Владимир Поселягин
Выживание

Владимир Поселягин

* * *

С момента боя с полудохлыми бандитами прошло двадцать лет… Шучу, даже не два года. Две недели пролетели как миг. Сказать по правде, «честная» дележка трофеев мне сильно не понравилась. Несмотря на то что добыча была такая богатая благодаря только мне – охотники в тех краях не ходят, нет там звериных троп, – нашей семье была выделена одна доля. Доли эти считались не по всем мужчинам селения, а по тем, кто был на месте и занимался сбором трофеев и похоронами бандитов. Кстати, обе могилы вскрыли, наша лекарка осмотрела их, зажимая нос, и сообщила, что их добили, один, правда, безнадежный был, а вот второго можно было вытянуть, да бандиты не стали этого делать.

Так вот, на всех охотников, кто был на месте сбора трофеев, было выделено по доле, половину забрал староста, так сказать, на нужды селения, включая ховер, остальное было распределено среди охотников. Доли распределялись именно среди мужчин, были и те, кто просто помогал – женщины лошадей приводили, или еще что, но им долей не было, староста сам с ними расплачивался по мелочи. Причем себе он две доли тоже не забыл выделить, несмотря на то что половину отжал. В этой дележке он прошел по краю, то есть вроде и законов селения не нарушил, но и дал очень мало, захапал себе самое ценное. Особо охотники не роптали, однако поглядывали с некоторым недовольством. Так-то нам с отцом должно было пойти три доли, если по-честному, но староста так не считал, и нам дали обычную долю. Сквозь зубы ответив на мое возмущение, выделили долю за то, что трофеи были взяты благодаря нашей семье. Отец не возражал, лишь порадовался, что он в данный момент был в селении, Лиза родилась, иначе и этого бы мы не получили. Староста легко бы лишил меня доли, я даже в младшие охотники не вышел, малой, что тут еще скажешь. Хотя и младшие охотники на долю претендовать не могут, только реальные взрослые. Раньше я как-то законами нашего селения не интересовался, однако за эти две недели проштудировал и понял, там столько дыр, что удивительно, что староста хотя бы долю дал, мог все забрать. Не понравился мне закон. Одно только душу грело: все, что мог, я с ховера снял. Ох, и помучается староста, восстанавливая его! Да и трофеи из рюкзаков самые лучшие припрятал. Да ладно, было и прошло. Уроком будет.

Все оружие староста забрал себе в дружину. Охотники, пострадавшие на охоте, и другие увечные – все они работали на нашего старосту, именно на них охрана селения и окрестностей, раз больше в лес за добычей выйти не могут. У нас таких было десять человек, включая нашего соседа. Большое селение, я уже говорил, одних взрослых охотников за четыре десятка. В основном вооружено ополчение дробовиками, ну и охотничьими ружьями, а тут армейский дробовик и два АК-автомата из свежих трофеев позволили увеличить мощь нашего селения. Кстати, два АК-автомата в селении уже было, теперь стало четыре. Револьвер, что я снял с главаря, в трофеях не значился. Меня, конечно, обыскали, когда мы с отцом к старосте пришли, отобрали автомат, однако я не идиот брать остальные трофеи с собой. В схроне прятались. Именно случай с бандитами ясно мне показал, нельзя нашим сообщать о складе. К сожалению, и отец был в этом деле слабым звеном, сто процентов сообщит старосте, и все, будет большая беда, как это уже было в моей прошлой жизни в этом теле. Не сообщить отец не мог, он воспитывался в общине нордцев, и для него клановая поддержка была всем. Тут суррогат из охотников, но он их не предаст. Для него это действительно предательство. Вот я эти две недели и думал, как сделать так, чтобы отец, скажем так, разочаровался в охотниках. Даже не в них самих, а в старосте. Раньше наши пути со старостой как-то слабо пересекались, и что это за человек, я не знал, а тут частое общение позволило понять, что он слишком себе на уме. Причем был из варягов, не местный, из другого селения охотников. Имел шесть сыновей и двух братьев. Все они жили на подворье старосты, то есть у него была своя боевая дружина. Кстати, подворье старосты – это не его личное имущество, у него своя усадьба была на соседней улице, там один из старших братьев с семьей проживал, чтобы усадьба в запустение не пришла. А здесь жили выборные старосты, выберут другого, и наш староста освободит подворье для приемника. Правда, освобождать он подворье как-то не спешит, уже третий срок правит, больше двадцати лет. Сельчане им были вполне довольны, надо сказать, управленцем тот действительно оказался толковым, ну а то, что хапуга, так бывает, хоть такой.

Положив небольшой паяльник на место, я подул на место пайки и покосился на Лидию, что приплясывала от нетерпения рядом. Так проводить ремонт не стоило, припой сам должен был остыть, но раз над душой стоят, приходится переходить на не самые лучшие методы. Сестра наобещала старшей соседской девочке, что я починю той коммуникатор, ее отец получил его в долю. Поломанный, как было с прибором Лидии. Тогда, вернувшись в селение, мы с отцом с грузом направились к себе. Большая часть охотников так же сделали, на месте схватки остался только староста со своими людьми, им еще ховер из леса в селение перетащить нужно. Это не трудно, лошади уверенно по лесной дороге тянули машину к селу. Так вот, на следующее утро мы в общем зале высыпали рюкзак на пол и начали перебирать все, что там было. Отец слабо разбирался в электронике, так что я вышел на первое место в этом деле. Большая часть была не рабочей, видимо торговцы, которых ограбили бандиты, везли все на ремонт зургу, что специализировался на ремонте подобных девайсов. Так что, определив, что большая часть поломана, кроме пары планшетов, двух коммуникаторов и одного небольшого галовизора, забрал их и отнес на продажу соседям, у нас вроде как все это было. Остальное широким жестом отец отдал мне. Молодец.

Я за эти две недели, используя другие приборы, починил большую часть девайсов. В результате у сестры, мамы, бабушки и у отца появились наручные коммуникаторы, с помощью которых можно держать связь как со спутниками, так и между собой. Специально отбирал армейские машинки, они надежнее будут. Причем у всех коммуникаторов я восстановил оборудование проверки владельцев, оно отключено было, пользуйся кто хочет. Теперь могут пользоваться только авторизованные пользователи, то есть моя сестра и остальные. У меня тоже был коммуникатор, самый навороченный и мощный, а также планшет.

У Лидии тоже теперь был еще и свой планшет, так как я активно ее учил письменности, а кроме меня, как оказалось, писать и читать умели бабушка, отец и мать, но они пока не приступили к нашему обучению, а такие мои познания были встречены семьей несколько неоднозначно. Ладно, навык ремонта – это еще как-то можно списать на результат обучения у старика Крафа. А тут писать научился. Откуда? Слишком много было со мной непонятных и неожиданных моментов, чтобы их игнорировать, и шесть дней назад у нас с отцом состоялся серьезный разговор. Для него серьезный. На все вопросы я отвечал, что не знаю, откуда это берется, но все знания проявились после удара током и падения с крыши. К моему удивлению, это прокатило. Лекарка, что меня обследовала и опросила по просьбе отца, подняла вверх палец и изрекла:

– Память предков проснулась.

Это объяснение сразу сняло все вопросы насчет меня, и теперь в мою сторону уже поглядывали с некоторым уважением, еще бы, столько скрытых умений. Надо было ее раньше позвать на консультацию. Естественно, весть мгновенно распространилась среди сельчан, но в последние дни ажиотаж спал, хотя любопытных на нашем подворье хватало.

Так я эти две недели и жил, охотой практически не промышлял, занимался электроникой, составив небольшую конкуренцию старику Крафу. Тот помимо того что ремонтировал трофейный ховер, ремонт через три дня прекратился из-за отсутствия запчастей, еще и ремонтом электроники занимался, тут он был вполне неплох. То есть другие охотники, что получили долю, несли все ему и загрузили старика на полгода вперед. В отличие от меня, ремонтировал тот на удивление долго. Я быстрее, однако, если бы у меня был тестер техника, ремонт бы ускорился, а так все на глаз делал. Помнится, в той жизни старик Краф смог как-то достать такой тестер, но это произошло только через четыре года после того моего известного падения с крыши. Особо я и не переживал, что все сельчане несут девайсы на ремонт к старику, я и так, вон, две недели убил, чтобы наше имущество починить, а что не починил, убрал в ящик в качестве запчастей. Так что хотел размяться, прогуляться по лесу, а то натурально только и делал, что припоем дышал да ремонтом занимался. А тут Лидия с коммуникатором соседки и жалобными глазами, попросила починить. Интересно, что ей наобещали? Починю, но в первый и последний раз, бесплатно я не работаю, пока только руку набиваю. Сельчане не сразу прочухали, что в селении появился второй умелец, мол, мал еще, однако после заявления лекарки некоторые озаботились сменой зурга, а то ждать полгода, пока очередь дойдет до их оборудования. Вчера первые два гонца явились, через мать попросили починить. Сегодня вот Лидия. Я так думаю, это первые ласточки. Особо я не возражал, благосостояние семьи повысилось, отец озаботился приобретением коня-трехлетки и повозки, но все же перерыв сделать хотелось, пару дней погулять по лесу, проверить, как схрон, и что с землянкой, заодно свежую убоину добыть. Конечно, кабан, которого отец со своей ватажкой приволок вчера, это хорошо, однако куропаток хотелось, мать обещала пирог сделать. Она уже не раз делала, ум съешь, как вкусно.

В коммуникаторе, что принесла Лидия, ничего сложного не было, к счастью, нужные запчасти у меня были. Более того, к счастью, среди трофеев было небольшое количество инструмента, хоть и не много, скорее всего, его везли на продажу, а не зурга ограбили, как я подумал сначала. Весь инструмент я забрал, в долях он не участвовал, и старик Краф о нем не знал, иначе смел бы все себе. Приходилось прятать его и работать закрывшись в амбаре, а то мало ли что, староста такой, может и отобрать, мол, ограбил селение, а добыча общая. Причем общественность его поддержит. Получается, зря я откладывал инструмент и прятал его на опушке, когда бежал сообщить отцу о побитых бандитах. Потом ночью забрал и уже укрыл в доме в одном из своих тайников. Особо порадовало то, что был паяльник. У старика Крафа тоже имелся, но для более грубой работы, большего размера. Надо будет припой покупать, а то невеликие запасы, что были в трофеях, у меня скоро к концу подойдут. Вот тестера не имелось, жаль, пришлось делать некоторое его подобие из одного из планшетов. Суррогат, причем плохой, столько времени убил на написание программ, однако хоть такой. Первичный тест поврежденных плат делать уже мог.

Проведя проверку отремонтированного девайса, я протянул его Лидии:

– Держи. Заряд батареи на нуле, но это, как и у тебя, армейская машинка, долго держать может. Пусть зарядит.

– У нее нет зарядки, – нисколько не растерялась та. – У нас зарядит.

На всю улицу у нас в доме было единственное зарядное устройство, я сделал разделитель, и теперь можно было заряжать сразу несколько единиц электроники, солнечная батарея позволяла это делать, для нее это была даже штатная работа, вот только разделителя при батарее не было, утеряли, вот и пришлось самому делать. Ничего, работает, всей улицей у нас заряжаются. У бандитов было зарядное устройство, тоже от солнечной энергии, брать я его не стал, думал, старик Краф себе заберет, однако ему хватало солнечный батареи на крыше. Староста себе прибрал. И сразу стал деньгу делать на ней – зарядка платная. В принципе у старика Крафа, а чуть позже и у нас тоже, брали недорого, по минимуму, но цена была фиксированной, отец со старостой и стариком Крафом договорились, что она будет одинаковой. Обычно все к старику Крафу шли, его стационарные солнечные панели на крыше и более мощный энергоблок позволяли заряжать куда быстрее, чем наше со старостой походное туристическое оборудование.

Ну, да ладно, с ремонтом своих трофеев я, наконец, закончил, пришлось поломать голову, как починить пару девайсов при отсутствии запчастей, к старику Крафу, у которого была накоплена огромная база, я идти не хотел, тот не разговаривал со мной. Это была его инициатива, я попытался пробить выстроенную стариком стену, тот узрел во мне конкурента и почему-то невзлюбил, а потом плюнул и махнул рукой. Как ребенок, а самому почти двести лет. В общем, это время было потрачено с пользой, однако тревожные звоночки пошли. Если я сейчас не свалю в лес, то меня завалят электроникой, которую нужно починить. Люди местные, конечно, тугодумы, но когда что-то решат, не остановить. Я и так помог хорошо семье, отец сегодня уехал в соседнюю деревню к местному коннозаводчику покупать лошадь, там же собрался и телегу приобрести, причем крытую повозку. Пригодится семье, а то вечно приходится арендовать у соседей, чтобы съездить в ближайший город или добычу привезти.

– Все, беги, – замахал я руками.

Лидия выбежала из амбара, а я собрал запчасти, убрал их в ящик – отец мне тут целый стеллаж сделал с нашим поселковым плотником, они за два дня соорудили мне рабочее место с массивным столом. Потом убрал инструмент и, заперев ангар, пошел домой. Бабушка была внутри, она готовила обед, пока мама кормила грудью Лизу. Один из пирогов был готов, поэтому меня покормили, сунули в котомку вторую половину, и я заторопился к лесу – одиннадцать часов, успею все сделать. Если не успею, вернусь завтра, о возможной ночевке я предупредил.

Размышляя, я быстро перебирая ногами и мельком оглядывался – была опаска, что на хвост упадет Лидия. Вскрывать склад я реально передумал, пусть останется схроном, дальше копать не буду. Поэтому для увеличения благосостояния семьи и, что уж говорить, своего, решил перейти ко второму плану обогащения. Это я про ближайший космопорт, вернее стоянку с малыми судами. В прошлой жизни я там хорошо поработал, стоянка была полна, и надо сказать, трофеев там должно хватать, однако как повезет. Я помнил, где стоял эвакуационный бот спасателей, вскрою его, и проблема с медициной у нас будет решена. Маму сделаю медиком, да и бабушку тоже… Хм, с отцом проблема: узнав о подобных трофеях, он сдаст меня сельчанам, для него община – это все, на одном уровне с семьей. Думать надо.

Уловив боковым зрением движение справа, я остановился. Слух подтвердил: за мной кто-то идет. Уже решив крикнуть Лидии, что засек ее, как замер, преследователь был не один. А вот это плохо. От опушки я удалился уже километра на четыре, тут были пустынные территории, никто не ходил, значит, шли реально за мной, а я так погрузился в свои мысли, что ослабил контроль округи. Серьезно я лопухнулся. Мгновенно стартовал с места в сторону кустарника. Если углубиться в заросли, может, удастся уйти от преследователей. Почти сразу раздалось улюлюканье, меня явно гнала молодежь. Уйти от подростков я не смог, они просто были быстрее меня. Трое. Несмотря на маски, не узнать я их не мог. Два младших сына старосты и старший сын его младшего брата. По фигурам, голосам и одежде опознал. И чего маски надели – глаза бесстыжие прикрыть? Кустарник с места моего старта виден не был, но я знал, где находится его густая полоса, там наши девки ягоды собирают, однако добежать действительно не смог – получил удар по ногам. Гнат кнутом подсек на бегу ноги, после чего на меня навалились и связали, причем сразу сняли с тела все ценное. Буквально через минуту раздался болезненный вопль: кто-то нацепил мой коммуникатор, и когда не прошло опознавание по ДНК, получил удар током на весь запас заряда. Да и платы сгорели, теперь коммуникатор стал дурно пахнущей горелой пластмассой, никому не нужной хренью. Это были сделанные мной лично примочки, причем ожог на руке воришки должен был сложиться в слово «вор». Бить, к моему удивлению, не стали, качественно связали, после чего самый сильный – Гнат – закинул мою тушку на плечо и побежал куда-то в сторону деревни рыбаков. Двое других последовали за нами. Один все стенал, ожог получился серьезным.

Честно говоря, я охреневал от происходящего. Пытался подергаться и помычать заткнутым кляпом ртом, но получил пару злых тычков в бок, довольно болезненных, и злое обещание добавить. Староста – сука, это он мне за ховер мстит. Старик Краф быстро разобрался, что большую часть блоков с машины сняли недавно, а кто, кроме меня, мог это сделать. Я наглядно продемонстрировал при торговцах свое умение. Приперлись ко мне и давай с ходу орать, чтобы я вернул украденное. Посидели бы, поговорили, может, до чего и договорились бы, без оскорблений и всего. Раз сами пошли на конфликт, я и не стал с ними общаться, даже отцу ничего не сказал, который встал на сторону гостей. Еще и ремня от него получил. Однако блоки не отдал. Думаю, если бы не мое затворничество с ремонтом электроники, староста попробовал бы быстрее меня отловить. Да и эта его группа легконогих младших охотников наверняка все осмотрела у землянки. Где-то же я спрятал блоки. Наверняка сейчас меня отнесут в тихое место и будут выпытывать, куда дел детали с ховера. Как оказалось, я был слегка наивен, размеры подлости, учиненной старостой, были куда шире.

Меня пронесли мимо землянки, и когда тело, спутанное веревками, донесли до широкого ручья, что впадал в достаточно крупную речку, я вдруг обнаружил стоянку водных торговцев. Судя по лагерю, стоят они тут не один день. Три больших лодки и что-то вроде большой ладьи с двумя мачтами и палубным настилом. Все из дерева, естественно. Торговцев было трое, и примерно с три десятка их людей. Наше появление было встречено возгласами радости. Тут же был и староста, у выезда на берег стояла его повозка. Когда я это все окинул быстрым взглядом, то картина сложилась. Не добившись от меня возврата запчастей – я требовал справедливой доли, но после ремня просто отказался общаться со всеми и занимался ремонтом, – тот решил банально продать меня торговцам и за счет этого закупить автозапчасти, видимо, у торговцев они были. Достать их не трудно, на другом континенте работает фабрика по изготовлению этих блоков, она поддерживала весь автопарк Зории на ходу. Или большую часть. Там же изготавливали и топливные элементы.

Все континенты прорезали малые и большие реки, а так как на этих широтах было практически постоянное лето, кроме сезона дождей, то торговля шла по ним. Все прибрежные деревушки и другие населенные пункты снабжались в основном по рекам, отдавая дорожным торговцам остальные, а так как большая часть поселений находилась именно у водоемов, то естественно, что водных торговцев было куда больше, чем дорожных. Да и товарооборот по рекам был просто больше. Вот и тут у нашей речки стоял такой табор. Торговец оказался один – хозяин ладьи, лодки тоже принадлежали ему, значит, и продавали меня также ему, остальные – подчиненные люди, команды да помощники.

