Олег Михеев
Во мраке пустоты. Тайна Алары

Глава 1. Несмешные шутки

Джон Уилфорд стоял на смотровой площадке и вглядывался вдаль. Куда ни брось взгляд – всюду песок, песок, песок. А если пересечь линию горизонта, то и за ней будет всё то же самое. Наёмнику казалось, что песок скрипит у него даже на зубах. Хотя это было просто невозможно: скафандр служил надежной защитой от проникновения извне.

Воздух на этой планете сильно разрежен, человек не протянет и пяти минут, но Уилфорду хотелось снять шлем и вдохнуть его полной грудью. Чтобы, когда контракт истечет, вернуться на базу в Триаду и похвастаться перед боевыми товарищами: «Я вдохнул воздуха на Ракосе, на Корине, и вот теперь на Аларе». Новобранцы будут восторженно на него смотреть, гордиться знакомством, пытаться попасть с ним в одну команду. А женщины будут восхищаться его опытом, смелостью и отвагой. Это чертовски приятно, а в большинстве случаев очень полезно. Но снимать шлем Уил (как звали его на базе) не торопился. Как-нибудь перед отлетом домой сниму, думал он, не сейчас.

Алара – пустынная и необитаемая планета в созвездии Андромеды. Подобные небесные тела в секторе нарекли «мёртвыми». Джон точно не знал, кто был автором столь устрашающего термина, но тот ничуть его не пугал: опыт подсказывал, что в таком месте шанс нарваться на неприятности куда меньше, чем на планете, которую уже кто-нибудь облюбовал и заселил.

По лестнице затопали шаги. Солдат удачи не обернулся: и так знал, что это его напарник Оскар Райдер по прозвищу «Рейд». Наёмники всегда несли вахту парами. Торчать на смотровой площадке базы много часов, всматриваясь в безжизненные песчаные пейзажи, не слишком-то увлекательное занятие. От такого крыша может поехать. Вдвоём же время пролетало куда быстрее. Тем более что командир базы – капитан Горделл, не был против.

– И на кой чёрт, нам здесь вообще торчать? – недовольно буркнул Рейд вместо приветствия. – Тут всё утыкано сенсорами и камерами. А там, – он ткнул пальцем в красное небо, – несколько зондов, – так для чего все эти бессмысленные дежурства?

– Ты это постоянно повторяешь, – вздохнул Уилфорд, – но и сам не хуже меня знаешь, что таковы правила. Техника может отказать и не заметить то, что не ускользнёт от взора человека.

– Тогда на кой нам такая техника? Мы же не какие-то жалкие рудокопы с Кобасса 4, мы передовой отряд, исследователи Вселенной, что своей поступью расширяют границы человеческой цивилизации.

Уилфорд хмыкнул: Оскар любил пафосные фразочки, хотя доля правды в его словах была. Наемники корпорации «Неизведанный космос» действительно служили авангардом человечества. Осваивали такие темные уголки галактики, куда не осмеливались показывать нос все остальные. Во многом, благодаря тому факту, что проводимые ими операции часто были незаконными. Но, как любил упоминать глава корпорации мистер Земак, у Вселенной свои собственные законы.

– Передовой, – согласился он, – вот только снабжение у нас что-то не очень передовое. Наверху слишком уж осторожничают. Ладно, чего уж там. Пойдем играть.

В углу смотровой площадки стояли металлический столик и два стула, предназначенные как раз для этой цели. Мебель была надежно привинчена болтами – защита от частых песчаных бурь, что безостановочно терзали поверхность Алары.

Райдер положил на полированную поверхность круглый предмет с кнопкой на боковой грани и стеклянным глазком посередине. Затем нажал на кнопку. Столешница изменилась под воздействием распустившейся, словно цветок, голограммы. Перед глазами возникла панорама разрушенного города с высотками и небоскребами, покрытая высокими деревьями, зеленью и лианами.

– Опять Нью-Йорк? – недовольно проговорил Райдер. – Может, лучше выберем что-нибудь другое? Пустыню, например? Она как нельзя лучше подходит к местному антуражу.

– Твоя пустыня у меня уже в печенках сидит, – парировал Уил, – меньше тактических возможностей. – Давай тогда уж что-нибудь морское выберем. Может Атлантида?

– Да на кой черт, мне твоя Атлантида? Пусть остается как есть. Ты за кого в этот раз?

– Я за случайный выбор. Так интереснее. Приходится включать мозги. А так как у тебя они в дефиците, победа будет за мной.

– Хорошо. Нам случайный выбор, – обратился Райдер к круглой коробочке. – Да побыстрее.

С двух сторон на панораме города начали появляться отряды: у Уилфорда – роботы, на стороне Райдера – антропоморфные насекомые, угрожающе шипящие и хлопающие прозрачными крыльями.

– Ха! У меня инсектоиды, сегодня я точно разберу твоих ржавых железяк, – радостно воскликнул он.

– Посмотрим, – лаконично ответил напарник.

И началась битва. Летающие создания Оскара с небес планировали на тяжелые шагающие машины противника. Те встречали врага ракетными залпами. Ряды инсектоидов таяли: Уил умело расставил свои отряды, пользуясь преимуществами узкого пространства разрушенного мегаполиса.

