Анна Дуплина
Боги Танрилла

Глава 1

Эзра шла по коридорам, не оглядываясь. Она знала, что одна здесь. Только ее шаги эхом отражались от мраморных плит, которыми были выложены стены и пол дворца. Эзре нравился их цвет: бежевый мрамор с прожилками черного и золотого выглядел внушительно. Так, как и должен выглядеть дворец богов. А дворец, поистине, был величественным. Весь Танрилл был таким, но времена менялись, силы богов ослабевали, величество постепенно блекло. И задуманное Эзрой могло все усугубить…

– Что ты задумала, Эзра? – вкрадчивый знакомый шепот раздался над ее ухом, заставляя Эзру вздрогнуть от неожиданности. – Неужели, решила убежать из дома? Ты подумала, как сильно это огорчит нашего дражайшего папочку?

Эзра обреченно вздохнула и обернулась к одному из своих братьев. Мариф стоял со сложенными на груди руками и, прищурившись, смотрел на нее, с таким видом, будто поймал за чем-то ужасным. Эзра резко выдохнул. Встреча с Марифом не входила в ее планы, она рассчитывала, уйти из Танрилла никем не замеченной и была уверена, что, пока кралась по коридорам дворца, никто ее не видел, но Мариф всегда был слишком хитер.

– Не думаю, что отец огорчится, узнав куда я отправилась, Мариф, – произнесла Эзра с невозмутимым видом. – Но может это позволит мне дать им чуть больше времени?

Мимолетная гримаса брезгливости почти обезобразила красивое лицо ее брата. Голубые глаза оставались холодными, несмотря на легкую полуулыбку, которая блуждала на его губах, а светлые волосы, отросшие чуть больше привычного и из-за этого завивающиеся на концах, придавали, и без того хитрому выражению на лице Марифа, еще больше лукавства.

– Почему ты так привязана к людям? – он склонил голову к плечу и оттопырил нижнюю губу, так, будто это и правда его интересовало.

– Я богиня плодородия, если ты забыл. Считай, они мои дети.

На этот раз, Мариф даже не стал скрывать своего отношению к ее словам. Скривив губы, он смотрел на Эзру почти что с жалостью.

– Они больше не веруют в тебя. Ты забыта, лишена могущества, но все еще хочешь их спасти? Я думал, ты умнее, сестра.

– Хочу, – Эзра отзеркалила позу брата и скрестила руки на груди. – Они заслуживают еще один шанс.

– Мы давали им много шансов. Но каждый раз люди снова и снова их упускали.

Презрение в голосе Марифа было сложно не заметить. Эзра с вызовом смотрела в глаза брату, осознавая, что никто в Танрилле не понимал ее любви к людям. Почти вся семья была на стороне отца, и лишь она верила, что у человечества все же должен быть еще один шанс.

– Мы можем показать им свою силу, – Эзра продолжала убеждать Марифа. – Показать то, чего они лишились, перестав верить в нас. Ведь если мы обретем былое могущество, то и люди начнут жить лучше.

– Ты ошибаешься, – брат в ответ только усмехнулся. – Когда человечество падет, те кто выживут будут верить в нас гораздо сильнее и будут куда благодарнее. Так что могущество вернется к нам в разы быстрее.

– Я не надеялась, что ты поймешь меня, – со вздохом Эзра опустила руки. – А доказывать тебе свою точку зрения у меня нет ни времени, ни желания.

– Ты думаешь, я отпущу тебя туда? – обманчиво медленно, словно хищник перед прыжком, Мариф вплотную подошел к ней, но Эзра не пошевелилась, прямо смотря в глаза брата.

– Пожалуешься отцу? Остановить меня у тебя не хватит сил, так что все что ты можешь – побежать прямиком к папочке.

Тон Эзры сочился презрением. Она знала, что ее намек выведет Марифа из себя, и именно этого и добивалась. Ей надо было выиграть время, чтобы уйти.

– Так вот, как ты думаешь о брате, Эзра? – холодно поинтересовался Мариф, отступая на шаг назад. – Твой побег расстроит отца, а затем вызовет у него приступ гнева, и я не желаю оказаться тем на кого его гнев падет. Так что я не стану выдавать тебя и даже какое-то время смогу скрывать твой побег. Но не думаю, что у тебя будем много времени.

Стараясь не выдать своего облегчения, Эзра снисходительно улыбнулась.

– Я надеюсь много мне и не понадобится, – она внимательно посмотрела на брата, а затем нехотя добавила. – Спасибо, Мариф.

– Нет, Эзра, – довольно усмехнулся брат. – Не “спасибо”. Ты просто будешь мне должна.

Чего-то в таком роде Эзра и боялась. Мариф не стал бы упускать шанс развернуть всю ситуацию с выгодой для себя. Если честно, ожидать другого от него было глупо, а вот быть перед ним в долгу еще и довольно опасно. Только других вариантов у Эзры не было.

– Ладно, – через пару секунд раздумий, Эзра кивнула. – Я буду перед тобой в долгу, Мариф, – произнесла она по всем правилам.

Сероватое облачко взметнулось в воздух и с тихим шипением лопнуло. Теперь Эзра была в долгу перед братом, и он в любой момент мог потребовать вернуть его. Чего бы брат не захотел, ей придется исполнить свою клятву.

– Счастливого пути, сестренка, – кивнул Мариф, проводив взглядом облако, которое являлось подтверждением ее обещания.

– Ну да, – недоверчиво усмехнувшись, Эзра отвернулась и шагнула в Йол.

Вокруг резко стало сыро и темно. Температура упала на пару градусов, заставляя ее зябко ежиться. Эзра знала, что дорога, ведущая к Дорусу могла быть опасной. Слишком долго боги не спускались к людям, слишком давно закрылись в своем дворце. Танрилла рушился, и дорога, соединяющая его части между собой, становилась не нужна. Люди не верили в богов, лишая их силы, и боги отказывались от своих обязанностей. Так, брошенные на произвол судьбы души мертвых бродили по Йолу, создавая дополнительный барьер между Танриллом и миром людей.

Эзра осмотрелась и, убедившись в том, что пока одна на тропе, проверила на месте ли нож, который ей утром удалось утащила из запасов Саваса.

– Надо сказать Олуму, чтобы прибрался здесь, – неожиданно раздался голос позади нее.

Эзра вздрогнула и, резко развернувшись, выставила нож перед собой. Она потеряла сноровку. Сначала ее поймал Мариф, теперь она не услышала, как к ней подкралась Аска.

– Как ты тут оказалась? – раздраженно спросила Эзра у младшей сестры.

Аска стояла прямо перед ней, абсолютно спокойно рассматривая нож, зажатый в руке Эзры. Казалось, она не видит ничего необычного в этой ситуации. Вот только никто из богов уже пару сотен лет не ступал на тропу Йола, а сам путь теперь представлял опасность. И Эзра не хотела подвергать ей свою сестру.

– Мне стало любопытно, – пожала плечами Аска, чем только вызвала приступ раздражения у Эзры. – Если ты отправилась в мир людей, почему нельзя мне?

– Потому что это опасно, – произнесла Эзра довольно очевидную вещь. Пусть Аска и не понимала этого сама. Или делала вид, что не понимает. – Мариф видел тебя?

– Нет. В отличии от тебя я умею быть незаметной.

Не услышать упрек в тоне Аски было невозможно. С трудом подавив вздох, Эзра, насколько могла строго посмотрела на младшую сестру.

– Тебе не место в их мире, особенно, если вспомнить, что отец планирует с ним сделать.

– То есть ты предлагаешь мне остаться в Танрилле и смотреть, как он вместе с остальными будут уничтожать мир людей?

– Нет, Аска! Я предлагаю тебе дать мне сделать все самой.

– Эзра, ты не справишься, – снисходительный тон Аски раздражал. Она всегда считала, что знает все лучше других. Младшая дочь верховного бога – этого, по ее мнениею, было достаточно, чтобы все сходило ей с рук.

– Ну да. Спасибо, сестренка. Я рада слышать, что ты веришь в меня, – фыркнув, Эзра, наконец, опустила нож и развернулась к серой мгле, что висела над Йолом.

– Ты не справишься без меня, – не обращая внимание на сарказм в голосе сестры, продолжила Аска. – Никто не сможет справиться без любви.

Эзра закатила глаза. Что еще могла сказать ей богиня любви? Эзра слышала все это вот уже пару тысяч лет.

Каждый из богов был высокомерен. Каждый из них считал, что без него миру давно бы пришел конец. Вот только никто из них не подумал, что, когда погибла Хаят, с человечеством ничего не случилось. А ведь именно она была богиней жизни. Но никто, кроме Эзры, не задумался, так ли на самом деле велико могущество богов?

– Нет, Аска… – начал было она, но оборвала себя на полуслове и прислушалась.

Где-то недалеко раздался шорох, а следом за ним скрежет и тихий вой. Эзра чертыхнулась и снова подняла нож, выставляя его перед собой. Они не успели.

– Рухары, – испуганно прошептала Аска за ее спиной.

Резко обернувшись, Эзра прижала указательный палец к губам, призывая ее замолчать. Ей хотелось встряхнуть взбалмошную сестру, но на это у них совершенно не было времени. Олуму и правда давно стоило навести здесь порядок, чтобы его мертвые не бродили по Йолу, грозя стать куда большей проблемой, нежели угасающее могущество богов.

Пока люди верили в богов, умирая, они попадали в Парас, где заканчивали свой земной путь и начинали новую жизнь в Танрилле. Каждый получал там то, что заслужил. Для кого-то Парас становился наградой, для кого-то вечным наказанием. Но, когда могущество богов стало таять, Олум отказался от своих обязанностей и за порядком некому стало следить. Бог смерти покинул Парас и находящиеся там души, а они начали гнить, отравляя все вокруг себя. Парас превратился из вечнозеленых садов в руины, обезображенные разложением. А потом рухары вырвались за его пределы и только надежная стена, отделяющая дворец от всей остальной части Танрилла, не позволяли им добраться до богов. Теперь Йол не был безопасен.

Мысленно проклиная Олума, Эзра вглядывалась в серую мглу, стараясь хоть что-то рассмотреть, пока глаза не защипало.

– Разворачивайся, – едва слышно произнесла она, бросая через плечо сердитый взгляд на Аску. – Немедленно возвращайся домой.

– Поздно, – отозвалась сестра.

Эзра снова посмотрела прямо перед собой, как раз вовремя, чтобы заметить их. рухаров было всего двое, но и этого было много. Гнилая кожа свисала с них лохмотьями, периодически отваливалась и оседала на полу дымящимся лужицами. Эзра подавила приступ тошноты и еще крепче сжала нож. Это были всего лишь души, но ничего более осязаемого сейчас на Йоле не было.

– Что это? – прошептала Аска, брезгливо поморщившись.

– Гниль, – Эзра смотрела прямо на рухаров не в силах отвести от них взгляд. – Она, как кислота, если касается живого, то моментальное разъедает его и заражает.

– Ты хочешь сказать, что я тоже так буду гнить, если это коснется меня?

