Дмитрий Шимохин
Гром

Глава 1

«Не успею», – щелкнуло у меня в голове. Пять метров, четыре, три, два, один – и я со всего маха впечатываюсь в ограждения. Хруст, скрежет металла и визг тормозов, а главное, боль. Я чувствую, как мое летит тело…

– А-а-а, – я с криком подскочил на постели и пытаюсь отдышаться.

– Чертов кошмар, каждый раз заставляет окунуться в прошлое, – пробормотал я.

В комнате уже было достаточно светло, а это значит, что очередной семейный завтрак я проспал.

Мой взгляд начал блуждать вокруг и зацепился за висящий на потолке ловец снов. Хороший и нужный оберег, а то есть в этом мире умельцы.

«Хотя кого в этом сумасшедшем мире только нет», – не успел я додумать до конца мысль, как открылась дверь, и ко мне в комнату забежал светловолосый малец. Он пронесся от двери до кровати словно ураган и сразу рухнул на нее.

В моей новой жизни, он был моим сродным младшим братом по отцу, и главным наследником в нашем роду. В том числе и являющийся тактическим оружием массового поражения, так как родовые способности проявились в нем в полной мере, нежели во мне, а точнее в этом теле, которое я занял.

Брат способен воплощаться в элементаля молнии или как еще называют в аспекта магии, в магическую сущность, именуемую громовой птицей. Несмотря на то, что он не являлся могучим магом и повелителем стихии. Те же архимаги или великие магистры, что были почти на вершине магического олимпа, способны только призвать элементаля, но воплотиться, способны лишь сильнейшие маги, что зовутся повелителями.

Воплощенным элементалем может стать любая магическая сущность, например, элементалем огня может быть огненный дракон, феникс или саламандра, а ледяным – ледяной волк или ледяной дракон, или иная сущность.

Одним из основателей нашего рода был как раз повелитель молний, уж не знаю, какие ритуалы он проводил, но частичка его силы навсегда осталась в нашей крови. Оттого брат и способен воплощаться в элеменаталя, не являясь повелителем, да и сродство с молнией у нас в роду весьма сильное. Потому наше родовое имя Громовы.

Сила молнии бежит и у меня в крови, и я способен к навыку «разряд» оно же заклинание молниевое касание, а по-простому я могу подрабатывать электрошокером, и это без обучения. Но воплощаться в элементаля я не способен, как мой братец. У меня, конечно, есть еще предрасположенность к магии воздуха, но талант в силе молний на много выше.

У брата, конечно, ультимативная способность, но и в других родах и семьях есть свои секреты и джокеры в рукавах, что многое уравновешивает. На каждую гайку найдется свой болт с резьбой.

– Эрик, Эрик, – зачистил малец. – А что это тебя на завтраке не было, – видя мой помятый вид, он запнулся на секунду и после продолжил:– Что, опять кошмар снился? – проговорил он участливым тоном.

– Да, но уже все нормально.

– Эх, – грустно он вздохнул, а после хитро на меня взглянул. – Жаль, что тебя не было, отец во время завтрака сказал, что я уже взрослый и готов пройти обряд в молниевых пещерах. Мы после обеда туда поедем, ты же поедешь со мной? – и он посмотрел на меня взглядом кота из «Шрека».

– Ха-ха, – рассмеялся я от этого вида и взлохматил волосы брата. – Конечно, я же всегда рядом и не брошу тебя. Как и ты не бросил меня.

– Хорошо, – расплылся в улыбке этот непоседа. Он был весьма добрым мальчишкой и всеобщим любимцем, несмотря на то, что уже фактически был машиной для убийств.

– А еще отец сказал, когда я пройду ритуал, подарит мне магического зверя, – шёпотом произнес брат, – драка или шейка, кого выбрать, даже и не знаю.

Не зря бестиарий листал, может, и смогу подсказать брату.

Мда уж, дал папаня выбор один лучше другого.

Шейк это огромный, условно-разумный магический пес, в предках которого затесались ездовые варги орков, с врожденной способностью противостоять враждебной магии. Стать хозяином шейка возможно только когда щенок открывает глазки и видит перед собой разумного, и у них образуется ментальная связь.

Драк – это вообще, что-то с чем-то. Их вывел когда-то давно безумно талантливый псих, по-иному его и не назвать, умудрившийся скрестить дракона и обычную лошадь.

Получилась у него весьма сильная, злобная и кровожадная тварь, причем относительно разумная. Вместо кожи у него чешуя как у дракона, и он спокойно может держать удар слабых и даже средних по силе заклинаний, да и эту чешую оружием не просто пробить. На голове у него растут не большие рожки, и он вполне способен боднуть обидчика. Хвост – это отдельная песня, ведь на конце хвоста произрастает костяная шишка, наподобие булавы, которой он прекрасно пользуется и может нехило вдарить. И он совсем не травоядная зверюшка, ему мяса подавай и, чтобы его рвать, у него в пасти имеются клыки под стать, которыми он тоже прекрасно умеет пользоваться.

Не стоит забывать и про копыта, на которых растут шипы, и драк может весьма умело ими орудовать. Вот только создатель этих зверушек окочурился при невыясненных обстоятельствах, а драки разбежались кто куда, и сейчас их табуны существуют только в диком виде. Привязать к себе и укротить драка возможно лишь, когда он вылупляется из яйца, и так же, как и у шейка, между драком и хозяином устанавливается ментальная связь. Вот только попробуй, добудь это яйцо, да еще и умудрись привезти к заказчику, пока не появился на свет драк. Да и слушать это адово создание будет только своего хозяина, а на остальных болт класть.

– Сам-то кого хочешь? – поинтересовался я у брата.

Он задумался на минутку, а после выдал:

– Шейка, с ним поиграть можно будет.

– Это да, – протянул я. С драком возможно поиграть только: кто быстрей убьет врага и станцует на его костях. – Вот ты и определился. Спасибо, что забежал, думаю, тебе, как и мне, надо собраться и подготовиться к столь ответственному, делу, – и я подмигнул мелкому.

– Ага, – скуксился он. – Я тогда побегу, – и брат, спрыгнув с кровати, покинул мою комнату, только и хлопнула дверь.

– Пострел, – с улыбкой произнес я, откинувшись на кровати.

Сколько я уже здесь, в этом новом мире… Кажется, два года. Первые дни были сущим кошмаром, когда я попал в это тело. Ничего не понимающий, незнающий языка и прибывающий в шоке от происходящего. А как иначе? Вот я лечу на байке, хруст и боль. Смена кадра – и я прихожу в себя в совершенно другом месте, совсем не соответствующем моей реальности, не в больничной палате, а в какой-то архаичной комнате, будто средневековой. Тело было вообще ахтунг, живой скелет, я даже на ноги был не способен подняться, а в руках ложку удержать. Меня брат и служанки с рук кормили.

У этого тела было имя, и звали его Эрик. Он был старшим сыном князя Громова, на которого свалилось проклятье, отправившее его дух или душу в неизвестные дали.

Хотя Эрик сам виноват в своей участи, по глупости и тупости он получил свое проклятье. Он тогда с отцом в городе был, где расположился гарнизон и стоянка летучих кораблей, они с отцом как раз занимались смотром войск.

Вечером после всех мероприятий Эрику слуга принес шкатулку, якобы подарок от офицеров гарнизона и капитанов кораблей. Недолго думая, он ее открыл. В шкатулке находился прекрасный кинжал изумительной работы, вот только он проклятый был, и парень схлопотал проклятье, когда прикоснулся к нему. Проклятье, конечно, удалось снять, и тело Эрика выжило, но мне кажется, не только благодаря целителям и иным магам, а потому, что Эрик был одаренный и его по мере взросления его пичкали укрепляющей алхимией и проводили над ним ритуалы, развивающие энергетику. В процессе лечения тело превратилось в скелет, обтянутый кожей, но все же живое, вот только оно оказалось пустой оболочкой, которую я и занял.

Лично я не буду удивлен, если узнаю, что это организовала моя мачеха Маргарита, мать моего брата Маркуса. Очень уж у Эрика с ней непростые отношения. Они были до покушения и остались позже. С отцом у меня достаточно ровные отношения. С братом просто прекрасные, он во мне души не чает, и я отвечаю ему тем же. Он помогал мне учить язык и многое другое.

Я умудрился выучить местный диалект, на котором предпочитали общаться в княжестве. Так же мне пришлось изучить еще так называемый общий язык, который много где распространен по этому миру, так что я настоящий полиглот.

Когда я пришел в себя, отец даже местного менталиста приглашал, чтобы тот со мной поработал, но он был весьма слаб и не смог пробиться через врожденную защиту Эрика. Со стороны отец не рискнул приглашать специалиста, который мог все что угодно накрутить в моей голове, и никакие клятвы не помогли бы этого избежать, слишком лакомым кусочком был я. Хотя различным ритуалам меня подвергли, проверяя на демонические сущности и духовных паразитов.

Наше княжество сейчас переживает не лучшие времена, да и отец не лучший правитель, ведь его к этому не готовили. Он был всего лишь вторым сыном, которому многое позволялось, в том числе и жениться по любви. Настоящим наследником был его старший брат, сгинувший вместе с дедом, который, как и мой брат, умел перевоплощаться в элеменаталя. Они были по каким-то делам в соседней империи, когда на них напали. Им удалось легко отбиться и выяснить, кто стоит за нападением. Дед и пошел разбираться, вот только это была ловушка. Там и сгинули они и большая часть гвардии.

С гибелью деда и наследника княжество начало приходить в упадок, уж слишком многое оно потеряло с их смертью.

Моя же мать умерла при моем рождении, и отец снова женился, уже будучи князем. Эта женитьба – политическое решение, ведь молодому владетелю нужно было укрепляться. Вот он и выбрал девушку из свободного рода, проживающего в империи. Маргарита стала его женой и родила мне брата и наследника рода. Как по мне, она ничего из себя не представляла, но самомнение у нее было как у императрицы.

Немного еще повалявшись, я поднялся с кровати и облачился в чистый камзол и белую рубашку, не забыв надеть на пальцы три артефактных кольца, а также родовое с изображением герба – громовой птицы – и защитный амулет. Два артефактных кольца были одноразками с огненным и ледяным копьем, а третье с заклинанием водяная плеть. Оно было, как и мой защитный амулет, многоразовым. Когда заряд заканчивался, оно не распадалось прахом, как одноразки. Многоразовые же достаточно зарядить по новой, чтобы использовать.

Следом я надел пояс, который тоже был не простым, моей гордостью. Он был пространственным артефактом. На нем располагалось двенадцать пластин с рунной вязью. Каждая выступала эдаким кармашком, в который можно запихать один предмет, например, лечебное зелье или меч. Мешок, забитый вещами, в него не запихаешь, к сожалению. Я пытался.

Эту гордость с согласия отца я забрал в нашей сокровищнице, когда он меня туда водил. Посещение сокровищницы вызвало у меня кучу вопросов. Да, там были деньги и драгоценные камни, и магические предметы. Вот только мощных артефактов оказалось мало, а те, что были, появились уже при правлении отца, вот это и странно. Не может быть у рода, которому тысячи лет, столь скудная сокровища и слабые артефакты, а значит, должна быть как минимум еще одна сокровищница, где лежит самое ценное. Отец подтвердил мои мысли на этот счет, но он, к сожалению, не знал, где она находится и как туда попасть. Ее тайну навсегда забрал с собой дед и старший дядя. У отца есть еще один брат и мой дядя, но в один прекрасный момент он покинул княжество и обосновался в соседнем государстве. Из-за чего так произошло, я так и не смог выяснить.

Покинув комнату, я направился на кухню. Где в приятной атмосфере перекусил жареным мясом и ягодным морсом.

Распрощавшись с поварами, я пошел на крытую галерею, откуда решил понаблюдать, что происходит во дворе.

Пока шел, мой взгляд упал на синее небо, где горело красное солнце.

Чудный и безумный мир, которым правит магия во всех ее проявлениях. Вот только я сделал вывод, что этот мир искусственный, да и в библиотеке нашел пару книг, в которых автор рассуждает на тему происхождения мира, что только укрепило мою теорию.

Плоскоземельщики были бы рады безумно, ведь этот мир плоский и его размеры чудовищны. Границы этого мира застилает туман. Почти обычный, в нем даже можно погулять, если недалеко и недолго. Правда, в большинстве своем разумные не возвращаются, но, опять же, есть зафиксированные случаи, как из тумана возвращались спустя триста лет или даже тысячу. Бывает так, что туман откатывается, а на его месте появляется новая область. Это может быть небольшой лес или гора, а может появиться и огромный край размером с добрую империю. Вместе с ним новая флора и фауна, а также новые разумные жители этого мира.

Ох, кого здесь только нет, среди разумных обитателей: люди, эльфы и орки всех возможных цветов и расцветок, гномы, драконы, наги, демоны и ангелы, а про условно разумных я и вовсе молчу.

В этот мир даже боги попадали, которые без своей паствы быстро теряли силы, а особо наглых и тупых местные разбирали на ингредиенты.

В этом мире религии, конечно, существуют, причем разные. Даже есть божества, которые снова смогли собрать себе паству, но все сложно и нюансов много.

Дойдя до крытой галереи, я глянул во двор. Там вовсю тренировалась наша гвардия под присмотром ее командира Варфея, высокого эльфа с телосложением как у борца. Варфей мне рассказал, что на его памяти небо менялось три раза.

Мой взгляд блуждал по двору и уперся в лётную площадку, где расположился небольшой летучий корабль. Гордость нашего летучего флота – быстрый и зубастый, отец в основном использует его, когда отправляется в дипломатические поездки.

Рядом, чуть в стороне, стоят стойла с гиппогрифами. Чудные небесные создания, с головой птицы и телом, похожим на коня.

