Анн Арбор
Собачья жизнь

В мире животных

(вместо предисловия)

Восемь – девятый – год киношной жизни принес некоторые итоги, но больше – воспоминаний. Начинаю писать цикл «моя жизнь в искусстве»)))

Снимая поэтов первого ряда, мы, не имея ни студии, ни денег, шлялись по квартирам и фиксировали порой всякие нежданные подробности. Например, у Тимура Кибирова оказалась чудесная собака, Джейн, тогда ещё совсем молодая – и четыре кошки. И мы, разумеется, их всех отсняли, как и питие на кухне (чаю, правда, оператор у меня был непьющий, а я, пока съёмка, ну не могу))), многодымное курение сигарет и кормление стаи котов, поскольку им время обедать подошло.

Ну и первый вариант моего дипломного фильма заканчивался именно этим финалом: кошки тянутся к мискам, Джейн следит за порядком и строит их в стройные ряды. (У Джейн вообще было – не забалуешь, это наша Дези позволяет кошкам вить из себя веревки))

И что мне сказал на это мой мастер, Андрей Николаевич Герасимов? «Садись и переделывай. Из этого фильма в нынешнем виде понятно только одно: что режиссёр очень любит животных. А нужен портрет героя в интерьере. Думай и ищи другой финал».

Но и потом мы все равно, снимая поэтов, портретировали и их животных. И вставляли в монтаж. Великолепного Мюссе Ольги Александровны (Ольга Седакова) огромного норвежского лесного кота Сергея Стратановского, коричневого лабрадора Сергея Гандлевского. Даже в съемку интервью Алексея Петровича Цветкова попал кот. Практически командировочного поэта мы снимали у нас дома – а где ещё? Если он из Америки на пару дней прилетел? – и, разумеется, в столовую, прямо под камеру тут же явился мой Миндаль и красиво позировал всю дорогу. Жаль, по монтажу в фильм он не вошёл, зато по звуку в одном-двух местах отчетливо слышен нахальный мяв. И только теперь выясняется из фб, что это ненароком оказался не брак, а художественная правда, потому что Алексей Петрович – тоже кошатник))

Вероятно, мне нужно было бы не поэтов снимать, а, скажем, мир дикой природы… Сидела бы себе годами в засаде, подкарауливая какую-нибудь утицу – или трепетную лань – имела бы дело с изумительного качества аппаратурой, да ещё и платили бы за это чистым золотом. Эх, не ту страну назвали Гондурасом)))

Как это выглядит и вообще…

Вот хочу рассказать про свой опыт. Многофигурной композиции. Или большой семьи.

У меня в прайде – шесть котов и кошечек – и две собаки. Ландсир Дези и беспризорник Малышка Спэк. Какие-то посторонние люди считают, что чересчур, вот им какое дело?

И да, я люблю животных. Всегда любила. Вплоть до того, что в детском саду сбежала с тихого часа, прямо в трусах и в майке, босиком, посмотреть, как там наш щенок, Каштан (он был – эрдель-терьер), который в кладовке ожидал поездки домой. Как меня ругали! Всем педагогическим коллективом. Безобразие! Совершенно меня не убедили))

Я люблю животных, страшно бездомным сочувствую, но я не могла бы организовать приют, я даже и в волонтеры не гожусь. Я не умею ни спасать, ни лечить, ни пристраивать. Отдельная профессия.

Мои всей компанией и болели-то всего один раз, схватили инфекцию, горло, еще и глаза у всех слезились. Ну и мы это быстренько вылечили, тетрациклином. Не потому, что мне на дорогие антибиотки денег жалко, а потому, что это дело как раз тетрациклином и лечится.

А так-то они у меня вообще не болеют. И я – не доктор Айболит.

И я не педагог и не зоопсихолог. И не дрессировщик.

Единственное, что я могу – пройти с собаками курс ОКД и курс «собака в городе», ну и все. А там, скорее, хозяина учат.

У меня если есть, то другая способность. Я умею создавать в доме защищенную и комфортную атмосферу. Для всех. У меня никакие толпы по дому не бегают, никто не ругается, у всех есть любимые местечки, и не одно…

Моих шестерых вместе и вообще не видно. Один, ну двое – в поле зрения. И то у меня под боком. По очереди. По потребности.

У нас в доме вообще только одно правило: других не обижать. Все!

Это не означает, что все должны быть, как выпускницы курсов для благородных девиц. У всех – совершенно разные характеры. И если кто-то жаждет активности и общественной жизни, так активничай! Никто слова не скажет.

А если кто-то любит валяться кверху пузом и лениться, так пожалуйста! Ленись!

Не то чтобы идеальная жизнь. Но конфликтов в самом деле нет.

Но вот, к примеру, Маленький Штрих, ему иногда жизненно необходимо подраться. Лапой по морде дать. Он никого специально не выбирает, кто попался. Но этот скандал не длится дольше трех-пяти минут и агрессора всегда можно призвать к ответу.

А кроме того, жертву взять на ручки и в другую комнату унести.

Ну вот он – такой кот. По счастью, обычно предпочитает воевать с веником. Пить почему-то любит из поддонов цветочных горшков)) Кто его знает, чего он в этом находит.