Эзра отметила, что голос сестры звучал скорее возмущено, чем испуганно, и это не могло ее не радовать. С виду Аска была похожа на нимфу – золотистые кудряшки обрамляли ее лицо воздушным облаком, а глаза глубокого синего цвета всегда были широко распахнуты. Богиня любви выглядела ровно так, как веками представляли ее люди. Но внутри этой взбалмошный и порой капризной особы пылал внутренний огонь силы и смелости.

Эзра обернулось к сестре и с легкой усмешкой на губах приподняла бровь.

– Что? – скривилась Аска. – Ты хочешь, чтобы я с ними дралась?

– Нет, просто найди дверь.

Шорох раздался гораздо ближе, и на лице Аски появилось отвращение. Не медля, Эзра развернусь и ткнула ножом практически наугад. С отвратительным чавкающим звуком нож по самую рукоять вошел в гнилую плоть рухара, но тот и не думал останавливаться.

– А ты знаешь, как их убить? – не очень своевременно решила поинтересоваться у нее Аска.

– Нет, – Эзра выдернула из груди гниющего мертвеца нож, с которого на пол закапало что-то омерзительное.

– Молодец, Эзра, – голос сестры был полон сарказма. – Надо было поинтересоваться у Олума, как убить его неприкаянных мертвяков.

Отступая назад и никак не реагируя на сарказм Аски, Эзра вытерла нож о штанину и осмотрелась. Единственное преимущество, которое было у них перед рухарами – скорость. Души были озлоблены и жестоки, но двигались слишком медленно, и это могло стать их шансом на спасение.

– Давай туда, – Эзра кивнула головой вправо. – Ищи дверь и постарайся не прикасаться к рухарам.

– Ни за что, – с явным отвращением в голосе пробормотала сестра.

В тишине Йола раздался скрип ее кожаных ботинок по полу и Аска скрылась во мгле. Эзра перехватила нож и вытерла вспотевшую ладонь о штаны. Ей надо было дать Аске больше времени для того, чтобы сестра нашла дверь, а значит оба рухара становились только проблемой Эзры.

Она задалась вопросом о том, кем они могли быть при жизни и какое будущее ждало их в Парасе? Может они не заслуживали этого? Что если их души должны были обрести покой?

Один из мертвецов медленно повернулся в ту сторону куда побежала Аска, словно раздумывая отправиться ему за ней, и это заставило Эзру выкинуть все мысли из головы. Сейчас все это было не важно. Но у нее был шанс что-то изменить.

Она сжала руки в кулаки, в попытке остановить рухаров тем, чем отлично могла пользоваться – божественной силой. Из груди того, что стоял ближе к Эзре начали пробиваться ростки, которые на ее глазах моментально чернели и осыпались пеплом на пол. Жизнь не могла противостоять их разложению. Эзра хотела попробовать что-то покрупнее побегов, но рухар неожиданно дернулся в ее сторону, заставляя отступать.

Не мешкая, она побежала в противоположную от сестры сторону, издавая, как можно больше шума, а затем обернулась. Маневр удался. Второй рухар покачнулся и двинулся следом за ней.

– Тут ничего нет, – взволнованный голос сестры донесся до Эзры. – Как она должна выглядеть?

– Как дверь? – неуверенно отозвалась Эзра. – Если честно, я не знаю. Мы почти тысячу лет не выходили за пределы Танрилла. Боюсь, что даже отец не в силах вспомнить, как выглядит дверь.

– Боги, Эзра! Как ты собиралась ее искать?

Будь у них чуть больше времени Эзра бы отправила Аску обратно. Она не звала ее с собой и, тем более, не собиралась выслушивать нравоучения и упреки. Пробормотав себе под нос, парочку ругательств, Эзра попыталась осмотреться, изо всех сил вглядываясь в окружающее ее пространство Йола. Боги были ленивы. Они не стал бы преодолевать этот путь, будь он слишко длинным. Дорус должен был быть где-то здесь.

Вокруг Эзры была все та же серая, словно густая, темнота. Вечный сумрак, в котором сложно было разобрать что-то дальше собственной вытянутой руки. Гниль рухаров отравила это место. Йол больше не был дорогой жизни, связывающей два мира. Скорее, он был последним рубежом между Танриллом и миром людей. И когда Йол окончательно превратится в руины, путь будет навсегда утерян. Так же, как однажды из-за своего высокомерия боги навсегда потеряли Сады Перерождений.

– Ох, Олум, что же ты натворил… – тихо произнесла Эзра, вглядываясь в серую пелену вокруг.

Неожиданно рухары дернулись. С их голов на пол полетели очередные лоскуты кожи, тут же превращаясь в едкий дымящийся яд. Что-то изменилось. Эзра остановилась и прислушалась. Из темной глубины Йола снова раздался шорох, а это могло значить только одно…

– Аска, скорее! Надо скорее найти дверь! – Эзра закричала, не обращая внимания на рухаров. Время истекало, им надо было торопиться. – Их становится все больше. Ты слышишь меня? Аска?

Эти несколько минут без ответа показались Эзре в разы дольше чем те тысячи лет, которые она прожила. Нервы натянулись.

– Я нашла! – наконец, закричала Аска. – Дверь, Эзра! Я нашла эту дверь!

Облегчение волной прокатилось по телу Эзры. Она дернулась в ту сторону, откуда доносился голос сестры, по пути протыкая ножом все того же рухара, что и в первый раз, но на этот раз он пошатнулся, и гниль попала ей на пальцы, моментально разъедая кожу.

– Боги! – Эзра почти закричала от боли, разжимая ладонь.

Нож с тихим звоном упал на пол, и тут же оказался под разлагающейся ногой рухара.

– Эзра? Все хорошо? – взволнованный голос Аски раздался где-то неподалеку, и Эзра вздрогнула.

– Да, – она сжала челюсти. – Не подходи. Я иду.

С тоской посмотрев на единственное оружие, которое у них было, Эзра вздохнула и бегом ринулась в сторону двери изо всех сил тряся пальцами, чтобы унять жгучую боль. Пальцы горели, а вверх по руке медленно расползалось онемение.

Заметив сестру, Эзра остановилась. Аска стояла рядом с чем-то больше похожим на решетку темницы, чем на дверь в привычном ее понимание. Вот только за ней ничего не было видно. Что если она больше никуда не вела?

– Это она? – недоверчиво спросила Аска, заметив подошедшую к ней сестру.

– Да, это Дорус.

Эзра внимательно рассматривала дверь, поймав себя на мысле, что совершенно не помнит, как ее открыть. Боги. Прошло целое тысячелетие с того момента, как она выходила за пределы Танрилла.

– Как ее открыть? – словно вторя ее мыслям, спросила Аска

– Я… Не помню, – Вздохнув, Эзра обернулась к Аске, и испуганно вскрикнула.

Позади сестры стоял рухар. Его гниющие пальцы уже почти касались ее светлых волос, и Эзре показалось, что она видит, как эта мерзость перекидывается на них, оставляя от ее сестры только гниющую оболочку. Времени раздумывать не было. Схватив Аску за руку, Эзра дернула сестру на себя, в тот момент, когда пальцы рухара почти сомкнулись на ее волосах. Пошатнувшись, рухар неуклюже повалился вперед и вцепился Эзре в плечо, прожигая плоть до самых костей. Боль была адская, настолько, что Эзра не сдержалась и закричала, чувствую, как кожа вокруг раны, оставленной пальцами рухара, отмирает. Аска что-то пробормотав, с силой потянула Эзру на себя, вынуждая ее почти упасть назад, увлекая за собой рухара.

– Да отцепись ты! – с несвойственной сестре яростью закричала Аска и впечатала подошву ботинка в грудь разлагающейся души.

Его пальцы разжались, но боль в плече Эзры только усилилась. Окончательно лишившись равновесия, она сделала пару неловких шагов и упала на пол, который почему-то больше не был каменным… Деревянные доски под ладонями Эзры неприятно липли к рукам и отдавали каким-то странноватым душком.

– Фу, – с отвращением произнесла Аска, падая рядом с сестрой. – Ну и дрянь эти рухары. Когда вернемся, я заставлю Олума навести там порядок. В конце концов, они исключительно его проблема.

Эзра приподняла голову и попыталась понять где они оказались. Плечо горело. Ощущение омертвения, расползающееся по ее коже было отвратительным.

– Сожалею, но мы еще закрыты, – откуда-то из глубины помещения раздался низкий хрипловатый голос.

Эзра присмотрелась. В полумраке с трудом угадывалась фигура человека. Пройдясь по ней взглядом Эзра попыталась сконцентрироваться на том, что их окружало: несколько деревянных столов и стульев вокруг, небольшая сцена справа и что-то высокое с другой стороны. Как раз оттуда в их сторону шел человек.

– Эзра, вставай, – потянула ее за руку Аска. – Нам надо уходить.

– Мы открываемся в восемь, а сейчас только шесть, так что приходите через пару часов, – хриплый голос становился громче, по мере приближения его владельца.

– Эзра, – снова потянула ее Аска, поторапливая.

На этот раз Эзре не удалось сдержать стон полный боли. Казалось, что в плече вспыхивают молнии, окончательно выжигая кожу и плоть. Она гнила заживо, и это чувство было ужасным.

– Эй, с вами все в порядке? – мужчина подошел и склонился надо Эзрой.

Она, наконец, смогла сфокусировать зрение и разглядеть человека, стоящего перед ней. Это определенно был мужчина. Темно-русые волосы были уложены так, что спереди стояли торчком. Квадратную челюсть покрывала легкая щетина, а на подбородке едва угадывалась ямочка. Отстранено Эзра подумала, что мужчина красив и принялась разглядывать его дальше. Черная футболка красноречиво обтягивала мускулистое тело мужчины. Через его плечо было перекинуто полотенце, а в руках он держал большой поварской нож. Заметив его, Эзра напряглась и попыталась встать.

– Ты ранена? – взволновано зашептала Аска.

– Вы в порядке? – повторил свой вопрос мужчина.

Эзра кивнула сразу обоим. Или ей показалось, что она кивнула. Плечо и рука постепенно начинали неметь, а боль туманила разум.

– Аска. Уходим.

Слова давались ей с трудом. Несмотря на это, Аска ее услышала и, подхватив сестру под руку, помогла Эзре подняться на ноги.

– Вы что пьяны? – никак не хотел отвязаться от них мужчина. – Может вам помочь?

– Нет, спасибо, – твердо произнесла Аска. – Все хорошо. Простите, что так неожиданно ввалились в ваш… э-э-э… В общем, мы уходим.

Эзра моргнула. Но когда открыла глаза поняла, что снова лежит на липком деревянном полу.

– Почему он липкий? – пересохшими губами спросила Эзра.

– Вы ранены, – с каким-то неудовольствием произнес мужчина. Он наклонился над ней, не обращая внимания на протесты ее сестры. – Чем это вас так?

Мотнув головой, Эзра перевела умоляющий взгляд на Аску.

