Рафаэль Дамиров
Молот. Пророчество

Глава 1

Палящее солнце, соленый ветер и бескрайняя гладь океана… Вот уже месяц наш парусник бороздил воды Великой воды. Команда из десяти преданных Ахибу арабов умело управлялась с белыми треугольниками парусов. Небольшой двухмачтовый парусник летел словно чайка, чуть касаясь воды.

– Земля! Земля! – закричал бородатый араб-лоцман и замахал руками.

Мы выскочили на палубу. Блеклая полоска далекой земли едва просвечивала сквозь синеву океана.

– Наконец! – гаркнул Нур. – Я думал бы будем болтаться вечно. От этой дьявольской качки я столько блюю, что даже гадить перестал!

– Что-то не похож ты на больного морской болезнью, – улыбнулся Герт. – Ряху на корабле отъел такую, что двери цепляет…

– Зато ты, как был дохликом так и остался, – Нур злобно зыркнул на парня. – Как тебя еще ветром за борт не сдуло? Если меч с пояса отстегнешь – улетишь, наверное…

– Хороший воин должен быть быстрым и ловким, а не жирным и вонючим.

– Ты кого вонючкой назвал, тля зеленая?! – Нур выкинул вперед лапищи и попытался схватить Герта.

Герт поднырнул под локоть и повис у “медведя” на спине, пытаясь его придушить. Нур захрипел и брякнулся о палубу, стараясь раздавить повисшего “клеща”. Но жилистый Герт вцепился мертвой хваткой… Все как я учил – гильотина на шею и нажим на затылок. Из такого захвата даже опытный ММА-шник не выберется.

Но ММА-шник – не Нур… Разбойник захрипел, наливаясь пунцом, но сдаваться не собирался. Нур прижал подбородок к руке Герта и, изловчившись, впился в зубами в его предплечье. Герт вскрикнул и разжал захват. Нур, пошатываясь поднялся, а Герт уже висел на такелажном тросе высоко над головой.

– Слезай, негораздок тощебокий! – рычал Нур.

– А ты достань! – Герт карабкался, словно макака по веревочным мачтовым лестницам.

Нур не рискнул последовать наверх. Битва на весу – не его конек.

– Не поворачивайся спиной к мачте! – хохотал я, похлопывая Нура по плечу. – Обезьяны могут нападать сверху!

– Зачем ты его предупредил?! – возмутился Герт. – Я только для прыжка приготовился…

– Не хватало чтобы вы кости переломали! – отрезал я. – Заканчивайте баловство, нас ждут дела поважнее…

* * *

К вечеру мы высадились на побережье. Судно спрятали в одну из многочисленных бухт, изрезавшие гористое побережье Арабского материка.

– Стойте на якоре и ждите нас здесь, – проинструктировал я капитана. – По берегу не шатайтесь, за холмы не выходите. Будьте незаметны. Если через две недели не вернемся – значит нас нет в живых или мы в плену. Тогда возвращайтесь в Астрабан.

Престарелый араб поклонился, приложив руку к груди. Я знал, что он выполнит все точно – подручные Ахиба обладали железной дисциплиной и завидной исполнительностью. Они не пили и не дебоширили, не отлынивали от работы и не затевали драк. В общем, русских из них не вышло бы… Ну и ладно, сейчас земляки только бы помешали…

Дождавшись ночи, мы двинулись к Гафасу. По расчетам капитана он находился в нескольких милях от зоны нашей высадки. Луна осторожно указывала нам путь, рассыпая блеклый свет по выжженной земле.

Впервые за много месяцев я совсем не чувствовал ночного светила. Сила Люпуса дремала где-то глубоко внутри. Ощущать себя обычным человеком было непривычно и немного страшно. Мои сила и выносливость уменьшились примерно на треть. Но самое главное, я не мог больше обращаться до второй стадии – мощь Ликана отдалилась от меня как невинность от путаны.