Когда мы появились на опушке и меня бегом поднесли торговцу, тот со старостой ударил по рукам, а когда на повозку начали грузить знакомые блоки для ховера, я все и понял. Со мной даже разговаривать не стали, спустили в трюм и заперли там. Эх, даже последнего слова не дали старосте сказать, мол, вернусь, вместе с семьей его вырежу. Без шуток, я так и собирался сделать. Но когда вернусь. В том, что мне удастся вернуться, я не сомневался ни минуты.

Глубина в этой протоке была не сказать что большая. Но когда меня спустили в трюм, я понял, как пузатая торговая ладья умудрилась подняться так высоко. Пустая она была, а это удивительно, торговцы без груза не ходят. Причины, почему трюм был пуст, мне удалось выяснить чуть позже. Потому и был пуст, что не подняться ему было, вот торговец груз и оставил на хранение в одной из деревушек на берегу реки. Почувствовав, даже скорее угадав по звукам на палубе, что ладья отошла от берега и двинулась вниз по речке, я повозился. Неловко встал на ноги и отодвинулся в сторону. В центре трюма была лужа воды, в нее меня и скинули, так что я был мокрым с ног до головы. Доски были скользкими, из-за этого и вставать было трудно. Тем более молодые охотники – ох, доберусь я еще до них! – связали не только ноги по колени, но и руки, соответственно по локти. Причем сзади. Мягко завалившись на шпангоут ладьи, я стал разрабатывать затекшие мускулы. Странно, по идее я ценный товар, почему такое отношение? Старосту я в чем-то понимал, глава поселения, а тут какой-то шкет посылает его открытым текстом. Купить тот автозапчасти мог без проблем, заказать по сети, и торговцы доставят, однако решил и власть показать, и добыть запчасти. Два в одном. Интересно, а как он отцу объяснит мое исчезновение? Блин, сам же матери сказал, что, возможно, переночую в лесу, искать меня начнут дня через два, а то и три. К тому моменту следы моего похищения сотрутся, или молодые охотники постараются их скрыть, есть средства. Да, не ожидал я такой подлости от старосты. Реально, вернусь – на кол посажу.

Откинувшись на шпангоут, я улыбнулся. Может, для кого-то это и покажется неожиданностью, однако кроме злости и ярости во мне бурлила и радость. Именно от похищения. Не зная, как выдернуть отца из его фанатичной преданности общине, я с помощью старосты нашел такой способ. Моего похищения и продажи отец не простит, все же семья для него тоже много значит. Староста знал о моральных принципах отца и пользовался этим, мой отец был самым ярым сторонником нашей общины, но тут старосте уже не вывернуться. Теперь осталось вернуться, в планах у меня вообще наше семейство вывезти из селения.

Самое интересное, насколько я знал из той еще жизни, староста со своей семьей был из деревни крестьян-землепашцев, они на опушке леса жили, и там была в порядке вещей продажа в рабство пленных и даже своих же деревенских, из должников, например. У нас в селе это не только не приветствуется, но даже запрещено сводом законов, так что тут староста лихо попал. Вернусь, и когда подниму охотников, те порвут его. Ведь на моем месте мог оказаться кто-то из их детей… Хм, два года назад пропали две девчушки в лесу. Основная версия – утонули во время купания, их одежду нашли аккуратно сложенной на берегу. А если специально положили так, для маскировки, а самих продали? Для старосты это в порядке вещей. Не знаю даже. Намекну по возвращении охотникам, особенно членам тех семей, чьи дочки пропали, те сами допрос проведут. Кстати, если все подтвердится, то всю семью старосты ждет то же самое. Их продадут торговцам. Око за око. А вот старосту казнят, у нас с этим просто.

Когда мышцы немного разогрелись и кровоток усилился, я дождался, когда глаза адаптируются, и, обнаружив в стороне торчащий крючком гвоздь, пополз к нему. Два раза падал, лоб в кровь разбил, но дополз. Гвоздь, видимо, использовался для гамака, в трех метрах с другой стороны я обнаружил такой же. Этим крючком зацепив кляп, я с некоторым трудом – чуть челюсть не вывернул, не пожалели тряпки – выдернул кляп. Тот обслюнявленным грязным комком упал на пол, и я тут же согнулся, ткнувшись лицом в колени, и стал грызть верхнюю веревку. Кожаная зараза плохо поддавалась. Руки пришлось вывернуть и поднять на манер крыльев, иначе до веревки не дотягивался. Вот в такой позе меня и застал кто-то из команды ладьи.

– Ребята, глядите, он уже развязаться пытается. Правильно староста говорил, шебутной.

Я тут же бросил грызть дальше, смысла не было, и стал с интересом рассматривать трех мужчин из команды ладьи и самого торговца, что и общался со старостой. Они спустились по скрипучей лестнице в трюм. Посмотрев, как торговец достает из наплечной котомки знакомый мне девайс, я хрипло сказал:

– Попробуешь надеть, я не только тебя, всю твою семью уничтожу.

Тот только хмыкнул и застегнул на шее ошейник раба. Малого размера, тот, что для детей. Старый, было видно, что не раз чиненный, но главное, рабочий, что торговец сразу мне показал. Он с улыбкой наблюдал, как я катаюсь по дну ладьи, поднимая тучу брызг, и вою от боли. Видимо, не понравились ему мои угрозы. Боли было столько, не пожалел гад для меня, что можно с ума сойти, но я лишь копил больше злости. Я опытный, я знаю, пригодится. Окончания экзекуции я не дождался, сознание потерял.

Очнулся не знаю когда, но судя по свету и скрипу, я все еще на ладье, но не в трюме, а на палубе. Открыв глаза, быстро осмотрелся. Так и есть, на палубе. Более того, шла погрузка. Трюм стремительно пополнялся. Мы стояли у высокого берега, виднелись крыши домов, и с помощью достаточно качественно сделанных блоков десяток крепких мужиков, бегая по небольшому пирсу, спускали в трюм ладьи, или укладывали в большие лодки, что были пришвартованы к пузатому борту судна. На меня никто не обращал внимания. Ошейник – значит раб. Низшее существо. Вроде странно, бывшие территории империи Антран, а ведут себя как профессиональные работорговцы соседей. Плохому они у них быстро научились за эти столетия выживания после удара арахнидов.

Я не притворялся, что пришел в себя, сел, облокотившись спиной о фальшборт, и осмотрелся. Коммуникатор с меня сняли еще во время захвата, зря он на меня был настроен, а сейчас это ни к чему не годная горелая игрушка. Одежда, даже сапожки и котомка, пропала. Котомку еще в лесу сняли, а одежду и обувь, видимо, когда я вырубился. Во время экзекуции себя не контролируешь, так что скорее всего одежду сняли постирать, да и меня помыли. Нисколько не сомневаюсь, что обделался во время пыток. Вот и все. Из того, что появилось на мне с момента экзекуции, это бинты на кистях рук. Видимо, поранился, пока катался по трюму, воя от боли, навредил сам себе. Еще были ссадины на лице и на голове, но мелкие их не перевязывали, обработали чем-то вонючим.

Торговца я обнаружил наверху, он на краю обрыва стоял с каким-то местным мужичком, видимо старостой, и наблюдал за погрузкой. Тут распоряжался один из его помощников, другие на лодках командовали, поглядывали, как уложен груз. Сколько времени прошло, не знаю, да и не так это и важно, честно говоря, но я все равно внимательно рассматривал команду торговца, запоминая их лица. Чтобы с другими не спутать. Я сидел в стороне и погрузке не мешал, была возможность прыгнуть за борт, но к чему? Бежать я попробую позже, когда сниму ошейник, а я это сделаю без проблем, мне бы любую, самую простенькую отвертку. По сравнению с теми ошейниками, с которыми мне приходилось работать в прошлой жизни, то что находилось сейчас на мне, нельзя назвать полноценным ошейником-раба. Нечто плохо скопированное. Да и в прошлой жизни ошейник контролировался искином, тут же был планшет на поясе торговца. Пока тот его отстегнет, пока войдет в нужную программу и запустит мое управление, я уже буду на дне. Но умирать я не собирался, планов у меня было очень много, вот их реализацией и займемся, ну а то, что я пока раб, так это временно.

После погрузки мы отошли от берега и пошли вверх по реке. Крупная река, Сиг называлась, что-то вроде Волги в России, полконтинента пересекала и впадала в одно из внутренних морей. Хм, судя по направлению, шли мы к тому городку, где не так давно бывал отец с другими сельчанами, они там на рынке расторговались, закупили, что нужно, и вернулись. В той же стороне находился ближайший космопорт, где мы начинали работать со стариком Крафом, а потом уже я заканчивал все его начинания. Да и так без ведома хозяев поработал. Тогда я уже чувствовал в себе силы противостоять бандитам. А вот сейчас пока будем тихариться.

Вечером, после того как команда поужинала, для чего мы приставали к пустынному берегу, меня тоже покормили. Каша с мясной подливой. Вполне съедобно, съел все, последние крохи с некоторым трудом. Мне нужны силы, вот и будем их набирать.

Следующие два дня мы плыли так же спокойно. Зашли в два селения, что-то продали, что-то купили, долго торговец не стоял, максимум часа три. Вот, наконец, появился самый крупный город в округе, его держал местный сквад, сидел на вскрытом и практически опустошенном за несколько десятков лет складе. Если раньше меня особо не скрывали, использовали как мелкую прислугу подай-принеси, то тут заперли в трюм и держали там три дня, выводили ночью лишь в туалет, а днем парашу спускали. Кормили также в трюме. Однако нет худа без добра. В трюме находился самый ценный товар торговца, и я, несмотря на то что меня держали на цепи, кривым гвоздиков вскрыл замок и осмотрел товар. Там была и электроника. Что немаловажно, имелся малый набор техника. Все я это припрятал, и тут, как раз мы покинули город, меня вывели, наконец, наружу. Видимо, староста попросил продать меня как можно дальше, вот тот и выполнял поручение.

Этой же ночью – а ночью меня сажали на цепь в трюме, никто не хотел, чтобы я сбежал – я открыл замок, снял ошейник, запулил его подальше в реку и, прихватив набор техника, скользнул в воду. Набор убрал в небольшую котомку. Нашел тут же в трюме целый тюк таких, новеньких, видимо на продажу закупили. А на берегу, у которого мы ночевали, воцарился шум. Планшет торговца подал сигнал, что ошейник снят, вот тот и поднял своих, да было поздно, я скрылся в ночи. Специально выбрал такую, чтобы тучи наползли на небо, темнота полнейшая. Торговцу и его команде даже не помогли фонари, я нырял и плыл под водой, пока по поверхности мелькали круги света, выныривал, набирал воздуху побольше, и снова плыл под водой. Я старательно греб против течения, причем у того же берега, где стоял лагерь. Логично меня искать вниз по течению по обоим берегам. То, что я ценен, торговец знал, дал мне на пробу починить пару девайсов, и когда я с охоткой это сделал, усилил охрану. Сейчас же он стенал на берегу. Похоже, староста серьезно растряс того за ребенка – ученика зурга.

Я неплохой пловец для своих лет, правда, небольшая котомка, куда я сунул прихваченные у торговца инструменты, тянула на дно, но я не отчаивался, а активнее работал руками и ногами. Чем дальше плыл, тем чаще мне требовалось всплывать, чтобы набрать свежего воздуха. Наконец, я повернул к берегу, как вдруг меня с него осветили фонариком, и я рассмотрел торговца, что держал в руках сканер поиска биологических форм. Сука отслеживал меня с момента побега! Не знал, что у него есть такое оборудование. Двое из команды, войдя в воду по пояс, успели ухватить меня за тело, хотя я активно пытался отплыть подальше. Единственно, что я успел сделать, прежде чем меня хорошенько ухватили, это отцепить котомку, и инструмент камнем пошел на дно. Ничего, это очень ценный инструмент, место я примерно запомнил, будет возможность, вернусь и найду, глубины тут мне с макушкой, это команде по пояс, поныряю и найду.

Потом меня побили. Вернувшись на ладью, торговец лично поработал кнутом. Причем, похоже, особо не опасаясь попортить мой внешний вид. Теперь все мое тело избороздили следы от кнута. Тварь. Убрать их теперь можно только с помощью медкапсулы, следы на всю жизнь. Больше, видимо, ошейников не было, и меня приковали в трюме. Туда же спускали парашу и не очень хорошую еду. Кормить из общего котла меня перестали. Вот дальше был натуральный кошмар, пошло заражение в плохо обработанных ранах, я провел все это время в полузабытьи. Плохо помню, что было дальше.

* * *

Очнулся в каком-то доме, по внешнему виду и запаху – у лекарки. Только на следующий день я узнал, что во избежание гангрены мне ампутировали левую руку по плечо. Амбец, короче. При этом я особо не зациклился на своей травме, так как прекрасно знал, что восстановить ее для меня проблем нет. Нужно лишь добраться до космопорта, найти и запустить бот спасателей, там реаниматор отрастит мне руку. Правда, с ее потерей планы пришлось изрядно изменить, все же я потерял очень многое. Однорукий зург – плохой зург. Многие это знали, но не староста Пинта, что главенствовал в одной рыбачьей деревушке. Торговец, посчитав, что я вскоре умру, просто продал меня за минимальную цену старосте, и теперь я его раб. Эта тварь, вызвав кузнеца, клеймила меня, как только я покинул дом лекарки. Пришлось возвращаться и провести у нее еще неделю, воспаление пошло. Еще один шрам, который без капсулы не убрать. Что-то кровники плодятся и плодятся, мне придется потратить немало времени, чтобы раздать все долги. Это принципиально.

Культяпка зажила быстро, лекарка через торговцев имела доступ к неплохим лекарствам, так что за три недели практически все зажило, и староста взял меня на свое подворье. Тут же почти сразу возник конфликт, тот хотел заставить меня работать, да не получилось: работать на кого-либо я не собирался категорически. Снова кнут – пытался показать свою власть и свое недовольство. Хорошо по мне прошелся, однако ничего, за три дня отлежался в амбаре, можно сказать в скотнике, только на сеновале. Я подготовился к побегу, подпер все двери подворья – собаки не гавкали, за это время запомнили меня, почти две недели все же провел на подворье старосты. Одной рукой управляться было сложно, но я справился, и с помощью зажигалки, украденной у старшего сына старосты, поджог солому и хворост, что натаскал к дому. Все это заранее облил маслом для ламп, так что изба, где и ночевало все семейство старосты, вспыхнула мгновенно. Ожидать концовки я не стал. Котомка с едой и сломанным ножом при мне, бегом к берегу, прыжок в крохотную лодку без весел, но с мачтой и парусом, и гребок в сторону от берега. Лодка была младшего сына старосты, вчера он поленился затащить ее на берег, чем я и воспользовался. Да, весел у лодки не было, но был шест, одной рукой управляться им было жуть как неудобно, однако справлялся.

Деревня уже вся была освещена пожаром, и там били тревогу, созывая соседей. Отойдя подальше от берега, я поставил парус и направился вверх по реке. Туда, куда ветер был попутным. Мне в принципе было все равно, что вниз, что вверх. Еще в деревне я осторожными вопросами, как бы между прочим, выяснил, где нахожусь. Далековато забрался, почти шестьсот километров до нашего леса, где находится селение. Однако при этом до космопорта было около двухсот километров по прямой. Можно добраться до него и по реке, но нужной протоки я не знал, поэтому планировал как можно быстрее избавиться от лодки.

Место утопления инструментария мне теперь не найти, очень уж далеко, так что нужно подумать, где достать другой, без него бот мне не вскрыть. Ладно, на месте разберусь, там, где много техники, наверняка что-то реально найти. Устроившись на кормовой лавке с веслом, заменяющим румпель, в единственной руке, я вглядывался в ночь, чтобы не выскочить на берег или на косу, и старался держаться на середине реки. До берегов было метров триста, так что шанс уйти подальше был. Искать меня наверняка будут, хотя бы те же родичи старосты, а у него их полсела, так что нужно покинуть зону поиска.

Надо сказать, что вот этот второй шанс меня порадовал. То, что дали его, конечно, в радость, однако мне как-то было не по душе от всего того, что со мной происходило за последний месяц. Да, тут также виновато мое бычье упрямство, отрицать не буду, работать на кого-либо, кроме как на себя и свою семью, я не собирался, за что и получал. Однако и торговцы со старостой Пинтой тоже виноваты, не договаривались, один так клеймил, другой руки лишил. Нет, мне с ними было не по пути.

Приметив при серебристом свете луны, что камыши в одном месте расступаются – похоже, там была протока, – я свернул туда и, спустив парус, поработал шестом. Дальше, забросив вещи и свою рваную, замызганную и грязную одежду на берег и оставшись нагишом, наклонил и утопил лодку. Видимо, тут была солидная глубина, даже мачта ушла под воду. Я шестом искал именно такое место, поэтому был доволен, хорошо спрятал. Плыть, загребая одной рукой, было, скажем так, не совсем удобно, так что, выбравшись на берег и отдышавшись, постирал всю одежду и, выжав ее, надел на голое тело, захватил котомку и побежал вглубь степи – вокруг реки были степи. Кто-то удивится, как возможно одной рукой выжать одежду. В принципе возможно. Накидываешь одежду на ветку, оба конца в руку и, крепко удерживая в вытянутой руке, крутишься вокруг своей оси. Несколько оборотов, и вот она, выжимка. Не совсем качественно, но хоть вода у меня ручьем не стекает.

Самое ценное, что я имел при себе, это не запасы продовольствия на три дня, даже не бечевки на силки или обломок ножа, который можно заточить и использовать, благо обломан был только кончик. Солидный такой кусок. Нет, самым ценным при мне была фляга, старая, пропускающая у пробки воду, но все же хранилище воды при мне было, а это важно. Именно ее я и наполнил, прежде чем двинуть в степь. Ушел я километров на шесть, когда начало светать. Хм, а поджигал дом старосты, когда только стемнело, быстро время летит. Тяжела ночка была. Несмотря на сильную усталость, я продолжал идти, зорко поглядывая по сторонам. Останавливался пять раз, давал себе полчаса отдыха. Заодно подкреплялся. Чуть позже встретил родник на дне оврага. Судя по следам, место водопоя местных зверей. Напился, пополнил запасы и двинул дальше. Задерживаться не стоило. Вот когда стемнело, нарубил ножом колючего кустарника, забрался внутрь и закрылся со всех сторон колючками. Теперь по-тихому ко мне не подобраться. Только после этого уснул, подложив под голову почти пустую котомку и кутаясь в рваную рубаху. Вот же жизнь какая, сплю как бомж, в рванину одетый. Вырубился почти сразу, как щека коснулась котомки, настолько я устал.

