Андрей Vilesik
Жить-пить-любить! Посвящается Друзьям!

© Издательский дом «Кислород», 2024

© Текст, иллюстрации – Андрей Vilesik, 2024

© Дизайн обложки – Андроник Романов, 2024

* * *

Посвящаю Ирине <MUSE>

Совершенно разное. О Питере и об Авторе книги о друзьях

Представление о Санкт-Петербурге у людей из провинции совершенно разное. Но, по-любому, все поколение девяностых смотрело в детстве сериал «Улицы разбитых фонарей», легендарнейший боевик всех времен и народов «Брат». Все гуляли по Дыбенко времен перестройки вместе с «Интердевочкой», сажали алюминиевые огурцы вдоль Таллинского шоссе вместе с Виктором Робертовичем Цоем, прогуливались вдоль ржавых трамвайных рельсов на Марата и мутных вод Обводника на пару с Львом Николаевичем Гумилевым.

Как правило, человек с периферии едет в Москву за «длинным рублем», в Северной же столице народ стремится познать некий дзен, которого у него на малой родине нет. Где еще можно насладиться рассветом, попивая кофе на крыше рядом с Исаакиевским собором, поглаживая доброго и избалованного кота, который раскормлен подобно Азазелло из «Мастера и Маргариты» сердобольными жильцами? Там, где ночью не темнеет, а огромные мосты, под которыми проходят многотонные сухогрузы, разводятся? Где совершенно спокойно в рюмочной или обычном продуктовом магазине у Чернышевской можно встретить известных писателей или музыкантов, спокойно подойти, поговорить с ними, предложить чего-нибудь выпить или даже угоститься самому. Только здесь можно увидеть представителей данных конфессий совсем не на творческих профессиях – скажем, с метлой в руках или за рулем таксомотора. Может, именно тут после рок-фестиваля на Крестовском острове романтик-путешественник с Урала найдет ту самую «королеву первого посева», проводит ее до дома в Купчино, а через девять месяцев у них родится сын, коренной петербуржец.

Многие едут познать, проверить городские легенды. Многие не могут понять, как Обводный канал, вовсе не глубокий, забирает ежегодно около сотни жизней, хотя утонуть в нем невозможно? Каким образом небольшая, но могучая речушка Нева длиной всего в семьдесят четыре километра за год переносит объем воды, равный речке Миссисипи, самой полноводной артерии Южной Америки? Кто надевает Самсону в Петергофе тельняшку на могучее бронзовое тело? Почему сфинксы напротив следственного изолятора «Кресты» на Арсенальной набережной имеют в прямом смысле этого слова раздвоение личности, или биполярное расстройство? Кто и зачем обозвал участок на центральной магистрали города Невском проспекте «Мостом шестнадцати яиц»? Вопросов гораздо больше, чем ответов. Именно в Северной Пальмире путешественник попадает в некий квест. Разгадывая ответы на загадку, искатель получает сразу несколько вопросов в процессе победы над головоломкой. Они вырастают, как отрубленные головы у Гидры. Логически, умом, астрально, каким-либо еще способом этот мегаполис понять нельзя. Надо просто его принять, хотя скорее он сам примет или отвергнет инородца.

Тем не менее тот, кто все же обнаруживает Его Величество Счастье, осознает, что живет оно отнюдь не в таунхаусах возле ЦПКО, не на шпиле Адмиралтейства или Охта-центра, не в единственном в мире подземном дворце в виде станции метро «Автово», не около могил Сергея Курехина или Майка Науменко… Каждый полюбивший этот город заочно, в душе революционер. Ведь каждый «колхозный панк» мечтал постоять на броневике напротив Финбана с фаером, крича о том, что рок-н-ролл жив, просто надо всем вместе вернуть в него Угрозу. Большинство искушенных сибирских хулиганов мечтали бы подраться двести на двести, перекрыв один из важнейших транспортных узлов данного района города. Редкие растаманы с автостопщиками наивно думают, что вся асфальтовая поверхность на Думской, Рубинштейна и Лиговке усеяна пакетами с различными препаратами или курительными смесями. Эти предположения очень смешны, даже по-детски наивны, но все же человек ни за что не цепляется так сильно, как за свои иллюзии и убеждения. Однако нагнуть систему почему-то практически ни у кого здесь не получается. Неважно, проводит данный персонаж «прогиб» напротив Большого дома на Литейном, четыре или гуляет по разбитым бутылкам из-под вина у «Юноны», вдоль набережной речки Красненькая, – результат почти всегда не в пользу бунтаря. Любителей легких денег в виде торговцев наркотиков быстро вылавливают и сажают, но все равно их место завтра займут новые.