– Вам надо в больницу, – не терпящим возражений тоном, произнес мужчина. – Сейчас я подгоню машину и отвезу вас.

– Не надо, – вкрадчиво произнесла Аска. – Просто помогите мне вытащить ее наружу.

– И дать ей умереть на пороге моего бара? Ну уж нет. – усмехнулся мужчина. – Я отвезу вас в больницу, и пусть они с вами разбираются.

Он выпрямился, сдернул полотенце с плеча, небрежно бросил на ближайший стол и, обогнув лежавшую на полу Эзру, вышел за дверь.

– Эзра! – бросилась к ней сестра. – Это рухар тебя так? Боги! Ты можешь встать? Нам надо вернуться в Тáнрилл. Может отец сможет помочь?

Эзра открыла рот, чтобы ответить, но из груди вырвался только свистящий хрип. Левая рука окончательно онемела, а глаза стали закрываться. Горько усмехнувшись, Эзра подумала о том, что ее путешествие довольно быстро закончилось.

– Ты знаешь, как вернуться домой? – потрясла ее Аска за плечо, и только тогда Эзра поняла, что снова отключилась.

Чьи-то руки оторвали ее от пола, и в нос ударил запах дерева и кожи.

– Не отключайтесь, – тон мужчины был слишком серьезным. – До больницы всего тридцать две миль, так что постараемся доехать минут за двадцать.

Не понимая, о чем он говорит, Эзра обмякла в руках незнакомца. От него исходило тепло, которое хоть немного ослабляло боль в руке. Чувство онемения уже распространилось на бок и бедро, а сознании все время уплывало от Эзры.

– Откройте глаза, – настойчиво потребовал мужчина. – Ну же.

– Да что вы к ней прицепились? Не видите, как ей плохо? – голос Аски дрожал.

Боги, почему Эзра не оставила ее в Танрилле?

– Именно поэтому она и должна открыть глаза. Как ее зовут?

– Эзра.

– Эзра? – удивленно переспросил он. – Это же мужское имя.

– Как видите, нет, – огрызнулась Аска.

– Что ж… Эзра, – его низкий голос просочился в ее угасающий разум. – Вам надо открыть глаза, иначе, я не довезу вас до больницы, и вы умрете у меня в машине.

– Это не похоже на поддержу.

– А я и не собирался ее поддерживать.

Их перепалка с Аской утомляла. Эзра хотела, чтобы ее оставили в покое. Голоса мешали сосредоточиться на манящей пустоте. Ей было просто необходимо провалиться в нее, чтобы это противное чувство онемения перестало ее раздражать, но мужчина все говорил, и говорил, и говорил. Пока через силу Эзра не распахнула глаза и не поймала его взгляд.

– Отлично, – он криво улыбнулся, и она заметила веснушки на его лице. Хотя, это вполне могли быть черные точки у нее перед глазами. – А теперь постарайся не засыпать, ладно? – его широкие брови вопросительно взлетели вверх, а глаза цвета зеленого ореха было полны раздражения.

Внезапно Эзра улыбнулась. Или подумала, что улыбнулась, запоздало сообразив, что все это может быть проделками Аски, ради того, чтобы этот мужчина им помог.

Веки снова потяжелели, и на этот раз даже хриплый голос этого хмурого незнакомца не смог вытащить ее из спасительной пустоты.

Эзра услышала стук собственного сердца, который заглушил все остальные звуки, сделала судорожный вдох, но выхода за ним не последовало.

– Эзра, – услышала она где-то очень далеко взволнованный голос сестры, а затем умерла.

Глава 2

– Эзренария! – громоподобный голос отца ворвался в ее голову, заставляя поморщиться.

Эзра открыла глаза и уставилась на жемчужный потолок своей спальни. Боги, почему же так гудит голова? В плече отголоском пульсировала боль, но рука двигалась и это не причиняло ей никакого дискомфорта, хотя она отчетливо понимала, что почему-то должно…

– Эзра, я думаю тебе следует встать, чтобы не встречать отца в таком виде.

Нехотя повернув голову набок, она обнаружила Марифа сидящим на ее постели, а затем приподнялась на локтях и осмотрела себя. Одежды на ней совершенно не было, а всю кожу покрывало что-то отдаленно похожее на серые хлопья пепла от сгоревшей бумаги. Что за?..

– Давно ты тут сидишь? – приподняв бровь, спросила Эзра у брата.

– Достаточно для того, чтобы понять, что ты успела поближе познакомиться с рухарами.

Эзра широко распахнула глаза и застыла. Рухары! Вот почему у нее должно болеть плечо…

– Где Аска? – резко поднявшись с кровати, она нависла над Марифом.

– Думаю, что отец идет выяснять у тебя именно это.

– Боги, – Эзра принялась ходить по комнате совершенно забыв, что все еще абсолютно голая. – Она, по всей видимости, осталась там. Но почему тогда я здесь? – внезапно остановившись, она посмотрела на брата. – Мариф, я умерла там. Как такое возможно?

– Эзра, ради нашего отца, оденься, – прищурился Мариф, хотя судя по выражению на лице брата, ее нагота его совершенно не смущала.

Приподняв брови, Эзра перекинула волосы через плечо, отчего на пол посыпались серые хлопья, которыми она была покрыта с ног до головы.

– Что это? – потрясла она головой, чтобы смахнуть с себя как можно больше пепла.

– Следы твоего разложения, – брезгливо смахнул со своего плеча Мариф хлопья, попавшие туда. – Но на ванны у нас нет времени.

Брат быстро поднялся, сорвал с постели простынь, и одним ловким движением обернул вокруг Эзры, наподобие греческой тоги. В этот же момент в комнату величественно вошел отец, и воздух вокруг них начал потрескивать, что ясно давало понять – отец очень сильно зол.

– Прочь, – кивнул он Марифу.

Брат без лишних возражений почтительно склонил голову и вышел в коридор, оставляя Эзру наедине с разгневанным богом. Ей это не нравилось, но перечить отцу было опрометчиво, так что Мариф поступил правильно, иначе гнев Аргота и правда мог пасть и на ее брата.

– Эзренария, я требую объяснений.

Голос отца грохотал снаружи и внутри черепной коробки. Эзра поморщилась. Казалось, что каждая живая душа слышит его в Танрилле.

Аргот был жесток и беспощаден, а чем быстрее таяла его мощь, тем свирепее он становился, и Эзра могла надеяться только на то, что сила любви ее отца сильнее, чем его гнев. Иначе ей не поздоровится.

– Отец, – опустив подбородок, она всем своим видом выражала почтение. – Я хотела убедиться, в том, что люди больше не достойны вашей милости.

– Убедилась? – прогрохотал Аргот.

Эзра выдохнула. Она знала на что идет, понимала, что если Аргот ее поймает, то ей придется заплатить за свой поступок, но отступать все равно не собиралась.

– Нет, – она подняла голову и прямо посмотрела отцу в глаза, в надежде, что он не испепелит ее на месте. – Я убедилась в обратном.

– Сколько ты там пробыла? – снисходительно спросил ее Аргот. – Пять минут, шесть?

– Это не важно, – Эзра упрямо поджала губы и покачала головой. – Они досто…

– Эзренария, – гневно перебил ее Аргот. – Ты пошла против моей воли и за это будешь наказана.

Эзра гордо вскинула подбородок. Она примет его решение, несмотря на то, что отец мог придумать, что угодно, и тогда даже сотни лет заточения в Гадаре могли показаться ей легким наказанием.

Аргот задумчиво потер подбородок и прищурился, пристально глядя на Эзру. Ей казалось, что его взгляд прожигает не хуже чем прикосновения рухаров. Плечо заныло от фантомной боли, но Эзра продолжала стоять с абсолютно ровной спиной, в ожидании решения отца.

– Из-за твоей глупости и своеволия, Аска осталась внизу. Так что ты снова спустишься в мир людей и найдешь свою сестру, – спустя пару секунд раздумий произнес он. – Я даю тебе два дня. По истечению этого срока, ты одна или с Аской вернешься в Танрилл и сама обрушишь смерть на человечество.

Эзра с силой стиснула ладони, но лишь молча кивнула. Перечить сейчас Арготу было бы чистым самоубийством. Она найдет выход. Два дня не так уж и мало.

Отец, и не нуждаясь в ее ответе, развернулся и величественно вышел из спальни, оставляя Эзру закипать от бессильной злобы.

– Легко отделалась, – словно из ниоткуда в ее спальне снова возник Мариф.

– Легко? – гневно посмотрела она на брата. – Во-первых, я не представляю где может быть Аска. А во-вторых, ты что его не дослушал? Я должна буду уничтожить их мир.

– Он мог уничтожить тебя, – равнодушно пожал плечами Мариф.

Эзра опустилась на кровать, обхватив себя за плечи. На белые простыни тут же посыпались серые хлопья пепла. Брезгливо поморщившись, она тряхнула головой и прикрыла глаза. Ей нужен был план. Что-то, что могло бы убедить Аргота не совершать задуманное. Эзра понимала, что сама просто не сможет свершить кару отца, но в противном случае он ее просто уничтожит вместе с ее обожаемым человечеством.

– Мне кажется, тебе надо поторопиться, – задумчиво произнес Мариф. – Вряд ли Аргот вычтет время пока ты предавалась унынию из общего отмеренного тебе.

Эзра вскинула голову и зло прищурилась. Мариф никогда открыто не поддерживал Аргота, но точно так же никогда не выражал своего несогласия с отцом. Так что его помощь удивляла Эзру. Она пыталась разглядеть ответ на его лице, но Мариф выглядел расслабленным и слишком незаинтересованным.

Как бы там ни было, в одном брат был прав – ей надо было возвращаться, как можно скорее.

– Если я пройду через Дорус попаду туда же куда и в прошлый раз?

– Представь себе это место, когда будешь проходить через дверь. Это должно сработать.

– А если нет?

– Тогда ты попадешь куда-то не туда, – усмехнулся Мариф.

– Отлично, я поняла, – вздохнув, Эзра встала с кровати и подошла к шкафу. – Надеюсь в этот раз обойдется без встречи с рухарами. Не очень хочется умирать через пять минут после того, как я попаду в мир людей.

– Не думаю, что твое воскрешение повторится, – задумчиво покачал головой Мариф.

– Почему? – она заинтересованно обернулась к брату.

– Танрилл гибнет, а мы вместе с ним. И твоя способность, как богини плодородия противостоять мертвому тоже слабеет. Может, конечно, еще пару раз ты сможешь переродиться после встречи с рухарами, но на твоем месте, я бы рисковать не стал. В какой-то момент ты просто умрешь.

Задумчиво посмотрев на брат, Эзра собрала волосы в узел и вытащила чистую одежду из шкафа.

– Силы тают, – обернулась она через плечо к брату. – Что будет когда Танрилла разрушится? Отец никогда об этом не говорил.

Мариф пожал плечами, разглядывая ногти на своих тонких и длинных пальцах. Эзра подумала о том, как порой бывает обманчива внешность. Мариф выглядел так, как могла бы выглядеть Аска, родись она мужчиной, вот только брат не был богом красоты или любви. Он был богом обмана и коварства. И его внешность являлась тому главным доказательством.

