Родион Рессет
Гонщик "Серебряной мечты"

Пролог

Были времена, когда я, как и многие мои знакомые, пригонял автомобили из-за рубежа нашей великой Родины, перепродавая их потом на автомобильном рынке в Москве. Это увлекательное занятие приносило мне неплохой доход, требовало частых разъездов, но вместе с этим предоставляло мне уйму свободного времени. Все окружающие тогда называли нас просто гонщиками.

К той поре я уже вполне заработал на очень приличную трёхкомнатную квартиру по улице Ленинградской в областном центре, качественно отремонтировал её и обставил довольно дорогой практичной мебелью.

Одним словом – всё шло своим чередом, и ничего не предвещало беды или безвыходных обстоятельств, указывающих на то, что всё скоро кардинально изменится …

Перегон

За столиком в летнем кафе портового города Клайпеда мы вчетвером обедали после трёхчасовой тряски в такси, поутру сойдя в столице Литвы с фирменного вильнюсского поезда «Янтарь». Сюда мы прибыли за машинами. Был четверг, но автомобильный рынок начинал свою работу утром в пятницу, поэтому до вечера надо было как-то убить свободное время.

– Предлагаю всё же заказать бутылочку беленькой! – канюча, бормотал Вован, здоровый и рослый парень с массивным лицом, короткой стрижкой и серыми глазами, которого я в своё время приобщил к гонкам автомобилей.

– Я только «за»! – вторил ему Кирилл, мой хороший друг, тоже очень высокого роста, но худощавый, с неестественно белыми волосами, голубыми глазами и откровенно грубыми чертами лица. Он отличался от всех очень белой веснушчатой кожей. По профессии Кирилл был зубным врачом.

В этот раз Кирилл захватил с собой на закуп машин своего закадычного друга Арсения, довольно мелкого коммерсанта, торгующего на городском вещевом рынке джинсами. Ростом чуть ниже среднего, очень сутулый, с лицом, напоминающим побитую собаку, он мне чем-то сразу не понравился. Его тихая гундосая речь просто раздражала меня!

Вот и теперь, отвергая предложение Вована, он отказался от выпивки под предлогом наличия у него очень большой суммы денег и боязнью их потерять. Эта его продуманность во всём выводила меня из себя.

– Я тоже «за», – громко сказал я своё веское слово и, подозвав официанта, заказал спиртное.

– Слушай, Николай! – обратился ко мне Кирилл после первой рюмки, смачно закусывая свиным рёбрышком, – а пляж здесь далеко? Ты случайно не в курсе?

– Нет! Не в курсе! Но после такого вкусного обеда не грех бы и прогуляться к морю, да всё разузнать, – ответил я.

– А вам не рановато купаться? Середина мая на дворе! Вода ещё холодная! – с опаской встрял в разговор Вован.

– Я пас! – уныло заявил Арсений.

– Тогда оставайся один в гостиничном номере, а мы пока прогуляемся к морю, – весело заявил Кирилл.

После такого сытного обеда, напрасно рассчитывая оставить Арсения на хозяйстве в номере, мы отправились на окраину города общественным транспортом. Он увязался за нами, трясясь в троллейбусе, всё время дотошно ныл, проклиная жару, а когда мы пешком пересекали насквозь небольшой прибрежный посёлок Кукулишкяй, он начал жаловаться Кириллу, что морской песок попадает ему в сандалии и натирает ноги.

– Разуйся! Что ты, как ребёнок, Сеня? Последуй нашему примеру! Видишь? Мы в руках свою обувь несём! – отреагировал Кирилл.

– Ну, я же не такой дебил, как вы! – продолжил предъявлять претензии Арсений.

– Да ты хуже дебила! – начал было злиться Кирилл.

После изнурительного часового путешествия мы, наконец, вышли к огромному Клайпедскому порту. Высокие портальные краны, длинные сухогрузы и разные суда поменьше тёмными силуэтами под яркими лучами солнца маячили повсюду. Взяв чуть левее, мы вышли к огромному песчаному пляжу, уходящему за линию горизонта. Слева от него было холодное северное море, а справа к пляжу примыкал обрывистый берег, поросший соснами, распространяющими свой хвойный смолистый аромат.

Морская вода Балтики была не настолько голубой и тёплой, как черноморская! Скорее, она была изжелта-зеленоватой по цвету, но гребни волн, заворачивающиеся барашками, тоже были снежно-белыми и методично накатывались на нежно-бежевый пляжный песок. Прибой был слабеньким, а температура воды едва достигала четырёх-пяти градусов по Цельсию! Никто из отдыхающих вокруг местных жителей не купался в море, все только принимали свежий солнечный загар…

– Ой, как же хочется окунуться! Ужасная жара! – изнывая на солнце, весело заявил я.

– Ну, так давай! – поддержал меня Вован.

– Пацаны! И я с вами! – Кирилл на ходу тоже начал снимать с себя промокшую на спине от пота футболку.

– Вы что? Замерзнете! – Арсений округлил свои глаза, – здесь, наверное, в такой холодной воде только пьяные купаются, да и то редко …

– А мы что, трезвые? – я быстро скинул с себя одежду и резво, вприпрыжку, побежал к холодному морю! Кирилл с Вованом рванули следом.

Высоко задирая ноги, я скакал по воде всё дальше от берега, пока уровень воды не стал мне по пояс! Брызги разлетались по сторонам, и я нырнул в ледяную воду, проплыв под волнами метров десять! На большее меня уже не хватило! Я вынырнул, плескаясь, и ещё окунулся несколько раз подряд! Тело моё мгновенно остыло, сердце зашлось от бешеных ударов, и из-за этой разницы температур я поймал ощущение, как будто меня окатили кипятком! Раскалёнными иглами жгло всё тело!

Ребята плескались в холодной воде рядом со мной. От нас валил пар, будто мы только что выскочили из парилки… Громко смеясь, с криком выдыхая воздух, мы выбежали обратно на берег, смахивая с лиц струи солоноватой морской воды.

Окружающие улюлюкали, смеялись и указывали в нашу сторону пальцем! Диковинное и редкое событие в это время года взбудоражило внимание многих отдыхающих …

Вдруг в куче нашей небрежно брошенной одежды зазвучал звонок моего телефона, где было два слота для sim-карт. В первый была заряжена российская карта. По этому номеру компании «Мегафон» я разговаривал дома. Во втором торчала литовская симка «Теле-2». Эта сеть работала по всей Европе, и именно литовский номер зазвонил в моём телефоне, когда мы улеглись на песок позагорать.