С другой стороны крепостной стены расположились стойла с чокобо, которые в княжестве являются основным наземным средством передвижения. Этакие курицы-переростки, похожие на страуса, только больше и мощнее. В нашей округе хватает диких стай этих существ, оттого они получили здесь такое распространение.

– Ай, – раздался снизу вскрик. Это Варфей провел очередной спарринг с гвардейцем.

Может, тоже стоит пойти потренироваться? Так-то можно, вот только Варфей явно устроит со мной спарринг, а мне ему нечего и противопоставить, все-таки он старый, опытный, да еще адепт боя, точнее, мастер боя. А главное, он начнет мне плешь проедать, что уже давно пора выбрать стезю, по которой я буду идти, я ведь все-таки одаренный.

Отец меня не торопит с выбором, давая самому определиться, стать магом или адептом боя. По мне, адепт боя – тот же маг, только со своей спецификой, у которого в ходе развития меняется энергетика и перестраивается энергетический каркас. Отчего он теряет возможность полноценно пользоваться заклинаниями и может применять только мелочь, вместо заклинаний они используют различные техники.

Многие маги смотрят на адептов боя снисходительно. Разве можно по собственной воле отказаться от магии? К тому же у неодаренных есть свои бойцы, использующие разные техники. Они зовутся воинами духа, и определённая схожесть между адептами боя и воинами духа присутствует.

Опять же, непонятно, кто первым начал развиваться подобным образом: адепты боя или воины духа. Мыслю я, что все же одаренные, и уже позже методики развития разработали для воинов духа. Все же в магических семьях и обделенные даром рождаются и, чтобы они не были обузой для семьи, разработали подобную систему, а там она и ушла в народ.

Если идти по стезе мага, то какой специализации? Они ведь тоже разные бывают: стихийники, например, или маги арканы, что используют чистую силу без стихиального окраса. А может, и вовсе проклятьями заняться или артефакторикой? В демонологи пойти или иллюзионисты.

Да и Маркус наверняка пойдет по стезе мага, ему сами предки велят, раз он может воплощаться в элементаля. Быть слабее брата не хочется. И что, идти в адепты боя, когда можно стать магом? Выбор просто огромный, благо книг в библиотеке на разные тематики хватает, и я не ограничен знаниями, что тоже просто так не раздобудешь. Там не редкие экземпляры, конечно, хранятся, но все же. Когда выбор столь огромен, охота все и сразу, вот я и тяну.

Пока я размышлял, во дворе тренировка закончилась, и гвардия разошлась. Простояв еще немного, я увидел, как из донжона крепости вышел отец в своем доспехе, в сопровождении Варфея и брата, что крутил головой, видимо, в поисках меня. Значит, и мне пора идти.

Спустившись во двор, отца и Маркуса я нашел возле стойл с чокобо.

– Сын, тебя не было на завтраке и на обеде тоже, – констатировал отец.

– Здравствуй, отец, я на кухне перекусил, – ответил я, на что отец лишь помотал недовольно головой. Он не одобрял мои забеги на кухню.

– Эрик, я думал тебя уже искать идти. Ехать, а тебя нет, – высказался Маркус.

– Я же здесь и не опоздал, – и я ему подмигнул, на что он весело улыбнулся.

Из-за угла стойл вывернул Варфей в сопровождении десятка гвардейцев. Он подошел к отцу и заговорил:

– Все готово. Ты уверен, что десятка хватит?

– Ехать недалеко, ты и сам знаешь, к тому же мы на своих землях. Да и ты один целого десятка стоишь, а то и двух.

Варфей кивнул, соглашаясь с отцом, но было видно, будь его воля, он бы всю гвардию взял с собой.

Мы оседлали чокобо, и наш отряд покинул стены нашего замка. Ко мне сразу подъехал Варфей и заговорил:

– Тебя не было на тренировке, и как ты собираешься освоить фехтования в таком случае?

– Освою, у меня даже начало получаться, и меч из рук не падает, – попытался я отшутиться, вот только с Варфеем такое не прошло.

– Твой брат и то лучше фехтует в свои одиннадцать, чем ты, – попытался задеть меня Варфей. – Да и со стезей ты так еще и не определился.

– Варфей, – посмотрел я с укором. – Ты же сам меня учишь и прекрасно знаешь о моей ситуации, и что за то время, как я вновь взял меч в руки, я добился многого. А со стезей я в ближайший месяц определюсь, обещаю тебе.

Эльф смерил меня взглядом и стеганул вожжами чокобо. Птица прибавила ходу, догоняя отца.

Дорога прошла спокойно, без всяких эксцессов. По пути мы проехали пару поселков, где люди выходили к нам навстречу, приветствуя своего князя и его наследников. Чем ближе мы подъезжали к точке маршрута, тем больше запустения возникало вокруг. К тому же часть пути прошла мимо болот, по которым раньше бежала старая дорога к пещерам.

К закату солнца мы прибыли в крепость, что охраняла вход в молниевые пещеры.

Крепость была старая, ее здесь и поставили, чтобы беречь вход. Гарнизон был небольшой, всего тридцать стражей да с пятерку слуг, чтобы следить за всем.

Прибыв в крепость, Варфей начал кипучую деятельность и пошел на обход крепости и проверку постов, а нас с отцом и братом слуги сразу провели в столовую, где нам накрыли непритязательный ужин. Пока мы ели, нам подготовили комнаты.

Ужин прошел в теплой обстановке под щебет Маркуса.

Перекусив, я направился в приготовленную комнату, а отец с братом решили пройтись по крепости.

Слуга отвел меня в комнату, и, раздевшись, я завалился на кровать, как из окна раздался крик:

– Напа… – и он оборвался на полуслове. Следом во дворе зазвучали взрывы от применяемых техник и заклинаний.

Глава 2

Я подорвался с кровати и рванул к окну, аккуратно выглянул, окидывая взглядом двор, который заполонили неизвестные люди с оружием в руках, у некоторых из них были окровавленные мечи. Гербов или иных накидок, по которым можно было определить принадлежность этих воинов, не было.

Ворвавшиеся использовали защитные воинские техники, в основном это был так называемый «панцирь», используемый как адептами боя, так и воинами духа. Разница была лишь в цвете, у воинов духа он был синий, у адептов боя иной, все зависело от методики, применяемой при развитии, и самой техники, так как вариаций было полно.

В гарнизоне крепости были в основном обычные люди или слабые воины духа, ведь эта крепость находилась не далеко от центрального замка, и держать здесь полноценный гарнизон смысла не было.

– Обыщите здесь все, и найдите мальчишку, – до меня донесся крик одного из воинов, что был одет побогаче остальных.

Отлипнув от окна, я начал судорожно соображать, они ищут мальчишку, и речь наверняка не обо мне, кому я на фиг сдался, они могли явиться только за братом, вот черт.

Как только мысли пронеслись, я начал спешно одеваться. Натягивая камзол, пожалел, что столь легкомысленно отнесся к этой поездке, лучше бы надел тогда кольчугу или доспех из кожи виверны, есть в моем загашнике такой. Только жалеть, и остается, что на мне тряпочка, а не серьезная броня.

Одевшись, я шагнул к двери и замер, в голове мелькнула подленька и мерзкая мыслишка: «Ну куда я лезу, мне больше всех надо, я ведь даже не боец и не маг. Я же смазкой для клинков только буду. Лучше спрятаться, к тому же не меня ищут, а чтобы рисковать, есть стража и гвардия».

– Э нет, – протянул я враз высохшим ртом, – я лучше вместе с гвардейцами и стражами здесь лягу, защищая тех, кого назвал отцом и братом, чем буду прятаться под кроватью и трястись от страха. – Я ведь трусом никогда не был, – и толкнул дверь, выходя в коридор.

Моя комната располагалась на третьем этаже левого крыла крепости.

Осмотревшись по сторонам, я двинулся к боковой лестнице, не к парадной же идти, по которой явно будут подниматься враги. Поступим хитрее и попробуем их обойти, да кого-нибудь из наших поищем.

Моя левая рука лежала на поясной пластине, чтобы в любой момент вытащить меч из пространственного артефакта. Левую же руку, на которой было два артефактных кольца, я вытянул вперед, готовый их активировать в случае встречи с противником. Вдруг раздались крики и шум боя с центральной лестницы, а следом и с боковой, по которой я начал спускаться.

Бой идет на втором этаже в зале, примыкающем к лестнице, я медленно спускаюсь по каменным ступеням, внимательно вслушиваясь в звуки, не поднимается ли кто-нибудь наверх по лестнице, ведь за криками и шумом от применяемых техник, шаги легко пропустить.

Замерев возле двери, за которой идет бой, я выдохнул пару раз и аккуратно потянул на себя дверь, а после отпрянул, чтобы в нее заглянуть, а не совать голову в проем, рискуя ее лишиться.

Небольшой зал был разгромлен полностью, на полу тут и там валялась сломанная мебель, часть из которой превратилась в труху. На каменных стенах видны следы от применяемых техник, сейчас же в зале все застыло в шатком равновесии.

В противоположной стороне от двери лицом ко мне застыли двое гвардейцев, Кер и Марьян.

Кер стоит в стойке с поднятым мечом, с активированным панцирем фиолетового цвета, левее него – пошатывающийся и тяжело дышащий Марьян, его клинок смотрит вниз, у него рана на плече, защитной техники и вовсе нет.

Напротив них застыли двое врагов с поднятыми мечами, на одном из них висит защитная техника воина духа, второй же остался без защиты, как и Марьян, но главное, они стоят спиной ко мне и меня не видят, в отличие от гвардейцев, которые меня заметили и не подают вида.

Я вскидываю руку с боевыми кольцами, прицеливаясь во врага без защитной техники, и мысленно активирую ледяное копье, напротив моей руки материализуется острая ледышка с длину и толщину руки взрослого мужчины, и она срывается в короткий полет, пробивая грудь врага.

В это мгновение бойцы взорвались движением. Кер бросается в атаку на своего визави, начав засыпать его ударами, Марьян, не теряя времени, делает прыжок к раненому, который начал падать на пол, и одним ударом сносит ему голову, а после присоединяется к Керу, и они вдвоем начинают теснить противника. Тому сложно отбиваться от двоих, и периодически удары гвардейцев чиркают по его панцирю.

Бойцы дерутся в тишине, не произнося ни звука, будто боятся привлечь к себе внимание, слышен только звон сталкивающих клинков и то, как они шоркают защитной технике.

– Вихрь клинка, – первым не выдерживает Кер, его движения стали еще быстрее, а меч начал порхать будто невесомый. Марьян же не лезет в лоб, а поддерживает Кера, атакуя то с одного бока, то с другого.

Защитная техника врага выдерживает еще пару ударов и слетает с него.

– Да, что б вас, – рычит враг. – Жар духа, – он поднимает свободную руку и делает неуловимый жест. С его руки срывается волна синего пламени, летящая в гвардейцев.

От волны идет жар, даже я это чувствую. Кер волну принимает на свой панцирь, а Марьян прячется у него за спиной, в это время противник делает огромный прыжок спиной вперед и поворачивается в мою сторону. Он, видимо, в пылу схватки не заметил моего вмешательства, а может, уже и забыл, на его лице читается удивление.

В то же мгновение с моей так и не опущенной руки срывается огненное копье, летящее ему в лицо, а на пальце рассыпается прахом артефакт одноразка.

– А-а-а, – в уши бьет крик, полный боли и агонии, голова противника вспыхивает вмиг от попавшего в него огненного копья, будто начав плавиться.

Секунда, другая, и он, корчась в предсмертных судорогах, падает на землю, пара мгновений, и он затихает, его голова превратилась в сплошной уголек, куски плоти просто отваливались, открывая вид на подкопченный череп. На месте глаз и рта пустые провалы, в ту же секунду в нос бет запах жареного мяса, а меня немного мутит, но я сдерживаю рвотные позывы. Ко мне начинает приходить понимание, что я только что убил двух людей, и в груди начинает рождаться ураган из эмоций и чувств. Стоп, это не люди, это ублюдки, что пришли сюда забрать наши жизни и убить нас, никакого сострадания к ним. Я зацепился за эту мысль и сосредоточился на ней, не сказать, что мне сразу стало легче, но меня начало отпускать, а буря эмоций и чувств по отношению к убитым стала тускнеть.

– Во время подоспели, ваша светлость, – раздался голос тяжело дышащего Марьяса, и я отвел взгляд от не самого приятного зрелища.

– Своих не бросаем, – и я попытался выдавить из себя улыбку, чтобы подбодрить бойцов, но у меня получился какой-то оскал, да и голос дал петуха.

– Это мы должны вас спасать, а не вы нас. Узнает о таком провале Варфей, так из тренировок не вылезем, – попытался пошутить Кер.

– Когда выберемся отсюда, я с удовольствием к вам присоединюсь, – поддержал я шутку гвардейца.

– Ох, – выдал раненый Марьян и пошатнулся, готовый упасть, но его успел поймать Кер.

– Сумки с зельями где? – рванул я к ним.

В нашем княжестве каждому из гвардейцев выдается небольшая сумка с тремя зельями, и они обязаны их всегда носить с собой. Там как раз есть то, что нужно в нашей ситуации.

– Где-то здесь должны быть, – оглянулся Кер, осматривая место побоища, после чего крякнул от досады.

Я же начался метаться по комнате в поисках сумок с зельями, одна нашлась почти сразу, но толку от нее не было, так как сумка оказалась разрезана одной из техники, и бутыли с зельями разбились, несмотря на то что они изготовлены из алхимического стекла и отличались крепостью.

Вторую сумку я нашел спустя две минуты, она лежала в углу, прикрытая изуродованной столешницей.