– Я думаю, что мы просто перестанем быть богами и спустимся к людям. А это именно то, чего Аргот боится больше всего. Стать равным человеку.

– В целом, эта перспектива лучше, чем уничтожение целого мира.

– Не для Аргота, – отрезал Мариф. – Люди смертны, не забывай, сестра.

– Может, поможешь мне? – спросила Эзра, сама не понимая о чем именно просит. Найти Аску? Спасти людей?

– Нет, – усмехнулся Мариф. – Меня отец вряд ли накажет настолько незначительно, как тебя, Эзра. А провести тысячи лет закованным где-нибудь в цепях, я не хочу. В этом мире слишком много прекрасного, и будет еще больше, когда люди снова начнут нам поклоняться.

Что и требовалось доказать. Мариф не хотел становиться человеком, вот только, насколько Эзра могла понять, методы их отца его тоже не устраивали.

– Попробую этого не допустить, – усмехнулась она, оборачиваясь к брату.

– Тогда удачи тебе желать не буду, – Мариф прищурился и вышел из спальни.

Задумчиво глядя брату вслед, Эзра покачала головой. Понять Марифа никому не было под силу. По слухам только его мать могла найти с ним общий язык, но после того, как Аргот убил Хаят за неверность, Мариф изменился. А Эзра знала брата уже только таким – хитрым и себе на уме. Думать, что Мариф не искал своей выгоды во всем происходящем было бы слишком наивно, но Эзра надеялась, что его помощь все же вызвана желанием защитить людей. Даже если он никогда не признался бы в этом.

В одном Мариф был прав – отец не даст ей ни одной лишней минуты. Время поджимало. Практически бегом Эзра ворвалась в купальню. Мраморная ванна, выдолбленная в полу была доверху заполнена водой. Не обращая внимания на ее температуру, она вошла в воду и постаралась, как можно быстрее избавиться от пепла, облепившего ее тело. Он был буквально везде. На волосах, между пальцами рук, даже в ушах. Падая на воду и оседая мутной, грязной пеной, пепел напоминал о том, как близко Эзра оказалось к смерти. Настоящей смерти. Две тысячи лет никто из них не думал об этом, и только, когда Танрилл стал разрушаться, боги задумались о том, где окажутся, когда для них все кончится. Но, судя по всему, Аргот это и так знал. Но такой такой вариант развития событий его не устраивал. Отцу было проще уничтожить целый мир, чем пасть самому.

Хоть немного смыв с себя пепел, Эзра вышла из ванной и, шлепая по мрамору босыми ступнями, вернулась в комнату. Легкий отголосок боли все еще пульсировал в плече. Эзра подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на свое отражение. В том месте, где пальцы рухара прожгли ее тело остались красные пятна, как вечное напоминание – боги не всемогущи. По крайней мере, сейчас.

Эзра тоже не хотела умирать, и чего скрывать, становится смертной, но она верила, что можно найти иной путь. В мире людей было слишком много прекрасного, чтобы разрушить его в один момент из-за собственного тщеславия.

Вздохнув, Эзра натянула черные штаны, такой же черный джемпер и собрала волосы в высокий хвост. Ей давно было пора. Окинув взглядом коридор в обе стороны от своей комнаты, она бегом направилась к Йолу.

Сердце забилось быстрее, стоило Эзре ступить на тропу. Казалось, что шорох доносится со всех сторон, но, взяв себя в руки и сделав пару глубоких вдохов, она поняла, что это не что иное, как ее собственное рваное дыхание. Не задерживаясь, Эзра направилась в ту сторону, где Аска нашла Дорус в прошлый раз, но в том месте, где она рассчитывала его обнаружить, больше ничего не было.

– Да чтоб тебя, – пробормотала она, озираясь по сторонам.

Время, отмеренное ей отцом, неумолимо таяло, а Эзра снова вынуждена была искать дверь. Сжав руки в кулаки, она сделала шаг в противоположную сторону.

– Ты думала он так просто тебя отпустит? – вокруг нее зашелестел низкий голос, словно крылья сотни летучих мышей. – Аргот не упустит шанса проучить тебя, Эзренария.

– А ты наконец решил выполнить свою работу? – она медленно обернулась к Олуму и выразительно изогнула бровь.

Бог смерти стоял в паре футов от нее с абсолютно непроницаемым лицом. Его черные волосы завивались на концах и обрамляли квадратное лицо. Всегда нахмуренные брови придавали и без того суровому лицу, слишком грозное выражение.

– Мариф, – сухо ответил он, и Эзра усмехнулась.

– Как ты успел попасть к нему в должники?

– Это тебя не касается, Эзренария. Но Мариф потребовал, чтобы я проводил тебя.

Олум развернулся и зашагал прочь, даже не подумав убедиться в том, что Эзра идет за ним. Младший брат Аргота был молчалив, холоден и смертельно опасен.

– Он не мог потребовать, чтобы ты занялся душами? – быстро догнав его, спросила Эзра.

– У Марифа свои мотивы.

– И как долго ты был ему должен?

– Примерно восемьсот лет.

Эзра удивленно уставилась в широкую спину Олума. Мариф выжидал восемьсот лет, чтобы потребовать долг? Это было так непохоже на ее брата, что она даже не сразу поверила Олуму. Но бог смерти был слишком серьезен для того, чтобы хотя бы раз в жизни пошутить. Поэтому ей просто пришлось напомнить себе – Мариф не так прост, как хочет казаться. И свой интерес во всем этом у него точно есть.

– Пришли, – Олум резко остановился, и, выглянув, из-за его плеча Эзра заметила дверь.

В этот раз она выглядела иначе. Что-то среднее между мутным изумрудом и заболоченным прудом посреди Йола.

– Это другая дверь? – удивленно спросила она.

Эзра с трудом помнила, как дверь выглядела раньше, менялась ли она или всегда оставалась одинаковая? Боги были заняты собой, своими утехами, проблемами и междоусобицами. Последний раз Дорусом пользовались, когда Аргот решил изгнать собственную сестру, но тогда никто не видел дверь. Отец предпочел сделать все сам.

– Дверь всегда одна, – не очень понятно ответил Олум на ее вопрос. – Тебе пора. Ты знаешь куда хочешь попасть?

– Да, – Эзра уверенно кивнула, представив ужасно липкий пол и все остальное, что успела запомнить из окружающей ее обстановки.

– Тогда ты попадешь куда надо.

Эзра хотела подойти к двери, но остановилась, заметив пристальный взгляд Олума. Бог смерти внимательно посмотрел на нее, а затем наклонился так близко, что Эзра смогла разглядеть, едва различимую серебристую полоску между его черным зрачком и такой же абсолютно черной радужкой.

– Ты глупа, Эзренария, раз считаешь, что можешь противостоять моему брату без каких-либо последствий. Может ты и не разделяешь его методы, но должна понимать – погибнут или люди, или мы. Подумай, готова ли ты пожертвовать собой в этой войне?

Не дожидаясь ее ответа, Олум резко развернулся и, кажется, растворился в серой пелена Йола.

– Спасибо, дядя, – хмыкнула Эзра, едва слышно. – Очень мотивирующая речь.

Шорох, подбирающих к ней со всех сторон рухаров, заставил Эзру поторопиться. Без лишних раздумий она подошла к Дорусу, а затем шагнула сквозь него.

Эзра снова оказалась на полу, а он снова был липким. Поднявшись на ноги, она брезгливо вытерла ладони о штаны.

– Такое ощущение, что этот пол не мыли целое тысячелетие, – скривившись, пробормотала Эзра, оглядываясь по сторонам.

– Простите, но мы закрыты, – слева раздался низкий голос, который показался ей знакомым и Эзра повернулась в ту сторону. – Откроемся через час, так что…

Мужчина, стоявший напротив нее поднял голову и замер. Это, несомненно, был тот же человек, что и вчера. На этот раз на нем была голубая рубашка в клетку, накинутая поверх серой футболки, и никакого полотенца не плече. Эзра окинула его внимательным взглядом и сделала шаг вперед. Аска должна была остаться здесь, а значит этот мужчина мог знать, где она.

– Где Аска? – довольно грубо спросила Эзра.

Мужчина моргнул, медленно поднял указательный палец, а затем, прищурившись, пригляделся.

– Какого дьявола происходит? – хрипло спросил он.

– Где моя сестра? – Эзра повторила вопрос, подходя вплотную к мужчине и глядя на него снизу вверх.

Он оказался выше нее примерно дюймов на десять, но из-за ширины плеч и угрожающего взгляда исподлобья, Эзра почувствовала себя немного неуютно рядом с ним.

– Ты умерла, – приподняв брови и скривив губы, произнес мужчина.

– Как видишь, нет, – нетерпеливо отмахнулась она.

Ей надо было найти Аску, а потом решить, как выкручиваться из этой ситуации, поэтому объяснять этому плечистому незнакомцу причины, по которым она внезапно ожила, у Эзры совсем не было времени.

– Ты рассыпалась в прах, находясь у меня на руках. Да я отмывался от этого потом всю ночь! И ты так просто говоришь мне: «как видишь нет»?

Он не паниковал, но выглядел так, словно и правда увидел перед собой привидение. Отступая от нее на шаг, мужчина ладонью нащупал на ближайшем столике салфетку, скомкал ее, а затем бросил точно в лоб Эзре. Она вздрогнула от неожиданности.

– Что за?..

Не реагируя на ее возмущение, он закатил глаза и посмотрел Эзре куда-то за спину. На лице бармена был написан неподдельный шок. Брови мужчины сошлись на переносице, а потом взметнулись вверх, пока он открывал и закрывал рот, словно хотел сказать что-то еще, но не мог из-за силы своего удивления.

– Ты живая? – наконец, спросил он.

Эзра теряла терпения. Получить салфеткой в лицо, не значилось в списке ее дел в этом мире, который, судя по всему населяли полные кретины.

– Возможно, поставщик привез мне некачественный алкоголь, – словно обращаясь исключительно к себе и отворачиваясь от Эзры пробормотал он. – Это многое бы объяснило.

– Слушай…

Не оборачиваясь, бармен перебил ее:

– Дэн.

– Что? – непонимающе посмотрела на него Эзра.

– Слушай, Дэн…

– Дэн. Отлично. – закатила она глаза. – Слушай, Дэн, ты не знаешь, где девушка, которая была со мной пока ты переживал мою внезапную и ужасно травмирующую тебя смерть?

– Не имею ни малейшего понятия, – Дэн обернулся, скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на Эзру.

– Что?

– Жду, когда мне снова придется собирать тебя в совок.

На секунду Эзра опешила от его дерзости. Он это серьезно? Спустя несколько секунд ей удалось взять себя в руки, и Эзра подошла почти вплотную к нему.

– Надеюсь у тебя нет кошки? – склонила она голову набок. – Не хотелось бы оказаться у нее в лотке.

Дэн взмахнул рукой, призывая ее замолчать и раздраженно нахмурил брови.