– Алло! – возбуждённо и громко воскликнул я.

– Ну, Неколай! Ты уже у нас в Литве? – из телефонной трубки раздался молодой мужской голос с характерным прибалтийским акцентом.

– Да, в Литве! – я узнал Томаса, своего литовского партнёра по бизнесу, у которого часто покупал машины.

– А почему не едешь ко мне в Шяуляй? – удивился он, – тут на мобильном у меня сообщение, что ты в сети!

– Я с друзьями в Клайпеде сейчас! А у тебя что-то интересное есть на продажу? – вопросом на вопрос отреагировал я.

– Конечно, Неколай! Есть авто – оригиналь! Американская «Тойота»! Называется «Матрикс», знаешь, современный такой автомобиль! Сделан японцами для Америки! Производится тоже в Америке! И продаётся в Америке! Я купил таких машин на аукционе в Америке три штуки! Хочу попробовать! Больше пока ни у кого таких нету! Будешь брать у меня?

– Даже не знаю, что тебе сказать … Не видя автомобиля! Сколько денег просишь за него? – спохватился я.

– Где-то десять с полтом, если долларами! Ну? Как тебе? Нормально будет? – полюбопытствовал он.

– Затрудняюсь ответить, Томас! Автомобиль неизвестный… покупатель его ещё не знает! … – замялся было я.

– Рискуй, Неколай! Ты же один на рынке с этими машинами будешь! Без конкурентов! – настаивал он.

– Дай мне подумать, Томас!

– Не думай, Неколай! Жалеть не будешь! Не хочешь ехать ко мне в Шяуляй, так я могу сам в Клайпеду к тебе приехать… Через пару часов буду! Ну, как?

– Ладно! Давай, – согласился я.

– Где тебя там искать?

– Найдёшь меня в отеле «Юрагис»! – и я бросил трубку.

Перевернувшись на живот и согреваясь под ярким весенним солнцем, я прикидывал, хватит ли мне наличных денег для покупки и растаможки этого нового во всех смыслах для меня автомобиля.

– Ну, что, Колян? Тебе уже и машинку, я смотрю, подгоняют? Брать будешь? – ехидно полюбопытствовал Вован.

– Посмотрим, – озадаченно ответил я.

– А мы как же? – не отставал он.

– А вы – завтра на авторынок с утра пораньше!

– Без тебя? А кто нам советы давать будет? Мы же на тебя рассчитывали! – беспокойство сквозило в его словах, и Вован судорожно стряхивал со своих коротких волос капли морской воды, тревожно выпучив глаза.

– Я вам памятку оставлю, что и где смотреть в покупаемом автомобиле, чтобы не нарваться на лажу! – попытался успокоить я его.

Незадачливый вид Вована вызвал у меня усмешку.

– Николай! А растаможивать ты её где будешь? – внёс свою долю беспокойства Кирилл.

– На Калининград рвану растормаживаться! – в раздумьях ответил я.

– Нет! Ты что? Нас бросаешь, что ли? – с вызовом, выпучив глаза, выкрикнул Арсений.

– Помолчи! – одёрнул его Кирилл и продолжил уже спокойно, обращаясь ко мне, – на пароме через эту … Куршскую косу? Или как ты в Калининград попадёшь?

– Да нет, зачем через косу? Красиво там, конечно, но нет смысла крюк делать! Да ещё и паромом на тот берег залива машину перетаскивать в копеечку станет! Поеду через Шилуте прямиком на Советск, там есть таможня! – в раздумьях ответил я.

– А мы? А мы как же? – не переставал беспокоиться Арсений.

– А вы завтра с утра купите себе машины! До обеда, я думаю, справитесь. Даже с оформлением это у вас не должно занять больше времени, чем до пяти часов вечера. Потом вы спокойно доедете до Вильнюса и заночуете в мотеле «Гарюнай»! Он находится справа по трассе в трёх километрах от столицы Литвы. Вован знает, мы там с ним уже были…

– Вот была нужда лишние деньги там тратить! – продолжил протестовать Арсений.

– Если не нравится – будешь спать в своей машине, как собака! – недовольно перебил его Кирилл.

– И буду! – с вызовом ответил он.

– Короче! Там меня и дождётесь, если вдруг я вперёд вас ещё туда не приеду! И вообще … я ещё ничего не решил, – я поднялся на ноги и стал надевать на себя свою одежду.

Пора было возвращаться в отель «Юрагис». Но ехать обратно мы решили не на автобусе, а вызвали себе такси.

Сверкая на ярком солнце спойлерами и легкосплавными колёсными дисками, американская «Тойота Матрикс» – автомобиль футуристической формы, неслась по трассе Шяуляй – Таураге. На неё я соскочил по развязке в районе Скаудвиле, когда ехал из Клайпеды. Мощный и неприхотливый двухлитровый японский двигатель в сочетании с автоматической коробкой передач легко набирал обороты и обеспечивал очень комфортную езду. Я был весьма доволен своим приобретением, мысленно благодарил Томаса за такой подгон и втайне надеялся на скорую и выгодную продажу этого авто.

На российско-литовской границе мне пришлось проторчать битых три часа, особенно на живописном мосту королевы Луизы через реку Неман. Зато потом я без особых проблем сразу же переехал в Советск, который раньше назывался городом Тильзит, и попал на склад временного хранения, располагавшийся рядом, оформил для таможни все документы и направился переночевать в местную ночлежку. Предварительно я зашёл в небольшое помещение таможни, где в коридоре висел на стене список очередников на подачу документов. Было уже достаточно поздно, и таможня уже не работала. Я вписал в короткий список свою фамилию. В нём на завтрашнюю растаможку я числился третьим. Завтра мне предстояло провести здесь всю первую половину дня, не меньше. А моим друзьям в Клайпеде тем временем ещё только предстояло выбрать и купить себе автомобили.

Таможня города Советска начинала свою работу с восьми часов утра. Минут за тридцать до её открытия в тесном коридоре уже толпилась куча желающих растаможить свои автомобили. Все выясняли: кто и за кем стоит, или за кем будет! Список очередников чуть было не разорвали на части, а самые хитрые, стоящие позади, вообще, стремились его похерить. Наконец, все угомонились и расселись по лавкам, стульям и подоконникам, ожидая своей очереди. Некоторые бывалые гонщики что-то тихо обсуждали и о чём-то спорили, шёл спокойный рабочий процесс, а первые очередники уже проникли в желанные таможенные кабинеты.

