Владимир Ефанов
Правила хорошего поведения

1

С некоторых пор сотрудники АО «Заслон» после утренних приветствий обязательно спрашивают друг друга, причём абсолютно серьёзно: «Ты вчера вёл себя хорошо?»

Это – очень важный вопрос, потому что от ответа на него зависит очень многое.

И многие.

2

– Ну и что оно, висит? – буркнул ГД недовольным тоном.

– Висит, Александр Анатольевич… – смущённо ответил Виктор Бородин. – Третьи сутки. На одном и том же месте.

– Температурный режим? Размеры? Масса? Динамика есть какая-нибудь?

– Никакой. Размеры всё те же. Визуально сантиметров двадцать в диаметре. Температурный режим неясен. Измерить его, как и массу объекта, до сих пор не удалось. Мы уже пять пирометров сожгли, разных моделей.

– Настырные вы какие. Вычту из зарплаты!

– Спасибо, Александр Анатольевич…

– Ладно, шучу. Сожгли или это объект их сжигает?

– Ну, можно сказать, что мы его вынуждаем так реагировать. На расстоянии более тридцати сантиметров до объекта пирометр показывает температуру двадцать градусов по Цельсию. А если поднести пирометр ближе хоть на пару сантиметров, дисплей зашкаливает и прибор просто испаряется.

– То есть температура объекта больше двух тысяч градусов?

– Думаю, значительно больше.

– Однако!

– Кстати, пирометр мы все пять раз подносили манипулятором.

– И что манипулятор?

– Только нагревается. Причём не сильно, примерно до средних показателей допуска.

– Значит, объект умеет управлять своей энергией… – пробормотал ГД, побарабанив пальцами по столу. – И отдаёт её избирательно и очень точно.

– Да, Александр Анатольевич.

– А что говорит наш гений-провидец?

– Андрей Петрович утверждает, что в объекте происходит устойчивая термоядерная реакция. Как на Солнце. Точнее, в Солнце. Ну и вообще в любой звезде подобного или более высокого класса.

– Ну надо же какое открытие! – воскликнул ГД саркастически. – Сбылась, значит, мечта всего прогрессивного человечества! Теперь главное, чтобы оно об этом не узнало!

Виктор благоразумно промолчал.

– Что ещё Андрей Петрович говорит? – спросил ГД тем же тоном.

– Сегодня утром он заявил, что объект, по всей видимости, в момент разряда скопировал ПО, которое было установлено в модуле, преобразовал его, и теперь обладает неизвестной нам формой ИИ. – извиняющимся тоном ответил Виктор.

– Доказательства?

– Никаких. У него же всегда всё на уровне озарений…

– А он сегодня утром трезвый был?

– Кто, Андрей Петрович?

– Ну не объект же!

Виктор с удивлённым видом пожал плечами:

– Так Андрей Петрович уже второй год не употребляет. С тех пор, как вы оплатили ему лечение в той клинике…

– Очень дорогое лечение, между прочим! Очень дорогое! – сердито воскликнул ГД.

– Но оно того стоило, Александр Анатольевич. – осторожно произнёс Виктор. – Андрей Петрович за всё это время ещё ни разу не ошибся в своих прогнозах. Мы при его участии только в этом году уже три тендера подряд выиграли!

– Да, три тендера выиграли, а на этом четвёртом споткнулись!

– Ну, нельзя сказать, что споткнулись. – сказал Виктор довольно упрямым тоном. – Просто очередное испытание пошло нештатным образом…

– Нештатным образом!.. Вы должны были всё предусмотреть! Вы всё предусмотрели?

Виктор глубоко вздохнул и промолчал.

ГД опять забарабанил пальцами по столу.

– Ну вот работали мы мирно и спокойно на авиацию и флот, и всё было прекрасно! – проворчал он как бы сам себе. – А разработки медицинской техники чем нас не устраивали? И стендовое оборудование, и радиолокационные комплексы! Мы в этом собаку съели! И не одну! Ну с какого, спрашивается, панталыку нас понесло ещё и в космос?!..

– Условия того тендера были очень привлекательные. – сказал Виктор. – Сделать модули для марсохода. Самопрограммируемые. Самоуправляемые. Фактически с функцией ИИ. А также БПЛА с такими же характеристиками. И мы же всё сделали! Финансирование к тому же прекрасное получили. Двести пятьдесят миллионов!

ГД бросил сердитый взгляд на Виктора.

– Откуда такая цифра? – осведомился он.

– Так все в коллективе знают…

– А как узнали, интересно?

– Так вы и не скрывали…

– Да? – удивился ГД. – Очень странно. Что это на меня тогда нашло?..

