Виктория Лукьянова
Стеклянные чувства

Глава 1

– Лидия Дмитриевна, вы, как всегда, превзошли саму себя!

– Ой, Гриш, не смущай.

– Но я честен, – с пылом сказал Григорий, которого теща ласково называла Гриша и поцеловал протянутую руку женщины, которой было чуточку за пятьдесят. На самом деле матери было уже пятьдесят девять, и я прекрасно помнила первое правило, которому придерживалась матушка – не говорить о возрасте. Второе правило, которое также нельзя было нарушать – это приезжать раз в месяц на ужин с семьей.

За семь лет брака с Григорием я ни разу не пропустила семейного ужина, хотя именно сегодня отдала бы всё на свете, только бы оказаться подальше от своей семьи. Но вынужденно продолжала играть роль замечательной дочери и ласковой жены, наблюдая за тем, как муж едва ли не пел дифирамбы любимой теще, и как та с легким румянцем на щеках принимала каждое слово как должное. Этот обмен любезностями начался еще час назад и никак не мог закончиться, и я чувствовала, что вот-вот готова взорваться. Если они наконец не закроют свои рты, то…

Спрятав руки под столом, с силой вонзила длинные ногти в ладошки, оставляя на светлой коже ярко-красные отметины в виде полумесяцев. Гнев не ушел, но боль на короткое время вытеснила из моей головы дурные мысли.

– Лучше скажи мне, Гриш, как у вас там на работе? Мариша рассказывала, что в последнее время у вас там просто аврал. Что-то серьезное случилось?

Я напряглась, потому что прекрасно понимала, что мать ступила на хрупкий лед, ведь мне пришлось обманывать родительницу, лишь бы уберечь себя от лишних вопросов. Впрочем, мой муж был предупрежден и вооружен, улыбнувшись той самой сногсшибательной улыбкой, перед которой теща едва ли могла устоять, и, изобразив на лице игривое недовольство, произнес:

– Все как обычно. Кто-то косячит, а потом вся компания исправляет. А так ничего серьезного, из-за чего стоило бы переживать.

Мать театрально прижала руку к груди.

– Ну и замечательно. А то я переживаю, места себе не нахожу. Вдруг что случится, а вы не будете готовы. Вон сына моей подруги, Светланы Воронцовой, сократили, компания сейчас банкротство запустила. А у Феди ведь ипотека, жена с маленькими детьми дома сидит. Ох, времена нынче неспокойные.

Я мысленно выдохнула, но напряжение не покидало, а наоборот подстегивало выдать какую-нибудь колкость.

– Нет, у нас все спокойно в этом плане, – отозвался Григорий, продолжая с наслаждением уминать запеченную с овощами рыбу.

Я тоже пыталась поесть, но в последнее время у меня не было аппетита, и даже фирменные и действительно идеальные блюда матери не помогли побороть чувство отвращения. К горлу подступил комок, из-за которого меня стало подташнивать. Чтобы не привлекать лишнего внимания, я поправила салфетку, лежащую на коленях, и вновь приступила к еде. Точнее говоря, постаралась изобразить аппетит, с трудом проталкивая каждый кусочек еды в горло. А чтобы овощи, которые я тщательно прожевывала, не полезли обратно, пришлось часто пить воду, и вот спустя десять минут бесполезной до зубовного скрежета болтовни, которой занимались мать и Гриша, мой мочевой пузырь заставил, извинившись, отправиться в туалет.

Я оглянулась, когда выходила из комнаты и успела поймать на себе задумчивый взгляд мужа, но тот умел притворяться. Я же только училась.

Войдя в ванную комнату, прикрыла за собой дверь и щелкнула замком, хотя для этого не было причин. Но так я чувствовала себя в безопасности. Сделав дела, приблизилась к раковине и открыла кран. Холодная вода отрезвляла. Я хотела умыться, избавиться от идеального макияжа, провести мокрыми ладонями по бледным щекам, вонзить пальцы в темно-каштановые локоны, дернуть себя за волосы, чтобы заставить почувствовать что-то еще кроме боли и обиды, но застыв на месте, продолжала наблюдать за собственным отражением в аккуратном овальном зеркале и чувствовала, как пальцы немеют от холодной воды.