– О! Колян! Ну, ты и хитрец! Что ж ты тут в список себя два раза вписал? – мой земляк из Брянска, гонщик по имени Толик, достаточно весёлый и смешливый малый с глупым выражением лица, недоумевая, уставился в список после того, как впопыхах вбежал в коридор таможни.

– Ты, Толик, – неуч! Хотя бы поздоровался сначала ради приличия! – отреагировал я.

– Здорово! Колян! – он, скалясь, подошёл ко мне и протянул руку для приветствия, которую я пожал в ответ, улыбаясь ему.

Зато какой-то мужик, сидевший рядом со мной на стуле, не по-доброму, и даже как-то очень злобно поглядел на Толика.

– Я здесь третий в списке! Сейчас моя очередь, я захожу оформляться следующий! – объявил я Толику.

– А там ещё под седьмым номером написано: «Колян»! Я же тебе и говорю, нахрена ты себя два раза вписал, Колян? – не унимался Толик.

– Это фамилия – Колян! Моя фамилия! Колян! Это я себя вписал! – громким голосом пояснил сидящий рядом со мной мужик и недовольно приподнялся с места …

– Фамилия – Колян? – недоумённо и испуганно озираясь по сторонам, пролепетал нелепый Толик, не зная, продолжать ли ему и дальше бездумно насмехаться над возникшей ситуацией, или всё же ретироваться, опасаясь грозного мужика.

Все присутствующие грохнули со смеху, кто над мужиком по фамилии Колян, а кто и над незадачливым Толиком!

– Следующий! … – раздалось из кабинета, и я с документами на автомобиль, еле сдерживаясь от смеха, проследовал на процедуру растаможки.

За большим письменным столом, куда я тотчас подсел, громоздилась тучная декларантка лет пятидесяти с небольшим, но с огромной и пышной чёрной шевелюрой волос, обёрнутой вокруг головы наподобие восточной чалмы. Её очень старательно накрашенные широкие брови, веки глаз с осыпающейся чёрной тушью и растёкшаяся по губам ярко-красная расплывшаяся помада придавали этой возрастной женщине неопрятный вид, ну а её слишком массивный бюст в сочетании с полным животом и тощими коленками, торчащими из-под короткой юбки, вообще, служили поводом для насмешек…

Зинаида Петровна – так звали эту стареющую женщину, желающую понравиться любому гонщику машин, садящемуся перед ней за стол, на которого она бросала свои вожделенные и томные взоры. По всему было видно, что она до скрипа в зубах хочет молодого, здорового и сильного мужика!

Поздоровавшись, я с улыбкой разложил перед ней свои документы. Обрабатывая их, Зинаида Петровна беспрерывно лопотала, заигрывая со мной, откровенно намекая на вечернюю прогулку или интимный ужин. Я кивал головой ей в ответ, якобы соглашаясь, но всё старался пропускать мимо ушей, не придавая её словам серьёзного значения. Однако я осознавал, что если слишком обнадёжу её и не сдержу обещаний, то приобрету на местной таможне в её лице серьёзного врага. Отшучиваясь, как только это было возможно, я сгрёб со стола свои документы, прихватив бумажку на внесение в кассу таможенных платежей.

– Следующий! – громко выкрикнул я, выбегая из кабинета.

Мило улыбаясь, я послал Зинаиде Петровне шутливый воздушный поцелуй и сбежал.

Столкнувшись нос к носу с Толиком, который до сих пор маялся в очереди, я предупредил его об опасности попасть под влияние вожделеющей старухи.

– Да, брось ты, Колян! – недоверчиво улыбнувшись, выпалил Толик, – где наша не пропадала?

– Ваша пропадала везде! – хохотнул я ему в ответ и хлопнул по плечу, спеша на склад временного хранения за своим автомобилем.

Однако позже мне стало известно от друзей-гонщиков, что Толик всё-таки попал под тлетворное сексуальное воздействие Зинаиды Петровны, с которой ему всё же пришлось вынужденно провести интимную ночь в благодарность за то, что декларантка закрыла глаза на косяки в его таможенных документах, якобы присутствующих там в изобилии … Но были ли они там на самом деле?

Мне же предстояло внести таможенный платёж в кассу некой банковской конторы и забрать свою машину со склада временного хранения. Затем необходимо было застраховать свой автомобиль, выписать себе зелёную карту, купить металлические транзитные номера с тридцать девятым калининградским регионом. Потратить на всё это мне нужно было не менее часа, так что только к обеду я рассчитывал справиться с этими делами и пересечь литовскую границу, чтобы успеть до вечера добраться до вильнюсского мотеля «Гарюнай».

Как только на выезде из Советска я пересёк мост королевы Луизы в обратном направлении, так сразу же решил вкусно перекусить в придорожном литовском кафе.

Я, сытно пообедав там свиными рёбрышками с гарниром, двинулся в путь и тут увидел на обочине голосующего мужчину:

– До Таураге случайно меня не подбросите? – робко спросил он с явным литовским акцентом в голосе, когда я притормозил.

– Садись! – обратился я к нему на «ты».

По дороге мы разговорились.

– Чего пешком идёшь? Машина твоя где? – с нескрываемой насмешкой спросил я его.

Он сделал небольшую паузу, прежде, чем ответить.

– Машину забрали! – с неохотой выдавил он.

– Кто забрал? – выпучил я глаза.

– Таможня! – удручённо сказал литовец.

– За что? – не отставал я.

– За контрабанду! Хорошо, хоть отпустили … – с каким-то странным оптимизмом воскликнул мужчина, – а так – ерунда! Уже четвёртую машину забирают у меня …

– Сигареты возишь, или бензин?

– Янтарь… – нехотя признался он.

– Янтарь? – испуганно воскликнул я. – Вот это контрабас! За это же можно и на тюремную скамью загреметь!

– Можно! У меня уже есть судимость…

– Ну, ты отчаянный!

– А что делать? Жить ведь как-то надо! Я на контрабанде дом себе построил, и дочке, и сыну тоже …

– Машина-то дорогая? – сочувственно спросил я.

– Нет! Ауди сотка старая! Большая, квадратная! Много где есть янтаря спрятать …

– Понятно.

Так за этими откровенными и тихими разговорами я и довёз случайного попутчика до литовского города Таураге. К вильнюсскому мотелю «Гарюнай» я подъехал уже в районе пяти часов вечера.