Утром, не шевелясь, осмотрелся. Зверей или тех же змей не было. Убрал в сторону колючую ветку и выбрался из своей берлоги. Тут же отлив у входа, отошел в сторону, поглядывая по сторонам. Солнце уже часа два как взошло, а вокруг никого, кроме большого стада быков в стороне. Поел, запасов оставалось чуть больше, чем на сутки, и, прополоскав рот, побежал дальше.

Вчера, пока бежал, особо я ни о чем не думал, кроме, конечно, основного – прикидывал направление, чтобы не сбиться с пути, и поглядывал по сторонам, чтобы ни на кого не наткнуться и не поломать ноги. С этим тут было просто – ям и нор, что свежих, что старых, хватало, но пока, к счастью, обходилось. Ночь отдыха и достаточно плотный завтрак – а я все же тратил много сил – позволили мне, не отвлекаясь от контроля округи и бега трусцой – для экономии сил я часто на быстрый шаг переходил, – размышлять о своей судьбе. Надо сказать, что вторая жизнь, особенно последствия моих действий, мне не особо понравились, вот я прикидывал, что же было не так, что довело меня до такого состояния. Исполосован кнутами и лишен одной руки – надо сказать, начало второй жизни как-то не задалось. То, что руки лишили меня не зря, я понимал отчетливо, действительно мог погибнуть, заражение поднималось в руке, а нужных лекарств не было. Тут или резать, или в могилу. Ладно, хоть спасла, спасибо ей за это.

Анализ последних недель позволил мне разобраться, почему ситуация привела к нынешнему моему положению. В прошлой жизни я несколько десятков лет был под плотным контролем симбиота Сеятелей, который давил все мои инициативы. Попытки вырваться из-под опеки ни к чему не привели. А когда я снова попал в тело Ворха Росса да еще избавился от симбиота, получилась взрывная смесь. То есть когда я почувствовал свободу, то стал жить так, как хотел сам, а не как хотел симбиот. Свобода пьянила, поэтому я без раздумий принимал разные решения, которые и привели к подобной ситуации, а если наложить на это яркие детские эмоции и, что уж говорить, характер… Да, внешне я постоянно был спокоен и под видом игр с самим собой занимался развитием собственного тела, однако все же как личность полностью в этом теле я не состоялся, и детские гормоны влияли. Иногда я совершал поступки, которые сам не ожидал от себя и никогда бы не совершил при взрослом и трезвом мышлении. Как я уже говорил, свобода пьянила. Думаете, я был расстроен ситуацией, в которую попал? Да бросьте, я был в восторге. Правда, посчитаться за все, что со мной происходило за последние дни, я не передумал. Особенно за руку и лишение свободы.

Приметив нужные стебли в траве, я присел и ножом откопал клубни. Убрав их в котомку, побежал дальше. В принципе в степь меня привел мой характер. Так, и никак иначе. Когда я только попал в этот мир, планы были немного другие. Но тогда мое сознание и, можно сказать, рассудок были еще под действием симбиота Сеятелей. То есть размышлял я как взрослый человек, но чуть позже, каким бы взрослым я ни был, мальчишеское тело, в котором меня снова заперли, взяло свое. То есть сознание взрослого в детском теле фактически слилось с детской энергетикой, так что решения с разумными поступками иногда давали сбой. Именно это меня и привело в степи. Да еще характер такой, если мне что не по нутру, упрусь, как баран, и не сдвинусь с места, черта с два меня заставишь что-то делать. Когда я был под действием симбиота Сеятелей, про эту свою особенность я как-то подзабыл, тогда симбиот мной управлял, а сейчас эта черта характера показала себя в полной красе. При этом я ничуть не обеспокоился этим, более того, проанализировав свое поведение и действия с момента попадание в тело пятилетнего ребенка, не нашел особых моментов, где бы я действовал по-другому. Нет, ну, пара была, можно было бы сгладить углы, но как-то не хотелось. Даже сейчас, так что особо я на свои закидоны не злился, более того, вполне себе одобрял. Сейчас бы жил в селе, ждал, когда подрасту, а тут я снова свободен и делаю, что хочу. Правда, стал калекой, но как я уже говорил, это вполне поправимо.

Немного тревожила ситуация с семьей. Староста, что решил продать меня, вполне может на этом не остановиться и что-то сделать с моей семьей, особенно если те будут задавать неудобные вопросы, поэтому стоит связаться с Россами. Как это сделать? Хм, мысль есть. Если вскрою какой бот – обычно на борту имеются разные электронные девайсы вроде планшетов или других коммуникаторов, – попробую через спутник связаться с кем-то из семьи. Нужно, чтобы отец видел, к чему привело решение старосты, я лишился руки и весь побит, что демонстрируют старые подживающие шрамы по всему телу. Правда, отец достаточно горячий парень, как бы один не пошел к старосте, поэтому нужно убедить его поднять народ. Охотники быстро справятся со старостой и его семьей, даже если тот займет оборону на подворье, а вот дальше видно будет. Конечно, хотелось бы самому свернуть шейку этому удоду, но благополучие семьи мне важнее. Как бы сделать так, чтобы отец забрал семью и ушел из села? Я знаю, где их можно поселить и потихоньку помочь с установкой нейросетей и последующим обучением.

Вон такие мысли крутились у меня в голове. После ужина я продолжил движение, хотя очень сильно устал. Не самая лучшая физическая подготовка, возраст и раны давали о себе знать, меня к вечеру серьезно шатало. Силы я поддерживал благодаря найденным корешкам, легким стимуляторам, жевал эту горечь, и это придавало мне сил. Так вот уже наступил вечер, когда я заметил, что от небольшого стада буйволов отделилось две небольшие тени и направились в мою сторону. Это были хищники, что сопровождали стадо, отбивая больных или раненых животных. Ветер был от меня к ним, вот и почуяли. Ах, как плохо! Быстро осмотревшись, я рванул в сторону крупного кустарника, судя по понижению, там был большой овраг. Надеюсь, удастся укрыться. Спрятаться вряд ли, пах я сильно, вспотел на такой жаре, но вот укрыться и отбиться от семейства кошачьих, что начало на меня охоту, было вполне реально. К счастью, это не понадобилось, ветер сменился, и кошаки меня потеряли, однако я все равно нарубил веток кустарника и, забравшись в самую глубину колючей растительности, замер на прогретой земле. Хорошее место для ночевки, никто не подберется. Правда, я окончательно превратил рубаху в рубище, однако держится на плечах, и ладно, а чуть позже найду, что с рубахой делать.

Утром, доев остатки своих запасов и хоть как-то утолив голод, выбрался из кустарника с трудом, сам не понимаю, как вчера в него забрался, причем без особых травм, и побежал дальше. Степь стала заканчиваться, вчера встретилась довольно крупная роща. А сейчас островками пошли деревья, хотя леса не было, но чую, скоро и до него доберусь. Так и оказалось, к обеду впереди выросла темной полосой опушка леса. К вечеру я уже углубился в него и, осмотревшись, напился воды из ручья, после чего снял остатки одежды, осмотрел сбитую ногу – бежал-то я без обуви, у меня ее просто не было – и, помочив ноги в воде, стал плести силок. Как же неудобно это делать одной рукой, вся надежда на подвижность пальцев и крепость зубов. Ничего, помогая себе зубами, сплел вполне неплохой силок и поставил его на примеченное место. Тут кроли обитали. Дальше тоже не простое дело, требовалось забраться на дерево, что с одной рукой тоже было непосильной задачей.

Все же на дерево я влезть не смог, дважды сорвался и, плюнув, стал искать удобное место для ночевки. Помог опять же кустарник – достаточно густая поросль рядом с малинником. Там и ягоды поел, чтобы хоть как-то утолить голод, ну и лежку себе сделал.

Утром на месте силка я обнаружил только обрывки шкуры и множество следов крови. Похоже, кроль в силок попал, а потом уже на зуб местному хищнику. Судя по следам, это была лиса. На Зории лисы были, вернее их полная копия под названием ларь. Что совсем плохо, силок пришел в полную негодность, а запасов бечевки у меня не было, даже веревка, что поддерживала штаны вместо ремня, пошла в дело. Плохо. Пришлось идти собирать коренья и ягоды. К счастью, был сезон, и оголодать в лесу – это постараться нужно, тем более сыну охотника. Темп движения у меня заметно снизился, но зато я набрел на орешник, сам поел и котомку набил. Чуть позже встретился малинник с созревшими ягодами, поел и там.

К обеду я вдруг вышел на лесную дорогу. Укатанную. Причем дорога мне была знакома, в прошлой жизни я проезжал по ней на своем ховере, когда двигался к космопорту. В принципе до него осталось не так и много. Километров шестьдесят. Доберусь. Как оказалось, немного поспешил. Оббегая густой перелесок, я чуть не столкнулся с каким-то мужчиной с охапкой хвороста в руках и в походной одежде. Тот тут же поднял крик, и я ломанулся в сторону, прямо на стоянку торговцев. И как я их не заметил? Ладно, не услышал, но ведь банально унюхать мог. В общем, сбежать мне не удалось, один из охранников успел догнать и перехватить меня и спеленал. Мера вынужденная, я коленом двинул ему в лицо, разбив нос, а потом еще и лбом боднул.

– Боевой паренек, – засмеялся начальник охраны. Кстати, караван был крупным, кроме ховера охраны было еще шесть грузовиков торговцев. – Ты кто?

Вопрос был на засыпку, осмотревшись, я уже определил, что вокруг не бандиты, а вполне мирные торговцы и нормальная охрана, они встали на полчаса пообедать. Между прочим нордовцы, их легко опознать. Вот только что мне говорить? Светить семью не хотелось, все же мой отец – сын старосты в поселении нордовцев, беглец, изгнанный. Ладно, по ходу дела что-нибудь придумаем.

– Ворх, – осторожно ответил я. – Ворх Росс.

– Что же ты, Ворх Росс, тут делаешь, если до ближайшего поселения километров пятьдесят? Да и вид твой… Серьезно тебя отделали, удивительно, что душа в теле держится.

– Берг, у него клеймо раба на груди.

Сорвав остатки рубахи, охранник, что меня держал, показал мою грудь. Тот поморщился, но все же вопросительно посмотрел на меня.

– Покормите, расскажу, – подумав, предложил я.

Старший неожиданно улыбнулся и, мельком посмотрев на группу подошедших торговцев, ответил:

– А ты наглец! Порадовал, есть в тебе сила духа, молодец. Хорошо, условия принимаются, миску похлебки за рассказ.

Меня действительно покормили, и когда я сыто отвалил от миски – просто больше не лезло, – собравшиеся вокруг свободные от работы и охраны люди потребовали рассказать, откуда я тут такой взялся. Что ж, рассказчиком я был неплохим, язык подвешен, так что, встав в центре круга, я начал свое повествование. В принципе особо ничего не утаивал, кроме одного. Где мое поселение находится и про склад на глубине рядом с Дубровкой. Подлость старосты вызвала у слушателей негодование, действия торговца тоже были восприняты негативно, особенно за то, что тот чуть не насмерть забил ребенка. Да не просто ребенка, а ребенка-зурга. Охранники были на моей стороне, нечестный раздел добычи старостой, а для наемников право на трофеи священно, и дальнейшие мои действия вызвали одобрительный ропот. Особенно то, как я подпер двери и ставни, поджигая дом моего рабовладельца. Они тут тоже были на моей стороне. А вот торговцы не сказать, что встали на мою сторону, слышалось от них возмущение. Мол, раз стал рабом, то сиди и не тявкай, а тут пожег хозяев, еще не известно, выжили они или нет.

Когда я закончил рассказывать, то попросил на некоторое время планшет. Торговцы сразу категорически отказали, более того, старший из них, после недолгого совещания с остальными, велел охране взять меня под стражу. Он реально собирался вернуть меня владельцу, если староста деревни уцелел. Вот урод! Его приказ вызвал полную негативную реакцию наемников, для них все мои действия как раз были правильными. Меня сразу оттерли в сторону, и пока старший охранник на повышенных тонах общался с торговцами, отвели к машинам и попросили пока на глаза не попадаться.

Посадили меня в ховер охраны, рядом встал молодой паренек, видимо новик в этой группе нордовцев. Судя по крикам, решать возникшую со мной проблему будут долго, поэтому я попросил новика помочь мне.

– Что это ты делать собрался? – заинтересовался тот, заглянув в кабину.

– Хочу снять приборную панель. Использование планшета тоже денег стоит, а так я обслужу вашу машину и хоть что-то заработаю.

– Не трогай ничего, старший тут решать должен.

– Это да, – согласился я и убрал руку от приборной панели.

Пришлось, устроившись поудобнее, дожидаться вердикта о своей дальнейшей судьбе. Не дождался. Новик отвлекся, его окликнули, и я смылся из кабины и из лагеря. Не знаю, что предпримут торговцы и охрана, но проще самому лишить их источника проблемы. Жаль, что котомка и рубаха остались в лагере, бежал я в одних штанах, да и те придерживал одной рукой, но смог незаметно уйти в сторону и рвануть дальше, пока не запутал следы. Мне кажется, что мой побег был организован, больно уж крик стоял у торговцев, а тут так своевременно отозвали новика, и слишком долгим было молчание, пока не последовал крик, что я сбежал. Не увидеть, что я убегал в сторону, было невозможно, значит, охрана действительно дала мне возможность свалить. Это не могло не радовать.

Преследования действительно не было, думаю, охранники только сделали вид, что ищут меня, и вернулись. Насчет того, что до ближайшего поселения было километров пятьдесят, старший охранник не ошибся, именно на таком расстоянии было поселение нура Билонски. Этот нур держал весь космопорт и округу, у него было свое поселение, где жили приближенные к нему люди и разная прислуга. У нура раньше даже было два своих зурга, но один сам покинул поселение в поисках лучшей доли, он свободным был, второй погиб по какой-то случайности. Чуть позже нур найдет себе другого зурга, но пока у него технарей не было. Кстати, именно на космодром нура Билонски и доставляли товары с орбиты, если приходил какой торговец, или с другого континента, у него было два рабочих челнока и бот, коими он активно пользовался для перевозки грузов. Правда, вот пилот у него на все аппараты был один. Сам нур тоже мог управлять, но редко этим занимался, проще пилота напрячь. Большие ангары у поселения позволяли держать постоянный товарооборот, так что торговцы часто бывали в поселении и забирали товар. Уверен, что груженый караван, который мне недавно повстречался, как раз двигался от поселения нура Билонски с дефицитным товаром. Если тут устраивать засады на дорогах и отбивать машины торговцев, можно сказать, это золотое дно для бандитов. Правда, нур Билонски таких наглецов отстреливает, у него была мощная и хорошо вооруженная бригада, и она чистила дороги.

До космопорта оказалось не так и далеко, даже странно, что караван встал на обед так близко от него. К вечеру показались на горизонте знакомые высокие волнистые «холмы». Я вышел к краю парковочных мест космопорта. Да, я пробежал километров двадцать от стоянки каравана, до поселения было еще километров тридцать, только вот кто сказал, что поселение было с этой стороны? Нет, оно дальше, у старого диспетчерского пункта и разных ангаров, где хранился товар. Хорошие деньги делал на этом нур, деловой жилки у него не отнять.

Отдышавшись и чувствуя от радости приток сил, я побежал дальше. К сожалению, прежде наступления темноты до крайних стоянок так добраться и не успел, пришлось искать место для ночевки. Желательно дальше идти ночью, но силы оставляли меня, и я понял, что просто не дойду, мне остро необходим был отдых.

Утром, с сосущим чувством в желудке, я выбрался из своего укрытия и стал слизывать с травинок росу – фляга моя тоже осталась с торговцами. Обобрали полностью. Ладно, хоть штаны оставили. Кстати, я их накинул как рубаху сверху и так бежал, надоело постоянно придерживать, чтобы не спадали, да и кто меня видит? Роса обильно выпала, полчаса потратил, пока не утолил жажду. После этого побежал по мокрой траве дальше, поеживаясь от утренней прохлады.

Охрана с вышками вокруг космопорта была, я почему-то думал, что их позже поставят, но вон стоят. Правда, на ближайшей я так никого и не заметил, а с дальних меня было не видно, широко стояли, да и откуда у нура Билонски найдется столько людей, чтобы поставить их на все вышки? Да еще посменно. Из любопытства поднялся на одну из таких вышек и тут же спустился. Не пустая, на вышке спал паренек лет десяти, чуть не наткнулся на него. Понятно, охрану несут дети. Что ж, достойное применение детского труда. У вышек вдоль стоянок была накатана колея, наверняка тут смену и подвозят, да и патрули ездят. В общем, повезло, прошел спокойно, однако знай я раньше о вышках, ночью бы тут прошел. Сторожась. Не этой, так хоть следующей, а тут шикарно повезло с соней-наблюдателем.

Где я находился, представлял примерно. Тут мне работать не приходилось, нужно смещаться дальше к знакомому району. Я знал, где стоял ближайший бот, на борту которого было так нужное мне медицинское оборудование, вот к нему и двигался, зорко поглядывая по сторонам. Бетонные плиты космопорта за это время давно заросли травой. Да что это, на многих ботах и челноках вырос кустарник или даже небольшие кривоватые деревья. Почва в этом районе не была тронута, значит, патрули сюда заглядывают редко, а чуть позже я пересек явно накатанную колею. Похоже, это был один из маршрутов патрулей. Ясно, уйдем как можно дальше. Добраться до нужного бота я не успел. Нет, никаких неприятностей не случилось, никто меня не поймал и не обнаружил. Это я наткнулся на бот спасателей, который раньше мне тут не встречался. В принципе, верно, я не все стоянки тогда осмотрел, так что не удивительно.