Талер, то есть он одновременно у нас – Мурзик – любит под утро вцепиться в мою ногу, высунувшуюся из-под одеяла, или в руку, и ее кусать, причем, чувствительно. Впрочем, тут же и лизать, а потом кусать снова. Он так проявляет свою котовскую любовь.

Конечно, у меня пострадавшая часть тела после этого в точечных царапинах, потому что у Талера и когти острые, да и зубы. Но это настолько уже привычное дело…

При том, что Талера всегда можно и прогнать, высказав ему спросонья, что он – крокодил))

Разговорчивость и активность маленькой Апельсинки никого не напрягает. Как и скромность и робость кошечки Митильки, которая любит жить таинственной жизнью и нежничать аккуратно и только тогда, когда она к этому морально готова.

То, что они у меня все тут периодически в обнимку спят, друг друга вылизывают, а могут так же в обнимку и сцепиться, одновременно и кусаясь, и осыпая поцелуями, так они у меня все – еще подростки. Он это ради физкультуры и поиграть. Это же совершенно очевидно.

Не воруют, ну, кроме Малышки Спэка, известного. Этот ворует. Со всей, главное, непосредственностью. Остальные просто просят. Вполне способны объяснить, чего они хотят.

Больше, правда, что хотим сейчас – вот это. Давай, мамаша. Ну и нормально. У нас в доме на еду – коммунизм.

Смешно тоже. Я люблю пить. Даже больше, чем есть. И у меня в комнате на столе всегда стоит такая большая и широкая французская чашка. На пол-литра примерно. В ней всегда налита вода.

Все население, при том, что вода в миске на кухне есть (это – не миска, а целый тазик, для стирки)), поголовно предпочитает пить из моей этой чашки. Вплоть до вообще Дези.

При ее росте ей со стола из чашки пить вполне комфортно, голову только опустить)) Правда, и чашки этой ей – на два-три раза языком. Лизнуть.

И вот они, по-моему, даже не ради того, чтобы напиться. А просто все должны раз в день у моей этой чашки отметиться. Из солидарности.

Ну и воспитывается у нас в доме и вообще один только Малышка Спэк. По причине юности и холерического темперамента. Дези-то вообще всем – мать родная. Она страшно терпимая, да и выросла с кошками. И ими воспитана. Все эти 70 киллограмм.

Тока всем попы проверяет, кто мимо проходил, не нужно ли улучшить. С котеночного возраста подопечных к этому привыкла.

А Малышка – он может. Забывшись, кошек шугануть. Он у нас – собака-подозревака. Сопрет кусок лаваша или конфету – и убежден, что если он их не будет со страшным рыком охранять, то кошки тут же и набегут. И отнимут. Добычу его законную.

Хоть бы раз был-бы вообще-то такой пример. Но Малышку не проведешь. Он – превентивно угрожает. На всякий случай.

Но и тут достаточно строгим голосом сообщить, мол, Цыть! Низзя! Я ругаю! Малыша! Нельзя кошек гонять!

Все, инцедент исчерпан. Нужно только сделать морду кирпичом, Малышка сразу строится, извиняется и хвостом виляет.

Причем, кошки его, при таком его характере, совершенно и вообще не боятся. Наоборот, приходят, разваливаются рядом, за лапу его кусают, инициируя вместе похулиганить. Ну, он у нас – маленький и всегда готов.

Короче, моя педагогическая методика – с животными куда как более успешна, чем при воспитании собственного ребенка. Может быть, просто потому, что ребенок у меня – один. А при моей склонности никого и вообще не воспитывать, детей надо бы побольше.

Потому что тогда они как-то сами организуются. В большой семье. Практически в майский день, именины сердца. Надрываться никакой необходимости нет.

И хотя я их с радостью балую, шансов стать каким-то сильно избалованным никто не имеет. Не потому, что их много. А потому, что они вместе. Они друг с другом так же в отношениях, как и со мной.

И от меня им много не надо, и мне от них. И всем спокойно, весело и интересно. А насчет пожрать, так это я завсегда обеспечу))

А если про чистоту, так тоже никто особо и не пачкает. Ну, хорошо каждый день пол протереть. Пройтись пылесосом. Очиститель воздуха включить, это – в плане шерсти. Наполнитель поменять, у меня – кукурузный, смывается в унитаз. И все дела.

В доме, конечно, не так, как в рекламе какого-нибудь майонеза. Но это просто потому, что мы в этих интерьерах живем. А не что-нибудь еще.

И люблю цитату из Петрарки. Я ее, правда, не проверяла. Что человечество делится на две неравные части. Тех, кто любит кошек – и на обделенных жизнью.

Художественный фильм «Начало»

Вот поразительная вещь – любовь.

Может быть, это все глупости. И можно счесть за сентиментальные бредни одинокой старушки. Но всю мою жизнь ее изменяли к лучшему мои собаки. И кошки, да, кошки тоже.

Начиная от нашего эрдель-терьера, Каштана, кличка ровно что в цвет. К которому я в детском саду, к щенку, сбегала с тихого часа. В трусах и босиком. Он в кладовке сидел, в другой группе. Ну, я же должна выяснить, как он там?

Как же меня ругали!

Эти собаки, обладая всеми достоинствами терьеров, они – подвижные, веселые, с хорошим здоровьем, еще и лишены некоторых терьерских недостатков. То есть, они не скандальные и не лают с утра до вечера. Вообще в плане нервов поспокойней.