Дело близилось к финалу: Джон запер оставшиеся отряды врага в одном из таких коридоров и методично добивал жуков, которых оппонент опрометчиво разместил на невыгодных позициях. Однако последнему удалось незаметно провести отряд штурмовиков в тыл к противнику. Тот спикировал с небес и разгромил парочку машин, служивших ПВО в армии Уила. Джон фыркнул от досады, а Рейд, окрыленный маленькой победой, со всего размаха стукнул кулаком по столу. Круглая консоль подпрыгнув, проделала в воздухе несколько кульбитов, перемахнула через железное ограждение смотровой площадки и рухнула вниз.

– Идиот! – со злобой в голосе выкрикнул Уилфорд. – Ни выигрывать, ни проигрывать нормально не умеешь! Спускайся вниз и выковыривай её из песка. И не дай Бог, она не будет работать, полетишь вслед за ней!

Оскар повис на перилах, стараясь обнаружить место падения. Случайно бросил взгляд на север. И замер.

– Уилфорд! – наемник не обратил никакого внимания на слова товарища, – там кто-то стоял, я видел силуэт человека.

– Где? – гнев Джона мгновенно испарился.

– В той стороне, на горизонте, – Редек дрожащей рукой указал на восток.

– Там никого нет. И если это одна из твоих уловок, то…

– Клянусь тебе, я видел человека.

– Роджерс, ответь?

– Слушаю, Уилфорд, что случилось? – флегматичный и медленный голос диспетчера Джима Роджерса навевал тоску на любого к кому он обращался. Но другого претендента на эту скучную должность не было, поэтому приходилось слушать, как Джим пережевывает слова.

– По периметру базы все спокойно?

– Да. Вряд ли, кто-то решится заглянуть к нам в гости. Здесь кроме песка ничего нет. А что случилось, Уил?

– Да ничего, отбой! Больные фантазии Райдера, – пояснил он.

– Как всегда, – булькающим смехом расхохотался диспетчер.

– Я все слышу, – вмешался в разговор Оскар, недовольный тем, что над его персоной насмехаются.

– Я знаю, – хохот Роджерса только усилился.

– Ты прекращай там гоготать, а лучше еще раз проверь показания приборов. Я точно что-то видел на севере, – насупился Райдер.

– Всё чисто, – голос диспетчера посерьезнел. – Если бы сенсоры заметили движение, я бы первый вас оповестил.

– Но я видел… – начал было Оскар. Раздраженный голос Уила прервал его:

– Ничего ты не видел! Не морочь мне голову! Вали вниз за консолью и возвращайся скорее, пока я вконец не разозлился.

                              ***

Из базы наружу вело два выхода, не считая смотровой площадки: огромная бронедверь ангара, предназначенного для вездеходов и другой наземной техники, и небольшая дверь с противоположной стороны. Так называемый «черный вход», которым впрочем, никогда не пользовались: за пределы базы никто пешком не выходил. Базу вообще покидали очень редко. Стивенсон, местный геолог иногда использовал вездеход, чтобы проверить буровые платформы. Солдаты удачи лишь пару раз прокатились по пустыне ради установки датчиков обнаружения, и на этом поездки закончились.

«На кой их проверять, если они полностью автоматизированы?» – рассуждал Райдер. «Всегда можно выслать дрон-наблюдатель и осмотреть буры дистанционно». Когда он высказал свои претензии вслух в присутствии капитана Горделла, руководившего операцией, тот рявкнул на него, обозвал трусом и приказал заткнуться. «Тебе платят не за рассуждения, а за беспрекословное выполнение моих приказов! И если я прикажу бежать следом за вездеходом с инженерами и при этом петь гимн в мою честь, то ты так и сделаешь! Уяснил, Оскар Райдер?!»

Оскар уяснил, согласился со сказанным и удалился, в душе проклиная свой несносный характер, заставляющий его лезть на рожон, а также капитана. О чем не преминул пожаловаться Уилфорду, вызвав недовольство последнего.

Если раньше Джон со спокойствием стоика выслушивал жалобы товарища, то сейчас взрывался, стоило ему услышать надоедливое нытье. На базе царило напряжение, вызванное гибелью шести наемников и двух гражданских из числа технического персонала. Двух инженеров, способных обслуживать оборудование: буры, вездеходы, зонды, внутренние системы базы, а также небольшой челнок, позволяющий обследовать планету с воздуха. А теперь их не стало. Как и шестерых парней: Мейза, Кревана, Смита, Морриса, Спенсера и Райана. За почти два месяца пребывания на Аларе Джон, как ни странно, сблизился только с вечно всем недовольным Оскаром. Погибшие не были его друзьями, но они были его коллегами. И произошедшее не могло не тревожить его.

На следующий день после трагедии Горделл, высокий худощавый мужчина лет сорока, серые глаза которого, казалось, источают холод, собрал всех в кают-компании. Участник множества боевых миссий корпорации, один из самых прославленных наёмников, использовав свои связи, сам вызвался возглавить эту миссию. Ради чего? Никто не знал.