Покрутившись вокруг бота, чтобы рассмотреть почти стершиеся эмблемы спасателей, я только вздохнул. Делать тут без инструмента все равно нечего. Инструмент есть у нура Билонски, я знаю. Тут два выхода: или выкрасть его, что очень сложно с моими ухудшившимися физическими параметрами, воровать одной рукой тяжело, или договориться с нуром. Помнится, в прошлый раз это удалось, хотя тот все равно собирался меня кинуть, все отобрать и сделать меня своим зургом. С учетом того что и сейчас он лишен этих специалистов, не думаю, что нам удастся договориться… А вот вылечить он меня сможет, помнится, нур еще хвастался, что у его семьи уже лет двадцать есть лечебная капсула. Это, конечно, не реаниматор, но тоже способна отращивать конечности, только вот уж больно долго она это делает, хотя и качественно. Однако все же с реаниматором ей не сравниться, от бедной жизни нур ею пользуется, выхода другого нет. Специалистов по взлому челноков и ботов у него нет, хотя он их активно ищет. Ну, а почему он вокруг космопорта строит цепь сторожевых вышек, так это понятно: нашли как-то его люди два свеже вскрытых челнока. Кто и когда, до сих пор выяснить не могут, вот нур и забеспокоился, стал охрану усиливать. Весь космопорт считает своей личной вотчиной. Пусть и дальше так считает, а вот инструмент придется красть. Не договорюсь я с нуром Билонски, никак не договорюсь…

Сидя на траве сложив ноги, я задумчиво рассматривал бот. Вскрывать его я пока не планировал. Дело в том, что я не знаю, что внутри. Может, он пуст, только скорлупка, тратить силы на взлом не хотелось, а вот тот, которой я уже вскрывал, как мне известно, имел полное оснащение. Так что дело стало за инструментом. Также требовался переносной источник питания, чтобы задействовать шлюзовую бота. Вручную мне его просто не открыть. Был бы резак, прорезал бы броню бота, где она была самой тонкой, но резака тоже не было.

Прикинув все за и против, другого выхода все равно не увидел. Я встал и быстрым шагом, переходя на бег, направился в сторону поселения нура Билонски, и чем дальше я шел, тем чаше мне встречался разный мусор и прочие следы жизнедеятельности людей. То есть посещали эти окрестности жители поселения. Я снизил скорость движения, зорко поглядывая по сторонам. Между прочим, не зря, в стороне промелькнула ватага детей старше меня лет на пять. Упав в высокую траву, я спрятался, и те прошли мимо, так меня и не обнаружив. Нормально, немного осталось. Дальше я двигался перебежками, внимательно поглядывая по сторонам. Когда выбрался на окраину космопорта, где и находилось поселение, нашел неплохое место, откуда меня черта с два обнаружишь, и стал наблюдать за жизнью поселения.

Почти сразу мое внимание привлек большой ангар, гараж для автотехники нура Билонски. Через открытые ворота я частично рассмотрел, что стояло внутри. Там находилось три багги с пулеметными турелями – это патрульные машины, и четыре грузовика. Еще была ширма из тяжелой черной материи, что закрывала треть ангара-гаража, и что находилось за ней, я не видел, наверное, тоже какая-то техника. Еще одна машина стояла у особняка самого нура – его личное транспортное средство. Это был джип для начсостава, кажется, назывался он «Фокс». Помнится, когда в прошлой жизни я вскрывал по договоренности с нуром челноки, автотехники у него было куда больше. Возможно, часть транспорта куда-то отправили, но тут попробуй угадай, вроде людей маловато, из взрослых только в охране, так что вполне возможно, что часть его вооруженной бригады действительно на выезде. Нур Билонски предоставлял торговцам охрану – даже тут деньгу зарабатывал, говорю же, отличный делец.

В животе отчаянно сосало, очень хотелось есть, однако машинально массируя живот, я пристально наблюдал за ангаром-гаражом. Все, что мне нужно, находилось в нем, оснащение отличное, да вот беда, гараж был под сигнализацией – на воротах расположена. Примитив. Для меня не проблема, но нужно быть осторожным. Силы еще были, несмотря на то что я питался не очень хорошо в последнее время, вернее, мне удалось лишь напиться на подходе к космопорту, но с той поры прошло немало времени, я чувствовал кроме острого приступа голода и сильную жажду, однако бодрился и все чаще поглядывал на небосклон – когда же, наконец, стемнеет. Для последующей работы мне требовалась темнота. Ладно, хоть не придется ждать, когда все уснут, как стемнеет, так и буду действовать. Причина такого решения в том, что и ночью работы тут не заканчиваются, часть людей, конечно, спит, но есть и те, кто работает.

С наступлением темноты свое место наблюдения я не покинул: жизнь поселения не прекратилась, горели фонари освещения. Послышался знакомый свист маневровых движков челнока, и у одного из десяти больших ангаров сел грузовик, около него замельтешили люди и ревели моторами ховеры, началась разгрузка. Судя по тому, что у всех постоялых дворов находились машины, торговля у нура Билонски шла вполне активно.

Задумчиво посмотрев на суету у челнока, я кивнул сам себе, покинул место наблюдения и двинул к нужному ангару. Эта суета и шум заглушат мои действия, что и требуется. На полпути я забрел на свалку, давно ее приметил. После недолгих поисков – больше наощупь – подобрал пару железяк и двинул к гаражу. В поселении собак хватало, на свалке они тоже были, принюхивались ко мне тревожно, но особых действий не предпринимали. В поселении часто бывают чужаки вроде торговцев, так что для вида немного поворчали, что я на их территорию забрел, но не тронули, как я и рассчитывал.

Ангары находились на краю поселения, что облегчало мне дорогу до гаража. Подобравшись к ангару с обратной стороны, я, морщась от густой вони застарелой мочи – видимо, местные не особо себя утруждали при справлении малой нужды, – осмотрел датчики на стене. К моему удивлению, те хоть и работали, но ставил их явно кто-то криворукий. Было насколько мертвых зон, докуда те не добивали, вот там одной железкой, используя ее как монтировку, я отогнул немного железный лист стены ангара и с трудом залез внутрь. Чуть головой не стукнулся о стеллаж. Пришлось отодвигать разный мусор. В гараже было хоть глаз выколи, да и охраны не имелось. Нур Билонски, конечно, был продвинутым челом, однако трудно найти оборудование охраны и сигнализации.

Дальше я действовал также наощупь. Наткнулся на какой-то предмет и понял, что это бампер одной из багги. Мне эта машина не нужна, поэтому пошел дальше. Дважды стукался о какие-то выступающие железки, очень больно ударился пальцами левой ноги о неизвестный выступ, пока не набрел на ховер. Чуть в смотровую яму не свалился сослепу-то. Возрадовавшись, тут же взлетел в кабину, та не заперта была, и включил освещение в ней. Этот неяркий свет, что явно не выбивался наружу, позволил мне, наконец, нормально осмотреться в ангаре. Сперва я изучил сам ховер и его ящики для инструментов. Боезапас там был, но не инструмент. После этого устремился к небольшому закутку, где стояли станки и был разложен инструмент. Видимо, именно тут работал тот умерший зург. Отлично, надеюсь, я найду все, что нужно.

На виду лежало мало инструмента, поэтому я стал вскрывать ящики железного стола сваренного каким-то неумехой – кривым получился. Правда, ящики удались вполне, да еще с замками. Согнув проволоку, я по очереди открывал ящики и осматривал содержимое. Во втором была самая дорогая находка – три тестера техника. То ни одного, то сразу три. Правда, один оказался нерабочим, да и два других почти разряжены. Но шнуры питания были на месте, так что, сбегав к ховеру, где я включил освещение кабины, поставил оба на зарядку.

После этого я рванул обратно к закутку погибшего зурга. Надо сказать, тот собрал отличную коллекцию инструментов, не все мне было нужно, часть вообще самоделками оказалась, но все основное я собрал. Особенно порадовал планшет с наработками. Что плохо, в гараже не было переносного источника питания. Да и резака не нашел. В принципе я не отчаивался, все равно столько находок, что мне не утащить, раз десять придется бегать, поэтому я решил угнать ховер. Осмотрел все три, что стояли в гараже – те, что у челнока грузились, принадлежали торговцам, еще один куда-то уехал под самый вечер, видимо проводил смену охраны, кузов был полон, женщины и дети. Кстати, чуть позже нур Билонски закупит большую партию камер наблюдения и установит их на вышках, так что округа космопорта будет полностью взята под контроль и большая часть жителей поселения будет освобождена от этой работы. Останется несколько операторов, что будут наблюдать через камеры за окрестностями, да группа быстрого реагирования на случай попытки проникновения. Я тогда через эту линию безопасности без проблем буду проходить, а пока что есть.

Кстати, я все же заглянул за ширму и удивился обнаруженному. Подняв тяжеленный полог, я проскользнул на другую сторону и замер, рассматривая при свете планшета две бронированные боевые машины. Фонарика в гараже я так и не нашел, вот и пользовался планшетом. Это были бронетранспортеры «Сарацин». Причем одна в редкой модификации с безоткатным орудием. Помнится, экземпляры с безоткатным орудием заказали не много, полторы сотни, в войска они не пошли, и все машинки были отправлены в бункера ГО на склады долгого хранения. Не знал, что этот редкий экземпляр имелся и на Зории. Вторая машина была обычным бронетранспортером с башней небольшой пушки, спаренной с крупнокалиберным пулеметом. Обе машины могли брать до полутора десятков тяжеловооруженных бойцов. Были неприхотливы в использовании и ремонте, однако прикинув, что выбирать, понял, что брать нужно ховер. Тем более проверка показала, что бронетранспортеры заперты. Взломать их не проблема, но с ховером все проще, да и не нужна мне броня.

Кузов отобранного самого свежего ховера был пуст, однако это не надолго, достаточно быстро я стал заполнять его разными ништяками. Более того, с некоторым трудом вскрыв приборную панель, одним из тестеров нашел неработающие блоки и, используя другие машины в качестве доноров запчастей, привел отобранную машину в некоторый порядок. В полный приведу, когда обе руки будут, хорошо хоть, эту мелочь сделал. Причем замаскировал все следы, как будто не трогал другие машины. На самом деле я их привел в негодность, кроме бронетранспортеров. Даже плохой зург вернет их в строй за пару дней, так что нур позлится, и постепенно успокоится. Хотя зная нара Билонски, уверен, он будет долго искать вора, имидж требует, и тут он прав, я сам такой. Причем может использовать свою машину для погони и оба «Сарацина», если они на ходу, но главное – челнок, от него я не уйду, хотя некоторые идеи были, поэтому и торопился убраться. Еще одна причина для спешки – это скорое возвращение ховера со сменой, вот-вот будут тут.

Все же я не успел. Пришлось быстро маскировать следы своих действий и, забравшись в кабину выбранного ховера, чтобы в случае обнаружения запустить движок и бежать. Но обошлось: неизвестный водитель загнал свою машину на свободное место, охранник, что стоял у ворот, проследил, как тот запер створки, и остался на месте. Именно из-за этого часового я все работы проводил в полной тишине, даже когда ударялся конечностями, ругался мысленно, хотя было желание орать от боли. Ничего, приноровился и все сделал. Когда ворота были заперты, я снова включил освещение кабины и продолжил сбор нужных материалов и оборудования. Мысленно пробежавшись по тому, что уже было сложено в кузове и кабине небольшого ховера разведывательной модификации – да, том самом, с увеличенной кабиной, одной модели с тем, что я взял трофеем и который отжал себе староста. Он тут был самым новым и не заезженным, как другие. Видимо, его использовали редко, берегли. Было бы у меня больше сил, я бы в кузов еще и топливные стержни погрузил для него, однако весили они по десять килограммов, а это для меня уже непосильная задача, да еще когда приходится действовать одной рукой.

После долгих раздумий я все же решил попробовать повозиться с одним из «Сарацинов». Да, меня не устраивал небольшой размер его боевого отсека, но один жирный плюс у бронетранспортера имелся: он мог пересекать водные преграды, в корме имелся водомет. Исследовав их с помощью тестера, я почти сразу отступился. Один нерабочий, движок, похоже, снят, а второй, тот, что с безоткатным оружием, хоть и на ходу, но потребуется слишком много сил, чтобы привести его в порядок. Проще говоря, убит до предела, бронехлам практически. Что ж, ховер так ховер.

Убедившись, что все, что нужно, погружено, я еще раз напился из-под крана, в углу был рукомойник, наполнил все емкости, найденные в гараже, водой и отнес их в ховер. В машинах я нашел шесть канистр и четыре фляги. Приходилось наполнять фляги и с ними бегать в кузов грузовика, чтобы сливать в канистры – полные канистры в кузов я просто не подниму. Запасы воды были пополнены, да я даже поесть смог, в двух машинах обнаружился сухпай. Один уже пованивал, но я все равно его съел, в другом кроме местной пищи было три солдатских сухпайка, их я тоже взял. Когда все было готово, я прокрался к створкам и прислушался. Нет, часового не слышно, хотя я был уверен, что он стоит тут же или прогуливается у ворот.

Нет, все же не слышу. Добежав до своего ховера, я запустил двигатель и, отогнав его задом к воротам, уперся кормой и дал газу. С треском ломающегося запора ворота распахнулись, при этом я снова дал газу и с разворотом ударил по тормозу, а при заносе втопил педаль газа. Вокруг стоял крик, часовые подняли тревогу, да было поздно. Не включая освещения, я пролетел по одной из улиц и, вырвавшись на дорогу, смел мощным бампером блокпост с крупнокалиберным пулеметом – еще не хватало, чтобы те меня обстреляли, – и рванул по дороге дальше. Нет, по мне, судя по удару пуль по металлу, стреляли, да еще как! Но только из легкого ручного оружия, ничего серьезного. Все же ушел, машина в порядке, кузов, как и у всех этих моделей, бронирован, как в принципе и кабина, так что я был в себе уверен. В одном месте пролетел мимо вышки, свернул и углубился на территорию парковки, лавируя между судами. Двигался почти всю ночь, фары выключил, но габариты, чтобы не врезаться, оставил. Наконец, когда пересек парковку, практически выбравшись на другую сторону, загнал грузовичок под корму бота, чтобы сверху его не рассмотреть было, и заглушил все системы. Я находился неподалеку от того места, где стоял нужный мне бот спасателей, вот только искать его в такой темноте – это что иголку в стоге сена. Честно говоря, я немного заблудился.

Адреналин перестал вырабатываться, так что на меня навалилась апатия и усталость, но я заставил себя встряхнуться и, выбравшись наружу, подхватил рюкзак, который нашел в гараже, покидал в него самое ценное и отправился подальше от машины. Рюкзак я спрятал под днищем одного из челноков, плотно заросшим кустарником. Вернулся, набил котомку другим оборудованием и проводами и сделал еще один схрон. Мало ли найдут грузовик, и я останусь ни с чем. Кстати, его реально нужно спрятать. Осмотрев бот, под которым укрыл машину, определил, что тот грузовой, и, достав комплект оборудования – я не все унес, потребное для вскрытия находилось в машине, – прокинул кабель до шлюзовой и задумался, задрав голову. Пришлось перегонять грузовик к шлюзовой, лестницы у меня не было, а до него метра четыре. Забрался на верх тентованного кузова – в тенте были армированные нити, что и позволяло его так долго использовать – и, дотянувшись, открыл крышку лючка. Посмотрев клавиатуру и щель для карты открытия входа на бот, я подключил питание к пульту и вставил в приемник для карты разъем от планшета. Что плохо, у меня не было написанных для взлома программ, так что попробуем открыть на шару, пока искин бота не проснулся. У подобных моделей ботов, а это была «Искра», имелся программный глюк, которым часто пользовались угонщики. Если подать внешнее питание и активировать открытие шлюза до того, как проснется искин, створки откроются. Там дальше искин взламывали и бот угоняли. Сейчас я решил воспользоваться этим глюком. Тем более на планшете погибшего зурга была программа адаптации для открытия разного оборудования. Для шлюзовой бота она тоже подходила.

К счастью, бывшие владельцы бота не стали ставить программный адаптер и не убрали эту проблему, мотор ховера взвыл, для его мотора слишком много энергии затребовалось для открытия шлюзовой нараспашку. Ладно, хоть мне удалось блокировать разворачивание лестницы, да и как ей развернуться, тут ховер мой стоял. Как только в обеих створках появились щели, позволяющие мне пройти, я сразу же вырубил питание. Еще не хватало сжечь оборудование ховера! После этого подтянувшись и закинув правую ногу, перевалился набок, лег на спину на ребристом полу шлюзовой бота и дал себе пару секунд отдыха. Вскочив на ноги, я включил экран планшета, к сожалению, как уже говорил, в гараже фонарика я так и не нашел, и двинул в сторону рубки. Там открыл шахту, с большим трудом открутив болты, и отключил искин от питания. Все, теперь он мне не помешает. Дальше я действовал как можно быстрее. Скоро рассветет, так что стоит поторопиться.

На случай повреждения искина и рубки, создателями этого типа ботов была учтена возможность работы судового оборудования без контроля искина. В ручном режиме, если кому не понятно. Быстрым шагом я спустился в небольшую реакторную и, со вздохом осмотрев реактор, стал дергать за ручку холостого пуска. М-да, моих детских сил для этого явно было недостаточно, приходилось, упираясь обеими ногами в блок реактора, резко распрямляться, дергая рукоятку холостого пуска. Чуть последнюю руку из сустава не выдернул. К счастью, после двенадцатой отчаянной попытки реактор запустился. Реакторный стрежень в нем был новенький. На несколько лет хватит, а если экономить, то лет на десять. Я не стал дожидаться, когда реактор выйдет на режим, полежал на полу бота, дожидаясь, когда сердце престанет колотиться и пот подсохнет на коже, а то весь обливался, и поспешил в трюм. На ходу ежился от холода, на борту бота было прохладно, а я как был в одних брюках, так и оставался, да еще босиком. В гараже одежды мне найти не удалось, но было одеяло, в него я и кутался во время угона, сейчас же оно осталось в кабине грузовичка.