Подхватив сумку, я подбежал к парням, Кер усадил Марьяна на пол. Откинув клапан сумки, я ухватил бутылек ядовито-желтого цвета и, сдернув крышку, начал поливать рану Марьяна. Это было зелье с названием ноин, оно останавливает кровотечение и обеззараживает рану, сама субстанция зелья как бы приклеивается к плоти, превращаясь в этакую заплатку, и со временем безвредно рассасывается, первая помощь, можно сказать.

– Правильно, – прокомментировал мои действия Кер. – Живчик, давай теперь.

Я отбросил пустой бутылек и подхватил следующий, бледно-зеленого цвета, так называемый живчик. Это зелье имело обезболивающий эффект и немного подстегивало естественную регенерацию организма, оттого и прозвали его живчиком.

Третьим зельем в сумке был энергетик, который не давал уснуть, да и вообще, прибавлял сил, в этой ситуации он был не нужен. Если бы я не нашел сумку, то пришлось бы доставать эти же зелья из пояса. У меня там хранился точно такой же набор, который в связи с обстоятельствами лучше приберечь.

– Вот и все, жить буду, – улыбнулся Марьян.

– Конечно, будешь, – ответил Кер и помог подняться товарищу.

– Марьян, у тебя какой ранг? – поинтересовался я.

– У меня рубака, а вот у Кера воитель, – с усмешкой ответили мне.

Так и думал, Кер посильней будет. У адептов боя есть ранжирование по силе: адепт, познающий, рубака, воитель, ветеран, гранд, мастер, виртуоз и вершитель. Впрочем, подобное ранжирование существует и у магов: адепт, ученик, подмастерье, маг, истинный маг, магистр, великий магистр, архимаг и повелитель. Воины духа в этом ушли недалеко, и у них также есть ранги, только они используют цветовую гамму, как в восточных единоборствах, или просто цифровое обозначение ранга от одного до девяти.

Люди всегда пытаются выстроить иерархическую цепочку, с каким психологическим вывертом это связано, я не знаю, вот и распространились подобные системы ранжирования в этом мире.

Да, сам ранг зависит от силы и возможности применить то или иное заклинание или технику, но ведь это не показатель. Ранг не всегда может показать реальную силу, слишком много нюансов, тот же опыт, его не измерить никоим образом, а еще над разумным могли ведь проводить ритуалы, и он может использовать различную алхимию для собственного усиления, да и артефактов полно. Так что существуют и дутые ранги.

В общем, нюансов много, которые влияют на реальную силу. Взять хоть проводимость энергоканалов или силу источника и скорость его восстановления, контроль собственной силы, умение быстро применить заклинание или техники, а еще многое другое, в том числе и методы, по которым ты развиваешься как маг или воин, это важно, хоть и не влияет на ранг.

Парни перевели дыхание, а Марьян еще и меч в другую руку перекинул.

– Ваша светлость, мы идем первые, а вы за нами и не лезьте вперед, вы нам и так уже помогли, – проговорил Кер.

На его слова я лишь кивнул, ведь смысла спорить не было, в прямом бою я ничем не смогу помочь, как мне бы ни хотелось, я слаб. Однако у меня есть еще один боевой артефакт с водным хлыстом и защитный амулет, и, случись новая драка, я все же смогу оказать помощь гвардейцам, но это на крайний случай.

Марьян попытался активировать доспех, но вышло бледное подобие с едва видимым свечением.

Гвардейцы двигались впереди, а я шел следом за ними, мы вернулись на лестницу и спустились на первый этаж, на котором была одна-единственная дверь, ведущая в коридор. Пройдя в него, мы услышали шум драки, и парни, переглянувшись друг с другом, поспешили вперед. Мы вывалились в столовую, в которой пару часов назад я ужинал с отцом и братом. Она была так же разгромлена, в ней сейчас бился гвардеец против двух врагов. Еще два трупа валялись на полу, один из них был гвардейцем, рассеченный пополам, верхняя часть в одной стороне, а нижняя в другой. Второй труп принадлежал нападавшим и был полностью переломан, и из его тела торчали кости. Вот только я облегченно выдохнул, когда осмотрел всю комнату, к одной из стен жался Маркус, не отводя взгляда от своего защитника.

Кер и Марьян мгновенно бросились к своему товарищу, а я побежал к Маркусу, брат, видя меня, распахнул свои синие глазенки еще больше.

– Брат, ты жив, – и столько счастья и радости звучало в его словах.

– Конечно, а как иначе, я же тебе говорил, что тебя не брошу, – произнес я, заслоняя его собой. – Быстро активируй щит, – я кивнул ему на амулет, висящий на шее.

– Ну, это сейчас, ага, – и Маркус прикоснулся к амулету, а его тело мгновенно окутала бесцветная защитная пленка.

– Вот и молодец, у тебя есть боевые артефакты? – задал я вопрос и, видя, как Маркус мотает головой, уточнил:– Может, паралич, вспышка или хлопушка. Ладно, мы и так справимся, – и я подмигнул брату.

В это время гвардейцы расправились с одним из врагов и втроем насели на последнего, при этом ругаясь как сапожники.

– Брат, вот ты эти слова не запоминай, рано тебе их еще знать, – обратился я к Маркусу.

– А когда будет не рано? – с детской непосредственностью спросил он.

– Я тебе скажу, договорились? – глянул я на брата.

– Ага, – кивнул он.

Я же краем глаза глянул, как дела у наших защитников, у Кера меч полыхнул пламенем, и он нанес удар по панцирю врага, развеивая его защитную технику, а следом Марьяс ударил, но противник заблокировал его своим клинком. Только удара третьего гвардейца враг избежать не смог, и его проткнули насквозь, а следом ему и голову сняли с плеч.

– Фух, – выдохнул я, радуясь победе. Неожиданно дверь в столовую распахнулась, и в нее заскочили двое, что заставило меня сначала напрячься, а потом облегченно выдохнуть, ведь это были отец и Варфей.

Отец был немного помят, видно, что и ему пришлось схлестнуться с врагом, как и Варфею, у которого лишь меч испачкан в крови.

– Живы, – на одном дыхании произнес отец и, подбежав к нам, обнял.

– Утер, надо уходить, – произнес Варфей, крутя головой.

– Да, конечно, – отец, не отпуская нас, повел на выход, гвардейцы же нас окружили, мы направились стойлам с чакобо, по пути к нам присоединился еще один гвардеец и тройка раненых солдат, что служили в гарнизоне этой крепости.

– Вон они, – раздался крик из окна, привлекая к нам внимание.

– Быстрей, быстрей, – прикрикнул Варфей, и через десяток секунд трое чокобо были оседланы, – все уходите, – бросил нам Варфей, мы их задержим.

Отец подсадил Маркуса в седло с чакобо и бросил на меня вопросительный взгляд.

– Езжай, отец, и береги Маркуса, они его ищут, я остаюсь.

– Брат, – вскрикнул Маркус.

– Сын, ты бредишь, быстро в седло, – сурово произнес отец.

Я лишь упрямо помотал головой и ответил ему:

– Отец, езжай, не спорь, мы не будем здесь стоять насмерть, мы всего лишь дадим время, чтобы вам уйти подальше, а потом за вами последуем, все будет хорошо, – попытался я выдавить из себя улыбку.

– Ты уверен? – положил мне Варфей руку на плечо, заглядывая в глаза.

Я кивнул, не мог я их здесь бросить, оставить умирать. Как только я посчитаю, что мы дали достаточно времени, дам приказ отступать, и Варфей подчинится. В ином случае он действительно встанет насмерть. За прошедшее время я успел изучить характер этого упертого эльфа, а терять главу гвардии нам нельзя, неизвестно, что ждет впереди.

– Будь по-твоему, – недовольно бросил отец и запрыгнул в седло чакобо, – но знай, как только явишься домой, я тебя выпорю за непослушание.

Потянув вожжи, он направил чокобо из ворот крепости, а за ним следом и брат, постоянно на меня оглядываясь.

– Что замерли, к воротам, и вспомните, чему я вас учил. Не сдохните бездарно, хотя бы одного, но заберите с собой. Эрик, – окликнул меня Варфей, – тебя это тоже касается.

Как только мы подошли к воротам, из крепости поперли враги.

Глава 3

Гвардейцы и Варфеей в тоже мгновение окутались защитными техниками. Меня, как и тройку обычных солдат, оттерли назад.

Первую подбежавшую двойку встретил Варфей, быстро и легко с ними расправившись, все же он мастер боя как-никак. Враги прибывали во двор, и уже остальным гвардейцам пришлось вступить в бой. У Варфея же появился равный по силе противник, это был тот самый мужчина в богатых одеждах, отдававший приказы остальным.

Они сцепились, как два дворовых кота, в ожесточенном бою и метались по всему двору, применяемые ими техники летели в разные стороны и часто попадали по остальным сражающимся, не разбирая, кто друг, а кто враг.

Пока разглядывал красоту этого боя, успел упустить момент, когда и простым солдатам пришлось вступить в бой, это мгновенно привело меня в чувство.

Я активирую защитный амулет, и меня окутывает пленка магического щита, следом касаюсь пластины на поясе, и в тот же миг ладонь сжимается на рукояти меча, который я перебрасываю в левую руку, чтобы тут же задействовать мой последний боевой артефакт, кольцо с вложенным заклинанием «Водная плеть».

Взгляд по сторонам – и я вижу, как двое солдат бьются с одним воином духа, пытаясь не подставиться под удар, рядом третий солдат, окутавшийся слабым панцырем, едва сдерживает своего противника, такого же воина духа, за их спинами происходит мельтешение, но, судя по звукам, битва не утихает.

Краткая секунда на раздумья, и я водяным хлыстом бью по удачно подставившему мне бок воину духа, что бьется с двумя солдатами. В тот момент, когда хлыст соприкоснулся с его доспехом, я применяю единственный навык, доступный мне благодаря моей родословной, а именно, разряд. По водному хлысту мгновенно пробежали молнии и долбанули по врагу, рассеивая его доспех. Для всех это стало неожиданностью, как для солдат, так и для нашего врага.

Вот только враг успел сориентироваться быстрее, он отпрыгнул в сторону, уходя от запоздалых ударов солдат.

– Разрез, – короткий взмах клинка, и с его меча срывается синий серп энергии в сторону одного из солдат, и тот, попав под технику, мертвым валится на землю.

Я рвусь в его сторону и в прыжке дотягиваюсь до него рукой, на которой заплясали искры молний, от применяемого мной разряда.

Моя рука вцепилась в него, и крохотные разряды молнии начали впиваться в его тело, принося боль и отвлекая.

Я изо всех сил бью мечом, целясь в его подмышку и клинок, со скрежетом впивается в тело врага, преодолевая его доспех.

– Бей, – вырывается из меня крик, обращенный к солдату, в надежде, что тот успеет добить врага. Не тут-то было, воин отмахивается от меня, и его удар то ли локтем, то ли рукоятью меча в лоб отбрасывает меня на землю.

Хорошо тварь меня приложила.

Я мотаю головой и пытаюсь подняться, руки трясутся, но, справившись с собой, я встал, чтобы увидеть, как на земле неподалеку валяется труп противника, а над ним склонился солдат, выдирающий из его груди свой окровавленный меч.

– А-а-а-а, – откуда-то из глубин двора раздался протяжный крик, полный боли и отчаянья, а следом произошел огненный взрыв, из которого вывалился Варфей с по-прежнему активированным панцирем, цвет которого немного померк.

«Значит, он справился со своим противником», – с облегчением подумал я.

Варфей времени не терял, и окинув поле боя взглядом, активировал рывок и буквально снес троих врагов, преграждающих ему путь в нашу сторону, умудрившись каждого из них еще и мечом зацепить, который полыхал ярко-синим цветом.

– Сейчас будет резня, – прошептал я, а губы растянулись в злой ухмылке.

Неожиданно из-за пределов крепости со стороны дороги раздалась серия мощных взрывов, которая потрясла крепость и заставила ее вздрогнуть. У меня земля ушла из-под ног, и я снова упал на твердую землю.

Подскочив с земли, я рванул к открытым воротам, вдалеке на дороге шел бой. Неожиданно место боя озарил синий свет, и спустя секунду в небо взвилась громовая птица.

– Брат, – выдохнул я. Ведь никто иной перевоплотиться или призвать этого элементаля не мог.

Я прячу меч в пространственный артефакт и рвусь в сторону разгорающегося боя на дороге.

В это время элементаль кружит в небе, осыпая кого-то внизу разрядами молний, которые срывались с его крыльев, в ответ в его сторону летели различные заклинания.

– А-а-а-а, – раздался крик элементаля, в котором я узнаю искаженный голос брата. Громовая птица с криком устремляется к земле, я не вижу из-за расстояния, что там происходит, за прошедшее время брат с отцом успели весьма далеко отъехать от крепости. Звуки боя не стихают, а я продолжаю бежать, выжимая из своего тела максимум. Двигаюсь по дороге в полной темноте, иногда запинаясь и падая, вскакиваю и продолжаю движение.

– Убью, – раздается вновь измененный голос брата, слышимый по всей округе, и птица вновь взмывает в небо, но в нее прилетает пара заклинаний, и элементаль кубарем летит с небес на землю.

– Брат, я рядом, я бегу, – шепчу я, пытаясь прибавить темп.

Звуки боя тем временем стихают, а я все спешу. И вот я выбежал на небольшую возвышенность в трехстах метрах от боя, и передо мной открывается ужасная картина.

Дорога вся перепахана от примененных техник и заклинаний, тела чокобо валяются в разных сторонах. Возле одной из птиц лежит изуродованное и разорванное тело отца, я его смог узнать только по обрывкам одежды.

Чуть в стороне стоит десяток воинов с активированными панцирями, в десятке метров от них пятеро разумных склонились над телом брата, а над их головами висят светляки, освещая место боя.

