Амелия Ламберте
Дети подземелий

Глава 1. Решение

Замок Картак. Давно заброшенный и всеми забытый. Но иногда над ним можно услышать леденящий душу то ли крик, то ли вой. Он разносится далеко по округе и сотрясает стены замка, словно напоминая, что когда-то там теплилась жизнь.

Я отпил из железной кружки воды и поморщился. Гиблое место, как же… Если бы не слухи, пущенные наследницей замка, и не дракон, отпугивающий своим ревом нежелательных визитеров, и не леший, заболотивший всю местность, то был бы вполне обычный заброшенный замок.

Мы находились в нем уже несколько дней. Странная компания. Дракон, вампир, беглый преступник в моем лице и король с принцессой. Последняя хотя бы на ноги встала. Виной тому была полученная рана, которая даже под исцеляющими зельями заживала очень медленно.

Запертые в замке, мы оказались отрезаны от артенийских новостей. Даже представить не могли, что там творится после свержения короля. Мысли о происходящем были одна хуже другой.

Я старался об этом не думать и отвлекался насущными делами. Помогал Лимирей со сбором трав и ухаживал за растениями в ее пышном саду под руководством маленького духа земли, готовил и даже прибрал пару пригодных для жилья комнат.

Лимирей была нашей добытчицей. Лишь однажды она сделала вылазку в лес, но пойманной дичи хватило бы на пару недель сытой жизни.

Телириен сторонился Ричарда и Аннабель. Он даже перебрался в самую дальнюю часть замка, освободив облюбованный зал для приемов. Даже с Лимирей и со мной практически перестал общаться. Странно говорить, но порой мне не хватало его ворчливых нравоучений.

Лимирей так и не заговорила. Хотела и не могла. Каждый раз, когда она пыталась произнести хоть слово, ее взгляд стекленел, а разум обращался к кошмарам прошлого. Когда она возвращалась в реальность, то выглядела совершенно разбитой. Лим не сторонилась Ричарда и Аннабель, но и не делала попыток сблизиться с ними. Помнила, как неласково они восприняли правду о том, кем она была. У людей не было причин любить вампиров и драконов. Так исторически сложилось. Я даже не знаю, что должно произойти, чтобы затянулась пропасть между расами, разросшаяся за тысячелетие.

И тем не менее, мы все были здесь, задаваясь одним вопросом: что делать дальше. Без короля Артения могла развалиться на куски, но просто так вернуться и заявить о себе Ричард тоже не мог. Неизвестно, сколько у него осталось сторонников и как далеко запустили свои щупальца во внутренние структуры лесные эльфы. Нередко меня посещало чувство, что в Артении вот-вот настанут темные времена.

Двери главного зала распахнулись. Я вздрогнул и вынырнул из мрачных мыслей. Я вопросительно взглянул на Телириена.

– Они в саду, – ответил дракон на невысказанный вопрос. – Скоро придут.

Он прошел к своему излюбленному креслу в углу зала. Оно, может, и не сохранило следы былого величия, но все еще было мягким и удобным.

Вчера вечером мы каким-то чудом не разорвали друг другу глотки, выясняя отношения. Спасибо Телириену, что вовремя вмешался. Мы изнывали от безысходности и отсутствия новостей. Мирная беседа о дальнейших шагах переросла в спор и едва не дошла до рукоприкладства. Разговор был отложен до сегодняшнего дня, ибо вчера нам всем нужно было остыть.

Аннабель первой пошла на мировую. Не знаю, о чем они разговаривали с Лимирей, но практически весь день сегодня девушки провели вместе. Появились только во время обеда и снова ушли.

Я только кивнул, принимая к сведению. За окнами уже сгущалась тьма. Наверняка девушки скоро вернутся.

Словно в подтверждение мыслей, дверь в зал распахнулась и вошли Аннабель и Лимирей. Обе держали в руках по корзинке: Лим с фруктами, принцесса с травами. Взглянув на Аннабель, Лимирей поставила свою на стол и забрала у нее ношу, отправившись наверх. Принцесса с досадой взглянула ей вслед и сняла верхнюю одежду, устроившись за столом. Ждать Лимирей нам долго не пришлось. Она спустилась с несколькими листами и пером.

– Телириен, долго будешь духом огня в камине любоваться? – не глядя на дракона, спросил я.

Он что-то пробурчал себе под нос, но с кресла поднялся и занял место между Лимирей и королем. Вид у дракона был угрюмый и сонный.

– Для начала неплохо было бы узнать, что происходит в Артении. Может, в Северном городе мы и не получим всей информации, но слухами земля полнится, – заметил Ричард. – А затем я бы попробовал собрать сторонников. Не могли же заговорщики уничтожить всех.

Я медленно обвел взглядом остальных. Лимирей принялась писать на листке бумаги. Аннабель встревоженно взглянула на отца, а Телириен медленно заговорил:

– В этом есть смысл, но напоминаю, что ваши враги действовали по всем фронтам. Ваших людей они выжали из всех структур за каких-то три недели, а потом подорвали вашу власть в Артении окончательно. Ваши враги наверняка располагают полной информацией о вас лично. Им известно, кто вам спас жизнь и где вы можете скрываться. Странно, что они до сих пор еще не попытались сюда попасть.

Я согласно кивнул. Если мы все лишимся голов, спасать Артению от лесных эльфов будет некому.

Лимирей положила в центр стола исписанный лист. Я подтянул его к себе и быстро пробежался глазами по тексту.

«В Северный город слетать смогут либо Ричард, либо Аннабель. Мне, Дэниэлу и Телириену нельзя показываться – мы в розыске. И еще было бы неплохо купить теплые вещи – моих на всех не хватит. И вы уверены, что искать сторонников хорошая идея после всего, что случилось? Не проще действовать самим?».

Я мрачно усмехнулся и протянул записку королевским особам. Они прочитали текст и задумчиво переглянулись между собой.

– Пап, не сочти меня предательницей, но я с Лимирей согласна, – осторожно произнесла Аннабель. – В столице сейчас невесть что творится. А стоит нам показаться в западной части, весть о том, что мы живы, тут же разлетится по всей Артении. Наверняка заговорщики снова нас попытаются убить. И в этот раз они не допустят оплошностей.

Ричард медленно крутил в руках записку Лимирей. Между бровями залегла глубокая складка.

– Наверняка всех ваших доверенных лиц в столице отправили на эшафот. Да, можете утвердить военное положение на западе, но надолго ли простых людей хватит без магов?

Ричард поморщился и откинулся на спинку кресла, тяжело вздохнув. Маги с недавних пор стали для него больной темой.

– И все-таки я склоняюсь к поиску сторонников, – медленно ответил Ричард. – Что до архимага… он сейчас не в том положении, чтобы ставить условия. Думаю, мы сумеем с ним договориться. Но сначала нужно разведать обстановку. Как долго добираться отсюда до Северного города? – обернулся Ричард к Телириену.

– Пару дней, – прикинул дракон, чуть помедлив с ответом.

– Хорошо, – кивнул Ричард. – Полечу я.

– Пап! – возмутилась Аннабель. Король жестом осадил ее.

– Это не обсуждается. Ты едва встала на ноги. Я не могу и не хочу рисковать тобой. Твоя жизнь ценнее моей, – улыбнулся дочери Ричард.

Аннабель поникла.

– Пообещай, что вернешься, – тихо произнесла она и отвернулась. Я заметил в ее глазах блеснувшие слезы и тактично отвернулся, скрывая удивление. Среди аристократии между родителями и детьми складывались не самые простые отношения. Удивительно, что королевская чета сохранила тепло и любовь в своей семье.

– Я обязательно вернусь, – пообещал Ричард и улыбнулся дочери.

Я искоса взглянул на Лимирей. Она вертела между пальцами перо и отстраненным взглядом вперилась в стену.

– Лим, – негромко позвал я подругу детства.

Она вздрогнула и выронила перо. Затем быстро протерла глаза и улыбнулась, показывая, что все в порядке. Если бы это было так. Глядя на Ричарда и Аннабель, Лимирей наверняка вспоминала своих погибших родителей или Николаса, который их ей заменил.

– Сколько ты планируешь находиться в Северном городе? – Я взглянул на Ричарда. До сих пор было непривычно обращаться к королю без формальностей.

– Думаю, двух дней мне хватит.

– Итого неделя, – подытожил Телириен. – Учитывайте, что полет тоже занимает время.

– Слишком долго, – прошептала Аннабель.

– Заговорщики уже добились своего, – взглянул на дочь Ричард. – Сейчас их главная цель – удержать позиции. И пока они заняты внутренними вопросами, у нас есть время на разведку и сбор союзников.

– Возможно, ты прав, – нехотя согласилась Аннабель.

– Тогда собирайтесь к перелету, – зевнул Телириен. – Буду вас ждать завтра на парапете.

Он поднялся с места и отправился на выход. У самой двери обернулся и произнес:

– И вот еще: когда окажешься в городе, веди себя попроще. Аристократия среди простых жителей слишком сильно выделяется. А это не то, что нам нужно.

– Думаю, с этим мы с Лимирей можем помочь, – усмехнулся я. – Как и с внешней маскировкой.

– Спасибо, – Ричард с благодарностью взглянул на меня.

– Тогда не будем терять время и начнем сборы, – сказала Аннабель и встала из-за стола.

Лимирей взяла лист бумаги и принялась на нем быстро что-то писать. Закончив, протянула его Ричарду. Я бросил на него быстрый взгляд и прочитал следующее:

«Купите, пожалуйста, еще парочку научных трактатов или художественных книг. Драконы питаются знаниями. Без них чахнут и впадают в спячку. Телириену и без того тяжело, он дракон огня. Зима для него – тяжелое время. Немного взбодриться ему не помешает».

Ричард с удивлением взглянул на дверь, за которой скрылся дракон. Таких подробностей о них он не знал, как и Аннабель.

– До Войны Освобождения они были хранителями знаний, – пояснил я. – Собирали информацию с каждого уголка мира, вели записи, вели летопись… Так что информационное голодание у драконов – это нормально, – усмехнулся я.

– Вот как, – удивленно произнесла Аннабель и тряхнула головой. Она явно хотела вернуться к вопросам более насущным. Лимирей поняла ее настроение и принялась что-то писать на листке. Закончив, передала его сначала мне, а затем указала на Аннабель.

«Ричарду потребуется провизия и много теплых вещей – в небе намного холоднее, чем на земле. Я дам пару зелий на непредвиденный случай. Дэн, твой согревающий амулет все еще действует?»

– Вроде должен. Но я не проверял.

Лимирей недовольно поморщилась. Я ее прекрасно понимал: если магического заряда в амулете не осталось, то он становился простым украшением.

– Давайте разделимся, – предложил я. – Так будет быстрее. Я займусь провизией, Лимирей – зельями, а вы соберете теплые вещи.

Ричард с Аннабель переглянулись. Наконец, король кивнул.

– Так будет справедливо, – произнес он. Я одобрительно на него взглянул.

Меня не переставало поражать, что венценосные особы не обращались с нами как с прислугой и не боялись замарать руки простой работой вроде чистки снега перед выходом или уборки комнат.

– И, Лимирей, – окликнул я подругу, – всего пара зелий. Не больше.

Она вспыхнула и залилась румянцем. Я усмехнулся. В ее понимании как алхимика зелий «на всякий случай» много не бывало.

Я поднял взгляд к потолку. Неделя. Еще неделя томительного ожидания, и мы, наконец, решим, что делать дальше.

***

Утро следующего дня выдалось на редкость солнечным. На небе не было ни единого облачка. Телириен, ожидающий нас на парапете, выглядел бодрым. Его расправленные крылья и лежащее рядом снаряжение для перелета говорили о том, что дракон готов взмыть в небо хоть сейчас. Как и всегда, снег вокруг него подтаял.

– Ну что ж, пожелайте нам удачи, – несколько глухо произнес Ричард из-под шарфа, который закрывал ему почти все лицо.

– Удачи, – хором сказали мы с Аннабель. Лимирей кивнула и помогла королю закрепиться на драконе. Как только все было закончено, она отошла далеко в сторону, потянув и нас с Аннабель за собой.

Телириен оттолкнулся от стены и спрыгнул вниз. До нас донесся испуганный крик короля. Я усмехнулся. Прекрасно понимал Ричарда – на своей шкуре испытал, что такое резкий старт на драконе.

Аннабель побледнела и с облегчением выдохнула, увидев, как Телириен плавно поднимается вверх. Мы не уходили со стены, пока дракон и всадник не превратились в крошечную точку и не исчезли из виду.

– Теперь остается только ждать, – пробормотала Аннабель.

На парапете повисло напряженное молчание.

– Кто-нибудь из вас умеет фехтовать? – спросила Аннабель. Мы с Лимирей с недоумением взглянули на принцессу. – Когда я сильно переживаю, тренировки помогают мне отвлечься и успокоиться, – смутившись, пояснила принцесса.

Я качнул головой. Моим оружием до недавнего времени была магия земли, но она начала подводить в последнее время.

– Лимирей умеет, – вспомнил я. – Ну, по крайней мере, она полгода этим делом занималась.

Я почувствовал тычок локтем в бок. Обернулся и увидел в глазах подруги осуждающий вопрос: «Зачем ты это сказал?»

– Лишний боец в такое время не помешает, – заметил я, не отрывая взгляда от Лимирей. – Тебе будет полезно вспомнить навыки и научиться чему-то новому.

– Я боюсь, что физически не справлюсь с вампиром, – осторожно произнесла Аннабель. Я прикусил губу – об этом как-то не подумал. На помощь с ответом пришла сама Лимирей. Она изобразила выпад, а затем показала небольшое расстояние между указательным и большим пальцами.

– Если я правильно понял, то она пытается сказать, что на уроках фехтования тренировалась вполсилы. – Я ненадолго задумался. – Кстати, опыт сражения с превосходящим в силе противником тоже будет полезным. Думаю, вам стоит поучиться друг у друга, – улыбнулся я. – А пока предлагаю немного прогуляться. Давно не видел такой ясной погоды.

Девушки переглянулись и синхронно кивнули. Лимирей первой начала спускаться с парапета по узкой лестнице, то и дело оглядывалась на нас с Аннабель. Я лишь у самых последних ступенек понял, что она внимательно следила за каждым движением принцессы, присматриваясь к тому, как она двигается.

Я не переставал восхищаться Лимирей. Несмотря на суровые законы Артении, причинившие ей столько боли, девушка оставалась человечной, доброй и заботливой. Например, сейчас она пристально наблюдала за Аннабель. Приглядывалась, не даст ли заживающая рана принцессы о себе знать? Не рано ли еще ей так активно двигаться?

Аннабель двигалась уверенно и даже не хромала. Улыбнулась, оглядывая заснеженный внутренний двор, отделенный от сада каменной стеной.

Лимирей поманила нас за собой. Я не сразу понял, что она нас ведет к разрушенной стене, приглашая пройтись по глубоким сугробам за пределами замка. Мы с Аннабель переглянулись. Принцесса кивнула. Похоже, не мне одному надоело сидеть в каменных стенах.

***

Потянулась томительная неделя ожидания. Лимирей и Аннабель последовали моему совету и занялись тренировками по фехтованию. Деревянные мечи девушкам вырастил дух земли, живущий у Лимирей в саду. Принцесса оказалась намного опытнее вампирши. Не раз поверженная подруга не расстраивалась, а просила показать ей тот или иной прием, а затем отрабатывала его.

Лимирей и правда сражалась вполсилы. Лишь однажды увлеклась, едва не сломав Аннабель руку. Потом не знала, как извиниться перед принцессой. Впрочем, та приняла в качестве извинения обезболивающие и лечебные отвары.

На пятый день ожидания Ричарда разразилась снежная буря, да такая, что Лимирей, опасаясь за сохранность своего сада, обратилась к духам воздуха за помощью. Ветра́ они усмирить не могли, но сместили их в другую сторону, а заодно смели снег со стеклянной крыши над садом.

На шестой день мы всей компанией отправились разгребать снег. Я не удержался и извалял обеих девушек в снегу – сил не было смотреть на их угрюмые физиономии. Они в ответ меня закопали в сугробе. Обстановка стала не настолько напряженной. Позже мы отогревались в зале у камина, потягивая травяной сбор.

– Как тебе удалось призвать духа огня? – с интересом спросила Аннабель у Лимирей. – Замковые пытались поселить их в каминах, но каждая попытка заканчивалась пожарами. Потому духов отдавали магам. А твой такой спокойный… и все время спит. Он хоть раз просыпался? – взглянула Аннабель на Лимирей. Та качнула головой и подтянула к себе лист бумаги и перо. Закончив писать ответ, вампирша протянула лист бумаги нам.

«Он появился здесь четыре года назад, в самую лютую зиму. Телириен развел огонь, как обычно, а потом появился он. Мы еще удивились – огненный дух отозвался на дыхание дракона? Ему даже не нужны дрова, чтобы поддерживать тепло и существовать. Но мы все равно подкидываем. Иногда дух ворочается. Часто – в сильные морозы. Но никогда не просыпается. Я ни разу не видела, чтобы он бодрствовал».

– Вот как, – удивленно произнесла Аннабель. – А на твою кровь духи огня отзываются? – с интересом спросила она. Лимирей покачала головой. На этом разговор и закончился.

На седьмой день ожидания короля Аннабель неожиданно попросила Лимирей показать ей замок. Вампиршу такая просьба немного удивила, но возражать она не стала. Да мне и самому было интересно все обойти еще раз – мало ли что-нибудь интересное пропустил.

В первую очередь мы обошли башни и центральную часть замка. Аннабель постоянно осматривалась и не переставала сравнивать замок Картак с королевским. И удивилась тому, что он вмурован в гору и имел даже несколько ходов, уходящих далеко под горы. Ведут ли эти ходы в подземелья, Лимирей затруднялась ответить – далеко в тоннели под замком она не заходила. Одну странную находку мы и вовсе нашли вместе: двустворчатую арочную дверь из черного камня с небольшим углублением в центре.

Аннабель подошла ближе, изумленно коснувшись дверей.

– Невероятно, – выдохнула она. – Точно такие же двери закрывают вход в древние руины. Только те охраняют каменные стражи. Они оживают при любой попытке открыть ворота и убивают нарушителя. И никакая магия на них не действует. Но здесь их нет.

– Может, родители Лимирей их сделали? – задумчиво спросил я. – Они точно должны были знать, как открываются подобные ворота…

Лимирей сердито на меня взглянула.

– Что? Древние руины когда-то принадлежали вампирам. А тут такие же ворота. Я в такие совпадения не верю, – хмыкнул я.

– Значит, вампиры и правда владеют магией крови, – выдохнула Аннабель. – Если даже двадцать пять лет назад или и того меньше сумели сделать подобное…

Лимирей неопределенно повела плечами и отвернулась.

– Ты знаешь, как их открыть? – взволнованно спросила Аннабель Лим. Та качнула головой.

– Пойдемте отсюда. Все равно за ворота мы не попадем.

Лимирей кивнула и первой развернулась в обратную сторону. Мы с Аннабель последовали за ней. Несколько раз я обернулся, гадая, какие тайны скрывали родители Лимирей.

«Может, когда-нибудь мы найдем вампиров и выясним, как они создают подобные механизмы», – подумал я.

На восьмой день ожидания Ричард и Телириен так и не появились. Над замком висели низкие облака, изредка шел снег. Мы посвятили этот день сбору урожая в саду. Позже мы с Аннабель помогали Лимирей варить зелья. Занятие оказалось на редкость увлекательным. К особо ядовитым составляющим алхимик нас не подпускала. Всю работу она проводила над огромной ледяной вытяжкой, созданной духом мороза.

Заснули в тот день мы поздно и беспокойно. Однако на следующий нашим тревогам пришел конец – Телириен и Ричард возникли из облаков неподалеку от замка. Первой их увидела Лимирей. Она на краткий миг подняла взгляд к низким облакам, когда мы разгребали снег. Подруга бросила лопату и поспешила к лестнице, ведущей на парапет. Мы с Аннабель последовали за ней, едва заметив Ричарда и Телириена.

Дракон приземлился во внутреннем дворе. Мы расстегнули летное снаряжение и помогли Ричарду сползти со спины Телириена. Аннабель перехватила отца под руку и повела его в замок отогреваться. Сумки мы с Лимирей взяли на себя.

Когда Телириен оказался освобожден от ноши, то принял человеческий облик. Я заметил, что взгляд его прояснился – дракон уже не выглядел так, будто упадет и уснет на ровном месте.

– Как все прошло? – спросил я Телириена.

– Спокойно. А вот новости тревожные. Вся восточная область охвачена огнем. В Столичном городе царит полный хаос. Центральная часть Артении еще держится, но надолго ли хватит простых людей?

– А Магический город? – с замиранием сердца спросил я. – Неужели маги спустят все это с рук?!

– Он в осаде, – ответил Телириен. – Всех, кто пытается оттуда вырваться, убивают.

– А порталы? – не унимался я. – Маги же ими пользуются для перемещения! Их осаждать – глупая затея.

– То есть ты не знал, что магия природы вносит помехи в магию стихий? – меланхолично осведомился дракон.

Я удивленно моргнул. Таких тонкостей я не знал. Телириен пустился в объяснения.

– Видишь ли, магия природы – это своеобразный пятый элемент. Без всех четырех стихий природа не может существовать, но в то же время она не является ни одним из основных элементов. Растения рождаются и умирают, а на их месте вырастают новые. Этот символ обновления заложен в огне. Вода и воздух питают растения. Земля дает им жизнь. В итоге из-за того, что магия природы – это сочетание всех четырех элементов, в чистую стихийную она вносит помехи. Как раз из-за тех мизерных крох других элементов. Вода, земля и огонь и не позволят вольно разгуляться воздуху. Земля, вода и воздух собьют огонь. Ну и так далее. В общем, маги оказались в ловушке, в которую сами себя загнали. Порталы-то создать они могут, но вот как они работают… повезет, если мага вообще выкинет где-нибудь со сбитыми координатами, а не разорвет напополам при попытке переместиться.

Я содрогнулся от подобных откровений.

– Странно, что в Академии об этом не упоминали, – пробормотал я. – А тебе откуда об этом известно?

– Попался в руки один интересный старый трактат. Лимирей его выкупила в какой-то антикварной лавке. Там даже дата стояла: триста восьмой год от Войны Освобождения, – ответил Телириен.

Я задумался, вспоминая историю Артении.

– Триста восьмой год… Получается, этот трактат был написан сразу после первой войны с лесными эльфами! – осенило меня.

– Именно, – подтвердил Телириен. – А ты не так безнадежен, как я думал, —ухмыльнулся дракон.

Я фыркнул. Да, делать комплименты чешуйчатый умел.

Мы направились в замок. Ричард уже избавился от верхней одежды и отогревался у камина, протягивая руки к незатухающему пламени камина. Дух огня по-прежнему спал.

Я поставил сумку на пол и сел на ближайший стул. Я, Лимирей и Аннабель не сводили с короля пристальных взглядов. Мы жаждали новостей. И, наконец, Ричард заговорил.

– Все еще хуже, чем я себе представлял. Артения охвачена войной на востоке. Армия терпит поражение за поражением без поддержки магов и уникальных зелий. – Король многозначительно взглянул на Лимирей. – Лесные эльфы наступают все глубже и дальше. Стороной обходят только владения оборотней, но, мне кажется, им сейчас до них просто нет дела. Столица захвачена. Там каждый день проводят казни. Магический город в осаде. Порталами оттуда никто выбраться не может. Даже с поддержкой дракона пытаться снять с него осаду – самоубийство. Но хуже всего то, что на востоке эльфы посеяли сомнения. Всем хорошо известно, что мой отец был очень любвеобильным мужчиной, – усмехнулся Ричард. – И его репутация сработала против меня. Теперь почти все уверены, что истинный король давно мертв, а бастард, то есть я, незаконно занял его место. А чтобы скрыть свое преступление, я будто бы обратился к запретной магии крови, чтобы быть внешне похожим на отца.

