мне, приобнял, и мы пошли на остановку. От его прикосновения разряд молнии прошелся по моему телу, но я отбросила ненужные мысли и сосредоточилась на нашем диалоге.

– Ну, давай, рассказывай, – сказала я после недолгой тишины.

Никита тяжело вздохнул, что мне сразу не понравилось. Я занервничала и внимательней начала вслушиваться в каждое его слово.

– Помнишь Кристину? С которой мы расстались четыре месяца назад? – мое сердце замерло. Конечно, я помнила эту красотку с шикарной фигурой и модельной внешностью.

– Помню. Ты мне все уши прожужжал о том, что влюбился как мальчишка, что она твоя будущая жена и мать твоих детей. Такого бреда я от тебя еще не слышала, – попыталась пошутить я, но внутри все сжалось от напряжения.

– Я знал, что не надо тебе ничего говорить, – расстроено проговорил он.

– Нет, Никит, ты мне сейчас все расскажешь. Но ты знаешь, как я отношусь к этой… девушке, которая … – я не успела договорить, как он перебил меня.

– Мы снова вместе.

– ЧТО? Ты совсем идиот? Вокруг тебя столько девчонок. Да ты спишь каждую неделю с новой. Зачем тебе ОНА? – я была настолько зла, что уже перестала контролировать свои высказывания.

– Ась, я люблю ее. Как ты этого не понимаешь? – по имени он называл меня очень редко, только когда злился. И сейчас этот момент. Он злится. – Ты же помнишь, во что я превратился после расставания. Я не ел, бухал каждый день, учебу забросил, про бег вообще молчу. Я угасал, Ась. Заживо себя съедал. Как ты не можешь этого понять?

– Я никогда этого не пойду. Она довела тебя до этого. Я ненавижу ее. Она украла у меня друга, – слезы потекли по моим щекам.

Никита остановился и посмотрел на меня.

– Солнце, ты ревнуешь? – я замерла, но быстро придя в себя, выпалила все, что таилось в душе.

– Да, Никит, да. Я ревную. Потому что ты никогда не смотрел на меня так, как на нее. Для тебя я просто подруга, ты не видишь во мне девушку. Что со мной не так? Я все время нашего знакомства мечтала, что мы станем парой, но ты даже не поцеловал меня. Ни разу. Я устала от этого. Ты даже не представляешь, что я чувствую, когда ты рассказываешь про очередную девку. Я всех их ненавижу. Потому что хочу быть на их месте. Я, правда, устала, – слезы градом текли по щекам. Немного успокоившись, я произнесла то, что разбило мое сердце в один миг. – Выбирай: я или она.

Никита смотрел на меня с печалью и болью в глазах. Но слова уже сказаны.

– Солнце, не делай этого. Я не смогу выбрать. Вы обе мне дороги, – в его голосе послышалась паника.

– Тогда я сделаю этот выбор за тебя, – с этими словами я развернулась и побежала. Не оглядываясь, я знала, что он прожигает мою спину взглядом и не понимает самого главного. Только что он потерял подругу.

А я потеряла смысл жизни.

Глава 2

Я бежала, не чуя ног, пока легкие не обожгло огнем. Слезы разъедали глаза, оставляя за собой жгучий след отчаяния. Не верилось, что это происходит наяву, что это не кошмарный сон. Как? Как он мог так поступить? Кристина? Серьезно? Эта кукла на шпильках?

В голове царил хаос, мысли метались, как раненые птицы. В сердце зияла черная дыра, поглощающая остатки надежды. Я чувствовала себя жалкой дурой, обманутой и преданной. Целый год я жила мечтой, лелеяла иллюзию, что мы с Никитой будем вместе. Поддерживала его во всем, была рядом, когда он переживал разрыв с этой… с этой особой, которую и девушкой-то назвать язык не поворачивался. Я была его тенью, его опорой, его спасением, а не она. Он тонул в пучине отчаяния, а я вытаскивала его за волосы, возвращала к жизни. Приходила к нему домой, отбирала бутылки с виски, которые он тайком брал из отцовского бара и глушил, словно воду из-под крана, возвращала его в реальность. Все это делала я. Именно благодаря мне он выбрался из этой ямы.

И что я получила взамен? Равнодушие, презрение. «Подруга», говоришь? Да пошел ты к черту! Променял меня на красивую картинку. Может, я заслужила это? Но за что? Что со мной не так? Почему я не достойна его любви?

Столько много вопросов и столько мало ответов.

Я добежала до парка, рухнула на ближайшую скамейку и разрыдалась, не в силах сдерживать горечь и обиду. Плевать на косые взгляды прохожих, пусть смотрят на мою истерику, пусть судачат. Женщина с коляской, словно ангел-утешитель, подошла ко мне, хотела узнать, что случилось, но я не произнесла ни слова. Она ушла, так и не узнав мою историю, унося с собой лишь тень моей боли.

Я просидела на лавке до глубокой ночи, пока парк не погрузился в звенящую тишину. Слезы давно высохли, оставив на щеках соляные дорожки, но тело продолжало бить мелкой дрожью. Ноги затекли, одеревенели, и я поняла, что пора возвращаться в этот мир, где меня никто не ждет.

Тренировку пропустила, поэтому придется объясняться с тренером. Но это потом. Сейчас я хотела дойти до дома и лечь спать, чтобы забыть все события сегодняшнего дня.

Подойдя к своему подъезду, я замерла, словно пораженная громом. На скамейке, в свете тусклого фонаря, сидел Никита. Увидев меня, он подскочил и бросился навстречу. Я сделала вид, что не замечаю его, и решительно направилась к двери. Ключ от домофона предательски затерялся в недрах спортивной сумки, свисавшей с моего плеча. Я открыла ее и принялась лихорадочно искать, чувствуя на себе его прожигающий взгляд. Наконец, заветный ключ был найден. Я уже поднесла его к двери, но Никита схватил меня за локоть и развернул к себе.

Я посмотрела в его глаза, и сердце пропустило удар. В их глубине плескались печаль, раскаяние, смятение. Я поспешно опустила голову, боясь снова дать волю слезам.

– Ась, посмотри на меня, – попросил он тихо, почти шепотом.

Я замотала головой, не в силах выдержать его взгляд. Он прикоснулся к моему подбородку своими теплыми пальцами и поднял мою голову.

– Солнце, поговори со мной, – с мольбой в голосе произнес Никита.

– Нам не о чем разговаривать. И не называй меня так больше, – я попыталась вырваться из его хватки и открыть дверь, но он не позволил.

– Солнце, да, я эгоист. Я не могу выбрать между вами. Я люблю вас обеих, – мое сердце забилось чаще. – Но по-разному. Прости меня. Я не хочу тебя терять, но и ее тоже. Что мне сделать, чтобы все было по-прежнему?

Глаза парня заблестели. Он с трудом сдерживал слезы, а мои, с новой силой текли по щекам.

– Ты никогда меня не полюбишь, да? – прошептала я с тоской, в которой звучала вся боль моего разбитого сердца.

Никита смотрел на меня в упор и молчал, но в его глазах бушевала буря эмоций. Он не знал, что ответить, боялся сказать лишнее. И это молчание говорило громче всяких слов.

– Я поняла, Никит. Значит, все кончено. Я не смогу по-другому. Теперь ты знаешь о моих чувствах. Если ты ничего не испытываешь ко мне, если я для тебя всего лишь друг, нам лучше прекратить общение. Так будет лучше для нас обоих.

Его рука, державшая меня за локоть, резко упала вдоль тела. Я, не теряя ни секунды, открыла входную дверь и забежала в подъезд. Меня трясло, слезы душили, перекрывая дыхание. Я опустилась на ступеньки и попыталась успокоиться, чтобы мама не увидела меня в таком состоянии.

Когда слезы высохли, и тело немного расслабилось от тряски, я встала и побрела к лифту.

Добравшись до квартиры, я открыла дверь и зашла домой. Свет не горел, стояла тишина. Я выдохнула. Мама спит и не увидит меня в таком жалком состоянии.

На цыпочках я направилась в свою комнату, чтобы не разбудить маму. Зайдя в свою обитель, рухнула на кровать, не раздеваясь, и мгновенно провалилась в сон.

Этот день, наконец, должен был закончиться.

Утром я проснулась с чугунной головой, словно кто-то забил в нее гвозди. Первым делом схватила телефон с прикроватной тумбочки и посмотрела на часы. Почти обед. Хорошо, что сегодня можно было никуда не идти, день официально объявлен днем лени и ничегонеделания.

Открыв одну из социальных сетей, я обнаружила больше двадцати сообщений от Никиты, но даже не стала их читать. Словно от чумы, отбросила телефон на кровать и с трудом поднялась на ноги. Как всегда, подошла к зеркалу и ужаснулась. Волосы стояли дыбом, глаза красные и опухшие, лицо одутловатое. Впрочем, ничего удивительного, учитывая, сколько слез я пролила накануне.

Заниматься самоуничтожением не хотелось. Думать о вчерашнем – тем более. Поэтому я старалась вообще не думать, отключить поток мыслей, превратиться в овощ.