Я уже хотел рвануть к брату, как на мое плечо легла ладонь, а другая зажала мне рот.

– Тише, тише, – услышал я голос Варфея. Он надавил на плечо, заставляя меня присесть.

А тем временем события развивались. Один из магов скастовал заклинание и пустил его в брата, а спустя пару секунд возмущенно заорал:

– Он мертв, Херд ты тупица, на кой ты его темной стрелой приголубил, он уже был наш. Что мы теперь хозяину скажем?

– Да он еще трепыхался, если бы я ударил, он опять молнией кого-нибудь приголубил бы, – со злостью ответил ему другой маг, который был кошколюдом, невысоким и худым, укутанным в балахон.

– Вот так и будешь оправдываться перед хозяином и молить о пощаде, когда он тебя на куски начнет пластать, – со злорадством ответил ему третий маг.

– Я не виноват, – в страхе прошипел кошколюд и прижал уши к голове.

– Он нужен был нам живым, а теперь он мертв. Я, что ли, виноват, или они. – И маг кивнул на своих товарищей. – Твое заклинание было последним, тебе и ответ держать, – рявкнул один из магов, смотрящий на кошколюда с презрением.

– Все мы уходим, – раздался голос четвертого мага, который до этого молчал. – Эй вы, – обратился он к стоящей группе воинов неподалеку. – Убейте всех в крепости, чтобы свидетелей не осталось.

По группе воинов прошло шевеление, и они, переглянувшись, направились в нашу сторону.

– Реф, так, может, заберем тело парня, в друг оно пригодится? – неуверенно произнес кошколюд.

– Он нужен был нам живым, сейчас эта падаль нам ни к чему. Тоже мне свободные князья, крику много силы мало, – с презрением произнес маг, отдавший приказ воинам.

Я хоть и внимательно слушал их диалог, но в голове только и билось: «Отец и брат мертвы, отец и брат мертвы», – я словно впал в какое-то оцепенение.

– Эрик, – встряхнул меня Варфей, заставляя меня прийти в себя. И потянул в сторону, чтобы мы ушли с возвышенности.

– Они убили их, они должны сдохнуть, – прошипел я не хуже змеи, во мне начала разгораться всепожирающая ненависть и злость, а перед взором встали мертвые тела отца и брата.

Бах- щеку ожгло от оплеухи, которую мне отвесил Варфей, а голова замоталась в разные стороны.

– Сдохнут, обязательно сдохнут, но не сейчас. Там пара десятков воинов, а главное, маги. Твой брат еще хоть и не вошел в силу, но совладать с ним было наверняка непросто, а значит, маги как минимум магистры, и сейчас мы ничего не сможем сделать, – дернул меня, словно кутенка, Варфей.

Мне оставалось только скрипеть зубами.

– Ты сейчас наследник Громовых, – тихо произнес Варфей. – Нет, ты сейчас уже глава и последний в роду, ты недолжен погибнуть. Сейчас бежишь что есть мочи в ту сторону, – указал во тьму Варфей, – и уходишь по старой дороге, там хоть и заболотилось все, но пройти можно спокойно, опасности никакой нет. Я вернусь в крепость и уведу людей, гвардия нам еще пригодится. Надо спешить, – прошептал мне на ухо Варфей.

Я кивнул, принимая его решение, как бы мне ни хотелось обратного, но он прав. А лица этих магов и их имена я запомнил. Убью, главное, выбраться и вернуться в родовой замок.

– Вот, держи, – Варфей достал из-за пазухи ничем непримечательное кольцо и протянул мне. – Это артефакт ночного зрения, пока будешь подавать в него силу, он действует, все, давай, – и он хлопнул меня по плечу, развернувшись, побежал в сторону крепости.

Надев кольцо на палец, я подал в него силу, и тьма расступилась вокруг меня, все стало черно-белым, немного окрашенным в зеленый оттенок.

Вздохнув, я побежал в указанную Варфеем сторону.

Через десяток минут бега, по моему внутреннему ощущению, я наконец выбрался на старую дорогу, она была заросшая, но ее силуэт легко угадывался, и я припустил по ней.

В груди не утихала ненависть и злость, но голова начала трезво мыслить, и я понял, что вся эта история отдает гнилью, по-другому и не скажешь.

Ведь о поездке я узнал только сегодня утром, как наверняка и другие. Значит, им кто-то сообщил, из тех, кто знал. Предатель, у нас была крыса, которая нас и сдала. Твари, конченые твари. Отец никого не обижал и не тиранил.

К тому же за один день такой отряд не соберешь, точнее, даже два, мне кажется, это были разные отряды.

Один напал, чтобы проверить наши силы и оборону, этакий отряд смертников – и выманить отца и брата, ведь если бы там сразу появились эти чертовы магистры, отец с братом и я просто укрылись бы в молниевых пещерах, и черта с два нас оттуда бы кто выкурил. Ведь это поистине место силы моего рода, к тому же созданное нашим предком, повелителем и великим магом. Четверка магистров не смогла пройти защиту пещер, а там и остальная гвардия подошла бы.

Так что они все верно рассчитали и устроили засаду, хотя я могу и ошибаться, первый отряд нужен был, просто чтобы нас задержать и по возможности очистить крепость, ведь наша семья могла сразу направиться в пещеры, и нас, ничего неподозревающих, на выходе бы и встретили.

Ничего, доберусь я до этих тварей, стоит только добраться до родового замка, и устрою проверку каждому, чтобы найти крысу, что нас слила.

Стоп, меня озарила мысль, ведь вполне могло обойтись и без предателя, достаточно было просто внимательного наблюдателя в окрестностях замка, который заприметил бы наш отряд и в какую сторону он двигался, а дальше сообщил бы своему хозяину, который и сделал вывод.

Значит, первый отряд действительно был отрядом смертников, который требовалось проверить, там ли мы находимся, вроде некая логика есть.

Да и те четыре магистра, что убили Маркуса, не могли с ним легко справиться, да, он был еще слаб в своем воплощении, но и совладать с ним – не чаю выпить. Они явно были готовы к противостоянию конкретно с ним и собирались захватить его живым, у них наверняка имелись подходящие для этого артефакты. Они упоминали, о некоем хозяине, видимо, ему и нужен был мой братишка, да и четыре магистра не станут служить, не пойми кому, да еще и бояться его гнева. Ничего, я во всем разберусь и отомщу, надо только добраться до замка.

Вот только в замке есть Маргарита, которая неизвестно, как прореагирует на смерть сына и моего отца, но вряд ли будет готова просто так отдать власть в мои руки, ладно, прибуду – разберусь, хорошо бы Варфей смог выжить и увести ребят, тогда с Маргаритой точно проблем не будет.

В смерть брата и отца не верилось, ведь всего пару часов назад мы вместе ужинали, но я видел их тела, от мыслей об этом у меня сжалось сердце, а внутри вновь начала разгораться злость и ненависть. Тяжкий груз мыслей и ответственности навис на моих плечах, и я постарался перестать думать об этом, весь отдавшись бегу по заросшей дороге среди болотины.

С каждой минутой мысли текли все медленнее, а перемещать ноги становилось все труднее, все-таки день и ночь выдались наполненные событиями, и усталость давала о себе знать.

Потянувшись к пластине на поясе, я прикоснулся к ней, и в моей руке оказался бутылек с зельем бодрости или бодряком, как его еще называли, сняв крышку, я опрокинул золотистую жидкость в себе в рот, а пустой бутылек откинул в сторону болотины, спустя пару секунд по моему телу пробежалась волна тепла, даруя ясность голове и снимая накопившуюся усталость. К сожалению, эффект не такой долгий, как хотелось бы, но до тракта я должен успеть добраться.

Впереди показались развалины поселка, который бросили люди, когда здесь начало разрастаться болото. Приблизившись к нему на километр, я понял, что на стенах я вижу отблески костров, а до моего уха доносятся какие-то разговоры.

«Люди? Здесь?» – промелькнуло у меня в голове, а впрочем, плевать. Они смогут мне помочь, а если у них чокобо найдется или иное средство передвижения, еще лучше будет.

Дойдя до руин поселка, я свернул с центральной дороги в его сторону. Гнилые остовы домов с провалившимися крышами встретили меня, казалось, поселок давно покинула жизнь, но я слышал звуки речи, да и отсвет костров, который виднелся за домами, доказывал, что я здесь не один.

Завернув за очередной угол дома, я вывалился на открытый участок, что служил ранее площадью поселка, на нем действительно горело больше семи костров.

Мое неожиданное появление сразу привлекло внимание, и на меня уставилось больше десятка желтых глаз, расположившихся возле костров гоблинов.

– Демонова отрыжка, – прошептал я, пытаясь оценить грядущие проблемы.

Секундная заминка дала время не только мне, но и гоблинам, которые начали вскакивать со своих мест.

– Человече-е-е, сладкий человече, – раздалось от одной из тварей, и она плотоядно улыбнулась, облизав губы языком.

– Да ну на хрен, я сваливаю, – пропищал я и, развернувшись на месте, побежал из всех сил, покидая это не очень приветливое место.

– Иди старой дорогой, она безопасна, там никого нет, – не удержавшись, я передразнил Варфея.

Отбежав от поселка на сто метров, я оглянулся и увидел, как из руин выбежал десяток гоблинов, и они погнались за мной.

– Стой, мясо, от нас не уйдешь, мы тебя съедим, – раздался голос одного из преследователей в ночной тишине.

– Сам стой, чучундра лопоухая, – огрызнулся я, не сбавляя темпа.

Пара минут бега, а преследователи и не думали сдаваться, продолжая с упорством носорога нестись за мной.

За спиной я услышал свист, как будто воздух что-то рассекает. Прыжок вправо, и мимо меня пролетел дротик, воткнувшийся в землю.

Схватив его и немного сбавив скорость, я развернулся и запустил этот подарочек обратно, мне чужого не надо.

К сожалению, я ни в кого не попал, а дротик улетел чуть левее, чем я целился.

– Стой, человече, от нас не уйдешь, Ха-ку-нда лучшая охотника, – вновь раздался у меня за спиной крик гоблинов.

– Да отвяжитесь вы от меня, на жаб идите охотиться, – не оставил я выкрик без ответа.

Впереди же дорога упиралась в водную гладь, видимо, здесь болотина взяла свое.

Мой взгляд заметался по округе, выискивая, в какую сторону рвануть, но со всех сторон была водная гладь с кочками.

Впереди, на расстоянии нескольких километров, я сумел разглядеть берег, на котором заприметил остатки заросшей дороги и без промедления рванул в воду.

Ведь преследовали были уже близко.

Глава 4

Первый шаг, и я сразу проваливаюсь по самую щиколотку в грязь, которая мгновенно налипает на подошвы, и следующий шаг становится тяжелее, чем предыдущий.

Плевать, я рвусь вперед, к спасительному берегу, и уже через сотню шагов бреду по колено в воде. Вода попала в сапоги, и идти стало еще тяжелее, вокруг хватает кочек, и я цепляюсь за них, помогая себе.

Когда преодолел треть расстояния, сзади расслышал шум и крики. Обернувшись, я увидел, как гоблины рванули в воду вслед за мной. Лопоухие твари ломились вперед шумно и с летящими во все стороны брызгами.

– Вот же неугомонные, – пробормотал я. Ведь у меня была надежда, что они от меня отстанут, и не будут преследовать в воде.

Пришлось выкладываться на полную, когда до берега осталась половина пути, и я брел уже по пояс в воде, стараясь как можно быстрей переставлять ноги. Ведь чуть задержишься и начинаешь проваливаться, с трудом выдирая ногу из засасывающей ее трясины.

Неожиданно слева раздался громкий всплеск, посмотрев туда, я увидел, только как по воде разбегаются огромные круги.

Пару минут я слышал только свое сиплое дыхание и крики гоблинов, преследующих меня.

– Агрх, а-а-а, – по ушам ударил вопль боли и ужаса. Обернувшись, я увидел, как гоблины с криками начали пытаться разбежаться в стороны, а по воде расплывается пятно крови.

Вдруг рядом с ними мелькнул какой-то силуэт, и из воды появилось змееподобное тело, все в тине и водорослях, распахнув огромную пасть, оно накинулось на гоблина, утаскивая его в воду, а по ушам ударил новый крик, полный боли.

«Быстрей, быстрей», – забилось у меня в голове, и я постарался выжать еще хоть немного из своего уставшего тела.

– Ух, – я вырвался на берег и рухнул на землю, пытаясь отдышаться.

Грудь ходила ходуном, и я старался как можно быстрей прийти в себя.

Через силу я привстал и обернулся назад. Гоблины уже преодолели половину расстояния, вот только уже их осталось пятеро вместо десяти. С криками и визгами они неслись вперед, оглядываясь со страхом. Вот вновь раздался всплеск, и еще один гоблин канул в воду, оставляя на поверхности кровавое пятно.

Я же стянул с себя сапоги и вылил из них воду, а также очистил налипшую грязь и тину с них и сразу же надел обратно.

Мелкие гаденыши неслись в мою сторону изо всех сил, пытаясь обогнать свою смерть, но не у всех это вышло, до берега добралось только двое, едва живые, они выползли на берег со страхом и ужасом, оглядываясь на темную воду.

Прикосновение к пластине на поясе, и в моих руках оказывается меч.

– Вот вы меня догнали, дальше-то что? – произношу я, с интересом смотря на этих засранцев.

От звука моего голоса они вздрогнули, будто и забыли о погоне за мной, а я стоял над ними с мечом и улыбался.

– Че… ло… вече, – заикаясь, протянул один из гоблинов.

– Ага, это я, – ответил ему, продолжая улыбаться. – Кто из вас, чучундр лопоухих, меня зажарить и съесть грозился? – с интересом спросил я.