– Но это ложь! – вскочила на ноги потрясенная Аннабель.

– А теперь попробуй убедить в этом весь народ Артении, – произнес Телириен. Аннабель поникла и села обратно. Руки у нее дрожали, а на глазах выступили слезы.

Я был потрясен не меньше нее. Оправдать слухи было ой как непросто. Их опровержение может занять непростительно много времени, пока Артения разваливается на части.

– Есть быстрый способ убедить всех, что слухи – это всего лишь слухи? – ровным голосом спросила Аннабель.

– Магией крови, – подумав, произнес Телириен и искоса взглянул на Лимирей. – Только с этим есть одна проблема.

Мы угрюмо переглянулись. Магия крови была запрещена среди магов для изучения, а Лимирей не имела о ней никакого представления.

– И что нам теперь делать? – прошептала Аннабель. Она пыталась взять себя в руки, но я видел, как у нее подрагивали пальцы. – За нами никто не пойдет. А у врагов армия, магия и еще невесть что в арсенале. Они… они просто разорвут Артению, – всхлипнула принцесса.

Я взглянул на Лимирей. Она была не менее бледной, чем принцесса. Я тоже не представлял, что делать. Противники ударили по всем фронтам, оставив короля без поддержки и в полном одиночестве.

– Пока я возвращался, я много думал об этом, – устало произнес Ричард. Взгляд его был тусклым. Король пребывал на грани отчаяния. – Но это безумие. Шаг назад.

Мы с Лимирей переглянулись.

– Любое действие лучше, чем отсиживаться в замке. Рано или поздно лесные эльфы доберутся и до замка Картак, – заметил я. Аннабель кивнула.

Помолчав, Ричард продолжил:

– Между Артенией и гномами всегда были неплохие отношения. Они больше были торговые, но попытаться заручиться военной поддержкой можно. Их механизмы вполне способны противостоять лесной магии.

– Пап, они разорвали все отношения с нами после сделки с темными эльфами, – осторожно напомнила Аннабель. Ричард поморщился.

– Если не получится договориться с гномами, проложим путь к темным эльфам, – пожал он плечами.

– А они не откажут? – быстро спросила Аннабель.

– Хотел бы я сказать: «нет», – печально улыбнулся Ричард. – Но больше вариантов у меня нет.

– Значит, наш путь будет лежать в подземелья, – заключил я.

В зале повисла напряженная тишина.

– Подземелья, значит, – задумчиво протянул Телириен. – Тогда вам нужно знать, что там действуют другие правила выживания. Там хищники куда более агрессивные, чем здесь, а оба народа ревностно охраняют свои границы и не любят чужаков.

– Не знаю, – тихо произнесла Аннабель. – Тактика объединить запад Артении мне больше нравится. Мы можем собрать там армию, остатки магов, освободить Магический город и дать бой захватчикам. А когда появится поддержка магов, лесные эльфы уже окажутся бессильны. К тому же, с нами талантливый алхимик и дракон…

Телириен фыркнул.

– Смею напомнить, что стараниями вашей Тайной Канцелярии мы в розыске, – ядовито заметил дракон. – Дадите нам с Лимирей поблажку – и слухам поверят больше, чем вам.

Аннабель поникла. Телириен был прав. Если короля с принцессой народ еще примет, то дракона, вампира и беглого преступника вряд ли.

Лимирей взяла лист бумаги с пером и дрожащей рукой принялась писать. Закончив, протянула лист нам.

«Я за поход в подземелья. Пока внимание лесных эльфов сосредоточено здесь, им некогда будет следить за подземельями. А темные с лесными все время воевали. Может, на почве вечного конфликта они согласятся нам помочь?».

Аннабель тяжело вздохнула и взглянула на нас с Телириеном.

– А вы что скажете? – спросила она.

– Мне все равно, – зевнул дракон.

Аннабель наградила его укоризненным взглядом. Я задумался.

– Не знаю, – наконец, предельно честно сказал я. – Давайте рассуждать логически. Лесные эльфы наверняка будут ждать вашего возвращения и придумают какую-нибудь пакость, чтобы вас убить или дискредитировать. А вот подземелья – это уже не их территория. Гномы вроде их тоже не особо жалуют. Вряд ли у них там есть союзники.

– Значит, решено, – подытожил Ричард. – Отправляемся в подземелья. И чем быстрее, тем лучше.

– Тогда вам потребуется много запасов провизии, – заметил дракон. – Столько, чтобы хватило дойти до первого города гномов. А тебе – много твоего зелья, – взглянул Телириен на Лимирей. Она кивнула.

– На сборы минимум потребуется несколько дней, – заметил я. – Запасы мяса еще остались, но на длительный поход его может не хватить.

Лимирей кивнула, всем видом показывая готовность сходить на охоту.

– Я наберу фруктов, – вызвалась Аннабель. – Теплые вещи у нас есть…

– И еще могут потребоваться зелья самого разного толка, – добавил Ричард. Лимирей снова кивнула.

– Тогда не будем терять времени, – поднялся я с места.

Лимирей поспешила на выход из зала. Я последовал за ней и у самой двери перехватил ее под руку.

– Лим, не бери все на себя. Если мы чем-то может помочь – скажи. С готовкой простых могу справиться и я. Только оставь рецепт и инструкции.

Лимирей благодарно взглянула на меня и улыбнулась. Сердце пропустило удар и забилось сильнее. От ответной улыбки я не удержался. Подруга подхватила меня под руку и потянула за собой наверх. Нам всем предстояло много работы.

Глава 2. Путь к гномам

Через три дня мы оставили замок Картак. Провизии набрали на неделю пути, а если экономить, то и больше. Ричард, Аннабель и Лимирей взяли еще себе и по мечу из того оружия, что нашлось в замке.

Путь до границ гномов должен был занять дня три-четыре, судя по картам. Но половина дороги проходила по болотам, которые входили в окрестности замка. Проводником для нас по опасным тропам стала Лимирей. Она хорошо знала земли вокруг своего замка, да и чувствовала себя в лесу как рыба в воде – сказывалась работа Собирателя.

Пробираясь болотами, мы почти не разговаривали. Все наши силы уходили на то, чтобы выбраться из мягкого пушистого снега, в котором мы увязали по колено. И не ступить на коварную, едва покрытую тонким льдом трясину, скрытую под снегом. Лимирей вела нас вперед, искала места для ночлега и не упускала возможности поохотиться. Не хотела расходовать свой заменитель крови и опустошать сумки с припасами – кто знает, сколько мы проведем времени в подземельях в поисках ближайшего города?

С охоты Лимирей возвращалась усталой, но довольной. Я замечал ее улыбку, по-особенному сияющие глаза и пятна крови на одежде, которые потом она пыталась оттереть снегом и травами.

Наконец, мы миновали окрестности замка. Лес заметно поредел, открывая нашему взору предгорную местность. И практически сразу мне захотелось вернуться обратно в лес – там хотя бы была относительно ровная поверхность. Здесь же предстояло взбираться вверх по склону по сугробам, да еще и на открытой всем ветрам местности. Однако отступать было некуда.

Я осмотрелся. Карту я запомнил хорошо и, если ей верить, то где-то неподалеку должна была находиться гномская застава.

«Интересно, а гномы нас заметили?» – пришла мне в голову мысль. Наверняка с их более высокой точки просматривалось все предгорье.

Ночевать нам пришлось среди снега в долине. Телириен не стал здесь обращаться в огромного ящера, чтобы укрыть нас крыльями, – тоже опасался, что гномы могут заметить. Вместо этого он растопил снег на месте нашей стоянки и довольно долго согревал камень, поддерживая тепло все то время, что мы спали. Полезно все-таки иметь в друзьях огненного дракона.

На следующий день мы вышли к горному плато, укрытому снегом, где, если верить карте, и должна была располагаться гномская застава. Серое небо начало наливаться чернильным цветом, предвещая скорые сумерки. И ни единого намека на гномов. Даже входа в пещеры нигде не было видно.

– Это точно здесь? – неуверенно спросила Аннабель.

– Насколько я помню, сама застава находится где-то в пещерах, – ответил Ричард и улыбнулся. – Будь ты на месте гномов, захотела бы морозить нос лишний раз?

Аннабель сконфузилась и отвернулась.

– Осталось только эту пещеру найти, – пробормотал я.

– Не найти, а дать сигнал гномам, – возразил Ричард. – У моих дипломатов был особый сигнал для них. Они зажигали красные костры.

Я выругался. Для разведения подобного у нас не было никаких материалов. Даже если бы под рукой был лес, то древесина от него не дала бы красного света – только привычный глазу оранжевый оттенок.

Аннабель с надеждой взглянула на Лимирей. Алхимик вопросительно изогнула бровь.

– У тебя нет с собой алхимической соли, которая окрашивает пламя? – спросила принцесса. Лимирей качнула головой.

– Паршиво, – мрачно сказал я. – Без сигнального костра к нам не выйдут.

Лимирей взглянула на дракона, а затем на серое сумеречное небо.

– Ты хочешь, чтобы Телириен осмотрелся сверху? – догадался я. Подруга кивнула.

– В этом есть смысл, – медленно произнес Ричард.

– Вы хотите, чтобы я изменился практически на глазах у гномов? – изогнул бровь дракон.

– Вон там расщелина, – указала Аннабель между скал. Я присмотрелся и заметил, что там две скалы неровно примыкают друг к другу.

– Даже если Телириен найдет заставу гномов, сегодня мы к ней все равно не пойдем, – тихо сказал я. Аннабель хмыкнула и первой двинулась к замеченной расщелине. Мы последовали за ней.

Между скалами и правда оказался узкий проход. Более того, между собой они не соединялись – верхние уступы создавали иллюзию единой громадины. Внизу узкого ущелья клубился туман.

«Идеальное место, чтобы спрятать труп», – подумал я. И сразу же дал себе мысленную пощечину. Издержки полицейской профессии, чтоб ее…

– Да, неплохое место для трансформации, – хмыкнул Телириен. Он развернулся и сделал несколько шагов назад. Мы проводили его удивленным взглядом.

– Ты что, прыгать собираешься?! – опешила Аннабель.

– Вспышки будет не видно, – невозмутимо пояснил дракон. – А теперь отойдите.

Я нервно сглотнул. Оставалось надеяться, что ущелье достаточно глубокое, и Телириен успеет сменить облик, не напоровшись на скалы.

Дракон взял разбег. Волосы, собранные в низкий хвост, развевались на встречном ветру, подобно флагу. Телириен не затормозил. Он прыгнул вниз, прижав к груди ноги, как будто прыгал не в пропасть, а в воду.

Лимирей осторожно подошла к краю расщелины и взглянула вниз. Я подхватил ее под локоть и потянул назад. А если поскользнется?! Телириен своим теплом неплохо растопил снег, и он быстро схватывался в лед на морозе. Внизу что-то полыхнуло. Мы с Лимирей облегченно выдохнули – Телириен все-таки трансформировался. Я взглянул на подругу. Она счастливо улыбалась. Я заправил прядь черных волос ей за ухо. Нас обдало порывом ветра, и мы взглянули на взлетающего дракона. Он отлетел достаточно далеко от нас и скрылся за горным массивом.

– Пап, – окликнула Аннабель короля, – может, нам стоит пересмотреть законы в отношении драконов и вампиров? Тысяча лет все-таки прошла. Лимирей и Телириен вполне могли оставить нас умирать в замке…

– Если выживем и сумеем отстоять Артению, я подумаю над этим вопросом, – улыбнулся Ричард и взглянул на Лимирей и меня. – Вы могли не сопровождать нас и все-таки отправляетесь в подземелья.

Лимирей уперла руки в бока и сердито сдвинула брови. Она всем своим видом говорила, что нисколько не жалеет о своем решении. Я был с ней согласен. Нам отступать было некуда. Волей случая мы впутались в расследование, которое привело нас к заговору против короля, и теперь нам тоже было некуда идти. А так хотя бы Ричарду и Аннабель поможем.

– Нам нужно место для ночлега, – произнес я. – Телириен сам нас найдет.

– Тогда предлагаю вернуться к плато, а оттуда разойтись. Так мы потратим меньше времени на поиски укрытия, – произнесла Аннабель.

Мы с Лимирей переглянулись. Она кивнула, разделяя мнение принцессы.

– Тогда вернусь к расщелине. Обойду ее, может, найду какое-нибудь укромное местечко с внешней стороны скал, – произнес я.

– Хорошо. А мы пойдем в другую сторону.

Я перехватил встревоженный взгляд Лимирей и улыбнулся ей. Она отвела взгляд и удалилась вместе с Аннабель выше в горы. Я даже не успел обойти скалу, как услышал крик принцессы:

– Нашла!

Пришлось быстрым шагом возвращаться.

– Хм, похоже на огромный каменный шатер. Не удивлюсь, если духи земли возвели это укрытие в благодарность кому-то, – заметил я, заходя внутрь. – Даже двери есть, – усмехнулся я, постучав по каменной плите внутри. Теория подтверждалась и выложенным камнями местом для костра перед укрытием.

– Кажется, тут и останавливались мои люди, – заметил Ричард. – А оттуда подавали сигнал костром, – указал он на столп, к которому по крутому склону вела небольшая лестница.

– А где Лимирей? – огляделся я по сторонам.

– Она вернулась на плато. Странно, что вы не пересеклись, – произнесла Аннабель. Я кивнул и отправился обратно.

Лимирей и правда стояла там, запрокинув голову и не сводя взгляда с неба, затянутого темно-серыми облаками. Она ждала Телириена.

– Лим, – окликнул я подругу. Она вздрогнула и обернулась. На лице появилась и тут же угасла слабая улыбка. Я подошел к ней и осторожно приобнял за плечи. Она положила мне голову на плечо.

– Мы вместе во все это впутались. И вместе закончим, – тихо сказал я. – Куда бы нас этот путь ни завел.

Лимирей кивнула, не переставая наблюдать за небом. Тучи начали развеиваться, и в рваных просветах можно было увидеть темное ночное небо с проблесками звезд. Не знаю, сколько мы так простояли. Обнимая подругу и вдыхая аромат ее волос, я потерял счет времени. Вдруг Лимирей встрепенулась и повернула голову к расщелине. Указав туда, она потащила меня за собой. Я не переставал поражаться слуху, силе и скорости вампира.

Расщелина озарилась яркой вспышкой. У меня сердце в пятки ушло. Надеюсь, Телириен трансформировался не над самой пропастью?

Мы остановились перед ледовой дорожкой, откуда дракон брал разбег. Тел вышел к нам целый и невредимый.

– Нашел я вашу заставу, – с невозмутимым видом сообщил дракон. – Она в половине дня пути отсюда. Завтра будем на месте и уже спустимся в подземелья. Если король с гномами договорится.

Я кивнул, принимая к сведению. Лимирей не сводила с Телириена встревоженного взгляда. Он ей тепло улыбнулся, показывая, что все в порядке.

– Ладно, пойдемте к укрытию, – буркнул я и первым направился туда. На душе скребли кошки.

А ведь совсем недавно у меня была любимая работа. Да и жил я практически беззаботно под чутким присмотром домового Севы. А теперь я даже не знал, куда податься. И вернуться в деревню Айтон не мог, чтобы забрать домового. Надеюсь, он там еще не зачах в одиночестве.

Я почувствовал, как кто-то положил мне руку на плечо. Обернувшись, я увидел обеспокоенную Лимирей.

– Все в порядке, – отмахнулся я.

– Будет в порядке, если не будешь заниматься самоедством, – хмыкнул Телириен. – Никто не знал, чем обернется твое расследование. Ты и так сделал все, что было в твоих силах. Сейчас мы можем только двигаться вперед.

Я с удивлением взглянул на дракона. Утешительные речи обычно не являлись его коньком. Куда больше я привык слышать от него ехидные и ироничные замечания.

– Спасибо, – помолчав, произнес я.

Телириен улыбнулся и продолжил путь. Странно, но после короткого разговора на душе стало немного легче, в

первые за долгое время. Я поймал на себе обеспокоенный взгляд Лимирей. Вздохнув, я взял ее за руку и отвел в сторону от каменного шалаша. Мне давно стоило с ней поговорить. Рассказать о тех вещах, которые роднили меня с ней.

– Не знаю, чем буду полезен в подземельях, – криво усмехнулся я. – Магия меня не слушается, фехтовать я не умею. Разве что духов призвать смогу кровью. Теперь я понимаю, что ты имела в виду, когда говорила, что связь с духами через кровь похожа на касание. Физически я тоже стал сильнее. Слух обострился. Кажется, я становлюсь таким, как ты, – иронично произнес я, взглянув на Лимирей. Она побледнела и взглянула на меня широко распахнутыми глазами. – Нет, в этом ничего страшного нет. Знаешь, я даже, наверное, буду не против таких изменений. Хоть пользы от меня будет больше.

Щеку обжег удар. Я задумчиво коснулся ее холодной рукой, немного остужая, и перехватил жесткий и суровый взгляд подруги. Она уперла руки в бока, всем своим видом спрашивая: «Понял за что?»

– Ладно, пойдем в укрытие, – вздохнул я. Великие духи, за что вы отняли у Лимирей голос? Я бы многое отдал за простое общение с ней.

На меня снова накатила апатия. Как бы я хотел, чтобы все это закончилось. Чтобы лесные эльфы убрались к себе обратно в Лортенлонские леса. Чтобы Ричард снова был у власти. Чтобы наши с Лимирей лица не красовались на плакатах «Разыскиваются». Но, увы, это уже был другой мир. Другая Артения, недоступная. И я не знал, получится ли у нас вернуть ее.

***

Я проснулся от холода. Снаружи завывал ветер. Я повернул голову и огляделся, насколько позволял полумрак. Ричард и Аннабель завтракали, закутавшись по кончик носа в теплые покрывала. Лимирей и Телириена не было.

Вдруг снаружи раздался рев, а щели между камнями озарила вспышка пламени. Воздух немного прогрелся, но теплее пока что не стало. Телириен выдохнул вторую струю пламени, снова оглушив нас. Дождавшись, когда камень чуть остынет, я вышел наружу.

– Где Лимирей? – осведомился я у дракона.

– За укрытием, – коротко ответил Телириен. Он набрал в грудь воздуха и снова выдохнул раскаленное пламя на холодный камень.

Я не удивился, что Лимирей предпочла отсидеться на морозе – огня она боялась после гибели родителей. Странная вещь – ментальное здоровье. Некоторые люди живут с психическими травмами всю жизнь, не в силах их заживить или как-то справиться с ними.

Каменный домик быстро покрывался коркой льда на сильном ветру и морозе. В лицо то и дело летели пригоршни снега. Видимость была практически нулевая – из поля зрения даже пропали скалы над расщелиной и заснеженные горные вершины на далеком севере.

Лимирей я нашел за каменным домиком. Я сел рядом с ней. Куда-то идти в такую метель не имело никакого смысла. Мне пришла в голову запоздалая мысль, что гномы на заставе могут признать короля, а в нас увидеть разыскиваемых опасных тварей и преступников.

«И кому они нас выдадут?» – иронично подумал я. Король с нами. Тайная Канцелярия развалена. Да и без поддержки магов схватить вампира и дракона не так-то просто. Только вопрос: станут ли гномы доверять королю, который, по слухам, бастард, узурпировавший власть?

«Будем надеяться, что слухи до гномов еще не дошли», – обеспокоенно подумал я и прислушался. Телириен перестал стрелять пламенем. Я поднялся на ноги и протянул Лимирей руку. Она ухватилась за нее и встала. В каменный домик девушка зашла первой.

– Выдвинемся в путь, как закончится буря. – Я первым нарушил тишину. – Как думаете, гномы о вас узнают? – спросил я у Ричарда.

– Может быть, но буду надеяться, что нет, – ответил он и перевел взгляд на дракона. – Куда больше меня занимает вопрос, как Телириен объяснит свой необычный вид.

– А чего тут объяснять? – лениво протянул дракон. – Поссорился с магом, он проклял меня, теперь я превращаюсь в непонятно кого. Для особо дотошных и въедливых – проклятие завязано на запрещенной магии крови. Снять его может только тот, кто наложил, а маг, по иронии судьбы, скончался. Теперь я проклят навечно. Те, кто сведущ в магии, мне не помогут, а те, в ком проснется жалость, будут сильно озадачены и тоже ничем не смогут помочь, – ухмыльнулся он.

– Разве существуют проклятия на крови? – удивилась Аннабель.

– А это ты у вампиров спроси, если их найдешь, – хмыкнул Телириен. – Только уточни, чтобы на тебе не показывали.

Аннабель сконфузилась и отвернулась. В каменном домике повисла тишина. Лишь завывания ветра снаружи ее нарушали. Я вернулся на свою лежанку и прикрыл глаза. Все равно делать было больше нечего.

Я проснулся от того, что кто-то тормошил меня за плечо. Открыв глаза, я увидел перед собой Лимирей. Она головой указала на выход и первой выскользнула наружу, подхватив сумку. Я ополоснул лицо холодной водой из фляги и вышел следом. Ричард и Аннабель уже находились там.

– За мной, – скомандовал Телириен.

Мы пересекли плато и начали подниматься в гору. Затем взяли вправо и оказались на узкой тропе между нависающими скалами, уходящими далеко ввысь.

«Идеальное место для засады», – поежился я.

Дальше узкая тропа расширилась, но теперь с обеих сторон от нее располагалась пропасть. Изредка я замечал выходы из пещер где-то высоко над нами. У некоторых даже висела клочками паутина. Меня невольно передернуло. Это ж какого размера пауки обитают в подземельях, чтобы сплести подобное?

Дорога закончилась неожиданно. Мы оказались перед черной скалой, тропы расходились, огибая ее. Телириен уверенно повел нас вправо.

– Советую держаться ближе к горе, – предупредил нас дракон.

Мы с сомнением переглянулись. Пропасти рядом не угадывалось – со всех сторон нас закрывали скалы. Напутствие дракона стало понятно через пару сотен метров, когда горная тропа начала подниматься вверх, становясь все у́же и у́же, а естественной преграды над пропастью не было. Один неосторожный шаг, и памятник можно ставить прямо на месте.

Лишь однажды я случайно кинул взгляд вниз. Впечатлений хватило до конца пути, который я уже начал проклинать, как и гномов, забравшихся не пойми куда. Не могли заставу поближе к границам Артении поставить?!

Показался вход в пещеры. Я с облегчением выдохнул. Наконец-то! Неужели дорога и правда заняла полдня? По ощущениям, минула целая вечность.

Я оглядел вход в пещеру. Между скал гулял только ветер. Не было ни единого признака живой души.

– Это точно здесь? – с сомнением спросил я.

– Да. Вчера вечером я видел свет из пещеры, – отозвался Телириен. Он же первым и зашел внутрь, поманив за собой. Мы последовали за ним.

Света из внешнего мира едва хватало, и чем дальше мы шли в пещеру, тем меньше его становилось. Я про себя выругался. О факелах мы совсем не подумали, а стоило бы сделать парочку с собой в дорогу. Как только подземные жители ориентируются? Ночным зрением?

Внезапно перед нами возникли каменные ворота, перегораживающие весь тоннель. Если это вход в заставу гномов, то где они сами?

– Кто вы такие? – прозвучал над головой суровый вопрос. Я едва не подпрыгнул от неожиданности.

Вместе с остальными я обернулся на голос. Наверху вспыхнуло множество факелов. Гномы стояли на парапете, выдолбленном в скале, и целились в нас из арбалетов и еще какого-то неизвестного оружия, похожего на небольшую трубку. Тяжелые доспехи укрывали их с головы до пят. Среди стражей заставы я заметил и нескольких девушек.

– Как вы нас нашли? – задал вопрос другой гном.

Я с опасением взглянул на ворота. Оттуда на нас тоже были нацелены странные орудия, похожие на трубы.

– Простите нас за столь внезапный визит, но я бы не пришел сюда лично без веской на то причины, – негромко произнес Ричард, снимая капюшон и развязывая шарф.