– Послушай, – Эзра уперлась руками в бока. – У меня правда слишком мало времени, чтобы даже попытаться тебе что-то объяснить. Мне очень нужно найти сестру. От этого зависит слишком многое.

– Звучит неубедительно, – снова отворачиваясь от нее, помотал головой Дэн, а затем подошел к бару и достал из холодильника бутылку пива.

– Скажи хотя бы, куда она направилась после того, как… В общем, что она делала? – Эзра теряла терпение. И время.

Дэн открутил пробку и, пожав плечами, сделал глоток прямо из бутылки.

– Боги, серьезно?

– Да, она кстати, что-то говорила про богов, – задумчиво поднял он брови вверх.

– Очевидно, – раздраженно прищурилась Эзр.

– Для меня не очень, – вопросительно посмотрел на нее Дэн. – Не поделишься?

Это был провал. Просто эпический провал. Мало того, что Эзра оставила здесь сестру, так вдобавок, теперь она даже не представляла где вообще ее искать.

– Ты расскажешь мне какого дьявола произошло? – упрямо продолжал расспрашивать ее Дэн. – И почему ты сначала превратилась в горстку пепла, а потом снова ввалилась в мой бар?

– Это не входит в мои планы, – Эзра сжала руки в кулаки в вздохнула. – Мне просто нужно найти сестру.

– Что ж, – скривил Дэн губы. – Тогда мы закрыты. Приходите через час.

От неожиданности она совершенно по-человечески открыла рот, но мужчина перед ней явно не шутил. Он выжидающе смотрел на Эзру, скрестив руки на широкой груди. А она все так же растерянно смотрела на него, не понимая, с чего ей теперь начинать поиски. Где, отец ее побери, Аска?

– Но… – Эзра попыталась еще раз.

– Бар закрыт, – сухо повторил он. – Так что если снова соберешься умирать, будь добра – сделай это как можно дальше отсюда.

– Я даже не знаю где я? – огрызнулась Эзра, закипая.

– Канзас. Стоп… В каком смысле? – между бровей Дэна залегла глубокая складка. – Да что, черт возьми, здесь происходит?

Эзра не успела ответить. Дверь за ее спиной распахнулась с такой силой, что с грохотом ударилась в стену.

– Ну нет, снова? – Дэн, явно раздраженный, со стуком опустил бутылку на деревянный стол и широкими шагами направился ко входу в бар.

Подошва его коричневых ботинок слегка скрипела, пока он шел в сторону Эзры, когда она запоздало подумала о том, что ей стоило бы уйти с его пути. Кто бы ни вломился в бар, судя по тому, как он вынес дверь, настрой у него явно был не дружеский.

– Сара, не могла бы ты перестать вышибать мне дверь каждый раз, когда приходишь? – обманчиво ласково произнес бармен.

– Дэн, милый, не будь таким засранцем, – раздался мягкий женский голос. – Ты должен радоваться тому, что я хожу только в твой бар.

Стоя немного в стороне от входа, Эзра с любопытством прислушивалась к этому странному разговору.

– Если мне каждый раз придется менять дверь после того, как ты приходишь – моя радость поубавится.

– Главное, чтобы в твоем баре не убавлялась выпивка, – засмеялась женщина, и Эзра догадался, что она уже довольно пьяна. – Ты же вроде еще закрыт?

– Верно подмечено, но когда тебя это волновало?

– Меня нет, – хмыкнула посетительница. – Мне просто стало интересно кого ты еще пускаешь в бар в неурочное время.

Поняв, что это о ней, Эзра развернулась и посмотрела туда где на высоких каблуках пьяно покачивалась незнакомка. Красивая фигуристая женщина с длинными черными волосам, разглядывала ее, склонив голову набок. Эзра моргнула, а потом еще раз, но женщина все также продолжала стоять прямо перед ней. В этом не было бы ничего необычного, если бы не одно маленькое обстоятельство.

– Сархос, тебя же изгнали две сотни лет назад, – все еще растерянно моргая, пробормотала Эзра.

– Я в курсе, Эзренария, – хмыкнула изгнанная богиня удачи. – Или ты думаешь, я тут окончательно пропила мозги?

Это было невероятно. Аргот изгнал Сархос, и все давно решили, что она умерло, но вот она – тетка – живая и пьяная… Хотя, последнее обстоятельство, как раз удивляло Эзру меньше всего.

Дэн замер, а затем медленно повернулся в сторону Эзры.

– Нет, – покачал он головой. – Только не говори мне, что вы знакомы.

– Познакомься, – Эзра демонстративно указала рукой на Сархос, все еще стоявшую в дверях, – это моя дражайшая тетка. Мы очень давно с ней не виделись. И надо же, какое совпадение, она появляется в том же городе и в том же баре, что и я. Именно в тот момент, когда здесь пропала Аска.

– Ты потеряла сестру? – слегка покачнувшись, спросила Сархос.

– Это он потерял ее, – кивнула Эзра в сторону Дэна.

– Я не мог следить за ней, потому что пытался тебя спасти!

– Как ты помнишь, неудачно, – огрызнулась она.

– Вы грызетесь, как долбанные влюбленные, – Сархос прижала свои пальцы к вискам, и Эзра заметила ее длинные ярко-красные ногти. Ужасно пошлые ногти. – Это Аска вас так?

– Что?

– Нет! – одновременно с Дэном воскликнули Эзра.

– В общем так, – свела брови к переносице ее изгнанная тетка. – Для начала, Дэн, налей-ка мне виски. А ты, – ткнула она пальцем в Эзру, – пока расскажешь мне, как тут оказалась и куда, делась Аска, твой отец ее раздери.

Глава 3

Дэн бросил на Эзру выразительный взгляд, в котором ясно читалось, что ей еще придется ответить на его многочисленные вопросы и, что было удивительно, молча направился к барной стойке. Эзра знала его от силы полчаса, но понимала, что в этом его покорном жесте было слишком много от предстоящего взрыва.

Повернувшись к Сархос, Эзра нахмурилась. Появление ее изгнанной тетки было слишком подозрительным, чтобы оказаться простым совпадением, слишком странным, чтобы не придавать этому значения, слишком неожиданным, чтобы сразу найтись со словами…

Сархос прищурилась и внимательно окинула Эзру взглядом, который не сулил ничего хорошего.

– Вы уже переспали? – неожиданно спросила Сархос, на выдохе обдавая Эзру запахом алкоголя.

– Что?

Эзра едва не поперхнулась воздухом. Она отвыкла от теткиной прямоты и способности выдавать что-то в таком роде тогда, когда это было совершенно неуместно. Эзра так резко мотнула головой, что ее волосы, собранные в высокий хвост, хлестнули Сархос по лицу. Тетка и правда была в своем репертуаре. Все что ее интересовало – секс и алкоголь и это не смогли изменить годы, проведенные в изгнании.

– Фу, – скривилась Сархос, отступая от Эзры и отлепляя пару волосинок от своего ярко накрашенного рта. – Ты никогда не была сдержанной, Эзренария.

– А ты трезвой, – не осталась Эзра в долгу. – И судя по всему, ничего не изменилось.

– Так что? – не обращая внимания на ее выпад, Сархос вопросительно приподняла одну бровь.

– Сархос, ты это серьезно? – Эзра скрестила руки на груди, надеясь, что негодование от слов тетки, отлично читается на ее лице. – Сейчас именно это тебя интересует? Я говорю, что пропала Аска, а ты хочешь знать переспала ли я с первым встречным смертным или нет? Да я вижу его всего второй раз в жизни!

– Вообще-то я спрашиваю про Аску, – прищурилась тетка. – Что там с твоей сестрой?

– Ну да, – Эзра взмахнула руками, ни на секунду не веря ее словам. – Конечно. Что ты тут вообще делаешь?

Эзра не понимала, как такое возможно – встретить Сархос в баре, который был не больше песчинки в масштабе всего огромного человечества. Разве, что удача благоволила Эзре.

– Пришла выпить, – тряхнула головой Сархос.

Эзра пристально посмотрела на нее, совершенно не понимая – шутит тетка или говорит на полном серьезе. Но поза Сархос была расслабленной, а сама богиня удачи в этот момент пристально рассматривала красный лак на своих ногтях. Слишком вычурный, слишком агрессивный, как и весь образ Сархос.

– Это все чем ты тут занимаешься?

Эзра не смогла удержаться от сарказма. Вряд ли Сархос не понимала, что затеял Аргот, но вот волновало ли ее это оставалось загадкой. Все что касалось богини удачи было загадкой даже, когда она еще жила в Танрилле, а теперь и подавно.

– “Тут” это в человеческом мире или в баре у Дэнни? – уточнила Сархос, бросая многозначительный взгляд на бармена, который уже направлялся к ним со стаканом виски в одной руке и бутылкой пива во второй.

Эзра старалась не наблюдать за Дэном пока он медленно подходил к ним, но неведомым образом бармен притягивал взгляд. Его движения были обманчиво плавными. Создавалось ощущение, что он пытается не сильно выделяться, но у него ничего не получалось. Высокий, широкоплечий – Дэн был слишком заметной фигурой посреди пустого бара.

– В человеческом мире, – теряя выдержку, ответила Эзра.

– Ну да, – пожала плечами богиня удачи. – А чем еще тут можно заниматься? Разве что сексом, но выпивка этому не помеха.

Эзра поперхнулась воздухом и не нашлась с ответом. Это было немыслимо. Сархос, которую изгнали пару сотен лет назад из Танрилла за то, что она перепила и сожгла Папскую базилику Святого Павла, ни капельки не изменилась. Она точно так же пила, веселилась и совершенно не думала о раскаяние, но на этот раз делала все в человеческом мире. Сархос была неисправима – ее все так же интересовали мужчины и алкоголь, а еще лучше, чтобы все вместе.

– Держи, Сара, – равнодушно произнес Дэн, протягивая Сархос стакан с виски. – А ты, надо полагать, не пьешь?

Он повернулся к Эзре и пожал плечами с таким видом, будто “не пить” было страшным преступление. Хотя, если вспомнить, что Дэн держал бар, вероятно так оно и было для него.

– Зато вы отличная пара, – Эзра махнула рукой в сторону Сархос, в тот момент, когда та почти застонала, сделав глоток из стакана. – Боги, – прошептала она. – Это немыслимо.

Эзра была в растерянности. Отец отмерил ей слишком короткий срок для того, чтобы найти Аску, и Эзра была уверена, что бармен даст ей хоть кроху информации, ведь именно он последним видел ее сестру, но, глядя на то, с каким видом он пьет свое пиво, оценивающе осматривая ее, поняла, что ей придется выкручиваться самой. Боги бы побрали этих людей, хотя, если Эзра ничего не успеет предпринять, то совсем скоро так и случится. Аргот просто уничтожит этот мир, вместе с этим заносчивым барменом и его баром.