– Мы здесь не для того, чтобы скорбеть по погибшим, а чтобы вынести уроки из случившегося, – очень жёстко начал капитан. – Из-за неосторожности одного идиота, мы потеряли почти половину персонала базы. И если вас, остолопы мне ничуть не жалко, – он обратился к наемникам, – вы не дети, которым я обязан подтирать сопли, то потеря инженеров – это катастрофа! Буровая платформа №3 будет простаивать до прилета корабля. А если с системой жизнеобеспечения что-то случится?

Наемники молчали, не желая раздражать командира. К тому же никто из них не был виноват в произошедшем. Лишь Оскар, бывший в тот день с Уилом на дежурстве, осмелился задать волнующий всех вопрос:

– Так что же с ними произошло, капитан?

– Точно неизвестно. Кажется, Стивенсон прихватил с собой взрывчатку, чтобы провести геологоразведку. И она по какой-то причине сдетонировала. До того как я выясню детали, всем присутствующим запрещено покидать пределы базы! На этом всё!

Оскар, впрочем, и до этого не горел желанием бродить вдали от единственного обжитого уголка планеты. Но многие задались вопросом: «Как детонация взрывчатки связана с последним запретом?»

Вспоминая все это, наемник прошел по длинному серому коридору и вышел к шлюзовой камере: в ангаре условия были такие же, как на поверхности планеты, разве что не было ветра и температура чуть выше, чем снаружи. Так техника лучше сохранится. К тому же неразумно тратить ресурс генераторов кислорода на такое огромное помещение, объяснял ему Грен Грейфилд, первоклассный инженер, золотые руки… Да упокоит Господь его душу, размышлял Рейд, пока из камеры уходил воздух.

Дверь отворилась, и Оскар резво зашагал к выходу. В ангаре повернулся лицом к бронестеклу, за которым располагалась диспетчерская, и помахал рукой Роджерсу:

– Открой, – секунду подумал и добавил. – Не смей закрывать, пока я не вернусь. Я на минутку.

– Командир запретил – отозвался Джим, – приказ есть приказ, прости Оскар.

– Я уронил винтовку, – проворчал Райдер, – Горделл с меня шкуру спустит, ну будь ты человеком Роджерс.

– Не могу. Служба такая. А ты две винтовки берешь на дежурство, да? Одна специально, чтобы ронять, – усмехнулся он.

– Открывай, хватит издеваться. Я не свою уронил, а Уила. Всего лишь на одну минуту, и я буду у тебя в долгу. Ну, чего ты там застрял, черт тебя подери?!

– Я пытаюсь, – раздраженно ответил человек за стеклом. – Что-то с автоматикой. Заело, застряло, получилось!

Бронированное полотно медленно поползло вверх, порыв ветра забросил внутрь добрую пригоршню песка. Рейд, дожидаясь полного открытия, выталкивал песок ногой наружу. Потом повернулся к диспетчеру:

– Не смей! Закрывать! Пока я там! – властно произнес он.

«Ишь, раскомандовался», подумал диспетчер, но не стал спорить. Нужно было быстрее закончить дело, получать выговор от Горделла не хотелось.

Оскар осторожно выглянул наружу. На темно-красном небе мерцали огоньки далеких звезд. Местное умирающее солнце сейчас обогревало другую сторону Алары. Впрочем, безуспешно: разница температур на солнечной и теневой стороне была незначительна из-за удаленности планеты от светила. Жуткий холод стоял и там и здесь: единственная защита от него – стены базы и скафандр. Оглядел песчаные барханы на горизонте в поисках угрозы. Все было спокойно.

– Ты долго будешь любоваться пейзажем? – голос Роджерса вывел его из оцепенения, заставив вздрогнуть. – Согласно правилам, дверь ангара должна быть открыта ровно столько, сколько требуется для выхода группы и выезда техники. А не сколько пожелает любой ротозей.

Оскар кивнул и вышел наружу. «Согласно правилам, согласно правилам, чертов зануда».

Крадучись он пошел вдоль стены базы, к тому месту, куда упала консоль. Услышал голос Уила:

– Чуть севернее.

Поднял голову. Напарник с винтовкой в руках внимательно осматривал местность, казалось, не обращая внимания на него самого.

– Ты что-то увидел, Уил, – пытаясь скрыть дрожь в голосе, спросил он.

– Да, нет, показалось. Хватай игрушку и дуй назад.

Рейд склонился над консолью, бережно поднял, отряхнул от песка и услышал крик напарника:

– Вижу врага! Немедленно на базу!

Оскар, не оглядываясь, с криками ужаса рванул в сторону ангара, прижимая к груди консоль, абсолютно забыв про винтовку, что болтался у него на груди.

– Скорее, друг, они тебя настигают!

Райдер прыжком ворвался внутрь и заорал:

– Закрывай, закрывай!

Бронестворка медленно поползла вниз. Вцепившись в винтовку, и тяжело дыша, наемник шарил дулом по уменьшающейся щели, ведущей наружу, выискивая врага. Но никого не увидел. Только услышал. Громкий смех в шлеме. И сразу всё понял.