Слабые на передок деревенские девочки быстро стареют или спиваются, но на их место в общежитие приезжают другие, еще больше, им приходится спать по очереди на одной раскладушке, если нет заказов конечно. Стахановцы на Кировском заводе и «Алмаз-Антее» убивают свое здоровье ради сверхурочных. Многим приходится увольняться, но на каждое место уже в очереди стоит по пять новых трудяг, молящихся о таком повороте в своей карьере. То же самое с таксистами из южных республик, которые, обманывая тахографы, возят пассажиров практически целыми сутками, без перерыва, попадая от усталости в ДТП. Таксопарки просто же получают за аварию страховку, чинят или приобретают другое авто, за руль которого садится очередной приезжий.

Практически всегда на голову капает мелкий, моросящий, типично питерский дождь, в лицо же с ужасающей силой дует его Величество Ледяной Балтийский ветер, и при этом ваше направление движения совершенно не важно, летом может пойти снег, а зимой – начать распускаться подснежники…

Когда экзотика превращается в обыденность, наивный провинциал терпит фиаско, ведь всегда неприятно, когда ожидаемое не совпадает с реальностью. Когда представитель Байкальского филиала «Армии Алисы» видит Костю Кинчева практически каждый месяц на разных аренах, он уже не желает отдавать половину заработной платы, чтобы послушать концерт любимой группы в «Юбилейном» или акустическое выступление в Мюзик-Холле. Искушенный же хулиган, футбольный хулиган, вначале дивившийся тому, что в Питере есть не только «бомжи», но и «паровозы», «динамики», «кони», «торпедоны», «мясо» плюс куча фирм – «клубов-однодневок» из второго дивизиона, тоже устает от постоянных пересечений с себе подобными, прямо как по «Москве в миниатюре» и вполне логично испытывает апатию к своему увлечению. Становится куда интереснее и вместе с тем приятнее сходить на ска-концерт в «Орландину» или в всем известный клуб на Лиговском, пятьдесят. Да порой даже этого не надо! Так приятно, когда твоя любимая девочка Лена, с которой вы снимаете в хрущевке однушку на двоих, приносит из магазина бананы, пиво, яблочный сок. Это замечательный повод отдохнуть от революционных дел, поиграв с корешем в FIFA на PlayStation за бокалом пенного напитка… Когда твоя девушка обвиняет тебя в оргиях у начальника в офисе, но в последний момент с божьей помощью ты убеждаешь ее, что это не так, и она прощает. Возможно, ты сражаешься с соседом из общаги медицинского института за матрац, а выиграв же неравную битву, с наслаждением вырубаешься спать на полу, положив под голову заветный трофей…

Наесться суррогатной манной каши, будучи продавцом-консультантом в магазине «Буквоед».

Обсудить новости искусства и политики в «Фаренгейте» или «Борее» за кружечкой портвейна. Всегда здорово найти людей с похожими интересами в огромной Северной Пальмире, ведь друзья с одноклассниками в родном Тагиле, мягко говоря, не оценят твою любовь к творчеству GG Allina, скорее, наоборот, осудят. Здесь же каждый третий скажет, что месье Аллин – Мессия и король копрокультуры контркультуры…

Как пишет фронтмен группы «КокОду», параллельно гитарист легендарной «Красной Плесени» Вадим Обезьян Туватин, – Бог общается с нами через удивительных людей. Петроград, похоже, – чемпион России, если не мира, по количеству подобных личностей. Причем каждый может понять, что хочет донести до него Всевышний, даря знакомство с той или иной личностью. Ведь у личностей этих тоже свой взгляд на Мир, позиция, твердость духа, реакция на новые знакомства. От точки созерцания зависит очень многое. Часто в клубах, барах, галереях или других культурных местах можно услышать диалоги:

– Смотри на эту тварь, вот крыса очкастая как нажралась, сейчас ножом начнет махать, убьет кого-нибудь!