Ей надо было, что-то сделать, что-то предпринять. Возвращаться в Танрилл без Аски ыло глупо, а помощи ждять неоткуда. Мариф недвусмысленно дал ей понять, что не займет противоположную Арготу сторону. Но время таяло, утекало сквозь пальцы, и впервые за тысячи лет Эзра почувствовала себя беспомощной. Приняв решение, она кивнула.

– Ладн. Была рада повидаться, Сархос. Передам отцу, что тебе здесь довольно весело. А ты, – обернулась она к Дэну. – Будь с ней осторожен. Иногда после ее попоек сгорают соборы.

Развернувшись на пятках, Эзра направилась было к выходу, но не сделала и шага.

– Эзренария, не веди себя, как истеричка, – цокнула языком богиня удачи, хватая ее за запястье. – Я допью, и мы с тобой все спокойно обсудим.

Если бы ситуация не была такой патовой, Эзра бы рассмеялась.

– Когда ты допьешь, то едва сможешь стоять на ногах, а у Аски нет столько времени. Аргот дал мне всего два дня, – прищурилась Эзра. – После этого всему конец.

– Кто такой Аргот? – уточнил Дэн, переводя взгляд с одной богини на другую.

Эзра почти забыла о нем, о смертном, который стоял рядом и, как оказалось, внимательно прислушивался к их разговору. Его спокойствию можно было только позавидовать. Дэн участвовал в беседе с таким равнодушием на лице, что создавалось впечатление будто бармен каждый день имеет дело с богами. Но это не могло быть так – боги не спускались к людям тысячи лет, и люди забыли о богах. Именно поэтому они они оказались в этой точке – на грани уничтожения человечества.

– Бог, – отмахнулась от Дэна Сархос.

– Ну да, действительно.

Бармен скривил губы, но продолжил равнодушно потягивать пиво из бутылки, а Эзра снова подумала, что он странный.

– Что Аргот намерен сделать потом? – допивая виски из стакана, спросила богиня удачи у Эзры, не обращая никакого внимания на Дэна.

– Очевидно, что обрушить всю свою мощь на людей.

Разве Эзра не достаточно ясно выразилась или Сархос нравилось выводить ее из себя? Они не виделись сотни лет, но Эзре хватило буквально пяти минут в обществе тетки, чтобы начать сходить с ума. Она уже и забыла насколько та была раздражающей.

– В каком смысле обрушить мощь? – Дэн чуть ближе подошел к Эзре, вынуждая ее вскинуть голову, чтобы посмотреть на него.

– В прямом. Аргот – верховный бог, создатель, если угодно. И его не устраивает, что люди забыли нас и перестали нам поклоняться. Он планирует уничтожить человечество, а потом на его обломках создать новый мир, где боги снова станут вершиной. И именно для того, чтобы не допустить этого мне нужна моя сестра.

Дэн внимательно осмотрел Эзру, сделал еще один глоток из бутылки, а затем медленно склонил голову набок.

– Он типа Зевс что ли? Гром, молнии и все такое?

От удивления Эзра застыла, не понимая, что ему на это ответить. Может у Дэна просто не все дома? Она сообщила ему, что бог собирается уничтожить его мир, а он уточняет не Зевс ли тот случайно?

– Нет, Дэнни, – промурлыкала Сархос, подходя к бармену и при этом виляя задом. – Аргот не Зевс. Ты путаешь Зевса с Лемесом, но мой племянник не очень любит это имя. Из всех имен, какими вы нарекали нас, Лемесу больше всего по душе Баал-Хаддат.

Дэна едва заметно усмехнулся, а Эзра поморщилась. Сейчас было не самое подходящее время для исторической справки и теологии. Время продолжало утекать.

– Сархос, – Эзра нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. – Два дня, ты слышишь? Мне нужно найти Аску за два дня, или отец заставит меня самой уничтожить мир, несмотря на то, что Аска останется где-то тут.

Эзра не до конца понимала, что злит ее больше – тот факт, что Аргот не пожалеет собственную дочь или то, что уничтожить человечество придется самой Эзре. Аргот знал, как она ценит человечество и именно поэтому решил наказать ее таким образом.

Подавив вдох раздражения, Сархос неспешно повернулась ко Эзре.

– Что ты хочешь от меня, деточка? – по ее тону можно было понять, что Сархос уже знает ответ, но она внимательно смотрела на Эзру в ожидании.

Эзра прикрыла глаза и вздохнула. Она и так была должна своему Марифу, теперь будет должна еще и тетке, но Эзра понимала, что вряд ли сможет найти Аску без чье-либо помощи, а от бармена пользы явно не будет. Кажется, он до конца не верил в то, о чем они тут говорили.

– Так что, Эзренания, – лукаво склонила голову к плечу Сархос. – Ты знаешь чего хочешь от меня?

Эзра знала, потому что сама удача привела Сархос сюда, в руки в Эзре. Стараясь не думать о том, что может потребовать Сархос взамен и какова цена окажется у этой сделки, Эзра кивнула.

Боги старались не связывать себя долгами. Обычно это плохо заканчивалось. Как-то раз, из-за долга Марифу, Каре пришлось провести почти пятьсот лет в Гадаре, но, на ее счастье, Олум тогда еще не ушел из обители мертвых, поэтому Гадар был безопасен, но в вынужденном заточении Кары не было ничего приятного. Провести пятьсот лет в темноте Гадара и не сойти с ума, могла только богиня тьмы. Эзра думала, что причина крылась в ревности. Стоило Марифу заполучить в должники новоиспеченную жену Савоса, как он сразу же вынудил ее спуститься в Гадар, чтобы она не попадалась ему на глаза. Что, если не ревность, двигало Марифом?

Но Эзра понимала, что иногда другого пути выхода не было. Например, как сейчас. Ей придется взять на себя еще один долг, какой бы ни оказалась цена за помощь Сархос.

– Я хочу немного удачи, – с трудом выдавила из себя Эзра, предполагая, что вероятно она загоняет себя в ловушку.

– Ты хочешь удачи? – взгляд Сархос из стеклянного стал цепким и внимательным, и Эзра задумался, что возможно весь этот образ был не более, чем ширмой. Могла ли Сархос измениться за двести с лишним лет?

Сглотнула внезапно образовавшийся в горле комок, Эзра решительно кивнула. Времени, чтобы хорошенько все обдумать у нее больше не было. Как бы ей не хотелось становиться должницей Сархос, отыскать Аску было гораздо важнее, а времени отец ей совсем не дал.

– Да, мне нужна удача.

Хриплый голос Дэна раздался почти над самым ухом Эзры, но вопрос, который он задал удивлял куда больше его хладнокровию.

– Сара, ты что, лепрекон?

Чуть не поперхнувшись воздухом от шока, Эзра резко повернула голову в сторону Дэна и прищурилась. Для начала он стоял к ней слишком близко. Отойдя от него на пару шагов, Эзра скривилась и высокомерно выгнула брови.

– Боги, ты что, серьезно? Можешь хотя бы пару минут не вмешиваться во взрослые разговоры со своими идиотскими замечаниями?

– Если ты забыла, это мой бар, – изогнув пухлые губы, презрительно посмотрел на нее Дэн. – И если тебя не устраивают мои шутки, то можешь проваливать.

– Я никуда не уйду, – уперев руки в бока, склонила Эзра голову к плечу. – Мне надо найти сестру,

– Это я слышал. А еще слышал весь тот бред, который вы тут несете. Про богов и все прочее. И единственный вопрос, который я себе задаю – почему я все еще не выставил вас обеих за дверь и не вызвал ребят из психиатрической больницы.

– Может, потому что в глубине души ты знаешь, что это правда, – почти мурлыкая, пробормотала Сархос, делая пару шагов в сторону Дэна.

Эзру замутило. Богиня удачи флиртовала с барменом посреди Канзаса, совершенно не думая о том, что этот день мог оказаться последним для всего человечества. И в этот момент Эзра почти поняла отца, который когда-от давно принял решение изгнать Сархос из Танрилла. Какой от нее был толк?

– Да брось, Сара, – прищурился Дэн. – Настоящие боги, правда что ли? Да и где? В Канзасе?

Эзра задумчиво прикусила губу и снова обернулась к Сархос. Она тоже подумала об этом, но мысли, высказанные Дэном вынудили ее задуматься об этом чуточку сильнее. Почему именно этот бар? Почему они с Аской оказались здесь?

– И правда, Сархос, почему Йол привел нас с Аской именно сюда? – спросила Эзра у тетки, игнорируя недовольное сопение Дэна.

– Откуда я знаю? – Сархос широким жестом перекинула свои черные, как ночное небо, волосы на одно плечо. – Может чтобы ты, наконец, нашла себе хоть кого-то?

Эзра почти зашипела. Ее терпение было на исходе. Она сцепила руки в замок, чтобы унять их дрожь, но раздражение переполняло ее и грозило просто выплеснуться наружу. Пол под ногами слегка задрожал, заставляя Дэна, нахмурив лоб, оглянуться вокруг.

– Что за…

Эзра с силой стиснула зубы, но это тоже не помогло. Она понимала, что сейчас произойдет, но была не в силах остановить это. Маленький росток пробился через щели между напольными досками и принялся расти прямо на глазах у изумленного бармена и невозмутимо Сархос.

– Эзренария, не стоит так заводиться из-за моих шуток, – осуждающе произнесла она, качая головой. – Если тебе нравится проводить тысячелетия в гордом одиночестве, то пожалуйста. Это твой выбор.

– С чего ты решила, что я одинока? Ты не появлялась в Танрилле больше двухсот лет.

Росток становился больше по мере того, как Эзра все больше и больше злилась.

– Брось, не психуй.

– Я не психую, – отрывисто процедила Эзра, но, несмотря на ее слова, дерево продолжало расти.

В тот момент, когда Эзре, наконец, удалось выровнять дыхание, рост дерева замедлился, но теперь все ошарашенно смотрели на возвышающуюся посреди бара яблоню.

– То есть боги, – как-то странно хмыкнул Дэн, обходя дерево по кругу. – И что мне прикажете делать с деревом, которое вы вырастили посреди моего бара?

– Ты можешь сушить на нем стаканы, Дэнни, – раздраженно дернув плечом, отозвалась Сархос. – Теперь мы можем обсудить насущные вопросы, или ты сначала превратишь его бар в сад? – повернулась она к Эзре.

В интонациях Сархос появилось нетерпение и Эзре стало почти невыносимо держать себя в руках. Это она призывала Сархос перейти к делам, а не устраивать высокоинтеллектуальные пикировки, она хотела обсудить пропажу сестры и предстоящий конец света, но теперь две пары глаз уставились на Эзру, словно именно она тянула время и занималась ерундой.

Тревога за Аску, раздражение на Сархос и Дэна – все это лишало Эзру такого привычного спокойствия. Она сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. Помощь Сархос, в любом случае, лучше, чем ничего, поэтому, покосившись на бармена, все еще ходящего кругами вокруг дерева, Эзра кивнула.

– Можем.

Богиня удачи вся словно подобралась. Пьяная пелена окончательно исчезла из ее глаз, развязная ухмылка превратилась в надменную улыбку. Перед Эзрой стояла богиня, источая вокруг себя ауру силы и навязчивый запах алкоголя.