– Ублюдки, – прошипел он, – после всего случившегося, так шутить. – Ну, погодите.

Поднялся на ноги и пристыженно зашагал к шлюзовой камере. Хотя у него не было и малейшего желания возвращаться к напарнику.

Глава 2. Несчастный случай

Райдер сидел в кают-компании и ложкой лениво черпал прозрачную жижу пищевого геля. Гель был вполне съедобен, питателен и даже полезен для человеческого организма. Но наёмник, как и остальные, ел его уже почти два месяца, и был далек от того, чтобы восхищаться вкусом. Еще и эта глупая традиция собираться в кают-компании и изображать из себя людей, объединённых общим делом. Какой вздор! Эту жижу можно было бы выдавить себе в рот из тюбика и с отвращением проглотить в любом удобном месте, даже клозете. И ничего, абсолютно ничегошеньки бы не изменилось.

Он поднял ложку над миской, наблюдая, как прозрачное желе медленно стекает в тарелку. А потом с размаха стукнул кулаком по столу:

– Достало!

На него обратилось двенадцать пар удивленных глаз, почти весь персонал базы, за исключением часовых, диспетчера и командира, который обедал отдельно. Воодушевленный всеобщим вниманием, Райдер, держа ложку как скипетр, с царственным выражением на лице, повторил:

– Достало! Мы едим эту жижу, мы лишены нормального человеческого комфорта! Мы – передовой отряд человечества! Исследователи неизвестных планет, авангард цивилизации!

За столом воцарилась гробовая тишина, которую затем, словно взрыв водородной бомбы, разорвал разразившийся веселый хохот:

– Ай-да, сукин сын, ты Райдер, – держась за живот и вытирая слезы смеха, проговорил Сэм Петерс, худой, серокожий мужчина лет тридцати, который, подобно Оскару любил позубоскалить. Особенно, если объектом насмешек становился кто-либо из наемников. – Настоящий оратор, тебе бы в коммунисты поддаться с твоим пылом. Жаль, только их больше нет, ахахаха! Продолжай, выдвигай свои требования! Планеты рабочим, а космос – солдатам удачи! – заливался он.

Смеялись все кроме молчуна Донована, а также доктора мисс Роуз Кэррол. Первый вообще никогда не смеялся, вторая – еще не была способна веселиться: воспоминания о недавней трагедии не позволяли ей этого делать. В отличие от наёмников, привычных к гибели собратьев по оружию.

Смутившийся на секунду Райдер, сделал глубокий вздох и продолжил:

– Мы должны настоять на том, чтобы нас обеспечивали нормальной едой. Пусть командир обяжет Уоррингтона в следующий раз доставить на планету свежие овощи и настоящее мясо, а не тот суррогат, что мы едим. А то чего он обедает отдельно? Небось, у Горделла паёк-то особенный, не та жижа, что плавает в наших тарелках.

– У капитана Горделла, – раздался голос, в котором звенели нотки металла. Наемник испуганно оглянулся, в дверях столовой стоял командир базы. – Мяса захотелось? – зловеще произнёс он. – Так выйди наружу и налови его. Или ты способен лишь за спиной очернять своего командира? Может рассказать остальным о твоей недавней героической вылазке? Или, если тебе не хватает инициативы, я могу отдать подобный приказ. Поищешь в пустыне говядину. А я распоряжусь, чтобы Роджерс не пускал тебя до тех пор, пока ты не придешь к входу с коровой на плечах.

Стало так тихо, что было слышно, как последние капли геля с ложки Оскара капают мимо миски прямо на стол.

– Мы понесли потери. Нам нужны люди – грамотные специалисты, тяжелая техника для непредвиденных случаев и лучшее вооружение. Потому что мы на задворках галактики, на малоизученной планете. И я все это потребую у руководства. Но статус нашей операции подразумевает, что нам легко могут отказать в дополнительных ресурсах. Нас вообще здесь нет! А ты, чучело неуклюжее, переживаешь о своем желудке! Буровая платформа №3 по-прежнему не работает, боссы будут недовольны. Настолько, что могут в одностороннем порядке пересмотреть условия нашего контракта! И тебе до конца жизни придётся жрать этот гель и благодарить за это корпорацию!

Если платформа так важна, так пусть прилетят и починят её, подумал Райдер, но озвучить мысли не осмелился.

– Поэтому я больше не допущу подобных инцидентов, хотя мне ничуть не жалко никудышных идиотов, вроде этого смутьяна, – указательный палец, на котором поблескивал серебряный перстень с изображением скорпиона, ткнул в Оскара. – Следующий транспорт будет только через неделю, а пока сидим тихо и наслаждаемся жизнью. Это касается всех!

Горделл резко развернулся и исчез. Тишина, которая, казалось, так прочно обосновалась в кают-компании, была прервана стуком ложки о дно миски. Это Оскар доедал гель, уткнувшись в дно тарелки глазами.

Закончив обед, наёмник неслышно ретировался и направился в свою каюту, вздремнуть перед ночной сменой. Но проходя мимо диспетчерской рубки, услышал голоса. И не преминул заглянуть внутрь. Командир что-то обсуждал с Роджерсом.

