Кейт Харди
Прекрасная пара

Ballroom to Bride and Groom

© 2013 by Pamela Brooks

«Прекрасная пара»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке,

ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

* * *

Глава 1

Визит не был случайным, хотя Шона старалась представить его таким.

– Полли, ты сказала по телефону, что все в порядке, но я как раз проезжала мимо и решила… – Она оборвала фразу на полуслове. – Что у тебя с волосами?

– Остригла вчера ночью.

Маникюрными ножницами. Длинные, прямые, светлые локоны, которыми так любовался Гарри, ушли в прошлое. По крайней мере, в отличие от всего остального, это все еще было в ее власти.

– Скорее обкорнала. Флисс уже видела?

– Нет. – Лучшая подруга ударилась бы в панику, памятуя о том, что Полли натворила много лет назад. Тогда, ударившись о самое дно, она поклялась, что отныне ее жизнь будет безупречной вне зависимости от того, как дорого ей это обойдется. Тот случай научил ее никогда не сдаваться и с улыбкой встречать любые повороты судьбы.

– Ничего страшного, сейчас договорюсь с парикмахером, – вздохнула Шона.

Полли небрежно махнула рукой:

– Не беспокойся. Никто все равно не увидит. Мне не надо идти в студию.

– Вот тут, дорогая, ты ошибаешься. Давай только сначала выпьем кофе, – спокойно заметила Шона. – Пока я его приготовлю, ты успеешь переодеться. Думаю, подойдет то, что ты обычно надеваешь на съемки «Калейдоскопа понедельника».

– Я уволилась из этой программы, – пожала плечами Полли. – Кроме того, я занята.

– Ну да, взвалила на себя то, что должен делать Гарри. Ведь это он отменил свадьбу.

– Но поскольку я все организовала, мне легче разобраться.

Полли не стала объяснять очевидную обеим причину: она не хотела подключать Грейс. Отменять сделанные к свадьбе приготовления меньше чем за две недели хлопотно, но думать, что этим будет заниматься новая подруга бывшего жениха, было выше ее сил. Полли не сомневалась, что Гарри найдет способ избавиться от неприятных обязанностей, могла даже представить себе выражение лица потерянного в лесу ребенка, всегда помогавшее ему добиваться желаемого.

– Я готова задушить Гарри, честное слово. Назвать его эгоистом будет слишком лестно! – Шона не стала продолжать. – Впрочем, ты знаешь, что я о нем думаю. Иди переоденься и подкрась глаза, а я сварю кофе и договорюсь с парикмахером.

Круги под глазами появлялись у Полли и после одной-единственной бессонной ночи, а она проворочалась до утра уже несколько с тех пор, как Гарри сообщил, что не собирается на ней жениться.

– Я люблю тебя, Пол, но…

При этих его словах кто-то наполнил ее вены жидким льдом. «Но» могло означать только одно: Гарри не любит ее.

– …как друга. Без бабаха.

Это еще что такое? Полли показалось, что ее вдруг вынесло из разговора в параллельное пространство.

– Бабах – это когда при встрече с кем-то в небе вспыхивают яркие, как фейерверк, звезды. – Гарри замахал руками, имитируя пляшущие огни. – И тысячи цветных шаров поднимаются в воздух.

Для Полли его речь оставалась загадкой. Когда она встретила Гарри, не было ни опасных огней, ни воздушных шаров, готовых лопнуть и оставить ее ни с чем. Наоборот, у нее возникло чувство тепла, спокойствия и уверенности, что Гарри испытывает то же самое. Союз с ним представлялся крепким, основанным на дружбе и стопроцентной совместимости. Полли не собиралась повторять опыт родителей, которые расходились и снова сходились между бесконечными интрижками на стороне. Она влилась в окружение Гарри так же органично, как общительный и обаятельный Гарри – в компанию ее друзей.

Они были парой на зависть.

Хотя на самом деле, как выяснилось, не были. Мозг Полли никак не мог это переварить.

– Прости, Полли.

А потом он рассказал о Грейс – новой ассистентке, подарившей ему бабах, которого он никогда не испытывал с Полли.

Сердито встряхнув головой, чтобы избавиться от воспоминаний, она переоделась в яркую майку с длинными рукавами, джинсы и кроссовки, которые надевала на «Калейдоскоп», и наложила легкий макияж, чтобы скрыть круги под глазами. К этому времени Шона приготовила кофе и сделала несколько звонков по телефону.

– Энрике ждет тебя на стрижку через двадцать минут. Потом возьмем такси, чтобы успеть на студию.

– Куда успеть? Зачем?

Шона сунула ей в руки чашку:

– Выпей и проснись, дорогая моя. С завтрашнего дня ты – участница конкурса «Танцы со звездами».

Определенно Полли заблудилась в параллельном пространстве. Только вчера она уволилась из штата популярного телеканала, зная, что в условиях кризиса может рассчитывать в лучшем случае на место официантки, пока агент найдет для нее хотя бы кастинг, не говоря уже о работе, которая будет доставлять такое же удовольствие, как прежняя – ведущей передачи для детей. А сегодня ей домой принесли контракт на участие в шоу с заоблачным рейтингом.

– «Танцы со звездами»? С какой стати?

– Продюсеры срочно ищут замену выбывшей актрисе. Есть и другие претендентки, но я не сомневаюсь, что выберут тебя.

Вера старшей подруги в ее силы польстила Полли, но не избавила от сомнений.

– Шона, у меня обе ноги – левые. Вспомни, как мучился Дэнни, когда учил меня хип-хопу для нашего шоу.

Шона закатила глаза:

– Какой из Дэнни учитель по сравнению с профессионалами? К тому же уличные танцы отличаются от бальных как небо от земли. У тебя все получится. – Она потрепала Полли по плечу. – Если споткнешься или перепутаешь что-то, большой беды не будет. Наоборот, зрители поймут, что ты не подставная.

Полли не сдержала улыбку:

– Но, Шона, какая же я звезда? «Калейдоскоп понедельника» даже не вышел на уровень регионального телевидения. Меня никто не знает.

– Ты нравишься людям, они могут ассоциировать тебя с собой. Спроси Флисс, она скажет то же самое.

– Она – моя лучшая подруга. Подбадривать меня и говорить мне приятные вещи – ее долг.

– Тем не менее это так, – твердо сказала Шона. – Именно поэтому рубрика «Полли Анна принимает вызов» в «Калейдоскопе» имела такой успех. Ты делала то, что каждый хотел бы попробовать, и у тебя не всегда получалось. Зрители понимали, что все по-настоящему, как в жизни. Думай о «Танцах» как об очередном «Вызове»…

– А как же костюмы? В «Калейдоскопе» мне разрешали носить одежду с длинными рукавами.

– В «Танцах» будет то же самое: если не рукава, то манжеты или длинные перчатки. Не волнуйся, никто не увидит твои запястья.

Но Полли не могла не волноваться при мысли о костюмерах, которые начнут спрашивать, а еще хуже – гадать о происхождении шрамов на ее руках. Чего доброго, решат, что это из-за Гарри, хотя он ни при чем.