Потрясенный гном опустил арбалет и переглянулся с остальными.

– Ричард Карпентер? – тихо произнес он.

– Собственной персоной, – подтвердил король. Аннабель встала рядом с нами, но шарф пока не снимала.

– Я путешествую инкогнито, – продолжил Ричард. – И мне очень нужно попасть в столицу. Да, в последнее время между нашими народами возникло некоторое недопонимание, и я здесь, чтобы это исправить.

– А это, значит, ваша свита? – с иронией осведомился кто-то сверху.

– Я уже говорил, что путешествую инкогнито. Много народу привлечет слишком много внимания, – степенно ответил Ричард.

– Насколько мне известно, в Артении сейчас творится такое дерьмо, что лешие всех земель его не разгребут, – подал голос еще один гном. – Не с этим ли связан ваш визит?

– Наши народы всегда неплохо ладили, – уклончиво ответил Ричард.

– Ладили. Пока вы не заключили сделку с остроухими! – с презрением произнесла гномка.

– Тонкости политики, – ответил Ричард. – Я прибыл как дипломат. А дипломатические миссии неприкосновенны. Вы знаете международные правила. Их не просто так установили, и в договоре расписались все. Вы в том числе.

Я с восхищением качнул головой. Такой железной выдержке и умению держать лицо в заведомо проигрышной ситуации можно было только позавидовать. Аристократов всегда было трудно вывести из себя или расколоть – эмоции они всегда держали под жестким контролем.

Гном сплюнул.

– Да лешие чтобы вас всех побрали, бюрократы проклятые! – прорычал он и махнул рукой. – Откройте ворота! Заодно проверим, с какими намерениями к нам явились.

Последние его слова показались мне зловещими.

Гномы со стены исчезли – только мелькнули их тени. В подземелье снова стало тихо. Я прислушался. Из-за ворот доносились тихие голоса. Для меня вся речь гномов сливалась в гул, а вот работу механизма я услышал отчетливо. Громадные ворота дрогнули и начали разъезжаться в стороны. Я с восхищением наблюдал за этим действом. Никогда бы не подумал, что такая громадина может раздвигаться.

Мы переглянулись и прошли внутрь. Гном, стоящий у огромного рычага, свирепо на нас посмотрел. Мне в голову пришла запоздалая мысль, что гномы могли нас попросту перебить и никто бы ни о чем не узнал.

В тоннеле было светло, словно днем, но на стене не было ни одного факела. Свет шел от множества розоватых кристаллов. Широкий тоннель делился на несколько освещенных проходов, которые уходили вглубь подземелья.

Нас окружили гномы, самый высокий из них доставал мне до груди. Здесь были как умудренные опытом воины, так и молодняк. Суровые женщины и любопытные мужчины. У каждого имелся при себе небольшой боевой топорик и почти у каждого – странное стрелковое оружие с затвором и трубкой. Гномов здесь было куда больше, чем я увидел на стенах. И все они были бледными.

«Вряд ли под горами знают, что такое солнце», – подумал я. Если в недрах земли и можно было получить загар, то весьма сомнительный – от жара кузниц.

Практически все внимание гномов оказалось приковано к Телириену. Я их прекрасно понимал. Часто ли вы видели людей с алыми волосами, собранными в хвост, и желтыми глазами, без белка, с вертикальным зрачком?

– Ты! – окликнула Телириена гномка.

У меня сердце в пятки ушло. Неужели слухи о драконе и вампире докатились и сюда?..

– Ты кто такой? И почему так странно выглядишь? – с подозрением спросила она.

– Проклят я, – угрюмо отозвался Телириен. – Запретной магией. Кто ко мне прикоснется, сам начнет превращаться в невесть что, – окинул он себя многозначительным взглядом.

– Брешешь! – недоверчиво произнесла гномка.

– А ты прикоснись, – посоветовал ей Телириен. Собеседница отступила на пару шагов и опустила руку, все еще с недоверием поглядывая на дракона.

– А девок почто в поход потащили?! – снова атаковала нас вопросом гномка. Она явно желала взять реванш после беседы с Телириеном.

– Опытный воин и алхимик всегда в дороге пригодятся, – ответил Ричард.

– А этот? – продолжала допытываться гномка, кивнув на меня.

– Маг земли.

Гномка открыла рот, явно намереваясь задать еще какой-нибудь каверзный вопрос, но передумала. На ее губах появилась зловещая улыбка, и она отступила в сторону.

В боковом коридоре послышалась странная возня. Мы обернулись и увидели, как два гнома выкатывают тележку с тяжелым, закрытым на цифровой замок сундуком. Тележку остановили напротив нас, развернув так, чтобы мы не видели, как его открывают. Механизм щелкнул. Крышка откинулась. Мы с любопытством заглянули внутрь, привстав на цыпочки.

Телириен неожиданно отпрянул и настороженно взглянул на гномов.

– Где вы достали эту вещь?! – изменившимся голосом спросил он. Я впервые видел, чтобы дракон выглядел настолько потрясенным. Я бы даже сказал, испуганным.

– Где достали, там нет, – с деловым видом отозвался гном и прищурился. – А ты знаешь, что это такое?

– Читал об этой штуке в старом талмуде, – ответил Телириен.

В сундуке лежала стеклянная рука, застывшая в приглашающем жесте. Выглядела она очень похожей на настоящую. Посередине ладони располагался тонкий шип, который подсвечивался красным цветом изнутри. Скульптура выглядела вполне безобидной, но меня настораживало мрачное выражение лица Телириена и его слова: «Читал об этой штуке в старом талмуде».

Я подобрался поближе к дракону.

– Что это? – тихо спросил я.

– Можешь назвать эту штуку вампирским сличителем ауры, – также тихо отозвался Телириен. – Их использовали во время Войны Освобождения. Вампиры устанавливали их на ворота и двери домов. Кровавая защита не позволяла обойти этот артефакт. Он считывал кровь и мысли. Если кто-то ко двору вампира являлся с недобрыми намерениями, артефакт вытягивал из него кровь. Досуха. Если не видел ничего опасного, то пропускал.

– Оригинальная система безопасности, – пробормотал я, с опасением взглянув на стеклянную руку.

– Что это? И как работает? – спросил Ричард. Кажется, нашей с Телириеном беседы он не слышал. Лимирей же стояла бледная как мел.

– Артефакт работает просто, – с пренебрежением произнес гном. – Приложите к нему руку и пожертвуйте немного крови. Если ваши помыслы чисты, вреда от артефакта не будет. Если нет – от артефакта оттащим, но в подземелья вам будет путь закрыт.

Мы переглянулись. Обнадеживало, что гномы не позволят артефакту высосать из нас всю кровь.

– Тогда не будем терять времени, – кивнул Ричард и первым двинулся к артефакту.

На мгновение мне захотелось схватить его за руку и оттащить в сторону. Но я сдержался, не хотел вызывать подозрений у гномов. Тем более что нам позарез нужно было попасть в подземелья.

Ричард взялся за стеклянную руку одной рукой и приложил к артефакту другую, поморщившись от боли. Древний артефакт на мгновение засветился алым, а затем погас. Ричард отнял от него руку, с удивлением взглянул на ладонь. Никакой раны на ней не было.

– Вроде не так страшно, – пробормотала Аннабель и тоже прикоснулась к артефакту. Он снова вспыхнул на мгновение и погас.

Телириен шагнул третьим. Едва его кровь попала на шип, стеклянная рука заполнилась жидким пламенем. Оно таяло долго. Судя по реакции гномов, они тоже видели подобное впервые.

– Ладно, теперь моя очередь, – пробормотал я и с бешено колотящимся сердцем приблизился к артефакту. Если он принял Ричарда, Аннабель и Телириена, то и мне нечего бояться. Переворота в подземельях мы точно не планировали.

Собравшись с духом, я взял артефакт и приложил к нему ладонь. Шип болезненно возился в плоть, заставляя поморщиться. С замиранием сердца я стал ждать молчаливого ответа от артефакта. Он принял мою кровь, наливаясь алым светом. На груди засветился кулон. Я с удивлением перевел на него взгляд, наблюдая, как оба артефакта одновременно гаснут.

«Похоже, одно наследие вампиров почувствовало другое», – подумал я и передал артефакт Лимирей.

Гномы притихли. Да уж, такое представление они явно видели впервые. Интересно, а как поведет себя артефакт по отношению к вампирской крови?

Собравшись с духом, Лимирей прислонила ладонь к артефакту. Он засветился алым, но не погас. Я похолодел. Неужели увидел что-то плохое в мыслях Лимирей?! Этого же просто не может быть!

Однако с реальностью спорить было бесполезно – артефакт продолжал вытягивать из Лимирей кровь. Подруга зашлась в беззвучном крике. Я резко дернул артефакт на себя. Лим отняла ладонь, прижимая к себе руку. В глазах девушки стояли слезы.

– Ну что ж, видать ваши мысли не настолько чисты, – хмыкнул гном. – В подземельях вам делать нечего.

– Вы не знаете Лимирей! – возмутилась Аннабель. – Мы же прошли вашу дурацкую проверку!

– Это ничего не значит, – небрежно сказал гном. – Отправляйтесь туда, откуда пришли.

– Дай посмотрю, – тихо сказал я подруге. Она осторожно разжала ладонь. На ней ожогом проступила надпись: «Разбуди духов».

Мы с Лимирей озадаченно переглянулись.

– И что это значит? – Да, глупый вопрос.

– То и значит, – раздраженно сказал гном, – в подземелья мы вас не пустим.

Я подавил раздражение и подвел Лимирей к гному. Она разжала ладонь, показывая выжженную артефактом надпись. Гном притих.

– Как видите, помыслы Лимирей чисты, – холодно произнес я. – Артефакт просто оставил ей послание.

Гном искоса взглянул на нас.

– Допустим, – сквозь зубы процедил он и свирепо взглянул на Ричарда, словно он был виноват в том, что артефакт так странно себя повел.

– Так вы нас пропустите? – лениво спросил Телириен.

– Пропустим, – произнесла гномка. – Впервые вижу, чтобы артефакт себя так странно вел.

– Мы вам не враги, – произнес Ричард так, словно ничего не произошло.

Лимирей сердито взглянула на короля.

– Раз уж вы нас подвергли такой жесткой и жестокой проверке, то обязаны дать нам проводника до ближайшего города, – заявил Телириен. – Справедливая плата за вашу «гостеприимность», – произнес он. Я расслышал в его голосе тщательно скрываемые ехидные нотки.

Гном, не собиравшийся пускать нас в подземелья, явно хотел съязвить по этому поводу, но его оборвал звонкий женский голос:

– Я проведу!

Он резко обернулся. Из толпы выступила гномка с белоснежной толстой косой, перекинутой через плечо. Невысокая девушка в доспехах и с оружием наперевес выглядела грозно.

– Мэри, не неси чушь! – прошипел он.

– Люди хоть раз нам отказывали, когда мы просили их показать путь по Артении? – с вызовом спросила Мэри, уперев руки в бока. Боевой топор на ее бедре опасно покачнулся.

Гном скрипнул зубами.

– Но и вы не обольщайтесь, – повернулась к нам Мэри. – Я проведу только до первого города!

– Нам и этого достаточно, – кивнул Телириен.

– Отлично. Тогда завтра в шесть отправимся в дорогу, – указала Мэри на часы. – До этого времени можете остаться здесь.

Мы подняли взгляд на циферблат. На отдых у нас было чуть меньше двенадцати часов. Этого времени должно хватить, чтобы отоспаться и привести себя в порядок.

– Чтоб без фокусов у меня! – сверкнул глазами гном.

– Идите за мной. Я покажу здесь все, – произнесла Мэри.

Дважды нас уговаривать не пришлось. Толпа недружелюбно настроенных гномов начала расходиться.

Лимирей шла рядом со мной, то и дело потирая обожженную руку. Подруга выглядела подавленной.

– У тебя в сумке нет заживляющих мазей? – тихо спросил я. Лим вздрогнула и подняла на меня взгляд. Она уже была не такой бледной и испуганной, на мой вопрос сначала кивнула, а затем мотнула головой, показывая ладонь. Надпись на ней еще виднелась, но уже начала заживать. Я даже позавидовал ей. Хорошо, когда раны так быстро затягиваются.

Лимирей оглянулась на удаляющихся в сопровождении Мэри Ричарда, Аннабель и Телириена и потянула меня в сторону.

– Что ты хочешь сказать?

Подруга качнула головой. Она подняла голову и коснулась моей груди. Мы встретились взглядами. Дыхание на мгновение перехватило. В полумраке подземелья глаза Лимирей казались совсем черными. И в них было столько боли, столько отчаяния…

Послышался звук треснувшей веревки. Сердце пропустило удар. Я опустил взгляд и увидел, что Лимирей сжимает в руке свой фамильный красный кулон, который когда-то оставила мне на память.

Я попытался перехватить ее руку. Простое украшение, но мне показалось, что из меня вырвали кусок плоти. Я и не знал, что за столько лет кулон стал для меня так важен.

– Верни! – выдохнул я и попытался отобрать у Лим украшение. Ситуация была до ужаса детской и абсурдной. Ну отобрала и отобрала кулон. Десять лет я его носил в память о подруге, но вот она сейчас находится рядом со мной… но почему без кулона так плохо? Почему я хочу чувствовать его тепло и тяжесть?

– Лимирей, отдай кулон! – потребовал я.

Лим попятилась и мотнула головой. Затем развернулась ко мне спиной и побежала за Ричардом и Аннабель, скрывшимся за поворотом.

Я с шумом вдохнул и выдохнул. Хотел бы я знать, какая муха ее укусила. Или Лимирей так всполошилась из-за реакции кулона на артефакт?

Кажется, нам следовало серьезно поговорить. На многие темы. Иногда я просто не понимал, о чем она думала и что творилось у нее в голове.

Глава 3. Застава

Гномская застава представляла собой обширную сеть тоннелей. И каждый из них играл определенную роль. В одном по обе стороны располагались жилые комнаты, в другом хранили запасы, в третьем выдолбили купальни – изобретательности гномов можно было позавидовать! Здесь даже отвели место под мастерские.

Нас поселили в самых дальних комнатах. Девушек – вместе, меня с Ричардом, а Телириена в гордом одиночестве, дабы не разрушать легенду.

После беглого осмотра заставы я упал на кровать и закрыл глаза, прикрыл их рукой. Великие Духи, как же приятно лежать на мягком матрасе и в тепле. Я даже ухом не повел на негромкий стук. Ричард открыл дверь.

– Вы пойдете ужинать? – спросила Аннабель.

– Идите, – буркнул я.

Может, я и не видел короля с принцессой, но поймал на себе их встревоженные взгляды. Дверь с тихим стуком закрылась за Ричардом.

Я отчаянно хотел уснуть, только сон не шел. Мысли рассеянно скользили в голове, наталкивались одна на другую. Я даже не сразу поймал себя на том, что постоянно возвращаюсь к тому моменту, когда Лимирей сдернула с меня кулон. Зачем она это сделала? Хотелось бы сказать, что ее кулон – простая побрякушка, которая даже медной монеты не стоит, но это было отнюдь не так. Кулон являлся родовым артефактом, наследием вампиров. Такие стоили кучу денег, а их создание занимало годы. По крайней мере, в Артении. К тому же кулон мог приблизить нас к разгадке тайны ушедшей цивилизации. Но пока он вызывал только вопросы.

Я мотнул головой, подавляя раздражение. Перевернулся на другой бок и принялся считать леших вместо баранов. После четырехсотого сбился, но это уже было неважно – наконец я провалился в темноту.

***

Я резко открыл глаза и долго пытался понять, почему со всех сторон темно. Память услужливо подкинула последние события, вызывая усмешку. Ну да. Мы же в подземельях. Здесь всегда темно.

От голода свело живот. Я поморщился. Всегда мечтал о способности не нуждаться в еде и при этом чувствовать себя сытым.

Я тихо встал с кровати и вышел из комнаты. В глаза ударил яркий холодный свет от розоватых подземных кристаллов. Несколько секунд я привыкал к смене освещения, а затем осмотрелся. И запоздало вспомнил, что вся провизия находится у Лимирей.

Я мысленно выругался. Теперь придется ждать пока все проснутся, до пяти часов минимум,. Интересно, а сейчас сколько? В коридоре часов я не заметил.

Я решил вернуться обратно в комнату, но услышал шаги из другого коридора. Обернувшись, я увидел Мэри. Она была одна и на ходу проверяла дорожную сумку. Заметив меня, гномка остановилась. Несколько секунд мы изучающе созерцали друг друга. Я первым отвел взгляд и уже двинулся с места, как услышал торопливое:

– Постой!

Я обернулся и вопросительно изогнул бровь.

– Я хотела с тобой поговорить. Девушки оказались не слишком разговорчивыми, а одна так вообще немая…

Мэри выглядела смущенной.

– Иногда в жизни случаются такие вещи, которые здорово ударяют по ментальному здоровью. Лимирей все видит и слышит, только сказать ничего не может, – медленно ответил я. Повисло неловкое молчание. – Мэри, не сочти за грубость, но я бы что-нибудь съел.

Гномка неожиданно расплылась в улыбке.

– Как там в сказках говорится? Накорми, напои, спать уложи, а потом вопросы задавай? Ничего, что порядок немного другой? – рассмеялась она. Я улыбнулся в ответ.

– Ничего, – качнул головой.

– Тогда следуй за мной, – скомандовала Мэри. Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Гномка вывела меня из жилых тоннелей и свернула к другим. Я несказанно удивился, оказавшись в купальнях.

– Ты плохо выглядишь. Как приведешь себя в порядок, выходи в главный тоннель. Я буду там.

Я проводил Мэри удивленным взглядом. Не ожидал подобной заботы от недружелюбно настроенных гномов. Запоздало я подумал о том, что неплохо бы и у них получить ответы на некоторые вопросы. Например, откуда у них артефакт цивилизации вампиров?

В купальне висело зеркало, подсвеченное подземными кристаллами. Оттуда на меня взирал помятый небритый угрюмый парень двадцати пяти лет с каштановыми отросшими волосами. Я иронично усмехнулся. Ну и видок – словно неделю, а то и больше, из запоя не выходил,.

Закончив с водными процедурами, я вышел в главный коридор, где меня ждала Мэри. Она критически осмотрела меня с головы до ног, буркнула: «Жди здесь» и куда-то убежала. Вернулась спустя несколько минут с бритвой и ножницами. Я с удивлением и благодарностью взглянул на гномку и снова скрылся в купальне. Побрившись и укоротив волосы, я взглянул на себя в зеркало и удовлетворенно хмыкнул. Другое дело! Так не стыдно и на людях показаться.

Увидев меня, Мэри одобрительно кивнула и жестом велела следовать за собой. Мы свернули в другой коридор, и на этот раз оказались в кладовых. Судя по запахам, неподалеку находилась и кухня.

– Сейчас посмотрим, что есть съестного, – пробормотала гномка. – Если ничего, не обессудь, придется готовить самим.

– Ничего страшного, – зевнул я. – Готовка – это базовый навык выживания. Либо готовишь, либо подыхаешь с голоду. Как вариант еще остается таверна, но выходит затратно. Но мне повезло, все готовил домовой. – Вспомнив Севу, я помрачнел. Как он там один?..

Завистливый вздох Мэри вырвал меня из размышлений.

– Наших мужчин лешего с два заставишь готовить! Они чем угодно готовы заняться, лишь бы не стоять у плиты, – сказала она. – Однако здесь, на заставе, все равны. Я и другие девушки на службе сразу даем это понять. С разбитыми носами их воинственный пыл убавляется, – ухмыльнулась она. – Повезет твоей будущей жене.

Я почувствовал, что краснею. Комплименты в свой адрес я слышал очень редко.

– Так о чем ты хотела поговорить? – вернулся я к изначальной теме разговора.

Мэри замялась. Заговорила она лишь после того, как заварила мне травяной сбор и поставила на стол деревянную тарелку с подогретой кашей.

– Скажи честно, насколько в Артении все плохо?

Я насторожился. С чего вдруг проводник задает такие вопросы?

– Вы говорите, что являетесь дипломатической миссией, – продолжила Мэри, перекинув косу за спину и взглянув на меня. – Я не раз их видела и провожала, и ни разу в составе не было короля. А разведка доложила, что на востоке у вас разгорелась очередная война с лесными эльфами.

Я задумчиво взглянул на Мэри и отпил из кружки. Да-а, оказывается, гномы хорошо осведомлены.

– А еще мне известно, что ты в розыске, – понизив голос, сказала она. Я чуть не поперхнулся травяным сбором.

– И кем являются Лимирей и Телириен, я тоже знаю, – совсем тихо сказала Мэри.

Меня охватила злость. Чего она добивается? Собирается воспользоваться этой информацией против нас?

– Тогда на твоем месте я бы держался от них подальше, – сухо сказал я. Мэри усмехнулась.

– Я видела чудовищ. И разумных, и неразумных. Как твои спутники они себя не ведут, – задумчиво произнесла она. – Не волнуйся, я никому не скажу. Не трепло. Но расскажи о них побольше, – неожиданно попросила Мэри. – Я никогда не видела ни дракона, ни вампира, только в сказках о них читала и в исторических трактатах.

Ее горящие любопытством глаза меня немного смягчили.

– Другие знают? – напряженно спросил я. Мэри качнула головой.

– Я не так давно посещала Северный город. Не смотри так, – поморщилась она. – Я люблю родные подземелья, но иногда хочется выбраться из них и осмотреться. С заставы нам никуда не уйти, поэтому нам предоставляют месяц свободного времени. Многие отправляются к родным, а я предпочла посетить Артению. Мои родственники живут недалеко, сами время от времени на заставу захаживают. А я, пока путешествовала по Артении, увидела вас на портретах.

– И не было соблазна никому рассказать? – иронично спросил я. Мэри с вызовом вскинула подбородок.

– Вас же не в гномских владениях разыскивают. Дела Артении – это дела Артении. Мы в них не вмешиваемся. Да и не ожидала я увидеть вас в подземельях. Тем более с королем.

– Хорошо, я расскажу, – помедлив, произнес я. – Но информация за информацию. Во-первых, мы ничего не знаем о подземельях и гномах. Во-вторых, мне интересно, откуда у вас вампирский артефакт.

Мэри чуть прищурилась.

– А ты откуда знаешь, что он от вампиров?

Я хмыкнул.

– Во-первых, он забирает кровь. Во-вторых, книжек много читал. Исторических, – сказал я, сразу давая понять, что больше ничего не сказу о своих источниках информации.

Мэри неохотно кивнула, признавая мою правоту в первом аргументе.

– Ну хорошо. Об этом я тоже расскажу. Невелика тайна, – фыркнула гномка и кивнула, мол, ты первый.

Я, параллельно трапезничая, принялся рассказывать в общих чертах о вампирах и драконах. Все равно я сам толком о них ничего не знал.

Мэри в ответ поделилась сведениями о том, какие хищники обитают в пещерах и где их можно встретить. А также строго-настрого запретила разжигать огонь во время стоянок, даже если очень холодно. Это оказался первый навык выживания в подземельях – на тепло реагировали практически все хищники.

– Дорогу будут освещать подземные кристаллы, так что света хватит, – сказала Мэри, закончив лекцию о местных хищниках. И приступила к лекции о городе, куда нам предстояло отправиться. Оказалось, Мэртон был ее родным городом, и это была вторая причина, по которой она вызвалась стать нашим проводником.

Кашлянув, я напомнил гномке про уговор. О вампирском артефакте она пока что не проронила ни слова.