– Ты… не так… того понял, ага. Ты убежал, а мы к огню тебя позвать хотели, ага. Человеки же греются возле огня, ага, – ответил тот же гоблин, косясь на меч.

– Считай, позвали, я отказался. Теперь бегом отсюда, – и я приставил к его горлу меч и надавил.

– Постой, человече, не убивай, мы уходим, ага. – И гоблины начали тяжело подниматься с земли.

Чтобы они быстрей шевелились, отвесил одному из них поджопник, от которого он опрокинулся в воду.

– А-а-а-а, – гоблин с криком и испугом отпрянул от воды и ломанулся в сторону, а следом и второй.

Я же облегченно выдохнул и сам покосился на воду, но опасности не было.

Меч же я не спешил убирать в пояс, а то вдруг гоблины вернутся.

Я мог бы их, конечно, и попытаться убить, но очень уж не хотелось, вдруг кровь привлекла бы эту тварь из воды.

К тому же я глянул на свои дрожащие руки, не факт, что я в таком состоянии смог бы без ранений справиться даже с двумя гоблинами.

Развернувшись спиной к воде, я медленно поплелся вперед по заросшей дороге. Метров через пятьсот я убедился, что гоблины действительно свалили, и убрал меч в пояс.

Спустя несколько часов пути забрезжил рассвет, я перестал подавать силу в кольцо ночного виденья и обратил внимание, что на руке у меня отсутствует родовое кольцо. Видимо, слетело, когда через болотину перебирался.

Впереди показался тракт, добравшись до него, решил, что можно и отдохнуть немного. Присев на обочине, почувствовал, что у меня сразу начали слипаться глаза, а там и не заметил, как вырубился.

– Эй, парень, вставай. Вставай давай, – расслышал я чей-то голос и скрип деревянных колес, и меня начали тормошить.

– А-а-а, чего, где? – подорвался я.

Я лежал в каком-то фургоне, и меня будил непонятный рыжий бородатый мужик в кожаном доспехе.

– Ну, ты и спать, конечно, – усмехнулся он.

– Где это я? – спросил я.

– В Герцан вот прибыли, на постоялый двор.

О как, и это заявление выбило меня из колеи. Ведь Герцан был пограничным имперским городом, находящимся на границе с империей, от родового замка почти полтора дня пути.

– Это как же я здесь оказался? – с подозрением спросил я.

– Ха, подобрали тебя, потеряшку. Сеньор Карто, хозяин торгового каравана сжалился над тобой и решил не оставлять на тракте, а то сожрал бы кто-нибудь. На дорогах нынче в княжестве неспокойно. Вот сейчас мы прибыли на постоялый двор и тебя велели разбудить.

– Понятно, – протянул я.

Спасибо, конечно, этому доброму человеку, только мне теперь полтора дня добираться до родового замка.

– Он бы хотел с тобой поговорить да расспросить, кто ты такой и что делал на тракте в таком состоянии, – и охранник, а это был именно охранник, потянул меня из фургона наружу.

Я же успел глянуть на себя, видок у меня был еще тот. Ранее шикарный камзол превратился в какую-то грязную тряпку. Которую даже нищий постесняется бы надеть.

Выбравшись из фургона, я обратил внимание, что мы находимся во дворе какой-то таверны, который был забит пятью фургонами, запряженными чокобо. Фургоны в данный момент пытались выровнять и выстроить возле стен.

– Пойдем уже, – и охранник потянул меня в сторону таверны.

Вот только я осознал, что отвечать на вопросы доброго сеньора Карто, не имею ни малейшего желания. Не надо никому сейчас знать о произошедшем, о смерти князя Громова и его наследника, данная информация может повлечь не самые лучшие последствия для княжества. Соврать же достоверно я не смогу, не в том состоянии, и меня наверняка раскрутят на правду тем или иным способом.

– Ага, конечно, идем, – и я сам уверенно направился в сторону таверны.

Охранник же ослабил хватку на моем плече. Шагнув вперед, я делаю вид, что запнулся, и падаю на землю.

Кувырок, и я сигаю под фургон, выбираясь с другой его стороны, и рвусь в сторону открытых ворот.

По пути меня чуть не сбил чокобо, которого расседлали, но я успел уклониться и выбежать за ворота.

– Стой ты, с тобой просто поговорить хотят, – слышу я сзади крик охранника.

За воротами я резко ухожу влево и после недолгого бега ныряю в поворот, пара минут – и я, убедившись, что меня не преследуют, остановился и огляделся.

Я находился на обычной улице, одноэтажные и двухэтажные домики с двух сторон, спрятавшиеся за каменными и деревянными заборами, и несколько прохожих, которые косятся на меня с недовольством.

В это время у меня заурчал живот, подавая о себе весть, и я понял, что не просто хочу есть, хочу жрать.

Значит, первое – набить желудок, а потом решить вопрос с ночлегом и уже завтра с утра бежать домой со всех ног. Хватит пока с меня ночных путешествий.

Поблуждав немного по району, я наткнулся на очередную таверну, имевшую приличный вид, мимо нее наверняка прошел бы аристократ или богатый торговец, но средней руки горожанин вполне мог и заглянуть. Она ничем не уступала той, из двора которой я сбежал.

Пройдя во двор, в котором было несколько служек, которые медленно проводили меня взглядом, не сказав и слова, я завалился внутрь.

На стенах висела пара магических светильников, освещая зал. Народу было немного, всего несколько столов занято, я предпочел дальний, стоящий в углу. Как только я туда уселся, ко мне направилась подавальщица, которая до этого протирала стол.

Это была молодая и симпатичная девушка, которая, приблизившись и осмотрев меня, вся скривилась.

– Чего надо? Мы милостыню не подаем, – она с призрением выплюнула эти слова.

Верно, сказано предками, встречают по одежке.

Прикоснувшись к одной из пластин на поясе, в моей ладони материализовалась серебряная монета.

Горестно вздохнув и подняв глаза к потолку, я протянул:

– Понимаю, тяжелая ситуация. Сам в такой же, но так и быть, пару медяшек тебе дам, – и я положил серебряную монету на стол.

В глазах девушки презрение сменилось удивлением.

– А пока неси мне покушать, похлебки какой, мяса жареного и… – я на секунду задумался, обведя зал взглядом. Вино заказать? Так, хорошее здесь явно имеет конский ценник, а бурду пить не хочется. – Два кувшина темного пива, только свежего и хорошего.

– Сейчас все будет, – кивнула подавальщица, ловко смахнув монету со стола, она удалилась.

Я же с грустью проводил взглядом единственную свою монету, зажатую в кулачке девушки.

В этом мире золото и серебро тоже имеют цену и являются драгоценными металлами, на которые всегда есть спрос, а все потому, что эти металлы применяются в алхимии и артефакторике. Помимо привычного золота и серебра, в ходу танталовые монеты, которые равняются ста золотым монетам, плюс-минус, все же курсы в разных регионах отличаются. Бывают так же мифриловые или из адамантия, вот только это большая редкость, а их стоимость запредельная.

Сперва на моем столе появилось два кувшина с холодным пивом, а также глиняная кружка с тарелкой, на которой лежала парочка жареных рыбех. Они, видимо, к пиву шли, ведь я их не заказывал. Также принесли миску с водой, в которой я ополоснул руки.

Налив пиво в кружку, я с жадностью к ней присосался. Прохладный терпкий напиток с горчинкой ухнул в мою утробу.

После принесли лапшичную похлебку на густом мясном бульоне, с плавающими кусочками мелко порезанного мяса. Этот суп был чем-то средним между раменом и вьетнамским фо, еще и острый, меня аж пробрало.

Следующим на столе появился кусок хорошо прожаренного мяса с овощным рагу.

Я ел медленно, наслаждаясь каждым кусочком, словно за столом со своей семьей. Умение правильно и неторопливо кушать за прошедшие два года в меня вдолбили.

Мысли мои вернулись к произошедшим событиям. Лица отца и брата встали перед глазами, я же сам окаменел, продолжая есть автоматически, а вкус блюд пропал, я его перестал чувствовать.

Злоба и ненависть полыхали во мне наравне с огромным желанием поквитаться с этими тварями, убившими отца и брата. Себя же я успокаивал тем, что обязательно до них доберусь и они сдохнут за то, что посмели поднять руку на тех, кто в этом мире стал моими близкими.

Это будет не месть, это будет воздаяние.

К столу подошла подавальщица, отвлекая меня от мыслей. Я только сейчас заметил, что со всей едой расправился и сидел, уткнувшись взглядом в одну точку.

Девушка начала выкладывать на стол медные монеты стопочками. Их было ровно семь, значит, перекус встал мне в тридцать монет.

– Сколько ночевка стоит в этом заведении? – поинтересовался я.

– Пятьдесят монет будет, только хозяин тебя в таком виде в комнату не пустит, лишь после мытья, а это еще в двадцать монет встанет.

«Нехило», – мелькнуло у меня в голове. Если останусь здесь, у меня денег не хватит еды в путь купить, а до дома идти полтора дня. Мне тогда голодным добираться придется, а на это я не согласен.

Можно, конечно, поискать трактир подешевле, вот только я самостоятельно это делать буду долго, в таверне мне вряд ли подскажут, зачем конкурентам помогать. А если к стражникам обращусь или к кому другому, да в таком виде, это может вызвать ненужные вопросы. При таких раскладах легче на улице переночевать, где-нибудь на окраине, да и деньги на еду сэкономлю.

– Тогда с ночевкой повременим, а вот помыться я не откажусь.

– Пойдем тогда, провожу, – и девушка смела со стола две стопки монет.

Захватив деньги, я направился следом за девушкой, она провела по какому-то коридору в небольшую комнатку. Где стояла огромная деревянная ванна, наполовину заполненная холодной водой. Рядом же стоял чан, от которого шел жар. Тут разместилась пара деревянных ведер и ковш с небольшой табуреткой, на которой лежали чистые полотенца.

– Вот, можете помыться.

– Спасибо, – протянул я. Не княжеская купальня, конечно, но сойдет. – Ты сможешь подобрать небольшой отрез ткани или платок какой?

– Хорошо, – с заминкой произнесла девушка. – Как в зал вернешься, я тебе дам, – ответила она мне и покинула купальню.

Как только она ушла, я с наслаждением стянул с себя грязные вещи и прополоскал в ведре, не забыв хорошенько выжать. После в ванну налил кипятка и только потом в нее залез.

Какое же это было наслаждение, окунуться в горячую воду. Немного полежав, отмокая, я быстро смыл грязь и пот, почувствовав себя заново родившимся. Надев еще влажную одежду, покинул моечную и, пройдя по коридору, вынырнул в зал, где народу уже прибавилось.

Проходящая мимо уже знакомая подавальщица сунула мне в руки небольшой отрез ткани, который я и просил. Подойдя к свободному столу, я расстелил ее и в середину высыпал свое богатство, завязал узлом, после сунув себе за пояс, и направился на выход.

На улице солнце уже вовсю клонилось к закату, максимум час, и будет уже темно, так что надо поторопиться с поиском ночлега, и я направился в сторону крепостной стены, на окраину города.

Полчаса блужданий по городу, и я набрел на подходящее, как мне показалось, место, большое раскидистое дерево, на ветке которого вполне можно было устроиться с комфортом.

Только я собрался подойти к нему поближе, как рядом раздался звук открываемой калитки в одном из ближайших домов. Обернувшись, я увидел, как возле калитки стоит старушка и с подозрением на меня смотрит.

– А ты еще кто таков? А ну иди отсюда, бродяга, здесь приличные люди живут. Иди, я тебе говорю, а иначе стражу кликну, – начала орать бабка, привлекая ко мне ненужное внимание.

Мда, вчера был сыном князя, а сейчас бродягой называют. Грустно вздохнув и не став спорить, пришлось уходить в поисках нового места. Я двинулся дальше по улице, и уже через три перекрестка она начала меняться. Вместо добротных домов появились покосившиеся лачуги, да и шатающийся по улице народ не вызывал доверия. Кто-то был закутан в плащ и скрывал лицо, парочка полу одетых женщин, стоящих возле двухэтажного дома, о чем-то весело переговаривалась, еле идущий пьяный орк орал какую-то песню, и забулдыга лежал на земле в собственных испражнениях, да и других персонажей хватало. Всюду грязь и вонь, самые настоящие трущобы.

Казалось, на меня никто не обращает внимания, но иногда я ловил на себе цепкие взгляды, а один змеелюд и вовсе в наглую уставился на меня, я чувствовал его колючий взгляд между лопаток, будто меня туда ножом кололи.

Плевать, морду кирпичом, взгляд наглый и снисходительный, и идем дальше.

Чем я дальше шел, тем больше неприглядного мне открывалось, а вместо домов были и вовсе сплошные руины.

Впередм я заприметил участок с разрушенным каменным заборчиком, за которым среди разросшейся травы и кустарника виднелся фундамент.

Пройдя на участок, я осмотрелся, в принципе, неплохое место, а главное, чистенько и обзор есть, так просто ко мне не подкрадешься.

Возле одного из кустарников лежал огромный камень. Вот там я и разместился, вытащив из-за пояса меч и положив рядом на всякий случай.

Я сидел, облокотившись на камень, а мысли текли медленно – о произошедшем, о будущем, о том, что меня теперь ждет. Спустя пару часов я задремал, но спал чутко, постоянно вздрагивая и просыпаясь от непонятных звуков.

Когда забрезжил рассвет, раздался сначала один крик, а потом еще один, а там и вся округа заголосила.

– Стража, облава. Облава, – неслось со всех сторон.

Еще не до конца проснувшийся, я протирал глаза. Мимо сначала пробежал один разумный, а потом и следующий. Я не мог понять вообще, что происходит. Какая стража? Какая облава?

