Петр Савченко
Модуль. Начало

Глава 1

Модуль. Начало.

1.

Санкт-Петербург. 2048 год, июнь, двадцать пятое число.

Солнце проникало в квартиру через высокие арочные окна, освещая пожилого, седовласого мужчину в шелковом домашнем халате, играющего на рояле. Перебирая клавиши изящными пальцами, он наслаждался каждой нотой Третьей Фантазией Моцарта, заставляя наполняться ею купольный эркер. Огибая позолоченную лепнину, хрустальные люстры и высокие вазоны на мраморных тумбах, музыка разносилась по просторной квартире. Зная произведение наизусть, мужчина закрыл глаза, полностью погрузившись в процесс, и поэтому не увидел световой сигнал блока сигнализации, висевшего на противоположной от рояля стене. Красный диод принялся мигать, оповещая, что произошло открытие входной двери, без использования разрешительного ключа.

В квартиру, сняв пистолет с предохранителя, вошёл человек в чёрном костюме, ботинках на толстой подошве и тонких кожаных перчатках. Оказавшись в прихожей, он остановился, чтобы сориентироваться. Осмотревшись, человек направился в комнату, где размещался рояль. Пройдя по коридору, он медленно вошел в гостиную со спины седовласого мужчины. Тот экспрессивно заканчивал композицию, каждый раз нажимая на клавиши. помогая себе телом и головой. Подняв ствол с глушителем, человек в черном, сделал несколько шагов вперёд, и нажал на спусковой крючок. Пуля пробила седовласому мужчине голову, бросив его тело на клавиши. Рояль смолк, издав последний смазанный аккорд. Брызги крови, упали на раскрытые ноты в пюпитре, и скопившись в капли, поползли вниз.

2.

Отдел АМС располагался на Большом Проспекте Петроградской стороны в доме 39. Старое здание было отдано Федеральной службе охраны в 2025 году, после обрушения перекрытий первого и второго яруса, из-за чего оно подверглось реконструкции. Был устроен подземный паркинг, просторные залы верхних этажей переоборудованы под кабинеты, а вестибюль первого этажа перестроен под просторную приемную спецотдела. Благодаря усилиям активистов была восстановлена лепнина на потолках, восстановлены дубовые панели на стенах, по чертежам 1912 года, чудом сохранившихся с тех пор.

Весть третий этаж был отдан под следственный отдел, возглавляемый подполковником Стальновым Александром Ивановичем. Подразделение включало в себя двадцать следователей, пять пилотов спецмашин и пяти техников. Отдел был эффективным, имея почти стопроцентную раскрываемость дел, и за счет применения передовых технологий считался перспективным.

– Убийство на Васильевском. Собирайся, – мимо стола, следователя Вячеслава Самарова, прошёл подполковник. Ударив костяшками пальцев по столешнице, он заставил того сморщиться от резкого звука. – Нас ждут на месте.

– Это же не наш район? – молодой человек посмотрел в спину шефа.

– Зато почерк наш, – ответил Сергей, шедший за начальником. – Убит известный деятель искусств. В своей квартире, средь бела дня. Криминалисты уже в пути. Торопись-торопись, – поторопил он товарища.

Вячеслав нехотя встал из-за стола, взяв кожаную куртку со спинки, и отправился за начальником. Спустившись на лифте в подземный паркинг, он и ещё два сотрудника сели в служебный микроавтобус, с надписью на борту «Отдел АМС». Проехав через автоматический шлагбаум, они выехали на Большой Проспект Петроградской стороны, и перемигивая синими проблесковыми огнями, направилась в сторону Васильевского острова.

– Самаров, как чувствуешь себя? – услышал Вячеслав, сквозь тупую боль в голове. Он вчера провел вечер в баре, поэтому сегодня чувствовал себя не лучшим образом. – Может тебя высадить и пойдешь домой? – с издевкой произнес начальник.

– Нормально, – ответил молодой человек, не обратив внимание на последнюю фразу. Но, где-то эта мысль была разумной. Ему жутко захотелось выйти из автомобиля и глотнуть свежего воздуха.

– Я говорю при всех, чтобы это была последняя твоя выходка, – начальник ехал на пассажирском сиденье, и говорил, не оборачиваясь в салон. – И не посмотрю на все твои достижения и способности.

– Александр Иванович, мы это уже обсудили. Я прекрасно понял ваш посыл, – Вячеслав потёр щетину. Он вчера увлёкся, употребив лишнего, что стало причиной его опоздания на службу, а это всегда раздражало начальника.

Переехав Тучков мост, автомобиль проехал по Среднему проспекту, свернул на 12 линию и уткнулся в полицейский кордон. Патрульный остановил автобус, но опознав его принадлежность, указал на свободное парковочное место.

– Приветствую, Александр Иванович, – как только люди вышли из машины, к ним подошёл капитан полиции.

– Здравствуй, Иван, – подполковник и полицейский обменялись рукопожатием. Стальнов быстрым шагом направился в парадную, не задерживаясь на улице. – Веди и рассказывай.

Вячеслав вышел из автобуса последним. С удовольствием вдохнул полной грудью. Посмотрел на дом, оцепленный полицейским кордоном. Молодое по меркам города, здание было построено в середине двадцатых, и окружало Особняк Бремма, реконструированный в то же время. Высокие арочные окна, эркеры, фасады, отделанные дорогим камнем, выказывали в нем элитный, клубный дом. «Рад, что деятели могут позволить себе, такое жилье, – пролетела мысль в голове у следователя». Посмотрев по сторонам, Вячеслав увидел несколько зевак стоявших у натянутой ленты, и снимающих происходящее на телефон. Неподалеку разворачивалась съемочная группа какого-то телеканала. Убийства, в последнее время, стали редким явлением, поэтому вызывали интерес у общественности. Оставалось только узнать, откуда эти телеканалы узнают, об этих самих событиях.

– Звонок поступил полтора часа назад, – услышал Вячеслав, поторопившись за товарищами. – Звонила соседка. Она обнаружила входную дверь соседской квартиры открытой. Начала звать хозяина, прошла внутрь, и нашла его.

– Где? – войдя в парадную, Стальнов обнаружил пост консьержа пустым, и не преминул обратить на это внимание.

– Место вакантно, как и работа всех видеокамер дома, – ответил капитан.

– Вот тебе и элитное жилье, – хмыкнул подполковник.

– Вообще, не одна не работает? – поинтересовался Сергей.

– Камеры на местах, на они не подключены. Сервер обесточен, и судя по состоянию патч-кордов давно, – ответил капитан.

– Кто жертва?

– Разумовский Евгений Евгеньевич, заслуженный деятель искусств Российской Федерации. Имеет множество наград, в том числе лично от президента, – доложил полицейский.

– А соседка, та, что сообщила, где сейчас? Я хотел бы с ней поговорить, – Александр Иванович поднимался по широкой мраморной лестнице. Лифт был занят криминалистами, его проверяли на предмет возможных улик.

– Когда прибыл наш патруль, ей стало дурно, и ее увезла скорая, – с долей разочарования ответил капитан. Ему придется выискивать женщину по медучреждениям, постоянно преодолевая нежелание сотрудников допускать к ней для допроса. – Она больше ничего не успела рассказать.

Поднявшись на четвёртый этаж, они были остановлены человеком в белом комбинезоне, который выдал каждому бахилы и одноразовые перчатки. Вячеслав тяжело дышал. Начальник посмотрел на него и недовольно качнул головой. Из-за двери соседской квартиры звонко лаяла собака.

– Где тело? – уточнил Стальнов.

– В дальней комнате, у него там, что-то вроде сцены, – ответил человек в белом костюме.

– Трогали? – вмешался Вячеслав.

– Нет. Ждем вас, – человек кивнул головой.

– Замечательно, тогда я попросил бы всех твоих людей покинуть место преступления, – Стальнов натягивая перчатки, обратился к капитану.

– Минуту, – тот одев бахилы, прошёл в квартиру.

– Коллеги, – произнес Александр Иванович своим подчиненным, когда капитан дал понять, что квартира пуста. – Начинаем. Сергей, приступай. Дальше, все по протоколу. Не затягиваем, времени нет.