– Для чего тебе нужна удача? – прищурилась Сархос.

Эзра задумалась. Слова нужно было выбирать осторожно. Иначе, удача могла обернуться огромной катастрофой, а, зная Сархос, Эзра могла предположить ее масштаб. Вдобавок, несмотря на пропажу Аски, Эзре не стоило забывать об изначальной цели, ведь она спустилась, чтобы спасти людей, а значит это тоже стоило учитывать.

– Я хочу найти Аску, раньше отмеренного отцом срока, – осторожно начала Эзра. – И мне понадобится удача, чтобы спасти человечество от уничтожения.

Справа от нее раздался какой-то странный звук, словно Дэн подавился пивом, но Эзра, стиснув зубы, решила просто игнорировать недалекого бармена. В конце концов, она скоро уберется из этого бара.

– Значит найти Аску, – прищурилась Сархос. – Что ж…

Она плавно качнула бедрами, медленно подходя к Эзре, и протянула рука с острыми ярко-красными ногтями ладонью вверх.

– Я буду тебе должна? – опасливо уточнила Эзра.

– Будешь, – скривила Сархос губы в подобии улыбки, но эта гримаса оказалась больше похоже на пренебрежение. – Так что, ты согласна? – нетерпеливо пошевелила она пальцами вытянутой ладони.

Эзра, успевшая все обдумать, решительно кивнула, преодолела разделяющее их расстояние и накрыла ладонь Сархос своей.

– Я буду перед тобой в долгу, Сархос, – произнесла Эзра клятву, чувствуя, что еще пожалеет об этом.

Она смотрела, как сероватое облачко снова взметнулось в воздух, а затем с тихим шипением лопнуло. Слишком много клятв за эти дни… Будет ли у Эзры шанс вернуть эти долги?

Их сцепленные руки окутало золотистое сияние, подозрительно похожее на цвет виски, плескавшееся в бокале Сархос, и Эзра поморщилась.

– Что? – высокомерно приподняла Сархос бровь.

– Цвет виски, серьезно? – Эзра не смогла скрыть осуждение в голосе.

– Это напиток богов, – повела плечом богиня удачи.

– Напиток богов – нектар.

– Он забродил.

– Я все понял, – пробормотал Дэн за спиной у Эзры. – Все-таки у меня галлюцинации, – его голос прозвучал чуть ближе к ней, и Эзра обернулась.

Дэн удивленно моргал, глядя на сияние, которое с каждой секундой становилось все ярче, и Эзра понимала его. Это было красиво и… странно, особенно для человека, который не видел ничего кроме бара и пива.

Ладонь Эзре припекало, но она продолжала крепко сжимать руку Сархос. Клятва Марифу далась еще проще. Эзра поморщилась от боли, но не издала ни звука, никто не смог бы обвинить богиню в слабости.

– Терпи, – прищурилась Сархос. – Удача никогда не дается просто так.

Эзра сжала зубы, боясь, что еще немного, и ее ладонь просто загорится, но в тот момент, когда казалось, что она больше не выдержит, сияние пропало, а вместе с ним и невыносимое ощущение жжения.

– Все? – удивленно посмотрела Эзра на Сархос, тряся рукой.

– Готово, я все сделала на высшем уровне, – богиня удачи равнодушно пожала плечами и снова стала той пьяной девушкой, что ввалилась в бар пару десятков минут назад.

– Как же ты раньше даровала удачу смертным? – запоздало спросила Эзра, разглядывая покрасневшую кожу на ладони, пытаясь вспомнить, видела ли она хоть раз, как Сархос одаривала людей.

– Не используя ненужные спецэффекты, – подмигнула Эзре богиня удачи, а затем щелкнула пальцами, и в этот же момент Дэна всего на долю секунды окутало золотистой пыльцой.

– Тогда зачем это? – Эзра раздраженно подняла покрасневшую руку.

– Чтобы ты не думала, что на правах родственников сможешь пользоваться удачей , когда тебе заблагорассудится, – пожала плечами Сархос, а затем отвернулась от Эзры и, покачивая бедрами, направилась к барной стойке, не забыв при этом подмигнуть ошарашенному бармену.

Дэн странно посмотрел вслед Сархос, и в глубине души Эзры снова поднималось раздражение. С длинными черными волосами, плавными изгибами и искорками в глазах Сархос была восхитительна. Она могла бы быть богиней красоты, но была всего лишь богиней бутылки. Сила, которая осталась в ней после изгнания, была малой частью того, что осталось от былой мощи. Вот только мужчины с открытым ртом смотрели ей вслед, готовые начать преклоняться перед ней, по одному щелчку ее пальцев. Может Арготу стоило обратиться к Сархос и тогда чуть больше четырех миллиардов человек без лишних вопрос снова склонились бы перед богами?

Эзра тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли и какое-то совершенно неясное чувство и направилась к бару, вслед за богиней удачи, но крепкая ладонь сжалась на предплечье, вынуждая ее остановиться. Обернувшись к Дэну, Эзра вопросительно приподняла бровь.

– Я же не спятил, верно? Вы ведь все это серьезно? – в его зеленых глазах больше не было намека на веселье. Выражение лица бармена стало сосредоточенным и задумчивым. – На счет богов и уничтожения людей, – уточнил он, словно Эзра и без того не поняла его.

Эзра ждала, что когда до Дэна дойдет, он запаникует, но ничего такого не произошло. Бармен просто перестал веселиться и это было странно.

– Серьезнее некуда, – Эзра выдернула руку из хватки бармена и прищурилась.

– Что не так с человечеством? – не обращая внимания на ее раздражение, Дэн продолжал задавать вопросы. – Почему мы хотите нас уничтожить?

Эзра вздохнула. В ее планы не входило все это. Она всего лишь хотела спуститься на землю и показать отцу, что люди заслуживают еще одного шанса. Хотела найти в них любовь, честь, доброту. А в итоге Эзра нашла только пьяную Сархос и навязчивого парня, от которого, впрочем, не было никакого толку. А еще потеряла Аску. Тяжесть двухтысячелетней жизни навалилась на нее. Эзре захотелось сделать то, чем все еще занималась Сархос – напиться, но пока дарованная удача не работала, она не могла позволить себе расслабиться. Аска все еще находилась в этом мире, а значит Эзре было чем заняться, кроме поглощения алкоголя.

Глава 4

– Ну так что?

Дэн не собирался отступать. Он оказался въедливым и приставучим, как репей. И глядя на него, Эзра вспомнила маленькую Аску. В детстве сестра была такой же – все время приставала к Марифу с расспросами обо всем на свете, но тот лишь отмахивался от нее. Их разделяла огромная разница в возрасте даже для богов. Это с Эзрой у Марифа было хоть какое-то подобие родственных отношений, но Аска для него всегда была не более чем назойливой мухой.

– Дело не в вас, – наконец, произнесла Эзра, поднимая голову и глядя на бармена.

– О, нет. Перестань, – он коротко хохотнул и оперся бедром об один из деревянных столов. – Даже не начинай это.

– О чем ты?

– Ты не моя подружка, бросившая меня. Так что мне хотелось бы услышать, что-то более внятное, чем “дело не в тебе, а во мне”.

Где-то сзади за спиной Эзры громко рассмеялась Сархос, но Эзре не было весело. Разговор с Дэном был похож на попытку преодолеть Йол: сначала все кажется простым и понятным, а потом появляются рухары и начинают выводить тебя из себя.

– Дэнни, милый, не обольщайся, – пьяно пробормотала Сархос. – Если Эзренария решит тебя бросить, то ни за что не обвинит в крахе ваших отношений саму себя. Виноват будешь именно ты и никто иной. Она же богиня.

– Спасибо, что пояснила, Сара. Так что там с уничтожение мира?

Дэн даже не повернул голову в сторону Сархос. Все время, в ожидании ответа, его взгляд был прикован к лицу Эзры, и пусть бармен выглядел расслабленным, но Эзра могла побиться об заклад – это не более чем образ. Взгляд Дэна был цепким, а интонации выдавали заинтересованность.

– Слушай, просто вы перестали в нас верить, а это плохо на нас отражается.

– Насколько плохо?

– Настолько, что отец готов уничтожить целый мир, ради вашей веры. Доволен?

– Не очень, – усмехнулся Дэн.

Его улыбка вышла кривоватой, при этом на его лице все равно не читалась тревога или паника. Эзра ожидала, что люди окажутся… другими. Она не думала о том, какие они должны были быть, но просто не такие, как Дэн.

Стараясь не сильно задумываться о характере бармена, Эзра обернулась и направилась к тетке.

Эзра не могла сидеть сложа руки и просто ждать. Она и так слишким долго ждала, чтобы решиться противостоять отцу и вот к чему это привело – счет пошел на дни, хотя до этого у Эзры были сотни лет, но она оставалась слепа и эгоистична, как и другие боги, и не видела, что их сила стремительно тает. А когда об этом заговорил Аргот, стало слишком поздно что-то предпринимать.

– Сархос, что дальше?

– Я не знаю, – равнодушно пожала та плечами. – Я сделала все о чем ты меня просила – дала тебе удачу, но что делать дальше я понятия не имею. Может тебе стоит выйти из бара и где-то на улице на тебя с неба свалится Аска или остаться тут, и твоя непутевая сестра просто вернется…

– Ни одна из твоих идей никуда не годится.

– Придумай получше.

Бросив на Эзру уничтожительный взгляд, Сархос села на высокий стул и скрестила ноги в лодыжках. Казалось, что ее совершенно не беспокоит вероятный конец света. Она просто продолжала надираться.

– Ты понимаешь, что он всех уничтожит? – должно быть в сотый раз повторила Эзра, не находя себе места от нетерпения.

– Понимаю, – шумно выдохнув, огрызнулась Сархос. – Но если ты продолжишь мельтешить, ничего не изменится. Успокойся и подумай – что ты можешь предпринять? И если твой ответ “ничего”, то просто сядь и выпей.

Сархос поставила перед Эзрой стакан и плеснула в него виски из бутылки, которую все еще сжимала в руках, но Эзра только поморщилась. Она не была ханжой. Как и все боги Эзра любила провести время в свое удовольствие, но сейчас пить не хотелось совершенно.

– Слушайте, вы планируете просидеть тут весь день?

Дэн возник позади них почти бесшумно. Эзра приподняла голову и уткнулась взглядом к крепкую грудь, обтянутую тканью футболки. Мысли метнулись в мужчине, стоявшему перед ней, вытесняя Аску, Аргота и наметившийся конец света. Где-то на краю сознания Эзра вспомнила, как уже прижималась к этой груди, а еще запах, который окутывал Дэна – терпкий, мускусный, с нотками дерева и кожи. Он казался ей знакомым…

– Есть проблемы?

Сархос выгнула свою идеальную бровь и с высоты тысячелетней разницы в возрасте презрительно посмотрела на Дэна.