– Ладно, обещала рассказать – расскажу, – вздохнула Мэри. – Но начну издалека. Вампирский артефакт попал к нам в руки пятьдесят лет назад. Тогда мы разрабатывали новую часть подземелий. Там обнаружили тонкую стену. Думали, какая природная пещера или залежи – такое часто бывает. Взрывом пробили стену. Нет, его мощи не хватило бы, чтобы обрушить своды горы, – мотнула головой Мэри на мой вопросительный взгляд. – А вот тонкую стенку пробить – вполне. Ну так вот. Хотели попасть в пещеры, а вышли в огромный древний город. Судя по архитектуре и расположению ворот – с поверхности. Группа, которая обнаружила этот город, не вернулась. Следом за ней отправили другую. И она нашла первую. Мертвую. Никто из тех гномов не выжил. Но вот что странно: мертвые казались высушенными. Как будто из них всю жидкость выкачали. А при более подробном исследовании выяснилось, что все трупы обескровлены.

Меня передернуло. За свою карьеру полицейского я много чего повидал, но от некоторых подробностей умерщвления до сих пор проходил мороз по коже.

– Наши исследователи наложили друг на друга карты поверхности и подземелий. Провалившийся город когда-то стоял на месте гоблинских болот. На одной из старых карт Артении это место обозначено как древние руины. А всем известно, что это наследие вампиров.

– Интересная история, – проговорил я. – А как вы выяснили, как работает артефакт?

Мэри поморщилась.

– Опытным путем, – неохотно ответила она. – Артефакт опустошил не одного гнома. Вождь хотел даже от него избавиться, но наш командующий сказал, что на заставе пригодится проверять всяких болванов. Не жалко, если одним станет меньше, а мы точно будем знать, кто в подземелья явился с недобрыми намерениями.

– Сурово, – качнул я головой. – И жестоко.

Мэри кивнула и налила себе стакан воды, смочить сухое горло. Я ей не мешал и терпеливо ждал продолжения.

– Вторая экспедиция оказалась немного удачливее. Она же и нашла пропавшую первую. Пролезли через пролом в стене прямиком в древние руины вампиров. Конечно, больше всего там оказалось костей, но их трогать не стали – вынесли только то, что действительно представляло собой ценность: книги, свитки, артефакты, украшения и следы культурного наследия.

– А как так получилось, что о вашем открытии никто не слышал? Маги Артении уже сотни лет пытаются попасть в древние руины, и каждый раз им это стоит жизни, – заметил я.

– Так в том-то и дело! – едва не подпрыгнула Мэри. – Никто ничего не узнал, потому что вторую экспедицию ограбили! Никто не умер, но все рассказывали о странной красной дымке в воздухе. От нее кружилась голова, некоторые падали в обморок, один старый гном даже умер – сердце не выдержало. Грабитель забрать все не смог, но самое ценное утащил. Книги, свитки, старинные монеты – все, что смог взять. Артефакт оказался в числе тех предметов, которые он оставил. Вождь был в ярости. Велел изловить того, кто чинит козни. Третья экспедиция уже отправилась с охраной. Когда они оказались на месте, то не обнаружили входа в город. Вместо дыры там стояли ворота с углублением в центре. Только без этих уродливых каменных чудовищ, – поежилась Мэри. – И открыть их так и не смогли. Взрыв их не взял. Появлялась только красноватая дымка, а на камне ни трещинки!

Я недоверчиво взглянул на гномку. Судя по всему, она не врала. Однако очень странная история получается…

Я задумался. Невольно вспомнилось то, что Телириен рассказывал о вампирах. Конкретно – об их подвешенном состоянии во время голода. Они все глубже впадают спячку, если не едят. А тут еще и ворота, взявшиеся из ниоткуда, и пропавшие ценности, а красная дымка явно символизирует о применении магии крови.

– Мэри, я боюсь, что первая экспедиция в том городе разбудила вампира, – осторожно произнес я.

У гномки широко распахнулись глаза, но на этом беседу нам пришлось прервать – на кухню вошли гномы. Я тут же поспешил ретироваться под их пристальными и не самыми дружелюбными взглядами. Однако в дверях обернулся и спросил:

– Когда мы в дорогу отправляемся? Я немного потерялся во времени.

Мэри взглянула куда-то вверх и тут же вскочила на ноги.

– Буди своих! – торопливо сказала она. – Пусть завтракают и собираются. Через час мы отправляемся в путь.

Я принял к сведению и вышел в коридор. Кладовые миновал быстро, а вот в широком коридоре со множеством развилок – застыл, не зная, куда идти. Проблема решилась сама собой: навстречу шел зевающий Телириен. Гномы его сторонились – помнили легенду о проклятии.

– Не проводишь обратно? – нагло спросил я у дракона. – Через час выходим, а Лимирей с Аннабель еще собраться надо. Ричарда я сам растолкаю.

Телириен остановился и окинул меня внимательным взглядом с головы до ног. Под его пристальным взглядом я почувствовал себя очень усталым. Вроде выспался, вроде поел, но на душе отвратительное чувство опустошения и собственной бесполезности. Дракон собирался что-то сказать, но я так выразительно на него посмотрел, что он передумал и жестом велел следовать за собой. Вскоре мы вышли к жилым комнатам. Свою я нашел сам, а Телириен отправился будить девушек.

Я тихо проскользнул в комнату и закрыл за собой дверь. До слуха сразу же донеслось тихое равномерное дыхание короля. Я осторожно приблизился к Ричарду и легонько потряс его за плечо.

– Пора вставать. Скоро выходим.

Ричард в ответ тяжело вздохнул. В который раз я поразился покорности и скромности короля. Если бы вся аристократия была такой дисциплинированной, сдержанной и снисходительной к слугам – была бы мечта, а не государство.

Я взял с кровати небольшую сумку с вещами. Она была полупустой – все только самое необходимое для похода. Не было даже запасов еды и зелий. Я с досадой поморщился, вспомнив, как самую тяжелую сумку забирала себе Лимирей под предлогом превосходящей силы и выносливости. А теперь в ее сумке находился еще и кристалл, хранящий кровь рода де Дюпон.

Малодушно я подумал о том, что раз сама вызвалась таскать провизию, то пусть и таскает, но почти сразу дал себе мысленную пощечину. Кто знает, может, гномы в дорогу нас нагрузят так, что Лимирей одна сумку не поднимет?

Из главного коридора доносился гул голосов. Я прислушался и смог разобрать переругивания, топот армейских сапог, даже оживленные беседы, заглушаемые грохотом кастрюль и сковородок. Казалось, вся застава разом проснулась.

Лимирей попалась мне на глаза случайно. Она возвращалась из кладовых и что-то несла. Я двинулся за ней, поразившись тому, сколько много было гномов даже в жилых коридорах. Двигаясь следом за подругой, я старался никого не задевать, но получалось ровно с точностью до наоборот. Стараясь выскользнуть из толпы, я поспешил за Лимирей и сам не понял, как очутился в комнате девушек. До слуха донесся возмущенный возглас Аннабель. Я обернулся и увидел залившуюся краской принцессу, прижимающую к груди кофту.

Чувствуя, что и сам краснею, я поспешил отвернуться и рассказать о цели своего визита.

– Просто хотел спросить: вам помощь со сборами не нужна? У меня в сумке очень много места…

Договорить я не успел. Кто-то стиснул меня за локоть и настойчиво вывел из комнаты. Я обернулся и увидел рядом Лимирей. Она выглядела очень сердитой – об этом говорил взгляд и сурово сдвинутые брови.

– Ну извини, подумал, когда зашел, – сказал я резче, чем хотелось бы.

Интересно, а если бы вместо Аннабель я застал Лимирей в таком виде? Я окинул подругу задумчивым взглядом, а воображение быстро нарисовало картину. Я почувствовал, что краснею, и отвернулся.

– Так помощь не нужна? – буркнул я, первым нарушив неловкое молчание. Лимирей не сводила с меня настороженного взгляда.

Нашествие гномов закончилось. Сейчас мы с Лимирей находились в коридоре одни. Лимирей чуть смягчилась и жестом позвала за собой. В скором времени мы оказались около кладовых, где нас ждала Мэри с еще одной гномкой. В отличие от нашего проводника, та казалась более суровой, была ниже ростом, а рыжие волосы торчали коротким ежиком.

– Много в дорогу не дадим, – враждебно заявила она.

Мы возражать не стали. Уже то, что гномы решили с нами поделиться запасами еды, говорило о многом. С чего вдруг такая щедрость?..

Мы прошли в кладовую. Там царил сумрак. Мэри пошире распахнула двери, чтобы свет от кристаллов озарил все помещение. Быстрым взглядом я отметил, что кладовая делилась на две части: сухую теплую и покрытую снегом холодную.

– Идти в Мэртон отсюда неделю, не меньше. С редкими перерывами на сон или привалы придете за шесть, – низким голосом произнесла рыжеволосая гномка, вручая мне и Лимирей по мешочку разных круп (и как их только в подземелье выращивали?). – С учетом ваших запасов, этого должно хватить. Потом закупитесь в городе. С твоей предприимчивостью можно и полгорода купить, – неожиданно тепло усмехнулась гномка, с уважением взглянув на Лимирей. Она опустила взгляд и улыбнулась. Я вопросительно взглянул на Мэри.

– Она продала пару зелий и оставила несколько рецептов, – ухмыльнулась Мэри.

Лимирей залилась краской и отобрала у меня сумку, принявшись быстро складывать туда крупы. Хлеб и фрукты переложила из своей дорожной. Подумав, взяла еще небольшой кусочек сыра. Я не сводил с подруги взгляда. Она даже о деньгах подумала, а мне и в голову не пришло, что в городе нам может потребоваться звонкая монета. Внутри снова кольнуло неприятное чувство собственной бесполезности.

– В подземельях холодно? – обернулся я к Мэри.

– По-разному, – ответила она. – Если забраться очень глубоко – жарко, около Лавовых Озер тоже не замерзнете. Если остановитесь на развилке, то там холодно – продувает всеми ветрами. Ледяные озера тоже не согреют. Так что теплые вещи вам еще пригодятся. Как минимум, спать будет не так жестко, – ухмыльнулась Мэри.

Я кивнул. Информация была жизненно необходимой для путешествия по подземельям.

Закончив упаковывать провизию, мы с Лимирей покинули кладовую. Мэри шла впереди нас, указывая дорогу. Аннабель, Ричард и Телириен, полностью собранные, ждали нас в коридоре.

– Я скоро приду, – предупредила Мэри и скрылась за поворотом. Пока мы ее ждали, мы не разговаривали, изредка переглядываясь между собой. Гномка пришла с огромной сумкой через плечо и принялась инструктировать нас:

– Я проведу вас до Мэртона и покажу город. Дальше сами. Вам потребуется проводник. Подземелья куда опаснее лесов Артении – там хищники вас обходят стороной, здесь попытаются сожрать. Все ясно?

Мы синхронно кивнули. Пока мы доберемся до города, успеем многое повидать, но все равно этого будет мало для самостоятельных путешествий по подземному миру.

Вслед за Мэри мы миновали жилые коридоры и свернули на последней развилке в правый. Дорога начала уходить вниз. По пути нам попалось несколько закрытых каменными дверьми пещер. В коридорах гномов не было, а вот ворота охраняло не меньше дюжины. Они оживленно о чем-то беседовали, но, увидев нас, смолкли. Мэри сделала несколько шагов вперед и потребовала открыть ворота, протянув старому гному серый лист бумаги. Он взял его и отошел к стене, цепким взглядом изучая строчки под ярким светом кристаллов.

– Добро, – наконец сказал старец и махнул рукой. Гном, стоящий около стены, зыркнул на помощника, и они вместе направились к механизму. С натугой повернув его, гномы привели в действе каменные ворота, которые начали разъезжаться в стороны.

– Удачного пути, – бросил нам старый гном. Мэри скупо кивнула и первой ступила за пределы заставы.

Я взглянул в темный тоннель. Впереди нас ждала непроглядная тьма. И оглушительная тишина. Я нервно сглотнул. Разницу между подземельем и поверхностью я уже увидел, и лезть в тоннели не было никакого желания. В лесах хотя бы листья деревьев шелестели от ветра.

Следуя за остальными, я незаметно для себя пересек границу города. Ворота с тихим скрежетом начали закрываться за нами, и вскоре мы оказались в непроглядной темноте. Спустя мгновение лицо Мэри озарил свет. Она достала несколько кристаллов и протянула нам.

– Можете ими спокойно пользоваться. Хищники не реагируют на них.

Стало заметно светлее. Теперь я четко видел по бокам очертания коридоров, но потолок по-прежнему терялся где-то во тьме.

Мэри уверенно шагала вперед. Ее белые волосы в свете кристаллов отливали розовым. Мы молча следовали за проводником, оглядываясь по сторонам. Наши шаги разбавляли давящую тишину. Я немного отстал и потянул за собой Телириена. Мне надо было с кем-то поделиться тем, что я узнал от Мэри утром.

– Наш проводник знает о нас все, – тихо начал я. – Она была в Северном городе и видела объявления, но в подземельях никому не рассказала.

Телириен помрачнел.

– Думаю, ей можно доверять, но на всякий случай проследи, как окажемся в городе, – попросил я. Дракон кивнул. – И еще она мне рассказала кое-что интересное. Лимирей, если подслушиваешь, то слушай внимательно, – сказал я, заметив, как напряженно держится подруга.

От неожиданности Лим едва не споткнулась на ровном месте. Я усмехнулся и принялся пересказывать историю пятидесятилетней давности. К счастью, на нас не обращали внимания – уставшая от гнетущей тишины Аннабель начала задавать Мэри множество вопросов о подземельях. Лимирей поравнялась с нами, заинтригованная рассказом о древних руинах.

– Не зря в полиции работал, – хмыкнул Телириен. Лимирей взволнованно дернула дракона за локоть и вопросительно взглянула на него.

– Да, гномы и правда разбудили вампира, – подтвердил он и нахмурился. – Только вот куда он делся, когда стащил древние артефакты у экспедиции? Явно не к гномам пошел…

– Бродит по подземельям? – с иронией спросил я. Телириен фыркнул. – Если бы он объявился в Артении, то от этом бы знали. Не вернулся же он в руины…

– Не нравится мне эта история, – после короткой паузы произнес Телириен. – Вампиры слишком долго живут. Кто знает, что этот наворотил после тысячелетнего сна.

После слов дракона мне стало не по себе. Проснуться, обнаружить себя в подземелье, а потом узнать, что в Артении не осталось ни одного вампира, а города – в руинах… даже не знаю, как бы я повел себя на его месте.

Тем временем мы уходили все глубже вниз. Тоннель был большой и прямой – никаких ответвлений, развилок и пещер с хищниками. Воздух не колыхался. Со временем я привык к тишине. Из разговора Мэри и Аннабель я понял, что отсутствие звуков – это хороший знак.

Так мы и шли – быстро и немного расслабленно. Позже оказалось, что у тишины есть и оборотная сторона. Первые пещеры сбоку встретили нас звуками капающей воды, которые заставляли нас вздрагивать и оглядываться по сторонам. В другой пещере слышалось неприятное тихое копошение и шипение. В свете кристаллов отчетливо виднелись стена и пол, оплетенные паутиной, а на стене угадывался огромный паук размером с хорошую собаку.

– Вот заразы, – пробормотала Мэри, уперев руки в бока. – Недавно же здесь все расчищали!

– То есть это нормально? – с опасением кивнула Аннабель на паука.

– Могу плюнуть в него, – деловито предложил Телириен.

Мэри с интересом взглянула сначала на дракона, затем на паука и качнула головой.

– Интересное предложение, но это не поможет – все равно набегут. Да и пауки сами по себе не агрессивные. Они вцепляются только в тех, кто застрял в паутине. В основном их жертвы – кристальные зайцы, молодняк гидр и ящеров.

– То есть вы не попадаетесь? – осторожно спросил я.

– Все Паучьи кварталы отмечены у нас на карте. К тому же, в поход по подземельям мы берем средства для выживания, – ухмыльнулась Мэри. – На всякий случай, проследите за ним, – она указала на паука.

Лимирей с тихим звуком вытащила из ножен меч. Мэри оценивающе взглянула на нее и скомандовала:

– Идешь след в след. Паутина очень липкая.

Гномка вытащила из сумки внушительный пузырек и поставила его на пол. Я с интересом взглянул на флакон, присел и осторожно коснулся его бока. Материал под пальцем промялся и тут же выпрямился. На ощупь он был похож на какую-то вязкую субстанцию, застывшую по ошибке.

– Что это за материал? – спросил я.

– Резина, – ответила Мэри, проследив за мной. – Ее делают из теневой гевеи. Она растет в теплых частях подземелий, ближе к Лавовым Озерам. Тонкостей производства я не знаю, но могу сказать, что резина очень удобный материал. А история его изобретения кроется в очень едкой жидкости. Алхимики искали средство борьбы с паутиной и нашли, только оказалось, что хранить его не в чем. Оно разъедало все – стекло, дерево, камень, керамику. К едкой жидкости стали подбирать материал, на который она не действует. Так появилась резина, – пояснила Мэри. – Кстати, кожу эта штука тоже не щадит, – гномка выразительно взглянула на обувь. – Когда будешь идти за мной, следи, куда ступаешь, – предупредила она Лимирей.

Я взглянул на подругу. Давно я у нее не видел такого горящего взгляда. Кажется, когда мы дойдем до города, из лабораторий гномов Лимирей будет не вытащить,.

Мэри тем временем надела резиновые перчатки, открутила крышку флакона и осторожно уронила несколько капель на паутину, и она с шипением начала исчезать, как будто кто-то невидимый лакомился ей. Каменный пол под действием снадобья тоже начал плавиться.

Лимирей осторожно двигалась следом за Мэри. Я время от времени поглядывал на паука. Он не двигался. Когда девушки почти расчистили путь, паутина слева опасно дернулась, а паук зашевелился.

– Застынь, – велела Мэри Лимирей, собравшейся пустить в ход меч. – В паутину кто-то попался – нас паук не тронет.

Гномка оказалась права. Паук стремительно промчался мимо девушек и скрылся в темноте. Оттуда послышалось шипение и жалобный писк.

Вскоре Мэри расчистила путь. Друг за другом мы преодолели Паучий квартал и снова оказались в широком тоннеле. Облегчению не было предела. До предупреждения Мэри, что дальше идут гнездовья ящер и гидр.

– Идти придется быстро. Если хищники нас почуют – не отобьемся, – сказала гномка. – Сейчас можно передохнуть.

Что ж, если идти до безопасного места далеко, нужны будут силы. Разводить огонь не стали, хоть Мэри и сказала, что нам ничего не угрожает – ящеры и гидры, реагирующие на тепло, обитали намного дальше.

Подкрепившись, мы продолжили путь. Паучьих кварталов больше не попадалось, зато удалось увидеть странное слепое существо, которое Мэри назвала кристальным зайцем. При более подробном рассмотрении это лысое и слепое нечто и правда напоминало зайца, только с более короткими ушами, длинными конечностями и лысым телом.

– Самые безобидные обитатели подземелий, – пояснила Мэри. – У нас их даже разводят. Они едят кристаллы. Кажется, тут неподалеку у них лежбище.

Встреча с кристальным зайцем была последней на этот день. Дальше мы шли молча. Из сети тоннелей то и дело раздавалось странное шипение, скрежет когтей, рычание и еще какие-то непонятные звуки, похожие на тихие шаги.

Тоннель уводил нас все дальше вниз. Когда уже казалось, что сил идти больше нет, Мэри обернулась и сказала:

– Скоро придем к водному карману. Это самое безопасное место для ночлега.

Добирались мы до пещеры, по ощущениям, целую вечность. Ноги уже подкашивались от долгой дороги, а голова ничего не соображала. Тоннели и потолок начинали давить тяжелым грузом со всех сторон. Особенно остро это ощущалось в узком прохладном тоннеле. Прозрачное озеро ярко освещалось кристаллами.

Аннабель хотела броситься к воде, но Мэри перехватила ее за руку.

– Прежде чем совать руки в воду, внимательно осмотри дно или кинь что-нибудь съестное, а то можешь без пальцев остаться, – нравоучительно произнесла гномка. Принцесса с досадой на нее взглянула.

– А в подземельях есть что-нибудь, что не пытается от тебя оттяпать кусочек? – проворчала она.

– Практически нет, – ухмыльнулась Мэри. – Но в лесах можете спать спокойно.

– Здесь еще и леса есть? – удивился я. – Никогда бы не подумал…

– Лес – это слишком громко сказано, – кашлянула в кулак Мэри, чуть смутившись. – Это мы их так называем. С артенийскими, конечно, не сравнятся – здесь все-таки кругом камень, почвы почти нет. Деревья растут в ярко освещенных местах, неподалеку от карманов воды или питающих рукавов от Ледяных Озер. И любят тепло. Высотой деревья едва ли с вас ростом будут. Леса ревностно охраняют духи земли. Сначала может показаться, что они злые, но это не так. Просто лесов мало.

– Тогда нам очень повезло, что среди нас есть тот, кто умеет находить с ними общий язык, – ухмыльнулся дракон. Он обернулся к Лимирей. Она вняла его молчаливой просьбе и достала из сумки книгу. Телириен взял ее и с видом: «Не беспокоить» занял самый дальний угол пещеры, подальше от озера.

– И кто же это? – с интересом осмотрела нас Мэри, пытаясь угадать.

– Неважно, – буркнул я, сердито взглянув на Телириена. Подробности о линии крови де Дюпон я Мэри не рассказывал. Гномка взглянула на меня с досадой.

– Повезло вам, – вздохнула она. – Мы пытались с ними ужиться, но духи слишком своевольные.

– Просто вы практики и прагматики. Вы не просите, а требуете, а духи этого не любят, – меланхолично отозвался из своего угла Телириен.

Мэри насупилась. Похоже, замечание попало в цель. Впрочем, гномка сразу же отыгралась и принялась командовать, распределяя спальные места вдоль стен.

– А это зачем? – устало спросила у нее Аннабель.

– Здесь относительно безопасно, – многозначительно сказала Мэри. – Если устроишься по центру, хищники почувствуют тепло, придут и оттяпают от тебя кусочек-другой. Чтобы этого не произошло, на входе и в центр я поставлю ловушки. Они сработают, нас разбудят, и мы убьем хищника раньше, чем он нас.

Нас с Аннабель передернуло

– В каких опасных местах вы живете, – пробормотал Ричард. Мэри ухмыльнулась.

– Мы уже привыкли, – снисходительно сказала она. – Хищники эволюционируют, порой появляются новые, а мы под них приспосабливаемся.

Гномка вдруг нахмурилась и помрачнела. Мы с Аннабель обменялись задумчивыми взглядами и не стали ее больше расспрашивать. Мэри установила ловушки в пещере, а одну даже вынесла куда-то дальше, пока мы на холодных камнях устраивали из теплых вещей лежанки. Свет кристаллов мешал спать, но усталость взяла свое. Я так и не понял, как уснул.

Глава 4. Мэртон

Как и говорила Мэри, путь до приграничного города занял у нас ровно неделю. К тому времени на нас накатила апатия. Сказывался длительный путь и отсутствие дневного света. Темнота путала нас во времени, а похожие друг на друга тоннели сбивали с ориентира. Только Мэри себя чувствовала как рыба в воде, что было неудивительно.

Во время пути мы общались только на безопасных участках – некоторые хищники ориентировались только на слух. Разговоры проходили по принципу: «Ты мне – я тебе». Мы делились не особо ценными сведениями о нас и Артении, а Мэри в ответ рассказывала о выживании в подземельях и хитрых ловушках, способствующих этому. Телириен однажды задал вопрос о соседстве с темными эльфами. Мэри скривилась так, будто у нее разом заныли все зубы. Мы многозначительно переглянулись и больше на подобные темы не заговаривали.

Мне так и не удалось провести хотя бы пару минут наедине с Лимирей. В походных условиях все приходилось делать вместе, и наши тихие посиделки привлекли бы слишком много внимания. Ввиду того, что Мэри все знала, Лимирей не притворялась и не ела вместе с нами – лишь опустошила две склянки своего зелья.