Как бы невзначай, зайдя внутрь, Рейд сделал вид, что изучает изображения на мониторах: атмосферные зонды передавали картинку в режиме реального времени. А сам внимательно прислушивался к разговору. Экраны не изобиловали разнообразием: везде одно и то же – бескрайние волны песка. На трех из них отображались буровые платформы, две из которых усердно добывали руду из недр Алары.

– Не ломай комедию, Оскар, – бросил Горделл, не повернувшись к нему ни на йоту. – Даже подслушивать нормально не умеешь. У тебя кажется ночное дежурство, иди, отдохни перед ним. А то уснешь и свалишься со смотровой площадки, прямо в пасть какому-нибудь монстру.

Наёмник нервно сглотнул, но не ушёл. Судя по тону командира, это не было приказом. Состроив умную рожу, он внимательно продолжил изучать светящиеся мониторы.

– Ладно, не стой там как истукан, иди сюда. Мы сейчас обсуждаем полученную от дронов-разведчиков информацию. В радиусе двухсот миль от каждого бура не замечено никакого движения, никакой жизни, ничего. О чём это говорит, парень? А? Блесни своими познаниями, мясоед.

Капитан щелкнул тумблер, и дверь в рубку закрылась. Оскар оглянулся и поморщился: терпеть не мог, когда над ним подшучивают, да еще и отрезают все пути к отступлению. Но все же ответил:

– О том, что на планете нет фауны.

– Гениально! Как ты с такими аналитическими особенностями оказался среди наёмников, ума не приложу. Ты ведь только строишь из себя идиота, но на самом деле им не являешься. Вы с Уилом были на часах и все слышали. Ты подыграл мне в кают-компании, и я ценю это. Но не заигрывайся, полагаясь на мое хорошее отношение к тебе. Оно в любое время может испариться. Итак, я задал вопрос.

– Те, кто напал на группу, – глядя в глаза капитану ответил он, – либо передвигаются под землей, либо…

– Перемещаются с такой скоростью, что преодолевают эти двести миль так быстро, что зонд не успевает их обнаружить. Но такого не бывает. Я был прав, из тебя может получиться что-то толковое, Оскар. Обладая этой ценной информацией, как бы ты поступил на моем месте?

– На вашем? Убрался бы отсюда с первым прилетевшим транспортом, – абсолютно серьезно произнес Оскар.

– Контракт есть контракт. Да и не в моих правилах пасовать перед трудностями. Я поступлю иначе. Я запрошу у корпорации подкрепление, тяжелое вооружение, включая танки и роботов, а также воздушную поддержку. Мы прошерстим всю поверхность Алары, найдем вражеское логово и уничтожим его. А потом спокойненько продолжим добычу руды, наслаждаясь кредитами, которые будут копиться на наших счетах. Как тебе такой план, а? – Горделл отечески похлопал Оскара по плечу.

– Умно, сэр. Очень умно. Но учитывая, то, что вы говорили раньше и корпорация стремится сохранить всю операцию в тайне…

– Роджерс с тобой согласен, – не дал договорить ему капитан, – поживем, увидим. А пока всем надо быть настороже и держать язык за зубами. И не валяйте там дурака с Уилфордом наверху.

– Хорошо, сэр, – Оскар развернулся и пошел к выходу, но был остановлен металлическим голосом командира:

– И если еще раз, Райдер, покинешь пределы базы вопреки моему приказу, я лично заблокирую дверь ангара прежде, чем ты вернешься.

Наемник молча кивнул головой, покинул рубку и направил стопы к своей каюте. На базе стояла тишина: обычно после обеда никто не спешил расходиться из кают-компании. Наемники играли в карты, болтали, хвалились несуществующими подвигами, обсуждали женщин и свои любовные похождения: в общем, убивали время, которое на Аларе ползло также медленно, как ползет улитка по склону горы. Сейчас же главной темой всех разговоров служила трагедия случившееся с группой Спенсера. И хотя командир слухи и сплетни не одобрял, но и полностью искоренить их не мог.

Около недели назад, отказала третья буровая платформа. Отключилась, «потухла» без какой-либо причины как выразился Роджерс. Изображение, транслируемое с зонда, ничего необычного не показало: платформа просто остановилась. Она возвышалась над холмами песка, опираясь на свои четыре гигантские лапы, бур не вращался. «Даже камеры вырубились, странно», справедливо заметил диспетчер. «У них нет автономного источника питания, – ответил Грейфилд, старший инженер базы, – это может означать только одно: неполадки с реактором, что обеспечивает платформу энергией. Я разберусь».

Командир базы отдал приказ и Грейфилд, захватив инструменты, направился в ангар. По правилам его должны были сопровождать два наемника: водитель и стрелок. Но так как на базе заняться было нечем, в вездеход набилось еще пятеро. Четыре бойца: Мейз, Креван, Смит, Моррис, а также геолог Стивенсон. Последний хотел проверить, не отклонилась ли платформа от заложенного изначально курса. И хотя компьютер показывал нулевую погрешность, геолог решил проверить это инструментальным путём. Горделл не возражал, «пусть развеются», сказал он. Однако проблемы не заставили себя ждать.