Сергей достал из сумки робота-специалиста первичного осмотра, и поставил его за порог. Шарообразный аппарат постояв немного на месте, издал звуковой сигнал и покатил по коридору, сканирую и анализируя все вокруг себя, передавая полученную информацию на монитор оператора. Следом за роботом пошли Вячеслав и Евгений – оперативные сотрудники. В их задачу входило подмечать все то, что не может «увидеть» аппарат: сдвинутые предметы, неприкрытые дверцы или ящики. Это позволяло сложить полную картину произошедшего.

Над осмотром квартиры работали два часа, постепенно приближаясь к месту убийства. Закончив с телом, следователи расположились у рояля, напротив трупа, для подведения промежуточных итогов.

– Что нашли? – подполковник посмотрел на подчиненных.

– Ничего, – ответил Сергей. – Следы от входной двери до места убийства и обратно, плюс зашел на кухню. Кто-то вошел, сделал дело, и вышел. Больше нет ничего, ни отпечатков, ни иных частиц.

– Что-нибудь пропало?

– Это не ограбление, – высказался Вячеслав. – Ничего не открывалось, дорогие часы на руке, шкатулка в спальне набита украшениями, в пальто картхолдер с картами и несколькими пятитысячными. Сейф не вскрыт, его и не искали.

– Значит, умышленное убийство.

– Однозначно, – Евгений взял на себя роль докладчика. – Убийца вошел в помещение, сделал один выстрел. В голову. Пуля вошла в теменную часть черепа и вышла через переносицу.

– Странная траектория. Наш убийца трехметровый громила? – подполковник усмехнулся.

– Я думаю, что это из-за положения головы в момент выстрела, – вставил слово Вячеслав. – Ну, знаете, когда играют на пианино и помогают себе головой. Иногда кажется, что лоб себе разобьют о клавиши.

– Да, да, есть такое, – улыбнулся Сергей.

– Если вы не против, я продолжу, – Евгений посмотрел на сослуживцев. – Пулю я нашёл в простенке, между окнами. Она имеет деформацию, но для экспертизы достаточно. Так же, на ней есть частицы органического происхождения. Результат будет после лаборатории.

– Отпечатки?

– Постороннего ничего нет. Отпечатки только убитого и его жены. Робот не нашёл ничего лишнего, только то, что должно быть в квартире. Криминалисты полиции может что найдут, но думаю, что все будет чисто, как и на первом убийстве.

– Личность?

– Да. Личность подтвердили. Как сказал капитан – это Разумовский собственной персоны, – Сергей развернул планшет, на показ остальным. – ДНК – совпадение сто процентов.

– Жену вызвонили?

– Она в отпуске, за границей. По данным Росавиации: она прибудет из Испании через десять дней. Билеты куплены три месяца назад. Убыла из страны две недели назад.

– Ну, видимо, отпуск у неё закончился быстрее, – хмыкнул Вячеслав.

– Не смешно, – на него строго посмотрел Стальнов.

– Не мы такие, жизнь такая, – парировал Вячеслав.

– Дети, внуки? – продолжил подполковник.

– Сын и дочь. Но, они не живут в Питере. И судя по отсутствию семейных фото, им явно не до убитого.

– Что по системе безопасности, замку, видеонаблюдению?

– Замок с пятиступенчатой защитой был открыт каким-то чудесным образом, – доложил Вячеслав.

– Каким именно?

– Я бы сказал так – его просто открыли. Как-будто у убийцы был ключ, но это не так, так как сработала внутренняя сигнализация. Что-то вскрыло замок, но не обошло сигналку. Записи с внутренней камеры прихожей у нас тоже нет. Жёсткий диск был изъят из записывающего устройства. Сергей, все так? – Вячеслав уточнил у оператора робота.

– Да, – кивнул тот.

– Вот так все просто? – усомнился начальник.

– Просто, но странно. Дело в том, что записывающее устройство находилось на кухне, в нише над холодильником, – Вячеслав нашёл нужное фото и показал его начальнику. Место расположение подразумевает, что о нем могли знать только члены семьи и компания, ее туда установившая. Следовательно – это единственная зацепка на данный момент.

– Не густо, – Александр Иванович перелистывал фото на планшете, принимая для себя решение. – Иван? – начальник подозвал капитана. – Почему вызвали «АМС»?

– Имя жертвы стало известно сразу. Доложили по инстанции, – пожал плечами полицейский. – Оттуда к вам отправили, с указанием, оказать всестороннее содействие.

– Ясно, – Александр Иванович задумался, а затем погасил планшет. – Смотри, Иван, мы закончили. Сергей отправит все что мы обнаружили. Дальнейшую работу будем строить, опираясь на то, что скажут сверху. Если вы найдёте отпечатки – сообщи.

– Хорошо. А много то нашли?

– Не густо, – повторил Александр Иванович. – Тело можете отправлять. Проверьте все камеры в округе. Кто подъезжал, останавливался. Ну, сам все знаешь. Будем на связи, короче.

Больше задерживаться не стали. Не смотря на скудность полученной информации, они с ней провозятся ещё день, чтобы привести все в установленную протоколом систему и составить по ней отчет. Сняв перчатки и бахилы, Александр Иванович пожал руку Ивану, и пошёл вниз, увлекая за собой подчиненных. На последним лестничным пролете им дорогу преградили люди в серых костюмах.

– Попрошу вас остановиться и предъявить документы, – шедший впереди, окинул взглядом людей, одетых кто во что горазд, с сумками в руках, и с выпирающими кобурами с оружием.

– С кем имею честь? – не смутился Александр Иванович, хотя внутри был удивлён появлению силовой структуры, однозначно высшего ранга.

– ФСБ, майор Рогов, спецотдел, – представился шедший впереди, но удостоверение не предоставил.

– Подполковник Стальнов, Отдел АМС, – Александр Иванович тоже не стал утруждать себя, чтобы достать удостоверение.

– Ого, – услышав принадлежность, майор кивнул головой, от неожиданности.

– Тоже самое я могу сказать и о вас, – в тон отметил подполковник.

– Не двигаться! – резко прозвучали слова. Человек стоявший за майором, потянулся под пиджак к оружию в наплечной кобуре.

– Я только бахилы снять, – ответил Вячеслав, медленно выпрямляясь. Он осознал, что не снял бахилы, покидая место убийства, и почему-то посчитал данный момент наиболее подходящим.

– Самаров!? Ты что ли?

Вячеслав услышал свою фамилию и всмотрелся в лицо говорящего. Он расслабился, закончив обследование, вновь мечтая о глотке холодного пива, и сейчас ему пришлось сосредоточится, чтобы узнать в нем однокашника Олега Рогова.

– Он самый, – ответил он с неохотой.

– Так, господа, – подполковник взял инициативу в свои руки. – Идентификацию все прошли. Если возражений ни у кого нет, то позвольте – расходимся и каждый продолжает заниматься своими делами.

– Вас никто не задерживает, подполковник Стальнов, – майор натянул надменную ухмылку и сделал шаг в сторону.

– Благодарю. За мной, – Александр Иванович кивнул головой своим ребятам, и быстрым шагом направился из парадной.

– Слава, на минутку, – придержал старого знакомого майор. – Сколько времени прошло?!

– С выпуска не виделись, – Вячеслав замялся.

– Давно в Питере?

– После выпуска сюда отправили. Здесь и служу, – не стал вдаваться в подробности Вячеслав.

– Может встретимся, пиво-водка?

– Давай, – нехотя согласился Слава. – Ладно, извини, шеф на меня и так сегодня …

– Телефон запиши…

Обменявшись номерами, они разошлись. Вячеслав снял проклятые бахилы, выбежал из парадной, и добежал до автобуса, под буравящий взгляд начальника. Не успел он опуститься в кресло, как машина резко сорвалась с места.

– Что это было, Самаров? – в этот раз, Александр Иванович повернулся к нему с переднего пассажирского кресла.

– Бахилы забыл снять. С кем не бывает? – по-детски оправдался Вячеслав.

– Видимо только с тобой и бывает, – гоготнул Сергей, но смолк под взглядом начальника.

– Я не об этом. Кто это был?

– А этот? Учились вместе, – откинулся на спинку Вячеслав.

– И что, позволь спросить, ФСБ забыли там, где отработали мы? – начальник продолжал буравить его взглядом.

– Александр Иванович, мы с выпуска не виделись. Вместе мы не живем, – ответил подполковнику Вячеслав, не отводя глаз. Давая понять, что придирки начальника в данном случае, беспочвенны. – Я откуда знаю. Не видел и столько же бы не видел.