Устраиваясь на ночлег, я часто вспоминал Артению. Никогда бы не подумал, что буду так скучать по родным краям. С тоской я вспоминал наш с Лимирей поход по зимнему лесу. С печальной улыбкой – города, где доводилось бывать по работе. С тяжелым сердцем вспоминал Севу. Домовой ведь не знает, где я и что со мной. Надеюсь, он не зачахнет во время моего отсутствия, и по возвращении мне не придется хоронить то, что от него останется.

Город встречал нас такими же воротами, как и на заставе. Мэри молча протянула в щель какую-то бумагу, и нас без лишних допросов пропустили внутрь. Гномы провожали нас весьма недружелюбными взглядами. Пещера закончилась быстро, и перед нами предстал широкий железный подвесной мост. Я осторожно выглянул за высокие перила вниз. В глубокой бездне царила непроглядная тьма. Я невольно отступил назад и с опаской спросил:

– Мост точно безопасный?

Вместо ответа Мэри указала на огромный обоз, который ехал по мосту нам навстречу. Я изумленно моргнул. Звонко цокая копытами, нагруженную телегу везли механические пони. Их начищенные бока бросали на мост блики от кристаллического света. Из мест сочленения деталей с равными промежутками времени вылетал пар.

– Невероятно, – изумленно выдохнул я.

– Почему мы их на заставе не видели? – в восхищении спросила Аннабель.

– Они не предназначены для долгих поездок – слишком мало мощности, – ответила Мэри и поморщилась. – А механики вместо того, чтобы разрабатывать более мощные модели, или как-то упростить жизнь простым гномам, занимаются разработкой оружия, – проворчала она. – Как будто и так его мало! Тем же механическим птицам лучше добавили скорости, чтобы летучие мыши не успевали их перехватить и загрызть. Сообщение между городами в разы бы улучшилось.

Мы растерянно переглянулись. В Артении я часто слышал, что гномы – гениальные изобретатели, а в старых книгах даже видел их некоторые механизмы.

«Ученым надо будет обновить информацию», – подумал я.

– Чего вы стоите? – крикнула нам Мэри с середины моста. Теперь вниз с опаской взглянули Аннабель и Ричард.

– Идите. Если кто рухнет, постараюсь поймать, – с деловым видом сказал Телириен, перегнувшись через перила и оценивая высоту.

– Знаешь, меня немного смущает слово «постараюсь», – буркнул я. – И как ты собрался трансформироваться на глазах у всех? Драконы теперь в моде?

Телириен сверкнул янтарными глазами, но промолчал. Собравшись с духом, я первый ступил на мост. Вроде не так страшно, если не смотреть вниз и не думать о головокружительной высоте, на которой находишься. Со временем я почувствовал себя намного увереннее и уже догнал Мэри, вместе с ней оглядываясь на остальных. Лимирей, Аннабель и Ричард старались держаться ближе к центру. Телириен шел следом за ними – только алая макушка и виднелась.

Мост привел нас на главную площадь. От нее, словно паутина, во все стороны разбегались дороги, ведущие в пещеры. Центральное место занимала смотровая башня с часами, которые показывали половину восьмого. На площади раскинулись открытые прилавки. Торговали практически всем: оружием, украшениями с драгоценными камнями, выпечкой из серой муки (и как только тут вообще что-то растет?), одеждой, обувью, даже запчастями к каким-то механизмам. Для полного антуража не хватало только алхимической лавки. Я поднял взгляд и заметил в скале множество зарешеченных арочных окон. После каждых трех шла большая арка, за которой в свете кристаллов угадывалась лестница. Над нами парили механические птицы. Их крылья двигались настолько быстро, что невозможно было уловить взглядом движения.

– А это что? – указал Телириен на гигантские трубы, уходящие в пропасть. Они тянулись с другой части города – отсюда ее было невозможно разглядеть.

– Воздухоотвод. В Мэртоне огнем почти не пользуются, но в кузнях и механических мастерских без него не обойтись. Воздухоотвод забирает весь задымленный воздух и сбрасывает вниз. Там его очищают ду́хи воздуха. Мы приносим им за это дары и стараемся всячески отблагодарить. В Мэртоне без них жизнь была бы почти невозможно – весь дым от кузниц летел в город, – вздохнула Мэри.

– Кстати о духах, – произнесла Аннабель. – Это нормально, что мы ни одного не встретили?

– Вообще-то нет, – ответила Мэри. – Они какие-то… не знаю, как сказать. Потерянные, что ли, в последнее время. Сами не свои. Мечутся, прячутся… раньше такого не было.

Я искоса взглянул на Лимирей и Телириена. Пробужденный вампир, беспокойные духи… мы точно найдем здесь помощь, а не новые неприятности на свою голову?

Мэри встрепенулась и жестом велела следовать за собой.

– Пойдемте, провожу до постоялого двора. И лавки, которые так просто не найти. Вам точно нужно посетить алхимика и мастера ловушек, если хотите выжить в подземелье, – наставительно произнесла Мэри.

Лимирей при словах «посетить алхимика» заметно оживилась.

– Но сначала на постоялый двор, – произнес я. – Не тащиться же к алхимику со всеми вещами.

Подруга взглянула на меня с легкой досадой, но возражать не стала. Мэри повела нас по самой широкой из улиц мимо богато украшенных двухэтажных домиков (не иначе гномская элита жила или дом принадлежал какой-нибудь государственной структуре) и остановилась около врезанного в камень высокого, в девять этажей, дома. На нас не переставали оборачиваться изумленные гномы.

Едва мы вошли, как все разговоры тут же смолкли. Повисла мертвая тишина. Мэри прошла к низкой стойке, за которой косматый гном протирал стеклянные кружки.

– Свободные комнаты есть? – деловито спросила гномка.

– Только для тебя, – пробасил хозяин и окинул нас презрительным взглядом из-под кустистых бровей.

Мэри вскинула брови. Некоторое время гномы сурово смотрели друг на друга. Остальные начали перешептываться, кивая в нашу сторону. Особое внимание досталось Телириену.

– Найдутся комнаты, – неохотно признался хозяин таверны и свирепо взглянул на нас. – Все рассчитаны под наш рост. Не нравится – выметайтесь. Учините драку – из окна полетите, все ясно?

Мы понимающе кивнули.

– Стирка и горячая ванная входят в оплату? – с деловым видом спросил я, проглотив недружелюбный тон. Гном одобрительно хмыкнул, но взгляд его не смягчился.

– Входят. Еда оплачивается отдельно, – сказал он и с подозрением взглянул на Телириена.

– Это наш проклятый друг, – я поспешил прояснить ситуацию. – Он… – Я скосил глаза на дракона, не зная, как продолжить.

– Я ищу свою истинную любовь. В Артении не нашел, теперь спустился в подземелья. Может, кто полюбит и расколдует поцелуем истинной любви, – тяжело вздохнул Телириен. – Время у меня еще есть.

Аннабель и Лимирей отвернулись, прикрывая лица руками, чтобы не рассмеяться. Я тоже с трудом сохранил невозмутимое выражение лица.

– А они тебе помогают? – хмыкнул гном, кивнув на меня, Ричарда и девушек. Гном нам явно не верил.

– Типа того. Сначала по Артении путешествовали, теперь сюда пришли. Если и здесь от проклятия не избавлюсь – быть мне монстром навеки, – дрогнувшим голосом произнес Телириен, тряхнув красными волосами.

– Брешешь, – недоверчиво произнес один из постояльцев.

– Один кровавый колдун наслал заклятие, а потом помер, – угрюмо ответил дракон.

– Нам потребуется три комнаты на двоих, – произнес Ричард. Кажется, он решил закончить этот балаган.

Косматый хозяин хмыкнул и выложил на стол ключи.

– Девятый этаж, первая, вторая и третья. Ключи подписаны. Стирка в ближайшие семь часов. Опоздаете – отдельно стирать никто не будет. Ванная на этаж общая, договаривайтесь с остальными. Оплата вперед.

Лимирей приблизилась к стойке. Она водрузила на нее сумку, достала перо и лист бумаги, быстро набросала:

«Сколько»?

Гном недоверчиво взглянул на Лимирей.

– Немая, что ли? – Она кивнула. Хозяин таверны неожиданно смягчился и назвал цену. Лим быстро отсчитала монеты, протянула монеты. Он сгреб их за стойку и махнул рукой, мол, идите.

Ричард взял ключи и, пригнувшись, первым ступил на лестницу. Потолки в таверне были очень низкие – встав на цыпочки, я мог коснуться макушкой потолка.

Мэри не стала провожать нас наверх. Напутствовала, что подождет внизу – от обещания показать алхимическую лавку и мастерскую ловушек для подземных тварей она не отказывалась.

Оставив вещи и заперев комнаты, мы спустились вниз и, наконец, покинули недружелюбную таверну.

– Ну и представление вы устроили! – расхохоталась гномка. – Проклятье, которое может снять поцелуй истинной любви! Серьезно?

– А ты думаешь, сказки на пустом месте возникли? – невозмутимо произнес Телириен. Мэри поперхнулась смехом.

– Повеселились и хватит, – хмуро сказал я. – Лучше определитесь, куда сначала пойдете.

Лимирей хлопнула по алхимической сумке и тряхнула ей. Монеты отозвались переливчатым звуком. Мы переглянулись.

– Она права. Начать стоит с алхимической лавки, – произнесла Аннабель.

– Тогда это надолго, – усмехнулся я и удостоился сердитого взгляда Лимирей.

– Тогда мы погуляем с Аннабель по городу, – произнес Ричард. – Два часа вам хватит?

Лимирей кивнула и указала на таверну за спиной.

– Договорились, – кивнула Аннабель. Телириен отправился с ними изучать подземный город, а мы с Лимирей последовали за Мэри к алхимику. Он тоже встретил нас не слишком дружелюбно, но лишь до тех пор, пока подруга не продемонстрировала ингредиенты и зелья с поверхности. Торги были долгими. Несколько зелий Лим обменяла на едкую жидкость против паутины, кое-что продала, кое-что выкупила. Я даже удивился, что мы уложились ровно в два часа.

После алхимической лавки мы все вместе отправились к мастерам ловушек. Здесь все необходимое закупала Мэри, а мы внимательно слушали ее консультации и мотали на ус. Особой популярностью пользовались тепловые ловушки, которые устанавливались поодаль от укрытия. В спальной пещере расставлялись в основном капканы. Мэри даже взяла нам взрывчатую смесь на самый крайний случай.

Также Мэри отвела нас в хозяйственную лавку и без лишних разговоров приобрела нам нагревательное устройство. Сверху крепилась тонкая металлическая плита. Под ней располагалась колба с горючей жидкостью. Крышка сдвигалась при помощи механизма, затем подавался огонь, и плита разогревалась.

– С дровами у нас туго, так что пришлось проявить фантазию, – самодовольно улыбнулась Мэри, наблюдая за нами. Да уж, подобного в Артении не встретишь. Свободное пламя там добывалось в основном из артефактов.

Из последней лавки мы выходили нагруженные, как тяжеловозные кони.

– Нам еще нужно найти проводника для дальнейшего пути, – вспомнил я.

– Тогда предлагаю разделиться, – указал на башенные часы Ричард и с сомнением оглядел тяжелые сумки.

– Мы с Лимирей донесем, – успокоил его Телириен. Я задумчиво взглянул на Лимирей. Она ободряюще улыбнулась и кивнула, мол, идите. Я только сейчас заметил, что стрелка на башенных чашах медленно подбирается к отметке семь.

– Как вы тут во времени ориентируетесь? – спросил я. – Сплошная темень.

– Нам не нужно солнце, у нас есть часы, – ответила Мэри. – Половина гномов живет в первую половину с семи до семи, а вторая – в другую. В связи с этим все города разделили на правый и левый квартал: первый работает одни двенадцать часов, второй – другие. Бабушка рассказывала, что раньше все жили вразнобой, и это было жутко неудобно.

– Как интересно вы живете, – пробормотал я, не переставляя удивляться, насколько же продуманно живет этот народ.

Мэри провела нас в сеть пещер со множеством окон и остановилась. Изобилие кристаллов давало много света. Я с удивлением разглядел доску объявлений. Чего там только не было вывешено! Каждый из торговцев уверял, что именно у него самые выгодные цены, кто-то писал, что такого товара, как у него, никто нигде не найдет, кто-то просил о помощи и обещал за это заплатить, кто-то, наоборот, предоставлял свои услуги… что здесь искала Мэри?

– Вот! – наконец, вычленила она из вороха прикрепленных бумаг одну. – Дани́лион Энте́! «Предоставляю услуги проводника. Обращаться только по делу. Экскурсий не устраиваю. Гарантирую, что живыми доберетесь до любого города», – прочитала Мэри.

– Звучит обнадеживающе, – иронично произнесла Аннабель.

– Вам нужен проводник или нет? – сурово спросила Мэри, сдвинув светлые брови. Аннабель подняла руки вверх, признавая свое поражение.

– А где нам его искать? – уточнил Ричард и заглянул через плечо Мэри в записку. – Ага. Второй ярус, третья развилка, дом пятый, – задумчиво протянул он.

Нам эта информация ни о чем не сказала, а вот для Мэри была ценной.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, открыли дверь с площадки и оказались в длинном коридоре. Я удивленно моргнул. Теперь ясно, что значит: «третья развилка, дом пять». По обе стороны широкого коридора тянулись каменные дома, тесно прижатые друг к другу. От центрального коридора расходилось множество перекрестков. Мы дошли до третьего и стали по номерам искать пятый дом.

Гномы не спали. Из одного дома слышались громкие крики, из другого доносился плач ребенка, в окнах третьего горел свет кристаллов, с кухни четвертого доносились ароматы выпечки – словом, жизнь кипела в подземном городе. Вскоре мы нашли пятый дом на третьей развилке. Мэри постучалась в дверь. Я присмотрелся и заметил, что в окнах небольшого домика темно. Гномку это не остановило, и она постучала еще раз, на этот раз дольше и настойчивее. За дверью послышались шаркающие шаги и ворчливый голос:

– Вы время видели?! Чтоб вас лешие забрали, проклятые!

Открыл дверь пожилой гном с повязкой на левом глазу. Лицо мелкой сеткой испещряли морщины и шрамы. Седую бороду гном заплел в несколько кос. Ростом он оказался ниже Мэри и выглядел бы действительно грозно, если бы не мягкий халат и домашние тапочки.

– Доброго времени, – заговорил Ричард. – Простите, что беспокоим в столь поздний для вас час, но нам нужен проводник. Наш путь лежит в столицу.

Данилион хотел что-то ответить, но его опередил ворчливый голос:

– Потянуло же в проводники! А хозяйство на кого оставишь? Опять все продукты переведешь! А мне куда?! Снова в спячку?!

Гном поморщился, а меня снова кольнуло чувство вины. Заботу домового я узнал безошибочно. Но Данилион не обратил на своего компаньона никакого внимания, отмахнувшись словно от назойливой мухи.

– Давненько к нам не захаживали люди, – произнес гном. – Сколько вас?

– Пятеро, – ответила Аннабель.

– Драться умеете?

– Не все, – угрюмо ответил я. – Но с магией земли вроде еще в ладах. И с нами в пути будет алхимик.

– Всем необходимым для выживания в подземельях мы обзавелись, – добавила Аннабель, чем заслужила уважительный взгляд Данилиона. Он с подозрением взглянул на Мэри, но промолчал.

– Тогда вот как договоримся: завтра в другие семь часов я буду ждать вас около входа в жилые кварталы. Посмотрю, что вы приобрели, и обговорим цену за услугу.

Нас такой расклад вполне устроил. Довольные, мы отправились на выход. Около арки перед жилыми кварталами Мэри ненадолго задержала нас.

– Ну что ж, я помогла всем, чем смогла, дальше сами. Ваша тайна дальше меня никуда не уйдет, – понизила голос гномка. – Удачи и легкого пути! – подмигнула она.

– И тебе, – пробормотал я вслед удаляющейся гномке. С досадой отметил, что проследить за ней некому – Телириен ушел в таверну с Лимирей. Мэри скрылась в жилом квартале, махнув нам напоследок рукой.

– Пора и нам возвращаться, – негромко произнес я.

– Жаль, что до столицы гномов долго добираться, – с досадой произнесла Аннабель. – Порталы бы решили столько проблем!

Мы тяжело вздохнули. Порталы… недоступная ныне роскошь – ни здесь, ни теперь в Артении из-за магии лесных эльфов. Ричард и вовсе помрачнел. Из нас всех ему приходилось тяжелее всего. Каково это, быть королем и знать, что ничего не можешь сделать для родной страны?

– Нам остается только идти вперед, – нейтральным тоном проговорил Ричард. – Мы уже зашли слишком далеко, чтобы возвращаться.

Мы с Аннабель переглянулись и молча двинулись в сторону таверны.

***

Обратный путь занял немного времени. За самым дальним столиком нас с мрачным видом ждал Телириен. Около него стояла полупустая бутылка с элем. Завидев нас, дракон поднялся навстречу и бросил завсегдатаям:

– Можете допить.

Я настороженно взглянул на дракона.

– Иди и поговори с ней, – неожиданно жестко сказал он, сверкнув на меня желтыми глазами. – У меня уже сил нет читать тот бред, что она пишет. Особенно в таком состоянии.

Телириен отвернулся и забрал у Аннабель тяжелые сумки. Я озадаченным взглядом проводил дракона, удаляющегося наверх,.

– Иди, – тихо сказала Аннабель и подтолкнула меня в спину. – Не знаю, что между вами происходит, но, поверь моему опыту, лучше все выяснить сейчас, чем копить все в себе.

– Все было нормально, – удивленно ответил я и тем не менее наверх последовал. Телириен показал мне, где искать Лимирей. Она занимала самую дальнюю комнату. Я осторожно постучался и заглянул. Ответом мне стали тускло сверкнувшие в свете кристаллов глаза. Рядом с Лимирей на тумбочке стояла почти пустая бутылка и кружка. Мокрая прядь волос падала ей на лицо. По полу были разбросаны скомканные листы бумаги. Перо лежало на кровати. я никогда не видел подругу такой разбитой.

Я вошел в комнату, тихо прикрыл дверь. Лимирей отвернулась и провела рукой по щекам. Только сейчас я обратил внимание, что ее лицо розовее обычного. Я присел рядом с ней, рассматривал до тех пор, пока она не отвернулась.

– Рассказывай, что у тебя случилось, – сказал я, когда молчание слишком затянулось. Лимирей неопределенно повела плечами. – Нет, так дело не пойдет.

Я вручил ей перо и подобрал лист бумаги, протянув Лимирей. Она схватила его, перевернула и начала зачеркивать все то, что написала ранее. Почерк у нее был не очень ровный – сказывалось количество выпитого алкоголя.

«Я не могу в этих подземельях. Нахожусь словно в могиле. Но и в Артению мне пути нет. Есть ли вообще место, где я смогу жить нормально, не скрываясь»?

Я тяжело вздохнул. Я сам чувствовал примерно то же самое.

– Нам всем тяжело. Я тоже скучаю по Артении, но это не повод пить.

Лимирей склонилась над листом бумаги и принялась быстро писать. Плечи у нее чуть подрагивали. Закончив, она протянула его мне.

«Я ведь и тебе жизнь испортила. Зря оставила тебе свой кулон. Ты как-то сказал, что все больше становишься похожим на меня. Я сразу поняла, что из-за него. Это единственная вещь, которая осталась мне от родителей, их наследие. Поэтому я избавила тебя от него. Может, это он лишает тебя магии? Каким бы у тебя было будущее с ней!»

– Таким же, как у остальных магов – сидел бы взаперти в Магическом городе, – угрюмо отозвался я.

«Тебя бы не разыскивали», – совсем криво написала Лимирей: я смог понять ее почерк только со второго раза.

– История не терпит сослагательного наклонения, – заметил я. – Ты можешь долго рассуждать на тему «что было бы», но настоящего это не изменит.

«Мы могли тогда уехать вместе. А я так испугалась… я тогда впервые убила под жаждой крови. Представила, что на их месте мог случайно оказаться ты или Николас и… прости меня».

– Я простил, – тихо ответил я. – После того, как прочитал его дневник. А вот простила ли ты себя? Если честно, я даже не знаю, как повел бы себя на твоем месте. И давай договоримся: пусть прошлое остается в прошлом. Начнем все по-новому. Не как старые друзья, а как… – Я на мгновение запнулся, не зная, какие подобрать слова. Были только мысли, но озвучить их я не рискнул – хватило и того, что к щекам прилила кровь. – В общем, сделаем вид, будто ничего не было. Ты изменилась, я изменился, мир в Артении тоже изменился… последнее, конечно, самое печальное, но мы попробуем все вернуть на круги своя. За этим мы и здесь.

Я осторожно взял Лимирей за руку. Она ответила слабым пожатием и улыбнулась, стирая слезы. У меня защемило сердце. Сейчас она казалась такой беззащитной и хрупкой… я притянул Лимирей к себе и обнял за плечи. Она доверчиво ткнулась в плечо и судорожно всхлипнула, вцепившись в мою куртку.

– Может, тебе удастся убедить короля пересмотреть законы в отношении вампиров и драконов, – произнес я. – Вряд ли люди примут вас сразу. Это будет тяжелый и кропотливый труд. Если мы можем все начать с нуля, то кровавую историю двух рас так просто не стереть.

Лимирей стиснула мою куртку сильнее. Я почувствовал, как она дрожит. Испугалась такой ответственности?.. Впрочем, если я был последним вампиром, то тоже бы десять раз подумал, а стоит ли показываться людям на глаза, когда они знают лишь историю, слухи и легенды.

– Прости. Ложись спать. Завтра ты еще пожалеешь, что напилась, – усмехнулся я. Лимирей подняла на меня взгляд. Я ее немую просьбу не понял. С досадой подруга взялась за перо и вывела следующее:

«Останься. Не хочу оставаться одна».

Я почувствовал, что краснею. Сердце ухнуло в пятки и ускорило свой ритм. Невольно вспомнились все наши лесные зимние ночевки в Артении. Я улыбнулся. Тоска кольнула грудь. Какое же беззаботное то было время…

Лимирей потянула меня за собой на кровать. Теперь я почувствовал себя совсем неловко.

«Ладно, как заснет – сразу уйду, – решил я. – В конце концов люди же спят друг с другом без всякого…»

К лицу прилила кровь.

«А может ли у нас что-нибудь получиться?» – мелькнула мысль при взгляде на Лимирей, которая продолжала меня тянуть за собой.

К горлу подступила горечь. Она будет жить долго, в отличие от меня.

«А если я буду таким же как она?»

Если подходить к вопросу так, то да, совместное будущее у нас вполне могло быть. Только захочет ли она видеть меня рядом с собой? Был ли я для нее больше, чем просто другом?

Мы вместе лежали на кровати. Лимирей меня так и не выпустила из объятий и положила голову на грудь. Я погладил ее по влажным волосам. Сколько же ей всего пришлось пережить!.. Смерть названного отца и розыск по всей Артении знатно ее подкосили. В замке Картак и в путешествиях по подземельям я был так поглощен собой, что не заметил этого.

Вскоре Лимирей уснула. Ее дыхание выровнялось, стало размеренным и глубоким. Такой Лим мне нравилась намного больше – спокойной и умиротворенной. Пусть ненадолго, но она обрела покой. Я осторожно убрал ее руки и встал с кровати. Такой Лим мне нравилась намного больше – спокойной и умиротворенной. Пусть ненадолго, но она обрела покой..

«Кулон», – пришла мне в голову мысль. Я оглянулся на алхимическую сумку Лимирей и убрал руки в карманы, поспешил покинуть комнату. Да, безумно хотелось его забрать. Он притягивал меня, словно высокое дерево молнию. В подземельях я не решался его забрать потому, что было слишком много свидетелей, а сейчас потому, что слова Лимирей заставили задуматься. Вспомнилась заметка из старого фолианта про зелье «Без магии», которое лишало способности колдовать. Но зелье вызывало временный эффект. А кулон?