Я должен обрести прежнюю силу… Не ради себя, ради безопасности моих близких, ради сына, ради Тэпии, Герта… Больше не хочу терять близких. Скала, Даяна… Кто следующий?..

За скалистым холмом показались огни. Они робко мерцали в ночной тишине и заманивали во враждебный Гафас.

Мы приблизились к центральным воротам. Сторожевые костры потрескивали в разлапистых чугунных чашах у подножия стены. Стеновые стражники наставили луки на трех путников в арабских одеждах с замотанными лицами. Один из путников был со связанными впереди руками.

– Кто такие?! – окрикнул нас старший с лицом, испещренным шрамами.

– Я слышал, что за голову разбойника Нура назначена немалая награда! – крикнул я, сдергивая с лица Нура накидку. – Мы хотим получить обещанные деньги!..

Стражники опешили, но через секунду убрали луки и бросились отпирать ворота. Сонная воротина недовольно скрежетнула и впустила нас внутрь.

– Как вы его изловили? – спросил рябой, с опаской поглядывая на Нура. – Эмир Мансур будет очень рад такому подарку!.. Вот если бы вы еще Молота привели…

– Зачем его приводить, – я сбросил с лица тряпицу и выдернул из-за пазухи молот. – Он сам к вам пришел…

Стражники раскрыли рты, но через мгновение схватились за ятаганы. Поздно…

Нур сбросил бутафорские путы и полоснул кинжалом по горлу рябого. Тот схватился за шею и с хрипом сполз вниз. Герт в это время снес головы мечом еще двоим. Я швырнул молот в последнего убегающего стражника и проломил ему затылок. Тот уткнулся мордой в землю и затих, питая песок кровью.

– Уходим, – скомандовал я, вытирая молот о спину мертвого.

Мы растворились в тенях ночного города. Одиночные огоньки свечой мерцали в окнах редких домов. Основная часть горожан уже спала. Лишь глинобитные строения постоялых дворов и пивнушек жили своей жизнью.

– Нужно найти неприметный постоялый двор, – сказал я. – Заселимся, а завтра разведаем обстановку.

– И пожрать бы не мешало, – оживился Герт.

– И вина хлебнуть, – поддержал Нур.

– Все бы тебе пить, да гулять, – прошипел я.

– Надоело мне ваше сливовое пойло, – плеснул руками Нур. – Хочу настоящего вина… Из настоящего винограда…

– Плохого вина не бывает… – вмешался Герт. – Бывает плохая компания…

– Ну компания у нас отличная, – улыбнулся я. – Волк, разбойник и рыжий диверсант.

– Не называй меня рыжим, я огненный воин…

– Смотри не сгори, воин солнца…

* * *

Полумрак чайханы наполнен чадом лампад и клубами терпких кальянов. Мы выбрали дальний столик и расселись вокруг него на коленях. Стульев нет, но я уже привык к местным обычаям.

Скатерть из красного шелка потерта и пропитана пятнами жира. Стены “таверны” увешаны пышными шторами из расшитого сукна. Открытые окна не справляются с духотой внутри. Запах дыма и вина стойко повис в воздухе.

– Что принести господам? – услужливо промолвил сухонький араб с полотенцем на руке.

Я сделал знак рукой своим спутникам, чтобы те молчали. Говорить буду я – партизаны с этих двоих никудышные, разговорами могут себя выдать.

– Кувшин лучшего вина и казанок плова, – махнул я рукой официанту, изображая арабский акцент.

– Плова нет, – пожал плечами прислужник.

– Так приготовь! – стукнул по столу кулаком Нур, он уже успел хлебнуть вина и предался “праведному” гневу. – Больше месяца мы жрали сухой паек, чтобы выслушивать от тебя, что плова нет!

– Прошу прощения, господин, – попятился официант. – Могу предложить баранину на углях…

– Плов! – рявкнул разбойник и вскочил.

Я хотел удержать его, но было поздно. Габариты Нура опрокинули утлый столик. Глиняный кувшин разлетелся о мрамор пола, обдав нас красной жидкостью.