Вован и Кирилл заняли двухместный номер в мотеле, который окнами выходил к маленькому живописному озерцу во дворе гостиничного комплекса. Они вселились совсем недавно, по приезду в мотель, и теперь готовились к ужину. Приняв душ, они разложили нехитрую снедь на журнальном столике, а Вован достал из холодильника запотевший пузырь литовской водки.

– О! Колян! Садись с нами поужинать, – пригласил он меня, когда я вошёл к ним в номер.

– Здорово, орлы! А где третий? – полюбопытствовал я, не досчитавшись Арсения.

– Представляешь? Решил сэкономить на гостинице! Пусть теперь спит в машине, как собака! – обидчиво заявил Кирилл.

– Перед завтрашней трудной дорогой нужно как следует отдохнуть! – попытался возразить я.

– Мы ему говорили! Но он припарковался на стоянке перед мотелем – и ни в какую! – продолжил Кирилл. – Видел, там на площадке серебристый Рено «VеlSatis» стоит? Это его! Говорит, мол, машина у меня большая, француз, я и тут хорошо высплюсь!

– Ну, что ж? Хозяин – барин! Наливай! – я присел за стол вместе с ребятами, готовясь, как следует, перекусить.

Свои автомобили мои друзья припарковали тут же, совсем рядом с номером. Кирилл купил себе на авторынке в Клайпеде недорогой «Фольксваген Гольф», а Вован – «Ауди 6». Я занял там же уютный соседний номер и припарковал у его входа свою «Тойоту».

После ужина мы решили прогуляться и вышли на улицу, приблизившись к живописному озерцу размером примерно около половины футбольного поля. Тут оживлённо плескалась довольно крупная рыба, и мы стали сожалеть, что не имеем рыболовных снастей, чтобы половить её.

От булочки, которую жевал на ходу, Кирилл отломил кусочек и бросил в воду… И тут вокруг этой хлебной корки вдруг что-то закипело! Десятки поклёвок стали разносить её по крупицам, пока над водой не показалась раскрытая пасть какой-то крупной рыбины, и корка не исчезла, полностью погрузившись в воду …

– Ничего себе! Ты это видел, Колян? Сколько же здесь рыбы!

– Пацаны! У меня идея! – крикнул я в ответ Вовану, – ждите меня здесь …

Я стремглав кинулся в свой номер и быстро достал из сумки косметичку, в которой всё время возил с собой бритвенные принадлежности, всякую мелочь, зубную пасту и щётку. Из массажной расчёски я выдернул один зуб, имеющий форму мелкого алюминиевого гвоздя, и согнул его в виде крючка. Затем от клубка шёлковых ниток, тоже имеющегося здесь, оторвал шнурок длинною где-то метра три-четыре, и один его конец привязал прямо к импровизированному крючку под самой шляпкой. Никаких предметов, которые достойно смогли бы заменить мне удилище и поплавок, не попалось под руку, и я, прихватив с собой огромный кусок белого хлеба, побежал обратно к водоёму, предварительно сбросив с себя светлые шорты и футболку, оставшись в одних трусах на случай погружения в воду.

Дальше произошло невообразимое … Я, быстро скатав крупный хлебный шарик, нанизал его на крючок и забросил импровизированную снасть в воду! Ребята азартно наблюдали за моими действиями, а Кирилл даже начал быстро снимать всё происходящее на свой мобильный телефон … Тут же клюнуло! Шарик, не успев лечь на воду, был мгновенно заглощён круглой пастью огромного карпа! Я резко подсёк! … И тут, тугой струной торчащая из воды шёлковая нить, стала неистово метаться из стороны в сторону – карп сидел на крючке! … Подбирая нить из руки в руку, я начал подтаскивать его к берегу! Мои друзья громко верещали, подбадривая меня криками: «Коля! Давай!»

Из номеров выскакивали люди и бежали к берегу водоёма понаблюдать за происходящими событиями! Из соседнего жилого корпуса прибежали даже туристы-поляки с удочкой и стали тоже закидывать свои снасти в пруд…

Напрягшись, я подвёл рыбину к берегу и, чтобы она не сошла с крючка, ударившись о бровку насыпи, резко выдернул рыбу из воды! Добыча упала на траву, извиваясь, и я кинулся на неё сверху, стараясь не упустить её обратно в воду!

– Коля! Лови! Лови! Лови! – в запале орали друзья.

Схватив рыбину, я поднялся на ноги и поднял её вверх, удерживая за жабры. Окружающие весело и громко кричали, хлопая в ладоши, а Кирилл фиксировал всё на телефон.

– Что вы тут творите? Быстро отпустите рыбу! Ловля здесь запрещено! – с литовским акцентом заорал быстро подбежавший к нам охранник мотеля, разгоняя стихийное сборище.

Я с большой долей сожаления повиновался его требованию, аккуратно сбросив карпа обратно в воду головой в перёд.

Гомон начал утихать, зеваки стали расходиться по своим номерам, и мы отправились в свой мотель, горячо обсуждая произошедшее событие. Настала пора готовиться ко сну, ведь завтра предстоял трудный день долгой дороги домой.

Наезд

Утром я проснулся рано. Приняв контрастный душ, который прогнал остатки сна, я поднялся в бар, выполняющий вечером функции ресторана, а днём – буфета. Завтрак входил в стоимость предоставляемых мне гостиничных услуг. После ночной смены молоденькая официантка, как сонная муха, всё никак не могла исполнить мой заказ, и мне пришлось её слегка подгонять.

Покончив с едой, я сдал ключи от номера и, прихватив свою походную сумку, вышел на улицу прогреть двигатель «Тойоты».

Вспомогательные службы «Гарюнай» уже работали вовсю, начиная с шести часов утра по местному времени. Мотель находился на территории авторынка. Здесь тесно располагались отвалы, торгующие автозапчастями, аксессуарами, автохимией, новой резиной и колёсными литыми дисками. Тут же протянулся целый ряд мастерских по монтажу шин.

Кирилл и Вован меняли резину в одной из них, улучшая качество своих авто. Арсения нигде не было видно …

– Привет, односельчане! – подъехав к ребятам, я опустил боковое стекло, – долго вы ещё тут возиться будете?

– О! Здорово! Мне два колеса осталось поменять, Колян! Ты себе резину, диски менять разве не будешь? – весь чумазый уже с раннего утра, спросил Вован, стирая капли пота со лба.

– Зачем менять новое на новое? – усмехнулся я.