– Если бы жили, то у нас бы ты точно не работал, – Александр Иванович отвернулся.

– А если серьезно, – Евгений вставил слово. – Александр Иванович, что они забыли на месте убийстве деятеля искусств?

– Знал бы где копать, давно был бы богатым, – буркнул в ответ начальник. У него зазвонил телефон. Достав смартфон, он произнёс: – а вот и ответы. Слушаю, товарищ генерал. Понял. Когда? Понял.

Закончив разговор, подполковник убрал сотовый в карман, и задумался, смотря в окно. Тем временем, автобус проехал через мост и свернул направо, в сторону Судебного двора. Сотрудники сидели, переглядываясь, в ожидании информации.

– Самаров, по прибытию бери машину и возвращайся. По времени успеваешь до убийства.

– Задача? – Вячеслав распрощался с холодным пивом.

– Вывести Разумовского. Доставить в отдел.

– Принял, – Слава откинулся в кресле.

Автобус вернулся в здание отдела. Стальнов ни сказав не слова, пошел к лифту, Павел и Евгений поторопились за начальником. Вячеслав покинул салон последним. Оказавшись на подземной парковке, он бросил взгляд на два автомобиля перемещения, стоявшие на выделенной стоянке. «Две на месте, значит сейчас никто не работает», – подумал Слава. Немного потоптавшись на месте, принимая решение как поступить, он первым делом отправился менять оружие, в оружейную комнату. Возвращаться с табельным пистолетом запрещала инструкция, следовало заменить не только оружие, но и патроны к нему, которые способны разлагаться после выстрела. Сменив пистолет, он получил в канцелярии документы с разрешением действовать в условиях временного перехода. На ходу перекусил: выпив кофе с бутербродом, прихватил из автомата бутылку воды. Держа ее у виска, вновь спустился на стоянку. Расписался за ключи, и подошёл к своей машине. Автоматика автомобиля, просканировав пространство, уловила сигнал с брелока, издала короткий звуковой сигнал, сняла сигнализацию, и расправила зеркала. Вячеслав обошёл машину, визуально проверяя накачку колеса и целостность стёкол. Это важно для перемещения, трещины и различные повреждения, особенно колес, могут отрицательно повлиять на процесс перемещения и могут исказить точку выхода в пространстве.

3.

Москва. 1974 год.

Мужчина вошел в подъезд и с нетерпением направился к почтовому ящику. Дрожащими от волнения пальцами, он поднял крышку, и вынул из него письмо.

– Академия наук, – взволнованно пробормотал он, прочитав строку «Отправитель».

Сердце гулко застучало в ушах. Оторвав полоску от конверта, он изъял из него листок с машинописным текстом.

«Уважаемый Евгений Павлович, вам выделено место в экспедиции к месту падения Тунгусского метеорита. Просим вас прибыть 20 мая 1974 года к 10:00 по адресу Москва, Ленинский проспект, Дом 32А, кабинет 431, для оформления необходимых документов».

– Да! – обрадованно воскликнув мужчина, сложил письмо и побежал вверх по лестнице. Ворвавшись в квартиру на третьем этаже, он позвал жену: – Люба! Люба! – он скинул туфли и направился на кухню.

– Что случилось?! – ему навстречу вышла женщина, вытирая руки о фартук, одетый поверх домашнего халата.

– Меня наконец пригласили! Смотри! Только что пришло! – он протянул конверт жене.

– То есть, уже в этот понедельник? – расстроенно произнесла Любовь, прочитав его содержимое.

– Нет, – Евгений обнял женщину, сделав вид, что не заметил ее расстройства. – В понедельник только возьмут данные на покупку билетов и дадут список необходимого. Поездка назначена на 12 июня, если Аркадич не врет. А он все знает, ведь человек в администрации академии работает. – Мужчина отстранился от жены, посмотрел в ее глаза. – Любушка, все будет хорошо. Это ненадолго.

– Я знаю твои ненадолго, – она старалась держать себя в руках. – Прошлый раз тебя не было полгода. Степка тебя не узнал по возвращению.

– Ты же знаешь, что тогда была зима, и только благодаря аномальной погоде мы не смогли выехать с Заполярья. А сейчас лето. Что может произойти летом? – Евгений с нежностью посмотрел на жену.

– Я не хочу, чтобы ты уезжал, – Любовь обняла мужа. – У Степки школа закончится и его надо будет к бабушке везти. Ты ему обещал велик смазать. И вообще, – запричитала она.

– Я поговорю с сыном. Он поймет. А к Зинаиде Федоровне вы и без меня хорошо съездите. Тем более меня «бестолкового» она не сильно жалует, – Евгений вышел из кухни и пошел в комнату. – Степан?!

– Да, жалует она тебя, – женщина опустила руки, оставшись одна.

– А где Степан? – вернулся Евгений.

– На улице гуляет. Сегодня контрольную по математике написал быстрее всех, – она посмотрела на часы. – Должен вот-вот прийти. У меня, кстати, ужин почти готов.

– Вы у меня молодцы, – резюмировал отец семейства, поцеловал женщину в лоб, и удалился переодеваться в домашнее.

Эту поездку, начинающий ученый астрофизик Тыранов Евгений Павлович, ждал долгих три года. Ему требовалось подтверждение ряда гипотез к теории искажения направленных векторов силы, которую он лично разрабатывал уже второй десяток лет. Проведя исследования, он пришел к выводу, что доказать или опровергнуть их, он сможет только в естественной среде, а это можно сделать только непосредственно на месте крупнейшей геомагнитной катастрофы. Написав несколько научных работ по Тунгусскому метеориту, явлениях ему предшествующих и последствиях его падения, он обратил на себя внимание людей из Министерства науки, что дало ему возможность, буквально, выбить средства для организации экспедиции. Три года он согласовывал время поездки, подстраиваясь под климат региона и его особенности, согласовывал состав сотрудников и обязанности каждого, подсчитывал бюджет и сопутствующие расходы. Его доводы были логичными, имели подтверждение в виде расчетов, что стало достаточными, чтобы многие поддерживали его. И то, что строить научную лабораторию намного затратнее, чем поездка десятка человек в Сибирь, стало решающим. В Министерстве понимали, что исследования астрофизика, при их положительном результате, могут дать Советскому союзу стать первой страной в мире, которая будет способна перемещать предметы в пространстве, за счет его искажения. Все осложнялось трагедией 1959 года, когда при таинственных обстоятельствах погибли студенты, и палки в колеса вставляли потому, что никто не хотел повторений тех событий. Тыранову был поставлен ультиматум, или он принимает в команду человека из особого отдела, во избежание любых осложнений, или никто никуда не едет. Размышления были продолжительными и по-своему мучительными, но желание доказать теорию взяло верх, и он согласился на предложение академии.

В назначенный день он отправился в академию. Пройдя пропускной контроль, он поднялся на четвертый этаж и нашел кабинет 431.

– Доброго утра, – поздоровался он с секретарем в приемной. – Я Тыранов Евгений Павлович. Мне назначено на десять.

– Доброго утра, – сухо ответила секретарь. – Вас ожидают. Следуйте за мной.

Поднявшись из-за стола, секретарь вышла из кабинета. Евгений последовал за ней. Женщина провела его по коридорам, отделанным деревянными стеновыми панелями и поднявшись на три этажа выше, подвела к кабинету директора. Молча указав на дверь, она осталась в ожидании каких-либо указаний, зная привычки своего руководителя. Евгений натянул улыбку, постучал по дубовой двери, и вошел.

– Евгений Павлович, вы вовремя, – в приемной кабинета его встретил директор Академии наук. – Проходите.

– Здравствуйте, –      нервничая ответил ученый. Он прошел по ковровой дорожке и разместился за столом, за котором уже сидела два человека.

– Сделайте чай, – сказал директор секретарю и закрыл дверь. – Итак, товарищи. Не будем долго засиживаться. Все решения приняты и осталось только обговорить нюансы. Евгений Павлович, это люди из особого отдела. Товарищ Павлов поедет вместе с экспедицией. И сейчас, он здесь для того, чтобы познакомиться с вами, и выстроить единую линию общения на протяжении всей экспедиции.

– Очень приятно, – Евгений кивнул в сторону особистов.