С другой стороны, проект может подарить ей шанс на перемены к лучшему. Восемь недель работы на телевидении – при условии, что удастся продержаться до финала! Даже если ее отсеют одной из первых, она как минимум дважды появится на экранах всей страны в прайм-тайм и, возможно, привлечет внимание потенциальных работодателей. Кроме того, танцы – это физические нагрузки и усталость, которая положит конец бессонным ночам в слишком широкой для нее одной кровати. Нужно будет думать о проекте, а не о том, в чем она ошиблась, почему оказалась недостаточно хороша для Гарри.

Ее жизнь снова станет безупречной. Все будет совсем не так, как много лет назад, когда она заработала шрамы на запястьях, а потом долго и мучительно выбиралась из кризиса. На сей раз она сможет пройти через него с улыбкой, руководствуясь советом для женщин, неспособных испытывать оргазм: «Имитируй, пока не почувствуешь».

– Мне всегда хотелось научиться танцевать, – призналась Полли, отгоняя грустные воспоминания о том, как в пять лет просила у родителей разрешения посещать уроки танцев. Отец насмешливо сказал: «Изящная балерина? Скорее пляшущий слоненок. Ты слишком неуклюжа, Полли».

Она решительно подняла подбородок:

– У меня есть лимоны. Давай сделаем лимонад?

Шона потрепала ее по руке:

– Вот это моя девочка.

Шесть часов спустя Полли снова была дома: отменяла по списку сделанные для свадьбы приготовления, коротко, без лишних подробностей отвечала на бесконечные сообщения удивленных и обеспокоенных друзей. Даже если сегодня она провалилась на отборе для конкурса, все равно осталась в выигрыше. Энрике превратил неровно обрезанные светлые пряди в роскошную стрижку а-ля Одри Хепберн, к тому же она познакомилась с влиятельным продюсером, что в ее ремесле никогда не бывает лишним. День складывался удачно, а Полли Анна Адамс оставалась верна своему кредо: видеть во всем только светлые стороны.

Тем не менее, когда зазвонил телефон, Полли предоставила слово автоответчику. У нее не было настроения выслушивать слова сочувствия даже от самых близких друзей. Они не заставят Гарри вернуться, а ее – почувствовать себя лучше.

– Дорогая, я знаю, что ты дома, – раздался голос Шоны. – Возьми трубку.

Полли не двинулась с места.

Подруга вздохнула:

– Ладно, как хочешь. Завтра заеду за тобой в десять и отвезу в костюмерную. Ты всем понравилась, тебя взяли.

Полли присела, чтобы осмыслить происходящее.

Ее приняли на работу. Она будет участвовать в «Танцах со звездами». Одна дверь с треском захлопнулась, зато другая только что распахнулась навстречу новым возможностям.

«Странно, как сильно жизнь может измениться за два года, – думал Лиэм. – Или даже за год». В это же самое время в прошлом году ему казалось, он потерял все – карьеру, жену, дом, мечту. Специалисты в один голос твердили, что ему следует навсегда забыть о танцах. Но, несмотря на отчаянные протесты собственного тела, Лиэм толкал себя все дальше каждый день, пока не начал ходить, потом танцевать. Адские муки окупились с лихвой, он вернулся в шоу, не позволив продюсерам и зрителям забыть о своем существовании.

Ему предстояло еще многое доказать, но жалеть себя не имело смысла. В зачет шел только тяжелый ежедневный труд. Оставалось сфокусироваться на этом и не забывать выжженный в сердце урок: рассчитывать он мог только на себя.

К счастью, на этот раз Бьянка не участвовала в шоу в качестве профессиональной танцовщицы. За время его отсутствия команда сильно обновилась, а те, с кем он работал раньше, купали его в сочувственных взглядах, но не расспрашивали ни об аварии, ни о разводе.

Интересно, с кем из четырех звезд ему предстоит танцевать на сей раз? Комедийная актриса выглядела тяжеловато, что для него означало максимальную осторожность в поддержках: он не мог позволить себе еще раз травмировать спину. Кроме того, она считала своим долгом шутить без передышки, а Лиэм хотел бы, чтобы его партнерша подходила к многочасовым тренировкам и соревнованию серьезно, с прицелом на победу. Модель и поп-певица двигались хорошо – как он и ожидал, учитывая выбранные ими профессии. Однако в них чувствовалась внутренняя жесткость, напоминавшая о худших моментах брака с Бьянкой.

Оставалась Полли Анна, ведущая детских телепрограмм. Она показалась Лиэму привлекательной, но он заметил радикальную смену стрижки по сравнению с записями ее передачи, которые ему показывали. По опыту Лиэма, на резкие перемены во внешности женщин, как правило, толкали личные переживания. Самого что ни на есть неприятного свойства. Это могло помешать Полли концентрироваться на хореографии и не повышало ее шансы дойти до финала.

«Гадать бессмысленно, нужно просто постараться сработаться с той партнершей, которую мне выберут», – решил Лиэм, с профессиональной улыбкой направляясь на сцену для показательного номера перед жеребьевкой.

С кем из четверых танцоров ей придется работать?

Полли уже обсудила эту тему с Шоной и Флисс. Двое были новобранцами, а значит, неизвестными величинами. Андре танцевал в шоу уже несколько лет, но в видеоклипах тренировок казался чрезмерно строгим и лишенным чувства юмора. Определенно не тот парень, с которым ей бы хотелось проводить много времени.

Оставался Лиэм Флинн.

Когда Полли следила по телевизору за ходом прошлых конкурсов, он нравился ей больше других, казался хорошим парнем, всегда спокойным и доброжелательным по отношению к партнершам. Кроме того, на него – высокого, темноволосого, эффектного – было приятно смотреть.

Одно но: восемнадцать месяцев назад Лиэм попал в автокатастрофу. Пресса утверждала, что он больше не сможет танцевать. Возвращение, со всей очевидностью, стоило ему огромных усилий. Полли охотно предпочла бы его в качестве наставника, но ее одолевало беспокойство. Она знала, что не отличается особой грацией. Что, если она споткнется, спровоцирует неловкое падение, после которого его карьера закончится уже навсегда?

Полли решительно отмела сомнения. Ей хватит трудолюбия и упорства, чтобы преодолеть собственную неловкость, и уж во всяком случае она не допустит, чтобы связанные с Гарри события лишили ее всякой уверенности в себе. В «Калейдоскопе» никто не сомневался в ее способностях, и она готова продемонстрировать их в «Танцах со звездами».

– Наступил момент, которого все с нетерпением ждали – официальное представление участников, – объявила Милли, гламурная ведущая конкурса.

Под барабанную дробь профессиональные танцоры на сцене выстроились в ряд в ожидании партнеров, а знаменитости заняли места на широкой лестнице.

«Ты не споткнешься, – строго сказала себе Полли. – Ни за что на свете. Спустишься медленно, ступенька за ступенькой. И не забудешь улыбнуться в камеру». От волнения она не слышала, как распределились пары среди звезд-мужчин. Чувствовала себя в лучах софитов такой же беспомощной и растерянной, как заяц в свете автомобильных фар. Когда очередь дошла до женщин, ладони стали влажными.