Вручную открыл створки шлюзовой в трюм. Хм, а тот не пуст оказался, завтра посмотрю, что внутри. Вручную же активировал открытие створок аппарели трюма. Мощности реактора, не полностью вышедшего на режим работы, уже хватало, чтобы открыть створки. Так что, быстро покинув трюм бота – аппарель как раз коснулась поверхности, – я добежал до ховера, смотал все кабели, убрал оборудование для взлома и загнал машину в трюм, там было свободное место между контейнерами. Потом пробежался, закрывая створки трюма и шлюзовой, после чего проверил все системы бота – все было в норме, несмотря на четыре столетия стоянки – и направился в трюм, в кабину ховера. У рубки бота была жилая каюта, но она находилась на консервации, а искина, чтобы провести расконсервацию, не было, отключен. Да и к чему мне каюта, если в ховере я могу отлично выспаться? Там я поел и попил и лег спать. Быстро уснул, очень уж устал. Лишь одно радовало – близость реаниматора. Не буду загадывать, но похоже, скоро я восстановлюсь. Хм, а сколько реаниматор будет отращивать мою утраченную конечность и убирать следы от кнута с клеймом? Думаю, недели две, это не оборудование Древних.

Утром я очень сильно захотел в туалет – не только воды перепил, но и не совсем свежая еда, найденная в одном из ховеров, дала о себе знать. Пометался по трюму, буквально затыкая не затыкаемое, и с отчаяньем вспомнил о законсервированной каюте, там был целый санблок, но расконсервацию мог провести только искин. Рисковать открывать сворки не стал, я не знал, что происходит снаружи, и, сорвав с борта ховера ведро, устроился над ним. Никогда такого облегчения не испытывал! Вот только запах пошел по трюму – не передать. Пришлось прикрыть ведро куском пластика. Есть еще старое средство сбить запах. Правда, снега у меня не было, налил пару литров воды в ведро. Это заметно помогло. Приведя себя в порядок, ополоснулся под одной из фляг, вытерся, у меня в кабине было полотенце, и сел завтракать. Все это я проделывал при дежурном освещении кабины ховера, в трюме было темно, как… темно, в общем, было, надо найти, где освещение в трюме включается.

Поев, я тут же в кабине ховера задумался о своих дальнейших шагах. Забравшись в бот, я, как ни странно, оказался в ловушке, бот не челнок, у него иллюминаторов в рубке нет, да даже если бы были, увидел бы я через них небо, и что? Нет, тут нужны внешние датчики, чтобы осмотреться. А то так откроешь створку шлюзовой или трюма, и хоп, здравствуйте, нежданные гости, людишки нура Билонски. Тут не только теперь уже свое имущество потеряешь, но и свободу, если не жизнь. Последнее вряд ли. А они могут быть, стоит поднять челнок как можно выше, сразу рассмотрят сверху примятую траву и следы колеи. Не обнаружат ее в поле, расспросят сторожей на вышках, найдут, где я въехал на парковку, и сверху отследят, где следы заканчиваются, ну а дальше следопыты быстро определят, где я нахожусь. Это в самой худшей версии, но на лучшее я и не надеюсь. Думаете, у нура Билонски вот так впервые воруют или совершают налеты? Да черта с два, умеют они отлавливать таких беглецов. Так что с вероятностью в девяносто процентов люди нура находятся у бота, если даже нет, скоро будут. Я это еще вчера высчитал, поэтому и загнал ховер в трюм бота, иначе они меня за сегодняшнюю ночь загнали бы. Говорю же, опыт есть.

Подтверждение своих мыслей я получил достаточно скоро, когда изучал планшет, найденный вместе с тестерами на рабочем месте погибшего зурга. Вздрогнув, я прислушался, вроде стукнул кто-то металлом по броне бота. Похоже, случайно, потому как звук не повторился. Видимо, боевики нура Билонски изучали бот. Звук мне не послышался, слишком отчетливый он был. Похоже, неизвестный растяпа бродил возле створок трюма. Вздохнув, я вернулся к изучению планшета. Он был не технической направленности, откровенно слабый, судя по игрушкам, вообще предназначался для детей, даже возможности связи со спутником не было. Однако зург, что им ранее владел, закачал сюда немало программ по ремонту разной автотехники и даже челноков. Единственно чего не было, программ по взлому искинов и компу, может, погибший зург и был неплохим технарем, но вот взломщиком и программистом явно не был. Некоторые ПО для компов ховеров у него были – кстати, пригодятся для апгрейда моего грузовичка, – но установочные, без внесения дополнений. Точно программистом не был.

Чуть позже раздался уже неслучайный стук, похоже, мне таким образом намекали, что меня нашли, запятнали, пора сдаваться. Однако я даже бровью не повел. Ну и что они мне сделают? Единственный действенный способ, на мой взгляд, когда возможно меня выкурить из этой бронированной скорлупки, это постоянный стук в броню. Давление на нервы. Все. Хоть костры разжигай под ботом, начхать и ему, и мне. Поэтому я сидел и с нуля писал программу для взлома искина бота. Одной рукой не совсем удобно, однако закрепил планшет в держателе на приборной панели и работал пальцами одной руки. По моим прикидкам, на написание мне потребуется не меньше недели, однако я не расстраивался. Продовольствия у меня было как раз на неделю, воды чуть ли не на месяц. Продержусь. Взломаю искин, запущу все системы бота, и посмотрим, кто кого. А выходить я не буду, это потеря всего, включая свободу. Больше ее терять как-то не хочется, первый же урок в новой жизни даром не прошел. Заставил задуматься. Нет, в поведении или характере менять я ничего не собирался, просто в этот раз быть слабым не хочу, меня теперь постоянно будут охранять, уж я об этом позабочусь. Как, пока не решил, позже видно будет, способов много.

Я почти полтора часа писал программу, пока сам же себя не хлопнул по лбу. Был другой способ достать программы для взлома. На моем планшете, который остался дома, когда я направился гулять, были нужные программы. Я успел написать две в свободное время, и одна из них подходит для взлома искина бота. Чуть усовершенствую, там работы часа на четыре, и пожалуйста, можно взламывать. Правда, планшет погибшего техника не давал возможности связываться с родственниками через спутник, но в ховере, в котором я сидел, было оборудование связи. Проще говоря, ретранслятор. Вот через него планшетом я и могу связаться со своими родными. Сообщить о том, что случилось, показать последствия подлости старосты нашей Дубровки, мол, я за время рабства руки лишился и меня фактически забили. Знаю отца, в живых он старосту не оставит. Ну, и заодно попрошу подсоединить мой планшет, чтобы скачать с него все, что мне необходимо. Дистанционно это сделаю, пароли к нужным файлам я помню. Да и вообще запустить планшет без пароля нереально, но как я уже говорил, тот мне был известен. Хорошо еще, планшет погибшего зурга запаролен не был, и я свободно им пользовался, сам я такой глупостью не страдал, свой планшет запаролил и родных этому научил.

Если я таким способом получу обе программы для взлома, то, усовершенствовав нужную, поставлю планшет на взлом искина, сократив этим изрядно времени, несколько дней точно. Тут только одна проблема. Я находился в боте, и броня экранировала ретранслятор ховера, не пробьет тот ее. Есть выносная антенна, я посмотрел, она на месте, но выйти мне не дадут. Стук давно прекратился, но то, что люди нура Билонски продолжают меня сторожить, это факт. Правда, есть и другая возможность связаться с семьей – антенна оборудования связи самого бота, можно попробовать задействовать ее. Большое время в принятии решения ушло на мысленное составление схемы подключения планшета с возможностью связи с отцом.

Выключил освещение в машине – не стоит тратить заряд батарей холостого хода – и, подсвечивая путь планшетом, я поспешил в сторону рубки бота. Кстати, судя по отсутствию заглушек на маневровых и разгонных двигателях, я имею в виду заглушек, что ставятся на дюзы, искин бота, после того как прошло определенное время, сам перевел бот в режим консервации, после чего заглушил все системы. В космопорту я вообще мало находил судов, где хозяева сами проводили режим консервации, один процент от общего числа. Искины всех остальных маломерных судов сами переводили их через определенное время в режим консервации и впадали в спячку.

Так вот добравшись до рубки, я вручную просто поднял предохранительный тумблер, подал питание на оборудование, и пульт тотчас засверкал огоньками. Жаль только, что воспользоваться пультом без помощи искина не реально, но если отключить аппаратуру связи и соединиться с ней напрямую, есть шанс докричаться до нашего селения. Пришлось повозиться и не раз сбегать к ховеру за нужным инструментом, пока, наконец, нужная аппаратура не была подготовлена для связи. Подсоединив шнуром планшет, вошел в местную сеть Галонета Зории и, набрав номер коммуникатора отца, отправил вызов. Отец поначалу не отвечал, номер был ему незнаком, но наконец он ответил. Видеть тот меня не мог, коммуникатор не планшет, экрана не имеет, а вот я его видел. Он повернул руку так, чтобы смотреть прямо на камеру.

– Слушаю, – услышал я такой знакомый, чуть хрипловатый голос.

– Ты один? – быстро спросил я.

– Ворх?! – обрадованно воскликнул он.

– Отец, ты один?

– Со своими парнями в лесу, только что поохотились, добычу готовим для перевозки. Сейчас мою повозку подгонят, и погрузим… Ворх, мы тебя везде искали, месяц на поиск ушел, что с тобой случилось и где ты?

То, что отец не один, я уже видел, остальные из его ватажки, повышая голоса, приветствовали меня, пытаясь заглянуть в объектив камеры. Изображение скакало, видимо отец не мог устоять на месте и ходил, однако понятно, что действие в самом деле шло в лесу.

– А куда это Гнат убежал? – удивился отец, закрутив головой.

– Что за Гнат? Сын старосты? – тут же заинтересовался я.

– Да, он теперь в нашей ватажке. Недели две назад он прошел посвящение в старшие охотники и напросился к нам, я не смог отказать старосте.

– Отец, он подсыл, – быстро затараторил я. – Это Гнат с Ликом и кузеном Бастом меня похитили и принесли на берег. Там был староста, он лично продал меня водным торговцам. Я не слушался их, меня забили кнутом, пошло заражение… Отец, мне отрезали руку, чтобы я не умер. Это все староста, он продал меня, вся его семья в курсе. Еще, думаю, те две девочки, что пропали два года назад, тоже их рук дело.

Последнее я добавил специально, старший брат одной из девочек, мой тезка Ворх, состоял в ватажке отца, я видел, как он пару раз мелькнул, махая рукой. Мой намек подействовал, Ворх тут же вклинился в мою речь, видимо вся ватажка собралась вокруг отца, ловя каждое мое слово, связь была отличной:

– Подожди, ты уверен, что именно они похитили Милу и Лору?

– Нет, но выводы напрашиваются сами собой. Если они меня так легко продали, что им мешало раньше этим заниматься? Пока не спросишь, не узнаешь.

– Игл, Симб, остаетесь тут и грузите добычу, а мы за Гнатом, нельзя дать ему возможности донести отцу, что мы знаем о том, что они совершили, – сразу стал командовать отец, остальные готовили оружие и сбрасывали с себя разную амуницию, чтобы облегчить вес для долгого бега.

– Он будет отбиваться. Отец, я свяжусь с тобой позже. Ровно через сутки отправлю вызов на твой планшет, чтобы лицом к лицу можно было бы пообщаться.

– Хорошо, договорились.

Отец почти сразу отключился, нельзя было давать Гнату фору. Он, конечно, молодой охотник, но в ватажке отца были отличные бегуны и следопыты. Не должны они дать ему уйти. Отец правильно поступил, что не стал тянуть с погоней, но это и понятно. Отец скрывал, что подготовлен как воин, и родился он в поселении нордцев. Фактически отец из своей ватажки сформировал отделение легкой разведки, правда, из шести бойцов. В поселении нордцев из отца готовили командира подразделения охраны, фактически командира роты пехоты, но практику и боевой опыт они получали, работая наемниками по проводке торговых караванов. Причем прежде чем отец сбежал с матерью, он три года ходил рядовым бойцом, а потом год заместителем командира. Правда, командиром побывать не успел, влюбился и сбежал с невестой против воли отца, семьи и клана. Про все это я хорошо знал из прошлой ветки жизни в этом теле, даже с родичами пообщался. Кстати, нормальные люди. Со своими тараканами в голове, но нормальные. Вот только не было у меня в планах возвращаться с моим отцом к ним в семью, мне это было не нужно. Изгнали они его, так и изгнали, на это и буду напирать.

Отключать оборудование я не стал, не повезло, отец был не в селении, поэтому свяжемся с Лидией, уж она-то поможет. Сестренка у меня была очень коммуникабельной, так что помимо подружек из Дубровки успела завести с десяток подружек в Галонете, и почти сразу ответила на вызов с незнакомого планшета, а номер писался индивидуальный этого электронного прибора.

– Ворх? – радостно воскликнула она.

Опознала меня по голосу, так как я благоразумно не включал камеру своего планшета. Не хочу, чтобы та видела, в каком я состоянии. Травмировать психику не хочу.

– Ты одна? – быстро просил я.

– Да. Мама наругала за разбитый горшок, в комнате нашей убираюсь.

– Никому не говори, что я с тобой общался. Отец знает, вернется, все расскажет. Лучше найди мой планшет, не потеряли его?

– Нет, в твоем ящике лежит, папа, когда мы тебя так и не нашли, все туда сложил. Говорил, что ты обязательно вернешься, и все твои вещи будут сохранены, дождутся тебя. Папа очень был расстроен, когда ты пропал. Мама с бабушкой плакали.

– Хорошо. Повторяю, никому про меня не говори и лицо попроще сделай. А то вижу, какое оно у тебя счастливое, сразу все поймут. А сейчас подключи мой планшет к своему, там должен быть нужный шнур.

Подсказками я объяснил Лидии, как подключать, та поворачивала свой планшет, чтобы я мог видеть, что она делает. Наконец она справилась, я достаточно быстро ввел пароль и поставил нужные программы на загрузку. Пока та шла, Лидия утоляла свое любопытство, на большую часть я отнекивался, обещая рассказать позже. Тут внезапно в комнату вошла явно взволнованная мама, по ее тону это было понятно.

– Лида, присмотри за сестрой, а я побегу по соседям.

Бабушки, насколько мне было известно, не было, Лидия сообщила, что та отправилась к своей подружке в соседнюю деревню.

– Что случилось, мама? – встревожилась сестренка. Чуткая она была, легко ловила эмоции.

– Ворх нашелся. Папа связался со мной, сообщил об этом, еще велел пройтись по главам ватажек, незаметно для старосты. С тремя, у кого были коммуникаторы, он уже связался, осталось еще восемь.

– А молодец отец, быстро среагировал, – сказал я, динамик в нашей комнате сработал как надо, и мама не могла меня не услышать.

– Ворх! – с криком та подскочила к планшету, что держала Лидия.

Молодец сестренка, не дала его вырвать, закричав, что может сорваться закачка. Остановила этим маму. Пришлось и той рассказать, что со мной было, более того, включить камеру… Зря, мама, увидев, в каком я состоянии, грохнулась в обморок, а Лидия, что подглядывала, в крик, слезы хлынули ручьем. Да уж, страшное зрелище. Пока Лидия по моему приказу тормошила маму, я записал себя со всех сторон и отправил видео на планшет Лидии – это чтобы мама могла демонстрировать последствия действий старосты. Когда она пришла в себя, я с трудом успокоил ее и отправил по главам ватажек. Успокоил тем, что сообщил: меня взял в ученики зург-медик, специалист по медкапсулам. Он меня всему обучит, заодно пройду полное восстановление в реаниматоре и вернусь целехоньким. Правда, нужно подумать, кто из этих зургов якобы взял меня в ученики. С учетом того что таких специалистов на Зорию было всего три, проблема. Ладно, скажу, что новенький. Прилетел на одном из кораблей внешников. Думаю, прокатит. Маму было очень жалко, шок для нее, но требовалось настроить ее, а уж та хорошо заведет охотников, язык у нее подвешен. Тут одна проблема, как бы она не повела за собой охотников штурмовать подворье старосты, с нее станется. Перед уходом я очень просил ее этого не делать.

Как я уже говорил, не все охотники были в селении, но некоторые были, вот мама и должна посетить тех, что находились в Дубровке. Видео подхлестнет их, к видео я дал свое виденье ситуации, то есть сообщил, что со мной было. Для сельчан я был свой, вырос тут, а вот староста все же был пришлый. Хотя и освоился уже в Дубровке.

Отец проанализировал ситуацию и сообразил, что Гната они могут и не поймать, подстраховался, так что если даже тот добежит до селения, его перехватят на опушке, средств связи, как я понял, у того не было, ну и дом старосты блокируют, не дадут уйти. Похоже, над старостой и его семьей сгущались тучи, не простят ему моей продажи сельчане, ведь на моем месте мог быть любой ребенок. Жаль, я сам не поучаствую в этом действе, ну да ладно. Убедившись, что мама успокоилась, отправил ее делать то, что велел отец, и, еще немного успокоив ревущую Лидию, отключил связь, сообщив, что свяжусь с ними завтра к обеду. Потом отключил оборудование рубки и направился обратно в трюм. Сейчас доработаю программу и поставлю взламывать искин бота. Похоже, я действительное смог сэкономить время.

На доработку программы ушло даже больше времени, чем я думал, почти шесть часов, однако ничего, сделал и сразу же убежал в рубку. Там подсоединил планшет к искину и активировал взлом. Хорошо, работа пошла. Ну, а я последовал в трюм. Был уже вечер по моим внутренним часам, поэтому поужинал, включив фары грузовичка – фонарика я так и не приобрел, – и стал, наконец, осматривать груз бота. Раньше было просто не до него.

Что делали люди нура снаружи, я не знал, наверняка попробуют вскрыть бот, мотив у них серьезный. Зурга у них нет, надеюсь, среди торговцев зургов тоже не имеется, да даже если и есть, шансы на то, что тот имеет какие-то знания по маломерным судам, ничтожны. В большинстве своем зурги не универсалы, а узкоспециализированные специалисты. Универсалы есть, я не говорю, что нет, взять того же старика Крафа, тот старался познать новое, однако их мизер, на всю Зорию примерно четыре – пять специалистов, не больше. Так что сковырнуть броню люди нура скорее всего попытаются с помощью взрывчатки. Чтобы пробить броню, понадобится не меньше двух грузовиков взрывчатки, причем это для обшивки гражданского бота, в котором я находился. Был бы он штурмовым, есть тут такие машинки, прошедшие конверсию, то и пяти грузовиков было бы мало. Все боты строятся для работы в агрессивной среде, так что даже у гражданских ботов броня дай боже.