– Да ты шутишь, она – добрейшей души человек, мухи не обидит, для меня кареглазый Ангелочек, ибо много хороших дел сделала!

– Каких же? Например, минет?

– Вы, уважаемый, говорите, как быдло, не стоит равнять остальных людей по себе…

Андрей Вилесик максимально передает судьбы, переживания, заботы, тревоги, мечты совершенно разных людей, которых ничего не объединяет, на первый взгляд. Но это только если взглянуть поверхностно. Копнем чуть глубже и поймем, что данные персонажи, в основе своей с Урала, ехали в Невоград за какими-либо целями, мечтами, в которых потерпели неудачу. Однако это совершенно не повод для того, чтобы спиваться муравьиным спиртом или «открывать» паховые вены «крокодилом».

Вместе с негативом, враждебностью этого места к человеку, сыростью, затхлостью рядом всегда есть что-то, а чаще кто-то приятный. Ведь так здорово осознавать, что вместо футбольного матча или взамен панк-слета молодых групп с бесплатным входом ты идешь, держа за руку любимую девушку, обсуждая фестиваль авангардного искусства «Бетонный кубик», или еще у вас возникает вопрос, когда уже наконец откроют «Рускомплект 2». Суть в том, что вы оба просто счастливы, причем по непонятной причине, ничего не употребляя, просто хорошо обоим, и все тут. Этому не может помешать ни его Величество Ледяной Балтийский ветер, ни грязь со слякотью под ногами, ни то, что пропана в баке твоего «Рено Логан» осталось на шестьдесят километров, в кошельке примерно ноль рублей, а накатать надо минимум четыреста завтра, иначе таксопарк оштрафует. Даже это не может вывести из равновесия с душевным покоем. Вы просто кайфуете в моменте, а что будет завтра, уже совершенно не важно. Его может не быть. На этот счет есть замечательная цитата GG Allina, он всегда любил говорить: «По*уй на вчера, на*уй завтра, есть е***ное здесь и сейчас, им и живи!»

Кирилл Поехавшев

27/02/2024

Вместо предисловия

У ска-панк группы Distemper есть такие слова в песне, которые навсегда запали в душу:

Я никогда не забуду
Свой первый шаг против строя,
И тех друзей, что шагнули
Когда-то вместе со мною.

Любого человека формирует окружение и в первую очередь близкое. Бывает, что человек многие годы идет параллельным курсом с тобой, а потом в памяти о нем ничего не остается, другой же на короткое время рядом – и навсегда в твоей памяти. Почему так происходит? Риторический вопрос. Сказать о тех, кто сформировал твое видение мира, это все равно что рассказать о себе самом. Они жили без жалости к себе, без страха, и это правда. Были и те, кто прошел с тобой через всю жизнь бок о бок, плечом к плечу. И тем и другим респект.

Пусть стерлись в памяти лица,
Сменили облик дороги,
Мне будут сниться и сниться
Тех первых дней все тревоги.

Часто думаю об этих словах. Если человек сделал шаг против строя, общего направления движения, ни с того ни с сего, возникает два простых вопроса.

Можно ли сделать его, шаг, в одиночку?

Важен ли этот шаг?

Во-первых, такое невозможно сделать одному, даже если этот человек совсем безумен, и сложнее, чем придумать новый дебют в шахматах. Другое дело, если с ним или следом за ним шагнули другие – совсем иной коленкор, значение возрастает, fuck it.

«Единица! Кому она нужна?! Голос единицы тоньше писка» (В. Маяковский).