– Партнершей Андре станет…

«Господи, только не я», – взмолилась Полли.

Мистеру Сама серьезность досталась комедийная актриса Джейн – явно не случайное сочетание, порадовавшее внутреннюю хулиганку в Полли. На месте продюсера Гарри тоже поставил бы их в пару. «К черту Гарри, – одернула она себя. – Его здесь нет, и вообще он больше не часть моей жизни».

– С Марко будет танцевать…

Имоджен, модель. Вместе они смотрелись очень красиво.

– С Сергеем…

У Полли дрогнуло сердце. Неужели она?

– …Лина.

Певица. Еще одна гламурная пара.

– И наконец, Лиэм и Полли Анна Адамс.

Улыбаясь в камеру, она спустилась вниз и под аплодисменты подошла к партнеру. Лиэм Флинн во плоти оказался еще привлекательнее, чем на экране телевизора. По контрасту со светлой кожей лица волосы казались еще темнее, а легкая щетина так и манила провести по ней кончиками пальцев. Чего Полли делать, естественно, не собиралась. Не хватало еще выставить себя дурочкой на глазах у всех.

Но не могла же она совсем обойти вниманием его красиво очерченный рот и темно-синие глаза…

Полли прикусила губу, надеясь, что он не заметил, как она на него таращилась. Что, скажите пожалуйста, она делает, позволяя себе думать о мужчине в таких выражениях за неделю до свадьбы, пусть даже отмененной?

Вероятно, аплодисменты и яркие огни ударили в голову.

Полли встряхнулась. Если она собиралась вести себя как профессионал, начинать следовало сию же минуту.

Полли Анна Адамс в жизни была гораздо интереснее, чем на видео: лицо сердечком, огромные выразительные глаза, похожий на бутон розы рот. Лиэм с трудом удержался от соблазна провести пальцем по нежной нижней губе. Хорошо, что Бьянка научила его не смешивать общественное с личным, да и вообще убедила, что ему лучше быть одному. Особенно сейчас, когда перед ним стояла задача снова поставить бизнес и карьеру на рельсы.

Повинуясь неписаным правилам шоу, Лиэм поцеловал Полли в щеку и уловил аромат духов – цветы с ванилью, – легкий и целомудренный. Ничего похожего на пряные, возбуждающие ароматы, которые предпочитала Бьянка.

Мальчишеская стрижка и карие глаза шоколадного оттенка придавали Полли сходство с Одри Хепберн. Подбирая ей наряд, костюмеры явно приняли это во внимание. На девушке было простое черное платье с жемчужным ожерельем, шелковые перчатки до локтя и классические туфли на высоких каблуках. Простой элегантный туалет никак не напоминал яркую и пеструю до ряби в глазах одежду, в которой она вела свою передачу. Это и понятно – никто не возится с детьми в вечерних платьях. Но сегодняшний наряд ей шел, в нем она казалась такой стильной, грациозной…

В этот самый момент Полли споткнулась.

«Так, насчет грации я погорячился», – подумал Лиэм, машинально подхватывая ее под руку.

– Спасибо, – прошептала она, заливаясь краской. – Извините.

Полли ожидала смешков, но публика поддержала ее аплодисментами. Она только что доказала, что мало чем отличается от женщин в зрительном зале, которые могли только мечтать о глянцевом совершенстве певицы или модели.

По дороге в Зеленую комнату после съемки Полли кусала губы:

– Простите меня, пожалуйста. Не привыкла ходить на каблуках.

«И танцевать», – заметил про себя Лиэм, решив, что комментировать это вслух будет негуманно.

– Завтра воскресенье. Назначим первую тренировку или вам надо репетировать ваше шоу?

– Я временно… отдыхаю, можно сказать, – смутилась Полли. На языке шоу-бизнеса это означало «без работы». Хорошая мотивация, чтобы попробовать продержаться в конкурсе подольше. – Меня устроит любое время. Если подвернется кастинг, обещаю предупреждать заранее.

– Отлично. «Сова» или «жаворонок»?

– Извините? – не поняла она.

Господи, какие глаза! Он мог утонуть в них.

Лиэм отогнал непрошеную мысль. Ему надо сосредоточиться на работе, а не отвлекаться на хорошенькое личико. Разве он не усвоил уроки прошлого?

– Вам больше подходит утро или вечер?

– Я ранняя пташка. Правда, чтобы проснуться, мне нужна чашка кофе.

Затем он удостоился первой с момента знакомства искренней улыбки, от которой на щеках Полли появились ямочки, а в глазах – блеск. У Лиэма перехватило дыхание.

– Что ж, буду ждать завтра в моей студии. – Когда он передавал ей визитную карточку, их пальцы соприкоснулись, и по его руке пробежала легкая, звенящая дрожь. – На обратной стороне номер моего мобильного. Позвоните, если будете опаздывать или передумаете.

– Спасибо. У меня, к сожалению, нет визитки. Но я отправлю вам сообщение, чтобы вы знали мой номер.

– Встречаемся в восемь.

Он повернулся и ушел прежде, чем желание проверить, действительно ли ее губы такие мягкие и нежные, заставило его сделать глупость.

Глава 2

Услышав следующим утром звонок домофона, Лиэм непроизвольно взглянул на часы. Без пяти восемь. Полли Анна явилась точно в назначенный срок.

Ему всегда приходилось назначать Бьянке время на два часа раньше в робкой надежде, что они не опоздают на работу или светское мероприятие, что приводило его в бешенство. Лиэма порадовало, что новая партнерша пунктуальна.

– Добрый день. Полли Анна Адамс на репетицию к мистеру Флинну.

– Оставим формальности. Зовите меня Лиэм, – сказал он. – Студия на третьем этаже.

Он вышел в холл, дожидаясь, когда она поднимется по ступенькам. Входя, Полли зацепилась ремешком сумки за ручку двери и споткнулась. Краска смущения залила ее лицо.

– Извините, мистер Флинн… то есть Лиэм.

Его раздражение мгновенно сменилось сочувствием.

– Ничего страшного, Полли Анна.

– Все зовут меня Полли.

– Хорошо, Полли. Проходите в студию, и давайте обсудим план тренировок.

Сегодня на ней были широкие черные брюки и свободная блуза с длинными рукавами. Туфли на высоких каблуках она сменила на лодочки. Лиэм сразу заметил, что фигура Полли явно не создана для танцев, а походка далека от непринужденного балетного изящества. Стало быть, предстояло учить ее с нуля.

– Вы когда-нибудь танцевали?

– Нет. Однажды разучивала хип-хоп для детского шоу, – призналась она, подтвердив его худшие подозрения. – Я была совершенно безнадежна.

На губах девушки появилась такая радостная улыбка, словно она гордилась своей неуклюжестью. «Защитная реакция», – подумал Лиэм. Ему было интересно, чем это вызвано, но спрашивать он не собирался.

– Но где-то вы должны были танцевать. На свадьбах, например.

Ему показалось, что она поморщилась.

– Может, несколько раз топталась под музыку на дискотеке, не более того.