Включила музыку на колонках и поплелась в душ. Он всегда помогал мне прийти в себя после вселенских катастроф, происходящих в моей жизни. Я зашла в ванную и начала раздеваться, скидывая с себя словно старую кожу, пропахшую болью и обидой. Смотря на свои ноги, увидела, что они предательски дрожат и вспомнила, что пропустила тренировку.

Я из тех повернутых людей, которые отдаются чему-то полностью. Для меня, это бег. Пропустить тренировку, сравнимо с концом света. Я очень люблю бегать. Это моя отдушина. В беге я забываюсь. Для меня атлетика – это кислород. Вчера я лишила себя этого живительного нектара. А зря. Нужно было пойти и выплеснуть весь накопившийся негатив.

В памяти тут же всплыл образ Никиты, его полные раскаяния глаза. Как теперь тренироваться? Хоть мы и занимались у разных тренеров, но стадион-то один, он общий. Нужно просто не обращать на него внимания, сделать вид, что его для меня не существует. Но как? Это практически невозможно. Может, пока не ходить на бег, дать нервам прийти в порядок, зализать раны? Ну, это же тоже не выход, это бегство от проблемы. Нужно быть выше этого, нужно перешагнуть через себя. Выбрал ее, пожалуйста. Когда Никита пожалеет об этом, успокаивать его будет кто-то другой, не я. С меня хватит, я больше не поведусь на его манипуляции.

С этими мыслями я зашла в душ и растворилась в обжигающих струях воды, стекающих по моему телу. Горячая вода и правда вселила в меня немного жизни, и следующим этапом к исцелению был ароматный, крепкий кофе. Выпив его, я вернулась в спальню и завалилась на кровать, глядя в потолок. Скучно. Чем же себя занять? Книга? Нет, не вариант. Слишком много мыслей в голове, не смогу сосредоточиться, буду только читать, а не понимать смысл прочитанного. Фильм? А это хорошая идея, почему бы и нет. Я включила телевизор и начала перебирать фильмы, в поисках чего-нибудь подходящего под мое сумбурное настроение. Выбор пал на старую, проверенную временем мелодраму с грустным концом, которую я пересматривала уже сотни раз, но каждый раз плакала, как истеричка, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции.

Моя сентиментальность – мой злейший враг, проклятье моей жизни. Я плачу всегда и везде, по поводу и без, от счастья и от горя. Это раздражает, выводит из себя, но я ничего не могу с этим поделать. Досмотрев фильм и прорыдав еще минут двадцать, я пришла к логичному выводу, что нужно развеяться, сменить обстановку, вылезти из своей берлоги, а не киснуть дома, жалея себя.

И с этого начались мои мучительные сборы. Макияж. Сегодня я решила немного поэкспериментировать, сделать что-нибудь этакое, поразить саму себя. Открыла ролик с дневным макияжем в интернете и начала творить, орудуя кисточками и тенями, словно волшебной палочкой. Без психов и истерик, конечно, не обошлось, но, в конечном итоге, я добилась желаемого результата. Через сорок минут в зеркало на меня смотрела настоящая красотка, с большими зелеными глазами, подчеркнутыми умелым макияжем. Над прической долго думать не стала, просто выпрямила свои длинные волосы, и они каскадом легли на мою спину, придав образу завершенность и сексуальность. А вот с одеждой я решила заморочиться, перетряхнуть весь свой гардероб, создать что-нибудь необычное и запоминающееся. Перерыв и раскидав по комнате все вещи, я остановила свой выбор на белых обтягивающих джинсах и укороченном топе, открывающем живот. Получилось неплохо, свежо и стильно. Завершали мой образ белые босоножки на высоком каблуке, придающие мне уверенности в себе.

Я решила прогуляться по торговому центру, чтобы хоть как-то заполнить свою голову чем-то еще, помимо проклятого Никиты, вытравить его из своих мыслей. Один из самых крупных торговых центров в городе находился всего в десяти минутах ходьбы от моего дома. Этот вариант мне вполне подходил. Я вышла из дома и решительным шагом направилась туда, стараясь не оглядываться и не думать о прошлом.

По дороге зазвонил телефон, отвлекая меня от грустных мыслей. Вытащив его из сумки, я невольно улыбнулась, увидев имя на экране, и ответила на звонок.

– Привет, малышка! – радостно сказала я, стараясь скрыть свою тоску и подавленность.

– Привет, красотка! – ответила мне подруга. – Ась, я надеюсь, ты помнишь, что через неделю мой день рождения?

– Варь, ты серьезно? Как я могла забыть? Восемнадцать не каждый день исполняется, – игриво ответила я.

– Вот и прекрасно. Естественно, ты в числе главных гостей, без тебя никак. Отмечать будем в «Альфе». Помнишь, я рассказывала тебе про этот клуб? Самый крутой в городе.

– Помню. Но кто меня туда пустит? Если ты не забыла, мне семнадцать.

– А тебе лишь бы поерничать, строить из себя невинность. Помню я, сколько тебе лет. По этому поводу можешь не переживать. Я давно хотела познакомить тебя с моим Андреем. Так вот, он работает в этом клубе администратором и проведет нас, – радостно завопила подруга.

– Ну не знаю. А мама? Она меня не отпустит. Ты же знаешь, какая она строгая, – не унималась я.

– Я не пойму, ты заднюю хочешь дать? Не получится, родная моя. Все уже решено, столик забронирован на всех гостей. А маме скажешь, что останешься у меня, потому что ехать далеко. Все поняла? – с напором спросила Варя, не давая мне возможности отказаться.

– Поняла. Не злись. Я просто переживаю.

– Не переживай. Оторвемся на славу. Кстати, Андрей приведет двух своих друзей, может, кто-то тебе и понравится, а то все одна да одна, пора уже и о себе подумать.

– О, ну нет, это не для меня, я пас, увольте. Ты же знаешь, что мне этого не надо. Я и одна прекрасно себя чувствую.

– Так, ладно, зануда, мне уже нужно бежать. На днях обязательно встретимся и обдумаем твой наряд, ты должна быть секси, затмить всех своей красотой. Все, пока-пока, целую, – попрощалась со мной Варя.

– Пока, малышка. Люблю тебя, – и я положила трубку.

Варя была моей лучшей подругой. Мы знакомы с пеленок, наши мамы учились в одной школе, сидели за одной партой и подружились на всю жизнь. До сих пор не могу поверить в силу их дружбы, они как две половинки одного целого, как сестры, не разлей вода. Всегда вместе, во всем поддерживают друг друга, как, собственно, и мы с Варей. Я даже не представляю, как бы я жила без нее, она мне как сестра, как часть меня. Но при этом мы совершенно разные, как день и ночь, как огонь и вода. Варя – настоящая оторва, сгусток энергии, ураган эмоций. Она плохо училась в школе, едва дотягивала до троек, поэтому после девятого класса решила бросить это мучение и поступила в колледж на менеджмент. И поступила она туда не просто так, а потому, что мама поставила ей ультиматум: либо она поступает и учится, получает профессию, либо никаких денег, никаких развлечений, никакой свободы. И, конечно же, мамины убеждения сработали, возымели действие. Варе осталось учиться всего один год, и она с нетерпением ждет выпускного, чтобы вырваться на свободу и начать взрослую жизнь.

Разные взгляды на жизнь, разные интересы и увлечения не мешают нам дружить на протяжении многих лет. Варя потрясающая, она умеет радоваться жизни, ценить каждый момент. Ее самооценке можно только позавидовать, и я всегда ей завидовала. Она невысокого роста, немного полновата, но ее лицо – это настоящее произведение искусства, неземная красота. У Вари огромные черные глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, пухлые губы, милые щечки, которые так и хочется потискать. Она очень любит себя и свое тело, принимает себя такой, какая она есть, и парни это видят, чувствуют ее уверенность в себе. От них, кстати, у нее отбоя нет, они так и вьются вокруг нее, словно мотыльки вокруг пламени. Варя никогда не бывает одна, вокруг нее всегда крутятся новые ухажеры, готовые выполнить любой ее каприз. Она умело пользуется этим и играет ими, выжимая из них все соки. То каблук сломает, и на следующий день в ее коллекции появляются новые туфли от известного бренда, то ей срочно понадобится обновление маникюра, и уже на следующий день на ее ногтях красуются новые узоры, переливающиеся всеми цветами радуги.

Я всегда мечтала быть такой, как она. Беззаботной. Живущей лишь для себя и упивающейся этим. Варя отчаянно пытается убедить меня в моей красоте, в том, что я нравлюсь парням, но все тщетно. Я знаю, она меня просто успокаивает. Может, мне нужен психолог, чтобы поверить в себя?

После разговора с подругой, словно крылья выросли за спиной. Забыв обо всем, я и не заметила, как оказалась у торгового центра. Переступив порог, утонула в калейдоскопе витрин. Сердце забилось чаще, и, поддавшись порыву, я направилась прямиком в мой любимый магазин нижнего белья. Там, в царстве шелка и кружева, я готова была потерять счет времени.

Есть у меня две слабости, две маленькие страсти, перед которыми я безоружна: духи и нижнее белье. Это моя маленькая болезнь, но я ей с радостью поддаюсь. Мамины деньги на карманные расходы бережно складываю, экономлю каждую копейку, чтобы раз в месяц позволить себе эту роскошь.