Мы недавно, гуляя, видели владельца эрдель-терьера. С эрдель-терьером. Он жаловался, что на него все кидаются , особенно пенсионеры. Лезут целоваться с воплями: Честное слово! У нас тоже была такая собака!

И это правда: в 60-е годы эрдели были самой модной на свете породой

Каштан меня один раз даже укусил. Пятилетнюю. Дуру. Потому что он спер со стола косточку с мясом, которая остывала, вынутая из бульона. А все гуляли, я одна дома была. И я принялась эту мозговую кость у пса изо рта решительно вынимать. Чтобы обратно положить. Типа, Каштан, ты не понимаешь, нам обоим попадет.

Ну, он меня и куснул. Раздраженно, но вообще-то аккуратно. За руку, мог бы и кость, если что, раздробить. А он – так. Чуть-чуть. Даже не до крови, только синяк остался. След от зубов. Просто объяснил. Мол, сюда – не лезь. Не твое дело.

Я, конечно, никому ничего не сказала.

Это у нас с ним общая тайна была. Куда мясо со стола делось)

Как бы нам там в Москве всем вместе ни жилось, я знала, что Каштан меня любит.

И вот я даже ничего особенно и не соображала. В пять лет. Но я знала, что у меня есть моя собака. Красавец. Молодец. Защитник. Навряд ли кто-нибудь меня, дурочку, и вообще больше любил.

Мухтар

Вот хочу вам рассказать. Про собак.

Я у себя на НТВ в должности промо-копирайтера готова была просто сдохнуть. От тоски. Даже зарплата не утешала. Какая там, на фиг, и вообще зарплата… Одни тока слёзы…

Спасали только шоколадка Риттер-Спорт в ящике стола и пакет сушек. Простых. Без сахара. Там, в Останкино, и вообще – исторически жрать нечего. Кто там столовую откроет, так тут же и проворуется…

Главное, что все постоянно эти мои сушки ели. Без спроса. Ходят вообще – и одолжаются. И потом мне же претензии предъявляли, что, типа, они прибавили из-за этого лишний килограмм. И, главное, все сожрут, мне в час ночи потом есть нечего…

Я должна голодная текст писать.

И там такой уже тогда был контент, на канале, что просто – иди и стреляйся. Я бессмысленные тексты писать не в состоянии! С хамством ещё. Даже если это считается «стиль НТВ».

И потом у меня спрашивают. На фига ты вышла замуж? Да я от такой жизни была готова не только замуж, но и вообще на каторгу))) Без разницы уже.

И вот только одна и была в жизни радость. Дневной сериал. «Возвращение Мухтара». Милицейский. Про собаку. Ну, мне его давали промотировать как последнему номеру в нашей программе. Вот ни славы, ни денег.

А я и рада.

При том, что сериал – жутко некачественный. Другой в дневной эфир не поставят. Для пенсионеров. И для глухих, я так думаю. Или кто там в маразме. Целевая аудитория.

Вот будешь два дня 10 кассет под микроскопом отсматривать, то есть, по секундам – и ни одного синхрона не найдёшь. Чтобы его в анонсе процитировать. Сплошная пурга.

И вот он и вообще никуда не годился. Сериал этот. Уже кто-то жевал. Ни по сценарию, ни в плане актерской игры, ни, по правде говоря, и насчет собаки. Там этот Мухтар максимум в декорациях полицейского участка полежит. Ему что-нибудь скажут. Он посмотрит. Ну и все.

Даже и не покормят вообще собаку. Гады.

Ну, это я хорошо понимаю. Я знаю, какой вообще «коэффициент» в кино дают для съемки животных. В плане времени и денег. Выше в два разА. Или в три. Поскольку животное – оно тебе не актер. На ставке. Над которым можно издеваться.

Оно тебе за просто так играть не будет. Нужна толпа кинологов и еще и желательно умный хозяин. Который собаку заранее трюкам научил. И может добиться, чтобы собака при этом съемочной группы не боялась. Которая за ней толпой с камерой бегает. С гримерами еще. Звукооператорами. И осветителями. Типа, заснять.

Еще и не всякая собака это выдержит.

А брать из цирка – так собак не наберешься. Тем более, что в цирке овчарок и вообще не используют. Предпочитают пуделей – или дворняжек. У которых перевешивает природный артистизм. Перед страхом сцены.

А овчарки – они и вообще не по этой части. Но красивое)

Ну, исторический Мухтар, в советском фильме – так это был и вообще гениальный пес. С гениальным еще хозяином. Так свою собаку отдрессировать… Он на выражение лица вообще реагировал. И выполнял. Команду. Один на миллион.

Короче, в сериале «Возвращение Мухтара» с Мухтарами этими и вообще не заморчивались. Ну там, раз в десять серий собака кого-нибудь даже и задержит. Специальные есть для этого в собачьей школе люди. Простая задача. Все умеют. Кто прошел курс охранно-караульной службы.

Но тем не менее. Я была по гроб жизни благодарна. Такому полетному заданию. Ну вот хотя бы про собаку. А не про суд присяжных. Которого и вообще давно уже нет, отменили. Но по телевизору показывают.