Нур Билонски уже не раз пробовал вскрывать боты и челноки, поэтому что собой представляет их броня, знал прекрасно. Нет, думаю, взрывать они не будут, а устроят осаду, возьмут меня тепленьким, когда я не выдержу и выйду. Выходить я не планировал, проще угнать бот, вот на этом и сыграем. К счастью, взлом искина уже шел, так что подождем.

Внешне осмотрев контейнеры, я задумался. Лезть внутрь, не зная, что там, опасно, не всегда в подобных защищенных контейнерах перевозятся безопасные грузы. В трюме находилось два средних защищенных контейнера, больше просто не войдет, а также восемь малых, как раз простых, не предназначенных для перевозки опасных грузов. Трюм был полон, однако место для машины нашлось. Совсем чуть-чуть, поэтому когда аппарель закрывалась, то приподняла корму грузовика, что на ней стояла. Вроде ничего такого, только вот спать в кабине было неудобно, съезжал с кровати, скользил. Всю ночь маялся. Осмотрев контейнеры, я решил начать с малых, большими потом займусь. Вскрыв первые два, я сразу понял, что находится в средних. В малых были комплектующие для сельхозтехники, а видимо, в средних контейнерах находилось само оборудование. Странно только, что они защищенные. Хм, надо бы проверить, не контрабандисты ли работают?

Пробросив кабель из кабины ховера до пульта контейнера – батареи замка давно разрядились, – дождался зарядки и подсоединился тестером техника к управлению замка открытия. Ну, так и есть, внутри сельхозоборудование, прялки, сеялки, сельхоздроны и вся сопутствующая инфраструктура. Видимо, перед Ударом какой-то фермер заказал новейшее на тот момент оборудование, но получить не успел. При этом я не остановился, мало ли что было вбито в пульт контейнера, открыл оба и осмотрел груз. Нет, не контрабанда, прикрытая сельхозгрузом, действительно сеялки и прялки. Жаль, груз, конечно, ценен, но меня особо не интересует. Кстати, нашел чемоданчик с базами знаний для управления всей этой техникой. Тут даже тракторы и комбайны были, не считая дронов. Если достану рабочую нейросеть, я все это продам за огромные деньги. Какому-нибудь клану, что занимается посевами. Есть и такие, и, кстати, немало. Почти половина сельхозпродукции у нас идет на экспорт, торговцы, что прибывают на Зорию, забирают, остального вполне хватает прокормить жителей Зории. Это я еще по прошлой жизни помню.

С грузом бота я возился до самого отбоя, назначенного лично. Еще хотел заняться самим судном, осмотреть, может, что найду в технических помещениях, но по внутренним часам уже была ночь, хотелось спать, так что не стал противиться своим желаниям, попил воды, потом умылся и, подумав, отнес поганое ведро во внутреннюю шлюзовую бота. В ту, через которую можно пройти из трюма в жилой модуль бота. Пахло.

Утром меня разбудил стук и скрежет на обратной стороне бота. Привстав на единственном локте, прислушался к шуму, который не прекращался. Открытое окно в кабине ховера позволяло слышать, что происходит снаружи, хотя кабина и имела противошумное покрытие.

– Чего это вы удумали? – задумчиво пробормотал я.

На хребте бота была ракетная пусковая, в принципе они на всех были. Однако ракет там не было, еще когда шли первые войны за ресурсы, ракеты были извлечены из пусковых и использованы. Не сразу, сперва я по шуму определил, где возятся люди нура, но догадался, что они делают. Это заставило меня выругаться. Видимо, специалист по связи у них имелся, подслушать мои сообщения не получилось, я использовал шифрованный канал, но уловить, что передачи были, наверняка смог. В результате наверху сейчас курочили антенны. Вот уроды! Тут вдруг, заставив броню слегка загудеть, грохнуло два взрыва. Хотя нет, вроде было три, просто последний слышался раздвоенным, видимо практически одновременно грохнули. Можно даже не проверять, нет теперь у меня связи. Вот блин!

В своих предположениях я довольно быстро убедился. Сперва сбегал в шлюзовую облегчиться, так называемая параша там находилось, хорошо, что свет теперь был по всему боту, не нужно экраном планшета подсвечивать. Облегчившись, помылся – руки-лицо, позавтракал и только потом пошел в рубку. Первым делом проверил планшет, и, о счастье, искин оказался взломан. Дальше отсоединив планшет, вернул искин на место, вернее подсоединил к нему все кабели, вытащить из шахты мне его было не по силам, и когда на пилотском пульте засветилась рамка загрузки, ввел пароль. Искин признал меня, я быстро сменил пароль на другой и велел ему протестировать все судовое оборудование. Более того, провести предстартовую подготовку. Дело тоже не маловажное, ведь в движках через дюзы, не имеющие заглушек, попала и грязь, и пыль, да в некоторых даже трава росла, а сейчас после предстартовой подготовки их очистят. С маневровыми это просто, они от реактора запитаны, прогонят высокими импульсами и выжгут-очистят движки, вот в разгонных плазма вылетала из движка, и если люди нура Билонски находятся со стороны кормы, я им не завидую, ревущий горизонтальный столб огня просто сожжет их. Другим судам на стоянке позади бота ничего не будет, разве что броня от пыли и насаждений очистится да слегка задымится, а вот им плохо будет. Хотя за дело, нечего было мой бот курочить.

Пока искин проводил проверку, я тоже был занят делом, привел полуразобранный пульт оборудования связи в порядок. Первая же проверка показала, что связи нет, не отзывается антенна. Искин тоже на это пожаловался. Более того, не отзывается вооружение, радар и сканер. Похоже, люди нура Билонски вообще все выносное оборудование смели с хребта судна. Плохо. У меня в планах было поднять машину выше – судя по датчикам топлива, в баках было две трети – и перебраться на другой континент. Всего на Зории было три крупных космопорта, забитых техникой до отказа. На территории нура Билонски работать опасно, проще говоря не дадут, так что мой шанс – перебраться на другой континент к одному из космопортов и вскрыть там бот спасателей. Я подобную работу уже делал и не видел в этом ничего сложного. Конечно, одной рукой, да еще в таком нежном возрасте работать и что-то взламывать было трудно, но скорее морально. Самая тяжелая работа у меня была – это перетаскивать инструмент в кузов ховера и готовиться к побегу, больше нигде я столько сил не прикладывал, кроме, конечно, прокидки кабелей или держания в руках планшета. Все делала электроника, облегчая мне работу.

Вот такие у меня были планы, однако люди нура Билонски серьезно мешали этому. Я про то, что они взрывами уничтожили радар и сканер бота, фактически глаза и уши судна. Можно еще использовать внешние датчики на броне бота, но это совсем не то. Похоже, полет мне предстоит тяжелый, фактически на переделе моих возможностей. Реально на пределе, если учесть, что пилотировать я буду одной рукой. Хм, надо подумать, как вывернуться из этой ситуации.

Пока искин продолжал тестирование – ему на это еще часа два понадобится, более того, еще приказал и жилую каюту расконсервировать, – я поспешил в трюм к ховеру. Дело в том, что искин запустил еще и систему жизнеобеспечения, все же внутренние помещения бота наглухо закрыты, и за две суток моего нахождения внутри уровень углекислоты повысился до опасной отметки. Это, конечно, я слегка приукрасил, но уровень действительно был высок. Все хорошо, система жизнеобеспечения после четырех с половиной вековой спячки вполне нормально запустилась, однако было одно но, и это мешало задействовать систему жизнеобеспечения на все сто процентов. Дело в том, что когда искин проводил консервацию бота, он слил всю воду из внутренних коммуникаций – так положено по прописанной в нем инструкции. Воды нужно было не так и много, чуть больше двухсот литров, у меня, естественно, столько просто не было, но пару канистр по двадцать литров все же решил задействовать. Дроида на борту не было, вот и пришлось самому все носить. У меня был термос на пять литров, затрофеил с одного из багги, вот в него я сливал воду и, пошатываясь от натуги, носил термос к заборнику, к реакторной, где была горловина для заливки воды. Полностью я термос, конечно, не заливал, не подниму, но по три литра носил. Соответственно, пришлось сбегать четырнадцать раз за водой, пока не слил всю выделенную воду. Себе оставил едва пять литров, НЗ. Уже с таким количеством воды система жизнеобеспечения вполне заработала, правда санблоком пока пользоваться нельзя, это я про душевую, а вот с туалетом проблем нет. Поэтому, пока было время, отнес в каюту, она уже была расконсервирована, поганое ведро, слил все, помыл водой из фляги и отнес его обратно к ховеру. Запашок от него так и шел. Чуть позже уже нормально отмою, когда дефицита воды не будет, а пока и так нормально.

Когда я закончил все дела, то и сообщение по внутренней голосовой связи получил от искина. Кроме того что были повреждены радар, вооружение и сканер, включая антенну, больше особых проблем выявлено не было. Фатальных, что мешали бы взлету. Хотя было искину на что пожаловаться, но это проблемы мелкие, и когда будут технические дроны, то они все и приведут в порядок.

Устроившись в кресле пилота и переведя управление на ручной режим, я активировал камеры околобортового пространства. Жаль, никто из людей нура Билонски не пострадал, не попал под струю огня под кормой, наблюдали за судном со стороны. Подняв бот на двести метров, я стал уходить в сторону, делая противозенитный маневр. Со стороны полет бота казался рваным. Ну, да с одной рукой сложно управлять ботом, хорошо, искин помогал, однако я вполне обезопасился от неожиданностей. Правда, пару раз прилетали подарочки, но броню не пробили, хотя тряхнуло изрядно. Приблизив изображение места моего взлета, я обнаружил «Сарацин» с безоткатным орудием. Так вот кто меня долбанул! Хотя пушку и саму машину я и привел в негодность, но люди нура Билонски как-то смогли вернуть ее в строй. Скоро я вышел за пределы действия орудия и полетел дальше. Правда, догнали быстро, все же челнок куда скоростнее неуклюжего грузового бота. Пилот челнока пытался подлететь сверху и своей массой принудить к посадке, сев сверху. Отчаянная и наглая попытка, движки бота были куда мощнее челнока, и его вес для моего судна – тьфу. Это меня разозлило, даже взбесило, резкий маневр, и пилот опасно сблизившегося челнока просто ничего не успел сделать и с мятым бортом с отказавшими двумя маневровыми движками, входя в штопор, стал падать на поверхность планеты. Никакого эффектного и зрелищного взрыва не было, нечему там взрываться. Стальная болванка челнока врезалась в землю и, как камешек, что отскакивает блинчиком от воды, крутясь вокруг своей оси, стал скакать по степи. К счастью, мы уже покинули территорию парковки космопорта, так что другие суда были не повреждены. Если пилот пристегнут в кресле, как, например, я, то скорее всего он уцелел и лишь слегка поломался. Если нет, шансы выжить мизерные. А если был еще и десант, его тоже можно списывать. Челнок не десантный, обычная гражданская лоханка. Для нее мой таран и последующее падение – это смертный приговор.

Совершать посадку для возможного сбора трофеев я не стал, не идиот же. Техники у людей нура Билонски хватало, быстро меня на горячем возьмут, хотя оружие добыть ну очень хотелось, у меня даже ножа не было. Ни в гараже, ни в боте ничего не нашел, да и искин подтвердил – никакого оружия на борту не было, более того, ни технического дроида, ни даже инструментария не имелось. В каюте мелочевка разная от прежнего хозяина осталась, но именно что мелочевка. Отлетев от космопорта подальше, километров на сто, стал подниматься на орбиту. Планы добраться до другого космопорта я не поменял, а проще всего это сделать через орбиту. Подниматься у космопорта нура Билонски я опасался, у того были ракетные зенитные пусковые, вот и отлетел подальше. Раньше, когда те были новенькими, для них это было не расстояние, но после такого срока службы ракеты срабатывали через раз, иногда вообще не покидали пусковые. Те, что хранились как положено, таких проблем не имели, а вот те, что были на боевом дежурстве, использовать их не стоит. Да, опасно их использовать, но все же я перестраховался. Не знаю, палил ли кто по мне, летел я фактически наугад, ориентируясь по планете, из-за того что мне уничтожили радар и сканер, я натурально ослеп, но поднялся на орбиту нормально, там сориентировался и полетел на темную сторону планеты.

Если на орбите есть внешники, то есть торговцы, что прилетают за товаром – привозят свой и забирают нашу сельхозпродукцию или находки наших искателей, то бишь сталкеров, – они могут заинтересоваться мной, поэтому летел на нижней орбите. Была возможность, что среди внешников есть знакомцы нура Билонски и тот договорится с ними атаковать меня. Только так тот мне может отомстить. Не думаю, что он будет кричать на всю планету, как его кинули, он свою репутацию очень бережет, еще дед ее выстраивал. Так что нур утрется и раскинет сети, чтобы выяснить, кто у него нагло угнал бот и побил его людей. Думаю, выяснит, хоть и не сразу. Не такое и большое население на Зории. Кстати, раньше, в первое попадание в это тело, пока не вышел на орбиту и не изучил планету, я думал, что населения на планете чуть больше миллиона. Фиг там, за пять уже сейчас. Однако даже пять миллионов – капля в море, так что найти людям нура меня, вернее вычислить со временем труда не составит, слишком ярко я стартовал. В первое время буду шифроваться, чтобы потянуть время, но не думаю, что смогу долго скрываться. А вот потом нужно будет отбиваться от охотников за головами. На Зории это достаточно распространенная профессия. Даже нордцы этим не брезгуют заниматься.

Наконец вот она, темная сторона планеты, соседний континент. Именно тут находился космопорт, к которому я направлялся, самый крупный на Зории. Пока никаких препятствий вроде атак внешников или попыток остановить, не было, и это не могло не радовать. Немного беспокоило то, что я так и не связался с семьей, сам время назначил и пропустил, но причина была вынужденной, сейчас доберусь до космопорта, вернее окрестностей, чтобы не привлекать внимания местных, на окраине космопорта был достаточно крупный город, там аж два клана спокойно уживалось. Совершу посадку километрах в ста от космопорта, на какой-нибудь поляне в лесу, лучше в овраге, а то бот в лесу будет торчать, как не знаю что. На ховере доберусь до места, вскрою бот спасателей, и дальше дело техники и медкапсулы. Вот такой бесхитростный план. Разве что добавлю, что сразу, как выгоню ховер наружу, свяжусь с семьей, тогда уже можно будет. Главное, чтобы спутник был в зоне работы.

Переключив камеры на обшивке бота на ночной режим работы, достаточно быстро я нашел космопорт, по городку рядом определил, что это то, что надо, и, прикинув, где совершить посадку, выбрал большой и крупный лес, там была поляна с глубоким и широким оврагом, вот туда и посадил бот. Как только тот замер на месте стоянки, я заглушил движки и с помощью камер осмотрелся. Вокруг стеной стоял темный ночной лес. Нигде огонька не заметил. Разве что в городе ночные огни были и чуть дальше в степи огни костров – или бандиты, или ночная стоянка торговцев.

Обстановка вокруг была спокойной. Датчики уловили шум леса и птичий гомон, птицы, недовольные пробуждением и поднятым мною шумом, проявляли свое недовольство криками и клекотом, но постепенно стихали. Переведя бот в режим ожидания – в кармане у меня была карта доступа к шлюзовой бота, – покинул рубку. Спустившись в трюм – рубка была выше, – активировал открытие аппарели и выгнал ховер наружу. Кстати, луг на дне оврага оказался слегка заболоченным, так что пришлось врубить все мосты и, оставляя позади глубокую колею, добираться до склона и подниматься по нему, благо тот был вполне проходимым. Остановив грузовик в паре метров от края оврага, я сразу же стал возиться с антенной. Ее нужно было достать из ниши на задней стенке кабины, почистить и установить в гнездо на крыше, проверить связь, и только потом отправить сигнал. К сожалению, не повезло, я находился вне зоны работающих на орбите спутников. Мертвая зона. Не думаю, что это надолго, так что подождем. То, что оборудование работало и антенна установлена штатно, было сразу ясно, сканер уловил далекие работы нескольких радиостанций, так что рабочая аппаратура, гарантия.

Свернув антенну – не хочу, чтобы ее поломало, пока я прокладываю дорогу через лес, – забрался на место водителя и покатил в поисках ближайшей дороги.

Честно говоря, пока проехал эти пятьсот метров, дважды упирался мощным бампером в деревья – управлять одной рукой было трудно. Я даже больше скажу, управлять ботом было куда легче, чем ховером, тут реально нужны две руки, а то приходилось фиксировать руль коленом, чтоб он не крутился на ходу, перехватывая рукой, а крутить им приходилось постоянно, что изрядно выматывало. Тут одно радовало – гидроусилитель, позволяющий крутить руль одним пальцем. Столько сил требовалось прикладывать для управления машиной! Однако одной рукой управлять все равно было неудобно. Фары освещали то очередное дерево, то густой кустарник, который грузовик проезжал без проблем, только хруст стоял под колесами и днищем. Сам малый грузовик только назывался так, по земной классификации он напоминал «УАЗ-фермер» с увеличенной кабиной, но размером был с КамАЗ. К счастью, овраг я подобрал не так и далеко от опушки, с километр будет, так что вскоре выбрался из леса.

С хрустом подминая кустарник, грузовик выехал на открытую местность у опушки. Причем, несмотря на то что лес закончился, кустарник продолжал расти дальше, заполонив часть степи. К счастью, ненамного похрустев им метров триста, я уже выехал на действительно открытую местность. Я выключил ближний свет, без которого я вообще бы ничего не увидел, не включая освещение кабины, открыл дверь, выбрался наружу и перебрался в закуток между кабиной и кузовом. Одной рукой показывать обезьянью акробатику получалось плохо, однако добрался и даже не сорвался. Там снова установил антенну, отлил с верхотуры и вернулся. Все же как сложно работать, имея существенный недостаток, лучше бы ноги лишился… хотя на одной ноге убежать было бы сложнее, а так хоть маневренности не лишен.