– Вы и премии большие сотрудникам выплатили по результатам завершённой программы. – ненавязчиво напомнил ему Виктор. – Я лично получил пятьсот тысяч.

– Пятьсот тысяч! Ни фига себе! – театрально воскликнул ГД. – Ты что, думаешь, что стоишь пятьсот тысяч?

– Я думаю, что стою намного дороже… – скромно заметил Виктор.

– Да уж, Бородин, какой ты всё-таки нахал! – сказал ГД огорчённо. – Я тебя, можно сказать, вырастил в родном коллективе, зарплату высокую плачу, материалом уникальным для диссертации снабдил! А ты мне тут теперь цену набиваешь?

– Я не набиваю. Я просто честно ответил на вопрос! – ответил Виктор, скромно улыбнувшись.

– Так-так. Честность, значит, лучшая политика? – произнёс ГД с преувеличенно расстроенным видом.

– Наши модули и БПЛА сейчас в работе. – напомнил ему Виктор. – И не где-нибудь, а непосредственно на Марсе. И проявляют себя прекрасно! Все отделы при любой возможности подключаются к «Восточному» и смотрят.

– Смотрят! – заметил ГД, не сумев скрыть довольную улыбку. – Работать надо на работе, а не каналы разные смотреть!

– Кгхм! – кашлянул Виктор и промолчал на этот раз со своим фирменным упрямым видом.

ГД, выбив пальцами по столу какую-то особо залихватскую дробь, спросил с несколько наигранным недовольством:

– Так раз у нас всё так хорошо с новыми модулями, зачем вы полезли в эксперименты?

– Действуем на опережение. Всё, как вы учили. – невозмутимо ответил Виктор. – Чтоб всем конкурентам утереть нос заранее! Новые сплавы испытываем, новые подшипники, облегченные и усиленные, новые редукторы, шестерни, и, самое главное, новое ПО.

– Так загвоздка, значит, в нём?

– Скорее всего.

– Выходит, те двое новеньких не годятся?

Виктор покачал головой.

– Наоборот, Александр Анатольевич. Они мыслят вообще не стандартно. Но, когда программы пишут, их здорово уносит…

Бородин смущённо улыбнулся и замолчал.

ГД посмотрел на него остро, немного подумал, и, как будто не веря собственным словам, сказал:

– Подожди, подожди, Бородин! Я только сейчас понял! Ты что, в этот раз тем двум сумасбродам вообще никаких ограничений не обозначил?..

– Ну, вроде как…

– Ты что, сдурел?! А если бы весь испытательный корпус рванул?!

– Ну не рванул же… И у нас даже появилось кое-что новое…

– Кое-что новое?! – воскликнул ГД, театрально взмахнув руками.

Виктор промолчал.

ГД откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди, и произнёс со странной интонацией:

– Ну, ладно… Ладно-ладно! Смеётся тот, кто, как говорится!..

Он немного помолчал, снова подался к столу и спросил задумчиво:

– Тогда что мы имеем на данный момент? А, Бородин?

Поскольку вопрос был риторический, Виктор опять промолчал.

ГД вперил взгляд в пространство, тихонько барабаня пальцами по столу.

Виктор терпеливо ждал.

– Так что же мы имеем? – повторил ГД. – После того, как вы засунули в экспериментальный модуль какую-то сумасбродную программу, затем шарахнули по нему разрядом в тысячу вольт и двести тысяч ампер, изделие выдержало, но в лаборатории откуда ни возьмись появился этот самый объект, очень похожий на шаровую молнию, но только абсолютно стабильный. Висит он, значит, над платформой же третьи сутки, на одном и том же месте, как прибитый, никого не трогает, только слегка потрескивает и пирометры палит один за другим. Да и то не специально, а если их слишком близко поднести. А наш записной гений утверждает, что данный объект, мало того, что поддерживает термоядерный синтез, так ещё и обзавёлся собственным интеллектом неизвестно нам вида, причём на основе нашего же ПО! Я всё правильно обрисовал?

– В общем и целом…

– И какой из всего этого вывод?

– А какой?

– Не придуривайся, Витя! – скривился ГД. – Главный вывод из всего этого следующий: объект осознаёт наше присутствие и думает о нас!

– В каком смысле – думает о нас? – удивился Виктор.

– В прямом! – заявил ГД. – И притом он не желает, чтобы мы с ним взаимодействовали с помощью наших обычных методов и средств.

Виктор нахмурился и напустил на себя глубокомысленный вид.

ГД посмотрел на него ехидно и сказал:

– Поэтому, дорогой Витя, если ты планировал шарахнуть по объекту новым разрядом, то это не очень хорошая идея! И даже, я бы сказал, очень плохая!

– Ну, э-э… – протянул Виктор и слегка покраснел.