– Как насчет аэробики? – Некоторые курсы включают в себя элементы танца.

Полли отрицательно покачала головой:

– Никогда не ходила в спортзал, не занималась гимнастикой, кроме того, что было нужно для программы. Предпочитаю устроиться на диване с книжкой или посмотреть фильм по телевизору.

А Лиэма такое пассивное времяпрепровождение свело бы с ума. Для него не было ничего лучше, чем двигаться в танце, растворяясь в музыке.

Полли выглядела смущенной.

– Вы, наверное, заметили, что я немного неуклюжа.

С одной стороны, это делало задачу более интересной. Но одновременно означало, что ему придется вести себя с ней довольно жестко, чтобы добиться результатов.

– Вы умеете петь или играть на музыкальных инструментах?

– Нет.

Лиэм искренне понадеялся, что у нее есть музыкальный слух и чувство ритма, которые по каким-то причинам не было возможности развить.

– Ладно. – Он вспомнил ее вчерашние слова. – Хотите чашку кофе, прежде чем мы начнем?

– Спасибо, я уже получила свою дозу кофеина дома.

Скорее всего, она просто боялась пролить напиток. Ее улыбка опять становилась жизнерадостной. Лиэму хотелось поддержать и успокоить ее, но он помнил, чем обернулось его желание позаботиться о «гадком утенке» в прошлый раз, – разводом и необходимостью начинать жизнь сначала.

Так дело не пойдет. Он должен придерживаться чисто деловых отношений.

Лиэм достал из кармана айпод:

– Начнем с основного. Вы услышите несколько музыкальных отрывков. Попробуйте уловить ритм. Постукивайте пальцами по столу или по колену в такт, акцентируя ударные ноты.

– Ударные ноты? – растерянно повторила Полли.

Лиэм подумал, не отказаться ли ему от проекта в целях сохранения душевного здоровья.

– Они звучат более отчетливо. Ударяйте пальцем, как услышите что-то похожее, а потом считайте до следующей сильной ноты. Должно получиться раз-два-три или раз-два-три-четыре.

– Попробую.

Первой мелодией был вальс с отчетливым тактом на три счета. Когда Полли запнулась и явно расстроилась, Лиэм начал считать вслух.

– Теперь слышите?

– Извините. – Она скривила губы. – Вероятно, медведь отдавил мне не только ноги, но и уши.

Похоже на то. Лиэм на секунду пожалел, что ему в партнерши не досталась певица. По крайней мере, ей не надо объяснять элементарные вещи. Однако он получил Полли и должен выжать из нее максимум.

– Для практики вам нужно слушать как можно больше разной музыки и стараться уловить такт.

– Хорошо.

Лиэм подавил вздох и постарался не впадать в отчаяние.

– Суть бальных танцев в том, чтобы чередовать шаги в определенном порядке в такт музыке. Начнем с движения вперед и обратно.

– Прямо сейчас? – с ужасом спросила Полли.

Лиэм едва не бросился утешать ее. Он начинал принимать проблемы этой девушки слишком близко к сердцу. Эта мысль поразила его настолько неприятно, что в голосе зазвучали жесткие нотки:

– А вы думали, мы начнем репетировать утром накануне выступления?

Полли густо покраснела:

– Нет. – Она с опаской посмотрела на паркетный пол. – Мне снять обувь?

– Не надо. Но в следующий раз принесите туфли на небольшом каблуке. Это уменьшит нагрузку на бедра и лодыжки.

– Я должна быть в юбке?

– Носите что хотите, лишь бы одежда не стесняла движений.

Полли работала на телевидении достаточно долго и понимала, что обаятельный экранный имидж редко совпадает с истинным характером человека, но все равно была разочарована. Лиэм Флинн, который казался таким улыбчивым и доброжелательным, с трудом сдерживал раздражение. Полли допускала, что ее неловкость сводила его с ума, но он не сделал ничего, чтобы она расслабилась и успокоилась.

Все это не поколебало ее намерения продолжать тренировки, даже если они превратятся в курс молодого бойца. Чтобы получить обратно свою комфортную жизнь, ей во что бы то ни стало надо какое-то время продержаться в конкурсе.

Она одарила Лиэма самой ослепительной улыбкой:

– Сколько времени уйдет на подготовку?

– Четыре часа сегодня, завтра, вероятно, больше. Посмотрим, как пойдет. Вечерних репетиций не будет – не хочу, чтобы у вас возникли проблемы с бойфрендом.

Значит, его не просветили по поводу драматических перемен в ее жизни. И он точно не читал желтую прессу, иначе знал бы, что в прошлую субботу Гарри отменил свадьбу. Журнал «Жизнь звезд» в четверг посвятил этому событию центральный разворот, озаглавив его «Бедная Полли». На фотографиях она выглядела убитой, а Грейс – сногсшибательной.

Впрочем, Полли не собиралась обсуждать с Лиэмом «свадьбу-которой-не-будет». Не хватало только, чтобы он начал жалеть ее. Она стояла на пороге новой жизни, в которой не было места осколкам и обрывкам старой.

– Я одинока. – Она еще не оплакала свой разрыв и не собиралась делать это сейчас. – Так что никаких проблем.

– Хорошо, тогда начнем с «рамки». Если вы следили за конкурсом раньше, то помните, как часто судьи говорят о ней.

– Да.

– «Рамка» помогает мне вести вас по танцполу. Это значит, что наши движения своевременны и синхронны.

Он встал перед ней и положил руки ей на талию. Пульс Полли моментально участился, да так, что она испугалась. Гарри, за которого она чуть не вышла замуж, никогда не вызывал у нее такой реакции.

Нервы, вот что это такое. Взбаламученный мозг неверно истолковал симптомы. О каком притяжении может идти речь, если Лиэм с каждой минутой нравится ей все меньше?

– Впадина между большим и указательным пальцем левой руки должна упираться мне в плечо.

Задохнувшаяся Полли была вынуждена строго напомнить себе, что его обаяние показное, только на публику. К тому же после истории с Гарри верить в мужской шарм было бы верхом легкомыслия.

Когда пальцы скользнули по его обнаженной руке вверх от локтя к указанной им точке на плече, каждый нерв в ее теле завилял воображаемым хвостом в восторге от ласки.

На помощь! Восхищение ухоженным, тренированным мужским телом было допустимо – даже ожидаемо, учитывая нравы и реалии шоу-бизнеса, но горячая пружинка вожделения, которая разворачивалась внизу живота, показалась Полли неуместной и пугающей. Сейчас ей это совершенно не нужно, да и не особо хочется.

Полли рассердилась на себя. Она вела себя как типичная брошенная женщина, готовая разбиться в лепешку в ответ на проявление доброты и внимания со стороны мужчины. Тем более нельзя сказать, что Лиэм был к ней добр.

– Я нашла точку.

– Теперь раздвиньте средний и указательный пальцы как крылья бабочки.

Она заметила на его пальце след от обручального кольца, но удержалась от комментария.