– Вылет в Красноярск намечен на 12 июня, – без слов приветствия начал товарищ Павлов. – Я еду с вами охранять собственность партии и страны. Поэтому следить за вашими людьми моя прямая обязанность.

– Мы не хотим, чтобы ваши люди чувствовали себя не уютно, – вставил слово второй особист, не представившись. – Они все одобрены комитетом, но ситуация в мире такова, что враги сжимают тиски вокруг нашей страны. Любая утечка информации, результатов исследований, технологий, ведет к ослаблению наших границ. А этого Партия не может допустить.

– Вот ваши документы, – товарищ Павлов пододвинул папку к Евгению. – Здесь все необходимое, плюс деньги на дорожные расходы.

– А остальным сотрудникам?

– Они уже все получили, – невозмутимо произнес второй особист.

– А как оборудование для исследований?

– Оно уже отправлено, – ответил директор. – И будет ждать вас в Красноярске.

– 14 числа у вас отправка в Ванавара, вам будут предоставлены билеты на самолеты малой авиации, – продолжил товарищ Павлов. – С Ванавара вы грузитесь на вертолеты, и выдвигаетесь на место. Я хочу вас предупредить. Дорог там нет, только направления.

– Это я знаю.

– Товарищи, вы забываете, Евгений Павлович лично разработал эту экспедицию, и он знает каждый клочок… – директор захотел показать свою осведомленность.

– Карты, – не дал закончить директору второй особист. – Сто километров по пересеченной местности – это не пальцем по бумаге провести. Поедете на машинах – сгинете, в лучшем случае потратите месяц. Только вертолеты.

– Да, вы правы, – смутился директор.

– Я присоединюсь к вам в Ванавара и буду с вами до конца. Чтобы ваши люди не нервничали, вы представите меня младшим научным сотрудником, одного из институтов Ленинграда, – закончил Павлов.

– Вот так просто? – изумился ученый.

– Да, – товарищ Павлов пожал плечами.

– С оборудованием понятно, – продолжил Тыранов, сделав вид, что ответ особиста его удовлетворил. – А палатки, стройматериалы, печи, продовольствие, и оружие?

– Всё будет вас ждать на месте, – вновь вмешался директор. – К вашему приезду лагерный городок уже будет готов. Заметьте, не палатки, а стационарные строения, из досок и металла. Вы прибудете и сразу можете приступать к работе.

– А оружие будет только у меня. Вам оно незачем, – резюмировал товарищ Павлов. – И помните, никакой охоты, алкоголя и азартных игр.

– Ах да, и еще, в ваш институт направлено письмо, согласно нему, вас откомандировывают в Академию наук. Так что, с завтрашнего дня в институт вы больше ни ногой. До отъезда проведите время с семьей. А теперь, давайте поговорим о составе группы.

Особист разложил перед Евгением личные дела с выведенными именами на титульных листах. В углу красными чернилами были подписаны специальности:

Галина Юрьевна Астахова, 1940 г.р. – геолог;

Наталья Архиповна Галкина, 1939 г.р. – топограф;

Вероника Ивановна Жукова, 1942 г.р. – радиобиолог;

Яков Иванович Пружин, 1935 г.р. – изобретатель–техник;

Алексей Сергеевич Карпов, 1940 г.р. – астрофизик;

Владимир Дмитриевич Фролов, 1942 г.р. – математик;

Илья Владимирович Иванов, 1938 г.р. – астрофизик;

Светлана Юрьевна Прокофьева, 1945 г.р. – научный сотрудник по изучению атмосферных явлений.

Сергей Маркович Ларионов, 1939 г.р. – старший научный сотрудник прикладной физики.

Беседа с сотрудниками особого отдела продлилась два часа, к концу которых Евгений чувствовал себя выжатым как лимон. Ученому задавали множество вопросов. Расспрашивая насколько хорошо он знает сотрудников, которых он отобрал для экспедиции, ему четко дали понять, что у Партии есть интерес к его исследованиям, и что она, Партия, будет жестко контролировать любые его действия, как и делать все для его защиты.

Вернувшись домой, он взял сына и отправился с ним смазывать велосипед. Перебирая шестеренки, он расспрашивал его про математику и успехи в школе. У сына была склонность к точным наукам, и Евгению это нравилось. Смотря на Степана, он мечтал, чтобы тот пошел по его стопам, и продолжил его дело, к которому он сейчас прикладывал максимум усилий, и из-за которого он уезжал на два месяца от семьи.

В установленную дату, Евгений Павлович встретил свою команду в аэропорту. Сотрудники были полны оптимизма, радуясь возможности выбраться из душной Москвы и поскорее приступить к естественным испытаниям. Самолет вылетел в Красноярск по расписанию, и весь полет прошел спокойно. Гостиница для экспедиции была выбрана недалеко от аэропорта, чтобы не тратить драгоценное время на дорогу. Убедившись, что люди разместились в номерах, Евгений отправился на железнодорожный вокзал, за оборудованием, которое следовало доставить на аэропорт, для последующей отправки в Ванавара.

До сортировочной железнодорожной станции Евгений добрался только после обеда. В окно выдачи он предоставил отправочный талон, данный ему товарищем Павловым в Москве. Для оформления бумаг его пригласили через полчаса. Час он потратил на заполнение трех форм, и еще час ушло на ожидание выдачи. Груз ученый получил, но от этого ему легче не стало. Рабочего времени оставалось немного, свободных машин не оказалось, необходимо было быстро решать возникшую проблему. Воспользоваться телефоном, ему не разрешили, сославшись на то, что вокзал не телефонная станция.

– И что я буду с этим добром делать? – задавал себе один и тот же вопрос Евгений, наворачивая круги вокруг деревянных ящиков, которые были объемными, и к тому же невероятно тяжелыми. Посматривая на часы, он понимал, что до закрытия не успеет переправить их в аэропорт, и это заставляло его нервничать.

– Вам нужна помощь, товарищ? – услышал астрофизик из-за спины.

Обернувшись, он увидел мужчину в засаленном комбинезоне и шоферской кепке. Он стоял у синего грузовика ГАЗ-53, обтирая руки грязной тряпкой.

– Если честно, то очень как нужна, – пожаловался ученый. – До шести надо успеть вывезти все это добро с территории вокзала, иначе они не гарантируют его сохранность. А время утекает словно песок.

– Я мог бы предложить вам свои колеса, – неожиданно предложил мужчина.

– У вас, серьезно, есть машина? – воодушевился Евгений

– Да, – развел руки мужчина, обращая внимание на своего железного помощника. – Ждали груз с Новосибирска, но он сегодня не поступил. Поэтому кузов свободен, – водила заткнул тряпку за пояс комбинезона. – Я еду на базу, и если по пути, то мог бы помочь. Пионеры должны помогать друг другу, как говорил отец.

– Я не местный, – признался ученый. – Поэтому, не знаю сколько потребуется времени, чтобы добраться до аэропорта.

– До Емельяново? – присвистнул водила. – Не близко. База в другой стороне, но можно договориться.

– Пять рублей устроят? – предложил ученый, посчитав, что этого будет достаточно.

– Ого, столичный, за пятак я тебе еще это все загружу и разгружу.

– Это навряд ли. Они тяжелые, как станок, – растерялся Евгений, поняв, что оборудование недостаточно отвезти, и его надо еще загрузить.

– Ну, тогда тебе придется накинуть еще рубль, – улыбнулся человек в комбинезоне.

– Мм-м, по рукам, – после раздумий произнес Евгений, обрадовавшись, что проблема разрешилась сама собой.

4.

Санкт-Петербург. 2048 год.

Усевшись в машину, Вячеслав первым делом запустил двигатель. Машина тихо заурчала, приборная панель загорелась множеством огоньков. Различные приборы, занимали все пространство от стойки до стойки. Анализаторы временных векторов, измерители токов, указатели движения и различные синхронизаторы замигали экранами, начав свою работу. Внимательно проверив основные показатели, и убедившись, что машина готова к переходу, Вячеслав ввел данные в компьютер, указав вчерашнюю дату – среда 24 июня 2048 годах. Выждав время, когда компьютер произведет настройку оборудования, он пристегнулся и включил передачу. Тяжелый автомобиль медленно покатил по стоянке. Выкатив на Большой проспект, следователь занял среднюю полосу, в сторону Васильевского острова.

– Прием, – прозвучало из динамика автомобиля.

– На связи, – ответил Вячеслав. – Михаил, ты сегодня за оператора?