Кто там кому внезапно горло перерезал…

И все, типа, сидят думают.

Зрители тоже. Заодно.

О чем тут, я извиняюсь, думать?

Сплошняком – ненаучная фантастика. 24 часа в сутки.

На этом фоне любая собака выглядела практически как Мерилин Монро. Или Марлон Брандо.

Я даже пару-тройку промо-роликов на этом и построила. На кличке исполнителя главной роли. И сьемки собаки по секундам набирала. Выписывала тайм-коды. На полминуты анонса. Двое суток нужно вообще-то пахать. Без обеда.

А там этих «Мухтаров» по ходу сериала было вообще десять штук. Или двадцать. И все – не хухры тебе мухры. С родословными. И в титрах, как положено, указывались их имена. Трехэтажные. Типа там, Вальтер Морис Мария Отто фон Фишенбах. Третий.

Боже, как мне это нравилось. Прямо вот сразу тебе появляется. Драматургия.

И потом, я этих всех собак, во всех этих НТВшных пакостях вот ни на секунду не подозревала. Посмотрите в эти честные глаза… Испытайте облегчение…

И при этом у меня была и своя собака. Ну, это было еще до замужества. Потом пришлось ее на детей бросить. Ягд-терьер, Лаки. Собака-целовака.

Меня заводчик предупреждал. Держите ухо востро! Щенок – очень хитрый…

Ягды и вообще внешне выглядят как очень маленькая копия добермана, ротвейлера или овчарки. Ну, у них отбор идёт по рабочим качествам, не по экстерьеру. Поэтому они – разные.

И вот с ягд-терьером, хотя это и маленькая собачка, с нею можно ходить на охоту хоть на кабана, хоть на тигра, хоть на слона.

(Хотя она совершенно универсальная – и апорт, и преследование, и в воду, и в нору). Неопытные охотники своих ягдов иногда потом с экскаватором откапывают. Потому что само оно не откажется. От поставленной задачи.

Эта "маленькая собачка" состоит вообще из одного характера. И безбашенной совершенно отваги.

Они в городе на легковые машины уже охотятся. Пристанут – вот не оторвёшь.

Любой дикий зверь, с ней связавшись, вообще уже в конце концов просит пощады. Режьте меня, бейте, снимите шкуру, только заберите от меня ЭТО! Оно лает. Оно кусается! Оно кидается! Я его больше не могу выносить. Лучше убейте меня! Чтобы я не мучился.

Короче, ягд-терьер и вообще – идеальная охотничья собака. Ее ровно для этого и выводили. Вообще-то страшно злая.

При виде нас, на прогулке, остальные собачники просто растворялись. Вместе со своими собаками.

Но наша Лаки при этом была – страшно добрая. Хотя, конечно, кому там штаны порвать… Кому вздумается мне хамить… Это – на раз. Вот я никогда больше не чувствовала себя настолько защищённой.

Но она и вообще каждый день меня с работы встречала, запрыгивала ко мне на руки и осыпала поцелуями.

Страшный зверь Залижет до смерти.

Ну, это нам заводчик так сразу и говорил. Зависит от воспитания. Будете бить – получите притравленную злую собаку. Ужас всего района. Будете любить – получите в дом няньку и верного друга. У ягд-терьеров широкий диапазон. Это и вообще – страшно умная порода.

Им самим надо соображать. Кто там, на охоте, за тобой бегать будет! Команды отдавать..

И вот я на этом НТВ была уже на все согласна. Пусть меня заставляют писать рекламные тексты, не имеющие смысла. Пусть мне приходится пропагандировать какое-то совсем уже окончательное вранье. Брать какие-то запредельные высоты. Цинизма.

Но зато, хотя бы раз в месяц, я отсмотрю разом, за два дня, 10 кассет – и хотя бы напишу уже. Анонс. Промо-ролик. Про собаку))

Все-таки иногда удается даже и дышать.

О мышах и людях

Я про токсичных родителей не знаю. По времени просто не успела. Со своей стороны обвинить. Еще тогда в моду не вошло. В наше время дети – сами были во всем виноваты.

И вот я даже не собираюсь виноватых искать. Но есть одно, чего я своей дочери и вообще никогда не прощу. И это – совершенно серьезно.

Он выскочила замуж в 16 лет. Меня из квартиры вытурила. Нашла мне кавалера на сайте знакомств. К нему меня и отправила. Только раз в неделю поужинать со своим мужем потом приходила. При этом со мной – ни слова. Сидит в телефоне, то хохочет, то рыдает, ей там с френдами сильно интересно. Со мной словом перемолвится некогда. При этом еду мою вкусную употребляет. Но не поднимая глаз от телефона.

Обязательно в Новый год за моим салатом оливье приедет. Наестся, в контейнер больше половины наберет – и отправляется дальше . Развлекаться. А меня поздравить? Зачем это? Только потому и приходила, что у меня страшно вкусный – салат оливье. .

И вот я ей все на самом деле простила. И все остальное готова простить. Объявила себя небинарной, пусть за это теперь и получает. Меня не шокирует, нет.

Все это на самом деле – во-первых, пустяки, дело вкуса, а во-вторых – современная такая просто пошлость. И как всякая пошлость большого смысла не имеет. И мне все равно, я со свечкой стоять не буду. Но есть одно, чего я ей никогда простить не смогу. Еще во время ее московской жизни. Вот просто – никогда.