Я еле усадил Нура и успокоил прислужника:

– Нас устроит баранина.

Тот юркнул за занавесь кухни. А Нур только раззадорился.

– Что таращишься, как евнух на гарем? – рявкнул разбойник одному из любопытных посетителей, уставившегося на нас.

Посетитель спешно опустил глаза, но Нуру показалось этого мало. Не успел я глазом моргнуть, как он подлетел к его столу и залпом опустошил стоящий на нем кувшин с вином.

Посетитель было возмутился, но тут же получил кулаком в глаз. Он покатился по полу, цепляя столы и опрокидывая кувшины с вином. Несколько арабов вскочили на ноги, схватившись за мечи.

– Вот это по нашему! – рыкнул Нур. – Засиделся я на корабле.

Твою мать! Пришли, называется поужинать по тихому! Я выхватил молот и отразил рубящий удар. Началась свалка.

– Без надобности никого не убивать! – крикнул я и тут же получил удар сзади по голове.

Черепки кувшина рассыпались по плечам обдавая меня вином. В глазах блеснули искры, и я повалился на пол.

С яростью я сжал молот, но ватные пальцы не слушались. Что за черт?! Я попытался вскочить на ноги, ноги подкосились и я вновь завалился. Красный амулет грел грудь, но как-то вяло.

Плохо дело… Легкая контузия, которую Люпус бы даже не заметил на время вывела меня из строя. Я лежал и хлопал глазами, глядя как Нур расшвыривает по сторонам нападающих. Герт крутился рядом, тыкая по ногам окруживших арабов. Молодец, не убивает, ранит и укладывает их на пол.

Нуру было все равно, выживут его соперники или нет. Он метался словно разъяренный буйвол, сшибая все на своем пути. Но ярость буйвола слепа, а разбойник умудрялся ловко парировать атаки и уворачиваться от рубящих ударов. Он раскидывал врагов, ломая их спинами столы.

Через минуту все было кончено. Часть посетителей валялась на полу, потирая раненые ноги, часть выскочила на улицу, спасаясь бегством, а часть затихла навсегда – кто попадался под горячую руку разбойнику, обычно долго не жили.

Я наконец поднялся и повернулся к Нуру:

– Какого дьявола ты устроил?

– Прости, Молот… Так хотелось плова…

– Мы должны были незаметно влиться в город, а теперь на уши поднимут весь Гафас!

– Сказал бы лучше спасибо, – тряхнул бородой Нур. – Пока ты на полу прохлаждался мы с Гертом желающих тебя покромсать на на тот свет отправили.

– Сказал бы спасибо, да не за что, я держал все под контролем, просто не хотел привлекать к себе лишнего внимания, не хочу чтобы Мансур знал, что я в городе.

– Ага, – усмехнулся разбойник. – Поэтому ты хотел умереть лежа на полу?!

– Голова малость закружилась, решил не мешать вам, вы и без меня много шуму наделали. Хорош трындеть, уходим!

Мы выскочили из разгромленной чайханы и побежали по узким петляющим улочкам. Нур лучше знал Гафас и вел нас подальше от злополучной пивнушки.

– Нужно подумать об убежище, – проговорил я на бегу. В постоялые дворы нельзя – их будут шерстить в первую очередь.

– Есть у меня одна мысль, – выдохнул Нур. – Когда-то после очередного набега меня ранили. Я укрылся в сарае одного дома. Оказалось, что в доме жила одинокая вдова. Она выходила меня. Месяц я жил с ней вместо мужа, но зализал раны и ушел… Пообещав, что обязательно вернусь…

– Что ты раньше молчал? – воскликнул я. – Веди к ней. Это надежней, чем постоялый двор… Влюбленная женщина никогда не сдаст.

– Да, но…

– Что?

– Прошло три года…

– Тьфу ты, Дон Жуан в халате! Не мог раньше к ней заявиться?! Сейчас бы не ломали голову, где схорониться нам…

– Да на кой она мне, старая уже, – оправдывался Нур. – Четвертый десяток пошел.