– Всё будет хорошо, – прошептала себе, закрывая кран. Вновь взглянула в зеркало, натянуто улыбнулась и, подмигнув, вышла из ванной комнаты.

В гостиную, где мы обычно ужинали всей семьей, возвращалась с той самой улыбкой. Обманчивой улыбкой, которая вполне могла убедить мою мать, что все в порядке, но точно ничего не скрывала от задумчивого взгляда мужа. Но мама была слишком увлечена разговором с любимым зятем, что не обратила на меня внимания. Как и Григорий, который о чем-то безустанно рассказывал, полностью очаровав тещу. Когда-то на эти же уловки легко клевала и я, но жизнь научила меня снимать розовые очки и смотреть правде в глаза.

– Ох, жаль, что Макар с Женей не приехали, – сокрушалась мать, когда мы засобирались домой.

Я только успела выдохнуть, решив, что вечер в принципе прошел без осложнений, как матушка тут же вспомнила о сыне и его невесте.

– Мам, не начинай, – поспешно вмешалась, пожалуй, даже слишком. Пришлось себя одернуть и сменить тон, с которым я могла попасть впросак и выдать свои истинные эмоции.– Ты же знаешь, что они ждали этот отпуск. Вернутся через неделю. Думаю, они только обрадуются, если ты их позовешь на ужин и чем-нибудь вкусным порадуешь.

Мой младший братец был из тех, кто все-таки да нарушает правила. Редко, но метко – как я часто повторяла про себя, пытаясь прикрыть брата. Отпуск, в который тот сорвался со своей невестой, был запланированный, но матери они сказали об этом в последний момент, и поэтому пропустили ежемесячный обязательный ужин. Еще одна маленькая проблема, с которой мне пришлось справляться, наплевав на собственные чувства.

– Ох, ладно, – отмахнулась мать и вновь посмотрела на Григория. – Зато вы меня никогда не подводите.

Он улыбнулся и пожал морщинистую ладонь тещи.

– Вы же знаете, Лидия Дмитриевна, я ни за что на свете не пропущу ваши ужины. Ни один ресторан не сравнится с домашней едой, которую вы готовите. У вас просто талант!

И вновь я подавила в себе желание демонстративно закатить глаза и издать нервный смешок. Гриша сегодня был в ударе и отрабатывал за двоих. Впрочем, он всегда был таким.

– Мам, нам уже пора, – мягко проговорила, торопливо подхватывая с комода свою сумочку.

– Да, конечно, – она всплеснула руками и стала обнимать на прощание меня и зятя. – Напиши, как доберетесь. А то я волноваться буду.

Еще одно маленькое правило, но я и его соблюдала, потому что нервничать моей матери было строго настрого запрещено. После смерти отца многое случилось и, конечно же, это не могло не оставить зияющих ран в наших сердцах. Особенно сильно пострадало сердце матери.

– Хорошо, мам. Обязательно.

– Удачи, мои дорогие, – промолвила она, еще раз обняв меня за плечи.

Гриша помахал теще рукой и выскользнул из квартиры. Я задержалась на пороге лишь на миг, чтобы вновь взглянуть на чуть грустное, но все же спокойное лицо матери. Улыбнувшись, я кивнула и отправилась следом за мужем к лифту. В этот самый момент металлические створки открылись.

Мы вошли в кабину. Лишь когда дверки сомкнулись за нашими спинами, оба смогли выдохнуть. В зеркальной панели, установленной на стенке сбоку, отражались унылые лица двух взрослых людей. Больше не было сладких улыбок, которые так не жалел Гриша, разливаясь соловьем рядом с тещей. Больше не было звонких речей, озорных огоньков в глазах. Я так вовсе померкла, прислушиваясь к тихому дыханию мужа и металлическому скрежету работающего механизма лифта.