– Да. Я твоя связь с будущем, – весело ответил Михаил.

– Прошу проверить настройку.

– Настройка системы произведена, – ответил оператор.

Компьютер подал звуковой сигнал, прозвучавший перезвоном колокольчика, на экране появились два сообщения: по центру – «готово к использованию», внизу – «дублирование произведено».

– Снова дублирование… – выругался Вячеслав.

– Да, вижу. У меня так и не получилось узнать, откуда дубль берется и куда он уходит, – ответил Михаил.

– Я подъезжаю к мосту, – доложил Вячеслав.

– Вижу, – ответил Михаил. – Мост ждет тебя. Ввожу прогноз и место вхождения.

На экране появился обратный отчет – пятнадцать секунд, четырнадцать… Компьютер указал в какую полосу необходимо перестроиться. С правой стороны, промелькнул старый стадион.

– Поехали, – произнес Вячеслав, крепче сжав рулевое колесо и произвел маневр перестроения.

Табло перед мостом отображало дату – «25.06. Четверг». Следователь нажал на педаль газа, набрав требуемую скорость для осуществления перемещения. Компьютер спроецировал на заднюю часть автомобиля изображение впереди двигающейся машины, становясь не различимым для тех, кто двигался сзади. В момент перемещения, изображение будет изменено, на взятое из базы данных системы контроля дорожного движения, подстраиваясь под обстановку на дороге. Такая маскировка была необходима и даже была обязательна, чтобы при появлении в прошлом он не стал сюрпризом для автомобилистов, двигающихся в потоке. Вячеслав почувствовал тяжесть в животе и крепче сжал рулевое колесо. Лоб покрылся потом. Сделав глубокий вдох, он сдержал приступ тошноты. Картинка перед глазами поплыла, силуэты предметов исказились, растянувшись в линии. Обратный отчет застыл на нуле, в тот момент, когда машина доехала до середины моста. В мгновенье автомобиль исчез с дорожного полотна. Двигающаяся за Вячеславом легковушка, промчалась по полосе, даже не заметив исчезновения.

Машина перемещения появилась на свободном пространстве моста, на полосе ранее указанной компьютером. Оборудование включило подготовленное изображение, подстраиваясь под окружающую дорожную ситуацию. Вячеслав разжал побелевшие от напряжения пальцы. Почувствовав облегчение, выдохнул. Тяжесть в животе отступила, забрав с собой остатки похмелья. «Переход совершен»: компьютер выдал сообщение на экране. В подтверждение его слов, на табло в конце моста, он увидел цифры вчерашнего дня – «24.06. Среда».

– К этому невозможно привыкнуть, – буркнул под нос Вячеслав, выворачивая на 1-ю линию Васильевского Острова.

Припарковав машину у дома деятеля Разумовского, Вячеслав осмотрелся. Все было так же, как и завтра. Посмотрел на компьютер – до убийства двадцать часов. Время есть, даже если Разумовского не будет дома, его можно будет подождать. Закрыв машину, он подошел к парадной и беспрепятственно вошел в дом. «Место консьержа пусто, как и вчера. Значит в респектабельных домах проблемы не только с персоналом, но и с ограничением доступа», – подумал Вячеслав. Поднимаясь по лестнице, он отчетливее слышал лай соседской собаки. Оказавшись на нужном этаже, следователь посмотрел на часы и нажал на кнопку звонка квартиры Разумовского. Не услышав отзвуков, он нажал на кнопку еще раз. Вячеслав не успел отпустить руку, как дверь бесшумно, но резко открылась.

– И что вы шумите, молодой человек? – накинулся на следователя Разумовский, осмотрев гостя с ног до головы.

– Доброго дня, Евгений Евгеньевич, – представился Вячеслав, узнав деятеля. Достав удостоверение, он раскрыл его. – Специальный отдел «АМС». Мне нужно с вами поговорить.

– Вы не вовремя, молодой человек, – растерялся деятель, запахивая домашний халат.

– Вы не представляете насколько ошибаетесь, – Вячеслав сделал шаг, заставив пожилого человека отступить, и прошел в квартиру.

– Что вы себе позволяете? – возмутился Разумовский.

– Есть данные, – без вступления начал следователь. – Что на вас готовят покушение. Кто и зачем, мне не известно. Но, я обязан вывезти вас в безопасное место.

– У меня есть влиятельные знакомые… – произнес пожилой человек.

– Это ничего не меняет.

– Я могу позвонить, и все вопросы снимутся сами собой, —настаивал мужчина.

– Евгений Евгеньевич, вы не понимаете. Вы в опасности. Одевайтесь, и проедем в отдел, – Вячеслав посмотрел на часы. – Если мы не правы, и вам ничего не угрожает, то уже через сутки вы вернетесь к своей жизни.

– Хм, – задумался Разумовский. – Хорошо сказали. Уговорили. Я еду с вами. Жаль чай остынет.

– Вы заняты чаем? – Вячеслав улыбнулся.

– Для меня это важный ритуал. Все началось лет пятьдесят назад, – пожилой мужчина удалился в комнату, продолжая громко рассказывать историю из своей жизни. – Чудные были времена. И чай был гораздо вкуснее, чем сейчас.

– И небо голубее, – тихо произнес Вячеслав. В ожидании Разумовского, он пошел по коридору, разглядывая квартиру. Хоть дом и был новым, постройки 30-х годов этого века, но обставлен он был явно антиквариатом, которому более двухсот лет. Когда он прибыл в нее завтра, он был занят только поиском улик, и убранство его не интересовало. А жаль. Здесь было на что посмотреть.

– Вот, я и готов, – Разумовский появился из-за угла. В костюме, атласной рубашке, с шейным платком изящно завязанном на шее.

– Есть кто-нибудь, кого следует предупредить о вашем убытии? – поинтересовался Вячеслав.

– Жена в отпуске, за границей. А больше меня никто искать не будет?

– А дети? – на автомате задал вопрос Вячеслав, зная ответ.

– Им давно не до меня, – буднично ответил пожилой человек.

Вячеслав вышел из квартиры, посмотрел в пролет лестницы. Она была пустой. За спиной закрылась дверь квартиры.

– Евгений Евгеньевич, кто имеет ключи от вашей квартиры?

– Ключей в старом смысле этого слова, даже у меня нет. Дверь отпирается по отпечаткам пальцев и еще ряду биометрических параметров, – Разумовский нажал на кнопку вызова лифта.

– Надежно, – хмыкнул Вячеслав, понимая, что такие системы используются в резиденциях президента и разработаны службами ФСБ. Возможность их использовать имели далеко не все желающие. С ответом деятеля, возникал резонный вопрос, который он озвучил. – У кого кроме вас и супруги есть доступ?

– Такой сценарий попросту невозможен, – подъехал лифт. – По определенным причинам, я больше ничего вам не могу сказать.

– Больше и не надо, – Вячеслав вошел в кабину, вслед за Разумовским. Лифт пополз вниз.

– А что это за отдел у вас? – поинтересовался деятель. – Что-то знакомое, но вспомнить не могу. Что за «АМС»?

– Автоматизированный мониторинг следствия, – пояснил Вячеслав. – Создан в 2035 году, как группа специалистов по сбору и анализу улик на местах преступления.

– И в чем его специализация?

– Основным отличием от криминалистов состоящих на службе МВД является то, что у отдела есть особые полномочия, – Вячеслав подбирал слова, чтобы не сказать лишнего.

Тем временем, лифт достиг первого этажа. Металлический женский голос оповестил пассажиров: «Первый этаж». Двери раскрылись.

– Вот теперь вспомнил, – радостно произнес Разумовский, выходя из кабины лифта. – Ваши сотрудники имеют возможность возвращаться в прошлое.

– Эту информацию знают немногие, – изумился Вячеслав.

– У меня достаточно влиятельных друзей, – удовлетворенно хмыкнул деятель.

Они дошли до двери парадной. Вячеслав пропустил пожилого человека вперед.

– Постойте, – Разумовский остановился в дверях. – Значит, вы здесь не просто так…

Мужчина не договорил. Вячеслав услышал приглушенный глушителем выстрел и через мгновение его лицо обрызгало кровью. Разумовского отбросило на следователя, заставив того упасть от неожиданности. Посмотрев на мужчину, Вячеслав увидел огнестрельное отверстие в его лбу. Сбросив с себя тело, растерев капли крови с лица, он вскочил на ноги и выбежал на улицу, выхватывая пистолет из кобуры.