– Везёт же тебе! – завистливо поглядывая на мою шикарную «Тойоту», вздохнул он, – и таможить уже не надо … а мы …

– Ничего! Справитесь! А где Арсений? – побеспокоился я.

– Дрыхнет ещё на парковке! Скряга! – продолжил разговор подошедший к нам Кирилл.

– Будите его, ребята! Он, вообще, домой ехать собирается? Гонщик, тоже мне! – недовольно сказал я, – жду вас на заправке!

Я лихо ударил по газам.

«Играть роль командира в компании друзей! Кто дал мне на это право? По принципу старшинства, что ли?» – мучил я себя вопросом. Однако, чуть поразмыслив, я пришёл к простому выводу: «Я без ребят легко обойдусь! Мне даже проще будет преодолеть расстояние до дома одному, меньше стоять в диких очередях, меньше остановок делать в дороге! А вот им без меня будет гораздо сложнее … Тыкаются, как слепые котята, не имея достаточного опыта в гонках авто! Ещё влипнут в какую-нибудь передрягу! Что тогда? Удивительно, как они ещё с покупкой машин в Клайпеде сами справились? Вот и получается, что сейчас они зависят от меня, а не я от них!» – успокаивал я себя.

На выезде из комплекса располагалась АЗС «Stat Oil». Местные литовцы хвалились, что здесь самый качественный бензин норвежского производства во всей Литве, хотя и самый дорогой! По сравнению со средней ценой на белорусских заправках он стоил в два раза дороже, а с российскими – так даже в три! Я залил себе полный бак и отъехал на небольшую парковку неподалёку, ожидая, когда подъедут мои друзья.

– Заливайте баки до полного! Не жадничайте! – громко скомандовал я, когда ребята подъехали к заправке.

– Зачем, Колян? Здесь же дорого! – попытался возразить мне Вован, сокрушаясь ценой на топливо.

– Давай лучше в Минске дозаправимся! – вторил ему Кирилл.

– Нет, ребята! Минск мы должны проскочить без остановок! Там, по последним данным разведки, после недавно объявленной батькой Лукашенко амнистии для уголовников в окрестностях белорусской столицы активизировался рэкет на дорогах!

– Ты-то откуда знаешь? – недоверчиво выкрикнул Арсений.

– Сорока на хвосте принесла! – с вызовом ответил я.

– Сорока-сорока! – попытался передразнить меня он.

– До полного лейте! А то как бы потом жалеть не пришлось!

Вырулив с площадки, где припарковался ранее, я подъехал к выезду из торгового комплекса «Гарюнай», ожидая, пока мои друзья пристроятся в хвост моей машине, а затем, не торопясь, направился сквозняком через город Вильнюс к погранпереходу Мядининкай.

Здесь нам пришлось потерять часа полтора-два при оформлении документов и в ожиданиях своей очереди на проезд.

Мне было гораздо проще – я ведь шёл транзитом на уже растаможенной машине по зелёному коридору. А моим ребятам пришлось оформлять таможенные декларации и по полной ощутить на себе все прелести бумажной волокиты.

Наконец, переход мы преодолели и направились в Минск, до которого было порядка ста пятидесяти километров.

Перед выездом я объявил ребятам:

– Сейчас мы поедем друг за другом, не отрываясь, обходим город Минск по МКАДу справа, а потом уходим после населённого пункта Привольного правее, на Бобруйск!

– Через Могилёв, наоборот, короче! – попытался возразить мне Арсений, строя из себя бывалого знатока.

– Как раз на могилёвском направлении и безобразничают рэкетиры! – резко оборвал я его.

– Да, что ты раскомандовался тут? Я эту дорогу лучше тебя знаю!

– Знаешь, так езжай! Никто не держит! Но ребята наши брянские уже недавно попадали там под раздачу! – настаивал я.

– Да? … откуда ты знаешь? – снова нервно выкрикнул Арсений.

– Знаю, раз говорю! А ты сам решай, – не намереваясь больше спорить, я сел в машину и, не спеша, тронулся в путь.

Ребята потянулись следом. За мной ехал Вован, за ним рулил Кирилл, а за Кириллом, с недовольной миной на лице – Арсений.

На развилке дорог я взял правее, на трассу М-5, на Бобруйск. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, я обомлел: мои земляки продолжили движение друг за другом по М-4 на Могилёв и резко свернули на заправку, стоящую как раз посередине, между двух дорог! Сказать, что я был взбешён – это не сказать ничего …

Я потерял минут пять драгоценного времени, пока нашёл место для разворота, чтобы вернуться за ребятами на заправку.

Подъезжая, я притормозил и остановился на обочине, потому что увидел встревожившую меня картину: въезд на заправку моим друзьям преградил огромный чёрный джип!

Сзади троицу моих земляков подпёрли «Ауди» и БМВ такого же чёрного цвета. Из этих автомобилей высыпала целая толпа коротко стриженых парней с бейсбольными битами в руках, окружив моих незадачливых гонщиков со всех сторон.

В этот момент из-под эстакады выехал чёрный «Мерседес» представительского класса и неспешно подрулил к скоплению автомобилей на въезде АЗС. Из него вышел низкого роста седой человек в долгополом кожаном плаще. Длинный белый шарф несколькими кольцами обвивал его тонкую и дряхлую шею. На голове старомодная фуражка-восьмиклинка с массивным козырьком. Худое и очень морщинистое лицо нездорового бледно-зелёного цвета сосредоточилось в пренебрежительной гримасе. По всему было видно – это авторитет!

Трое моих друзей тоже торопливо стали высаживаться из своих машин … Первым к толпе рэкетиров подскочил Арсений … Он нервно ругался и размахивал руками! Первый же встречный бык схватил его за грудки … Кирилл и Вован, замявшись, тихо стояли рядом.

Наблюдать эту живописную картину со стороны уже не представляло никакой возможности: ребята могли подумать, что я их бросил в сложившейся критической ситуации!

Медлить было нельзя! Я резко ударил по газам и лихо подъехал к месту предстоящих разборок, возмутив клубы пыли …

– Приветствую вас, господа! – выпалил я, выходя из своей машины и не зная, как ещё обратиться к бандитам.

– Привет-привет, коль не шутишь, – авторитет медленно обернулся ко мне, а вся его свита зло уставилась в мою сторону.

– Вали отсюда, дядя! – угрожающе гаркнул молодой высокий бандит, оказавшийся рядом.