Магазин нижнего белья – это мой личный Эдем, где царят нежность и красота. Пусть у меня и не пышный бюст, всего лишь второй размер, но правильно подобранный комплект творит чудеса, превращая меня в богиню. Не теряя ни минуты, я погрузилась в завораживающий мир стеллажей, заполненных соблазнительными тканями. После двадцати минут мучительного, но приятного выбора, я, нагруженная ворохом лифчиков и трусиков, направилась в примерочную, предвкушая маленькое волшебство.

После примерки вереницы претендентов, сердце дрогнуло перед черным кружевным комплектом. На коже он ощущался как вторая, дерзкая и соблазнительная, кожа. Корсетный бюстгальтер, сотканный из полупрозрачного кружева, дразняще открывал то, что должно быть скрыто. И стринги, невесомые, как обещание. В этом комплекте я чувствовала себя одновременно неприступной королевой и грешницей, познавшей все тайны любви. Именно то, что будоражит кровь.

Заплатив, я направилась в обитель ароматов, в магазин парфюмерии, где каждый флакон – это портал в другой мир. Застыв перед прозрачной витриной, где мерцали мои любимые духи, я внезапно замерла. У соседнего стеллажа, словно призраки прошлого, стояли Никита и Кристина. Их лица светились нежностью, а взгляды переплетались в танце взаимной симпатии. И в этот самый миг, словно хлыстом, меня окатило волной вчерашних воспоминаний.

Нет, это уже чересчур. «Ася, соберись! Его выбор – его жизнь. Не вмешивайся».

Пока в моей душе бушевала битва между разумом и чувствами, Никита обернулся, и наши взгляды скрестились. В миг я забыла, как дышать. Он изучал меня, словно скульптор – свое творение, а я стояла, парализованная его вниманием. В глубине его глаз я увидела грусть, даже тоску, но было там и что-то еще… Стоп. Неужели похоть? Не может быть! Инстинктивно я бросила взгляд на зеркало напротив, оценивая свое отражение. Ах, да… В таком виде похоть – вполне объяснимое чувство.

Дома этот наряд казался просто милым, но сейчас он дышал откровенной чувственностью. Белые джинсы обтягивали каждый изгиб моих бедер. Топ выгодно подчеркивал грудь, увеличивая ее визуально. Плоский, загорелый живот соблазнительно притягивал взгляд. А туфли на шпильке превращали меня в диву с обложки глянца.

Неужели это и правда я? С ума сойти. Неплохо постаралась. Пять баллов.

Повернув голову к парочке, я обнаружила, что Никита по-прежнему разглядывает меня. Этот взгляд обжигал, заставляя кровь приливать к щекам. Волна уверенности и неприкрытой сексуальности захлестнула меня.

Так вот, что мне было нужно? Жаждущего взгляда? Теперь я понимаю Варю. Этот взгляд словно возлагает на тебя корону, которую больше не хочется снимать.

Раз уж я так заинтересовала Никиту, почему бы не поиграть?

Грациозно повернувшись к нему спиной, я нарочито медленно наклонилась к нижней полке, максимально выставив напоказ свои формы. Несколько томительных секунд я «выбирала» аромат, а затем плавно выпрямилась. В глазах Никиты бушевал настоящий пожар. Неужели он раньше не замечал меня? Почему?

Меня захватило озорное чувство, хотелось продолжать эту игру соблазнения до бесконечности. Но все закончилось так же внезапно, как и началось. Благоверная Никиты отвлекла его внимание, он отвернулся, а меня словно окатили ледяной водой.

Что ж, на сегодня достаточно. Высоко вскинув подбородок, расправив плечи, я с презрительным видом проплыла мимо них. По выражению лица этой особы было ясно, что она узнала меня. И я была этому несказанно рада. Пусть поревнует.

1:1, сучка.

Глава 3

На следующий день тоска немного отступила, и я решила, что тренировка – лучшее лекарство.

Приехав на стадион, первым делом мои глаза выхватили Вову. Еще один лучик солнца в моей жизни. Именно он когда-то указал мне путь к этому стадиону. Мы познакомились, когда я, пресытившись танцами, решила сменить туфли на кроссовки и отдаться бегу, о котором всегда мечтала. Но я понятия не имела, с чего начать, к кому обратиться за советом.

Тогда мне и пришла в голову мысль обратиться к всемогущему интернету. В надежде, что кто-нибудь подскажет место, где профессионально занимаются легкой атлетикой, я написала пост в социальной сети. И Вова откликнулся, словно ангел-хранитель. Он написал, что сам тренируется под руководством замечательного тренера и готов меня с ним познакомить. Конечно, я тут же ухватилась за эту возможность, и уже на следующий день мчалась на стадион, полная надежд и волнений.

Встреча с тренером вызывала у меня бурю противоречивых чувств. Шестнадцать лет – возраст, прямо скажем, не самый подходящий для начала профессиональной карьеры в беге. Я прекрасно это понимала. Большинство легкоатлетов начинают тренироваться с раннего детства. Но мое детство прошло в танцевальном зале, где я, хоть и любила свое занятие, в конце концов заскучала. Поэтому я и пришла так поздно. В голове роились мысли о том, что тренер просто откажется от меня. Никакой подготовки, никакой выносливости, только природный дар быстро бегать.

Но все оказалось не так страшно. Тренер, Василий Михайлович, оказался человеком с большим сердцем. После того как я пробежала дистанцию на время, он заявил, что из меня выйдет чемпион. И, как оказалось, не ошибся. Уже через месяц тренировок я приняла участие в своих первых соревнованиях, где заняла второе место в беге на сто метров. Конечно, я расстроилась, что не первое. Василий Михайлович, заметив мои слезы, лишь усмехнулся:

– Знаешь, сколько тренируется девочка, которая тебя обогнала?

– Сколько?

– Двенадцать лет. Ее привели родители, когда девочке было четыре года. Она талантлива и очень трудолюбива. Знаешь, кого мне это напоминает?

Я покачала головой, вытирая слезы.

– Тебя. Такие талантливые бегуны, как ты, рождаются нечасто. Она – бриллиант. А ты – алмаз. Самый твердый камень. Ты – боец. Помни об этом. Знаешь, скольких ты сегодня обогнала?

– Нет.

– Тридцать восемь спортсменок. А теперь вытри слезы и запомни: эта девочка тебе не соперница. И скоро ты поймешь это, – с этими словами он развернулся и ушел.

После этого разговора я ни разу не опускалась ниже первого места. Двенадцать соревнований – двенадцать золотых медалей. Я гордилась собой и своим тренером, который научил меня не только бегать, но и верить в собственные силы.

– Привет спортсменка, – помахал мне рукой Вова.

– Привет, Вов, – улыбнулась я ему в ответ.

– Почему тебя не было на прошлой тренировке? Заболела? Ты же не одной не пропускаешь, я даже удивился, когда тебя не было. Тем более перед соревнованиями.

– Нет, не заболела. Проблемы были, не бери в голову, – уклончиво ответила я.

– Ну, не хочешь говорить, настаивать не буду. Иди к Василию Михайловичу, он на трибунах, – сказал Вова, и пошел дальше.

– Вов, не обижайся. Ты же знаешь, какая я скрытная. Возможно, когда-нибудь расскажу, что случилось, – крикнула ему вслед.

– Хорошо, – не оборачиваясь, махнул он рукой.

Я знала, что Вова не обидчив и долго злиться не умеет. Ему не нужны мои заморочки, у него и своих хватает. На прошлой неделе он поссорился со своей девушкой, и теперь его голова забита мыслями о том, как с ней помириться. Я пыталась ему помочь, но он решил, что справится самостоятельно. Куда уж мне соваться в их взрослые отношения? Вове двадцать лет, поэтому мои советы для него – что детский лепет. Но я не обижаюсь, ведь он лучше знает, как мириться с девушкой. Ну да, конечно.

Вспомнив слова Вовы, я направилась к трибунам. Василий Михайлович сидел в кресле и наблюдал за тем, как тренируются наши юные звездочки, шестилетние малышки.

Я подошла и присела на соседнее кресло.

– Здравствуйте, Василий Михайлович. Вы ругаться сейчас будете? – спросила я сразу в лоб.

– Привет, Ась. И почему я должен ругаться? – переведя взгляд на меня, спросил тренер.

– Ну, я же не пришла на прошлую тренировку.

– Ась, за этот год ты не пропустила ни одной тренировки. Неужели ты думаешь, что я буду ругаться из-за одного прогула? Я, конечно, начал переживать. Звонил тебе, а ты трубку не брала. Вот за это можно и поругаться, – погрозил он пальцем. – Но потом подошел к твоему другу и он меня успокоил, сказал, что ты неважно себя чувствуешь.

Понятно, Никита и тут вмешался.

– Да, все верно. Плохо себя чувствовала. Простите, что не отвечала. Сегодня все отработаю.

– Ну, тогда бегом на разминку. К соревнованиям надо готовиться, – сказал он, и я тут же побежала разминаться.

Моя тренировка состояла из нескольких этапов.

Сначала разминка. Три-пять километров легкого бега, чтобы разогрелись мышцы.

Следующий этап – растяжка. Нужно размять все мышцы от головы до пят, чтобы избежать риска травмы.

Далее – основная тренировка. Ускоренные пробежки. Парные забери, для стимуляции скорости. Бег через барьеры, для укрепления мышц. Забеги на время.