Я содрогнулся. Десять лет он был со мной. И постепенно способности к магии земли стали сходить на нет. Зато проснулась способность призывать духов, как у Лимирей. И почему я раньше об этом не задумался?! И почему мне все равно хочется его вернуть и чувствовать тепло красного кристалла на груди?!

В раздумьях я прошел мимо комнаты. Встрепенувшись, остановился и вернулся. Ричард и Аннабель о чем-то тихо беседовали и смолкли при виде меня.

– Как Лимирей? – с тревогой спросила принцесса.

– А? – Я не сразу понял, что обращаются ко мне. – Напилась и спит. Но на всякий случай присмотри за ней, – попросил я Аннабель. Она кивнула и вышла из комнаты.

– Я распорядился о ванной. Будет готова через двадцать минут, – указал Ричард на часы. Я кивнул, принимая к сведению. – Ты идешь первым, – уточнил король.

– Что? А вы с Аннабель? – обернулся я к королю, в который раз удивившись его неприхотливости.

– Аннабель пойдет ниже на три этажа – там сейчас свободно. Я подожду.

Ричард не сводил с меня внимательного взгляда, но более ничего не сказал, за что я был ему очень благодарен. Стуком в дверь нас оповестили, что ванна готова. Очистившись от грязи недельного пути, я снова почувствовал себя человеком. Однако такие приятные процедуры не развеяли мрачных мыслей. Снова и снова я возвращался к разговору с Лимирей. И чем больше думал о кулоне, тем сильнее склонялся к выводу, что какая теперь разница? Я его десять лет носил – неделя без него ничего не изменит. В конце концов, устав валяться на короткой кровати и смотреть в потолок, я встал. Я очень хотел вернуть кулон.

Взяв ключ, я покинул комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Девушки наверняка спят и видят десятый сон. Но на всякий случай я прислушался, оказавшись около их комнаты. Отсутствие ключа меня нисколько не волновало. Воззвав к крупицам оставшейся магии, я отколол от стены небольшой кусочек камня и приложил его к замочной скважине. Он быстро принял форму ключа, и я повернул его. Раздался тихий щелчок. И я едва устоял на ногах. Накатилась такая слабость, будто я отдал все свои силы на колдовство. Невольно вспомнилось, как я колдовал в королевском замке, едва приложив усилия. Похоже, там я отдал последние силы на магию земли, ибо сейчас они оставили меня окончательно.

Я переждал слабость. Вскоре силы вернулись. Осторожно приоткрыв дверь, я проскользнул в комнату девушек и быстро прикрыл за собой дверь, чтобы их не разбудил свет кристаллов. Выждав, когда глаза привыкнут к темноте, я осмотрелся. Взгляд сразу остановился на алхимической сумке Лимирей. На мгновение мне даже показался красный отблеск.

Я на цыпочках пробрался к алхимической сумке Лимирей и тихо ее открыл. Кулон и правда оказался в боковом кармане. Я вытащил его, оглядел со всех сторон. Все такой же: странно обтесанный, темно-красный, светящийся… Я поспешил спрятать его в карман, крепко сжав в руке, и выскользнул за дверь. Сердце бешено колотилось. Я чувствовал себя вором-домушником. Запоздало вспомнил, что я забыл закрыть алхимическую сумку, и тихо выругался. Пришлось возвращаться. К счастью, никто из девушек не проснулся, и вскоре я снова стоял в коридоре перед закрытой дверью. Каменный ключ покоился в кармане рядом с кулоном.

Я вытащил кулон и внимательно его осмотрел. Он все еще светился. Руку обдало теплом, словно он приветствовал меня. Я улыбнулся. Ощущение было такое, словно оторванный кусочек вернулся ко мне. И как я только позволил Лимирей забрать кулон?.. Увы, попытка его надеть успехом не увенчалась – из-за порванного шнурка он застрял в складках рубашки, не долетев до пола. Снова пришлось взывать к крупицам магии, и она снова взяла свою плату. По телу разлилась пронзительная боль. Я закусил рукав, сдерживая стон. Из глаз брызнули слезы. Дыхание перехватило. Вскоре боль начала волнами отступать обратно. Глубокие вдохи помогали с ней справиться, и я смог выпрямиться и сделать нетвердый шаг к своей комнате. Едва накинув шнурок с кулоном на шею, я почувствовал себя намного лучше. Отголоски боли окончательно растворились в глубине сознания, и я быстро добрался до комнаты, а затем и кровати. Я забрался на нее и крепко сжал в руке кулон. Один раз у меня его отобрали – больше не позволю. Как мне только мысли в Академии приходили избавиться от него?.. Закрыв глаза, я практически сразу провалился в сон.

***

– Дэниэл Леман.

Я вздрогнул и открыл глаза. Меня словно обдало ледяной волной – этот зал я уже видел, как и безликие силуэты в длинных плащах и капюшонах.

– Кто вы? – тихо спросил я. Эти странные господа внушали благоговейный страх.

– Готов ли ты принять наш дар?

Я повернул голову и увидел, как колыхнулся самый высокий силуэт из всех здесь присутствующих. В горле пересохло. Ощущение было такое, словно от моего ответа зависела судьба мира. Я заколебался.

– Какой дар? – набравшись храбрости, спросил я.

Темные силуэты не ответили. Меня охватила досада.

– Ты звал нас, и мы пришли, – услышал я тихий женский голос.

– Готов ли ты принять дар? – повторил вопрос высокий безликий.

– Я предпочитаю знать, на что подписываюсь, – сердито сказал я. – Какой дар вы предлагаете?

Ответа не последовало. Безликие тени отступили и растаяли в темноте. Свет от факелов начал меркнуть.

– Приходи, когда будешь готов, – произнесла последняя тень, прежде чем исчезнуть.

Я в ужасе наблюдал, как со всех сторон наползает тьма. Оставаться в ней не было никакого желания. Я бросился за тающим силуэтом.

– Стойте! Не бросайте меня! – Крик утонул в вязкой тишине, и я провалился во тьму. Казалось, из нее нет выхода, но тут спасительным эхом я услышал свое имя. Я узнал голос Ричарда, но не мог понять, откуда доносится его голос. Темнота вокруг внезапно сотряслась. Затем еще раз. И я с криком открыл глаза.

Сердце заходилось в бешеном стуке. Надо мной склонился встревоженный Ричард.

– Что?.. – Из горла вырвался сдавленный хрип. Я сделал глубокий вдох и закашлялся. Ощущение было такое, словно внутри кошка когтями прошлась.

– Ты метался и бредил, словно в лихорадке, – осторожно произнес Ричард.

– Кошмар приснился, – ответил я и сел на кровати. Реальность все еще путалась со сном. Ричард протянул мне кружку с водой. Я благодарно на него взглянул и выпил холодную воду. Разум прояснился почти сразу.

– Сколько время? – спросил я.

– Половина восьмого.

Эта информация подействовала ушатом ледяной воды.

– А почему раньше не разбудил?!

– Потому что проснулся раньше и заказал завтрак. Полчаса на это хватит, – невозмутимо ответил Ричард и с интересом на меня взглянул. Я проследил за его взглядом и понял, что он смотрит на кулон.

– Лимирей тебе все-такие его вернула?

Я хотел ответить: «Да», но почему-то не смог соврать.

– Я забрал его. Это не просто кулон, а артефакт. Я не знаю, как он работает, но наверняка завязан на магии крови, как любое вампирское наследие. Иногда мне кажется, что он живой – я не видел ни одного артефакта, который бы отзывался на прикосновение теплом. Есть предположение, что он как-то на меня повлиял, но я так долго носил его, что это уже не имеет значения. Может быть, когда-нибудь я сумею разгадать его тайну, – задумчиво произнес я.

– Для этого тебе потребуется, как минимум, опытный вампир, – с улыбкой произнес Ричард.

– Да где ж его найти? – поморщился я и тряхнул головой. Мысль об уходящем времени отрезвила меня. Самое время было заняться насущными проблемами.

– Я разбужу девушек.

– А я Телириена. Встретимся внизу.

Ричард кивнул и первым вышел из комнаты. С драконом я бы очень хотел поговорить. Например, на тему того, как он допустил Лимирей к алкоголю и как он на ней сказывается. Вампиры почти ко всему менее чувствительны, чем люди, но кто знает? Я вышел из комнаты отправился к дракону. Нам предстоял серьезный разговор.

Глава 5. Цель и препятствия

В комнату Телириена я забарабанил изо всех сил. Тратить силы на создание ключа я не хотел. Заспанный дракон открыл дверь далеко не сразу.

– И незачем так колотить, – проворчал дракон, прикрывая рот рукой. – Чего хотел?

Я поморщился – от него разило перегаром.

– Вообще-то мы скоро в путь отправляемся, – раздраженно сказал я. – А ты напиться решил!

Телириен неопределенно хмыкнул и скрылся в комнате. Я вошел следом, чувствуя, как в груди все сильнее растет раздражение. Дракон сидел в низком кресле, вытянув ноги, и потирал висок.

– Не знал, что драконы страдают от похмелья, – язвительно сказал я. Телириен поморщился. То ли ему показалось, что я слишком громко разговариваю, то ли не нравилось, что озвучиваю очевидные вещи.

– Ты с Лимирей поговорил?

– Не переводи стрелки!

– Я не перевожу. Просто хочу прояснить ситуацию: Лимирей всерьез собиралась убить задевшего ее гнома, не думая о последствиях. Я сумел ее увести и предложил выпить, чтобы снять напряжение. И заодно ванну для нее заказал. А после выпитого Лимирей уже понесло. На эти монологи самоедства меня уже не хватило – теперь уже мне захотелось напиться и забыться. Правда я немного не учел, что огонь и алкоголь плохо сочетаются.

Я удивленно моргнул. Теперь понятно, почему Телириен прикрывал рот рукой. Неприятно кольнуло и то, что Лимирей не все вчера мне рассказала. Впрочем, я бы тоже не торопился сознаваться в серьезном намерении кого-то убить. Даже злость ушла, сменившись досадой.

Телириен тем временем подозрительно прищурился и чуть сморщился. В уголках янтарных глаз выступили слезы.

– Не вздумай, – предостерегающе сказал я. Поздно. С оглушительным «Апчхи!» дракон чихнул. Я бросился на пол. Надо мной пронеслась струя пламени и оставила на каменной стене выжженное пятно. Переждав еще один приступ огненного чиха, я медленно поднялся на ноги. Руки тряслись.

– Хорошо, что мы в подземельях, – пробормотал я. Телириен неожиданно расхохотался.

– Думаешь, это смешно? – огрызнулся я.

– Видел бы ты свое лицо! – весело произнес дракон, прикрывая рот рукой. – А если серьезно, то расслабиться вам не помешает. У Ричарда и Аннабель не идет из головы Артения, Лимирей одержима чувством изгоя, а ты – сожалениями о собственной бесполезности. Еще и подземелья на всех давят. Думаешь, мне нравится вот так ходить? – окинул себя многозначительным взглядом Телириен. – Я тоже хочу расправить крылья и взмыть в небеса, но увы, – развел он руками.

Я сел на кровать и провел руками по лицу. Возможно, Телириен прав. Нам всем сейчас было очень непросто. Для меня стало открытием, что и дракону есть на что жаловаться, а ведь он казался самым довольным в нашей компании.

– Я смотрю, вы пришли к консенсусу, – дракон кивнул на кулон. Я подавил нарастающее раздражение. Дался всем этот кулон!

– Мы решили начать все заново, – пожал я плечами. – Кто старое помянет…

– А получится ли? – взглянул на меня Телириен. – Вы столько всего вместе пережили… будет непросто все забыть.

– Разберемся как-нибудь, – огрызнулся я. – Собирайся! Мы и так уже опаздываем!

– А самого главного ты ей так и не сказал, – задумчиво произнес Телириен. – Смотри не упусти свое счастье.

Меня снова начала охватывать злость. Какого лешего этот назойливый дракон лезет в наши отношения?!

– Я же сказал: сами разберемся!

– Значит, остались друзьями? – продолжал допытываться дракон. Мне захотелось его прибить. Дабы не испытывать соблазн, я молча вышел из комнаты, хлопнув дверью напоследок. Я зашел к себе в комнату и забрал рюкзак. Осмотрелся, убедился, что ничего не забыл, спустился вниз, быстро заглотил завтрак и вышел из таверны. Аннабель, Ричард стояли рядом с Данилионом. Лимирей находилась поодаль и постоянно морщилась, потирая виски.

– Пить меньше будешь, – нравоучительно произнес я. Лимирей обернулась. Взгляд ее сместился мне на грудь и остановился на кулоне. Короткое удивление сменилось негодованием. Она протянула к нему руку. Я быстро отошел на пару шагов назад.

– Извини, но он останется со мной. Мы уже говорили по этому поводу, и я останусь при своем мнении.

Лимирей недовольно уперла руки в бока, а во взгляде мелькнула тревога и опасение. От дальнейшего выяснения отношений нас спало появление Телириена. Данилион удивленно взглянул на него.

– А это кто?

– Наш проклятый друг. Он по всему миру ищет истинную любовь, чтобы снять проклятие. Кровавый колдун был с чувством юмора, так что раз в месяц Телириен молчит, иначе захлебнется кровью, – любезно пояснил я.

Телириен кинул на меня многозначительный взгляд в духе: «Я тебе это припомню» и кивнул Данилиону. Объяснить, почему «заколдованный юноша» выдыхает изо рта пламя, было бы намного труднее.

– Можно отправляться. Ваших ловушек хватит для долгого и безопасного пути, а вот провизию нужно будет пополнять, – гном выглядел довольным.

Гном повел нас в левый квартал. Работа и торговля там были в самом разгаре. Многие гномы смотрели на нас как на древние артефакты, а мы оглядывались, не переставая восхищаться их изобретательностью. Ввиду отсутствия магии только она им и оставалась. Вскоре мы оказались около городских ворот. Другую часть города тоже закрывали раздвигающиеся огромные ворота. Они были вытесаны прямо в скале, перекрывая весь тоннель.

– Снова проводником подрабатываешь? – раздался звонкий женский голос с галереи. Я поднял голову и увидел темноволосую гномку. Она окинула нас подозрительным взглядом и презрительно сморщилась.

– Я работаю с теми, кто хорошо платит, – ответил Данилион.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – негромко ответила гномка. Проводник пожал плечами, мол, меня политика не интересует.

Ворота начали расходиться в стороны. Впереди нас снова ждали тьма, тишина и давящие стены подземелий. Но сейчас уже не было страшно выходить из города – я примерно понимал, что ждет нас на пути.

Когда ворота за нами закрылись, Данилион заговорил:

– К столице ведут два пути: один безопасный и длинный, второй короткий, но опасный. И там, и там на пути будут два города – там можем передохну́ть и пополнить провизию.

– А в чем опасность короткого пути? – спросил Ричард.

– На пути будет один из самых больших Паучьих кварталов, а впереди лес – там дух земли может не пропустить. Иногда там гнездятся хищники, – пояснил Данилион.

Мы переглянулись. Выбор был очевиден.

– У нас нет времени на длинный путь, – произнес Ричард. – Да и ты сказал, что купленных ловушек хватит до конца пути.

Данилион почесал покрасневший нос.

– Это я немного, загнул, конечно, – буркнул гном. – Едкой жидкости на Паучий квартал может не хватить. Но по пути будет город – там докупим.

Я взглянул на девушек из нашей команды. Аннабель была бледна, но полна решимости. Лимирей до сих пор страдала от головной боли и едва ли вслушивалась в разговор. Телириен молчал, лишь взглядом соглашаясь с решением короля.

– Тогда не будем терять время, – сказал я и первым направился в темный тоннель, вытащив из сумки кристалл. Данилион хмыкнул и оттеснил меня плечом. На правах проводника он имел на это полное право. Мы двинулись в путь. Я очень надеялся, что доберемся до столицы без приключений.

***

Первый день пути прошел спокойно. Не попадалось никакой живности и даже намеков на нее. Свет подземных кристаллов сопровождал нас практически с начала пути. Нам повезло – хищники на пути не встретились, и мы ночевали прямо в тоннеле.

Утро второго дня началось с зарисовывания карты. Данилион любезно предоставил свою, потрепанную. Я с интересом изучал карту. Подземелья умели удивлять – увидеть огромные ворота вампирского наследия я совсем не ожидал. Примечательно, что практически все они находились на территории темных эльфов.

– Я думал, что ваши вечные противники занимают намного больше подгорного места, – с удивлением сказал я.

– Куда уходят владения остроухих, мы не знаем, – поморщился Данилион. – То, что зарисовано здесь, имеет непосредственное отношение к нам. Говорят, их земли простираются под Лортенлонскими лесами и даже под Загорье. Но это только слухи. Ни один гном еще в те места не забирался.

Второй и третий день нашего пути тоже были тихими и спокойными. На четвертый мы оказались в Пере́путе. После сна на каменном полу короткие кровати показались настоящим блаженством. В городе мы пополнили запасы провизии и кислоты и продолжили путь.

В дороге мы не разговаривали, только по делу. Угрюмое тяжелое настроение немного развеялось. Теперь наш лагерь охватывала холодная целеустремленность. Не знаю, о чем думали мои спутники, но я тешил себя мыслью, что чем быстрее доберемся до столицы гномов, тем быстрее закончится эта давящая неопределенность.

Первая встреча с обитателями подземелий состоялась на второй день после выхода из Пере́путя. И это оказались не пауки в своем квартале, а гидры, устроившие неподалеку гнездовье, не отмеченное на карте. Твари выглядели весьма впечатляюще: массивное туловище, короткие лапы с длинными острыми когтями, которые легко вспарывали камень, и несколько голов на длинных толстых шеях. Каждую венчали острые гребни, которые переходили на тело. Хвост заканчивался треугольным наконечником. Головы щелкали челюстями с острыми зубами и шипели на других представителей семейства. Мы увидели чудищ издалека и быстро поспешили пройти мимо, пока они нас не заметили и не попытались оттяпать кусочек-другой. Из-за близости гидр пришлось искать пещеру на ночлег.

Данилион не зря называл себя хорошим проводником – безопасную пещеру он нашел быстро. Едва заметный коридор сливался с общим неровным рельефом стены. Но на всякий случай перед сном мы установили пару ловушек. Утром выбирались из укрытия с осторожностью. Чтобы не идти мимо гидр и не привлекать к себе внимание, Данилион предложил обходной путь через гроты.

– Только имейте в виду: подводные обитатели тоже отнюдь не мирные, – предупредил нас гном.

Путь по гротам был узкий – идти пришлось друг за другом. Лимирей замыкала шествие. Беды ничто не предвещало. Всплеск воды раздался громовым раскатом в царящей тишине. Мы все резко обернулись. Лимирей мечом отбивалась от напавшей на нее огромной зубастой рыбы. Я присмотрелся и заметил под водой еще несколько таких же. Наконец, Лимирей пришпилила ее острием ко дну. Вода окрасилась в алый, а подводная живность сразу пришла в движение – на незадачливого охотника набросились его сородичи.

– Бегом отсюда, – хладнокровно сказал гном.

Уговаривать нас не пришлось. Вскоре, задыхаясь от быстрого бега, мы оказались в тоннелях, ярко освещенных кристаллами. Гроты остались позади. Под ногами снова был твердый каменный пол.

– А ты молодец, – одобрительно кивнул Данилион Лимирей. – Не растерялась. Многие неопытные путешественники обычно ног лишаются – куски отрывают эти рыбины будь здоров.

Лимирей смущенно пожала плечами. Я хмыкнул. Это была принципиальная битва двух хищников. Крупный и разумный победил более мелкого и лишенного разума. Это было логично.

Вскоре мы добрались и до Паучьего квартала. Перед этим сложным и опасным отрезком пути мы сделали привал. Решили, что дорогу будет расчищать Данилион, а мы пойдем следом за ним. Хорошенько отдохнув и подкрепившись, мы двинулись к Паучьему кварталу и остановились на его границе. Оплетенные паутиной кристаллы хорошо освещали местность. Аннабель сглотнула и отступила на пару шагов назад. Лимирей и Телириен оглядывались по сторонам, оценивая обстановку.

Два паука уволакивали заключенных в кокон жертв под потолок. Еще один, раненый, оплетал паутиной вяло сопротивляющегося детеныша гидры. Четвертый неподвижно застыл на стене. Знание того, что пауки не нападают, не облегчило жуткого восприятия картины. Я осмотрелся и заметил три коридора, ведущие в разные стороны.

– Нам в центральный, – невозмутимо произнес Данилион.

Началась кропотливая работа по выжиганию паутины. Занятые своими делами, хозяева квартала на нас не реагировали. Иногда до слуха доносился тихий скрежет их лап и шипение, отчего становилось не по себе. Я не знал, сколько времени у нас заняло преодоление Паучьего квартала, ибо по ощущениям – целая вечность. Ступив на безопасный камень, мы без сил сползли вдоль стен и облегченно выдохнули. У меня мышцы так перенапряглись, что отдых не дал желанного облегчения – все тело неприятно ныло, словно я вышел с тренировки для полицейских.

– Долго нам еще до города идти? – устало спросила Аннабель.

– Два-три дня, – ответил Данилион. – И здесь оставаться опасно. На ночлег нужно найти пещеру.

Мы мрачно переглянулись, с трудом встали и отправились на поиски безопасного места. В пещере мы по обыкновению устроились вдоль стен, выставив в центре и поодаль пещеры ловушки. Свет кристаллов уже не мешал засыпать. Я быстро провалился в сон.

***

Я проснулся от дикого визга. Подскочив, огляделся, думал, что кричит Аннабель. Сфокусировав взгляд на ловушке, понял, что не все так страшно – в капкан попался кристальный заяц. Первым сориентировался Данилион. Одним ударом топорика он пробил зайцу череп, утихомирив его навсегда.

– А вот и завтрак попался, – цинично произнес гном. – Туши свежевать умеете?

Я остановил взгляд на Лимирей.

– Что бы вы без нас делали! – картинно закатил глаза Телириен.

Я фыркнул. Замечание дракона неприятно царапнуло самолюбие. Да, туши я разделывать не умел, зато неплохо умел готовить мясо. В походных условиях места для изысков не было, но что-нибудь с имеющимися ингредиентами сообразить сумел.

– Как закончите, дайте знать, – буркнул я. – Приготовлю.

Лимирей и Телириен принялись за дело. Зрелище разделывания туши не самое приятное. И довольно длительное.

Взгляд, которым Лимирей следила за тем, как сцеживается кровь, менялся от жадного до тоскливого. «Сколько же еды пропадает зря!» – читалось в ее глазах. Я быстро поджарил на всех мясо и сварил к нему овощи. Плотный завтрак придал сил и поднял всем настроение. Однако вода заканчивалась, а источников пресной поблизости не угадывалось, судя по карте Данилиона. На всякий случай мы с ней сверились. Дальше карта была чистой, но после всего, что я увидел, доверять ей было нельзя – хищники постоянно мигрировали с одного места в другое.

Увы, мои опасения оправдались – дорога до Паучьего города отнюдь не была безопасной. Несколько пещер оказались заняты ящерами. Пробираться через них пришлось быстро, чтобы нас не успели заметить. Данилион не переставал всю дорогу ругаться на хищников и даже обошел стороной несколько гротов – под потолком гнездились гигантские летучие мыши, которые питались кровью. Наконец нам повезло найти безопасное укрытие. Мы столько времени были на ногах, что готовы были уснуть на каменном полу. Данилион сразу поставил нас на место: во-первых, в гротах устраиваться на ночевку тоже надо было уметь, во-вторых, близость летучих мышей и ящеров требовала расстановки огромного количества ловушек. Впервые за все время путешествия гном настоял на дежурстве.

– Рыбы с острыми зубами – это еще что. Есть твари, которые выбираются на поверхность. Не хотите стать их обедом – выставляйте дежурного, – ответил Данилион на наш невысказанный вопрос.

Первым вызвался охранять сон Телириен. Его инициатива пришлась по душе гному. После скорого ужина мы легли спать.