– Теперь правая рука. – Лиэм плавным движением протянул ей ладонь. – Вы, наверное, видели, как люди танцуют, крепко взявшись за руки. В бальных танцах это мешает поворотам, поэтому ваши пальцы должны свободно лежать поверх моей руки, а переплетены могут быть только большие.

Он не был готов к острым ощущениям от ее прикосновения. Откуда взялось желание взять ее за руку и увести из зала куда-нибудь, где они смогут переплести не только пальцы?

Они здесь для того, чтобы работать. Он не должен позволять Полли так сильно отвлекать – или привлекать? – себя.

– Теперь ноги. Короткий шаг назад правой… – Лиэм тяжело вздохнул, когда она шагнула левой. – Я сказал – правой, Полли.

– Неудивительно, что я путаю право и лево, когда вы во мне дырки глазами прожигаете! Я думала, вы совсем другой!

– Какой? – нахмурился Лиэм.

– Возможно, я избалована, но ребята из «Калейдоскопа» в жизни оставались такими же, как на экране. А вы – нет. Когда я смотрела «Танцы со звездами», вы всегда вели себя… мило.

– По-моему, я и сейчас достаточно мил.

– Ну конечно, – фыркнула Полли. – Не сказали мне ни одного доброго слова.

– Хотите, чтобы я хвалил вас за ошибки? Так вы ничему не научитесь.

– Можно подумать, вы умрете, если улыбнетесь.

– И это говорит женщина, которая улыбается, когда ей нужно притвориться, что все прекрасно.

Но это не было притворством. Полли верила: если изо всех сил делать вид, что все в порядке, рано или поздно так и будет.

– Вы не слышали фразу: «Улыбнись, и мир улыбнется тебе»?

– Ерунда.

– Имитируй, пока не почувствуешь, – заявила Полли. – Притворяйся, пока не поверишь. Не надо скепсиса, это работает.

Лиэм закатил глаза:

– Мне надо, чтобы вы сосредоточились на уроке. Полагаю, вы хотите остаться в шоу?

– Мне это необходимо, – призналась она.

– Тогда работайте, Полли. Правая нога назад.

Она прищурилась:

– В газетах писали, что вы хотите проводить мастер-классы для актеров. Даже не беритесь. Вы так нетерпимы к людям, что никто не придет к вам на второе занятие.

– Может, профессионалы будут учиться, вместо того чтобы бессмысленно улыбаться.

После этого Полли, наверное, следовало уйти, хлопнув дверью. Однако конкурс был ее лучшим шансом найти хорошую работу и наладить безупречную жизнь. Бежать от него было бы глупо.

Она сжала челюсти:

– К вашему сведению, я знаю, что неуклюжа, и до смерти боюсь все испортить. Ваше отношение мне ничем не помогает. Давайте договоримся: вы на меня не гавкаете, а я стараюсь делать то, что вы от меня требуете, как можно лучше.

Лиэм не ожидал, что маленькая мисс Ясно солнышко даст ему такой суровый отпор. С точки зрения конкурса хорошо, если за ее сладкой улыбкой скрывается характер!

И в чем-то она права – в прошлом доброе отношение к партнершам помогало научить их самым сложным движениям. Конечно, тогда он был более уверен в себе, а сейчас злится, что приходится снова завоевывать прежние позиции, но это не повод вымещать злость на Полли. Она не виновата, что его одолевают приступы вожделения.

– Извините, я был несправедлив, – признался он. – Вам, должно быть, очень трудно, если вы раньше не танцевали.

– Спасибо, что понимаете. А я хорошо представляю, как вас расстраивают бестолковые ученики. Ошибки не всегда происходят от невнимательности, но от этого не легче.

– Вероятно, мы оба сегодня встали не с той ноги.

– В прямом смысле.

Лиэм ответил на ее улыбку, на сей раз вполне искреннюю.

– Попробуем в паре. Вам будет легче, если я поведу?

– Я теряюсь, когда вы стоите слишком близко. Я не привыкла к такому плотному контакту с человеком, с которым едва знакома.

Неужели она серьезно? Боится, что он начнет ее домогаться?

– Вас успокоит, если я процитирую вам слова главного героя «Грязных танцев» Джонни Касла о том, что в танце у каждого есть свое пространство?

В ее глазах замелькали веселые искорки.

– Я обожаю этот фильм, но никогда не смогу танцевать как Бейби. Если вы заставите меня повторять шаги на поваленном дереве, я упаду и сломаю ногу.

– Во-первых, мы ограничимся паркетом. Никаких поваленных деревьев. Во-вторых, Джонни и Бэйби не занимались бальными танцами. В-третьих, я рекомендую вам забыть обо всем, что вы якобы не можете делать, и довериться мне.

– Как, если я вас совсем не знаю?

Справедливо. Он тоже не доверял ей или кому-либо еще.

– Вы же сами говорили: «Имитируй, пока не почувствуешь». – Сарказма в его голосе хватило, чтобы Полли недовольно поморщилась.

– Хорошо, я сделаю вид, что верю вам.

– Договорились. – Он сжал ее правую руку. – Сначала шаг вот этой ногой. Правой, Полли. И назад. Такое же движение левой ногой назад, – диктовал Лиэм. – Теперь маленький шаг в сторону правой. И приставить левую. Обе ноги вместе. Ну вот ваши первые танцевальные движения.

Полли кашлянула.

– Что?

– Молодец! – подсказала она.

Лиэм закатил глаза:

– Полли, вы сделали всего четыре шага. Похвалу надо заработать. Теперь вы двигаетесь вперед. Готовы? Вперед, вперед, вбок, вбок.

К удивлению Полли, она не споткнулась и не наступила ему на ногу. Может, Лиэм дал ей добрый совет, даже если не улыбался при этом?

– Соединяем движения. Идем вперед, потом назад.

Полли не знала, что именно испытала – изумление или восторг, когда правильно сделала все восемь шагов. Благодаря его подсказкам, терпению и тому, что они оба сделали над собой усилия.

– Теперь послушаем ритм. Под музыку двигаться гораздо легче.

Полли наблюдала за ним, пока он шел через комнату к музыкальному центру, восхищаясь походкой танцора – легкой, пружинистой. Она постаралась избежать слова «сексуальной», которое напрашивалось, но в последнее время не вызывало у нее положительных эмоций.

Зазвучали первые аккорды.

– Будем повторять движения, которым научились, на всю длину зала. Готовы?

Она кивнула.

– Начали. Медленно-медленно, быстро-быстро.

Полли казалось, что она летит. Никогда в жизни ей не доводилось испытывать ничего подобного.

– Господи, вот уж не думала, что способна на такое, – вздохнула она, когда музыка смолкла.

В начале занятия Лиэм тоже так не думал. Но Полли очень старалась. По блеску глаз он понял, что на нее сошло вдохновение, которое он сам испытывал в танце. Маленькая, но победа. Ему хотелось подхватить ее и закружить по залу, но здравый смысл удержал от необдуманного шага.

– А я вам что говорил?

– Самодовольство не украшает вас, мистер Флинн.

Она впервые ответила ему на равных – поддразнила, и Лиэм не смог удержаться от улыбки.

* * *

Полли так удивилась улыбке, преобразившей его лицо, что споткнулась на первых тактах следующей песни.