– Приближается песчаная буря, сэр, – доложил капитану диспетчер.

– Как скоро она накроет платформу? – отреагировал Горделл.

– Если скорость ветра не изменится, то, согласно расчётам компьютера, через четыре часа.

– Грен, у вас на всё про всё 3 часа. Как понял?

– Вас понял, командир. Полагаю, что в цепи питания произошел сбой и реактор отключился во избежание перегрева. Я мигом это исправлю. Мы не собираемся там задерживаться. Спенсер нас мигом домчит.

Спенсер, жуя жвачку, промычал в рацию что-то неразборчивое: кажется «угу» и «ага» одновременно.

– Если не успеете, возвращайтесь на базу. Лишний риск нам ни к чему. Переждёте здесь, потом продолжите ремонт. По последним полученным данным бункер заполнен рудой на 86%, спешки нет, к прилёту корабля-сборщика, всё будет готово.

– Так точно, сэр, – на этот раз голос Спенсера, прозвучал вполне членораздельно, – есть переждать на базе в случае опасности.

Группа разместилась в вездеходе и покинула ангар, а дальше…

Дальше Оскару вспоминать не хотелось. Он вошел в свою каюту, по старой привычке заблокировал дверь изнутри, хотя опасаться на базе ему было некого. Подошел к столу, крутнул фиолетовый волчок из блестящего металла: вращающаяся безделушка всегда его успокаивала, но сейчас это не сработало.

Кроме волчка на столе лежала крохотная прямоугольная коробочка. Оскар нажал кнопку и в воздухе возник мерцающий экран. На спроецированном мониторе Оскар выбрал папку с фотографиями. Развернул изображение на полный экран: на нём была запечатлена улыбающаяся девушка с голубыми глазами и белокурыми волосами. Наемник приблизил фото к лицу, нажал еще одну кнопку и мини-компьютер воссоздал трехмерную модель девушки. Оскар покрутил её пальцем, осмотрел со всех сторон, вздохнул и отключил устройство. Лёг на койку. Попытался уснуть. Но лицо девушки по-прежнему стояло перед глазами. Немножко поворочался, и воспоминания вновь одолели его…

Неприятности продолжали преследовать ремонтную группу. На полпути к буровой платформе №3 вездеход заглох. Райдер с Уилфордом в это время несли вахту на смотровой площадке. Оскар посмеивался, слушая, как переругиваются ребята, пытаясь реанимировать технику. Джон мечтал оказаться с ними, а не торчать здесь. Он с удовольствием прокатился бы за рулем по пустыне, но, к сожалению, служба не позволяла. Времени оставалось всё меньше, приближалась буря. Наконец, Грену удалось завести вездеход.

– Сколько у нас в запасе? – спросил он у диспетчера.

– Не больше двух часов, это вместе с дорогой туда и обратно.

– Успеем, хотя бы посмотрим, что там случилось. Спенсер дави на газ.

Но как только они достигли буровой установки, и приступила к работе, раздался голос Джима в наушниках:

– Ребята, ветер усилился, буря накроет вас уже через полчаса, возвращайтесь на базу.

– Мы переждём бурю здесь, – отозвался Грен, – не хочу прерывать диагностику, мы со Стивенсоном едва залезли внутрь. Нужно узнать, что произошло. Пусть сопровождение возвращается назад. Здесь нам ничего не грозит. Вернетесь за нами после.

– Это что за самодеятельность? – инженер узнал голос командира базы. – Возвращайтесь, как было обговорено ранее. Я ясно выразился, Грен?

– Как прикажете, капитан. Но прошу, дайте нам еще немного времени, мы почти добрались до реактора.

– У вас 10 минут. Потом полным ходом назад!

– Принято.

Но то ли компьютер ошибся в расчётах, то ли ветер рассвирепел еще больше: буря настигла добывающую платформу. Когда пыльное облако накрыло местность, наёмники благоразумно укрылись в вездеходе. Спенсер подогнал его прямо к лестнице, ведущей к техническому люку, через который инженеры проникли в платформу, и зарычал в рацию:

– Если вы сейчас оттуда не вылезете, клянусь Богом, я заберусь внутрь и вытащу вас за шкирку как котят.

– Да тут мы, тут, не кричи, – из люка показался скафандр Грена, – Ничего страшного в прогулке во время бури нет. Не пешком же идти.

Он начал спускаться с площадки по лестнице, за ним следовал геолог.

***

– Вызови их, и передай старшему инженеру, – Горделл обратился к диспетчеру, – что ему и Стивенсону предстоит чистить ангар от песка по возвращению. Идиоты, – процедил он сквозь зубы.

– Старший инженер Грен, вам приказано срочно вернуться на базу. Как поняли?

Вместо ответа в рубке раздалось невнятное шипенье и потрескивание. Роджерс повторил приказ, но кроме белого шума ничего не услышал.

– Перебои со связью, сэр. Буря уже настигла их, помехи. Ничего не поделаешь.

– Ну, раз ты так, говоришь, – капитан опустился на стул рядом, – я дождусь их возвращения и лично прослежу за очистными работами. Ненавижу, когда кто-то нарушает мои приказы.