– Стоять! – крикнул он в спину убегающему человеку в черном костюме.

Человек остановился, но лишь для того, чтобы развернуться и вкинув пистолет, произвести два выстрела в сторону следователя, одна из которых просвистела рядом с его ухом, и врезались в дверь за его головой. Сделав кувырок в сторону, Вячеслав выстрелил в ответ. Его стрельба оказалась более удачной. Две пули пробили человеку грудь и одна пуля угодила в бедро. Человек упал. Одновременно с этим, от дома, взвизгнув резиной, рванула черная машина. Вячеслав выбежал на проезжую часть, в надежде рассмотреть номерные знаки, но ему это не удалось.

Вернувшись к Разумовскому, он приложил два пальца к артерии на шее. Пульса не было.

– Черт, – процедил сквозь зубы Вячеслав.

Следовало убираться назад. Появление полиции не будет большой проблемой, но лучше с ними не встречаться. Оставив деятеля, Вячеслав быстрым шагом подошел к убитому им человеку, натягивая медицинские перчатки. Похлопал по карманам черного костюма. Ничего. Поднял пистолет и бросил его в пластиковый пакет для улик. Достав свой мобильный телефон, он включил функцию «Сканер» и быстро провел по ладони. Расстегнув пиджак, проверил бирку производителя, чтобы можно было вычислить место покупки. Пусто. Как будто человек приехал сюда только за тем, чтобы совершить убийство. Сделал фотоснимок лица и подошву ботинок. Он мог этого не делать, вся информация о человеке в отделе будет быстрее, чем он вернется назад в завтра, но стоит перестраховаться. Закончив обследование, он решил, что задерживаться больше не стоит. Поднявшись и стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не «светить» лицом, он сел в машину. Запустив двигатель, он вывернул на дорогу, и устремился в сторону Малого проспекта, одновременно набирая номер полиции.

– Алло, алло! – он сымитировал испуг. – Здесь стреляют и человек лежит в подъезде, весь в крови. Божечки, что творится! А?! Что?! 12ая-линия, – произнес он, и прервал вызов.

Продолжать разговор с дежурным, смысла не было. Полиция прибудет на место происшествие через три минуты, согласно регламентам министерства. Опустив телефон в держатель, Вячеслав посмотрел на свое отражение в зеркале заднего вида, и ужаснулся своему виду. Испачканное кровью лицо напоминало предсмертную маску. Только живые глаза напряженно следили за дорогой. Нажав кнопку затемнения стекол, он снизил их прозрачность, чтобы не привлекать лишнее внимание. Его машина и так заставляла оглядываться прохожих и приклеивала взгляды мимо проезжающих водителей, выделяясь на фоне остальных машин обвесами, хромированными вставками, окнами больше напоминающие бойницы, наполированным до блеска черным кузовом и мембранными колесами. Но, все это имело чисто научное объяснение, и не имело ничего общего с тюнингом или доработкой авто.

Чтобы вернуться в свое время, ему потребовалось сделать круг через мост Бетанкура и снова выехать на Тучков мост. Система перехода работала только с одной сторону, и любое перемещение следовало начинать с Петроградской стороны. Набрав требуемую скорость, он совершил переход, и с долей облегчения увидел в конце моста табло с датой «25.06. Четверг». В настоящем он отсутствовал всего несколько мгновений.

Съехав на набережную Макарова, он развернулся через две сплошные, и под сигналы негодования остальных участников движения, вновь выехал на мост, чтобы скорее вернуться в отдел.

– Оператор, я дома, – доложил он, как только компьютер подал сигнал, о настройке связи.

– Рад, слышать тебя, – ответил Михаил. – Ждем на базе.

***

Перемещение во времени и пространстве интересовало человечество с давних времен. С появлением технологий, этот вопрос начал звучать все острее и острее не только в поглощающих все разработки Штатах, но и в Советском союзе. В сороковых годах прошло века, в недрах советских институтов, параллельно с разработкой космических ракет, была начата программа физического изменения положения тела в координатах пространства. После запуска первой ракеты в 1957 году, она была заморожена, как менее перспективная. В 1970-х, учеными института космических исследований РАН, она была запущена вновь, но по неизвестным причинам заморожена, а с развалом Союза, практически забыта, пока знаменитый российский астрофизик, Тыранов Евгений Павлович, в 2024 году не опубликовал статью, а позже и полные труды, о способности перемещения во времени и пространстве за счёт искажения направленных векторов силы. Программу запустили вновь, предоставив ученному максимальную свободу действий. После первых успехов, ее засекретили и перевели в ведомство Федеральной службы охраны Российской Федерации. Господину Тыранову за первый год работы удалось создать устройство способное переместить в пространстве шоколадный батончик, а через три года он переместил на три минуты назад записывающее устройство и вернул его обратно, что стало прорывом в истории перемещения во времени. После этого финансирование увеличили в разы, что позволило не только увеличить размеры контура перемещения, но и спроектировать механизм, способный отправлять человека в заданные координаты времени, с одним только условием, что они не выходят за двадцать четыре часа в прошлое.

Увеличение системы векторного перехода заставило выбрать место его расположения, и оно было найдено. Его вмонтировали в основание Тучкова моста под видом двухлетнего капитального ремонта сооружения в 2035 году. Подъездная часть к мосту, единственная в городе по своим габаритам, позволяла установить под полотно дороги почти двухсотметровую контейнерную консоль, которая в свою очередь подключалась к переходной раме, интегрированной во все три пролета моста. Их длина – двести шестнадцать метров, оказалась идентичной с расчетными показателями, что и стало основополагающим фактором для выбора именно этого моста для монтажа системы. А обнаружение векторов силы, способных искажать пространство, непосредственно под линией пролетного замка, не оставило ученым ничего другого, как остановить свой выбор на нем. Плюс ко всему близость к воде, на протяжении всех двухсот метров, позволяла производить охлаждение оборудования, без привлечения внимания.

Вячеслав въехал в подземный паркинг отдела, и поставил машину на место. Заглушил двигатель, откинулся в кресле, выдохнул. Жутко захотелось выпить и умыться. Забрав телефон, и пистолет в пакете для вещдоков, он вышел из машины и направился в оружейную.

– А! Блин, Слава, ты чего пугаешь? – вскрикнул офицер в оружейке, взглянув на вошедшего. – Господи, от тебя и несет чем-то тухлым.

– Не я такой, служба такая, – буркнул Вячеслав. Он знал, что при перемещении наблюдался феномен – перемещение биоматериала мертвых людей ускоряет их распад в два раза. – В машине ни салфеток влажных, ни водопровода.

– Учтем, – оружейник скривил нос и включил вентилятор на столе. – Что сдаешь?

– Ключи от машины и ствол, без трех патронов.

– Что-то серьезное? – офицер нашел запись в компьютере. Сделал заметку.

– Поживем увидим, – ответил Вячеслав. – Рапорт о применении сдам позже, – выложив на стол оружие, он расписался в планшете.

– Уж будь любезен.

– Самаров? – в оружейную вошел Стальнов. – Вот ты где?

– А где мне еще быть? – Слава развернулся к начальнику.

– Твою мать! Что у тебя с лицом? – подполковник увидел кровь на лице подчиненного.

– Думаю вы уже все знаете.

– Еще бы. Гремит уже второй день. Сдавайся, и в кабинет, – произнес Стальнов. До него дошел запах витающий в оружейной комнате. Он посмотрел на офицера, – Игорь, чем у тебя здесь воняет?

Офицер не ответил, скосив взгляд на Вячеслава.

– Сдавайся, в душ, а потом в кабинет, – скорректировал команду подполковник и вышел.

– Есть во что переодеться? – спросил Игорь.

– Откуда?!

– Я поищу что-нибудь…

Выйдя из душевой, Вячеслав обнаружил на скамейке сложенную спортивную одежду и пакет с надписью – для отправки в химчистку. Сложив в пакет свою одежду, он оставил его Игорю, а сам прихватив телефон и вещдок, отправился на доклад. Подполковника и всех остальных из отдела он нашел в следственной комнате, в которой обсуждались все текущие дела.

– Разрешите? – постучал он по двери.

– Да, входи, – ответил Стальнов.