– Эй, парень, – меня окликнул остановившийся мужичок, от которого так и несло алкогольными парами.

– А?

– Беги прячься давай, если не хочешь в рабстве оказаться, – быстро произнес мужичок и уже собрался убежать.

– Э, постой, какое рабство? В империи же его нет, – недоуменно спросил я.

– Ага, рабства нет. А работорговцы бывают, и стража любит деньги, если кто из нас пропадет, никто плакать не будет, – скороговоркой выпалил мужик и сразу унесся.

– Демонова отрыжка, – пробормотал я, сон как рукой сняло.

Поднявшись с земли, я спрятал меч в поясной пластине и заозирался в поисках укрытия. Вот только во дворике подходящего места не было, и я рванул вперед по улице, надо найти какую-нибудь развалину и постараться там схорониться.

Я несся по улице и выискивал подходящее место на одном из перекрестков, справа метрах в трехстах я заприметил покосившийся и разваливающийся дом.

«Вот оно», – мелькнуло у меня в голове, и я побежал к нему, не видя и не слыша ничего. Когда до цели оставалось метров сто, неожиданно из-за угла одного из домов вывернула пятерка стражников в цветах империи, и я сними столкнулся в лоб. В меня сразу вцепилась пара крепких рук, и вывернуться никак не удавалось.

– О вот и еще один, – со смешком заметил один из стражей.

– Отпустите, я сын князя Громова, – воскликнул я и поднял руку, чтобы продемонстрировать родовой перстень, но его, к сожалению, там не было, я и забыл, как его потерял.

– Ха-ха-ха, – донеслось до меня со всех сторон.

– А я тогда принцесса Джовани, – ответил мне один из стражников. – Не пригласите ли меня тогда на танец, милостивый сударь, – попытался он спародировать женский голос, а потом вся пятерка начала ржать пуще прежнего.

– Хайкл, завязывай давай, – произнес самый старый из стражей с бородой.

– Конечно, – и тут один из стражей поднял руку с распростертой пятерной, с которой сорвалось заклинание и прилетело в меня. Я сразу почувствовал, как цепенеет мое тело, и я перестаю его контролировать, а после как закрываются глаза, и проваливаюсь в сон.

Глава 5

Сознание возвращалось медленно и не спеша, первым что я почувствовал была боль, она растекалась по всему телу, а в голове был туман. Когда я с трудом смог открыть глаза, передо мной заплясали яркие пятна. Все тело было онемевшим, и ужасно хотелось пить, когда я проморгался, пятна ушли и резко включился звук. Оказывается, я до этого ничего не слышал.

Я находился в сидячем положении, опершись о стену в небольшой комнате шириной всего три метра, в стене напротив меня на уровне потолка расположилось длинное узкое окно, точнее, щель шириной сантиметров десять и длиной в пару метров, которая и давала скудный свет в этой комнате.

Пошевелив руками, я услышал металлический звон и только сейчас обратил внимание, что прикован к стене. На запястье правой руки был металлический браслет, напоминающий кандалы, от этого браслета тянулась цепь к штырю, вбитому в стену.

Длины цепи, на мой взгляд, хватало, чтобы я спокойно мог дойти до противоположной стены, еще и с излишком. У меня отсутствовали все артефакты, не было ни защитного амулета на груди, ни кольца с водной плетью, ни пространственного пояса. Все уперли ироды!

Только кто стражники или торговцы? Вероятно все же стражники, ну ничего я запомнил их. Они же могли понять по артефактам, что не могут у простого оборванца быть таких вещей. Может испугались вот и продали меня в рабство, в надежде, что я никогда не вернусь. Оборотни в погонах, а не стража. Отец за такие дела бы вздернул недолго думая, и правильно бы поступил.

– О, еще один пришел в себя, – расслышал я мужской голос и только сейчас посмотрел по сторонам.

В комнате я находился не один, нас была дюжина человек: четверо взрослых, остальные дети и подростки, включая меня.

Двое мужчин, причем один из них был мне знаком, это был тот, кто предупредил меня об облаве, любитель горячительных напитков. Второй сидел в углу с каменным лицом, про таких говорят, клеймо некуда ставить, и я был уверен, что он наверняка занимается разбоем или чем-то подобным.

Двое же женщин были вполне обычные и ничем не примечательные, лишь мы впятером находились в сознании.

– Где это мы? – прохрипел я решив уточнить, вдруг я не прав, и нахожусь в местной кутузке. Говорить было тяжело и очень хотелось пить.

– Ну, судя по всему, мы на летающем корабле и нынче в рабстве, – ответил мне любитель выпить и погремел цепью.

– И часто такое происходит, куда смотрит император и остальные? – задал я еще вопрос.

– Да какое императору до этого дело-то, – хмыкнула одна из женщин.

– Тут, пожалуй, соглашусь, – поддакнул ей мой собеседник. – Стража получает пару монет, а город становится чище от всяких бродяг, а торговцы получают рабов почти даром, всем хорошо, кроме нас.

– Эрик, – протянул я руку мужчине, сидящему через трех спящих детей.

– Варик, – пожал протянутую руку мужчину, – в других обстоятельствах я бы сказал, что рад знакомству, в данном случае это излишне. – Я смотрю, тебе мое предупреждение не помогло, – с сожалением произнес мужчина, на что я кивнул.

– Да заткнитесь вы уже, сейчас эти детишки проснутся, вой поднимут, и так тошно, – произнес до этого второй мужик.

Варик лишь скосил на него глаза и воспользовался советом, а я не стал развивать тему дальше.

Мда, уж из огня да в полымя.

«Раб, раб», – билось у меня в голове. Взявшись за штырь, я его попытался выдернуть, но без толку, ни на миллиметр я его не смог сдвинуть.

– Ухх, – вдохнул я, прикрыл глаза, погружаясь в собственные мысли.

Было же все хорошо, новая и прекрасная жизнь, сын князя, как-никак, богатство, сила, знания и перспективы, а сейчас что? Был княжичем, стал рабом.

Главное живой, а это значит, что еще повоюем, ведь и из рабства можно вырваться, нашелся бы подходящий шанс. Но все же, демонова отрыжка, за что мне это? Где я свернул не в ту сторону?

Впрочем раб, не раб, плевать. Я это, я!

– Я вырвусь, я вернусь, и я отомщу, – пробормотал себе под нос, обретая ненадолго душевное равновесие.

Тем временем начали просыпаться дети, и действительно поднялся вой, крики и плач. Кто-то звал маму или папу, кто-то просто хныкал, а один и вовсе устроил истерику, пытаясь вырвать цепь, но получил леща от рядом сидящей женщины, которой цепь прилетела ей по голове, и спокойно уселся, тихонько подвывая.

– Я писать хочу, – раздался рядом голос мальца лет шести.

– Вон, бочка с ведром в углу, – указал Варик, и действительно в одном из углов стояла бочка с ведром, на которые я раньше не обратил внимания. – Сделай дело в ведро, потом перелей в бочку, – посоветовал мальцу Варик.

Мальчишка не пошевелился, лишь сидел и гипнотизировал ведро, изредка бросая на нас взгляды.

Не знаю, сколько он так просидел, но все же, набравшись смелости, подошел к ведру, с испугом на нас всех покосившись, сделал свое дело, правда, когда переливал ведро, чуть его не опрокинул.

– Зассанец, – с едким смехом прокомментировал это второй мужчина, и мальчишка сжался будто от удара, отчего мужик еще больше рассмеялся.

Неожиданно одна из девчонок, что была помладше меня на год или два, начала успокаивать других детей, она подходила к каждому и что-то говорила и гладила их по голове. Видя это, к ней присоединились и женщины, помогая с детьми. Как позже выяснилось, девчонку звали Рея, миловидная брюнетка, уже сформировавшаяся к своим годам, да и одета она была не как бродяга, в обноски.

Оставшийся день прошел в подобном ритме. Я сидел и смотрел в окно под потолком, наблюдая, как пропадает свет.

Есть и пить хотелось ужасно, и не мне одному, дети начинали капризничать и плакать, и их пытались успокоить.

– Да заткните вы их уже, а то я сам их заткну навсегда, – вызверился бандит.

– Они же еще дети, боятся и хотят пить, – попыталась возразить Рея.

– Да мне плевать, – со злостью ответил бандит.

Дети продолжали плакать, у меня была мысль попытаться помочь девчонке и женщинам, но я совсем не умею ладить с детьми, особенно маленькими. Брата же можно не считать, он сам ко мне тянулся. Потихоньку дети успокоились, а когда стемнело все легли спать.

Я прикрыл глаза и попытался задремать, но сон не шел. Да еще и копошение возле бочки и женские голоса не давали уснуть, так что я просто сидел и пялился в темноту. Но долго не выдержал и все же задремал.

За ночь тело затекло, на деревянном полу спать – это не на мягкой постели.

Ужасно хотелось есть, но больше всего пить, сухота сплошная стояла во рту. Интересно, нас вообще кормить будут или просто закинули сюда, кто выживет, тот выживет.

Я тихонько сидел и растирал мышцы после сна, почти никто не разговаривал, и даже дети сидели молча.

Разбойник, что до этого просто сидел в своем углу, поднялся и направился к бочке, стянув с нее крышку, он облегчился и глянул на нас.

– А ты чего кривишься? – обратился он к Рее, которая действительно скривилась и отвернулась от него. – Что, ни разу не видела настоящего мужчину? – со смешком произнес он.

– Ха, действительно не видела, – повернулся он в нашу сторону, тряся достоинством. – Ничего, увидишь еще не раз, когда тебя продадут в дешевый бордель и будут там сношать и день и ночь, ты даже лиц своих клиентов не сможешь запомнить, от того что их будет много.

– Не продадут меня в бордель, я многое умею, – огрызнулась Рея.

– Ха, а куда ж тебя еще продадут, на личико симпатичная, но это временно. Многое умеешь, о вот и давай проверим. Заодно и познаешь настоящего мужчину, пока еще свободная, и сможешь запомнить мое лицо, ведь я буду первым. Мне будет хорошо, и тебе, возможно, – усмехнулся разбойник, сделав шаг в сторону Реи.

– Да ты что творишь, она же еще ребенок, мы все здесь в неволе, – подскочил со своего места Варик и подошел к разбойнику.

Который будто не обращал на него внимания, пока тот не оказался близко, а после ударил Варику под дых, когда тот согнулся, еще и по голове добавил, откидывая в угол.

– Куда ты лезешь, пьянь, – с пренебрежением произнес мужик, глядя на скорчившегося Варика, пытающегося вздохнуть. – Я тебе еще вчера сказал заткнуться, но ты, видимо, тупой и с первого раза не понял, – усмехнулся он. – Что есть еще защитнички, – и он обвел всю нашу толпу взглядом. Все отворачивали лица, а возле Реи сразу возникло пустое пространство.

Я тоже сделал вид, что отвернулся, и мне совсем нет дела до этого.

Разбойник же сделал еще шаг к Рее и навис над ней.

– Нет, не трогай меня, не лезь, – жалобно пропищала та и вжалась в стеночку.

– Ты еще мамку позови, – усмехнулся тот, не обращая внимания ни на что.

Я же начал потихоньку сдвигаться в его сторону, удерживая цепь, чтобы не дай бог она не звякнула.

Мужик уже начал нагибаться к Рее и протягивать руку.

Я был уже рядом, и резко ударил с двух ног, подсекая разбойника.

Бум, бам – с громким звуком мужик рухнул на пол и приложился головой о деревянные доски.

Подобрав под себя ноги, я прыгнул на него, впечатывая ему колено в грудь, мне даже показалась, что я услышал хруст ребер.

Не медля, я начал орудовать кулаками, впечатывая их в его лицо.

– Ррр, – вырвался из меня рык, вся накопившаяся злость и ненависть за последние дни вырвалась из меня наружу.

Я бил, а он начал отмахиваться, и мне тоже прилетало, но я не обращал внимания на боль и его крики. Бил что есть силы, измочаливая его лицо, мои кулаки впивались в его плоть, превращая ее в отбивную.

В какой-то момент он даже перестал брыкаться, но мне было плевать уже, пелена ярости застилала взор, слишком во мне было много злобы, и я ее выплескивал здесь и сейчас.

Бам – удар кулака соскальзывает с его лица, и мой удар приходится по деревянному полу, краткий миг боли привел меня в себя, и по ушам долбанули крики.

Визжала малышня, я даже смог вычленить слова Варика, который просил прекратить.

Оторвав взгляд от лица бандита, которое было все в крови, он и до этого не был красавцем, а сейчас и тем более, я поднял голову и увидел лицо Реи, в ее глазах плескалась благодарность.

Я же слез с избитого мужика, который не подавал признаков жизни, наклонившись к нему, я померил пульс.

– Если такой, как ты, настоящий мужчина, – произнес я с иронией, – то я тогда уж лучше буду ненастоящим.

Схватив разбойника за руку, я оттащил его в угол, в котором он и сидел до этого, а сам вернулся на то место, где сидел.

Посмотрев на дрожащую Рея, я спросил:

– Ты как?

– Х… хоро-ошо, – заикаясь, произнесла она.

– Он тебя не тронет, – ответил я и отвернулся. После драки мои руки были в крови, а костяшки сбиты, я постарался вытереть их об остатки своего камзола.

Разбойник начал шевелиться минут через двадцать и с громким оханьем поднялся.

Шевелился он осторожно и головой старался не трясти. Он ничего не сказал, лишь бросал на меня взгляды, полные злости и ненависти.

Минут через десять неожиданно распахнулась дверь, и к нам в комнату зашел лысый бугай, одетый в кожаную безрукавку с активированным панцирем бледно-синего оттенка.

– Живые, – со смешком произнес он, оглядев нас. – А с этим чего? – кивнул он в сторону избитого разбойника.