Это было сказано таким тоном, что Роджерс невольно поежился, словно сам был виноват в том, что группа задержалась снаружи.

– Подожди. Слышишь? Что за чёрт?!

В эфире, разрываемом треском и шорохами, прозвучал чей-то хрипящий голос. А потом радиочастоты заполнились звуками выстрелов, криками боли и какофонией из скрежета ломаемого металла и странного стрекота.

– Спенсер! Приём! Что там у вас? – Горделл почти силком вышвырнул диспетчера с его места, и проорал в микрофон.– Доложи обстановку?

– Связь пропала, сэр, – Роджерс указал на погасшую лампочку на пульте. – Они нас не слышат.

Капитан и сам это понял: из динамиков доносилось лишь монотонное шипение. Он резво нажал несколько кнопок на пульте, но диспетчер покачал головой:

– Буря, сэр. Мы сейчас слепы, ни один зонд не поможет нам увидеть их.

– Ты прав. Будем ждать. Не нравится мне это.

Ветер свистел за стенами базы, песок тер уставший металл, оставляя незримые царапины на поверхности стен. Оскар лежал на кровати и, хотя здесь было тихо, он всё равно знал, что происходит наружи. Там в кромешной темноте, твари ползут и подбираются всё ближе. Они просовывают свои клешни в щели, поднимают дверь ангара и проникают внутрь. Бесшумно заполняют коридоры, потроша и убивая всех встретившихся на пути. Ни Горделл, ни Роджерс, никто не успевает поднять тревогу, никто не успевает среагировать. И вот они уже возле его каюты, щелкают конечностями, трутся хитином о дверь, желают поживиться его плотью, еще секунда…

В дверь постучали, Оскар с криком упал с койки, сжимая нож в руках и призывая на помощь всех известных человечеству богов.

– Рейд, открой дверь. Наше дежурство. Чего ты так орешь? Никогда бы не подумал, что люди могут так радоваться, собираясь на работу.

– Сейчас Уил, одну минуту, – ответил Оскар, вытирая ледяной пот со лба. – Это всего лишь сон, дурной сон, – прошептал он самому себе.

Вдвоём с напарником спустились в оружейную, экипироваться перед дежурством. Здесь хранились защитные костюмы, оружие и прочие вспомогательные средства. Наемник подошел к сканеру и произнес:

– Джон Уилфорд.

– В доступе отказано. Рисунок сетчатки и голос не соответствуют оригиналам в базе данных,

– ответил бесстрастный голос ИИ.

– Я тебе дам, не соответствуют, ржавая железяка, – он со злостью стукнул кулаком по двери. – Роджерс, открой арсенал, у компьютера очередной заскок.

– В который раз. Туговато без Грена. У меня не получилось отладить его работу.

– Так может отключить его к чертовой матери? Какой от него толк?

– Ну, что-то он еще выполняет, автоматизирует кучу процессов, которые иначе мне бы пришлось выполнять вручную. Готово!

Дверь бесшумно ушла в сторону, открывая доступ в арсенал. Стеллажи с оружием, взрывчаткой, дронами-разведчиками, устройства связи – чего здесь только не было. Уил пошел к костюмам, бросив Оскару:

– Не мешкай, мы и так задержались.

Облачившись в броню, Уил подошел к напарнику, застывшему в дальнем углу, перед стойками со снайперскими винтовками. Хлопнул его по плечу:

– Ну чего ты? Я же просил.

Оскар как будто вышел из оцепенения и протянул руку к самой большой винтовке под названием «Сумрак». Благодаря своей оптике она позволяла поражать цели в полной темноте на огромных расстояниях. За что и получила свое название. По крайней мере, так думало большинство наёмников.

Оскар схватил её и прижал к груди:

– Сегодня пойду с этим.

– Ты, что на слона решил поохотиться?

Напарник не ответил, а Джон не стал больше ни о чем спрашивать: только головой покачал и пошёл к выходу. По дороге схватил привычное для себя оружие – автоматическую винтовку F32, давно ставшую самым популярным инструментом любого солдата удачи в этом секторе.

                              ***

Уил, сидя на стульчике на смотровой площадке, нежно хлопал по консоли, пытаясь привести ее в чувство. Оскар скептически смотрел на этой действо, пока оно ему не надоело. Джон, однако, плевать хотел на его сомнения. Поднял над головой, пару раз тряхнул гаджет, вновь положил его на стол.

– Да брось, дружище, она неисправна. Своими шаманскими танцами ты её не воскресишь. Как и Грена, который единственный был способен починить эту штуковину. Смирись и выбрось в утилизатор.

Джон промолчал, однако его взгляд красноречиво свидетельствовал о том, кого бы он отправил на утилизацию вместо своей игрушки.

Ничуть не смутившись, Оскар подмигнул другу, который опечаленно смотрел на несправную коробочку, и произнес:

– Будем развлекаться по-другому.

– Как?

– Вот так.

Уил поднял глаза: он не услышал звука и не увидел вспышки, «Сумрак» был лишен этих недостатков, но внутренним чутьем понял, что напарник выстрелил. И тут же услышал голос диспетчера:

– Кто стрелял?