Подключив планшет к ретранслятору грузовика, я замер на несколько секунд, пока оборудование искало любую доступную сеть, и тихим писком, полившим бальзам на мое сердце, раздался сигнал об установлении связи. Все же тревожился как за свою семью, так и за сельчан. Конечно, наша Дубровка была не большим селом, практически деревней, но народу все же жило в ней изрядно, на два десятка подворий почти три сотни человек. С учетом того что на одном подворье жили деды с бабками, родители, сыновья с невестками, дети и внуки, на один дом набиралось от пятнадцати до сорока голов. Это только у нас было самое малое количество жильцов, да и дом с участком был самым крохотным, на ином подворье кроме дома главы семейства умудрялись отстраиваться и дети. Много у нас народу, и если семейство старосты надумает отстреливаться… Быть беде. Именно о семействе я говорю, так как ополченцы держать оборону от сельчан не будут, перейдут на нашу сторону, но и у старосты много родственников, оборону можно крепкую создать, если, конечно, успеют. На последнее и была надежда, что им этого просто не дадут этого сделать.

Отправив вызов на коммуникатор отца, я обнаружил, что тот сбросил вызов на планшет, чтобы не только я его видел, но и он меня. Хм, а судя по обстановке и людям позади отца, он находится на подворье старосты, причем не один.

– Здравствуй, папа, – вежливо поздоровался я, включив освещение в кабине грузовика.

Фигня, что демаскирую себя, главное, что пообщаться нормально можно. Да и нет рядом никого, оборудование не фиксирует. Не застанет меня в расслабленном, не готовом к бою состоянии, да и нет у меня оружия, одна надежда на бронированную кабину ховера, тем более запоры работают, и запереться я не забыл.

– Здравствуй, – коротко ответил тот, кивнув и тут же требовательно спросил: – Почему не выходил на связь, как обещал? Что-то случилось?

– Есть немного. В общем, долго рассказывать, думаю, это лучше сделать позже. Старосту взяли?

– Нет, кто-то из своих его застрелил, в спину, – скривился отец, однако тут же обнадежил: – Помощников его взяли, сейчас допрашивают. Все подтвердилось, и твое похищение, и тех девочек, что два года назад пропали, сейчас их родственники допрос ведут, чтобы выяснить, куда их продали, и выкупить. Еще тут кое-что выяснилось…

– Вы мне адрес сообщите, я попробую что-нибудь сделать.

– Вот как? – отец удивленно поднял брови и тут же насторожился. – Что?

– Поговорим с глазу на глаз, выйди, где нам мешать не будут, – вздохнув, попросил я, все равно тот должен знать.

Легенду я уже успел обдумать, доработал, создал объем с мелкими деталями для достоверности, и вот та готова для озвучивания.

– Хорошо.

Картинка на экране планшета стала покачиваться, отец направился на улицу, а я терпеливо ожидал. Многие знакомые, пока мы с отцом общались, заглядывали через его плечо и приветствовали меня, некоторым приходилось поднимать обрубок руки, чтобы те видели мое увечье. Да и кивал постоянно, здороваясь. Не сильно напряжно, но отвлекает.

Наконец отец нашел свободное от сельчан место, у торговых рядов, где я не так давно ремонтировал ховер торговца, там нас не будут отвлекать, и, сообщив, что можно донести инфу, стал внимательно слушать, что я ему выкладывал. Врал на голубом глазу, но что поделаешь, мне требовалось выиграть время.

– В общем, когда я сбежал из рабства, через несколько дней меня перехватили в степи бродячие торговцы на машинах. Снова ошейник раба надели и отправили в кузов, где было несколько рабов, среди них один зург. Он недавно прибыл на Зорию и вот в такую неприятность попал. Мы смогли бежать, тот в пустыне как дите малое, я помог ему выжить, и мы дошли до космопорта нура Билонски.

– Это где Гнезды? – уточнил отец.

Вопрос был в тему, у семейства Билонски было два космопорта. Площадка у городка, которой и назывался Гнезды, отец туда часто ездил продавать добычу и закупить что нужно. Но там чуть больше трех сотен малых судов. И второй крупный космопорт, где как раз работал старик Краф, и где я в прошлой жизни угонял и ремонтировал технику. В этой жизни тоже поработал у большого космопорта, угнав грузовик да бот.

– Нет, у их главных владений. Там зург угнал у нура Билонски ховер, а потом и бот. Более того, за помощь в побеге обещал выучить меня некоторым специальностям. Он универсал, но не это главное, он медик, капсулами умеет управлять. В общем, мы перебрались на другой континент, тут есть еще один космопорт, и будем искать госпитальное судно, где есть реаниматор. Нур зург обещал полностью восстановить меня и обучить. Безвозмездно. Учеба займет примерно год.

– Это слишком мало, – насторожился отец, который прекрасно знал сроки обучения у зургов, особо подобная информация не утаивалась, поэтому была общеизвестной.

– Это так, – согласился я. – Но у нура зурга на орбите свой корабль, и на его борту есть оборудование обучения гипнопрограммами. Правда, там всего четыре специальности, но он обучит меня всем. На каждую по три месяца – загрузка знаний в мозг и потом практика для усвоения, иначе растеряются знания. Он этим давно занимается, опыт большой накопил. Я, конечно, мал, но он уверил, что сможет обучить. Осталось только узнать, способен ли я к принятию знаний гипнообучением, не все могут этим похвастаться. Я бы даже сказал, единицы, остальные природой не способны принять эту информацию.

– Ясно. А что за специальности?

– Пилот маломерных судов, включая космические аппараты вроде ботов и челноков. Медик – я смогу использовать капсулы. И два техника – один по бытовым приборам, второй по ремонту малых судов.

– А почему ты не называешь его имени, и почему я его не вижу?

– Он у кабины стоит, ждет, когда мы поговорим. А известности он не хочет, говорит, выполнит обещание и улетит. Человек слова… Да, он велел передать, что где-то на две недели меня не будет на связи, в реаниматоре буду лежать, руку отращивать, имейте это в виду. Про себя вроде все рассказал, как у вас?

Угон бота и ховера я технично слил на этого неизвестного зурга, чтобы до меня не дошла месть нура Билонски, да и кто поверит, что ребенок мог это совершить, так что легенда, на мой взгляд, вполне жизнеспособная.

Отец, после того как я дозированно выдал необходимую информацию, сообщил новости по Дубровке. В принципе решение отца через мать поднять других охотников оказалось правильным. Гнат, которого так и не догнали, был перехвачен на опушке. К тому моменту все семейство уже было взято и связано, кроме самого старосты, получившего заряд дроби в спину. Чуть позже и отец прибыл со своей ватажкой, и сейчас решалась судьба всех родственников погибшего старосты. Не все были замараны в его грязных делишках, но знали о них точно все.

Долго общаться нам не дали, отца позвали, но основное, что немаловажно, тот сообщил. Кстати, у отца был день, солнце светило, а у меня ночь, что подтверждало мою информацию о нахождении на другом континенте. Прервав связь с отцом, я набрал маму, та ответила быстро, видимо ждала, судя по всем, кто собрался за ее спиной, и Лидия и бабушка находились у нас дома. На руках мама держала мою младшую сестренку Лизу. Та нашему общению не радовалась, спала, сопя своим маленьким носиком.

После того как я вывалил свои новости – все то же самое, что и отцу, – мама очень сильно радовалась возможности моего восстановления, да и другие не скрывали облегчения. Я посоветовал не беспокоиться обо мне, мол, постараюсь выходить на связь почаще, если будет такая возможность. После чего разъединился – все, что надо, я сказал, успокоил своих, так что я тоже был доволен. Да и качество связи не могло не радовать – ни сбоев, ни помех.

Положив планшет рядом, я запустил двигатель ховера – антенну можно было не убирать, все же не по лесу поеду – и, стронув грузовик с места, набрал скорость и направил его к местному космопорту. Я тут в прошлой жизни также бывал, он находился не так далеко от побережья, и помнится, я тут нашел спасательный бот и два госпитальных судна, на борту которых были медкапсулы кибердокторов. Сейчас мне подойдет даже спасательное судно с реаниматором, в принципе на госпитальных такие тоже были. Надо подумать, на госпитальных судах оборудование на два поколения выше, чем на спасательных, относившихся к гражданскому флоту, в отличие от первых, которые приписаны к действующему флоту. А те всегда снабжались лучшим оборудованием.

Разница в поколениях, конечно, была велика, но мне требовалось спасательное судно еще по той причине, что по бортам у того были манипуляторы, внутри ремонтный и технические комплексы. Все же это универсальное судно, созданное для спасения людей, терпящих бедствие, оно и медицинские услуги окажет, и ремонтные, если потребуется. А мне требуется. Старсейвер, что находился в системе, мне, конечно же, нужен, даже очень, и я в ближайшее время собирался прибрать его к рукам, но это была титаническая работа, которую я делал, имея на тот момент рабочую нейросеть и выученные базы. Последние с переносом у меня сохранились, но нейросети не было, требовалось работать в ручном режиме, что заметно увеличивало сроки работ – чуть не в три раза. Ставить сеть и запускать ее не хотелось, я как сертифицированный в прошлом врач сам себе не рекомендую этого делать, да не просто не рекомендую, опасно это, очень опасно. Значит, табу до тринадцати лет. Нет, ставить спавшую нейросеть Древних можно до ее автоматического пробуждения, но не работать с ней в таком нежном возрасте. Я просто мозги сожгу, как ни берегись, а этого очень не хотелось. Одним словом, возраст не тот, значит, нужно подумать о команде. О своей личной команде, гвардии, так сказать. Вот только дешифраторы им в руки давать нельзя категорически. Обжегся один раз, мне этого хватило.

Пока машина, переваливаясь на плохо видных при ближнем свете кочках и ямках, двигалась в сторону космопорта – немного осталось, через час на месте буду, – я размышлял о кандидатах в свою гвардию. Первым была Керри. Девушке сейчас двадцать лет, в этом году, помнится, она потеряла всю свою семью, или это в следующем произойдет? Надо бы предупредить, чтобы те с огнем были осторожнее. Так вот в роли офицера гвардии в моей личной эскадре Керри вполне реализует себя, да и я в ее верности был уверен. Тем более у нас были неплохие личные отношения. Хорошая девушка. По остальным ничего не скажу, сейчас игрушки, которую я запустил в той жизни в сеть, еще не существовало, и кандидатов из игроков не подберешь, но можно облететь несколько городов и собрать бездомных ребят и девчат, будут моими янычарами. Сейчас их шпыняют, у кого совесть позволяет, а тот, кто проявит к ним доброту, получит ответную благодарность и верность. Я не говорю, что таких бродяг много, некоторых принимают в чужие семьи, но все же есть. Двое таких было даже у нас в Дубровке – дети убитого на лесной дороге торговца. Они успели сбежать, пока отец прикрывал их. Три года у нас живут, их к себе наш хромой сельчанин взял, что бар держит, помогают ему там. Сироты, больше родственников нет, куда им еще идти?

Вот об этом всем я и размышлял. Ах да, забыл упомянуть, что когда восстановлюсь, планирую вылететь на спасательном боте, переведенном на ручной режим пилотирования, в соседнюю систему, где висел до сих пор не обнаруженный и, главное, не разобранный по винтику, совершенно целый новейший и даже экспериментальный линкор Содружества модели «Удар», класса артиллерийский монитор. Он на момент нападения пауков еще не пошел в серию и проходил ходовые испытания. Вон, его даже сунули в патрульное расписание, на что был кадровый и корабельный голод, когда флоты ушли к архам. Да, он был цел, попав под разряд н-пушки архов, но был один момент: у линкора было восемнадцать шахт только корабельных искинов, не считая других на летной палубе или в медсекции. Все они были био и все мертвы. На борту артиллерийского линкора было восемь новейших дешифраторов, причем если к семи я коды доступа не помнил, то того первого, который взломал в прошлой жизни с помощью «Тени», почему-то помню, и очень хорошо, не придется его ломать, это сэкономит время, и после запуска можно сразу использовать. По ходу дела разберемся. Так что к линкору лететь можно, однако перед этим нужно набрать искинов. В прошлый раз это было сложно, на танкере нашел шесть штук, а на планете их не осталось, обобрал, и все на старсейвер отправил, с ним и нордцами вообще темная и непонятная мне история приключилась, поэтому старсейвер я оставил на потом. А сейчас мне нужен был именно экспериментальный артиллерийский линкор модели «Удар». Вот такие дала.

К этому моменту я как раз добрался до границы космопорта и перевалил через поросшие травой бугры, бывшие в прошлом оградой, и нырнул в хитросплетения улиц и стоянок разных судов. Где примерно находится нужное мне спасательное судно, я знал. Кстати, надо будет осмотреть знакомые суда. Тут в трюме одного бота новенький танк с плазменной пушкой стоит, для этого времени очень серьезное оружие, даже слишком серьезное.

Ночью заблудиться в этом лабиринте как нечего делать, так что я остановил машину под кормой одного из ботов, заглушил хорошо поработавший двигатель, поел паек и, сбегав в кустики, что рядом росли, вернулся в кабину, забрался на спальное место и на удивление быстро уснул. Волнение все же было, очень уж хотелось восстановиться, и чем ближе я был к медкапсулам, тем сильнее меня трясло от ожидания и предвкушения. Но я слишком устал, чтобы постоянно переживать, это и поспособствовало быстрому отходу ко сну.

Утром меня поднял будильник, причем я настроил планшет по местному времени, поэтому проспал всего пять часов, однако энтузиазма у меня были полные штаны, так что приведя себя в порядок и поев, я запустил двигатель и двинул дальше. Выехал на более широкую улицу, так называемую центральную, их тут хватало, что пересекали территорию наземного космопорта, свернул на другую улицу, поехал по ней, выискивая знакомый силуэт спасательного бота. В общем, двадцать минут езды от места моей ночевки, и я подогнал грузовик к шлюзовой нужного судна и заглушил двигатель. Все, на месте, что не могло не радовать. С некоторым трудом забрался на крышу, а потом и на пружинящий тент кузова, открыл защитную крышку, под которой была клавиатура и сенсорный экран с щелью приемника карты доступа, подсоединил свой планшет с программами и активировал взлом. Часов восемнадцать будет ломать, тут возможности так легко вскрыть шлюзовую просто не было. Столько времени – это еще не много, могло и до двух суток длиться. Хорошую я программу написал, все же хакер с базами знаний седьмого уровня без малого.

Как только планшет принялся за работу, я сунул его в нишу и прикрыл дверцу, но не закрывал плотно, иначе планшет раздавлю, после чего спустился в кабину и, запершись, прикрыл глаза, чтобы отдохнуть – оставалось только ждать, вот этим делом я и занялся. Недолго просидел, честно говоря. Оставив грузовик на месте, я стал исследовать соседние боты и челноки. Отметил, где стоит бот с танком в трюме, и где имеются другие ценные находки, ну и до госпитального судна прогулялся. Осмотрел его со всех сторон, там мне повезло, наткнулся на кроля и подбил ему лапу камнем. Дальше освежевал его – потребовалось куда больше времени, чем раньше – и отнес тушку к машине, где и развел костерок. Сухих веток вокруг хватало. Обед был, на мой взгляд, роскошен, правда, мясо без соли, но зато прожарил хорошо. Пресно немного, но всяко лучше, чем солдатские пайки, тем более просроченные. Ничего, на орбите в трюме одного из транспортников имеется целая фабрика по производству картриджей для пищевых синтезаторов, офицерских и солдатских пайков. Картриджи на Зории в первое время будут не сильно востребованы, а вот пайки на ура пойдут, тем более новенькие, с которыми не нужно проводить специальные манипуляции.

Писка планшета, сигнализирующего о том, что взлом закончился, я так и не дождался – была глубокая ночь по местному времени, спал и не услышал. Местные моего присутствия так и не заметили, да и как с подобными огромными территориями, заставленными подобной техникой, это возможно! Многие жители Зории, жившие на разных континентах планеты, ставили на парковку свои суда тут или на пяти других площадках, причем насколько я знал из прошлой жизни – в Галанете нашел такую информацию, кто-то выложил документы министерства транспорта, – планировалось начать строить еще два, да вот не успели. Потребность была, жители богатели, передавали по наследству, и таких машин было много, где-то же их надо хранить. Большая часть хранила на парковках в космосе, а некоторые вот тут. Чуть дороже было, но зато под рукой. Не надо челнок-такси нанимать, чтобы добраться до своего бота или челнока, ну или небольшой яхты, последние не у всех были.

Проснувшись, проверил, как планшет сделал свою работу. Я сначала позавтракал, после чего подал кабель от питающего шурфа ховера и запитал шлюзовую, активировав ее открытие. Причем взломан был код именно шлюзовой – в прошлом диверсионный-дроид «Тень» одновременно взломал и искин и шлюзовую, мой планшет так не мог. Сейчас же, пройдя обе створки шлюзовой, открытые нараспашку, в коридор, а оттуда в рубку, я отсоединил небольшой искин от питания и подключил к нему планшет для взлома. Ломать тот будет его дня два, поэтому раз есть свободное время, займемся им. К сожалению, загнать ховер в трюм спасательного бота не представлялось возможным за неимением оного. Сам трюм был, но фактически только одно название. Поэтому, не отключая кабель от шлюзовой, активировал разворачивание трапа и, спустившись, отогнал грузовик под корму. Датчики, обнаружив, что препятствий для разворачивания больше нет, передали это компу шлюзовой, и тот ее развернул. Я же сбегал и отключил кабель, смотал его и убрал в ховер. Потом запер машину, прихватил инструмент и, поднявшись на борт, вручную запустил закрытие шлюзовой. Батареи, что питали шлюзовую, пока реактор не работал, успели немного зарядиться, и им хватило энергии на закрытие, так что я заперся внутри судна. Ховер, конечно, могут угнать, я волновался о нем, все же мое имущество, однако если восстановлюсь, добуду еще, а пока бегом в реакторную.

Запуск реактора занял куда больше времени, в прошлой истории запустить мне его было проще. Тогда, правда, я был старше на шесть лет, и у меня было две руки, но к счастью, сбив дыхание от попыток все же смог проделать эту нужную операцию. После чего тот начал набирать обороты, на полную мощность он выйдет через пару суток, как раз когда искин будет мной взломан. Жаль, что, в отличие от дешифратора, кода я его не знал, не потерял бы времени. По всему судну уже горело аварийное освещение, мощности реактора хватало на его запуск, поэтому я стал бегать по разным помещениям – благо, все переборки бота открывались в ручном режиме – и отключал разнообразное оборудование. К чему на спасательном боте два защитных боевых дроида, не знаю, но они тут были и стояли на зарядке. Пусть и дальше заряжаются, батареи их пусты, но управляющие компы я отключил. Так же и с техническими дроидами и ремонтными, кодов допуска у меня к ним не было, тоже ломать придется, но это когда возьму военный дешифратор на линкоре, для моих программ взлома на планшете это пока непосильная задача. Взломать реально, но неделю ждать взлома каждого компа и искина мне не хотелось.