И ни к какому трансгуманизму, и ни к какой небинарности не имеет отношения. И ни к какому ю-икс дизайну. А на самом деле – гораздо, гораздо и гораздо хуже.

Я ей никогда не прощу. Того, что она убила мою собаку. Вот это так на самом деле называется. Ни за что. Мою Лаки. Ягд-терьера. Просто вот: отвела в ветеринарку – и усыпила.

Видимо, чтобы с нею не гулять.

Моя маленькая Лаки, Лакушка, появилась у нас в возрасте одного месяца. Как только щенок начал сам есть. Мы ее тут же у заводчика и забрали. Заводчик был наш сосед, в соседнем подъезде. И у него была сука, охотничья, притравленная, опытная, страшно злая – Лира. Эту Лиру собачники всем районом до смерти боялись. Растворялись в пространстве. Чтобы не столкнуться. Кроме нас. Потому что при виде нас злая Лира – а ягд-терьер – маленькая собачка – ставила лапки нам на колени и поднимала уже седую тогда мордочку, лизала руки, чтобы мы ее погладили.

Лира была – охотничья собака. Норная. Рабочая. Хозяин ее, как положено, бил. Ягд-терьеров всех бьют. Так воспитывают. И вот она уже старенькая была. И вдруг – ожидаются щенки. И это – заметно. Заводчик хотел при этом всех топить: собака старая, не выкормит. Но мы же видим: Лира ждет щенков. Как-то вот хозяина уговорили.

И вот он был бесчувственный довольно человек. Охотник. Считал, что Лира у него должна в первую очередь по следу и в норе работать, вообще по дикому зверю, а во-вторых, щенков на продажу каждый год рожать. Бедная Лира на самом деле рожала один помет за другим. А каждый щенок – не меньше тысячи долларов. Ну, Лира страшно породистая была. И еще и всероссийский чемпион.

Всех четырех щенков при этом за один день тогда разобрали. Как только стало можно. Заводчик страшно удивлялся. Никогда такого не было

И вот так, наперекор всему, у нас появилась наша Лаки. Счастливчик. Возрастом один месяц. Совсем маленький щенок.

Сестра моя в гости зашла, я ей с гордостью показываю Смотри, кто нас теперь тут охраняет! Щенок – размером едва ли не с таракана)) Ну, немножко больше. С мою ладошку.

Она первое время и вообще спала – у меня в волосах. Я ее рядом с нашим диваном устрою. Руку опущу, чтобы ей было не страшно. Только начну засыпать, как щенок по этой руке на диван лезет. И в моих волосах уютно устраивается. Держал меня за мамку.

Заводчик нас, кстати, предупреждал: Не балуйте ее. Щенок – очень хитрый.

Я все равно баловала.

Ну и хитрый был на самом деле щенок, или не хитрый, а из Лаки выросла большая умница. И отважная, как всякий ягд-терьер. Если кто там из прохожих вздумал мне внезапно нахамить, мог проститься со штанами. Лаки не кусалась. Но на предмет хамства разрывала любые штанины, как лезвием, на тонкие полосы.

Она вообще не любила никаких скандалов. Она и мне точно так же штаны от дорогой шелковой пижамы на тонкие полосы один раз разорвала, потому что я принялась зачем-то там на дочку с утра ругаться. Вот не смейте вообще! При мне голос друг на друга повышать!

Сашку она всю свою жизнь и вообще считала – за нашего общего щенка.

И вот эту собаку моя Саша отвела. И усыпила. Потому что я съехала к приемному мужу. А Саше неохота было с собакой возиться. Она ей мешает личную жизнь устраивать.

При том, что Лакушка моя ничем никогда и не болела. И могла бы еще десять лет прожить. И я квартиру свою дочке оставляла с одним условием: что они с мужем присмотрят за моей собакой. Поскольку там, куда я переехала, уже был кобель. И страшно при этом невоспитанный.

И я просто и по сей день не могу себе этого представить. Такой бесчеловечности. И такого цинизма. И как все, оказывается, просто. Оторопь берет.

Взять на поводок совершенно веселую собаку. Лаки, наверное, решила, что с нею наконец-таки пойдут погулять. И отвести сделать укол. Чтобы собаки моей больше на свете не было.

Она, правда, всегда была страшно завистливая. Эта дочь моя. И вплоть до того, что к собаке нашей ревновала. Я буквально что терялась. Ну, ревновать, может быть, даже и можно. Ничего не поделаешь. Но убивать?

И все это, разумеется, в тайне от меня. Я только чрез месяц и узнала. Причем, дочка мне врала в глаза, что мол, Лаки сорвалась с поводка, домой не прибежала… Наверное, побежала умирать…

Но это нужно знать нашу Лаки. Она была – настоящая домашняя собака. Член семьи. Да она с любой прогулки бежала – прямиком домой. Она из любой точки района дорогу домой находила. Она будет на проезжей части между машинами метаться, устроит вообще остановку транспорта, но дорогу назад найдет.

Это вот дочка моя. Проявила такое хладнокровие и трезвый расчет. Да блин, если ты гулять не хотела? Тебе что, трудно было за 200 рублей собачьи пеленки купить? Если тебе до такой степени недосуг?