В конце – легкий бег и растяжка.

Тренировки никогда не бывают одинаковыми. Каждый раз тренер разрабатывает новый план. Нельзя работать только над скоростью. Бег – это тяжелый труд, требующий отточенной техники. Если сегодня мы отрабатываем правильный шаг и постановку ноги, то завтра будем работать над правильным дыханием, а послезавтра – над амплитудой движения рук.

Именно поэтому этот спорт никогда мне не надоест. Это мое призвание.

После разминки я пошла в раздевалку за бутылкой с водой. По дороге увидела Никиту, который шел на стадион. Я хотела избегать его, но как это сделать, если мы тренируемся на одной территории? Правильно, никак. Он не заметил меня, потому что активно что-то обсуждал с парнями из своей группы. Я быстро завернула за ближайший угол, чтобы он меня точно не увидел. Какой бред. Не буду же я всю жизнь от него скрываться. Ну ладно, оправдаю себя тем, что прошло еще слишком мало времени и скоро я привыкну не обращать на него внимания. А пока так: прячусь и не высовываюсь. Гениально.

Тренировка прошла на удивление легко, хотя я постоянно ловила на себе взгляд Никиты. Мне было все равно, мое внимание было сосредоточено на тренере и его наставлениях.

Через пять дней – важные соревнования, на которых нужно выложиться по полной. Я впервые буду участвовать в забеге на один километр, хотя я – спринтер и бегаю только короткие дистанции. Четыреста метров – мой предел. Я очень удивилась, когда Василий Михайлович сказал, что мне нужно будет бежать километр. Вернее, я буду участвовать в двух забегах: на сто и тысячу метров. Бред какой-то! Где я, а где километр? Но тренер сказал, что я справлюсь. Он верил в меня, и я не могла его подвести.

После тренировки, уставшая, но довольная, я направилась домой. Специально проверила, что Никита еще тренируется и пока он выполнял силовые упражнения, быстренько смылась. Не хотелось ехать вместе с ним.

Я зашла в автобус, села на свободное место и вставила наушники в уши. Блаженство. И никто больше не нужен. Только музыка и уединение.

Следующие четыре дня прошли в обычном режиме. Перед важными соревнованиями я старалась посвятить все свое время тренировкам. О Никите почти не думала. Лишь по вечерам позволяла себе немного погрустить, вспоминая нашу дружбу. Мне стало легче. Я приняла эту ситуацию, но начать снова с ним общаться была не готова.

Никита не появлялся на стадионе, или просто ходил в другое время. Это и к лучшему. Интересоваться, где он и почему не приходит, я не стала. Наверное, развлекает свою Кристину. Это уже не мое дело. Пусть живет, как хочет.

В день соревнований я очень нервничала. Так обычно всегда происходило: полночи не спала, ворочалась и думала о предстоящем забеге.

Утром я встала немного взвинченной. Приняла душ, съела банан и отправилась на стадион. Кофе перед соревнованиями я не пью: он только усиливает панику. Поэтому – один банан, чтобы не упасть в голодный обморок.

В день соревнований на стадионе всегда был аншлаг. Сотни людей, камеры, суета – и все это еще больше нервировало.

Переодевшись в новую форму, я отправилась искать тренера. Спортивные топ и трусы – это подарок Василия Михайловича. Вчера, после тренировки, он задержал меня и преподнес сюрприз. Форма сборной страны. Я не смогла сдержать слез и крепко его обняла. Это была самая красивая форма, какую я только могла видеть. И сегодня этот комплект красовался на моем теле. После такого подарка, подвести тренера я не имела права.

Василий Михайлович стоял возле тренерской в компании коллег. Увидев меня, он расплылся в улыбке. Я поприветствовала всех и подошла к своему тренеру.

– Ася, это форма прекрасно тебе подходит. Ты помнишь все установки, которые мы вчера обговорили?

– Конечно помню. Но я очень нервничаю. Василий Михайлович, спасибо вам еще раз за эту форму, она потрясающая, – поблагодарила я тренера.

– Ты этого заслужила.

Он похлопал меня по плечу и продолжил:

– Первый забег будет на сто метров. Здесь ты все знаешь: сильный толчок задней ногой, широкий шаг, корпус вперед, приземление на носок. Просто делай то, что умеешь. Километр будет примерно через сорок минут, у тебя будет время отдохнуть, но не забывай: сидеть нельзя. Разминайся, делай небольшие пробежки, мышцы должны быть в тонусе. Во время забега старайся не останавливаться. Даже если дыхание собьется, перейди на шаг, но стоять нельзя. Это может стоить тебе победы. Рядом я быть не смогу, меня поставили в судейскую коллегию. Но я всегда с тобой, помни об этом. У тебя все получится. И даже не вздумай сомневаться в себе.

После наставлений, тренер отправился на судейский пост, а я пошла разминаться и готовиться к забегу.

На стометровке я чувствовала себя прекрасно. В моей возрастной группе было девятнадцать человек, пять забегов. Мой забег был четвертым. Уже после первого забега я поняла, что будет непросто. Девочки очень быстрые.

Когда объявили четвертый забег, предательская дрожь прокралась в ноги. Я заняла вторую дорожку, встала на колодки и на секунду задержала дыхание, чтобы успокоить нервы. Обратный отсчет – как удары набата. Три… два… один… Выстрел! И я, словно сорвавшаяся с цепи, метнулась вперед, к заветной победе.

В этом забеге мне не было равных, как и в предыдущих. Лучшее время и личный рекорд. Увидев цифры на табло, сердце пропустило удар, а затем забилось как сумасшедшее. 11.6 секунд! Невероятно… Я выполнила разряд мастера спорта. Горячие слезы хлынули из глаз. Я взглянула на судейскую будку, где замер мой тренер. Василий Михайлович закрыл рот ладонью, не в силах поверить своим глазам. Это и его победа тоже. Но рано расслабляться. Впереди – решающий забег.

Я затаила дыхание. Прозвучал выстрел и забег стартовал. Эти секунды длились для меня вечность. Сейчас все решится. Я смотрела на табло с результатами, затаив дыхание. Лучшее время забега 11.95 секунд.

Я рухнула на дорожку, рыдая от счастья. Двойная победа! Золотая медаль и разряд, к которому я так долго и упорно шла.

Едва придя в себя, я вспомнила: впереди еще километр. Самое сложное испытание.

Поднявшись с дорожки, я хотела было начать готовиться к следующему забегу, но меня тут же окружила ликующая толпа ребят, от всей души поздравлявших с победой. Ответив на поздравления, я отправилась на разминку.

Сорок минут пролетели как одно мгновение. Тринадцать участниц. Один забег. Цена ошибки – непомерно высока. Мы выстроились у стартовой линии. Начался отсчет. «Ты сможешь, Ася. Ты сильная. Ты должна».

Старт! Два с половиной круга. Я начала бежать, но почти сразу почувствовала, как обжигает легкие. Воздуха катастрофически не хватало. Останавливаться нельзя. Я не имела права подвести тренера. Первый круг позади. Я не лидер, но и не отстающая. Всем тяжело, я это видела. Сбавила темп, чтобы перевести дух. Второй круг завершен. Осталось двести метров. Впереди три соперницы. Я не могла проиграть. Собрав всю волю в кулак, игнорируя адскую боль в боку, я рванула вперед из последних сил. Догнала… Оставила их позади! Я первая. Снова. Иначе и быть не могло. Проиграв кому-то, я проиграла бы самой себе.

На финише я упала на дорожку, не в силах больше стоять на ногах. Воздух, казалось, превратился в огненную лаву, обжигающую легкие. Спустя несколько минут организм начал восстанавливаться и я смогла дышать ровнее.

Две медали. Два золота. Это мой день, моя победа. На церемонии награждения я гордо стояла на пьедестале, изо всех сил сдерживая слезы радости.

После вручения медалей тренер подошел ко мне и крепко обнял.

– Я знал, что ты это сделаешь, – с гордостью сказал Василий Михайлович.

– Без вас у меня ничего бы не получилось. Мастер спорта, я поверить не могу, – не сдерживая слез, сказала я.

– Ты умничка, я горжусь тобой.

– Спасибо вам за все. Вы лучший тренер, – с благодарностью сказала я.

– А ты – мой алмаз, не забывай об этом. А теперь – отдыхать. Празднуй свою двойную… да что там, тройную победу! Много не пей. Знаешь, я это не люблю, – поддел меня он.

– Василий Михайлович, обижаете. После такого, только в запой и уходят, – пошутила я.

Мы еще немного поговорили. Он еще раз поздравил меня, и я отправилась на трибуны, где сидела Варя.

Увидев меня, она подскочила с места и заключила в крепкие объятия.

– Малышка, ты просто пушка. Ты знала об этом? Если нет, то так оно и есть. Ты сделала всех этих сучек. Я так тебя люблю. Ты лучшая. Поздравляю, – затараторила она.

– Эй, садистка, ты меня сейчас задушишь, – прохрипела я, вырываясь из ее смертельной хватки.

– Ничего страшного, потерпишь. Дай насладиться моментом и помолчи.

Она не отпускала меня минуты две, не меньше. Когда, наконец, ее объятия ослабли, я смогла вздохнуть полной грудью.