В комнате на стене располагались две интерактивных доски, на экраны которых были выведены фотографии деятеля Разумовского, лежащего на полу в парадной, в луже собственной крови. Вячеслав прошел к кофемашине и задал программу приготовления.

– А где второй?

– Какой «второй»? – Стальнов посмотрел на Вячеслава.

– Такой мертвый, в черном костюме? – удивился Слава.

– Видимо, нам его не дали, – ответил за начальника Сергей.

– Вот черт, – выругался Стальнов. – Что там вообще произошло?

– Ну, я могу вам его дать, – Вячеслав пропустил слова Стальнова мимо ушей, подошел к доске, и подключив свой телефон, отправил на нее фото сделанные вчера. Они отобразились на экране. – Он появился неожиданно, как будто ждал нашего появления. Разумовский выходил первым и…

– И ты провалил дело, – закончил Стальнов.

– Я не мог знать, что он будет там.

– Ты должен был выйти первым.

– И спасти весь мир, – огрызнулся Вячеслав. – Вопрос не в том, что я не исполнил устав, а в том, откуда этот стрелок там взялся.

– Ниоткуда! – ответил Павел, техник по поиску. – Этого человека нет в нашей базе. Национальный банк данных запрет не выдает, что означает, что его там тоже нет.

– Может отпечаток поможет? – Вячеслав взял свой телефон и отправил Павлу файл. А затем, выложил на всеобщее обозрение пистолет убийц. – Я не всегда заваливаю дела, – произнес он, посмотрев на подполковника.

– Мне нужно пару минут, – Павел подскочил, выудил из стола партитивный сканер и принялся оживленно водить им по оружию.

– Вячеслав, расскажи, как все было. С чувством, с толком, с расстановкой, – Стальнов сложил руки на груди.

– Я прибыл на место в 12:41, – Вячеслав сел на стул и взъерошил волосы. – Поднялся в 12:43. Разумовский был дома. Согласился поехать со мной. В 13:00 начали выходить, и бац.

– Начни со «вчерашнего» вызова, – попросил подполковник начать с того, что ни он, ни остальные сотрудника отдела не знали и не могли знать. Потому что он знал, что перемещение во времени подразумевает внесение коррекции в его поток, тем более, когда требуется вывести кого-то из опасной ситуации. Вячеслав, как и остальные пилоты с отдела, занимался вывозом крайне редко, в основном его задача заключалась в слежке за преступником, его идентификации, что приводило к его поимке в настоящем. Но, если он вмешивался в течение действий, то дальнейший временной сценарий изменялся, и то, что произошло вчера с Вячеславом, для тех, кто не производил перемещение, вчерашний день менялся как обычно. То есть, с момента внесения изменений во временной поток, для всех людей время становилось настоящим и не могло быть другим по определению.

– Нас вызвали на убийство. Разумовский был застрелен в своей квартире, во время игры на рояле, судя по положению тела. Выехали, провели обследование. Убийца следов не оставил. Умный замок открыли так же по-умному. Вам позвонил, видимо генерал, после чего вы приняли решение на возвращение. Задача была доставить деятеля в отдел, – спокойно рассказал Вячеслав.

– Он нервничал?

– Вообще, не знаю. С мертвыми не могу разговаривать.

– Я про вчера, перед тем как его убили в парадной.

– Нисколько. Болтал всякую непринужденную чушь. Был спокоен. И да, он спокойно воспринял информацию о нашем отделе.

– То есть, он знал куда едет?

– Было не понятно. Но, его последние слова были: «вы здесь не просто так», – вспомнил Вячеслав.

– Он знал о нашем отделе, знал его функционал, – подполковник подался вперед. – И его это озадачило.

– Возможно, – подтвердил гипотезу начальника Вячеслав.

– Бинго! – громко произнес Павел. На доске, застыл поиск совпадений отпечатков.

– Есть совпадение? – Стальнов встал со стула.

– Из пяти только один отчетливый, – констатировал Павел. Подполковник с укором посмотрел на Вячеслава.

– Один то «живой», – пожал плечами Слава.

– Отпечаток, то есть, но его хозяина, как и человека с фото, нет ни в одной базе данных. База Европы тоже молчит. Сдается, Северная Америка тоже ничего не скажет, – доложил техник.

– Как это нет? Он же не собачий? Кому он принадлежит? – Стальнов уставился на доску в ожидании фото стрелявшего.

– Данных нет. Файл поврежден, – Павел вывел на экран изображение ошибки «404».

– Тупик, – Вячеслав смотрел на доску, раздумывая. Но вдруг, его осенило догадкой. – Постойте! А номерной знак машины?

– Что за машина?

– Этот, – Слава указал на фото убитого. – Был не один. Когда я его завалил, от дома отъехала машина.

– Какой номер, диктуй, – оживился Стальнов.

– Не разглядел, – спокойно ответил Вячеслав.

– Я пробью камеры вокруг, – Павел вновь застучал по клавишам. На доске появилось изображение машины, выезжающей на Малый проспект с 12-ой линии.

– Это она, – Вячеслав ткнул пальцем в изображении.

– Странно, – Павел нахмурил лоб. Все посмотрели на доску. Техника попалась увеличить номерной знак машины, но не смотря на хорошее качество картинки и достаточно близкое расположение камер, знак было невозможно рассмотреть. – Что-то засвечивает изображение.

– Рассмотреть тех, кто в машине, можно?

– Нет. Стекла тонированные, при чем наглухо, – Павел откинулся на спинку стула. – Сервер выдает информацию, что без номерного знака, нельзя реконструировать маршрут движения авто.

– Итак. У нас ничего нет, – подвел итог Стальнов. – А все что есть, то все мимо. Но, дело еще у нас, значит его надо отработать.

– Шеф, а почему дело у нас, но нам не дают всю информацию по нему? – задал вопрос Сергей.

– На это у меня нет ответа, но надеюсь он у меня появится, – Стальнов начал ходить из стороны в сторону, погрузившись в размышления. Он делал так всегда, чтобы подвести итог. Отдел молча ждал. – Сергей и Женя, сейчас, проследить за машиной. Перематывайте запись вручную. Найти конечный адрес. Вызвать жену, переговорить с детьми. Паш, постарайся найти хоть что-нибудь на этого убитого персонажа.

– Жена за границей. Дети живут в других городах. Внуки там же, – озвучил Вячеслав, зная эту информацию со вчерашнего посещения первого убийства деятеля

– Да. Эту информацию мы знаем, – Сергей поднялся, закрывая ноутбук. – Спасибо.

– Все, разойдись, – подполковник хлопнул в ладоши. Затем задумался и остановил подчиненных. – Стоять! Что у нас с убийством конструктора, уже два дня прошло.

– Ничего, – ответил Вячеслав. Убийство известного конструктора, произошло два дня назад. Оно было схоже с сегодняшним, так же, без каких-либо отпечатков и прочих улик. – Работал, никому не мешал, имел связи с Кремлем. Значит, работать ему никто не мешал. Имел связи со многими зарубежными проектными институтами. С детьми общался, они к его деятельности никакого отношения не имеют, старший сын в Москве, младший в Новосибирске.

– Вся информация по финансам доступна и прозрачна. По имуществу такая же ситуация, – добавил Павел. – По месту убийства нового ничего нет, все чисто. Камеры исправны, записи целы, что наталкивает на мысль – убийца знал их расположения.

– Свидетели?

– Все соседи хором ответили, что никого и ничего не видели. И все как один отзываются об убитом, как о человеке порядочном.

– Ясно. По нему копаем дальше, по ранее установленному плану. Самаров, сейчас на отдых, завтра с утра к нему на работу, узнать, были ли у него враги и так далее. Вопросы? Работаем.

Вячеслав вышел из отдела к концу рабочего дня. Ему пришлось задержаться, чтобы составить рапорт по применению оружия и подать отчет о своей поездке. До дома он добрался ближе к восьми вечера, по пути заскочив в магазин и купив продукты. Приготовив себе ужин, он налил рюмку водки, и сел за барную стойку, делящую его квартиру-студию на зоны. Включив свой старый телевизор, он выбрал канал со классическими фильмами, и принялся за ужин. На экране, герой Сталлоне, бежал по лесу, преследуемый полицейскими. Опрокинув рюмку, он с наслаждением подумал, что мечтал об этом весь длинный день. Внезапно, изображение на экране исказилось. Вместо густого леса Америки, проявился странный город, без единого зеленого насаждения, по улицам которого ходили люди в странных одеждах.