– Мне нужно открывать бар. Может мир скоро и сгорит в божественном гневе, но никто не отменял плату за аренду и то, что мне надо на что-то жить. Только вот проблема в том, что у меня посреди бара растет дерево, а за барной стойкой сидят две богини, неспособные контролировать себя.

– Одна, – невозмутимо поправила Дэна Сархос.

– Одна богиня.

– Не нужно говорить так, словно меня тут нет, – огрызнулась Эзра, не сводя взгляда с груди Дэна.

– Что ж, – внезапно Дэн наклонился к ней так близко, что запах, исходящий от него, защекотал у Эзры в носу. – Может тогда ты и правда отправишься спасать мир где-нибудь в другом месте?

Лицо Эзры вспыхнуло, словно кто-то плеснул в него кипятком. Это было немыслимо – то, с каким пренебрежением невыносимый бармен выгонял ее. Резко поднявшись со стула, Эзра шагнула вперед и оказалась почти прижата к телу Дэна, что ни капельки не помешало ей ткнуть пальцем в его каменную грудь.

– Ты забыл, как просто я вырастила эту яблоню? Или ты хочешь проверить, за сколько секунд точно такая же вырастет у тебя из…

Пока Эзра говорила, на губах Дэна расползалась усмешка. Он снова просто пытался вывести ее из себя. Задохнувшись от возмущения, Эзра хотела продолжить, но Дэн шагнул назад.

– Все-все, я понял, – перебил ее Дэн, так и не узнав, из какого места Эзра собирались пустить побеги. – Я же говорил, что ты не контролируешь себя.

Он вскинул обе ладони вверх, словно сдаваясь, но Эзре было недостаточно этого. Дэн был высокомерным, раздражающим, надменным и наглым смертным, и с каждой минутой Эзре было все сложнее его выносить.

– Просто ты невыносимый. Я лучше еще раз встречусь с рухарами, чем проведу хотя бы одну минуту с тобой.

– Ты меня плохо знаешь, – прищурился Дэн. – Я довольно приятный собеседник, но только, когда в мой бар второй день подряд не вламываются богини.

– Вы так мило ссоритесь. Если бы я не знала, что Аска пропала, то решила, что это она вас так.

Сархос с любопытством следила за перепалкой Эзры и Дэна, по всей видимости, находя ее забавной, но Эзра больше не могла находиться рядом с этими двумя. Развернувшись и зацепив Дэна плечом, она направилась к выходу из бара и толкнула дверь.

На улице светило солнце – слишком непривычное для богов, живущих в Танрилле. Оно окрашивало все вокруг в теплый желтоватый оттенок и согревало кожу. Эзра замерла. Это были давно забытые ощущения – ветер, треплющий волосы, тепло солнечных лучей на лице, но особенно она скучала по запахам. Свежая трава, намек на предстоящую грозу в воздухе, даже запах пыли и машинного масла. Танрилл, в отличии от мира людей, казался стерильным. Розоватое солнце, висящее над миром богов, не грело, только окрашивало все в бледный цвет, от которого Эзру, если честно, тошнило уже довольно давно. День в Танрилле не сменялся ночью, не было никаких дождей, снега и гроз, а только белые, словно искусственные, облака лениво плыли по небу, хотя ветра в Танрилле тоже не существовала. Тот кто создал Танрилл и богов должно быть пошутил – боги имели влияние над всем, кроме собственного дома, который оставался несменяемой декорацией вот уже тысячи лет. Эзра устала от Танрилла, поэтому сейчас она опустилась прямо на грязные деревянные ступени перед баром и подставила лицо ветру. Она почувствовала себя… человечной…

– У меня есть идея, – голос Дэна прогнал спокойствие, которое почти накрыло Эзру.

Вздрогнув от неожиданно, она нехотя обернулась. Солнце светило прямо в лицо бармену, отчего его темные волосы приобрели золотистый оттенок, а веснушки ярко выделились на смуглой коже. Мироздание было несправедливо – у такого красивого мужчины был просто до неприличия скверный характер.

– О чем ты? – не поднимаясь со ступеней, спросила Эзра.

Дэн прищурился одним глазом, отчего снова стал выглядеть, как обычный парень из Канзаса, не знакомый с богами и не знающий, что его мир обречен на скорый конец. Эзра поймала себя на мысли, что он довольно неплохо держится, но говорить ничего не стала. Ее должно было интересовать все человечество, а не один единственный бармен, пусть он и был красавчиком.

Какое-то время Дэн молча смотрел на Эзру сверху вниз, а затем уселся рядом с ней на ступенях, отчего их колени соприкоснулись. Эзра подумала, что Дэн отодвинется, но он словно не обратил на это никакого внимания. Развернувшись вполоборота к Эзре, Дэн облокотился рукой на деревянный настил позади себя, из-за чего футболка на его груди натянулась. Эзре пришлось приложить усилия, чтобы вновь не уставиться на Дэна. Мариф бы только посмеялся над ней. За все тысячи лет ни один из тех, кто интересовал Эзру не впечатлил ее брата, а ведь это всегда был кто-то из хизм. Что бы сказал Марий, узнай он, что Эзра не в силах отвести взгляда от крепкой груди простого смертного?

– Слушай, ты же не можешь просидеть на этих ступенях до тех пор, пока твой отец не спустится и не испепелит целый мир?

– Почему бы и нет, – больше из желания подразнить Дэна, буркнула Эзра.

– Ты явно не собиралась делать это, когда ввалилась в мой бар во второй раз. Я понимаю, что стоило тебе рассмотреть меня лучше, как ты сразу изменила все свои планы, но все же… Как ты хотела найти Аску?

– Не знаю, – не обращая внимание на слова Дэна, Эзра вздохнула и отвернулась. – Если честно, я рассчитывала, что она все еще с тобой или, на худой конец, ты знаешь, где мне ее отыскать. А сейчас я правда не знаю, что мне делать. Не ходить же по домам и не спрашивать не видели ли они мою сестру.

Эзре нелегко было признаваться Дэну, что она понятия не имеет, что делать дальше. Она верила, что магия Сархос поможет ей, удача никогда не обманывала, тем более, если ею одарила тебя сама богиня, но просто ждать, ничего не предпринимая, было невыносимо.

– Слушай, давай так, я отвезу тебя к себе, а сам поспрашиваю у ребят. Бар и правда скоро откроется. Если Аска все еще здесь, то кто-то что-то по-любому слышал. Она довольно… яркая.

Эзра оживилась – это звучало, как план. Как минимум, она не будет сидеть сложа рука, в ожидании, что удача и правда скинет ей сестру с неба.

– Тогда я тоже поспрашиваю, – разворачиваясь к Дэна, уверенно произнесла она. – Я могу ее описать и вообще…

– Нет, – оборвал ее на полуслове Дэн. – Ты на самом не очень хорошо контролируешь себя, и поверь мне, не все в Канзасе воспримут новость о существовании богов так спокойно, как я. Будет лучше если яблоня в моем баре останется единственным божественным деревом.

– Но…

– Нет, Эрза, – Дэн подался вперед и наклонился к ней. Эзра подумала, что он впервые назвал ее по имени и это прозвучало слишком естественно для их ситуации. – Я серьезно. Тебе стоит просто переждать у меня дома, а я обещаю, что узнаю что-нибудь до того, как твой свихнувшийся отец устроит армагеддон.

Эзре хотелось начать спорить, просто потому что у нее успело войти это в привычку – спорить с Дэном, но в его глазах читалась непоколебимая уверенность, и Эзра кивнула. Все равно она больше не могла ничего предпринять, не бегать же в самом деле по округе в поисках Аски. А раз Дэн сам вызвался помочь… Может это удача Сархос уже работала? При мысле о тетке, Эзра напряглась.

– А как же Сархос?

– Не волнуйся, судя по всему, за последнее время я видел Сару гораздо чаще чем ты и точно знаю, как с ней справиться. Так что, едем?

Подумав несколько секунд, Эзра поднялась. Когда она останется в одиночестве у нее появится время, чтобы обдумать все спокойно и может тогда она сама найдет решение?

Следом за ней со ступеней поднялся Дэн и кивнул куда-то за угол.

– Пойдем, машина вон там.

Эзре ничего не оставалось, как последовать за ним.

Салон пикапа был практически до крыши заставлен выпивкой. Ящики, бутылки, банки, казалось, что алкоголь просто повсюду. Еще больше ящиков стояло в кузове, и, невольно усмехнувшись, Эзра подумала о Сархос. Ей бы пришлась по душе эта машина.

– Ты улыбаешься, – Дэн с любопытством посмотрел на Эзру, пока она рассматривала его старый пикап.

Видимо, она отвлеклась, думая о тетке и вот, пожалуйста, он уже лезет ей в душу.

– Нельзя?

Непостижимым образом, раздражение вернулось, стоило ей встретиться взглядом с этим высокомерным барменом. В его глазах плясали искорки веселья, а Эзра подумала о том, что могла бы вырастить дерево перед его лицом…

– Все что ты делала последнее время – предъявляла мне претензии, – пожал Дэн плечами, кривовато усмехаясь. – Вот я и удивился. Не думал, что ты умеешь улыбаться.

– О, ты очень остроумный, Дэн. Очень.

Дерево могло бы быть большим…

– Это не все мои достоинства.

Бармен подмигнул ей и распахнул водительскую дверь, а Эзра растерянно замерла, так и не дойдя пары шагов до его машины. Ее лицо выражало всю степень презрения к шуткам такого уровня. Он же понимал, как это отвратительно звучит?

– Ты серьезно? Неужели это работает?

– А что? – с абсолютно невозмутимым видом спросил Дэн. – Я отлично готовлю.

– Ну да, – закатив глаза, Эзра подошла к машине. – Конечно, это именно ты имел ввиду.

Покачав головой, она брезгливо заглянула в салон – все пассажирское сиденье тоже было завалено алкоголем. Удивительно, как при такой работе и таком количестве выпивки вокруг, Дэн еще не спился.

– Может попросим Сархос нам помочь? – Эзра посмотрела на Дэна поверх крыши пикапа.

Бармен продолжал стоять у водительской двери, с любопытством разглядывая ее. Это было странно. То, что он не был шокирован информацией про богов, то, что не испугался ее и вообще… он вел себя с ней, как будто она была обычным человеком.

– Она разорит меня, – усмехнулся Дэн. – Подожди, я сейчас.

Он обошел машину спереди, аккуратно оттеснил Эзру в сторону и распахнул дверь. Она же от скуки принялась беззастенчиво разглядывать бармена. За те тысячи лет, что боги не спускались в этот мир, Эзра уже и забыла какие люди на самом деле. Они были хрупкими, это Эзра помнила прекрасно, а вот, что касалось остального…

Окруженные почти идеальными яритами, хизмами и иринами, боги относились к людям снисходительно. Но сейчас, глядя на Дэна, Эзра подумала о том, что боги недооценивали человечество. Их силу духа и желание жить. Может Эзра не зря пришла в этот мир? Она хотя бы попытается не дать отцу уничтожить его. Пусть боги и сильнее, но люди точно не являлись их личными игрушками, жизнью, которых можно было так легко распоряжаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.