– Ну давай, чемпионка, хвастайся медалями! – Я сняла с шеи две увесистые золотые медали и протянула их подруге.

– Какие же они классные! Ась, как ты это делаешь? Никогда не привыкну к твоей крутости, – с радостью пропела Варя.

– Я просто занимаюсь тем, что люблю. И у меня это неплохо получается, – скромно ответила я.

– Ну конечно, неплохо. Ты богиня этого спорта. Так, все, разговоры в сторону, идем праздновать, – хлопнула она в ладоши и потащила меня к выходу.

– Хорошо-хорошо. Только не тяни меня так сильно, я все-таки устала.

Мы посмеялись и направились в кафе.

«Авокадо». Так называлось наше любимое кафе в центре города. Оно располагалось на набережной, а его панорамные окна открывали вид на залив, красоту которого сложно передать словами. Мы нашли это место совершенно случайно. Несколько месяцев назад, прогуливаясь по набережной, мы попали под проливной дождь. И нам ничего не оставалось, кроме как бежать, искать укрытие. Тогда-то мы и обнаружили этот уютный уголок. Все в этом месте было пропитано комфортом: мягкие диваны с подушками, круглые столики со свечами, приглушенный свет. Все это создавало теплую, домашнюю атмосферу.

Мы заняли столик у окна, как всегда это делали. Заказали кофе, десерты и погрузились в беседу.

– Тоска зелёная, Ась. Что мы как клуши? Сидим, пироженки да кофеек потягиваем. Может чего покрепче? – подмигнула мне Варя, заговорщицки блеснув глазами.

– Чего покрепче мы на твоем дне рождения выпьем. Сегодня давай обойдемся малым. Печень надо беречь.

– Эх, совсем ты веселиться не умеешь. Сегодня же праздник.

– Варь, послезавтра твой день, мы будем веселиться. Петь, пить и плясать. А сегодня давай поскромнее, а то мама меня потом из дома не выпустит, – попыталась я убедить подругу.

– Ладно, уговорила. А кстати, я что-то не видела сегодня твоего красавчика друга, он не бежал? – поинтересовалась Варя и я вспомнила, что тоже не видела Никиту.

– Если честно, я даже не обратила внимание. Если ты не видела, значит не бежал, – отстраненно ответила я.

– Так, а вот тут поподробнее. Что-то произошло?

– Ну, можно и так сказать. Он с Кристиной помирился, – ответила я и в сердце предательски кольнуло.

– Да ладно! С той самой, из-за которой ты две недели из депрессии не вылезала?

Да, было и такое. Когда Никита закрутил с Кристиной, я чуть не сыграла в ящик. Это стало контрольным выстрелом для моей расшатанной психики. Мне казалось, что из нашей дружбы могло бы что-то получиться, но увы.

– Да, именно с ней.

– Вот прилипала-то. Ну а ты чего? – глаза подруги горели от любопытства.

Варя единственная знала о моей больной любви к Никите. Поэтому я все ей рассказала. Она слушала молча, лишь изредка покачивая головой от изумления.

– Ась, ты умница. Все правильно сделала. И даже не смей себя винить. Он – просто слепой крот. Никогда не ценил тебя. Пусть теперь развлекается со своей куклой. Забудь о нем. Тебе нужен парень и срочно, – сделала выводы подруга.

– Да какой парень, Варь? У меня на это и времени-то нет. Скоро начнется школа, экзамены, еще и атлетика. Не до парней сейчас.

– Ох, подруга. Ты просто не знаешь, от чего отказываешься. Нужно просто попробовать. А там и время найдется и все остальное, – помахала она рукой.

– Начнем с того, где я его найду?

– Я знала, что ты заинтересуешься, – хлопнула в ладоши Варя. – А как же друзья Андрея? Я говорила, что он приведет двух своих ребят, – загадочно сказала она.

– Это еще ничего не значит. Даже если один из них мне понравится, где гарантия, что ему понравлюсь я?

– Гарантий конечно нет. Но ты себя в зеркало видела? Ты же красавица, да любой тебе пятки целовать будет.

– Да, любой, – сказала я с грустью, вспомнив Никиту.

– Так, а ну брось думать о своем Никите. Он – придурок, не разбирающийся в девушках, – начала успокаивать меня подруга.

– Варь, проблема не в парнях, а во мне. Я не настолько хороша, чтобы нравится им. Поэтому, не надо меня успокаивать.

– Ты совсем дура? Что ты такое несешь? Твои тараканы уже и на меня переползают. Хватит разъедать себя изнутри. Если один остолоп не видит дальше своего носа, это не значит, что все такие.

– Ладно. Давай закроем эту тему, – попыталась успокоить подругу.

– Нет, Ась. Мне надоело слушать этот бред. Вот увидишь, мужики тебя глазами пожирать будут. А теперь – по магазинам, – отпив из чашки кофе, сказала Варя.

– Что? Какие еще магазины? – возмутилась я и встала из-за стола.

– Ася, ты забыла? В клубе ты должна блистать. И не как иначе. Поэтому, идем за самым сексуальным и развратным платьем, – шлепнув меня по попе, подруга отправилась к выходу.

Вздохнув, я поплелась за ней. Выбирать развратное платье совсем не хотелось. Тем более, наряд у меня уже был присмотрен: черный корсет на бретелях и классические брюки-клеш. Но Варю переубедить невозможно. Она как ураган, сметающий всё на своём пути. Возражать было бы глупой затеей.

Мы поплелись в торговый центр. Ну как мы. Плелась я, Варя была в прекрасном настроении и порхала как бабочка.

После пятого магазина женской одежды сил у меня совсем не осталось. Я присела на лавочку и вытянула ноги.

– Ася, ты чего уселась? Пошли, нам еще пару магазинов осталось пройти, – потянула меня за руки подруга.

– Варь, я устала. Какой смысл куда-то еще идти, если мы все равно ничего не купим? – с досадой сказала я.

– Лучше молчи. Не надо меня злить. Подняла свою очаровательную попку и бегом в магазин, – приказала она.

Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Я была настолько измотана, что не было никакого желания что-то выбирать, а уж тем более мерить. Но, чтобы не обижать подругу, пришлось отложить усталость до возвращения домой.

Мы прошли все оставшиеся магазины в нашем списке, но так ничего и не выбрали. Настроение упало не только у меня, но и у Вари. Перемерив десяток платьев, мы так и не нашли то самое, идеальное. Оставался последний вариант – магазин вечерних платьев. Я не хотела туда идти. Какой смысл? Я же не на выпускной собралась. Но Варя уговорила меня, сказав, что там продаются не только платья в пол, но и коктейльные варианты.

Подруга оказалась права. Едва мы вошли, как я увидела его. Платье моей мечты. Изумрудное мини. Оно было простого кроя, без рукавов и с элегантной сборкой сбоку. В комплекте шли рукава-фонарики. Это была любовь с первого взгляда. Мне даже не хотелось его мерить, я знала, что оно идеально сядет по фигуре. Но Варя настояла на примерке.

Увидев меня в этом платье, подруга ахнула от восторга. Я и сама, когда надела его, едва не завизжала от радости. Оно сидело идеально. Цвет ткани точь-в-точь повторял оттенок моих глаз. Платье словно переливалось, как хамелеон, добавляя образу загадочности. Боковая сборка на бедре стала изюминкой этого шедевра. Открытый верх подчеркивал изящные ключицы, что выглядело очень соблазнительно. А как оно смотрелось сзади!..

Недолго думая, мы оформили покупку, подруга напомнила, во сколько начинается мероприятие, и мы разошлись по домам.

Уже дома я достала телефон из сумки. Совсем забыла про него. Варя умеет отвлечь от всего окружающего мира. На экране было много уведомлений. В основном – реклама из приложений. Но заинтересовало меня не это. Сообщение от Никиты. С чего бы вдруг?

Я открыла социальную сеть, в которой мы общались, и прочитала сообщение:

«Я знал, что тебе нет равных. Ты всех сделала. Поздравляю с тройной победой. Ты умничка!»

Я несколько раз прочитала его сообщение. Значит, он все-таки был на соревнованиях и видел мои забеги. Невероятно! Если Никита не выступал, значит, сидел на трибунах. Хотелось верить, что пришел он ради меня, но я быстро отбросила эту мысль. Может, просто друзей поддерживал.

Отвечать я не стала. Пусть знает, что бегать за ним больше никто не будет. С этой мыслью я легла спать, думая о том, как буду блистать в «Альфе». Может, Варя и права. Я слишком замкнулась в себе, и мне необходимо завести новые знакомства.

Глава 4

– Ась, ну ты где? – донесся взволнованный голос Вари из трубки.

– Уже подъезжаю. Через пару минут буду, – успокоила подругу и отключила вызов.

Я ужасно нервничала, сама не понимала почему. Ведь это день рождения Вари, а не мой собственный. Но готовилась я к нему, как к самому главному событию в своей жизни.

Целый час ушел на укладку, и еще столько же – на макияж. Получилось дерзко и сексуально, как выразилась Варя, когда я показала ей свой образ по видеосвязи. Каскад вьющихся локонов, томный вечерний макияж, платье, от которого захватывало дух, и шпильки, на которых я научилась порхать, благодаря танцам. Все было безупречно.