– Не могу! Эти ребята со мной … – уже не так уверенно вымолвил я.

– С тобой, говоришь? – продолжил Седой авторитет, хитро прищурив колючие глаза.

Казалось, что он говорит сквозь сон.

– Ну, да! – стараясь крикнуть, как можно громче, я захлопнул дверцу своей роскошной «Тойоты».

– Они друзья твои, что ли? – продолжил Седой.

– Ну, вроде того!

– А сам-то ты кто будешь, мил человек? – не отставал он.

– Никто! … Просто, человек! Вот кто! – выпалил я.

– Так что ты, готов за своих друзей ответить?

– А что за них отвечать? Разве они в чём-то виноваты?

– Конечно, виноваты … Для транзитных машин проезд здесь платный! А твои друзья не заплатили! – вкрадчиво продолжил Седой свою тихую речь, напоминающую журчание ручья.

– Мы ничего не знаем ни про какие оплаты! – выкрикнул Арсений, встревая в разговор.

– Ты серьёзно? – недоверчиво промолвил авторитет, даже не взглянув в сторону Арсения, – едете тут преспокойненько на красных литовских транзитных номерах и не знаете?

– Послушайте …

– Нет! Это ты послушай, шляпа! – резко прервал меня Седой, повысив голос, – ты у них командир, верно? Давай-ка отойдём, потолкуем!

Седой отошёл в сторонку, а я послушно последовал за ним.

– Что ты за этих лохов впрягаешься? Я же вижу … У тебя на твоей машине металлические калининградские номера, тридцать девятый регион! А они из Литвы едут! На красных картонных «транзитах»! Пусть платят! Или ты тоже вместе с ними заплатить хочешь? – начал он разговор.

– Я тоже на транзитах, только калининградских, как ты правильно заметил! Машина у меня в Калининградской области растаможена, – ухмыльнулся я.

– Ах, вот оно что? Теперь буду знать, буду знать! Так, стало быть, сам бог велел тебе тоже за проезд заплатить, – повеселел Седой и улыбчиво заглянул мне в глаза.

Я молча стоял рядом с ним, засунув руки в карманы своих спортивных штанов, очень сожалея, что проболтался. Мне было совершенно непонятно: почему этот авторитет лично занимается поборами на дорогах?

И тут, словно прочитав мои мысли, Седой вдруг сам ответил мне на этот неожиданный вопрос:

– Видишь ли, мил человек? Во всём приходится разбираться самому! А ты – молодец! Честно признался, что гонщик! В общем, так! Давайте-ка ребятки, по зелёной соточке! Скидывайтесь! Ну, и … скатертью дорога!

– А если нет? – упираясь, спросил я.

– А если нет? Ну, тогда я свистну своим ребятам… машинки вам попортят! Ремонт дороже будет стоить! Согласен? – тихо, словно уговаривая, пробормотал Седой.

– Всё понятно, – обречённо выдохнул я, – мне с ребятами своими потолковать-то хоть можно?

– Ну, а чего ж нельзя? Потолкуй! Минут пять тебе хватит?

– Хватит, – сдавленно произнёс я и направился к землякам.

Отозвав в сторонку своих ребят, я начал обсуждать с ними план дальнейших наших действий.

– Я ничего этим козлам платить не буду! – повышая голос, громко выкрикнул Арсений.

– Да, тише ты! Видишь, как эти гопники в нашу сторону пялятся? – урезонил я его.

– Всё равно не буду!

– Теперь ваше мнение! Кирилл! Вован! – я глядел на друзей, тревожно ожидая их решения.

– Я не знаю, – замялся Кирилл.

Вован просто пожал плечами.

– Так … У нас есть пять минут! А решения никакого нет … Хочу сразу обозначить, потому что разбор полётов устраивать некогда! Вы не послушали моего совета заправить в Литве полные баки бензина! И вот результат … Свернули на заправочку … Почём теперь горючка обойдётся? Никто не считал? – начал было я.

– Это Арсений нас обогнал перед АЗС и показал поворот на заправку, – уныло промямлил Вован.

– А вы и рады стараться, за ним кинулись! По дешёвочке заправиться! Так же? – съехидничал я.

– Так! Ну, и что? – с вызовом воскликнул Арсений.

– А то! Что если вы не согласны платить по сто долларов за свой косяк, то и заправлять машины теперь вам больше не имеет никакого смысла!

– Это ещё почему? – не унимался Арсений.

– Потому, что эти мордовороты разнесут через пять минут ваши шушлайки вдребезги напополам! Так, что и ремонтировать вам будет нечего! – нервно выкрикнул я.

– Мы будем драться! – воскликнул Арсений.

– С кем? С ними? Их шестнадцать рыл, не считая Седого! Решил ещё заодно и в больничке поваляться месяца эдак полтора, а то и два? А, Сеня? – горько усмехнулся я.

– А что ты нам предлагаешь? Николай! – тревожно спросил Кирилл.

– Заплатить, раз уж попали в дерьмо! – нервно выкрикнул я.

– У меня нет денег, – уныло сказал Вован.

– Хорошо. Я дам тебе сотку взаймы! Ты, Кирилл?

– Я согласен! – и он протянул мне свою зелёную бумажку.

– А я не буду! – упорствовал Арсений.

– Как знаешь! Но я буду вынужден сказать, с какой машины нет оплаты! Извини! Они, пожалуй, тебе ещё и морду набьют, как самому борзому, – я вынул из-под отворота своих спортивных штанов, где держал на всякий случай заначку, пару сотенных купюр и направился к Седому.

– Подожди! – Арсений протянул мне свою сотку, – и за меня отдай! … Тоже, – скрипя зубами, продолжил он.

Я подошёл к Седому.

– Ну, что? Мил человек! Вижу, решил ты вопрос положительно? Одобряю. Всегда приятно иметь дело с разумными людьми, – он протянул мне свою ладонь, куда я не без сожаления сунул четыре сотни долларов, – бывайте здоровы, ребятки!

– А как насчёт дальнейшей дороги? Нас больше никто не тронет? – с опаской поинтересовался я.

Седой чинно сел в свой «Мерседес» на заднее сиденье.

– Не тронет … Скажешь, если что, мол, уже Седому заплатил!

Какой-то бык захлопнул дверцу автомобиля, а сам сел рядом с водителем. Огромный «Мерседес» сорвался с места, а следом за ним – чёрный джип, БМВ и «Ауди».