Закончив со всем этим оборудованием, я стал изучать медицинские боксы. Сразу же зашел в бокс, где стояло четыре реаниматора модели «Спру-двести». Очень неплохие машинки. Потом я прошел в другой бокс и осмотрел капсулу диагноста модели «Спру-Н». Именно это оборудование мне и требовалось. Нужно было привести две капсулы в рабочее состояние, они находились на консервации. Пока я их не трогал, пусть реактор хотя бы на тридцатипроцентную мощность выйдет, чтобы можно было без опаски его схлопывания использовать разнообразное судовое оборудование. Главное, что все, что нужно, имеется, можно было не ходить по боксам, я и так знал, где что находится, но мне это было нужно для душевного спокойствия, мол, капсулы есть, остался последний рывок.

Помогло, успокоился, так что, весело насвистывая, я стал осматривать небольшие медсклады бота, подбирая картриджи для капсул и моего восстановления. Сначала отнес к ним очищающие картриджи, потом уже перенес к реаниматору стопку медкартриджей. Тут вставала одна проблема: загрузки всей партии для моего полного восстановления не хватит, а прерывать восстановление не рекомендовалось, тут может помочь медик, что поменяет нужные картриджи, или медицинский дроид. Медика, конечно же, не было, а вот два дроида были приписаны к оборудованию спасателя. Так что после взлома искина тот будет следить за восстановлением, есть у него такие программы, я поставлю планшет на взлом одного из меддроидов.

До вечера я фактически ничего не делал, устроился на кушетке в небольшом помещении для отдыха персонала. К сожалению, две каюты и кают-компания были законсервированы, но я это учел и прихватил ведро, а также запасы воды и еды. Время тянулось бы очень медленно, но я нашел себе интересное дело. Оснащен бот был отлично, так что, подобрав себе офицерский планшет техника, а также планшет медика для дистанционного управления медоборудованием, я взламывал технический. Медик этого не требовал, пароля у него просто не было. Вот им, написав к вечеру программу, и взламывал планшет техника. Пока тот его ломал, я прошел в боксы и, запустив поочередно реаниматор и диагност, активировал их очистку. Вручную все набрал на сенсорных экранах капсул. Простейшая работа для медиков среднего профессионального образования, а я вообще врач.

За час обе капсулы прошли очистку, так что я в их приемники уставил нужные картриджи. После этого лег в диагност и, набрав ряд команд для профессионального исследования моего тела – не стал делать усредненную диагностику, – лег в капсулу и, когда крышка закрылась, прикрыл глаза. Почти час лежал, пока капсула проводила исследование.

Когда крышка поднялась, я немного неуклюже выбрался наружу и изучил результаты на экране диагноста. М-да, я думал, мое состояние лучше, нужно срочно восстанавливаться. Прикинув, сколько еще будет длиться взлом, я поставил время пробуждения и лег обратно на валики ложа диагноста – посплю пока. Сон искусственный, зато время летит быстро.

Когда я через тридцать часов выбрался наружу, выяснилось, что взлом закончился благополучно. Вернув искину питание, я активировал его запуск и, когда это произошло, ввел код и сразу же по своей привычке сменил его и забил себя как нового владельца, поставив метку, что купил бот законно, чтобы не было проблем с искином. На этом все, меддроида взламывать не пришлось, все коды доступа были в памяти искина, так что, дождавшись, когда тот активируется и проведет проверку всех систем, я хотел было лечь в капсулу, но тут вспомнил о ховере. Тот простоял под кормой благополучно два дня, но это не значит, что он простоит еще две недели, да и созвониться с родными подзабыл на радостях. В общем, искин выгнал наружу оба боевых дроида, те были в порядке и готовы к защите моего имущества, только после этого я, созвонившись с семьей и сообщив, что меня зург укладывает на две недели в капсулу, попрощался с ними на это время. Наблюдая, как крышка реаниматора закрывается, я с улыбкой радости вырубился под действием сонного газа. Ну наконец-то, как же я долго этого ждал!

Когда крышка поднялась, я открыл глаза и сел, рассматривая обе руки. Полное восстановление заняло семнадцать дней. У меня теперь не осталось ни шрама, даже ожога, полученного на крыше дома старика Крафа, теперь не было, все убрал. И клеймо раба исчезло навсегда. Издав боевой клич индейцев Северной Америки, я покинул капсулу и, выслушав доклад искина, изучил историю своего лечения, после чего побежал в соседний бокс, где была готова капсула диагноста. Все же это оборудование куда круче, чем реаниматор.

Пока капсула диагноста делала свою работу, я был в сознании, анализировал доклад искина. Местные все же появляются в округе, дроиды засекли движение, но так как к нам никто не сворачивал, ни мы никого не обнаружили, ни нас, так что эти две недели восстановления показали, что спасбот стоит на глубоких задворках. Не удивлюсь, что тут годами никого не бывает. Так как я восстановился, бот готов к полету, но бросать ховер не стоит, однако и время терять не хочется. Я вон какую лапшу на уши семье навешал, фактически выиграв время на свои дела. Чуть меньше года были мне даны, потом придется возвращаться в семью. Это сейчас у меня железобетонный мотив учиться, а вот потом вернусь, да и сам хочу этого, все же самые близкие для меня на всей планете. Да что планете, во всех системах.

Связавшись первым делом с семьей, переждал бурю восторгов Лидии, потом пришлось долго крутиться перед камерой под придирчивыми взглядами мамы и бабушки. Судя по их довольным восклицаниям, мое полное восстановление произвело на них немалое впечатление. Особенно отец порадовался, когда я сказал ему, что бот вместе с капсулами остается мне, то есть нашей семье, и после окончания обучения я перегоню его к нам в деревню, мол, площадку готовьте. Лес подступал вплотную к домам, так что где совершить посадку, нужно поискать. Или на ближайшую поляну, или вырубать в определенном месте. Не думаю, что ценное оборудование поместят далеко, так что скоро с одной стороны Дубровки будет изрядная проплешина. Еще уточнил, что мы скоро поднимемся на орбиту, где мне предстоит учиться. Кстати, проверку на обучение гипнооборудованием я уже прошел благополучно. Это искренне обрадовало всех. Даже как-то неловко было.

Выдав свои новости, отцу намекнул, что мы вскрыли соседний бот и нашли там танк. Эта новость отца изумила и заставила задуматься. Еще добавил, что в трюме соседнего судна нашли фермерское оборудование со всем оснащением. Когда отец спросил, кто же этим будет управлять, я ответил, что поиск нейросети и установку беру на себя, базы знаний идут в комплекте с фермой, так что есть возможность развернуться. Потом я стал узнавать новости из Дубровки, а новости были, и изрядные. Например, мой отец был избран новым старостой, уже неделю как верховодил, завязав с охотой, старосты этим не занимаются. М-да, ошарашили, не ожидал я подобного. На мой вопрос насчет родственников бывшего старосты тот несколько замялся, но все же ответил. Часть из тех, кто замазался в продажах односельчан, казнили, остальных продали в рабство. Все средства пошли семьям, пострадавшим от действий бывшего старосты. Все их имущество также было честно поделено.

Мама с Лидией, перебивая друг друга, подробно рассказали, как на сходе старшие охотники решали, кто будет старостой, и после довольно долгого голосования с заметным перевесом голосов был избран мой отец. Потом они еще описывали новости, а когда все изложили, коротко попрощались, договорившись связаться через четыре дня. Причину такого большого срока объяснил просто, мол, я буду проходить первое обучение гипнопрограммой. Да, кстати, перед отключением отец снова вернулся к нашему общению, он куда-то отходил, и сообщил, каким торговцам были проданы два года назад две наших малых сельчанки. Я пообещал придумать, как их вытащить, или узнать, куда они делись дальше. Сельчане через других торговцев тоже запустили поиск, за вознаграждение, естественно, но я, думаю, справлюсь с этим быстрее.

На складах бота я нашел как медицинские, так и технические комбезы из запасов экипажа, а также запасы для спасения людей, в случае если требуется снять их с корабля, а средств защиты у них нет, так что разнообразие комбезов и скафов поражало. Целый склад этими баулами был забит. Небольшой склад, на сто комбезов и скафов, но все же. Главное, что там были и мои размеры – да-да, спецодежда для космоса для детей. Очень большая редкость. Именно с этого склада чуть позже мы одевали Милу и Лизу во время полета к Декану. С учетом того что моя единственная одежда – рваные штаны – за все это время превратились фактически в набедренную повязку, менять гардероб стало пора еще вчера. Вот и сейчас, прихватив планшет, я добежал до склада – искин открывал створки передо мной – и отобрал себе комбез по размеру, он был серебристым, однако имел все положенный функции. Вскрыв упаковку баула и достав один комплект, я поставил на зарядку батареи, после чего направился к тому судну, в трюме которого стоял танк. На ховере добрался быстро. Там поставил грузовик под шлюзовой, подключил планшет на взлом и уже пешком вернулся обратно, радуясь на ходу жизни и тому, что у меня снова две руки. Один из дроидов остался охранять ховер, дальности дистанционного управления для искина спасателя хватало.

Батареи для комбеза к этому моменту вполне зарядились, так что, натянув немного мешковатую ткань, дождался, когда обувь подгонится по ноге и срастется с одеждой. Поприседал и подвигал руками, чтобы комбез сам сел нормально. Искин уже начал расконсервацию кают, до этого они мне были не нужны, поэтому, взяв на себя управление одним из дроидов и прихватив две десятилитровые канистры с водой, что стояли в шлюзовой, отнес их к горловине заправки. Там дроид по очереди перелил воду в систему. Это чтобы можно было по минимуму запустить систему жизнеобеспечения. Работы на спасателе было много, первым делом занялся закачкой воздуха из атмосферы. В запасе судна было несколько десятков баллонов для хранения сжиженного воздуха, так что его туда закачивали до предела, специальное оборудование на борту имелось, искин им управлял. Еще нужна вода, но прежде чем лететь к линкору, я не только искины поищу, но и сделаю запасы воды, емкости у бота были чуть больше, чем у обычных грузовиков, однако стоит поискать дополнительные резервуары, те же малые контейнеры вполне подойдут.

Вот этими всеми делами я и занимался, а когда наступил полночь, пришло сообщение на мой технический планшет, что я носил на креплении на поясе, о том, что шлюзовая нужного грузовика взломана, и я сразу отправился на соседнюю улицу. Дошел за десять минут, поднялся в шлюзовую, все же пользование двумя руками куда как облегчает работу, открыл бот, отключил искин в рубке. Потом запустил реактор, дождавшись, когда энергии будет достаточно, активировал открытие аппарели. Дальше просто: загнал грузовик в трюм, места ему хватило, я закрыл бот и вернулся на спасатель. Через несколько часов согласно заложенной программе реактор грузовика будет заглушен и бот обесточен, так что придется ему дожидаться повторного моего появления, главное, тот заперт, и до моего имущества никто не доберется. Ну, а я, подняв спасатель в воздух, на бреющем полетел в сторону довольно крупного и облагороженного городка под названием Флиста. Достаточно известный городок, а известен тем, что тут производят разную кухонную утварь, он сохранился в первозданном виде со времен удара архов, вот только у меня о нем самые неприятные воспоминания. Еще бы, такие пытки не всякий взрослый выдержит. В двухстах километрах от Флисты было поселение, где жили родители Керри, я надеялся застать ее там, ну и саму Флисту навещу. Мне нужны два искина марки А-80, и у торговца Либбе – надо же, помню! – они имелись. Причем тот считал их неликвидом, так что есть шанс прикупить их задешево.

Боевой дроид вернулся на спасатель вместе со мной и встал на зарядку. Сам полет особых проблем мне не доставил, однако я догнал световой день, поэтому, достигнув соседнего континента, совершил посадку у озера, и пока дроиды заполняли пустые баки чистой водой, направился спать, одна из кают была готова к проживанию. В принципе обе готовы. Они были четырехместными, но мне требовалась одна койка. Тут же я принял душ перед сном, после чего придавил массу.

Через пять часов меня поднял искин, ночь нас догнала и далеко ушла вперед, так что во Флисте наступил глубокий вечер. Поев – пищевой синтезатор на борту исправно работал, – я взлетел и направил судно к нужному городку. Кстати, именно искатели этого города нашли фабрику по производству нейросетей. Более того, когда мне попался старший клана работорговцев на Зории, я забрал у него наручный искин с информацией, и узнал всю информацию по нахождению фабрики: где, когда и как. Так вот, до момента нахождения этой фабрики осталось два года. Хотелось бы самому ее найти и достать, перепрятав. Да вон хоть на борт старсейвера, уж он-то точно защитит мое имущество.

Это так, планы, по начальному этапу стоит скорее реализовать, а в планах активировать, то есть запустить оба боевых сверхмощных корабля и чуть позже перегнать их к Декону. Там минные поля и боевая станция. Думаю, именно минные поля и отпугивают современных искателей, поэтому там никого до сих пор и не было. А тут, запустив всю оборону, искины сами справятся, можно спокойно вернуться на Зорию в семью и спокойно жить, дожидаясь совершеннолетия. Кстати, на обратном пути нужно к тайнику слетать с артефактами Древних. Я не скажу со всей уверенностью, что они там, вполне возможно, в прошлом я не бывал и закладку не делал, пока не слетаю, точно не узнаю. А если закладка все же есть, то в капсуле Зтов поставить себе сеть диверсанта, с имплантами обязательно. Дальше та сама активируется со временем. Это так, общие планы без подробностей. На Деконе можно сделать мою резиденцию, так сказать, мое родовое гнездо, но Зория меня привлекала не меньше, вот только чтобы ее обезопасить, нужно приложить куда больше сил, чем для восстановления обороны Декона. Так что восстановлю ее, спрячу там все ценное, что могу добыть тут, фабрику по производству нейросетей так точно, о ней кроме меня никто не будет знать, ну а дальше можно спокойно развиваться и развивать других.

Летел я не сказать что быстро, а над рекой, что была по пути, так совсем сбросил скорость, с интересом разглядывая стоянки водных торговцев. Не повезло, до самой Флисты знакомое суденышко того урода, которому меня продал бывший староста Дубровки, так и не встретилось. Очень уж хотелось поквитаться. Как искать Керри, я не знал, поиск в сети ничего не дал, видимо она там не регистрировалась, так что оставался поиск только по следам. Как говорится, язык до Флисты доведет. Когда показалось нужное поселение, что раскинулось на берегу реки, я отлетел чуть в сторону и совершил посадку в степи, чтобы не мозолить своим ботом глаза аборигенам. Думаю, свист движков моего судна они слышали, но так как я ушел в сторону и совершил посадку подальше от них, заставит их думать, что я улетел.

Прихватил одного технического дроида – он у меня за транспортное средство был. Восьминогий дроид легко нес меня на своей спине под охраной боевиков к поселению. Там, обнаружив в стороне молодую парочку, с помощью планшета облучил их ошеломителем. Девку в сторону, а парня допросил под медикаментами, то бишь сывороткой правды. Сделал я коктейль в медбоксе бота. Тот легко отвечал на мои вопросы. Между прочим тоже дистанционные, я находился в двухстах метрах от парочки и общался с ним через динамики и микрофон боевика, они у того имелись. Оказалось, родители Керри погибли три месяца назад, да не они одни, половина поселения сгорела. Значит, не показался пустырь с севера поселка. Не успел, получается.

Керри тут была, прибыла с последним торговым конвоем, а отбыла вчера с водными торговцами вниз по реке. Выяснив внешний вид судна, на котором отбыла Керри – вроде было такое, стояло на стоянке у острова посредине реки, – я дополнительным коктейлем стер память парня на полсуток назад, девка и так ничего не вспомнит, и, вернувшись на бот, полетел обратно. Ну, точно, у острова стоит судно, полностью подходящее под описание, данное тем парнем. Причем ситуация не радовала. Близко подлетишь – перебудишь всех шумом двигателей. Сесть на берегу реки – так нет средства доставки на остров. Пришлось действовать с выдумкой. Бот упал сверху на остров, зависнув в пятидесяти метрах над суденышком. Почти сразу один из дроидов излучателем через открытую шлюзовую облучил всех, кто был на острове, после этого я посадил бот на мелководье у острова так, чтобы шлюзовая возвышалась над берегом, часть бота ушла под воду. Выпустив трап, спустился на берег. Керри я нашел быстро, та вообще спала в каюте на борту судна, то-то не обнаружил ее на берегу. Пройдя в каюту, я включил фонарик, подвесив его под потолком, и когда девушка дернулась, просыпаясь, показал ей небольшой игольник, что держал в руке. Вытащил его из-под подушки – не припомню, чтобы раньше он был у девушки.

– Это ищешь?

– Ты кто? – оглядела та меня своими большущими и красивыми глазами.

– Принц, – серьезно ответил я. – Будущий император возрождающейся империи, которая в будущем превратится в Содружество. Пора выбираться из средневековья, куда мы сами себя загнали. Хочу уговорить тебя вступить в мою личную гвардию. Убеждать сейчас не буду, дам время подумать, но у тебя не больше двух месяцев. Сразу скажу, мне нужен пилот большегрузных кораблей, и у тебя есть все шансы им стать. Будешь старшим офицером в моей гвардии в моей личной боевой эскадре. У тебя будет нейросеть и все остальное, что положено по службе. Это все, думай. Вот это технический планшет, ты сама неплохой техник, разберешься, я забил в него свои контакты. Пароль для активации – твое имя. Когда надумаешь, свяжешься, если нет… Что ж, считай его простым подарком. А теперь спи.

Сработал ошеломитель дроида за моей спиной, он за дверью находился, и Керри, что, привстав на локте, с недоумением слушала меня, снова повалилась на кровать, погрузившись в глубокий сон. Одеяло сползло и обнажило ее роскошную упругую и даже на взгляд бархатную грудь с розовыми лепестками сосков. Накрыв ее одеялом, я оставил планшет на столике, положив карманный игольник сверху, и вышел наружу. Дроид стрелял узконаправленным лучом, так что я не боялся, что тот меня зацепит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.