Гадина!

Ты что, мне сказать не могла? Да я ради своей Лаки и мужа бы этого построила, и его ретривера, и вообще домой бы обратно переехала. Правда, дочь моя, похоже, что ровно этого и боялась. Начала уже потихоньку квартиру нашу на себя оформлять.

Ну и хрен с ней на самом деле, с квартирой. Я и без того уже все ей отдала: и жилье, и прописку, и все свои деньги. Ну, она – жадная. Это бывает. Но за что она убила мою собаку?!

Пошла вообще, сволочь, заплатила, расписалась – и домой пошла. Уже без собаки.

У себя в Берлине обожает теперь сплошняком котиков. Правда, и тех – чтобы ими в инстаграмме хвастаться. А маленькую нашу собачку на живодерню свела. Ну, не своими, конечно, руками – жизни лишила. Но это – все равно. Ведь пошла – и усыпила. И деньги заплатила. И в землю закопала, и надпись написала. И как будто ничего и не было.

Вот же чудовищное какое-то лицемерие.

И вот она у меня может быть какая угодно прогрессивная. И котиков любить. И я на Страшном суде ей ничего даже и вообще предъявлять не стану. Ни что она меня послала, ни что она меня ограбила. Встану и скажу, что лично я претензий не имею. Я-то – что? Так мне, наверное, и надо.

Но мою собаку я ей никогда не прощу.

Я ей никогда не прощу этой никому не нужной смерти. Чистенькой и без проблем. Чтоб тебе когда-нибудь такой же укольчик сделали! Чистенько. И без проблем.

И даже никогда потом нашу собаку и не вспомнила.

Она когда-нибудь за это ответит. Не на этом свете, так на том. Лично я проголосую. И мне наплевать, что я – плохая мать. Зато я не такая, как ты, хозяйка.

Любовь

Любовь – такая штука, на которую все ссылаются, но которую, по-моему, никто не видел. Сколько лет мне, все мое детство, твердили о «любви». В основном в смысле моей мамы. При этом те, кто меня действительно любил – бабушка или тетя Саша – об этом говорить вообще-то стеснялись, больше что-то там упоминали о долге, о том, что семья есть семья, что существуют в жизни обязательства…

Могу сказать, что в первый раз в жизни я почувствовала себя по-настоящему горячо любимой, ровно когда у нас появилась наша первая собака. Ягд-терьер, Ракша. Я вдруг поняла, что на свете есть существо, которому вообще на все плевать: на мнение моей семьи, на мой социальный статус, на любые сплетни. Это существо, которое заинтересовано только в одном: чтобы у меня все было хорошо. Ну и чтобы ночью потихоньку пробраться ко мне в ноги и в полном блаженстве уснуть…

Ракша при этом была совершенно неизбалованная: у заводчика все собаки были рабочие, их традиционно били (у охотников это как раз часто), их мама – исключительно породистая и способная Лира, чемпион всего, чего только можно – только бесконечно охотилась и бесконечно рожала, а ее щенков все продавали и подавали за валюту…

Замечательно, что в нашем районе не только при виде Лиры, но и при виде любого ее щенка собачники вот просто растворялись в пространстве. И при этом страшная, притравленная рабочая собака Лира, с которой можно было идти хоть на смерть, хоть в разведку, увидев нас с Сашкой, вот просто как смешной щенок становилась на задние лапки, передними упиралась в твою ногу – и принималась подставлять седую голову, чтобы ее погладили…

Весь район ее боялся. Мы ее любили.

В своё время, ещё когда родилась моя маленькая Саша, я обнаружила удивительную вещь: что на свете появилось, наконец, существо, к которому я могу вот просто в любую минуту подойти – и ее поцеловать. Раньше таких возможностей мне как-то не представлялось) Но все же это пока была игра в одни ворота.

Что такое настоящая любовь и защита я узнала уже сильно за 30, и узнала благодаря собаке. Это уже следующий был в нашей семье ягд-терьер. Лаки. Сестричка. Последний помет нашей любимой Лиры. Хозяин даже хотел щенков утопить: собака старая, ей их уже не выкормить. Но мы с Сашкой уговорили. Взяли Лаки в месяц от роду, как только она стала хоть как-то есть собачий корм. Первый месяц она спала исключительно на моей подушке, зарывшись в мои волосы. Я ее спускала вниз, на подстилку, она залезала опять. Заводчик меня все предупреждал: не вздумайте ее баловать, щенок очень хитрый…

Удивительное дело, заводчик нам сам об этом говорил, – эти щенки, четверо, которых он хотел топить, разлетелись вот просто в один момент. Никогда такого не было: всех разобрали вот просто за два дня. Как будто все только сидели и ровно их и ждали)

И помню, мама моя, а она и вообще была существо страшно скандальное, как-то с утра принялась меня во всем в этой жизни обвинять. Окромя погоды. Что все плохо, что я во всем виновата, что будь я проклята. Ну и подкрепила свои аргументы не одной чувствительной затрещиной. И тут примчалась Лаки.

Маму мою, конечно, надо было знать. Она по натуре – победитель. Будет добиваться своего, не считаясь ни с чем. Всякий, кто осмелится возражать, должен будет горько пожалеть.