Наутро в расставленных ловушках мы обнаружили трупы нескольких летучих мышей и одного маленького ящера. Пришлось потратить время, чтобы все очистить от крови – трупы оставили на растерзание хищникам. И, наконец, мы добрались до Паучьего города. И сразу стало понятно, почему он так называется. Огромная пещера и городские ворота сплошь были оплетены паутиной. Поодаль лежали несколько умерщвленных пауков. Пол был неровный, а к воротам вела небольшая лестница. К счастью, кислота у нас еще оставалось, и до города мы все-таки добрались. Проблемы возникли с воротами – паутина их стянула настолько сильно, что сил у гномов хватило открыть их лишь наполовину.

– День отдыха – и снова в путь, – пробормотал я. От темного пространства подземелий и чувства постоянной опасности становилось уже тошно. Леса Артении на их фоне казались очень даже дружелюбным местом.

– Как будто у нас есть выбор, – пробормотала Аннабель.

– Начнем с поиска постоялого двора? – предложил Ричард, оглядываясь на идущих мимо механических пони. – Лимирей, сколько у нас осталось средств?

Подруга закусила губу и быстро пересчитала остаток в кармане алхимической сумке. Нахмурилась и качнула головой, мол, не хватит.

– Значит, начнем с алхимической лавки, – сделал я вывод. – Скорее всего, мы там застрянем надолго…

– Расходиться тоже не слишком хочется, – с досадой произнесла Аннабель. – Мы потом в городе не найдем друг друга.

Наш взгляд остановился на Данилионе.

– Алхимик так алхимик, – проворчал проводник. – Сколько вам нужно времени на него?

Лимирей показала три пальца.

– А тебе хватит? – с деловым видом спросил дракон. Возмущенная вампирша пихнула его локтем в бок. У Данилиона округлились глаза.

– Ну ладно, – пробормотал гном. – Зайду через три часа. Я знаю тут пару неплохих таверн – провожу потом к ним. Если соберетесь задержаться – оповестите. В оплату услуг проводника экскурсии по городу не входят, – заявил Данилион и повел нас к алхимической лавке.

***

Пребывание в городе не задалось с самого начала. Алхимик при виде нас подобрался и с порога заявил, что ничего не продаст. Правда при виде зелий Лимирей и ингредиентов из Артении глаза гнома загорелись жадностью. Держался принципов он недолго и с небрежным видом согласился купить пару зелий. Лимирей в долгу не осталась и поставила цену в два раза выше, чем для алхимика Мэртона. Гном позеленел то ли от злости, то ли от ответной наглости. На грубое пожелание убраться подальше Лимирей предложила ему самому собрать все ингредиенты в Артении и сварить из них зелья. С этим алхимиком мы расстались и нашли другого. Он оказался куда сговорчивей. В назначенное время мы вернулись к первой лавке и встретились с Данилионом. Он проводил нас до пятиэтажной таверны. К счастью, хозяин отнесся к нам доброжелательно и предоставил все услуги, что мы запросили.

После ужина и водных процедур мы поговорили и решили, что после долгого похода по подземелью останемся в городе на пару дней.

Следующий день настроения не добавил. Каждый торговец считал своим долгом нажиться на нас, а на явную попытку жульничества местные органы порядка даже не реагировали. Находили в своих же законах какие-то подпункты, которые сводили все мои жалобы на нет. Злые и раздосадованные, мы уходили ни с чем. И так было трижды. Четвертый торговец вовсе заявил, что ничего нам не продаст, так как не желает ничего иметь общего с теми, кто якшается с темными эльфами. И ни один довод, что мы их в глаза не видели, не убедил его. Первой не выдержала Лимирей. Стискивая руки в кулаки, она жестом позвала нас за собой. Едва сдерживаемая ярость расходилась от нее физически ощутимыми волнами. Подруга немного постояла на улице, уперев руки в бока, а затем направилась к каскаду водопадов, которые находились неподалеку на самом краю города.

– Лимирей, куда ты? – окликнула ее Аннабель.

– Кажется, она хочет призвать духа воды, – негромко ответил я.

– Зачем? – удивленно моргнула Аннабель.

– Отомстить, – оскалился Телириен. – И, между нами, гномы этого заслужили.

Как ни странно, сейчас я разделял мнение и Лимирей, и Телириена. У водопадов подруга и правда пустила себе кровь и стала ждать, закрыв глаза. Через пару мгновений нас обдало брызгами воды и появился дух. В отличие от артенийских, этот выглядел как хищное морское чудовище: с короткими острыми плавниками, торчащими зубами и полупрозрачной чешуей, играющей всеми цветами радуги в свете подземных кристаллов. Водный дух приблизился к Лимирей и завис напротив нее. Взгляд вампирши ничего хорошего не предвещал. Дух щелкнул хвостом и, обдав нас брызгами воды, скрылся в каскаде водопадов.

– Что ты сделала? – заинтересованно спросил Лимирей Ричард. Она мстительно улыбнулась и приложила палец к губам, указав на уши. Я мрачно усмехнулся. У каждого создания есть предел терпения. Мы прошли чуть дальше и расположились на каменных лавках, любуясь видом на водопады. Через несколько минут мы услышали возню и грохот со стороны торговых лавок. Особой музыкой стали ругательства торговца, который послал нас подальше. Донеслись звуки битого стекла, а затем по земле прошлась дрожь. Мы с тревогой переглянулись. Да, поставить на место гномов хотелось, но не ценой полного разгрома города.

– Моя лавка! – раненым волком взвыл гном.

Лимирей вскочила с места. В ее глазах мелькнула тревога. Я остался сидеть на месте, мельком отметив, что к месту происшествия уже спешат стражи правопорядка.

– Пойдемте, посмотрим, что там произошло, – с волнением произнесла Аннабель.

– Я бы остался на месте, – сказал Телириен. – Людей здесь и так не любят, всех собак попытаются повесить на вас, если увидят поблизости.

– Наше вмешательство еще доказать надо, – заметил я и поднялся с места.

Девушки первыми оказались неподалеку от места происшествия. Увидев развернувшуюся картину, я так и не решил, посочувствовать мне гномам или расхохотаться над их неумением уживаться с духами.

Вывеска над пекарней висела на одной цепи. Дверь с петель была сорвана. В зале, с разбитыми носами и лбами, лежали в кучке караульные, связанные шпагатом. Два маленьких домовых в домашней одежде даже повязали сбоку бантик. Один с воинственным видом устроился сверху кучи из гномов, победно потрясая половником. Пироги были безвозвратно испорчены. Бочки с водой опрокинуты, и пол походил на зеркальное озеро. Второй домовой с деловитым видом указывал духу воды, что сбросить со стен. А когда совместная пакость была сделана, домовой с деловым видом сказал:

– И огонь погаси!

– Нет! – взвыл хозяин лавки. – Не смей!

Дух воды зашипел и забил хвостом, зависнув в воздухе. Плавники опасно раскинулись. Ему явно не нравилось отношение торговца к собственной персоне.

– Да-а, не умеют гномы ладить с духами, – прокомментировал Телириен, оценивая обстановку.

– Этого бы не случилось, если бы с нами не вели себя так по-свински, – тихо хмыкнула Аннабель.

– А сами-то со всеми себя обходительно ведете? – взглянул на нее Телириен. Принцесса залилась краской и отвернулась.

– Не путай Войну Освобождения и неуважение к духам, – сказал Ричард. – Это в корне разные вещи.

– Давайте не будем ссориться и выяснять отношения, – предложил я. – Кстати, в наших интересах сейчас гному помочь. Может, добром на добро ответят.

– А если нет? – взглянул на меня Телириен.

– Проблемы будем решать по мере их поступления, – ответил я.

У Лимирей был растерянный вид. Она явно не планировала устраивать подобный разгром. Я тронул ее за руку.

– Кажется, у духов к гномам есть свои счеты. Но больше так не делай. Повезло, что водный никого не утопил.

Лимирей испуганно побледнела.

– Ладно, посмотрим, как это можно исправить, – пробормотал я и подошел к хозяину лавки.

– Любезный, вам помочь? Вижу, вы не умеете с духами ладить. Нас они выслушают охотнее, ибо не видели ранее и не знают.

– Мне не нужна помощь людей! – фыркнул хозяин лавки.

– Тогда счастливо оставаться. Караульные вам с ними точно не помогут, – заметил я и направился к Лимирей. Она выглядела и чувствовала себя виноватой. Я тяжело вздохнул. В моей полицейской практике много было случаев, когда виновный сначала что-то делал, а потом думал.

– Стойте! – окликнул нас хозяин лавки. Я обернулся. Видно, что гному очень тяжело далось решение принять нашу помощь. – Сделайте все, что сможете, и я отблагодарю вас.

Я благосклонно кивнул и едва заметно подмигнул Лимирей. Она подняла взгляд на духа воды. Пустила она себе кровь или нет, я не видел. Подруга поманила духа за собой. Дух не удержался напоследок от пакости – водная волна сбила хозяина пекарни с ног.

Нас обдало ледяными брызгами. Дух потерся о щеку Лимирей, как будто за что-то благодарил. Я удивленно взглянул на него. Это же как надо было довести стихийное создание, чтобы оно настолько озлобилось на всех? Странно, что дух вообще пресную воду соленой не сделал. Я протянул к духу воды руку. Он зашипел и юркнул за спину Лимирей, угрожающе расправив плавники.

– Мало вам сделок с темными эльфами, теперь вы и духов у нас украсть решили?! – На нас угрожающе наступала гномка. По росту и по ширине она была одинакового размера.

– Он сам за нами пошел, – фыркнул я. – А вот вы озлобили его. И я теперь не знаю, простит ли он вас вообще, как и те два домовых.

Дородная гномка тут же стушевалась.

– Домовых Грег вышвырнул из своей лавки, – заявил кто-то из толпы. – Это все знают!

Я не поверил своим ушам. М-да, после подобного обращения неудивительно, что духи так себя ведут и не показываются ни в городах, ни в подземельях.

– С духами нельзя так обращаться! – возмутилась Аннабель так, словно оскорбили ее саму.

– Так мы им постоянно дань отдаем! – крикнул кто-то из толпы. – Чего им еще надо?!

– Подачками доверие их не заслужите, – веско сказал я, обернувшись. – Взаимовыручка и взаимопонимание вернут их доверие. Сейчас мы поможем вам вернуть расположение хотя бы одного, но дальше все будет зависеть от вас.

– И раз уж мы заговорили о равном отношении, то советую еще припомнить: разве люди в Артении хоть раз позволяли себе подобное отношение к гномам, даже если короля не устраивала их политика? – негромко произнес Ричард. – Если вспомните, можете диктовать свои условия. Нет – будьте добры проявить к нам хотя бы немного уважения.

Гномы притихли. Мы тем временем продолжили путь к водопадам в сопровождении водного духа.

– Они одумаются? – шепотом спросила Аннабель.

– Возможно, – задумчиво сказал Ричард. – Лимирей, ты точно сможешь договориться с духом? На моей памяти обиженные даже на контакт не шли.

– Но ей-то отозвался, – заметил Телириен. – И он не выглядит таким уж недовольным. А, водяной? – обратился к нему дракон.

Дух выглянул из-за спины Лимирей и метко плюнул Телириену в лицо струей воды. Тот успел прищуриться и отвернуться. Я едва сдержал смешок. Дракон остался невозмутимым – вода уже начала испаряться и с волос, и с плаща.

– Ладно, я понял, – кашлянул дракон. – Не буду больше с тобой разговаривать.

Мы снова оказались у водопада. Лимирей, оглядевшись по сторонам, пустила себе кровь. Коснувшись воды, та сразу потянулась к духу воды. Тот вобрал ее в себя и склонил голову набок. Лимирей не сводила с него немигающего внимательного взгляда. Дух воды внезапно заволновался. Он шипел, бил плавниками, брызгал водой, а затем вылетел из воды и завис напротив Лим. Мы, затаив дыхание, наблюдали за их молчаливым диалогом. Подруга нахмурилась, кивнула и вытащила из сумки карту. На ней тут же проступило мокрое пятно. Водный дух пискнул и скрылся в каскаде водопадов. Лимирей обвела отмеченный участок карты пером, а на листе бумаги написала:

«Дух воды их простит если мы ему поможем. Надо будет наведаться к месту на карте».

– Звучит обнадеживающе, – произнес Телириен. – А если гномы окажутся несговорчивыми?

– Чихни в них пару раз, – предложил я. – Скажешь, что у тебя аллергия на их манеры.

Телириен задумался. Я на всякий случай отодвинулся от него подальше, чтоб он «случайно» на меня не чихнул. С него станется.

– Пойдемте, попробуем договориться, – предложила Аннабель.

Мы обошли разгромленную лавку, откуда доносились возмущенные крики домовых и гномов, и вскоре оказались у ряда дверей, вырезанных прямо в скале – определить, что где находится, позволяли вывески под навесами. Мы отправились в ту, где торговали мясом кристальных зайцев и овощами. Как и ожидалось, гном встретил не слишком дружелюбно. Однако, узнав, что дух воды, живущий в водопадах, больше не будет пакостить, подобрел и продал все, что мы запросили. Даже со скидкой. Одному гному потребовалось подтверждение, что мы ладим с духами, но тут нас выручил домовой из ближайшей таверны. Он помог нам задаром, протерев указанную нами полку и даже платы не взял. Только хитро подмигнул, когда уходил.

Закупив все необходимое, мы, довольные, вернулись в таверну. Лимирей позвала нас за собой. Как только все расположились вокруг низенького стола, она принялась быстро писать. Закончив, положила лист на середину стола.

«Дух воды попросил сходить к гроту. Свободный поток там внезапно пересох и унес жизнь другого духа воды, его друга. Хранителя духов он не дозвался, а гномы то ли отказались помочь, то ли не поняли его. Надо посмотреть, что там, и по возможности вернуть воду. Если не получится, то хотя бы почтить память исчезнувшего духа».

Мы переглянулись.

– Может, Хранитель духов умер? – предположил я, вспомнив Вектора.

– Возможно, – медленно произнес Телириен. – Или с ним что-то случилось. Помнишь, Мэри сказала, что духи в последнее время ведут себя, словно потерянные?

Я задумался. В подземельях явно происходило что-то странное и тревожное.

– Неудивительно, что дух на всех обозлился, – негромко произнес Ричард. – Хорошо, что еще воду не отравил здесь.

– Ему же в ней жить, – заметил Телириен. – Но к гроту обязательно сходим. Обещания, данные духам, надо выполнять.

– Не помешало бы поговорить с Данилионом. Где этот грот находится? – спросил я.

Лимирей достала карту. Отмеченное место оказалось чуть в стороне от основного пути – мы могли потерять несколько дней, а проводник мог спросить доплату.

– Можем отправить ему записку механической птицей, – задумчиво произнес Ричард. – Наверное, хозяин таверны в этой услуге не откажет.

– Я поговорю с ним, – вызвалась Аннабель. Лимирей дала ей лист бумаги и перо. Принцесса тепло улыбнулась и вышла из комнаты. Вернулась она через несколько минут. Я отправился ожидать гнома. Прихватив у Телириена книгу, спустился вниз и занял самый дальний угол, откуда хорошо просматривался весь зал.

Данилион появился спустя час. Я махнул ему рукой. Гном выглядел немного недовольным, но, услышав в чем дело, оживился.

– Я знаю это место, – кивнул гном. – На два дня пути выйдет дольше.

– Пусть так, но мы обещали духу воды туда наведаться, – пожал я плечами. – У вас и так с ними напряженные отношения, если подведем доверие и этого – беды точно не миновать.

– Ладно, зайдем, – вздохнул Данилион. – Я даже плату не возьму с вас – мир с духами важнее. Когда в дорогу? – деловито осведомился он.

– Завтра, – ответил я. – Не хочется задерживаться в столь недружелюбном городе, да и времени у нас нет.

– Тогда завтра в семь я буду вас ждать у входа.

Я взглянул на часы. Три часа на отдых?

– В другие семь, – уточнил Данилион. – У вас будет время выспаться.

Я кивнул и отправился наверх. Из нашей команды никто не пожелал остаться в Паучьем городе. Все хотели поскорее добраться до столицы и поговорить с Вождем. Я очень надеялся, что он не откажет Ричарду в беде и поможет отбить Артению у лесных эльфов. Гномы тоже не слишком любили остроухих. Но был ли им резон вмешиваться в артенийские дела? Это был хороший вопрос, на который даже Ричарда не знал ответа.

Глава 6. Иссушенный грот

Утром мы быстро позавтракали и двинулись в путь. Покидали город через другие ворота. Город не зря назывался Паучьим – с другой его стороны тоже пришлось продираться через паутину. К счастью, Паучий квартал оказался небольшим, и очень скоро мы оказались в свободных широких тоннелях подземелий. После шумного города тишина поначалу резала слух, однако к середине пути стала приятным спутником. Но, когда стали искать место для ночлега, пещеры снова наполнились неприятным скрежетом, писком, хлопаньем крыльев и шипением. Где-то капала вода. Данилион тихо выругался.

– Здесь нельзя оставаться. Летучие мыши рядом. Придется пройти еще немного.

– Разве наших ловушек не хватит? – удивилась Аннабель.

Данилион склонил голову на бок и прислушался. Затем качнул головой.

– Их слишком много. Может, крови эти твари пьют и немного, но искусать могут так, что калекой останетесь. Один гном устроился на ночлег неподалеку – остался без глаз и с прогрызенными доспехами.

Меня передернуло. Да уж, поучительная история.

– Многие гномы кличут летучих мышей вампирами. Одна суть: и те, и те – кровожадные твари, – продолжил Данилион.

Лимирей чуть вздрогнула. Я взял ее за руку и погладил по большому пальцу. Да что гномы знали о вампирах?

– А что вы о них знаете? – с любопытством спросила Аннабель. – Я имею в виду самих вампиров.

– Только то, что когда-то давно они существовали. Историки считают, что после Войны Освобождения на поверхности вампиры спустились сюда – иначе объяснить наличие их ворот никто так и не смог. Как и открыть их, – подумав, добавил гном. – Кое-кто убежден, что вампиры владели магией крови, только я в это не верю.

Я взглянул на Лимирей. Она выглядела задумчивой.

«Занятно, все историки сходятся в одном – вампирам была подвластна магия крови», – рассеянно подумал я и снова скользнул взглядом по Лимирей. Черные волосы рассыпались поверх охотничьей коричневой куртки. Штаны, заправленные в высокие сапоги, подчеркивали стройные ноги и крутые бедра. Я отвернулся. Мысли разбежались в разные стороны. Вспомнился неловкий поцелуй в коридорах королевского замка. Я тряхнул головой, чувствуя, что краснею.

– Здесь можно заночевать, – вывел меня из раздумий голос Данилиона.

Пещера оказалась небольшой и темной. Мы не рискнули разогревать еду на плите – перекусили так, расставили ловушки и легли спать. Из-за далекого писка, скрежета когтей по полу и рычания я долго не мог уснуть. Постоянно казалось, что вот-вот к нам нагрянет незваный гость и отгрызет пару кусочков.

Вдруг по телу от груди разлилось приятное тепло, прогоняя тревоги и страхи. Я опустил взгляд и увидел, что кулон едва заметно светится.

«Чувствует меня словно живой», – подумал я. Такого за всю карьеру полицейского я не наблюдал даже среди родовых артефактов. Этот разительно от них отличался. Меня будто окутало теплым одеялом, а глаза сами собой начали закрываться. Может быть, когда-нибудь я действительно разгадаю его тайну.

Как уснул – сам не понял. Прервалось блаженное забытье внезапно бешеным рыком неподалеку. В расставленную ловушку попался ящер. Мне хватило секунды, чтобы оценить обстановку. Я не помнил, как вскочил на ноги и отпрыгнул к стене пещеры. Лимирей отпихнула в сторону еще не проснувшуюся Аннабель, на ходу вытаскивая из ножен меч. Данилион схватился за топорик.

– В сторону! – рыкнул Телириен.

Я быстро взглянул на него. Думал, решил поджечь ящера, но все оказалось куда прозаичнее: фраза была адресована Ричарду. Король последовал совету и оказался в самой дальней части пещеры напротив меня.

Раненый ящер к тому времени почти выбрался из капкана. Ни Лимирей, ни Телириен не стали ждать, когда он освободится, и атаковали. Дракон с размаха ударил ящера в челюсть, а Лимирей кинулась вперед и полоснула ему мечом по горлу. Хищник захрипел. Распахнутая челюсть с лязгом проехалась по драконьей чешуе. Лимирей ударила раненого ящера рукоятью сначала по голове, а затем у основания черепа. Зверь издал предсмертный хрип и начал заваливаться на бок. Короткая передняя лапа конвульсивно дернулась и впилась острыми когтями в бок Лимирей. Я в ужасе наблюдал за тем, как на распоротом наискось животе подруги появляется кровь.

Я не заметил, как оказался около нее. От боли Лимирей не сразу поняла, что произошло – она даже беззвучно вскрикнуть не успела. Я не позволил ей упасть. Подруга хватала ртом воздух короткими вдохами. Взгляд помутнел. Лицо теряло краски и становилось мертвенно-бледным. Природная регенерация не справлялась с полученными ранами, а для вампира потеря крови была критична. Но, может, Лимирей удастся зельями отпоить?

– Тихо. Дыши. Не теряй сознания, слышишь? Лимирей, посмотри на меня!

Я тряхнул подругу за плечи. Она остановила взгляд на моем лице, а затем скользнула ниже. Я кожей ощутил, как в ней просыпается первобытный инстинкт хищника – Лимирей очень хотела вцепиться мне в горло и высосать всю кровь. Можно считать везением, что сейчас она была не в том состоянии, чтобы это сделать.

– Мне жаль, – печально произнес Данилион. Его голос доносился до меня словно через облако ваты. – С такими ранами не живут.

– Дай ее сюда и отойди, – раздался за спиной голос Телириена. Я обернулся и смерил дракона прожигающим взглядом.

– Да вы уже ей ничем не поможете! – всплеснул руками Данилион.

– Заткнись! – рявкнули на него мы с Телириеном.

– Мне, в отличие от тебя, она в горло не вцепится! Сейчас Лимирей придет в себя, и тогда точно кого-то придется хоронить, – выразительно взглянул на меня дракон. – Хочешь помочь – достань из ее сумки зелья, заживляющие раны, и ее кровезаменитель.

Я неохотно подчинился и передал ему Лимирей. Она попыталась взять меня за руку и укусить, но я успел вовремя ее одернуть. Я с тревогой и горечью отметил, что во взгляде подруги не осталось ничего человеческого – только жажда крови. Опомнившись, я быстро осмотрелся и обнаружил сумку Лимирей в двух шагах от себя. Я присел рядом с ней и открыл, повернувшись так, чтобы краем глаза видеть всех. Содержимое меня знатно озадачило – ни одна склянка не была подписана или как-то обозначена. Я в зельях не разбирался.

– Кто-нибудь по запаху и цвету может определить зелья? – спросил я с ледяным спокойствием, которого на деле не чувствовал.

Телириен тем временем стащил с Лимирей куртку и окончательно порвал рубашку.

– Кому-то придется пожертвовать флягу с водой, – сказал дракон. Аннабель без раздумий протянула свою и присела рядом со мной.

– Я помню, как пахли мази и зелья, которыми она меня отпаивала. Открывай склянки, – кивнула принцесса.

Данилион переводил взгляд с меня на дракона и обратно, не разделяя нашей уверенности и надежд поставить Лимирей на ноги. Что ж, его можно было понять. Передавая Аннабель склянки с зельями, я запоздало подумал, что проводнику невольно придется раскрыть тайны личностей Телириена и Лимирей.

– Вот это, – отставила одну склянку Аннабель в сторону. – И вот это, – чуть позже добавила она, понюхав еще две. – А вот мазь, – указала она на продолговатый флакон, больше напоминающий шкатулку.