– Упал неудачно, – разлепив пересохшие губы, ответил я.

– Упал, ха-ха-ха, – рассмеялся он, а после махнул в проем рукой. К нам в комнату зашел еще один мужик, поставил на пол два деревянных ведра и тут же вышел.

– Жрите, бедолаги, – с усмешкой произнес здоровяк и, развернувшись, неспешным шагом покинул нас, закрыв за собой дверь.

Первым к ведрам ломанулись дети и чуть не опрокинули их, из одного на пол даже выплеснулась вода.

Бам – прилетела оплеуха виновнику от одной из женщин.

– Ай, – вскрикнул мальчуган и начал потирать щеку.

Я, тоже поднявшись, подошел к толпе, что облепила ведра. В одном плескалась чистая прозрачная вода, и ковш пошел по рукам. Народ вовсю утолял жажду.

Во втором ведре была какая-то белесая и жидкая каша, баланда, по-другому и не скажешь, на поверхности которой лежало двенадцать ложек.

– Живем, – весело воскликнул Варин и передал мне ковш.

Зачерпнув воды, я начал пить. Какая же она вкусная, хоть и теплая, но все же, когда целый день не было глотка воды, это такая мелочь.

Утолив жажду, я передал ковш следующему, а Рея протянула мне ложку.

– Эй, мне оставьте, – воскликнул избитый мной разбойник и начал подниматься со своего места.

В этот момент все замерли.

– Последний поешь, – обернувшись, проговорил я.

– Да и пошли вы, – огрызнулся мужик, усевшийся назад.

Я зачерпнул полную ложку каши и отправил себе в рот. Несоленая, да и безвкусная, аж выплюнуть захотелось, но, пересилив себя, я ее проглотил.

Ели в полной тишине, пока на дне ведра не осталось совсем немного. Варин убрал в сторону ложку и проговорил:

– Оставьте этому хоть, – и он кивнул в сторону разбойника, который смотрел на нас голодным взглядом.

– Вот еще, – высказалась одна из женщин.

– Варин прав. Оставьте, – вмешался я.

– Я не наелся, – прогудел один из карапузов.

– А ты водички попей, – проговорила Рея.

Женщины все же с недовольством, но отошли от ведра, а вот детей пришлось от него оттаскивать.

Разбойник же поднялся и с видом победителя прошествовал к ведру, несмотря на то что все лицо было разбито и в засохшей крови.

Эта картина вызвала у меня лишь усмешку. Откинувшись на стену, я прикрыл глаза. Немного тянуло в сон, но я так и не смог уснуть и размышлял о будущем княжества. Князь погиб, мой брат и наследник тоже, я пропал, а на хозяйстве осталась Маргарита. Она явно попытается прибрать все в свои загребущие руки, я даже уверен, родню вызовет. Было Громово княжество, станет их, ненадолго я ведь вернусь, обязательно вернусь, и я глянул в сторону окна. От этих мыслей настроение ушло на самое дно. Надеюсь, хоть Варфей успел добраться до парней и вывести их из-под удара.

Не много погрустив, я начал прислушиваться к разговорам, в основном болтал Варин, пытаясь отвлечь детей:

– А вы знаете, как называют татуировки у горных троллей?

– Неа. Нет. А как? – полетело от малышни, что его окружила.

– Наскальная живопись, – и Варин поднял указательный палец.

– Ха, – не удержавшись, рассмеялся я над немудреной шуткой.

– Правда так и называется? А я не знала. Ух ты, – малышня начала восторгаться.

– А то ж, дядька Варин глупости не скажет, – расправил он плечи.

– Еще, еще расскажи, – загомонили дети.

– Никогда не шутите над ростом гнома, это низко, – выдал очередной перл Варин. Заставив меня заржать во весь голос.

– А почему? – вдруг прозвучал вопрос от рыжей девчонки, на вид которой было лет семь.

– Ты же видела гнома? – с улыбкой спросил Варин и, дождавшись кивка, продолжил: – Вот они небольшого роста и, когда шутят об этом, обижаются. А обиженный пьяный гном, я вам скажу, это больно, и под столом от него не спрячешься.

– А-а-а, – протянула детвора, а Варин продолжил рассказывать свои немудреные шутки и истории. Так и прошел весь день, в конце дня дверь в нашу комнату открылась, и забрали ведро из-под каши. Рея попыталась заговорить и узнать, куда нас везут, но ответа так и не получила.

Когда свет в окне померк, мы завалились спать, вырубило меня сразу.

Проснулся я резко, раз и все. Вокруг темнота, а я не могу сделать и вздоха, шею что-то сильно давит. Страх затопил мой разум, я пытался вздохнуть, но не мог. Руки метнулись к шее, на которой я обнаружил цепь, которая меня душила.

– Что сопляк думал, на Грая просто так можно руку поднять, да я таких, как ты, на завтрак с потрохами ем. Сейчас ты сдохнешь, и никто тебе не поможет, – услышал я яростный голос разбойника рядом с собой, а цепь начала душить еще сильней.

Я заметался во все стороны, силясь вырвать или стянуть с себя цепь, толку от этого не было.

– Сдохни, тварь, сдохни уже, – раздавался рядом со мной этот противный голос. Перед глазами уже все поплыло, и тут я вспомнил, что я все же одаренный и могу эту тварь долбануть разрядом, и моя рука потянулась на голос разбойника, дабы вцепиться в эту гадину.

Вдруг сбоку, откуда и шел голос разбойника, раздался звук удара и вскрик, а потом еще один удар – и цепь мгновенно ослабла.

Я смог вздохнуть, как же это, черт возьми, приятно, просто дышать, сбоку же возня прекратилась, лишь слышалось женские всхлипы.

Стянув с себя цепь, я повернулся и осклабился. Разбойник находился рядом, я прям чувствовал его, и с горем пополам смог его разглядеть, он полусидел, откинувшись на стенку. Не теряя времени даром, я два раза долбанул ему по лицу с локтя, но он никак не прореагировал, что и заставило меня остановиться.

Найдя на ощупь его шею, я попытался почувствовать пульс, но его не было. Эта тварь была мертва.

Я вгляделся в темноту и заметил сидящую и сжавшуюся в комочек Рею, это она всхлипывала.

– Эй, что случилось? – раздался неожиданно голос Варина, и в ночной тишине его голос был как гром среди ясного неба.

– Все хорошо уже, эта тварь решила со мной поквитаться и чуть не придушила, – бросил я в ответ.

– Вот оно как, точно все хорошо? – уточнил Варин, в его голосе слышалось переживание.

– Да, спи уже, – ответил я, в этот момент заголосил кто-то из детей, а следом и остальные.

Не обращая внимания на их плач, я перебрался к Рее. Ее всю трясло, и я начал аккуратно гладить ее по руке и приговаривать:

– Ты молодец, ты меня спасла.

Девчонку потряхивало, а я все так же ее гладил. Все-таки она явно не уличная, не та реакция на агрессию и насилие, я это еще днем заметил, она домашняя девчонка.

Заметив, что Рея успокоилась, я спросил:

– Чем это его ты?

– В… в…ведром, – произнесла она, заикаясь.

– Ведром, значит, – пробормотал я. Действительно, деревянным ведром и пришибить вполне возможно, что и произошло.

– Я его-о убила. Да? – все тем же заикающимся голосом спросила она.

– Нет, что ты. Ты меня спасла, а убил его я, – ответил ей, беря на себя вину и успокаивая девчонку.

Рея начала всхлипывать, видимо, до конца мне не поверив.

Поднявшись, я схватил тело разбойника и перетащил к противоположной стенке, после уселся рядом возле Реи и обнял ее, так и уснули.

С утра вновь открылась дверь, и все тот же бугай зашел к нам в комнату, огляделся, дети, до этого играющие, вмиг затихли.

– Что это с ним? – властно спросил Бугай, кивая на труп разбойника.

– Ссать ночью пошел да в темноте, видимо, запнулся, головой ударился, – пояснил я.

– Опять запнулся, значит, забавные вы, – с легкой усмешкой проговорил бугай.

Он обернулся в сторону двери и закричал:

– Жезик, сюда только воду. Мясо себя плохо ведет, поэтому останется сегодня голодным, и к нам в комнату занесли только ведро с водой.

После бугай подошел к мертвому телу.

Нагнувшись к убитому, он вытащил из кармана штанов какую-то металлическую пластинку и приложил ее к браслету, к которому крепилась цепь. Раздался щелчок, и браслет раскрылся, освобождая, бугай, подхватив тело, вытащил его из нашей комнатушки и захлопнул дверь.

У кого-то громко заурчал живот, а одна из женщин, имени которой я так и не узнал, вмиг окрысилась на меня с Реей.

– Это вы виноваты, что мы сегодня голодные остались, – визгливым голосом произнесла она.

– А это тварь, значит, не виновата, он мимо проходил, – со злой усмешкой проговорил я.

– Да дала бы она разок ему, ничего страшного, с нее не убыло бы, а сейчас мы голодные по вашей милости, – все тем же истеричным тоном произнесла она.

Я медленно поднялся и подошел к ведру с водой и утолил жажду, а после медленно повернулся к этой истеричке и заговорил:

– Закрой свой поганый рот, накипь ходячая. Еще раз посмеешь его открыть в мою сторону и Реи, тоже споткнешься и не один раз, возможно, даже насмерть.

Она хотела что-то сказать, но я тут рявкнул:

– Ты меня поняла, чучундра?

Не знаю, что она увидела в моем взгляде, но закивала, а после уткнулась в пол и не поднимала головы.

Я спокойно вернулся на свое место. Больше ни у кого никаких вопросов ни ко мне, ни к Рее не было.

Дни сменялись ночами, Варин пытался нас развлекать, рассказывая истории. Корабль иногда садился на землю на пару часов, после чего вновь поднимался в небо.

Спустя шесть ночей корабль приземлился, но так и не поднялся, а сутра же начался шум, приносить еду и воду нам никто не спешил.

В середине дня к нам в комнату завалился уже знакомый бугай.

– Мясо, готовьтесь встречать своих новых хозяев. Мы прибыли.

Глава 6

Бугай освобождал нас по одному, а после отправлял в коридор, где нас принимали охранники.

Когда очередь дошла до меня, и браслет щелкнул, я оказался свободен. Первая мысль была рвануть в коридор и попытаться сбежать, но, заметив цепкий взгляд бугая, я от нее отказался, к тому же неизвестно, что там и куда бежать, так что еще рано надо выждать.

Схватив меня и приподняв, бугай, как и остальных, швырнул в коридор, где меня тут же приняли, схватив за шею, и, немного пригнув к полу, повели по коридорам и залам, в которых расположился различный товар: тюки с тканями, слитки различных металлов, бочки и ящики.

На удивление, меня повели не вверх, а вниз. Спустя пару минут мы подошли к боковому проходу, к небольшой, почти незаметней дверце, которая вела на улицу и к которой была приставлена деревянная лестница на подобии трапа самолета. На площадке которой стоял еще один мужчина, которому меня и передали.

– Не дергайся, – только и расслышал я, когда меня вновь схватили, вот только мне было не до этого. На улице вовсю светило солнце, которое меня начало слепить. Еще бы, столько дней в полумраке провел, от боли я даже глаза закрыл. Получив толчок в спину, я чуть не навернулся с лестницы, едва успев схватиться за перила.

– Шевелись давай, – расслышал я рык и получил очередной толчок в спину.

Приоткрыв глаза, они начали слезиться, но я хотя бы смог разглядеть ступеньки и спокойно спуститься.

– Шагай, – и конвоир направил меня новым толчком вперед, глаза потихоньку привыкали к яркому свету.

Меня затолкали в какое-то помещение и усадили на табурет, прямо пред моим носом стоял грубо сколоченный стол с каким-то ящиком, облокотившись на который, стоял старик со снулым рыбьим взглядом, одетый в белую рубашку. Он, не говоря ни слова, подцепил из ящика кожаную полоску, на которой были изображены неизвестные мне знаки.

Он медленно подошел, в этот момент стоящий сзади конвоир схватил меня за волосы и потянул вверх, заставив приподнять голову. Старик же четкими движениями обвязал вокруг моей шеи эту полоску, а за тем я почувствовал небольшой всплеск магической силы.

– Следующий, – проскрипел старик, а меня вздернули с табурета и вытолкнули наружу.

– Вон туда иди, – указали мне на толпу из тридцати человек, сидящих неподалеку, а для ускорения отвесили смачного поджопника, так что я улетел вперед на несколько метров.

– Твари, – тихонько прошипел я себе под нос, поднимаясь с земли, и потирая пострадавшую задницу.

Пока плелся к толпе, успел ощупать кожаную полоску у себя на шее, она полностью прилегала к коже, так что и палец нельзя было просунуть, а еще у нее не было швов.

Рабский ошейник, осенило меня, он же магический. Достаточно устного или мысленного приказа хозяина, и он тут же сдавит мне шею, задушив, а то и голову оторвет к чертям. Про такую вещь я читал.

– Демонова отрыжка, – пробормотал я, понимая глубину той задницы, в которую попал.

«А до этого как будто не понимал?» – сам у себя мысленно поинтересовался я.

До этого на мне ошейника не было, и все казалось не настолько ужасным.

Подойдя к толпе, я разглядел на всех такие же ошейники, как и на мне, среди этих людей были и мои сокамерники.

Усевшись рядом с ними, я наконец смог оглядеться, мы находились вблизи посадочной площадки, которая была совмещена со складами и иными постройками, сбоку стоял корабль, на котором нас и привезли. Огромное судно, не меньше двадцати метров в высоту и метров семидесяти, а то и ста в длину.

«Интересно, сколько там палуб», – мелькнула ленивая мысль.