Но Лаки была не в курсе. Она стала на маму громко лаять, рычать и хватать за одежду. Мама этому поначалу даже обрадовалась: сейчас и собака ещё тоже получит.

Обычно такого скандала никто долго не выдерживал – все уступали. Мама не поняла только одного, что на этот раз она связалась с ягд-терьером.

Тут ещё нужно помнить, что это за собака – ягд-терьер. У неё, в общем-то, нет ничего: ни особой силы, ни какого-то там супер острого нюха, ни скорости невероятной. У неё нет ничего, кроме характера. Который и делает ее лучшей охотничьей собакой всех времён и народов.

С ягд-терьером можно идти на любого, самого опасного зверя. Потому что эта собака себя с противником вообще не соотносит. Ей плевать, будь хоть это африканский слон. Эта собака целиком и полностью состоит из отваги. Она видит цель, и она будет атаковать. Она будет кидаться раз за разом, ее отбросят – она кинется опять. Ягд-терьеру в принципе не приходит в голову, что можно отступить.

И в конце концов зверь – кабан обычно, или даже медведь – делает следующее. Он сдаётся. Он говорит: все, режьте меня, бейте, делайте со мной все, что хотите – только уберите от меня ЭТО! Оно меня достало. Я больше не могу.

Ну и Лаки в то утро поступила по породе. Взяла и отбила меня. И заставила моего обидчика отступить. Уступить. Ну и покусала маленько, могла бы сильнее…

Я просто-напросто села на кухне – и расплакалась. В первый раз в жизни за меня кто-то вступился, вот вообще ни о чем не рассуждая. Не делая маме скидок на то, что она больная и несчастливая. Что ее жизнь сложилась не так, как ей самой хотелось. Что ее ребёнок – это обуза и нужно это понимать…

Вот представьте себе, что мне через час нужно быть на работе в лучшей газете страны, или там – на самом главном телеканале. И что я там должна сеять разумное, доброе, вечное. И при этом меня прямо с утра бьют по морде и требуют, чтобы жизнь оказалась не такая, какая она есть, а совсе другая. Как будто от меня в этом смысле что-то зависит.

И доказать никому ничего нельзя. И связываться с моей мамой никто не хочет: себе дороже. И мама это знает. И вот тут моя собака прибегает и расставляет все точки над «и». Ровно тот случай, когда нашла, наконец, коса на камень.

Правда,мама этого, конечно, так не оставила. Попав следом в больницу, она первым делом всем сообщила, что ее покусала бешеная собака, и что собаку эту необходимо срочно уничтожить. После чего мы с Лаки две недели наносили визиты в ветеринарную клинику, где в конце концов выдали справку, что собака никаким бешенством ничуть не больна и угрозы для окружающих не представляет. Каковую я и отвезла врачу маминого отделения.

Мама, конечно, расстроилась, что Лаки не усыпили. Но она решила, что время у неё ещё есть. И однажды она с этой собакой ещё разберётся…

Кузьма

Я думаю, что меня поймут и мне посочувствуют. Ушёл наш Кузьма, патриарх, защитник, надежда и опора. Он тяжело перенес переезд, да и уже болел, но я рада, что он первым вошёл в этот дом. Кузьме по человеческим меркам было 150 лет.

Вот наш кот, патриарх Кузьма. 22 года! Прямиком с помойки (эта помойка и сейчас наличествует рядом с домом). Полный вообще-то красавец.

И это не мы с дочкой его завели – это он нас как-то заметил и выбрал. У нас сбежал сиамский кот, Миндаль. Мы месяцами каждый вечер бродим по двору и взываем: Миндаль! Миндаль! (Я уж даже и не знаю, что люди о нас думали).

И вот на очередное «кыс-кыс-кыс» является нам, прямо на помойке, вот из-за мусорного бака невероятный кот. Красивый вообще-то. Совсем молодой: вот подросток. Пушистый. Лапы огромные. На ушах – кисточки. И прямиком к нам.

Мы ему объясняем, дескать, котик, это мы «кыс-кыс-кыс» не тебе. Извини, конечно. Но Кузьма нас как-то определил. Принялся провожать до подъезда. Потом подниматься с нами до квартиры. Потом, разумеется, был приглашён угостится…

Так у нас и остался. И Миндаль потом нашёлся – он у кого-то в гостях торчал. Но Кузька – вот что называется беспризорник – тут же построился и на должность главкота даже и не претендовал. Хотя и вырос в два раза крупнее. Совершенно бандитская рожа. Но золотой характер. Саша моя говорила: Вот Кузьма – единственный в этом доме, кто меня уважает…

Потом мы узнали, что мальчишки его во дворе страшно мучили, даже и подробностей приводить не хочу. Когда мы его один раз обстригли (колтуны) вся его спина оказалась в страшных старых шрамах. Вот живого места нет.

И когда соседки наши узнали, что мы его забрали к себе, так они просто-таки ликовали. Ну вот жалко же было кота, ещё даже и совсем вообще-то маленького.

С тех самых про умеет есть практически все, что угодно, вплоть до доширака, не прочь иногда даже наведаться в кастрюлю, крышку умеет снимать, больше всего на свете любит рыбу. Вот совершенно классический кот.