– Сосредоточьтесь, Полли. – Лиэм снова был серьезен. – Нам нужно научить вас танцевать не считая шаги и не путая ноги.

После еще часа тренировки Лиэм сделал перерыв на завтрак. Они съели по сэндвичу с беконом в маленьком кафе за углом, где Полли, естественно, пролила кетчуп. Вернувшись в студию, повторяли движения снова и снова, пока ноги девушки не усвоили урок.

– Сегодня закончим на этом, – сказал Лиэм.

– Угу, – ответила Полли, скрывая разочарование от того, что он так и не похвалил ее.

– Увидимся завтра ровно в восемь. Сегодня вечером пришлю вам несколько песен. Те, что вам понравятся, мы используем в репетициях.

Он окликнул ее, когда она была уже в дверях:

– И вот еще что, Полли…

Девушка обернулась, думая, что ему в голову пришли еще какие-то инструкции.

– Вы молодец.

Она не знала, чего ей больше хочется – обнять или придушить его. Лиэм был невыносим. Но он отметил ее прогресс. Что оказалось гораздо приятнее, чем стандартное «Дорогая, ты великолепна» из прежней жизни.

Глава 3

Вечером Лиэму позвонила Аманда, его ассистентка.

– Ты заглядывал в Интернет? Там есть кое-что интересное. Не хочу делиться сплетнями, но стоит посмотреть. Полли Анна мне симпатична, а мои дети были в восторге от нее в «Калейдоскопе понедельника». Она не из тех, кто жалуется.

– Уже понял.

– Ты с ней поаккуратней. У нее сейчас сложный период. Сам должен понимать после того, что с тобой случилось: авария и Бьянка…

– Моя задача – научить Полли танцевать, – прервал Лиэм, не желая продолжать разговор о бывшей жене. – Ты же видела видеоклипы – у нее проблемы с координацией.

– Она очень милая, Лиэм.

Уж если Аманда защищает Полли, что говорить о женщинах, которые будут следить за конкурсом и голосовать за участников? Их поддержка обеспечена.

– Обещаю.

– Сбросила тебе ссылку. Прочти, но не говори ей, что ты в курсе. – Аманда вздохнула. – Я бы пристрелила этого Гарри.

Кто такой Гарри?

– Ладно, увидимся утром. Полли придет ко мне в восемь.

– Очень хочу с ней познакомиться.

Лиэм открыл сайт «Жизни звезд» и сразу понял, почему Полли обрезала волосы и морщится при упоминании о свадьбах. Гарри, продюсер ее шоу, не просто разорвал помолвку, а сделал это публично. Лиэм знал, каково это – когда тебя бросают на глазах у изумленной публики. Он узнал о планах Бьянки из того же журнала до того, как она сама объявила ему, что уходит к другому танцору, который сможет выступать с ней на чемпионате мира по бальным танцам. Тогда ни у кого не было сомнений, что карьера Лиэма закончена.

Он ненавидел жалостливые взгляды и сочувственные банальности, которых после этой истории выпало на его долю немало. Никто не понимал, что он испытывает, как сильно он оскорблен. Но Лиэм не мог не признать, что к обиде и злости примешивалось странное облегчение: он вдруг понял, как устал делать хорошую мину при плохой игре ради душевного спокойствия Бьянки…

Он готов был спорить – Полли испытывает похожие эмоции. Поэтому решил не сообщать ей о своем открытии и не пополнять собой армию соболезнующих. Но и быть к ней излишне снисходительным он не собирался. Сюсюканье не принесет ей пользы. Она должна работать, чтобы остаться в шоу. В такой ситуации только успех способен поправить человеку самооценку и вернуть уверенность в себе.

Полли позвонила в домофон без пяти восемь. Открыв ей дверь, Лиэм спросил:

– Что вам понравилось из тех песен, что я прислал?

– Мне они показалось немного… старомодными. Времен моей бабушки.

– Вы представить себе не можете, как они популярны у молодежи. Под них легко танцевать. – Он пожал плечами. – Мой приятель, свадебный диджей, часто присылает ко мне молодые пары, чтобы я поставил для них первый танец. Если у них нет ничего на примете, я предлагаю выбрать из этого списка.

Первый танец. Полли снова передернуло. Она не сомневалась, что Лиэм это заметил, и мысленно поблагодарила за незаданный вопрос. Закрадывалось подозрение, что он в курсе ее проблем: услышал от кого-то или прочел в газетах. Сама она в них не заглядывала, но догадывалась, что тема «Когда Гарри бросил Полли» им уже наскучила. Особенно теперь, когда она участвует в таком рейтинговом проекте, как «Танцы со звездами».

Полли очень надеялась, что ее не будут спрашивать о личной жизни в еженедельной рубрике «Шаг за шагом», которая отслеживала все этапы подготовки пар к конкурсу. Она не желала говорить ни о Гарри, ни о Грейс.

– Покажите мне шаги, которые мы разучивали на прошлом занятии.

Полли достала из сумки туфли на небольшом каблуке:

– Подойдут?

– Подойдет все, в чем вам удобно. Если забыли движения, скажите сразу, не тяните время.

– Не забыла. – Она сердито выпрямилась. – И не огрызайтесь на меня с порога.

Он поднял бровь, но промолчал.

– Правая нога назад, левая назад, шаг в сторону, приставить, – приговаривала Полли, повторяя движения. – Быстро-быстро, медленно-медленно.

– Как держать руки?

– Послушайте, я новичок в танцах, – холодно заметила она, – но не полная дурочка. Если забуду, спрошу. Левая рука на предплечье как бабочка, правая в вашей ладони, большие пальцы сцеплены.

Лиэм кивнул, достал пульт и включил музыку:

– Начали.

Прикоснувшись рукой к его обнаженной коже, Полли вздрогнула и перепутала шаги. Лиэм грозно посмотрел на нее.

– Извините, – пробормотала она.

– Начнем сначала.

На сей раз что-то изменилось: его близость больше не отвлекала, напротив, помогала двигаться, словно их связала невидимая нить. Делать круг за кругом по залу казалось совершенно естественным. Когда музыка закончилась, Полли посетило приятное ощущение, что она чего-то добилась.

– Выпьем кофе, потом перейдем к следующим движениям, – предложил Лиэм.

– Надеюсь, не к вращению, – испугалась Полли. Ей казалось, этот элемент она уж точно никогда не освоит.

– Не сегодня, но очень скоро. Вас интересует поворот на месте или пируэт?

Полли подняла ладонь и крутанула над головой, давая понять, что не знает разницы.

– Сообщение принято и понято. – Лиэм улыбнулся.

У Полли защекотало внизу живота, совсем иначе, чем когда ей улыбался Гарри. Вместо ощущения тепла и покоя ее охватило предчувствие опасности, с которой она еще не сталкивалась.

На кухне Лиэм достал из шкафа три чашки:

– К нам присоединится Аманда, моя ассистентка. Она учительница, а мне помогает в свободное время.