Чуть сбоку от корабля находилось еще несколько воздушных кораблей, но не столь громадных, как торговец. Территория же была огорожена, вдоль забора шли разные каменные постройки, в том числе длинные и вытянутые склады.

С торговца шел не останавливающий поток людей, которым цепляли ошейники.

Вот рядом со мной присела Рея, а спустя десять минут появился Варик, который так же предпочел разместиться поблизости.

– Я не буду рабом, – вдруг вскричал один из здоровых мужиков, которого недавно привели. Он с места взял разбег и рванул в сторону ограды, но не успел пробежать и тридцати метров, как, схватившись за шею, рухнул на землю.

– Жить хочешь, так ползи обратно, – неожиданно раздался громкий голос. Начав вертеть головой, я заметил возле одного из зданий сидящего в тени на стуле мужика, одетого в кожаный доспех.

Он не спеша поднялся и направился к скорчившемуся беглецу.

– Ползи обратно, мясо. Давай, давай, – проговорил он довольно громко, и беглец, хрипя, пополз, его лицо было раскрасневшимся.

– Ух, ух, – он громко задышал, когда дополз до нас, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

Охранник же подошел к нам и скептически оглядел.

– Значит так, мясо, говорю один раз. Вы теперь рабы, а значит, собственность торгового дома. Вы даже вздохнуть, а тем более сдохнуть без моего разрешения не можете, – и он прикоснулся к кожаному браслету на руке, ошейник начал сдавливать горло. Со всех сторон раздались сипы.

– Поэтому сидеть молча и не дергаться, не бегать и не прыгать. Вот появится у вас новый хозяин, тогда делайте, что хотите, а пока вы собственность торгового дома Брайяк, – закончив говорить, мужик так же неспешным шагом вернулся на свое место.

Людей же продолжали вести, и спустя пару часов толпа разрослась, нас было не меньше чем полтысячи, а может, и больше. Когда поток людей иссяк, корма судна будто раскрылась на две половинки, и туда подогнали телеги и механизмы, напоминающие простые веревочные краны, товар с судна начали разгружать. О нас как будто все забыли.

– Что же с нами теперь будет? – потерянно пробормотала Рея.

– Не знаю, что будет, может по-всякому выйти. Но главное – не сдаваться и верить, что все будет хорошо, – попытался подбодрить девчонку Варин, вот только голос звучал не очень уверенно.

Следующие несколько часов ничего не происходило, а потом к нам приблизилась тройка разумных, облаченных в шикарные одежды.

Один из них был обычным человеком, второй эльфом, который смотрел на окружающих как на грязь, а третий гномом.

Я в свое время был очень удивлен, когда в этом мире обнаружил известные мне расы, по фильмам и компьютерным игрушкам. Вот только местные гномы отличались, они были безбородыми в основном. Борода у них признак статуса, и ее себе могли позволить лишь весьма уважаемые коротышки. У этого гнома была небольшая борода, заплетенная в две косички, что говорило о его статусе и о том, что перед нами не совсем простая личность.

Остановившись рядом с нашей толпой, они начали прохаживаться, вглядываясь в наши лица, эльф при этом морщился, а гном теребил бороду, человек же шел позади них, не мешая.

Вдруг человек поднял руку и подал какой-то знак, и тут как по команде рядом с ними появилось десяток охранников, облаченных в кожаные доспехи с короткими дубинками, среди них был и тот, который устроил лекцию, объяснив наше место.

Эльф и гном начали указывать пальцами на понравившихся людей, а охранники вытаскивали их из толпы.

Эльф выбирал в основном красивых девушек и молодых парней, включая детей.

Вдруг его палец показал на Рею, на лице которой мгновенно появился страх, она умоляюще на меня взглянула, и, прежде чем я успел что-то сообразить, почувствовал на своем плече тяжелую ладонь Варина, который, прямо глядя мне в глаза, помотал головой. Мне оставалось только скрежетать зубами, когда Рею из толпы выволакивал охранник.

Гном же выискивал парней покрепче, вовсе не смотря на женщин.

Когда отобрали подходящее количество, они расплатились с человеком и в сопровождении выбранных рабов покинули территорию. Не прошло и двадцати минут, как появились следующие покупатели, и процедура повторилась. Они отбирали подходящие кандидатуры и уходили. В третий раз выбор пал на меня, а Варин остался среди толпы, он лишь помахал мне рукой на прощание, а я смог только кивнуть.

Меня выкупил ничем не примечательный худой мужичок, который чуть горбился. Никогда и помыслить не мог, что стану рабом и меня кто-то купит. Я будто товар, стоящий на полке в магазине, который походя смахнули в корзину, даже не посмотрев как следует. Обидно, да и злит, если честно.

Нас в группе было около сорока человек, все в кучу: мужчины, женщины и дети.

Повели нас на выход с площадки, где один из охранников жезлом прикоснулся к ошейнику каждого из нас. После отдал жезл в руки покупателю, который молча вывел нас на улицу, где стояла пятерка вооруженных охранников, придерживающих черного коня.

– Держи, Харвик, – и покупатель перекинул жезл в руки одного из охранников, который с ловкостью его поймал.

К покупателю же подвели коня, и тот спокойно забрался в седло.

– Двинули, – отдал приказ он, охранники же окружили нашу толпу и пинками и тычками погнали вслед за всадником.

Наша дорога заняла час, за это время я успел как следует осмотреться, мы находились в предместье города. Справа виднелась огромная каменная стена, вот так и определил, что мы в предместье.

Нас привели к воротам небольшого поместья и загнали внутрь, после выстроили в ряд, и спустя пару минут появился толстый мужик, одетый в одежды украшенные золотым шитьем, на руках которого виделись различные перстни.

«Артефакты, видимо», – мелькнула мысль.

– А получше никого не было? – с презрением произнес он, после того как осмотрел.

– Мой господин, я выкупил лучших из тех, кто остался к тому моменту, – согнувшись в поклоне, произнес выкупивший нас.

Толстяк же закатил глаза и произнес:

– Если это лучшие, то какие тогда худшие? Впрочем, не отвечай. – Он махнул рукой, развернулся и удалился в дом.

Покупатель же дождался, когда мужчина уйдет, повернулся в нашу сторону, окинул взглядом и заговорил:

– В общем так, вести себя тихо, никаких криков и драк, а то пожалеете. Вечером вас покормят, завтра вас ждет рабский рынок, а там и новый хозяин. Если из вас кто верит в богов, в великий свет или еще какую муть, можете начинать молиться, чтобы вам достался добрый хозяин, – со злой усмешкой проговорил он.

– Все, пошли, – крикнул охранник с жезлом, а также применил его, и ошейник начал давить.

Нас провели в каменное строение с толстыми стенами и захлопнули дверь. Возле стен стояли деревянные нары, а свет лился из небольших окошек под потолком.

Кто-то сразу полез занимать себе место, кто-то стоял, продолжая осматриваться.

Я же прошел к одной из стен, где отсутствовали нары, и опустился на землю.

Народ же продолжал устраиваться, через некоторое время начались разговоры. Кто-то пытался понять, где мы находимся. Кто-то рассуждал насчет будущего. Я же внимательно изучал окошки и прикидывал, смогу ли через них пролезть наружу. Пролезть я, может, и смогу, но там наверняка охрана, да и ошейник этот чертов, как он себя поведет, если удалюсь от жезла. Смогут ли с помощью жезла на большом расстоянии меня убить. Немного подумав, я отказался от идеи сбежать прямо сейчас это через, чур, большой риск, так как нет четкого понимания во многих вопросах.

– Эй, а хорошие у тебя сапоги, – раздался хрипловатый голос рядом, один из мужиков с оспинами на лице подошел к хлипковатому парню чуть постарше меня и внимательно его рассматривал.

– Ага, спасибо, – немного испуганно пробормотал парень в ответ.

– Хах, да пожалуйста. Слышал, нет, что с людьми надо делиться. Вот и поделись со мной обувкой. У тебя и размерчик подходящий, – глумливо проговорил обезображенный.

– Но как же тогда я буду без сапог? – проблеял паренек.

– Вон я тебе свои отдам, – и мужик поднял ногу, демонстрируя какие-то оборвыши.

– Не-е-ет, – заикаясь и замотав головой, ответил парень.

– Че? Так ты делиться не хочешь, неправильно это. Сымай тогда еще и рубаху, – навис бандит над своей жертвой.

– Отвянь от него, – медленно и громко проговорил я.

– Че ты там, козявка, вякнула? – скривился бандит и посмотрел на меня.

– Отстань от парня, или не слышал, что нам сказали? Без криков и без шума, а то эти ворвутся, спать с помятыми боками я не хочу, да еще и голодным наверняка остаться.

– Да я тебе их сам быстрей намну, лезешь не в свое дело, – и мужик начал двигаться в мою сторону.

– Слышь, говорливый. Правильно тебе малец сказал, уймись давай и не отсвечивай, а то я сам тебе шею сверну, – прогудел голос с нар, и оттуда выбрался невысокий широкоплечий мужик, начав буравить бандита взглядом.

– Да ладно, вы чего, я просто пошутил, что, пошутить нельзя? Что начинаете? – пошел на попятную бандит, приподняв руки и сделав несколько шагов, уселся на нары.

Широкоплечий, немного постояв, сел на свое место, а мне достался благодарный взгляд от хлипкого парня.

Дальше никаких эксцессов не было, вечером нас покормили, и ночь прошла спокойно.

С утра нас вытащили из казармы и построили в ряд, перед нами расхаживала пятерка охранников, а после и вчерашний покупатель подошел и начал говорить:

– В общем, слушать сюда, мясо, сейчас каждый по очередности рассказывает, что умеет делать. Советую не врать и не преувеличивать, от этого в какой-то мере зависит вся ваша жизнь. За вранье могу и вздернуть, имейте ввиду, – с усмешкой произнес мужчина.

Я так понял, он что-то вроде управляющего или помощника по торговым делам у хозяина здешней усадьбы.

– Начинайте, – бросил он и махнул рукой.

Первый стоящий в ряду не спешил говорить о себе, к нему мигом подскочил один их охранников и ударил в живот, заставив согнуться от боли.

– Эх, звать меня Хредиком, строить умею, – скривившись, проговорил мужик.

Управляющий подал какой-то знак рукой, и охранник, стоящий рядом, отвесил оплеуху Хредрику.

– Хозяин, ты должен добавлять «хозяин», – и управляющий перевел взгляд на следующего.

– С глиной я умею работать, горшечником был. А еще деревянные фигурки могу вырезать, хозяин, – заискивающе протянул тот.

– Как звать?

– Валшой.

Управляющий поднес к лицу бумагу, которую до этого держал, сделал на ней какие-то пометки, а после поднял глаза на следующего в ряду. Так и потянулось, каждый называл свое имя и что умел делать.

– Зовут Эрик, умею немного готовить и по хозяйству, в поместье работал, больше никаких навыков нет. Хозяин, – ответил я.

Управляющий, скривившись, сделал очередную пометку и посмотрел на следующего.

Мда, выясняют, кто на что способен и кому какую цену выставлять. Профессиональный ремесленник наверняка стоит больше, чем простой чернорабочий.

Как только с этим закончили, нас погнали на выход, еще час плутания по предместьям и нас привели на огромный рабский рынок. Вдоль рядов стояли и сидели различные разумные, а мимо них прохаживались другие с важным видом.

– Стоять, – раздался окрик одного их охранников, и мы остановились, начав крутить головами.

– Валшой, иди туда, – указал направо управляющий, в сторону невысокой деревянной площадки, на которой уже сидели рабы под палящим солнцем.

Нас начали распределять: тех, кто имел какой-то полезный навык, направо, тех, кто мог пойти только чернорабочим и был откровенным мясом, налево, в том числе и меня.

Самых же дорогих, на взгляд управляющего, загнали под навес, который также располагался справа.

Когда распределение закончилось, управляющий хмыкнул, осмотрев нас, и заговорил:

– Те, кто задержался здесь, знают правила, но для новичков объясню. Никаких разговоров, даже шепотом, так что рты на замок, никаких драк и порчи товара, иначе пожалеете. Лучше покарать одного непонятного, чем портить весь товар.

– Кавеш, иди сюда, – подозвал управляющий немолодого, но еще крепкого черноволосого мужчину, который стоял рядом, и начал с ним о чем-то шептаться, изредка тыкая в нас пальцем, заодно и бумаги передал, которые на нас заполнил.

Вероятно, это и есть наш продавец, мелькнула мысль.

Я же уселся поудобнее, пара минут, а солнце начало вовсю припекать, к этому времени управляющий с продавцом решили свои вопросы, и первый покинул нас, но пятерка охранников осталась. Жезл же перекачивал в руки продавцу, у него на поясе было что-то вроде сумки, в которой виднелось пять подобных жезлов.

– Правила вы слышали, и я люблю послушных, – проскрипел продавец и удалился под навес неподалеку.

Я начал осматриваться более подробно, таких, как я, бедолаг было около трех сотен разумных, в основном это были люди, но имелась и парочка гномов и эльфов и один зеленокожий орк. И это были рабы всего лишь одного продавца, а я уверен, если пройтись по рынку и нас подсчитать, то несколько тысяч живого товара наберется точно.

Время текло медленно и неспешно, изредка к нам подходили покупатели и осматривали товар, о чем-то говорили с продавцом и, бывало, кого-то покупали.

Вечером же нас затолкали в один из загонов, которые находились позади рядов. В нашем загоне было около тридцати разумных, и он ничем не отличался от казармы, в которой пришлось ночевать.

Под самое утро я расслышал шум и, проснувшись, стал свидетелем того, что двое из пригнанных со мной с утра, в сумраке подобрались к стене, над которой расположились маленькие окошки, и собрались через них сбежать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.