Подруга тоже времени даром не теряла. Половину дня провела в салоне, колдуя над своей красотой.

Выпорхнув из такси, я невольно ахнула. Варя стояла у входа, словно королева, ожидающая свою свиту. На ней было роскошное алое платье в пол с открытой спиной. Оно облегало ее фигуру, словно вторая кожа, подчеркивая изгибы талии и бедер. Высокий конский хвост идеально дополнял этот царственный образ.

С открытым от восхищения ртом я приблизилась к подруге.

– Варечка, ты просто неотразима! – воскликнула я, заключая ее в объятия. – С днем рождения, моя дорогая! Я тебя люблю, – с этими словами я протянула ей свой подарок. Варя жадно сорвала обертку и завизжала от восторга.

В подарочном пакете лежала коробка с сумкой известного мирового бренда. Варя давно о ней мечтала, но она была ей не по карману. Я откладывала деньги не только на шопинг, но и на этот подарок. Мама знала о моих планах и, чтобы я сильно не экономила, добавила мне немалую часть денег. Она тоже очень любила Варю, поэтому подарок был общий. Сумка летела из другой страны, и я изрядно поволновалась за ее сохранность, но, к счастью, все прибыло в идеальном состоянии.

Варя обняла меня так крепко, что перехватило дыхание, и, сквозь слезы счастья, прошептала:

– Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю? Очень-очень! Спасибо тебе огромное! Это самый лучший подарок в моей жизни! – она не отпускала меня из своих объятий, пока я не начала шутливо вырываться.

Когда сентиментальности пришел конец, мы, взявшись за руки, направились в клуб. Миновав строгий взгляд охраны, мы оказались в полумраке коридора, где мерцающие огоньки на потолке служили единственным ориентиром. Звуки музыки здесь были приглушенными и не навязчивыми, но, пройдя всего несколько шагов, мы вышли на огромный танцпол, заполненный сотнями тел. Здесь музыка обрушивалась на барабанные перепонки оглушительным потоком, заглушая все остальные звуки. Все вокруг пульсировало в ритме стробоскопов, расчерчивающих пространство разноцветными лучами, а в центре зала, на высоком подиуме, извивались в зажигательном танце обворожительные девушки. Я была ошеломлена увиденным. Клуб произвел на меня неизгладимое впечатление.

Варя, наклонившись к моему уху, прокричала:

– Наш столик в другом зале, там музыка потише, будет намного комфортнее. Идем за мной! – подруга крепко взяла меня за руку и повела сквозь бурлящий поток танцующих тел.

Мы протиснулись сквозь толпу разгоряченных и изрядно опьяневших людей в другой конец зала, где располагалась массивная дверь, охраняемая бдительным секьюрити. Варя предъявила ему свой браслет, и он, без лишних слов, пропустил нас внутрь.

В этом зале царила более расслабленная атмосфера: музыка не била по ушам, народу было меньше, а столики располагались на достаточном расстоянии друг от друга, разделенные изящными ширмами, создающими ощущение уединенности. Здесь не было откровенно пьяных посетителей. Компании мирно отдыхали, потягивая коктейли и переговариваясь, а для танцев выходили в основной зал, сливаясь с толпой.

Здесь мне понравилось намного больше. Варя так и не отпустила мою руку, пока мы не добрались до нашего столика. Точнее не столика, а до отдельного vip-зала. В нем располагался огромный стол, мягкие диваны по периметру, большая плазма и игровая приставка.

Кроме нас в зале никого не было, но стол, к нашему приходу, был уже сервирован. Он ломился от изобилия блюд и напитков. Здесь были всевозможные нарезки, салаты, изысканные морепродукты, спелые фрукты и, конечно же, внушительный выбор алкогольных напитков. Все, что нужно для незабываемого вечера.

– Варь, как ты все это организовала? – изумленно спросила я.

– Я же говорила, Андрей работает здесь и он все организовал, – с радостью сказала подруга.

– Но это же безумно дорого!

– А это его подарок, он не только устроил эту вечеринку, но и оплатил ее, – кокетливо улыбнулась подруга.

– А где все? – задала я очевидный вопрос.

– Девочки подъезжают, Андрей скоро подойдет, он в клубе, просто немного занят. Ну а его друзья должны приехать через час.

Варя позвала своих подруг из колледжа – Машу и Веронику. Они мне нравились. Однажды мы гуляли все вместе, и девочки произвели на меня приятное впечатление. Маша – неугомонная болтушка и хохотушка, а Вероника – тихая и очень деликатная девушка. Хорошо, что Варя их пригласила, иначе мне было бы скучно и одиноко, когда она начнет ворковать в уголке со своим возлюбленным.

Когда приехали девочки, мы начали веселиться. Выпили по бокалу шампанского, и пошли танцевать. Было классно, я никогда еще не чувствовала себя такой беззаботной. Это сравнимо с бегом. В танце можно выплеснуть адреналин, накопившийся в организме. Мы много смеялись, обнимались и дурачились. Когда наши ноги потребовали отдыха мы вернулись в свой зал.

И первое, что мы увидели, – трех высоких парней, стоящих у стола. Варя, не теряя ни секунды, бросилась на шею Андрею, которого я видела впервые, как и остальных его друзей. После страстного поцелуя с возлюбленным, девушка повернулась к нам и представила ребят.

– Знакомьтесь, девочки, это Андрей, мой парень. А это Дима и Макар, – улыбнулась подруга. – А это мои лучшие подруги: Ася, Маша и Вероника.

Парни приветливо улыбнулись нам, и все начали рассаживаться за столом.

Андрей оказался очень приятным молодым человеком. Высокий, стройный и с обаятельной улыбкой. Варе такие нравятся. Они смотрелись вместе очень гармонично. Макушка подруги едва доставала ему до груди, и от этого их пара казалась еще более милой.

Но мой взгляд не стал долго задерживаться на парочке, потому что заинтересовали меня вовсе не они.

Едва переступив порог зала, я сразу же заметила высокого, статного брюнета в строгом черном костюме и черной рубашке. Он был невероятно красив, чертовски красив. Я не могла оторвать от него взгляда. Мое сердце бешено заколотилось в груди, ладони предательски вспотели. Что это со мной? Он держался немного отстраненно, не улыбнулся, когда Варя представляла нас, а лишь слегка кивнул головой в знак приветствия.

Я решила не придавать особого значения своей бурной реакции на этого парня и постаралась веселиться вместе с остальными.

Макар, так звали этого красавца, не пил, потому что был за рулем, и наша компания, на мой взгляд, казалась ему немного скучноватой. На самом деле, я тоже не люблю, когда вокруг меня пьяные люди, а я трезвая. Это утомляет и раздражает. Как я поняла из разговора, он и вовсе оказался здесь случайно. Должен был приехать кто-то другой, но у него возникли неотложные дела. Дима не умел водить машину и попросил Макара составить ему компанию.

Задумавшись, я не заметила, как ко мне подсел Дима.

– Привет, – с улыбкой сказал он.

– Привет, – вежливо ответила я.

Дима был симпатичным. Крепкое телосложение, светлые волосы, голубые глаза и открытый взгляд. Одет он был со вкусом: темные джинсы, стильная рубашка и пиджак. Он казался общительным и дружелюбным парнем.

– Не хочешь потанцевать? – спросил он.

Мой взгляд тут же метнулся к Макару, но он не обращал на меня ни малейшего внимания. А чего я, собственно, ожидала? Что он начнет испепелять Диму взглядом и бросится защищать меня от его назойливого общества? Да он за весь вечер даже ни разу не посмотрел в мою сторону. Вот всегда так. Я не нравлюсь тем, кто нравится мне. Досадно.

– Пошли, – согласилась я.

Дима радостно улыбнулся и, взяв меня за руку, повел на танцпол.

К моему удивлению, парень оказался настоящим джентльменом. Руки не распускал, пошлыми шутками не сыпал. Зато комплименты делал, не переставая.

– Ася, ты потрясающе красивая, – несколько раз повторил Дима.

Мне было приятно слышать это, но в то же время и неудобно. Я представляла, что эти слова говорит мне Макар. Да что со мной? Я танцевала с парнем, а в голове был другой, кого я даже не знаю. Так, все, пора завязывать с алкоголем. Меня уже понесло не на шутку.

Я поблагодарила Диму за компанию и вернулась в наш зал, оставив парня дальше танцевать. Мне показалось, он даже не заметил моего ухода, потому что был уже изрядно пьян и все девушки были для него на одно лицо.

В зале царило оживление. Варя танцевала на диване и громко хохотала. Увидев меня, она спрыгнула вниз, схватила бутылку вина со стола и, пошатываясь, подбежала ко мне.

– Ася, крошка, давай выпьем за нас, – заплетающимся языком проговорила подруга.

– Варь, а может тебе уже хватит? – я попыталась отобрать у нее бутылку, но она резко отдернула руку.

– А вот и нет, дорогая. Сегодня трезвым не уйдет никто, – она вытянула руку вперед и обвела указательным пальцем всю комнату.

Я тут же посмотрела на Макара, сидевшего в дальнем углу зала в компании Андрея. И в этот же миг наши взгляды встретились, впервые за весь вечер, и мое сердце пропустило удар. Его глаза… Этот невероятный цвет… Как такое возможно?