– Ну, что? Орлы в куриных перьях! Заезжайте теперь на АЗС, заправляйтесь «по дешёвочке»! – насмешливо крикнул я ребятам, садясь за руль своей «Тойоты», хотя кошки скребли на душе.

Было досадно, до слёз обидно и безумно жалко профуканых денег. И ещё неуёмная злоба на бездумные действия Арсения всё никак не покидала меня всю дорогу до самого дома.

Когда мы в районе девяти часов вечера проезжали город Почеп, и оставалось около семидесяти километров до Брянска, мои друзья начали отставать, заморгали фарами и остановились у придорожного магазина. Мне снова пришлось вернуться за ними обратно.

– В чём опять дело, богатыри мои? Чего стоим? – подъехав вплотную к шалману, я вышел из машины.

Ребята собрались возле автомобиля Арсения. Он еле-еле стоял на ногах. Его водило из стороны в сторону, и он, чтобы не упасть, всем телом прислонился к своей машине, прильнув к ней пятой точкой, держа при этом руки в карманах своих штанов.

– Арсению плохо, не сможет дальше ехать, – сочувственно заявил Кирилл.

– И это не мудрено! – раздражённо выпалил я.

– Почему это? – Вован состроил недоумённую физиономию.

– Потому что по ночам спать надо! И высыпаться, как следует! Тем более, перед дальней дорогой! И желательно – в тёплой постели! А утром в душике освежиться! А не корчиться всю ночь в машине, как собака! Посмотри на него! Глаза в кучу! Он же в нокауте!

– Да я сейчас тебя! … – заплетающимся языком промолвил Арсений.

Я отступил на шаг назад. А он вынул руки из карманов, сжал кулаки и двинулся на меня, однако ноги его подкосились, и он рухнул на грязный асфальт, недоумевая: что же произошло? Кирилл и Вован кинулись его поднимать.

– Короче, братва! Мне это всё надоело! Арсению надо срочно ложиться спать, а мне через час надо быть дома! У меня на завтра намечены большие планы! Извините! Поэтому, если кто-то хочет, оставайтесь с ним! А я – домой! – безоговорочно заявил я.

– Конечно, Николай! Вы езжайте! Я побуду с ним! Это же ведь я взял его в поездку с собой! Мне за него и отвечать! Мы сейчас перекимарим часика два-три и поедем… к утру по-любому будем дома, – успокаивающе пролепетал Кирилл.

– Я с тобой, Колян! – Вован на прощанье пожал руки друзьям.

– Хорошо, Кирилл! Завтра приедешь – позвони! – я махнул ему на прощанье рукой и запрыгнул в машину.

Домой мы с Вованом добрались за полночь и остановились возле АЗС на въезде в Брянск.

– Слушай, Колян! Я вот еду всю дорогу и думаю: как красиво ты всё разрулил с блатными на развилке! Мы ведь реально могли огрести там за свой косяк! Как это тебе только в голову пришло? Сам придумал? – улыбаясь и куря сигарету, процедил Вован.

– Нет, конечно! – усмехнулся я и тоже закурил, – как-то раз один товарищ притчу мне одну поведал.

– Ну, расскажи, я не спешу… – приготовился слушать он.

– Хорошо … Ночь. Зима. Мороз трескучий. У дороги на ветке дерева сидит воробей. Нахохлился весь. Замёрз и упал на дорогу. Лежит и умирает от холода-голода. Вдруг едет мужик по зимней дороге в санях, лошадь свою погоняет кнутом вдоль спины до самой гривы. Тут лошадь вдруг возьми от такого удовольствия, да и опорожнись горячим навозом, и прямо на воробья. Копытами она его не задела, полозья с двух сторон мимо прошли. Лежит воробей под кучкой навоза, тепло ему стало, согрелся, в говне кусочки вкусного овса нашёл, поклевал – наелся! Тут утро настало, солнышко взошло. Выглянул воробей из своей тёплой кучки, довольный зачирикал! И тут вдруг хитрая рыжая кошка, услышала его звонкое пенье, подкралась незаметно, вытащила воробья из навоза и съела! Мораль: Не всякий враг, кто тебя обосрал; не всякий друг, кто тебя из говна вытащил; а коль попал в говно – так не чирикай!

– Да, Колян! Ну, ты даёшь! – Вован заржал, пожал мне "краба" и уехал.

Паланга драйв

Трясясь поздним вечером в автобусе на Смоленск, я сквозь дрёму медленно вспоминал недавнее посещение места работы Михи, которое находилось где-то совсем рядом с поликлиникой Брянского Автомобильного Завода. Мы как-то подъезжали туда вместе, и я был знаком с его непосредственным начальником Игорем Александровичем.

Постучавшись и войдя к нему в кабинет, поздоровавшись, я поинтересовался: почему Миху уволили с работы?

– Михаил Юрьевич? Калганов? – переспросил он. – Да, толковый специалист был, но …

– «Но»? – повторил я, видя его заминку на полуслове.

– Но его алкогольная зависимость сгубила всё дело! Он устроился к нам недавно, месяца полтора-два назад …

– Я помню, помню, – ободряюще поддержал я разговор.

– Понимаете? Когда поначалу от него несло перегаром по утрам – это было бы полбеды! Но когда он стал опаздывать на работу, приходить мятым, небритым и откровенно пьяным! Тут уж директор наш не выдержал и приказал его уволить любыми судьбами!

– Неужели так часто было?

– Да каждый божий день! Я уже и уговаривал, и угрожал увольнением напрямую – всё без толку …

В разговоре между нами возникла неловкая пауза, после чего Игорь Александрович продолжил:

– Я предложил ему уволиться по собственному… сказал, что по статье увольнять его много хлопот!

– А он?

– А он заартачился! Тогда наша кадровичка нашла выход: она предложила уволить его по должностному несоответствию, дескать, неоконченное высшее образование, пусть даже такое, как Бауманка, для нашего главного инженера не позволительно!

– И что Михаил? … – спросил я.

– Михаил психанул! Чего, мол, раньше молчали, когда на работу брали? В общем, раскусил наши намеренья уволить его, потому сам и написал заявление об уходе! А вы с какой целью интересуетесь? – спохватился он.

– Да, друг я его, товарищ и брат! Ясно? Обеспокоен его дальнейшей судьбой! – нервно ответил я.

– Шефство над ним взяли, что ли? – ехидно съязвил ушлый Игорь Александрович.

– Ну, типа того …

От неприятных воспоминаний меня вдруг отвлёк неожиданный телефонный звонок:

– Привет, Николай!