– Что за фигня? Я не хочу сейчас фантастику, – подумал Вячеслав, и в то же мгновение, изображение вернулось к прежнему фильму. – Пора его заменить, старичок глючит.

Закончив с ужином, он перебрался на кровать. Но фильм Слава не досмотрел. Он заснул, под звуки пулеметных очередей из динамиков телевизора.

5.

Красноярск. 1974 год.

Евгений удивлялся насколько быстро водитель, договорился с местными рабочими, чтобы те загрузили ящики с оборудованием в машину. Ученому только оставалось, что ходить вокруг грузовика и просить, чтобы мужики были аккуратнее. После, расплатившись с ними, водитель закрыл борта и махнул Евгению, чтобы тот садился в кабину. Лязгнув коробкой передач, машина дернулась с места и поехала с территории сортировочной.

– Я Иван, – представился наконец водитель. – А то мы даже не успели познакомиться.

– И то, правда, – ученый пожал протянутую руку. – Евгений.

– Будем знакомы, Евгений, – водитель бодро рулил по улицам.

– А ты быстро все устроил, – похвалил Евгений.

– Когда рубль мужикам показал, так у них глаза загорелись. Закинули быстро, – улыбнулся Иван. – Мы успеваем в аэропорт?

– Там вроде круглосуточно принимают. Главное, чтобы оборудование осталось в целости.

– А что там? – ненавязчиво спросил Иван.

– Научное оборудование, – Евгений был рад, что в итоге все складывается удачно. – Аппаратура очень чувствительная, и я переживаю, что от столь продолжительной тряски, придется потратить много времени, чтобы все вернуть в нужные параметры.

– Куда его везешь? – водитель остановился перед пешеходным переходом, пропуская людей.

– Я не один. У меня целая экспедиция. Завтра улетаем в Ванавара.

– Я далек от науки, но, что там можно изучать?

– Мы едем на место падения метеорита. Знаешь те края?

– Нет, – по лицу Ивана пробежала улыбка и он попытался быстро скрыть этот факт. – Что ты?! На Ангаре как-то в школьные годы побывал. С нами был вожатый, так вот он рассказывал, что за Тунгуской непроходимые леса, сплошные болота. Глушь, одним словом.

– Ну, может это и к лучшему, – Евгений смотрел в окно.

– И почему же?

– Будет меньше тех, кто мешает.

Всю дорогу, Иван постоянно шутил, не забывая расспрашивать ученого о его работе, и о Москве. Евгений поддавшись порыву, от того, что Иван оказал ему, так вовремя необходимую помощь, беззаботно отвечал на все вопросы. Но к концу пути разговоры иссякли. Они ехали молча, погруженные каждый в свои мысли. Евгений смотрел на окружающий город и отсчитывал приближение к аэропорту, по указателям.

Грузовик остановился, подъехав к служебному въезду. Евгений выскочил из кабины, и побежал в контрольно-пропускной пункт, для оформления пропуска. Вернулся он не быстро. Пришлось потратить полчаса, чтобы получить разрешение на проезд машины на территорию. Не помогли документы из академии наук, с описанием оборудования, а вот когда он предоставил бумагу со штампом комитета госбезопасности, то вопрос разрешился гораздо быстрее.

– Ты чего такой взъерошенный? – Иван стоял, облокотившись на крыло грузовика, дымя сигаретой.

– Бумажная волокита самое худшее, что есть в Союзе, – устало кивнул головой ученый.

– Хорошо, что я заполняю только путевые листы! – усмехнулся Иван, делая затяжку. – Поехали?

– Тебе повезло, – Евгений открыл дверь. – Поехали, Вань. Нам надо к пятому ангару. Сказали, что успеют снять ящики.

– Отличная новость, – Иван бросил окурок на асфальт и затушил его, раздавив ботинком.

Ящики сняли с машины только через час. Грузчики аэропорта были недовольны, из-за того, что им пришлось работать в последний час, но в итоге дело было сделано за пятнадцать минут до окончания смены. Поблагодарив мужиков за работу, Евгений подошел к их начальнику, и без долгих разговоров протянул ему лист с гербовой печатью. Перечитав несколько раз документ, тот уверил Евгения, что завтра к одиннадцати утра, ящики будут готовы к отправке.

– Ну, куда тебя отвезти? – после разгрузки, уточнил Иван у ученого.

– Надо в гостиницу возвращаться, – выдохнул Евгений, почувствовав, что устал за день. – Но, я не хочу пользоваться твоим расположением. Может можно такси заказать или на трамвае доберусь. Говорят, что здесь один ходит допоздна.

– Ты хочешь трястись в душном трамвае? – изумился Иван.

– Не очень, – качнул головой Евгений, улыбаясь.

– Тогда поехали. Только скажи куда? – рассмеялся Иван.

– Гостиница «Север», Ленина 121, – прочитал с билета заселения Евгений.

– Так не далеко. Я знаю где она, – Иван хлопнул ученого по плечу. – Поехали.

Евгений ехал с аэропорта с чувством выполненного дела. Завтра приедет товарищ Павлов и было бы крайне некрасиво, если оборудование отсутствовало бы на загрузке. На подъезде к гостинице, Евгений заметил идущую по улице группу своих сотрудников.

– Останови! – резко попросил он Ивана. Взвизгнув тормозами, грузовик остановился, и Евгений вскочил из кабины. – Товарищи! – окликнул он их.

– Евгений Павлович! Мы не знали, когда вы появитесь и решили сходить на ужин, – высказала Светлана.

– А в гостинице что, не кормят? – осмотрел всех Евгений.

– Сегодня там санитарный день. Весь день едим вон в той столовой, – Яков указал на здание через два квартала.

– Я поднимусь в номер. Брошу портфель и нагоню вас, – засуетился Евгений.

– Да будет вам, Евгений Павлович. Портфель я могу понести. Вы и так весь день мотались. Отдыхать надо, – произнёс Сергей.

– Ладно, уговорили. Попрощаюсь с Иваном, – он кивнул головой в сторону грузовика. Иван помахал рукой, посмотревшим на него людям.

– Иваном? – проговорила, улыбаясь Вера.

– Да, он мне помогал полдня.

– А может его с собой? – то ли пошутила, то ли всерьез произнесла девушка.

– Надо спросить, – потер шею Евгений.

Иван с удовольствием согласился на приглашение. Кинув машину за углом, он вошел в столовую, удивив всех чистой рубашкой и брюками, с его слов, раздобытыми в бардачке грузовика. Через некоторое время, научным сотрудникам пришлось сдвинуть столы под удивлённые взгляды посетителей, потому что Иван, немного подкрепившись, принялся травить байку за байкой, и никто не хотел пропустить ни одного слова. Иногда, он бурно жестикулировал, рассказывая о том, как вытаскивал застрявший грузовик, пародирую своего начальника колонны.

– Михалыч говорит: «Вставляй палец в проушину», – при этих словах, Иван сложил пальцы кольцом на одной руке. – А я молодой был, – улыбаясь произнес рассказчик. – Беру и сую палец, – и он вставил палец другой руки в кольцо. – А Михалыч, как заорет на меня: «Ты чего делаешь?! Железный штифт вставляй!».

За столом все разразились смехом. Никто не ел, все с раскрытыми ртами смотрели на Ивана, который смог заразить всех своим добродушием. Даже официантки посмеивались, любуясь таким веселым рассказчиком.

– Послушайте, ребята, – произнес он, когда смех стих. – Вот вы такие задорные, и зачем же вы едете в эту глушь? Оставайтесь в Красноярске. Мы с вами хорошо проведем время. С такими-то комсомолками-красавицами!

– Будет вам, Иван, – Вера поправила локон. – Мы на обратном пути с вами можем увидеться. Вы ведь будете нас ждать?

– Ой, девочки. Вас готов ждать до шестнадцатого съезда КПСС, – улыбнулся Иван.

Продолжили вечер в сквере, рядом со столовой. Выдался теплый вечер и никому не хотелось возвращаться в душную гостиницу. Иван был с ними до конца, поддерживая любой разговор и находя подходящую шутку к каждой теме.

– А что изучаете, ученые? – спросил Иван.

– Мы изучаем сложные физические процессы, которые не поддаются простому объяснению, – ответил Сергей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.