На меня смотрели точно такие же изумрудные глаза, как и у меня. В их глубине можно было утонуть. Я замерла, боясь пошевелиться и разрушить эту хрупкую нить, возникшую между нами. Он тоже не торопился отводить взгляд. Этот зрительный контакт мог бы длиться бесконечно, но Варя отвлекла меня, легонько толкнув в бок. Я быстро пришла в себя и повернулась к подруге.

– Алло! Я с кем вообще разговариваю? Держи бокал, – я с непониманием посмотрела на подругу. Бокал?

В руках девушка держала два бокала с вином, один из которых протягивала мне.

– Нет, Варь, я все, – отказалась я.

– Скучная ты, Аська. А я вот выпью.

Маша с Вероникой уже давно были в отключке. Одна спала на диване, а вторая пристроилась на кресле в углу зала. Будить девочек не хотелось, тем более что на часах было уже четыре утра.

Я заметила, что Макар начал собираться домой. Он подошел к Диме, который только что вернулся с танцпола, и сказал, что уезжает. Блондин пытался уговорить Макара остаться еще ненадолго, но тот был непреклонен. Либо они уезжают вместе сейчас, либо Дима добирается сам, когда ему вздумается. Блондин немного расстроился, но все же решил поехать с Макаром.

Мы проводили ребят и вернулись в наш зал. Макар больше на меня так и не посмотрел, даже когда садился в машину. Это меня немного расстроило. Так или иначе, я все равно больше его не увижу. Поэтому, надо просто выбросить его из головы. Но легче сказать, чем сделать. Ох, все же это алкоголь. Да-Да, именно он.

Посидев еще не больше часа, мы все засобирались домой.

Маша с Вероникой проснулись и сразу же вызвали такси. Бедняжки так устали, что решили больше не задерживаться и не ждать нас. Они попрощались и уехали.

Пока Андрей разговаривал с персоналом клуба, мы с Варей собирали со стола все то, что не успели съесть и выпить.

Когда последний контейнер с фруктами был упакован, появился Андрей.

– Ну что, девчонки, домой поедем? – он обнял Варю и поцеловал ее в макушку.

– Поехали, – скомандовала подруга.

Я хихикнула. Это было очень мило. Варя еле стояла на ногах, поэтому Андрей нес девушку на руках, а я несла все пакеты с подарками и продуктами до такси. Скажу честно, нелегко, но что не сделаешь ради любимой подруги.

Как мы и договаривались, я сказала маме, что останусь и Вари, потому что так будет удобней. Сначала мама была против, она не любила, когда я не ночевала дома. Это случалось всего несколько раз и то, когда не было другого выбора. То соревнования в той части города, где живет Варя, и мне проще добраться, то мама уезжала в командировку и не хотела оставлять меня одну, поэтому я также ночевала у Вари. Вот и в этот раз мне пришлой сказать, что по-другому никак. И мама согласилась.

Андрей проводил нас до самой квартиры, поцеловал Варю, попрощался с нами и поехал домой.

У Вари была большая трехкомнатная квартира. Мама девушки уже спала, поэтому мы на цыпочках прошмыгнули в комнату подруги, закрыли дверь и включили свет.

– Ась, я так напилась, – пробурчала подруга.

– Не надо было столько пить, – упрекнула ее я.

– Ой, да ладно тебе. Утром уже свежее огурчика буду. Но сейчас срочно спать.

Варя выдала мне пижаму, мы переоделись и, не разбирая подарков, легли спать.

Глава 5

Звук шуршащих пакетов ворвался в мой сон, словно предвестник праздника. Я приоткрыла глаза, и улыбка сама собой расцвела на лице. Варя, как сказочный гном, восседала на полу, окруженная горой разноцветных подарочных пакетов.

– Доброе утро, соня, – промурлыкала она, на мгновение оторвавшись от своего увлекательного занятия. Тут же ее внимание вновь поглотили шуршащие сокровища.

– Доброе утро! Который час? – пробормотала я, сладко потягиваясь.

– Да уже обед почти. Не хотела тебя будить, но от скуки лезла на стену. Два часа в потолок плевала, вот и решила подарки перебрать, – она обвела рукой свое царство подарков.

– Правильно сделала. Я столько не спала, наверное, со времен динозавров, – я поднялась с кровати и плюхнулась рядом с ней. – Ну, давай, показывай, что там у тебя. Хвастайся!

Распаковка превратилась в целое представление. Варя ахала и охала над каждым предметом, словно впервые видела чудо света. Она не выпускала их из рук, пока я буквально не отбирала их для дальнейшего осмотра. Здесь были дары от щедрых родственников и близких друзей: кружевное белье, элегантная обувь, изысканная парфюмерия. Мама Вари преподнесла ей новенький телефон последней модели. Подруга сияла от восторга, как ребенок, получивший долгожданную игрушку. А я радовалась вместе с ней, словно это были мои собственные подарки.

Когда с бумажным хаосом было покончено и все сокровища расставлены по своим местам, мы решили привести себя в порядок и отправились на поздний завтрак, плавно перетекающий в обед.

Мамы Вари уже не было дома. Нас окружала тишина и свобода, что не могло не радовать. Не хотелось представать перед ее строгим взором в таком помятом виде. Несмотря на все наши старания – умывание, причесывание, переодевание – следы бурной ночи предательски проступали сквозь макияж. Мешки под глазами, слегка опухшие лица и ноющая головная боль говорили сами за себя.

Варя ловко приготовила нехитрый завтрак, и мы уселись за стол.

– Ну что, как тебе Дима? – вдруг спросила подруга, пронзив тишину своим вопросом.

Я невольно вздрогнула от неожиданности. Воспоминания о прошлой ночи мгновенно вспыхнули в памяти, и щеки предательски запылали. Опустив глаза в тарелку с яичницей, я принялась небрежно размазывать желток вилкой. В моей голове, словно навязчивый мотив, звучал только один образ – Макар. Он даже умудрился проникнуть в мой сон! Как вообще в таком состоянии могут сниться сны? В этом мимолетном видении были только его глаза. Бездонные, манящие, они затягивали меня в свой омут, погружая в совершенно новый мир. Я ощущала себя легкой, свободной, парящей над землей. Это невозможно передать словами. Со мной такое точно впервые.

– Эй, я тут вообще-то! – я вздрогнула от резкого окрика и мгновенно вернулась в реальность.

– Что?

– Ты где витаешь? Я спросила, как тебе Дима? – повторила свой вопрос Варя.

– Дима? Ну… неплохой, – задумчиво протянула я.

– И это все? – удивилась подруга. – Ась, ну хоть немного понравился?

– Я же сказала, нормальный он. Ничего особенного, – с легким раздражением ответила я. – И вообще, с чего вдруг такие вопросы?

– Ну, – Варя заметно занервничала, – в общем, пока ты спала, мне позвонил Андрей… – она запнулась, словно тянула время.

– Варь, ты меня пугаешь. Давай уже, выкладывай все как есть.

– Только не ругайся, ладно? – получив утвердительный кивок, она выпалила на одном дыхании: – Короче, утром Андрею позвонил Дима. Он попросил твой номер телефона. Сказал, что ты ему очень понравилась, и он хотел бы продолжить общение. Андрей позвонил мне, и я… дала ему твой номер.

С каждым ее словом мои глаза округлялись все больше и больше. Я не верила своим ушам.

– Варя, вы что, с ума посходили?! – выдохнула я, приходя в себя после шока. – А нельзя было просто ссылку на мою страницу в соцсетях дать? Зачем сразу номер? Да он мне вообще не понравился, индюк самовлюбленный! Он даже когда со мной танцевал, только и делал, что на себя в зеркало смотрел, движения контролировал! А когда я ушла, он даже не заметил, потому что уже был в стельку пьяный!

Возмущение захлестнуло меня с головой. Вскочив со стула, я начала метаться по кухне, как тигр в клетке.

– Ась, ну прости меня! Я думала, он тебе понравился. Он вроде ничего такой, симпатичный. Я же для тебя стараюсь! Хочу, чтобы у тебя, наконец, кто-нибудь появился. Ты вечно одна, меня это расстраивает. Не злись, пожалуйста!

– Я не злюсь… Просто в шоке. И что мне теперь делать? – я в отчаянии закусила губу.

– Давай так. Если он позвонит, просто поболтай с ним немного. Тебя же никто силком замуж не тащит. Если позовет куда-нибудь, скажи, что занята. У тебя же тренировки, времени и так в обрез, даже врать не придется. Пару раз откажешь, и он сам отстанет. Поверь мне, я знаю, о чем говорю, – Варя коварно подмигнула.

– Ладно. Но это, конечно, подстава. Больше так не делай! – я немного успокоилась и вернулась на свое место.

Покончив с поздним завтраком, я собралась и поехала домой. Сегодня вечером тренировка, нужно успеть подготовиться. Не хочу выглядеть, как огородное пугало, тем более, если там будет Никита.

Квартира встретила меня звенящей тишиной. Мама была на работе, и я выдохнула с облегчением. Если бы она увидела меня в таком состоянии, разразился бы настоящий скандал. Я никогда не позволяла себе приходить домой пьяной. Мама – последний человек, который должен почувствовать запах перегара.