В эту минуту, как по команде, в дверях появилась женщина с густой шапкой рыжих вьющихся волос:

– Он тиран. Советую не спускать ему это с рук. – Женщина улыбнулась Полли: – Рада познакомиться. Мои дети обожают ваши номера в «Калейдоскопе понедельника». Мы бы голосовали за вас, даже если бы вы танцевали не с Лиэмом.

У Полли защипало глаза от подступивших слез. Не хватало еще заплакать, потому что кто-то проявил доброту. Она действительно скучала по команде «Калейдоскопа», ведь Дэнни, Майк и Чарли за два года стали ее настоящими друзьями, но ей следовало двигаться дальше.

Правда, она пока не могла сказать, как отреагирует, если Грейс займет ее место в «Калейдоскопе».

Аманда взмахнула пакетом шоколадного печенья:

– Запасы. Еще я принесла кофе – уверена, Лиэм не вспомнил. Открою секрет: он ужасный сластена. Если будет слишком строг, дайте ему пирожное, и он сразу подобреет.

Сияющая улыбка, за которой Полли привычно спрятала грусть, стала более живой.

– Мне нравится Аманда, – сказала она, когда та ушла.

– Мне тоже, – согласился Лиэм. – Но я не властный.

– Как же!

– Я целеустремленный. Кстати, нам пора в зал. Я научу вас элементам баланса.

«Баланс – это как раз для недотепы вроде меня, – усмехнулась про себя Полли. – Мне очень повезло, что на «Калейдоскопе» никто не предложил мне пройтись по канату. Может, такая идея была, но Гарри запорол ее, потому что не хотел, чтобы я сломала шею».

– Вместо того чтобы сделать два шага вперед, остаемся на месте и покачиваемся, легко перенося вес с одной ноги на другую, дальше движение в сторону.

Полли упорно покачивалась в неправильную сторону, все время налетая на Лиэма. При каждом прикосновении, даже через одежду, она чувствовала что-то вроде удара током.

Невероятно! Она едва знала этого человека. В нем не было присущей Гарри нежности и деликатности, его фанатизм и настойчивость пугали. К тому же он сбивал Полли с толку, то и дело превращаясь из знакомого ей по телешоу мистера Обаяние в мистера Нетерпение, закатывающего глаза от ее неловких движений. Какого из этих двух Лиэмов надо было считать настоящим?

– Вы паникуете.

Это трудно было не заметить.

– Вернемся к основным движениям. Все то же самое, только не двигаясь с места. Переносим вес – вправо, влево, вправо, навстречу.

Через некоторое время что-то начало получаться. Без малейшего перерыва Лиэм перешел к обучению шагам променада:

– Поворачиваем головы в одну сторону, вытягиваем руки, делаем шаг вперед. Вы начинаете всегда с правой ноги, потом идет левая. – Он показал движение. – Дальше лицом друг к другу, шаг вправо в сторону, приставляем левую ногу.

Сложно. Надо все время думать, где правая, где левая. Полли путала ноги в половине случаев.

Лиэм вздохнул:

– Ну что? Привязать ленточки на запястья? Красная – левая, белая – правая.

– Не поможет. Я все равно забуду, где какой цвет.

Лиэм пробормотал что-то похожее на «Господи, дай мне силы».

Наконец все получилось. Как только Полли перестала слишком сильно напрягаться, она с удивлением обнаружила, что движения доставляют ей удовольствие. Ей нравилась музыка – старая вещь Ван Моррисона с сильными ударными тактами, которые даже она могла различать. Полли двигалась с Лиэмом по залу с легкостью, забыв о прежних страхах споткнуться и сбить его с ног.

– Мне нравится, – сказала она с улыбкой. – Понимаю, почему вы решили зарабатывать танцами на жизнь.

Когда Лиэм заметил, что Полли подпевает Ван Моррисону не для того, чтобы облегчить счет, а от радости, он не сдержал улыбку. Взглянув в ее заблестевшие карие глаза, он почувствовал, что с этого момента они больше не чужие. Ритм музыки пронизывал два тела, связывая их воедино.

И ему достаточно простого наклона головы, чтобы прикоснуться к ее губам…

Надо сходить к доктору и серьезно проверить голову. Да, танец приобретал форму, но Лиэму требовалось побыть одному, чтобы прийти в себя. Он остановился:

– Прекрасно. Закончим на этом и продолжим завтра.

Полли растерянно моргнула, словно просыпаясь от транса, и наградила его одной из своих супермегаваттных улыбок, которые неизменно будили в нем чувство вины.

На следующее утро Полли принесла в студию пакет сдобного печенья:

– У меня рядом с домом отличная пекарня. Если вы возьмете на себя кофе, я буду приносить сдобу. Оставлю записку Аманде, чтобы тоже угощалась. – Она выгнула бровь. – Кроме того, сладкое печенье сделает вас добрее.

– Не подлизывайтесь. Мы будем сегодня отрабатывать углы, так что придется быть строгим.

По крайней мере, он улыбнулся. «Один – ноль в мою пользу», – подумала Полли. Однако улыбка Лиэма странно действовала на нее. Если бы не абсурдность самой идеи, она подумала бы, что испытывает бабах, о котором говорил Гарри: в животе щекотало, кожа горела, температура явно повышалась на несколько градусов. Она начинала думать о том, как близки их тела во время танца, как мало надо, чтобы преодолеть разделяющее их расстояние и оказаться в его объятиях…

Полли была обескуражена. Ей потребовались месяцы, чтобы сблизиться с Гарри, а непреодолимого влечения к нему она так и не испытала за все время романа. Почему же теперь ее тянет к практически незнакомому человеку?

Пора обуздать нелепую фантазию. Лиэм – всего лишь ее партнер по танцам, между ними нет и не должно быть ничего личного. Ее сердце уже было растоптано, она не подпустит к нему никого, пока не выстроит надежную линию обороны. Чтобы больше никто не смог обидеть ее так, как Гарри.

Глава 4

Все шло прекрасно до субботы – дня свадьбы-которой-не-будет.

У Лиэма появились дела, поэтому он перенес тренировку на вечер. Но Полли сказала друзьям, что занята на репетиции весь день: не хотелось терапевтических встреч и вымученно бодрых разговоров о чем угодно – кроме того, о чем все на самом деле думают.

В попытке убить день она устроила в квартире генеральную уборку. Длинные резиновые перчатки надежно закрывали запястья. Подобной глупости она больше не сделает. Став старше и умнее, Полли научилась видеть во всем только позитив. Даже если в стакане лишь капля мутной жидкости, для нее он скорее полон, чем пуст. Есть за что благодарить судьбу: крошечная, но собственная квартира, престижная, хоть и временная работа, любящие заботливые друзья.

Полли едва дождалась репетиции, на которой Лиэм собирался учить ее фокстроту. Она надеялась, что разучивание и бесконечное повторение новых движений не оставит в ее голове места для несвоевременных мыслей.

Лиэм ничего не сказал, когда она вошла в студию, – не знал или не хотел бередить душевную травму. Полли удавалось сохранять улыбку, пока не раздались первые аккорды. Господи, почему он выбрал именно эту мелодию?