– Спокойно Роджерс, это Оскар развлекается.

– А, ясно, – деловито ответил тот, – могли бы заранее предупредить.

– Хотел проверить твою бдительность, – отозвался возмутитель спокойствия.

– Мозги свои проверь, – ответил Джим и пропал из эфира.

– Козел, – выдал Райдер, предварительно убедившись, что рация не активна.

Уил уже потерял интерес к игровой консоли: отодвинул её в сторону и приблизился к товарищу. Жестом попросил винтовку, приблизил прицел к глазам, осмотрел округу. Оптика пронзала тьму: наблюдая песчаные барханы через прицел можно было подумать, что на этой стороне планеты сейчас день. «Чудо, а не оружие».

– А куда мы стрелять будем, ты не подумал? Или может, спрыгнешь вниз, расставишь мишени и вернешься назад? – язвительно спросил он.

– У меня есть идея лучше. Переключись.

Уил переключился на другую частоту, их личный канал, который никто случайно подслушать не мог.

– Ну?

– Смотри, что я захватил из оружейной.

Рейд высыпал на поверхность столика горсть небольших круглых шариков, те тускло поблескивали в свете налобных фонарей.

– Ты с ума сошел? А если кто-то хватится?

– Горделлу сейчас не до этого, пересчитывать дроны никто не будет, – ухмыльнулся Оскар.

– Джим заметит их, – скептически заметил его напарник.

– Перед тем как выйти наружу, я сообщил ему, что запущу несколько. Для мониторинга обстановки. В текущих условиях никто против не будет.

– Хм, Оскар, а ты голова.

– А то. А недостающие потом спишут. Мало ли какие у техники могут быть неполадки, тем более без надлежащего обслуживания. Которое на данный момент отсутствует. Так что не дрейфь. Немножко упростим себе задачу, включив сигнальные маячки. И… за дело!

С этими словами наёмник, активировав маячки, швырнул шарики в небо. Те, помигивая красными точками, разлетелись в разные стороны как стая ос из потревоженного улья.

– А теперь проявим милосердие и дадим им фору, – пробормотал Оскар. – Один, два, три, четыре, достаточно.

Он навел прицел на стремительно удаляющийся дрон и нажал на спусковой крючок. Шарик изменил направление, словно предугадав ход событий, и ушел ввысь.

– Надо же, у них там что, программа уклонения от пуль?

– Только от препятствий. Он просто сменил курс во время твоего выстрела. Случайное совпадение. Дай мне. Пока он не ушёл.

Вооружившись «Сумраком», Уил целую вечность, как показалось Оскару, вел дрон, затем выстрелил. Крохотная искорка зажглась в небесах и сразу же потухла.

– 1:0 в мою пользу. Твоя очередь, дружище. Да поспеши, скоро совсем разлетятся.

Оскар молча взял у него винтовку, выбрал следующую красную точку, которая неслась над горизонтом, тщательно прицелился. Наблюдающий за ним Джон снисходительно улыбался, ожидая очередного промаха. И вдруг увидел, что Рейд странно дернулся, а затем открыл огонь. Один, второй, третий выстрел – он дергал затвор так быстро, насколько это было возможно. Гильзы падали под ноги, складываясь в причудливый узор, напоминающий звездочку. Уилфорд на миг завороженный этим зрелищем, пришел в себя, подскочил и вырвал оружие у товарища.

– Ты что с ума сошел, Оскар? Так нечестно. У каждого по выстрелу за раз.

Оскар осел на металлический пол смотровой, ноги у него тряслись. Даже сквозь защитное стекло шлема, Уил увидел капельки пота, стекающие по его лицу.

– Да что, черт возьми, с тобой происходит?

– Я опять его видел.

Глава 3. Последствия

В медотсеке на Аларе пахло также как в тысячах медотсеков по всей галактике. Запах бинтов, лекарств и чего-то еще характерного для госпиталей, где бы они ни располагались – на земле или на кораблях, одиноко бредущих в космической пустоте. Нежный голубоватый свет лился из-под потолка. На полочках вдоль стен стояли какие-то цветы, озаренные пурпурным сиянием миниатюрных светильников. Играла спокойная умиротворяющая мелодия. И, несмотря на запах, во всём этом был какой-то домашний уют. И хотя Уилфорд не разбирался в растениях и музыке, ему нравилось посещать лазарет. Здесь во всем был некий порядок: в инструментах, разложенных на столе за стеклянной перегородкой операционной, в рентгеновских снимках, развешенных на одной из стен, даже в ворохе бумаг, лежащих на столе.

На столе, за которым восседала особа лет тридцати. Миловидная блондинка с острым подбородком, вздернутым носиком и тонкими губами. Которая с сосредоточенным видом что-то рисовала на широком листе. Никто уже давно не пользуется бумагой, подумал Джон, на нашей базе все с причудами.

Заметив нарушителей спокойствия, девушка подняла голову и улыбнулась так, что наёмник проглотил слюну. «Боже, она само совершенство. Интересно, я думаю так потому, что она самая красивая девушка, из виденных мной. Или из-за того, что она единственная женщина на Аларе?»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.