Ох и тяжело же мне сегодня придется! Сама виновата, не надо было столько пить. С этими мыслями я направилась в душ. Горячая вода расслабила натруженное тело. Я зажмурилась и подставила лицо под упругие струи. Блаженство! Постояв под душем еще некоторое время, я выбралась из кабины, обернулась в мягкое полотенце и пошла в свою комнату.

Войдя в спальню, я тут же обратила внимание на свой телефон, одиноко лежащий на кровати. Брать его в руки не хотелось. Дима мог звонить, пока я была в душе, а меня эта мысль совершенно не радовала. Решив не отвлекаться, я первым делом принялась собираться на тренировку. Но не успела я включить фен, как раздался телефонный звонок. А ты умеешь выбрать подходящий момент! Сарказм так и сочился из меня.

Зная, кто звонит, я взяла трубку.

– Ась, привет! Это Дима, – радостно проговорил парень.

– Да, привет, Дим, – ответила я, закатив глаза.

Ну а что я могу поделать? Не нравится он мне, вот и все!

– Что делаешь сегодня вечером? – без лишних предисловий спросил парень.

– У меня тренировка вечером. Закончится поздно, – ответила я, даже не покривив душой.

– О, так ты не только красавица, но еще и спортсменка? Ты нравишься мне все больше и больше! – начал он заигрывать со мной.

– Спасибо, – сухо ответила я.

– Ну а когда ты свободна? Хотел пригласить тебя на прогулку.

– Это очень сложно. Я тренируюсь почти каждый день, поэтому свободного времени очень мало. Даже не знаю, что тебе сказать, – я начала нервничать.

– Тогда я буду звонить тебе каждый день. Может, однажды ты согласишься встретиться, – от его настойчивой интонации у меня невольно свело зубы. Кому-то это показалось бы сексуальным, а меня передёрнуло. Не хочу больше слушать эти подкаты.

– Дим, не надо звонить. В смысле, лучше пиши эсэмэски. Я не всегда ношу с собой телефон, поэтому могу пропустить твой звонок, – начала придумывать я, лишь бы поскорее отвязаться от него.

– Хорошо, я понял тебя. Тем более что твою страницу я уже нашел. Принимай нового подписчика! – радостно воскликнул Дима.

Я не разделяла его восторга. Похоже, я ему сильно понравилась, раз он ведёт себя, как сталкер. Мне было противно от самой себя. Я никогда раньше не разговаривала с парнями с таким отстранением и неприязнью. Он ведь искренне хочет пообщаться, узнать друг друга поближе, а я могу думать только о Макаре. Да что со мной не так? Видела этого парня всего один раз, а выбросить из головы не могу! Может, мы больше никогда и не увидимся. Не надо на нем зацикливаться, только себе хуже делаю. Хотя…

– А знаешь что, Дим? Давай сегодня вечером встретимся. Но только если Варя будет с нами. Можешь тоже кого-нибудь позвать.

Ну зачем я это сказала? Только что избегала общения с ним, а теперь использую его, чтобы снова увидеть Макара. Это ужасно. Я ужасна. Нельзя так поступать с людьми. Но моя совесть, похоже, крепко заснула и не собирается противиться зову сердца.

– Идея, конечно, неплохая, но я хотел побыть с тобой наедине, – настаивал Дима.

– Когда я освобожусь, будет уже поздно. А это – подстраховка. Может, ты маньяк какой-нибудь, – мне вдруг начал нравиться этот разговор.

– Я не маньяк, – засмеялся парень. – Ну ладно, если тебе так будет спокойнее, я кого-нибудь позову.

Мы договорились о времени и месте встречи, после чего я положила трубку и облегченно выдохнула. Теперь остаётся только надеяться, что Дима возьмёт с собой Макара, а не кого-нибудь другого. Если это все же будет он, значит, это точно судьба. Помечтав ещё немного, я вернулась к сборам.

На тренировку я приехала немного раньше, чтобы как следует размяться. Василий Михайлович был в отличном настроении и даже не заметил, что у меня жуткое похмелье. Или просто сделал вид, что не заметил. Он не только прекрасный тренер, но и великолепный человек. Он не запрещает нам развлекаться и пить алкоголь, но только в том случае, если после этого мы приходим на тренировки и отрабатываем все установки на сто процентов. Если работоспособность падает, он отправляет домой без лишних вопросов и ругани, но после этого лучше ему на глаза не попадаться. Василий Михайлович очень обижается на непослушание и может устроить такой кроссфит, что потом неделю сложно поднимать ноги. Поэтому, даже после самых бурных вечеринок, все мы тренируемся с максимальным энтузиазмом, чтобы не расстроить тренера.

Как я и думала, было очень тяжело. Лёгкие горели огнём, ноги быстро забивались и отказывались слушаться. Я старалась не показывать своей усталости, но к концу тренировки мне хотелось рухнуть на беговую дорожку и не двигаться больше никогда.

Зайдя в раздевалку, я первым делом выудила телефон из сумки. Три пропущенных от Вари и несколько непрочитанных сообщений от Димы. А он послушный, даже ни разу не позвонил.

Я набрала номер подруги, и после второго гудка она ответила.

– Ась, ты там долго ещё? Мы уже собрались, – спросила Варя.

– Я уже всё. Сейчас переоденусь и выхожу. Но я не уверена, что смогу долго гулять, ноги отваливаются, – простонала я.

С Варей мы созвонились ещё когда я ехала на тренировку. Я рассказала ей всю ситуацию, но про свои истинные мотивы умолчала. Если Макар не приедет, то и рассказывать не о чем. Варя удивилась моему внезапному желанию погулять с Димой, но помочь согласилась. Да, с моей стороны это звучало странно: сначала я утверждала, что он мне не понравился, а теперь вдруг горю желанием увидеться с парнем.

– Если не сможешь долго ходить, можно просто посидеть в парке, – с пониманием сказала Варя.

– Хорошо. Дайте мне семь минут, и я выйду.

Первым, кого я увидела, выйдя за ворота стадиона, был Дима. Он стоял один и терпеливо ждал меня. Я подошла к нему и с удивлением спросила:

– А где все остальные?

– Варя с Андрюхой пошли в парк, занимать лавочку. А Макар паркует машину, – моё сердце пропустило удар. Макар! Он приехал! Я снова его увижу!

– Эй, ты чего застыла? – Дима коснулся моего локтя, словно вывел из оцепенения. Я тут же отдернула руку.

– Ничего, просто задумалась. Пошли к остальным, – парень потянулся к моей сумке, но я перехватила её, перебросив через другое плечо. – Извини, это рефлекс. Она легкая, сама донесу.

Пока мы шли, сердце бешено колотилось в груди, готовое вырваться наружу. Нервы натянулись струной в предвкушении встречи с Макаром. Дима что-то говорил, но я не слышала ни слова, утонув в мечтах об этих изумрудных глазах. Вдруг, словно гром среди ясного неба, голос Вари:

– Ася, алло, прием. Что с тобой сегодня вообще? – подруга замахала рукой перед моим лицом.

Когда это мы успели дойти?

– Все нормально, просто голова немного болит, – отмахнулась я и невольно начала искать взглядом Макара.

Я огляделась, пытаясь окончательно вернуться в реальность. Мы стояли в самом красивом парке города – во всяком случае, для меня. Огромный спортивный комплекс раскинулся вокруг: площадки с тренажерами, теннисный корт, беговые дорожки, детские городки, поля для футбола, волейбола, баскетбола… Идеальное место для прогулок и активного отдыха. Наша компания облюбовала одну из многочисленных беседок.

Дима стоял рядом и смеялся над шуткой Андрея, которая, конечно же, прошла мимо моих ушей. Парень Вари примостился на скамейке, а она сама – у него на коленях. Макара нигде не было, и в сердце закралась тревога: а вдруг Дима меня обманул? Стоп, зачем ему это? Бред какой-то. Он же не знает, что я без памяти влюбилась в его друга, которого почти не знаю. Точно схожу с ума.

– О, Макар, привет! – воскликнула Варя, приветливо махая рукой.

Я медленно повернула голову в ту сторону, куда смотрела подруга, и мир замер. Макар. Боже, какой же он… На нем были обтягивающие светлые джинсы и черная футболка. Ничего особенного, но как же это сексуально! С трудом сдерживая нарастающий трепет, я подняла глаза на его лицо. И это была ошибка. Он смотрел прямо на меня. Занервничав, я отвела взгляд и пробормотала:

– Привет, Макар.

– Привет, Ася.

Я вскинула голову от удивления. Он помнит мое имя, хотя в клубе не обратил на меня ни малейшего внимания. Макар одарил меня широкой улыбкой и направился к беседке. Я, словно завороженная, последовала за ним и села рядом. Глупо, конечно, но с чего-то надо начинать.

Время летело незаметно. Компания подобралась очень веселая, мы много общались, смеялись и играли в пантомиму. Все это время Макар сидел с одной стороны от меня, а Дима – с другой. Мне отчаянно хотелось поговорить с Макаром, но Дима постоянно отвлекал: расспрашивал о моей жизни, пытался обнять, взять за руку и даже поцеловать. Все его попытки разбивались о стену моего безразличия. Я отмахивалась от него, как от назойливой мухи. В какой-то момент, устав отбиваться, я резко повернулась к нему и выпалила:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.