Лиэм незаметно наблюдал за Полли. Она беззвучно плакала. Слезы собирались на ресницах и тихо скатывались по щекам. Что случилось? Он не заставлял ее делать что-то более сложное, чем в прошедшие дни.

– Четыре шага и променад, – начал он в надежде, что знакомые движения ее успокоят. – Делаем угол.

Она споткнулась, остановилась и закрыла лицо руками. Ее плечи дрожали, она тщетно пыталась удержаться от всхлипов.

– Извините.

Лиэм больше не мог притворяться, что ничего не замечает. Бурное проявление долго сдерживаемых эмоций приводило его в замешательство. Он знал, что Полли не плакса. Довести ее до слез могло только что-то ужасное. Ей требовалось плечо, чтобы излить горе, и за неимением других вариантов он обязан был подставить свое.

– Полли, – сказал он мягко. – Вы не можете плакать и танцевать одновременно.

– Я уже в порядке.

Лиэм протянул руку и смахнул слезинку с ее щеки:

– Нет. А я не настолько эгоистичен, чтобы делать вид, что ничего не случилось. – Он вздохнул. – Рассказывайте.

Что Полли могла сказать? Если Лиэм узнает о Гарри, то начнет ее жалеть, а она этого не переживет. Она отрицательно покачала головой:

– Нам в любом случае нужен перерыв. Идите поставьте чайник.

Она была благодарна за возможность побыть одной, промокнуть салфеткой глаза и немного успокоиться. Когда чайник почти закипел, Лиэм вошел в кухню и протянул ей плитку шоколада. От этого Полли захотелось поплакать еще, но она видела, что слезы смущают Лиэма.

– Лучше? – поинтересовался он, протягивая ей чашку кофе.

– Да, – соврала она.

– Теперь расскажете?

Полли перевела дыхание.

– Я… не могу танцевать под эту мелодию.

– Грустные воспоминания? – догадался он.

– О том, чего не случилось.

Лиэм нахмурился:

– Не понимаю.

Полли вскинула голову:

– Если я скажу, обещайте меня не жалеть. Хорошо?

Лиэм по опыту знал, откуда взялось это условие. Его так жалели и после аварии, и после развода, что перестали воспринимать как полноценного человека. Ему стало казаться, что у него на лбу вытатуировано слово «Жертва».

– Договорились, – подтвердил он, догадываясь, что ему предстоит выслушать.

– Сегодня день моей свадьбы.

Вот этого он не ожидал. В газетах не писали, что Гарри бросил Полли за несколько дней до свадьбы.

– А под эту песню мы должны были танцевать первый танец. – Она одарила Лиэма сияющей улыбкой, которую он уже привык считать признаком полного отчаяния.

– Простите меня. Если бы я знал, выбрал бы что-нибудь другое.

– Мне надо было вас предупредить, но ее не было в вашем списке. И я не хотела показаться вам жалкой развалиной, с которой нужно носиться как с больной.

– Я не считаю вас жалкой. В газетах писали о разрыве, но я не подозревал, что все случилось накануне свадьбы. С вами поступили жестоко.

– Хуже было бы, если бы Гарри просто не явился сегодня в церковь. Кроме того, он сам мне все сказал, а не поручил шаферу или еще кому-нибудь.

«Может, и так, но он не помешал бульварному листку напечатать фотографии Полли с пустым взглядом и таким видом, словно она переживает конец света», – подумал Лиэм.

– Или мы могли обвенчаться сегодня, а потом он осознал бы ошибку. Тогда к эмоциональной чехарде прибавилась бы еще юридическая.

О да. Это Лиэм прекрасно понимал. Прошел насквозь, вышел с другой стороны, мог открывать справочное бюро.

Наверное, Полли очень любила жениха, если ищет оправдания его оскорбительному поведению.

– Представляю, как трудно отменить свадьбу в последнюю минуту. Надеюсь, он взял все на себя?

Она покачала головой:

– Нет, я сделала это сама.

Лиэм присвистнул. Как назвать парня, который все разрушил, а потом заставил Полли разгребать обломки?

– Что за эгоистичный… – Ругательство вырвалось прежде, чем он успел остановиться.

– Совсем нет. Просто он креакл.

– Кто? – Лиэму не приходилось слышать такого оправдания.

– Творческий человек. Талантливый, но совершенно беспомощный вне студии. К тому же организацией свадьбы занималась я. Мне было проще пробежаться по контактам и все отменить.

Полли все еще продолжала выгораживать креакла, который заставил ее не только отменять мероприятие, но и объяснять причины.

– Все равно несправедливо.

– Он все равно поручил бы это кому-нибудь другому.

Вот оно что. Отменять свадьбу с предшественницей пришлось бы его новой подруге.

– Ох, Пол.

– Вы обещали не жалеть, – напомнила она.

– Ладно. Но я никак не пойму, почему он так поступил.

Полли вздохнула:

– Полюбил другую. Он не гордился тем, как поступил со мной, но жизнь во лжи сделала бы несчастными нас обоих.

– Хотите сказать, что вы остались друзьями? – В голосе Лиэма прозвучали недоверчивые нотки.

– В данный момент нет. Но, думаю, скоро снова станем. Ведь мы долго дружили до помолвки, и я видела в этом залог крепкого брака. Надежная связь, а не какое-нибудь легкое увлечение. А ему, как оказалось, хотелось бабаха.

– Это еще что?

– Гарри утверждает, это похоже на фейерверк в голове, когда встречаешь настоящую любовь.

Лиэм хмыкнул. Он не мог вспомнить, гремел ли у него в голове фейерверк, когда он встретил Бьянку. То, что произошло позже, стерло весь позитив.

– Поэтому вы больше не работаете в «Калейдоскопе понедельника»?

– Я уволилась. Было невыносимо…

– Видеть его каждый день?

– Нет. Видеть его новую ассистентку.

Лиэм мгновенно сделал очевидный вывод:

– Мне кажется, уволиться должна была она.

– Я решила, так будет лучше для всех.

– Конструктивное увольнение, как сказал бы мой брат. Он юрист, – добавил Лиэм, вспомнивший, что Полли упоминала новую квартиру. Значит, прежде она жила с Гарри. – То есть вы сразу лишились жениха, жилья и работы?

Полли только махнула рукой:

– Трудности укрепляют характер. Как говорится, то, что вас не убивает, делает вас сильнее.

О да. И это Лиэм успел испытать на себе.

Полли снова нацепила жизнерадостную улыбку:

– Я уже в порядке. Спасибо за передышку и… за доброту. Не ожидала.

– Не считайте меня совсем уж ущербным, Полли.

– Не обижайтесь. В вас уживаются два разных человека.

– Пожалуй.

«Потому что так безопаснее», – сказал бы он, если бы Полли стала настаивать на объяснениях. Но она не стала.

– Пойдемте учить танец.

– Пол…

– Никакой жалости, – оборвала она.

– Я не собираюсь вас жалеть, – согласился Лиэм. – Просто знаю, что чувствует человек, который вместе с состраданием читает в глазах окружающих радость, что его проблемы обошли их стороной. Вы ведь слышали об аварии?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.