– И как долго это будет продолжаться? – спросил Гриша, когда мы наконец-то оказались в машине. Оба приехали на одном автомобиле. Еще одна маленькая ложь во спасение.

Я заняла пассажирское место и, пристегнувшись ремнем безопасности, посмотрела на мужа.

– Столько сколько потребуется. Дай мне время.

– Мариш…

– Не называй меня так, Гриш.

Муж поморщился, но замолчал, решив, что обмениваться «любезностями» нам уже не по силам. Завел мотор, переключил передачу. Автомобиль тронулся с места, покидая парковку. Плавно вливаясь в вечерний поток других автомобилей на главной улице города, мы оба молчали. Гриша следил за дорогой, я же предпочитала думать о том, что меня ждет дома. И, конечно же, ни разу за всю дорогу так и не взглянула на мужа.

Глава 2

Обернув влажные после душа волосы полотенцем, я забралась в кровать, откинув вязанный плед в сторону. Ноги гудели от усталости, но еще сильнее болела голова. Я и подумать не могла, что лгать так сложно, особенно тогда, когда приходится обманывать собственную мать.

Кто бы мог подумать, а я точно была уверена, что в жизни так не поступила, что мне придется обманывать, лишь бы сохранить идеальную картинку семейного благополучия. По щеке скатилась крошечная слезинка, которую я торопливо смахнула, гоня прочь непрошеные мысли.

С тех пор как Гриша подвез меня до нашей квартиры прошло два часа, но мне казалось, что я все еще слышу его усталый ворчливый голос. Но ничего кроме тишины в квартире, которую мы так тщательно выбирали, а после ремонтировали и благоустраивали, не было слышно.

Идеальное место для идеальной семьи.

Именно так я совсем недавно считала, представляя безоблачное будущее. А сегодня мой муж ночевал в арендованной квартире в нескольких кварталов от этого дома. Так было проще. Пока проще…

Большую часть пути после ужина мы преодолели в полной тишине. И лишь когда Гриша притормозил напротив дома, заглушив мотор, я слишком громко выдохнула. На языке вертелись вопросы. Миллион вопросов, на которые так и не нашла ответов, но вместо того чтобы задавать их, я потянулась за сумочкой. В этот самый миг Гриша перехватил мою руку.

Вздрогнула и уставилась на мужа.

– Так и будем молчать?

Я медленно кивнула, потому что знала, что если позволю себе сказать хоть слово, все вновь превратится в кошмар. Мы поссоримся. Еще сильнее, еще громче. Грязные обвинения посыпятся из уст друг друга. Слова – оружие, которое ранит так же сильно, как нож, вонзающийся в сердце.

– Мариш, прекрати. Я так больше не могу. Поговори со мной.

– Ты не можешь? – промолвила я, наконец освободив свою руку из захвата. Раньше мне нравились прикосновения мужа. Я каждый раз приходила в трепет, когда он ласкал теплую кожу, вычерчивая чуть грубыми подушечками пальцев невидимые узоры. Сейчас же я желала поскорее смыть его касания горячей водой с мылом. Словно грязная после прикосновений, словно контуженная после слов.

– Да, я не могу. Давай уже нормально поговорим и решим, что нам делать. Я устал обманывать всех, что у нас всё замечательно. Ты же понимаешь, мы больше не можем притворяться.

Я шумно сглотнула тугой комок, забивший горло, и покачала головой.

– Мне пора.

– Мариш!

Но я уже не слушала. Не могла слушать…

Добравшись до квартиры, вошла в пустой дом и на мгновение испугалась – а если все так и закончится? Одна в бескрайней пугающей пустоте. Но через мгновение страх отступил. Из спальни выглянула сонная Мурка. Несколько раз моргнув, она взглянула на меня, зевнула, потянулась и направилась неспешным шагом на кухню, ясно давая понять, что кое-кто еще не ужинал.

Я тихо выдохнула и уронила сумку, прижимая ладонь к груди. Сердце бешено колотилось.