И мы его, главное, ещё в свое время и попрекали. Вот Кузьма, имей совесть. Миндаль – породистый котик. А ты? Ну ведь на помойке -твоя прописка. Пока не случился информационный прорыв.

Гуляем мы с ребёнком по ВДНХ. Видим: выставка кошек. Ну, мы интересуемся. Ходим, смотрим. Вдруг видим: сидит в клеточке кот, вот ровно что наш Кузьма, только, прямо сказать, поплоше. И мельче, и лапы не такие великолепные, да и шерсть… Цена – тысяча долларов. Мы к хозяйке: это что у вас ещё за такое? Она с гордостью: Это – настоящий сибирский кот!

Ну, мы были девушки необразованные. Но честные. Приходим с прогулки, подходим к Кузьме (он как раз лежал на телевизоре) и говорим: Кузя, прости нас! Мы не знали. Ты, оказывается, страшно породистый. Стоишь тысячу долларов, а то и две. Мы, Кузя, были совершенно неправы…

Ну и этот беспризорник оказался в результате лучшим вообще на свете воспитателем и нянькой. Видно, он помнил, каково это – жить без присмотра. И Маленький Штрих тут же признал Кузьму за отца родного, или как минимум за дядьку Савельича, вот в полтора месяца, и только рядом с ним и пребывал. Сестричка его по дому носилась, а Штрих с Кузьмой и спал вместе, и валялся, и Кузьма его всему на свете учил. Ну и потом появившаяся молодежь (у меня ещё пятеро) вся была принята, каждого наш Кузьма вылизывал и вычухивал, я никому даже попу никогда не вытерла, каждого потихоньку воспитывал. Вот никаких конфликтов в прайде никому никогда не позволял.

У нас в доме маленьких никогда не обижают. Никакой нет вообще ревности. И это – совершенно не моя заслуга. Я бы даже и не знала, как этого добиться. Просто все маленькие стараются быть, как Кузьма. А при его превосходных качествах…

Он и до сих пор, вот уже 22 года, если кто там из молодых проходит мимо, обязательно его в ухо лизнёт.

Вот что вообще-то может оказаться – прямиком с помойки.

* Весь этот месяц Кузьма в основном сидел со мной рядом на кухонном столе (у нас тут пока больше и негде), а когда я обедала или ужинала, мяукал и требовал, чтобы я ему в своей тарелке на донышке оставила. И я, конечно, всегда оставляла. Тут Кузьма был в своём праве…

Дело вкуса

Совершенно удивительное дело: Кузьма любит СЫР. Я долго не могла понять за завтраком, чего он ко мне пристает, лезет лапой к бутерброду и выражается в том смысле, что «а котика бедного голодного покормить? Слабо тебе?» А тут угостила несвойственным продуктом и могу сказать, что этот кот пролетарских, даже я бы сказала, социально близких уголовных кровей – за сыр родину продаст. Откуда ему было так утончить свой вкус, ума не приложу. Все его предки ни к каким французским или там голландским сыроварням отношения не имели, а скромно сидели на заборе и ходили в тайгу мышковать. Но Кузьма при этом уверенно предпочитает камамбер. Причём, осознал это на пятнадцатом году жизни.

Короче, пути генетики неисповедимы.

Письмо протеста

(против закона, разрешающего убивать животных)

Думаю, моих котов все видели. Сибирский Кузьма – прямиком с помойки. Два недоросля -Талер и Маленький Штрих – приютские. Полугодовалая пара – рыжий Аська и серенькая Митилька – спасены в Евпатории. Не буду писать о той радости, которую они каждый день приносят в мою жизнь, лучше расскажу историю.

За полгода до пандемии я училась документальной анимации. Заданий было много, и разных. Одна неделя была посвящена работе со звуком. Нужно было без рисунков, на одних звуках, создать историю. А у меня как раз болел Кузьма, панкреатит, но уже выздоравливал. Везу его в ветеринарку на последний укол – и тут же на диктофон все записываю.

Получилась история о том, как я везу кота в такси, по Русакове, через три вокзала, по пробкам. Музыка играет, машины гудят, кот мяукает, а я водителю рассказываю: вот кот, старый, девятнадцать лет… Вообще-то вся жизнь с этим котом прожита. Мы его взяли, дочке было десять, а сейчас уже почти тридцать…

Водитель переспрашиваете, интересуется, сочувствует

Кончался отрывок тем, что кот приезжал домой (радио, звук пылесоса, радостные возгласы) и был счастлив.

Конечно, того, что записалось на диктофон, никак не доставало. Я долго сидела во всяких библиотеках звуков, собирала историю по секундам. Ролик всем в группе понравился. Но одну реакцию я особенно запомнила.

Я в группе была самой старшей, следующим за мной был высокий стильный парень, лет за 30, рекламщик, потрясающе рисовал и вообще очень крутой. Такой прямо совсем-совсем из новых, успешных и продвинутых. Вот казалось бы, и совершенно уже бездушных.

Когда отзвучал мой отрывок, он неожиданно издал глубокий вздрх, вытирая с лица то ли пот, то ли слёзы:

–Слава богу! Я не мог слушать: был уверен, что кота везут усыплять. Так это он домой ехал, все в порядке?

Такой вот забавный финал у этой истории.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.