– Хорошо, с этим разобрались, – выдохнул я. Ужас и тревога ушли, уступив место холодной сосредоточенности. – Ее зелье бесцветное. И его должно быть много.

Аннабель взглянула на склянки и сразу же отобрала из них несколько. Я взял все необходимое и подошел к Телириену. Рваные раны выглядели уже не так страшно. Я скосил глаза на дракона, и он кивком подтвердил, что прижег их. Поколебавшись, я передал зелья Телириену и отошел в сторону.

Данилион не сводил с меня и дракона странного взгляда. Ричард предпочел не вмешиваться, и я не имел никакого права его в этом обвинять – жаждущий крови взгляд Лимирей до сих пор пробирал до мурашек.

Телириен заставил открыть Лимирей рот и влил ей заживляющее раны зелье. Немного выждал, заложил мазь на наружные раны и туго перевязал их разорванной рубашкой подруги. Затем принялся вливать в Лимирей кровезаменитель. Три склянки она проглотила, даже не заметив. С четвертой ее взгляд, наконец, прояснился. Я с шумом выдохнул и только сейчас понял, что практически не дышал последнюю минуту.

«А ведь с такой раной ее организм мог затребовать крови, – подумал я. – Кажется, нам повезло».

Телириен помог Лимирей сесть. Она прислонилась к стене и с благодарностью взглянула на нас. Грудь, прикрытая плотной полоской ткани, тяжело вздымалась.

– Кто вы такие? – тихо спросил Данилион, не сводя взгляда с Лимирей и Телириена. Рука гнома лежала на рукояти боевого топора.

– Лимирей – вампир, Телириен – дракон, – буркнул я. Данилион едва не сел, где стоял, от изумления. – А мы – простые люди.

– И не такие уж они и монстры, – вступилась за них Аннабель. – Они нам жизнь спасли.

– И, между прочим, ни разу не попытались тебя сожрать, в отличие от обитателей подземелий, – мрачно добавил я. – Уйти ты все равно никуда не сможешь, подземелья – не поверхность, место для маневра здесь довольно ограничена. К тому же у нас возможностей намного больше, – выразительно я взглянул на Телириена и Лимирей, закутавшуюся в разорванную куртку от охотничьего костюма.

– А если все-таки решите нас бросить, то вашей репутации придет конец, – негромко произнес Ричард. – До города мы сумеем и сами добраться.

– Вы мне угрожаете?! – ощерился гном.

– Рассматриваем все варианты, – скривил я губы в подобие улыбки.

– Еще он может завести нас в какое-нибудь гнездо и оставить на растерзание местным зверюшкам, – задумчиво произнесла Аннабель, заправив за ухо прядь светлых волос.

От подобных мыслей Данилион оскорбился и убрал ладонь с рукояти топора.

– Эй, монстра-то из меня не делай! – возмутился гном.

– Я же сказал: мы рассматриваем все варианты, – хмыкнул я. – Как видишь, в мире и согласии выгодно добраться нам всем. Тем более, что следующий город на пути и есть столица.

Лимирей не сводила с гнома настороженного взгляда. Да и Телириен не выказывал дружелюбия. Данилион в свою очередь не переставал рассматривать их.

– Вампир и дракон… – пробормотал он и потер переносицу. Я криво усмехнулся, вспомнив свою первую встречу с Телириеном. Да и правда о Лимирей ударила по голове тяжелым молотом.

– А… я думал, драконы не слишком похожи на людей, – произнес Данилион. Телириен ответил насмешливым взглядом и сверкнул желтыми глазами.

– Я бы с удовольствием продемонстрировал вторую ипостась – было бы место. И огнем плюнул, если бы на него не сбежалась куча местной живности, – ответил Телириен.

– Кстати о живности. Они наверняка сбегутся на падаль, – кивнул я на мертвого ящера, перегородившего вход в пещеру.

– Запах крови можно отбить пахучим отваром из светящихся грибов, – сказал Данилион. – Есть такой?

Лимирей кивнула и указала на одну из склянок, что стояли на полу. Я оглянулся и сразу увидел ту, что будто слегка подсвечивалась изнутри. Данилион уважительно хмыкнул.

– Труп оттащите подальше, – распорядился гном. – Падальщиков много, потом не отобьешься. И тепловую ловушку с ним рядом поставьте, чтоб наверняка. А я пока замою здесь следы крови.

– Я помогу, – сказал Телириен и поднялся с места. Ослабевшая Лимирей попыталась последовать его примеру, но дракон сердито на нее рыкнул:

– А ты куда собралась?! Лежи и раны залечивай! Голод замучает – дай знать, зелье подам, – произнес он чуть спокойней. В глазах Лимирей проскользнула обида. Я сейчас был солидарен с Телириеном. Чтобы немного сгладить неловкость, я подошел к Лимирей, обустроил ей лежанку из зимней одежды и помог лечь. Ответом мне стал благодарный взгляд.

– Телириен прав. Отдыхай. Тебе сейчас важнее залечить раны, – улыбнулся я подруге. Лимирей до сих пор была бледной. Ее темные глаза на фоне кожи казались бездонными черными колодцами. На первый взгляд раненая Лим могла показаться очень хрупкой, но стоило приглядеться чуть внимательнее и проступало понимание, что перед тобой раненый хищник и с ним следует вести себя осторожно.

Я окинул Лимирей напоследок ободряющим взглядом и отправился помогать Аннабель и Ричарду – они безуспешно пытались сдвинуть мертвого ящера с места. Оставлять его рядом с нашим укрытием было верхом безумия. Втроем мы оттащили хищника к пещере, что находилась по другую сторону коридора, и установили рядом тепловую ловушку. Закончив с этим делом, мы вернулись в укрытие. И почти сразу отступили обратно в коридор – в нос ударила невозможная вонь. Да уж, никакой запах крови не учуешь!

Осторожно заглянув, я увидел, что при воздействии отвара из светящихся грибов засохшая кровь пузырится белым и шипит. Зажав нос, Телириен вытирал пену, после которой оставался чистый каменный пол.

– Мы не задохнемся, если останемся? – невнятно спросила Аннабель.

– Нет. Вонь выветрится быстро, – заверил ее Данилион. – А вот тряпки надо будет сжечь.

Вскоре процедура по отмыванию пещеры от крови закончилась. Телириен забрал тряпки и ушел с ними в тоннель. До слуха донесся рев пламени и чей-то визг. Пока дракон отсутствовал, Данилион критически осмотрел меня и заставил переодеться. Окровавленную рубашку и куртку смочил остатками грибного раствора и велел убрать куда-нибудь подальше.

Как только вернулся Телириен, мы принялись выставлять ловушки. Усталые, но довольные проделанной работой, мы разбрелись по пещере. Я устроился рядом с Лимирей. Она тронула меня за руку и указала на алхимическую сумку. Вздохнув, я сложил туда все склянки и поставил рядом. Подруга горестно взглянула на беспорядок и махнула рукой. Свое зелье она нашла сразу и опустошила половину склянки.

– Я осмотрю твои раны? – несмело предложил я. – Может, повязки тебе уже не нужны.

Лимирей едва заметно порозовела и кивнула, подтянув куртку повыше к подбородку. Я опустил взгляд и сразу увидел кровавые пятна на повязке. Внутри всколыхнулась тревога, но быстро угасла – вампиры были способны пережить и не такие раны. Я осторожно освободил Лимирей от повязки и осмотрел раны. Их края уже стянулись, но при малейшем движении грозились разойтись в стороны. Я хотел снова наложить повязки, но Лимирей жестом меня остановила.

– Думаешь, скоро заживет? – спросил я. Лимирей уверенно кивнула. Я все еще был полон сомнений. Коснуться ран так и не рискнул, а просто накрыл подругу теплой курткой сверху. Сам устроился чуть дальше. В гнетущей тишине сидеть было невыносимо, и я одолжил у Телириена книгу, купленную в гномских лавках. Обед тоже прошел в траурном молчании. Данилион время от времени кидал на Лимирей и Телириена подозрительные взгляды, но не решился их ни о чем расспрашивать. Хищники обходили нашу пещеру стороной, но время от времени я видел их мелькающие тени и слышал скрежет когтей по полу в опасной близости от укрытия. На ночлег решили выставить караульных. Я вызвался дежурить первым – все равно сна не было ни в одном глазу после всего пережитого. Данилион тоже не спал. Иногда он поглядывал на мирно спящую Лимирей и дремлющего Телириена. Гном не выдержал первым. Сон все-таки сморил его раньше. Некоторое время я караулил вход один, но сон сморил и меня. Разбудив Ричарда, я со спокойной душой закрыл глаза. Королю, в отличие от гнома, я полностью доверял,.

***

Утро началось с проверки ран Лимирей. Телириен, увидев розовые следы, словно от незначительного пореза, удовлетворенно хмыкнул и позволил Лимирей встать и размяться. Данилион только пораженно крякнул, увидев, что осталось от страшных ран за какие-то полсуток. Завтракали мы в полной тишине, а затем отправились в путь. Я задумчиво поглядывал на алхимическую сумку Лим и гадал, хватит ли ее зелья и ингредиентов для его готовки и на обратный путь?

Преодолев половину пути до леса, мы свернули в узкий коридор. Тоннель пошел резко вниз, и в лицо дохнуло прохладой.

– Здесь находятся гроты. Смотрите в оба и не ступайте в воду, – напутствовал Данилион.

Однако на пути нам не встретилось ни воды, ни живности. Нас сопровождал только холодный свет кристаллов да редкие звуки капающей воды. После оживленных тоннелей этот казался тихим и зловещим. Шаги отдавались громовым раскатом в гнетущей тишине. Мы здесь были лишними гостями.

Мы шли вперед до тех пор, пока ноги не начали подкашиваться от усталости. Отмеченное духом воды место на карте оказалось тупиком, но никакого иссушенного грота поблизости не оказалось.

– Это точно здесь? – с сомнением спросил Ричард.

– По карте – здесь, – нахмурился Данилион и почесал бороду. – Вполне возможно, что мы попали в лабиринт, – медленно произнес он. – Бывают такие места, где глазам доверять нельзя. Камень накладывается на камень, и ты видишь сплошную стену, но на самом деле между камнями существует множество проходов. Такие места представляют опасность даже для бывалых путешественников.

– Предлагаю заняться поисками грота завтра, – зевнул Ричард.

Блуждать по пещерам не было сил. Тишина уже не угнетала, а радовала: хищников поблизости не было, и можно было позволить себе немного расслабиться.

Выспаться мне опять не удалось, однако в этот раз я проснулся не от крика, а от странного скрежета неподалеку. Некоторое время я лежал без движения и прислушивался. Не показалось – противные звуки скрежета никуда не делись. Я сел, беспокойно осмотрелся. Данилион тихо посапывал дальше всех. И, хотя хищников не было поблизости, мы все равно ему не доверяли и выставляли дежурных. Только кто дежурил сейчас, если все спали? Я осмотрелся снова и подскочил как ошпаренный. Сердце на мгновение ухнуло в пятки и забилось сильнее. На месте не было Лимирей.

Слух снова уловил неприятный скрежет. Я хотел кинуться к подруге на помощь, но здраво рассудил, что, если она с кем-то дерется, меня одного может не хватить. Я бесцеремонно растолкал Телириена и в двух словах поведал суть проблемы. Испепеляющий взгляд дракона сменился на встревоженный, и мы вместе пошли на звук.

Я сразу заметил нестыковке в камне и без страха нырнул в лабиринт. В глаза сразу бросились темные пятна на стенах. Телириен поодаль рассматривал еще одно.

– Идем. Лимирей отмечала путь собственной кровью, – сказал он.

Слова дракона придали мне уверенности, и вскоре мы оказались в огромной пещере, похожей на чашу. Другая ее сторона представляла собой колонны из сросшихся сталактитов и сталагмитов. Здесь мы и обнаружили Лимирей с обнаженным мечом в руке. Я перевел взгляд на ее противника, готовый в любой момент броситься в драку, и опешил – противником подруги выступал скелет. Выглядел он очень странно: с двумя головами, на четырех лапах и массивным хвостом с наконечником в виде булавы. Ребра и основание шеи прикрывали пластины. Конечности венчали острые когти, а челюсти – два ряда торчащих зубов.

– Это еще что такое? – тихо спросил Телириен, поравнявшись со мной.

– И как это убивать, – пробормотал я, скосив взгляд на меч в руках подруги. Железо мне виделось бесполезным в битве против костей.

Скелет повернул одну из голов ко мне, словно слышал меня или чувствовал. Лимирей воспользовалась тем, что существо отвлеклось, и напала на него. Наконечник ее меча был нацелен в узкое пространство между пластинами, прикрывающими шейные позвонки. Телириен сориентировался быстрее – свистом он отвлек другую голову скелета на себя, позволив Лимирей совершить задуманное.

– В сторону! – крикнул ей дракон.

Лимирей отпустила меч и поспешила отскочить. Как раз вовремя – когти прошлись в опасной близости от ее бедра. Меч остался торчать в шее, но голова скелета уже потеряла ориентацию и держалась не иначе как чудом. Телириен с ревом выдохнул пламя на другую голову, сжигая ее в белом огне. Лимирей оцепенела. Я мгновенно оказался около нее и развернул к себе, крепко прижав и не позволяя смотреть на огонь.

Вскоре белый свет померк. В пещере резко стало темно – зрение не сразу привыкло к холодному свету кристаллов. Я перестал гладить Лимирей по шелковистым волосам и с изумлением взглянул на скелет. Он все еще стоял на ногах, несмотря на практически полное отсутствие двух голов. Лимирей тоже обернулась. Скелет кинулся на Телириена и полоснул его когтями по выставленной руке. Я впервые слышал, чтобы дракон кричал от боли. С раненой руки закапала кровь. Лимирей быстро опомнилась и бросилась к скелету. Мощным ударом руки она сломала ему задние лапы и напрыгнула сверху, перехватив меч. Шейные позвонки монстра не выдержали натиска, и голова отвалилась. Два следующих удара пришлись по лапам. Но и этого не хватило, чтобы утихомирить бесчерепной скелет – он все еще трепыхался и пытался встать на ноги.

– Лимирей, уйди! – рыкнул на вампиршу Телириен. – Я его сожгу!

Подруга быстро оказалась около меня. Я взял ее под руку и развернулся к выходу, почти сразу удивленно застыв. Оказалось, что у этого сражения я был не единственным свидетелем. За спиной раздался рев, и белое пламя осветило изумленные лица Данилиона, Ричарда и Аннабель. Я почувствовал, как Лимирей судорожно вцепилась в мою руку. Я успокаивающе коснулся ее пальцев, спиной чувствуя нестерпимый жар пламени.

– Что это было? – тихо спросил гном, когда рев пламени прекратился.

– Не знаю, – ответил я. – Эта тварь очень похожа на создание некромантов, но я не почувствовал в ней магии. Да и они поднимают лишь то, что лежит в земле, не переделывают. Зачем ты сюда полезла?! – накинулся я на Лимирей, резко сменив тему. – Мало тебе было недавного ранения?! А лабиринт?! Ты могла в нем заблудиться и запутаться в своих метках крови!

В пещере воцарилась звенящая тишина. Лимирей смотрела на меня широко открытыми бездонными глазами, в которых попеременно отразились обида и злость. Она выдернула руку и быстрым шагом направилась в пещеру.

– Я сейчас с Дэниэлом согласен, – произнес Телириен. – Ты могла меня разбудить, а не лезть леший знает куда одна.

Лимирей тем временем добралась до алхимической сумки и достала из нее перо и лист бумаги. Под светом кристаллов она принялась писать, приложив его к стене. Закончив, вернулась ко мне и, сердито сверкнув глазами, впихнула в руки записку. Дожидаться ответа не стала, отправившись к раненому Телириену. Я проводил подругу хмурым взглядом. Взглядом скользнул по тексту и прочитал следующее:

«Я не могла уснуть из-за шепота голосов. Они и указали дорогу сюда. Кровью я отмечала обратный путь, чтобы не заблудиться. Меч взяла на всякий случай, от рыб отбиваться. Встретить скелет я никак не ожидала. Я собиралась уже возвращаться, но он неожиданно ожил и напал. Я начала защищаться. Думала, справлюсь быстро, но эта тварь оказалась на редкость живучей. Кстати, она на чем-то спала».

– Спала? – Я обернулся и с недоверием взглянул на Лимирей. Злость на нее прошла так же быстро, как и появилась. Зато теперь появилось множество других вопросов.

Лим в ответ указала на самое глубокое пространство в котловане и продолжила сцеживать кровь с Телириена, одновременно закладывая в раны мазь. Тот с легкой иронией наблюдал за ней и даже выдернул пару торчащих чешуек.

– Но кто, кроме некромантов, мог оживить скелет? – растеряно спросил Ричард. – Это невозможно!

– Есть у меня одно предположение, – медленно произнес Телириен. – И молитесь Великим Духам, чтобы оно было неправильным. Но для начала я бы хотел осмотреться, чтобы не делать преждевременные выводы.

Он кивнул Лимирей и отнял руку. Раны уже не кровоточили, и дракон неспешно принялся обходить иссушенный грот. Вдруг он остановился и присел на корточки.

– А вот и все, что осталось от духа воды.

Лимирей мгновенно оказалась рядом с драконом и упала на колени. Я подошел сзади и заглянул ей за спину. По неровному дну была рассыпана кристальная крошка, похожая на лед.

«Эссенция духа», – с горечью подумал я. Невозможно было представить, что такие мирные и озорные создания могут погибнуть. Тоска и печаль жгли душу каленым железом. По щекам невольно скатились слезы.

Я опустился на колени и коснулся кристальной голубоватой крошки духа воды. Из транса меня вывели странные взгляды Лимирей и Телириена.

– Что? – огрызнулся я.

– Если не считать твоих кровавых слез, то все в порядке, – хмыкнул дракон. Я недоверчиво взглянул на него, но щеки коснуться не успел – Лимирей осторожно провела по ней пальцем и показала кровь. Другой рукой взяла кулон. От него исходил яркий свет и падал кровавыми брызгами на пол.

– Лимирей, а ну-ка мазни его кровью по кулону, – произнес Телириен, чуть прищурившись. – Хочу кое-что проверить.

Мы с Лимирей переглянулись. Она мазнула окровавленным пальцем по кулону и отпрянула – настолько ярким и слепящим светом он засиял.

Мне показалось, что я оглох. Смолкли все звуки, я не слышал даже собственного стука сердца. Вдруг посреди этой тишины я услышал нежный женский голос:

– Наша кровь почтит память духа.

Звуки вернулись так же внезапно, как и стихли. Кулон погас. Все вокруг затаили дыхание, глядя на меня так, словно впервые увидели.

– Не знаю, что это было, но меня просили передать, что их кровь почтит память духа, – медленно сказал я.

– Их кровь, – задумчиво повторил Телириен и окинул Лимирей оценивающим взглядом с головы до ног. Она едва сдержалась, чтобы не оскалиться – пристальное внимание подруге не понравилось.

– Может, прекратишь говорить загадками? – не выдержал я. Телириен закатил глаза и пустился в объяснения:

– Кулон принадлежал ее матери, но говорил он с тобой как с носителем. Вряд ли имелась в виду твоя кровь под словом «наша». Скорее всего, речь шла о крови рода, связанного с духами. – Телириен выразительно взглянул на Лимирей.

Мы озадаченно переглянулись. В словах дракона я уловил логику, и нехотя снял кулон, протянув его Лимирей.

– С возвратом, – предупредил я. – Просто я подумал, что для этого ему потребуется твоя кровь.

Лимирей нерешительно его взяла и взглянула на эссенцию от духа. Набрав в грудь побольше воздуха, подруга прокусила себе палец клыком. Сначала она коснулась кулона, затем уронила пару капель кровь на эссенцию. Несколько долгих мгновений ничего не происходило. Затем кровь вампира и эссенция духа под ярким светом кулона начали смешиваться, пока не застыли недвижимыми буквами:

«10 день Лютеня. Здесь закончил свое существование маленький дух воды».

Кулон погас. Лимирей отвернулась и стерла выступившие слезы. Мы все скорбно молчали над могилой духа.

– Мать моя гоблинша, что это было? – нарушил тишину Данилион.

– Одно из проявлений вампирского наследия, – хмыкнул Телириен. – По крайней мере, эта штука безопасна в отличие от скелета.

– Идите сюда! – Аннабель стояла в самом глубоком месте грота и, склонившись к полу, жестом подзывала нас. Я поднялся с места. Путь мне преградила Лимирей. Она взяла меня за руку и, помедлив, вложила в ладонь кулон. Взгляд у нее был немного растерянный, но я сумел в нем прочитать невысказанные слова: «Он твой». Улыбнулся, одними губами прошептав: «Спасибо». Я сжал кулон, на мгновение коснувшись кончиков пальцев Лимирей. Подруга слабо улыбнулась и подняла взгляд. Она протянула мне флягу с водой и провела себе по щекам. Я поморщился – и сам прекрасно чувствовал застывшую неприятную кровавую корку. Наскоро умывшись, я подошел к остальным. Они стояли, что-то разглядывая в полу иссохшего грота. Я вклинился между Ричардом и Аннабель.

Скелет охранял люк. Он был вырезан прямо в камне, а посередине двух стыкующихся плит находилось небольшое углубление.

– Знаете, на что это похоже? – нарушил тишину я.

– На вход в древние руины, – ответил на очевидный вопрос Ричард и обвел нас по очереди встревоженным взглядом.

Мы сумрачно переглянулись. С одной стороны, становилось ясно, зачем пересушили грот и выставили охрану, а с другой – что-то тут не сходилось.

– Странно как-то получается, – с сомнением сказал я. – Предположим, кто-то отыскал вампирское наследие и пересушил грот, чтобы водные хищники не мешались. А охрану зачем выставил? Вампирские врата до сих пор никто не знает, как открыть.

– А если знает? – выразительно взглянул на меня Телириен. Я задумался. Если предположить, что где-то в подземелье бродит тысячелетний вампир, разбуженный гномами, то защита в виде скелета выглядела не такой уж бессмысленной. Но против живучего вампира, который владеет магией крови?

– А грот каким образом пересушили? – задала еще один логичный вопрос Аннабель. – Такое количество воды трудно заставить испариться.

– Только если кто-то не завалил его, – заметил я. – Но я не вижу ни одного завала.

– Мощный артефакт огня может справиться с потоком воды, но только при постоянной подзарядке, – добавил Ричард. Я в задумчивости взглянул на Данилиона. Как происходила внешняя торговля, я не имел ни малейшего представления.

Гном, почувствовав пристальное внимание, тут же ощерился.

– Толку от ваших артефактов?! Выдыхаются быстро! Механизмы надежнее! Да и после того, как король Артении заключил сделку с темными эльфами, Вождь разорвал с ним все торговые отношения!

Ричард поморщился.

– Далась вам эта сделка! – с досадой произнесла Аннабель.

– Темные эльфы наши враги! – вздернул подбородок Данилион, уперев руки в бока. – И…

– Помолчи! – попросил я его. Гном поперхнулся воздухом и перевел грозный взгляд на меня. Я не обратил на него внимания – сейчас меня интересовала застывшая как изваяние Лимирей, которая смотрела куда-то наверх. Я прислушался. В воцарившейся тишине было слышно только неровное дыхание спутников, но, спустя несколько долгих мгновений я расслышал журчание воды.

Мы с Лимирей переглянулись и пошли на звук. Он привел нас к стене из сросшихся сталактитов со сталагмитами и доносился откуда-то сверху. Прислушавшись, я расслышал еще кое-что: вода с шипением обо что-то билась, словно безостановочно касалась раскаленной поверхности.

Лимирей приподнялась на цыпочки и заглянула вглубь пещер.

– Думаешь, это оттуда? – с сомнением спросил я. Подруга кивнула и ловко заскочила на уступ. Затем помогла подняться мне.

– Ну и куда вы собрались? – угрюмо спросил Телириен. – А если там еще один «охранник»? – кивнул он на люк позади.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.