«Как долго это будет продолжаться?» – голос Гриши все еще звучал в моей голове.

Я и сама бы хотела знать, как долго смогу тянуть время, отодвигая неизбежное. Нам придется расстаться. Придется признать, что нет и не было идеальной семьи, которую мы так тщательно изображали. Все слишком сложно и запутанно.

И вот спустя два часа я лежала в кровати. Взяла книгу, которую начала читать еще три недели назад, но так и не смогла сдвинуться с двадцать четвертой страницы. С того самого момента, как все полетело в бездну.

Что-то шевельнулось в ногах, и я отложила книгу в сторону, взглянув на кошку. Мурка сидела на левой половине постели. На пустующей и холодной половине и смотрела на меня с осуждением.

– О нет, не смотри так, – отмахнулась, косо глянув на пустую половину кровати. – Он не придет. Я же тебе говорила.

Кошка продолжала сидеть неподвижно и ждать. Мы обе понимали, кого именно ждет Мурка. Его любимица. Та, ради которой Гриша едва не рискнул головой, когда полез в канализационный люк, чтобы достать упавшего котенка, барахтающегося в грязи. Жизнь Мурки висела на волоске. Она едва не погибла. Гриша не был большим любителем животных и не стремился обзаводиться домашним зоопарком, но, когда услышал жалобное мяуканье, не смог пройти мимо. Так в нашем доме появилась эта вредная белоснежная как пушистый первый снег кошка, с зелеными глазами и длинными усами. И она смотрела на меня так, будто я должна была немедленно отправиться за Гришей, чтобы вернуть мужа домой. Лишь бы Мурка могла наконец лечь ему под бок, довольно заурчать и задремать, когда ее нежно поглаживают по набитому животику.

– Он не придет. Запомни уже. И перестань меня доводить своим… этими… взглядами… – грозно глядела на кошку, пока собственный голос надломлено хрипел.

Я похлопала по свободному месту рядом с собой, но кошка не сдвинулась с места. Она ни за что на свете не ляжет под мой бок, ведь я выгнала ее хозяина из дома. Технически не выгоняла, а мы вместе приняли решение пожить по отдельности, чтобы переварить произошедшее и подумать над будущем.

Над тем будущем, которого у нас не будет.

– Ну как знаешь, – фыркнула и соскользнула с постели. Нужно было вернуть влажное полотенце на сушилку, а волосы привести в порядок. В этот самый миг зазвонил телефон, отчего я вздрогнула, резко обернувшись на звук.

Неужели Гриша не успокоится? Я уже хотела пройти мимо телефона, как увидела высветившийся номер. Звонил Макар. Выдохнула и после секундной заминки ответила на вызов.

– Алло.

– Привет, – жизнерадостно произнес брат. – Как дела, сеструха?

– Нормально, – чуть дрогнувшим от волнения голосом произнесла я, ощутив укол стыда. Я лгала не только матери, но и родному брату. Тому, кому доверяла больше всего на свете.

– Надеюсь, непоздно звоню? Я вас не разбудил?

Я ощутила новую волну дрожи.

– Нет, пока не легла… – замялась, чувствуя, как язык к нёбу прилипает. Прочистив горло, поправила: – не легли.

– Ну и отлично. Тогда рассказывай, как ужин прошел. Мама не злилась?

Ожидаемый вопрос. Жаль только, что брат, как обычно, все бросил на меня.

Прижала плечом смартфон к уху и направилась в ванную комнату, на ходу расправляя полотенце, которое успела стащить с волос, когда отвечала на звонок. Я поморщилась, вспоминая, как прошел ужин, но тут же себе напомнила себе, что пока не готова делиться даже с братом историей, которая произошла в моей маленькой семье.

Следом, спрыгнув с кровати и цокая по паркету, шла Мурка.

– Нормально прошел ужин. Но если бы ты и Женя были там тоже, то все прошло бы намного лучше.

– То есть ты хочешь сказать, что мама злится на меня и мне стоит привезти ей какой-нибудь крутой подарок, чтобы загладить вину?