ГД довольно крякнул, погрозил Виктору пальцем и сказал:

– А раз такое дело, то контакт с объектом нам надо установить каким-то другим образом.

– Интересно, каким? – вздохнул Виктор.

– Это хороший вопрос. – кивнул ему ГД. – И я тебе на него отвечу! Но сначала вопрос от меня!

– Я слушаю…

– Как поживает твой ребёнок? У тебя же дочь?

– Да. – кивнул Виктор, невольно улыбнувшись. – Лиза-Лизавета!

– Сколько ей уже? Пять?

– Нет, уже семь. Первый класс заканчивает. В августе будет восемь.

– Ну надо же, какая большая! – искренне удивился ГД. – Как летит время!

Он вздохнул с сожалением.

И продолжал:

– Так вот, папа Витя, как ты устанавливаешь контакт со своим ребёнком?

– Ну, как… Как все родители. Мы играем, читаем, разговариваем. Мультики и фильмы вместе смотрим и обсуждаем. Уроки вот теперь делаем. По очереди с Мариной. А сейчас за дядей Мишей Лазаревым и дядей Женей Колывановым наблюдаем.

– Вы знакомы с нашими первыми марсианами?! – удивился ГД.

– Ну да. Три года назад в профилактории познакомились.

– Это здорово, Витя. Это очень здорово! – воскликнул ГД. – Кстати, дочь у тебя хорошо учится?

– Очень хорошо!

– А читать она когда научилась?

– В четыре года.

– Самостоятельно?

– Ну, нет конечно. Мы с женой с ней очень много занимались. Сначала из кубиков слова составляли, а потом за букварь взялись. Нам бабушка подарила замечательный советский учебник. Помните, был такой, с синей обложкой и надписью большими буквами? Под редакцией Горецкого?

– Ещё как помню! – заявил ГД радостно. – Я по нему как раз и занимался.

Он отбил пальцами по столу особенно громкую дробь и сказал:

– Вот и отлично. Значит, всё у тебя получится!

Виктор неловко заморгал и посмотрел на ГД недоверчиво.

– Это что, вы мне предлагаете с этим объектом как с ребёнком заниматься? – удивился он. – Учить его читать по букварю, в кубики с ними играть?..

– Да, Витя. Именно это я и предлагаю.

– Так он же не реагирует ни на какие внешние раздражители!

– Как это не реагирует? Ещё как реагирует! Вот только тыкать в него этими вашими контроллерами больше не надо. Доброе слово, знаешь ли, и собаке приятно!

– Кошке.

– Почему кошке?

– Потому, что тут не про животное идёт речь, а про матроса Петра Кошку, защитника Севастополя во время Крымской войны 1853 года.

– Вот, видишь, какой ты грамотный! Очень приятно осознавать, что я в тебе не ошибся. – удовлетворённо кивнул ГД.

Виктор вздохнул, тараща глаза.

– А глаза таращить мне тут не надо! – сказал ему ГД. – Я тебе только что дал задание. Иди, выполняй!

Виктор вздохнул и тихо спросил:

– А на самый верх?.. Будем сообщать?..

ГД посмотрел на него сердито и сказал:

– Ты, дорогой Витя, сейчас уже и так на самом верху! И уже всё мне сообщил!

– Понятно…

– Или ты что, боишься, как бы чего не вышло? Или хочешь, чтобы у нас забрали всю эту тему? И засекретили нафиг? Нет уж! – сердито заявил ГД. – Такой шанс раз в жизни выпадает! И я его упускать не намерен!

– От нас всё равно требуют регулярной отчётности… Это же госконтракт… – пробормотал Виктор.

– Требуют. – сказал нейтральным тоном ГД. – И, в случае чего, моя голова полетит самой первой. Я это осознаю, как говорится, всеми фибрами!

Он опять побарабанил пальцами по столу, и, подавшись к Виктору, сказал доверительно и абсолютно искренне:

– Витя, очень тебе прошу! Установи контакт с этой штукой! Хотя бы самый первичный! Я нашему гению-провидцу верю! Его чуйка ещё никогда не подводила! И тебе я верю тоже и знаю, что у тебя всё получится!

Виктор мрачно вздохнул:

– То есть выходных у меня и в этот раз не будет…

ГД развёл руками.

– М-да… Не знаю, как теперь с Мариной объясняться. – пробормотал Виктор. – У нас сейчас племянник гостит, пятилетний, гиперактивный. Его родители в командировке на Камчатке. Я обещал погулять с дочерью и с ним на выходные, дать жене отдохнуть…

– А ты скажи супруге, что шеф дал тебе сверхсекретное задание и обещал повышенную премию.

– А… Правда?