И простой шаг становится бо́льшим, чем тупая упертость отдельного психа, он уже не одинок, как последний глаз у идущего к слепым человека! Люди слепы, понятно, но есть шанс, возможность, силы, чтобы нарушить привычный порядок вещей. Творится этот бардак не в одиночку, а с теми, кто свой, кто способен нутром почувствовать реальный расклад, как и ты сам, понять, что время – одно наебалово, пространство – другое.

Это чтиво, возможно, подарит кому-то осознание, что любой человек, кем бы он ни был, какие бы противоречия ни роились в его мозгах, не одинок на своем пути: есть поехавшие, которые идут той же дорогой. Рано или поздно из жизни уходят драйв, адреналин, трэш и угар. Появляется стабильность, порядок в голове, и понимаешь, что подсознательно к этому и стремился… Но молодость – она неуправляема, как малый пацан без присмотра, – ей надо схватиться за горячую сковороду, лизнуть на морозе железяку, сунуть гвозди в розетку, чтобы познать опасные границы этого, хрен, «лучшего из миров»… чтобы потом с ностальгией вспоминать боль, трэш и угар, к которым не должно быть возврата. Я же всю жизнь хотел этого…

Итак, Книга о друзьях. Погнали!

Дима Француз

…помни: сила рыцаря-джедая —

это сила Вселенной;

но помни: гнев, страх – это все ведет

на темную сторону силы.

Как только ты сделаешь первый шаг

по темному пути,

ты уже не сможешь с него свернуть…

Маша, девочка из 7-го класса, подняла руку на уроке и спросила: «Почему Гитлер сжигал евреев?» Вот. Неплохое начало для книги. Ей историчка дала задание выяснить, она и спрашивает у всех подряд, ибо в инете найти не получается. Не силен в истории, преподаю изо. Ну, немного подумал и сказал: «Адольф Гитлер верил в превосходство арийской расы, а всех остальных считал недочеловеками – славян, цыган». Мари продолжила: «Значит, он это делал из личной неприязни?»

«Сложно представить, чтобы огромное количество людей отправились в печь по личным причинам. Просто нужны были виноватые для всей этой мясорубки, великой войны. Так считаю», – ответил я. Звонок прервал неудобный разговор. Класс отправился на пятый урок. История. Ольга Валерьевна, училка, расскажет им свою версию причин геноцида евреев во время Второй мировой.

Сегодня умер Француз. Я не видел его лет десять, но думаю, он точно знал ответ про евреев и Гитлера. Земля ему пухом. Дима Степанов был зенитовским фанатом и крутым челом. Жил быстро, ушел молодым. Мы давно не общались, и я не в курсе причины его смерти. Не важно. Я уважал его, потому что он был бойцом, он был тем, кем я когда-то не стал. В те годы, глядя на Франса, на его жизнь, я вдруг понял, что такую коляску мне никогда не вывезти. Это удел сильных парней.

Память бросает в прошлое… Она – память, она б*ять, и если надо, она снова начнет стрелять. 21 мая 2010 года. Звонит Француз и говорит:

– Подходи к «Юбилейному»! Есть пара билетов на рок-фестиваль «Наши в городе». VIP-места!

– Откуда? – спрашиваю.

– За боевые заслуги подогнали! – смеется Франс.

И вот мы уже у центрального входа дворца «Юбилейный». Вокруг полно людей, очередь ползет, но медленно. Француз бодр и весел, шутит. У него нет передних зубов, выбиты в драке. Франс кричит какому-то парню-алисоману, вскинувшему правую руку, рядом с такими же пацанами, держащими черный баннер с символикой группы Кинчева.

– Не зигуй! Опусти руку! Некрасиво! – И хохочет, как призрак отеля «Оверлук».

Мы проходим в здание. Секьюрити, похожий на сейф, надевает нам на запястья какие-то браслеты белого цвета, типа «специальные гости». Заходим в зал – на трибуны, где друзья исполнителей, родственники, организаторы фестиваля. Короче, билеты туда не купить простым смертным. Круть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.