– Привет! – по голосу я сразу узнал Егора Столетникова, по кличке «Крашеный».

Егор – деловой московский перекуп, хорошо знакомый многим брянским гонщикам, высокий, с крашеными короткими волосами, вместе со своим закадычным приятелем Максом, тоже высоким, но темноволосым симпатичным парнем, часто перекупали или заказывали у меня машины.

– Слушай, Николай! Срочно нужен «мерин», «цешка», купе-«компрессор», обязательно серебристого цвета! Двухлитровый!

– Ого! Где я тебе такой «Мерседес» без подготовки выцеплю? Я за всё время раза три всего такие спортивные машины и видел! Чёрного, зелёного и, по-моему, тёмно-синего цвета …

– Нет-нет! Ты не понял! Только серебристый цвет нужен! Это «серебряная мечта» жены моего клиента! Он ей машину эту ищет! Подарок на день рожденья хочет сделать!

– Понятно, – задумчиво ответил я, – но как-то стрёмно гнать её без задатка! Машинка-то эксклюзивная и дорогая …

– Да понимаю я, Николай! Я взял с них задаток! Поверь! Но на всё про всё сроку – три недели! Выручай, соверши чудо! Пожалуйста! Я знаю – ты можешь! – взмолился Егор.

– Да! «Серебряная мечта»! Где ж её взять-то? – задумчиво произнёс я.

– Скажу сразу: пять штук грина – твой заработок, Николай! Всё, что сверху будет – это моё! Устроит тебя так? – Егор воспользовался своим врождённым даром убеждать людей.

– Ну, хорошо! Я попробую, но не обещаю, Егор! – нехотя согласился я, хотя сумма навара меня впечатлила …

– Окей! Жду звонка, Николай! – Егор прервал разговор.

«Да! «Серебряная мечта»! Где ж её взять-то?» – повторил я про себя.

Вспомнился вдруг английский фильм «Гонщик серебряной мечты», который я смотрел в детстве. Там у одного лихого парня был классный мотоцикл серебристого цвета, и он называл его «серебряной мечтой», участвовал в кольцевых гонках и в конце концов, кажется, разбился на нём … Странно, но теперь, через много лет, я даже не смог вспомнить сюжет этого фильма! Теперь же, в данном случае, «серебряная мечта» сулила обойтись в копеечку! Как же кстати сейчас оказались эти возвращённые Михой четыре с половиной тысячи долларов, которые я тоже взял с собой на всякий пожарный случай! Может быть это судьба?

«Поживём – увидим!» – сказал я себе и мечтательно закрыл глаза. До Смоленска было ещё очень далеко …

На автомобильном рынке в литовском городе Мариамполе было очень шумно, тесно и многолюдно. Недавно перестроенный и приведённый в порядок местными властями, он сверкал идеальным новым асфальтом, яркой разметкой, оцинкованными еврозаборами, белыми светодиодными фонарями. Яркое и раннее весеннее солнце уже осветило ряды автомобилей, а машины всё заезжали и заезжали, выстраиваясь в линию, уходящую за пределы видимости человеческого глаза. Покупатели шныряли по этим рядам со скоростью бешеных собак, пытаясь урвать наиболее выгодные варианты.

Гуляя по рынку, я встретил Деда Гришу, брянского гонщика преклонных лет, худощавого, среднего роста, седого, как лунь, мужчину. Он присматривал себе старенький «Опель Астру» для покупки в сопровождении своей толстомясой жены, которая не отпускала Деда Гришу от себя ни на шаг, боясь, что тот сорвётся в запой … Даже в Литву за машинами она ездила вместе с ним, оформляя себе шенгенскую визу!

– Давайте не будем брать эту машину, дядь Гриш! – молодая миниатюрная женщина лет тридцати с лишним, по имени Инна, отговаривала его от этой безумной затеи.

С коротенькой пышной стрижкой, точёной фигуркой, тёмными волосами и карими глазами, она была почти точной копией американской киноактрисы Деми Мур. Инна была дальней родственницей Деда Гриши, неплохо водила автомобиль, помогая ему и его жене перегонять купленные машины из Литвы на продажу в Москву, на Люберецкий авторынок.

– Что за шум, а драки нету? – я подошёл к ним, здороваясь с Дедом Гришей за руку.

– Ну, скажи ты ему, Николай, что эта «Корса» очень уж неприглядно смотрится! – с обидой в голосе обратилась ко мне молодая женщина.

– Это не «Корса», это – «Астра»! – поправил её Дед Гриша.

– Точно! Пэр аспера – ад астра! – в шутку сморозил я.

– Что? – не поняла Инна.

– Через тернии – к звёздам! Это по латыни! – уточнил я.

– Да ну тебя! Не тебе же на ней ехать! – обижаясь уже на меня, а не на Деда Гришу, заявила Инна.

– А ты что себе подыскиваешь, Николай? – грубым голосом спросил меня Дед Гриша?

– Да, так! Фигню всякую! Сам пока не знаю! – попытался отшутиться я.

– Ну, не хочешь – не говори! – продолжила обижаться Инна.

– Ну, ладно-ладно! Не нужно так серьёзно! Предлагаю пойти в шалман и позавтракать! Какая работа на голодный желудок? – улыбаясь, сказал я.

– И то верно, по бутылочке пивка тяпнем! – воодушевился Дед Гриша.

– Я тебе тяпну! Ишь ты! – громко рявкнула на него жена, – потом рулить как будешь?

– А что? В Литве по правилам одну бутылку – можно! – Дед Гриша попытался оправдаться, но неудачно …

– Иди! – грозно толкнула жена Деда Гришу, и мы вчетвером двинулись в местное рыночное кафе.

После завтрака я исходил почти весь автомобильный рынок. Близилось время обеда, но нигде и близко не было так нужной мне «серебряной мечты». Я отправился в самый дальний угол площадки, туда, где стояли огромные автовозы из Германии с ещё совсем нерастаможенными дорогими автомобилями.

– Да! «Серебряная мечта»! Где ж её взять-то? – я повторял сам себе снова и снова, не прекращая своих поисков.

Ноги отваливались от изнуряющей ходьбы. Я уже валился от усталости и мысленно начал ругать себя за то, что купился на этот маловероятный заказ от Крашеного, и за то, что, скорее всего, уже упустил все прибыльные варианты покупки другой машины, как вдруг услышал позади себя приятный женский голос с характерным литовским акцентом:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.