– Абсолютно. Миллион!

Виктор вытаращил глаза.

ГД усмехнулся и сказал вновь совершенно искренне:

– Витя, дорогой мой человек, ты же понимаешь – если мы, во-первых, научимся взаимодействовать с этим объектом, и, во-вторых, он с нами поделится тем, что за процессы в нём происходят, и как он ими управляет – мы все будем не только в шоколаде! Мы будем в золоте!

– Буквально?

– Фигурально! Хотя и буквально тоже!

– А, это… Александр Анатольевич… Сколько у нас вообще времени, как вы думаете?

ГД сразу стал крайне серьёзным, и, мрачно вздохнув, сказал:

– Дня три-четыре, включая эти выходные. Не больше. Потом доложить наверх всё равно придётся. Так что тут, Витя, либо пан, либо пропал!..

– Понял…

– Вот и прекрасно. Иди, действуй!

3

Был конец рабочего дня.

Виктор Бородин вышел из кабинета ГД, зашёл в собственный кабинет, быстренько навёл там порядок, как всегда делал в конце рабочей недели, закрыл дверь кабинета на ключ, и пошёл по длинному коридору к выходу.

Его поразило, что нигде не было ни единого человека, как будто все кабинеты, участки и лаборатории вымерли. Впрочем, Виктор тут же сообразил, куда все делись, и заглянул в конференц-зал.

Здесь был огромный экран, поэтому почти до отказа заполнившие зал зрители имели возможность в мельчайших деталях наблюдать за продвижением Лазарева и Колыванова по Марсу. Зрители это были не простые, и наблюдали они за движением марсоходов с профессиональным интересом и гордостью. Очень многие из присутствующих принимали самое непосредственное участие в создании узлов и модулей этих уникальных машин.

Конечно, это был не прямой эфир, учитывая задержку радиосигнала, но видео были самые свежие. Первые российские марсопроходцы передавали их порциями по 20-30 минут. Видео тут же автоматически обрабатывались в информационном центре и беспрепятственно шли в свободный эфир.

Виктор Бородин подумал, что вот так же, как его коллеги, сейчас по всему миру перед телевизорами и мониторами сидят миллионы людей и наблюдают за неторопливым продвижением по Красной планете двух марсоходов, к которым периодически присоединяется БПЛА.

Ещё во время подготовки этой марсианской миссии было решено, что марсоходы будут двигаться параллельными курсами, страхуя друг друга и непрерывно записывая изображение, поэтому сейчас на экране в конференц-зале было две основных больших картинки, плюс ещё несколько с периферийных камер каждого марсохода. Когда в марсианский воздух поднимался БПЛА, ко всем этим изображениям добавлялись завораживающие виды Марса сверху. Поднимать БПЛА удавалось не очень часто, поскольку полёты в разрежённой атмосфере требовали много энергии и батареи квадрокоптера быстро садились.

Впрочем, все виды Красной планеты, как с камер марсоходов, так и БПЛА были довольно однообразные – бескрайние бурые, красно-бурые, серо-коричневые пустыни и песчаные барханы, усыпанные камнями и обломками камней разной величины.

В тот самый момент, когда Виктор Бородин заглянул в конференц-зал, голос Михаила Лазарева сообщал:

– Ну вот, ребята, сейчас мы поднимемся на вершину этого холма, и оттуда обозреем очередные марсианские просторы!

Голос Евгения Колыванова подхватил:

– И наконец-то встретим настоящих марсиан. Установим контакт, поделимся с ними достижениями Земли, и с этого момента дружно, в союзе двух цивилизаций, отправимся к новым рубежам межпланетного прогресса!

– Женя, ты большой романтик! – засмеялся Михаил Лазарев. – Мечтать, конечно, не вредно!..

– Мечты вообще умирают последними! – серьёзно ответил ему Евгений Колыванов.

К сожалению, реалист Лазарев был гораздо ближе к истине, чем романтик Колыванов. Ни Уэллсовских спрутов на треножниках, ни смуглых и желтоглазых гуманоидов, придуманных Рэем Брэдбери, ни, хотя бы, злодея Тускуба и красавицы Аэлиты обнаружить на Марсе пока не удалось. Про Джона Картера речь не шла вообще.

Марсианские каналы, увы, остались тоже только в плохо обработанных линзах и зеркалах телескопов Джованни Скиапарелли и Персиваля Лоуэлла.

– Я думаю, они всё-таки должны прятаться в подземельях. – заявил Колыванов.

– Кто, марсиане? – спросил Лазарев.

– Конечно. Это самый логичный вариант! – убеждённо сказал Колыванов. – Надо только найти туда вход!

Картинки на экране пошли рябью и пропали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.