– И для меня миленький презент не забудь. Я прикрывала твою хитрую задницу.

Макар хохотнул. А я тем временем набросила на сушку полотенце и вышла из ванной комнаты, скользнув пустым взглядом по полочке, где совсем недавно лежали бритвенные принадлежности и зубная щетка. Гриша забрал все самое необходимое, но дом все еще был полон его вещей. Я мысленно заскулила, едва прислушиваясь к смешливому голосу брата, раздумывая над тем, как все непросто сложилось.

И как мы будем жить дальше? Придется продать квартиру, избавиться от многих вещей…

Нет, я пока не готова была думать о следующей ступени, на которую придется взобраться, чтобы вылезти из пучины, в которую меня сверг собственный муж.

– Так что тебе привезти-то? – поинтересовался Макар, и я поняла, что большую часть монолога брата успешно прослушала.

– Ой, что угодно. Только больше не подставляй меня так.

– Обещаю! – громогласно заявил Макар, и в его голосе все еще звучал смех, когда в моем рту собралась вязкая слюна. Я быстро сглотнула и направилась на кухню, чтобы набрать себе стакан холодной воды. Мурка шла следом словно тень. У кошки тоже были претензии ко мне.

– Ну раз все обошлось малой кровью, – заявил Макар, вновь возвращая меня в реальность, – то не буду вам мешать. Спокойной ночи. И передавай привет Грише.

– Конечно, – сухо отозвалась и постаралась улыбнуться, хотя понимала, что мои жалкие попытки совладать с дрожащими губами никто кроме Мурки не увидит. Да и кошке плевать. Вон сидит у чашки, добавку ждет.

Я взглянула на кошку и покачала головой. Гриша обязательно ей вкусняшку какую-нибудь перед сном бы сунул, а я всё, что могла, так сдерживаться, чтобы не разрыдаться в голос.

Как же порой сложно. Сложно держать всё в себе, хранить грязные секреты и пытаться быть хорошей дочерью, сестрой и коллегой. Жаль, у меня не получилось быть хорошей женой.

– Спокойной ночи, братец.

Макар фыркнул.

– У нас тут день в разгаре! – хохотнув, он вновь попрощался и сбросил звонок. Я опустила руку и прижала зажатый в ладони смартфон к бедру.

Мурка уставилась на меня.

– На ночь вредно есть, – произнесла я, выходя из кухни на ватных ногах. Кое-как добралась до постели, легла с влажными после душа волосами на мягкую подушку, натянула одеяло до ушей и тихо всхлипнула, но тут же подавила горькие слезы. Завтра нужно выйти на работу, а опухшие и покрасневшие глаза верный признак того, что настроение у меня будет отвратительным, а коллеги не постесняются лезть не в свое дело и начнут задавать неудобные вопросы.

Глава 3

– Марианн, ты слышала что-нибудь о Лесе из отдела доставки? Говорят, она разводится.

Я вздрогнула и взглянула на коллегу. Мы потихоньку собирались в зале для переговоров на очередную летучку, и вроде бы ничего не предвещало беды, пока не прозвучал вопрос, заданный Алиной таким голосом, будто она только что поведала мне сокровенную тайну. Коллега сидела рядом со мной и хлопала длинными густыми ресницами, от тяжести которых, скорее всего, по вечерам у нее болели веки, но та упрямо каждый месяц записывалась к своему мастеру по наращиванию и выбирала самый «тяжелый» вариант для своих «выразительных» глаз. Я не судила девушку. Алина была в активном поиске, о чем не раз успела сообщить мне, и, похоже, она воспринимала меня как подругу. Иначе почему каждый раз, когда в компании появлялись сплетни личного характера, Алина мчалась ко мне и приносила новости?

В ответ я пожала плечами и отвернулась, сделав вид, что сосредоточена на заметках в своем ежедневнике, пока Алина, наклонившись поближе, не продолжала щебетать о предстоящем разводе коллеги из отдела доставки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.