Я поперхнулся и остановился:

– А ты, мальчик, ничего не перепутал? Тебе самому-то сколько? Пятьдесят?

– Где-то так, – Нур поскреб затылок.

– В смысле где-то так? Ты что не знаешь, сколько тебе лет?..

– А кто бы считал. Может пятьдесят, а может сорок.

– Ну ты себе то не льсти… Борода и муди с сединой уже.

– Да какая разница? Мужик как вино, с годами только лучше…

– Ладно, веди к “старухе”, даст бог ходит вдовой еще и тебя ждет…

* * *

Словно воры мы прокрались к высокому каменному дому с пальмовой крышей. Глазницы окон черные. Хозяева спят.

– Дальше я один, – сказал Нур, с трудом протискиваясь в окно завешенное лишь шелковой паутинкой.

Нур исчез в темноте дома. Через минуту послышалась возня и женский вскрик. Потом тишина. Я дернул дверь – заперто изнутри. Я постучал. Грузные шаги приблизились с обратной стороны. Лязгнули запоры и дверь откинулась. Мрачный Нур стоял на пороге с окровавленным кинжалом. За его спиной в глубине темного коридора лежало тело.

– Ты что? – воскликнул Герт. – Убил вдову?

– Вдовой я стала только что, – проговорил приятный женский голос. – Второй раз уже…

Из-за разбойника показалась статная черноволосая женщина средних лет:

– Нур убил моего мужа, проходите, будьте гостями.

Мы стояли, раскрыв рты.

– Ну что замерли, как мухи на навозе? – проворчал Нур. – Заходите в дом…

Мы шагнули внутрь, держа руки на оружии. На полу валялся окровавленный труп араба с мерзким застывшим лицом.

– Вы не волнуйтесь, – проговорила женщина. – Меня зовут Самира. Мой новый муж был никчемным человеком. Жуликом и работорговцев. Я сама собиралась от него избавиться, но это грех… Боги услышали мои мольбы и послали мне вас.

Самира прижалась к Разбойнику щекой. Крепкая женщина. Лужа крови под ногами ее ничуть не смущала. От произошедшего мы с Гертом ничего не смогли вымолвить. Наконец я пришел в себя и попросил чаю…

* * *

Утром нас разбудил гомон местных попугаев. Они бесцеремонно сидели в оконных проемах и верещали. Я с трудом продрал глаза, вспоминая события прошлого дня: мы в доме вдовы, мужа ее вчера прикопали на заднем дворе, Нур больше не бухал, вроде все нормально…

Вместе с мощью Люпуса я потерял чуткий звериный сон. Беззаботно продрых до утра в малознакомом доме. Для разведчика, или кем я там был в прошлой жизни, это непростительно…

Да-а… я стал забывать прошлую жизнь. А может ее не и не было вовсе. Может мне все привиделось?.. Но нет. Знания военной тактики, взращенные веками кровавых войн того мира не раз выручали меня здесь. Много жизней они спасли…

Я встал с уютного топчана. На соседнем лежаке валялся Герт, с головой укутавшись в кружевное одеяло.

– Вставай боец, войну проспишь, – я ткнул его в бок. Бок рассыпался. Вместо человека лежал скомканный плед.

Сзади раздался шорох. Я резко развернулся, одновременно пригнувшись. В воздухе мелькнул силуэт, пытаясь меня накрыть. Я выбросил вперед кулак и откатился в сторону на случай удара клинком. От удара кулаком в живот Герт скрючился и выронил кинжал. Я подхватил клинок и приставил его к рыжей бороде:

– Мал еще, чтобы папку перехитрить!

– Ты сам всегда учил быть начеку, – прохрипел Герт, задыхаясь от спазмов диафрагмы. – Ты так крепко спал, я думал тебя проверить…

– Я не спал, я притворялся, зверь никогда не спит, лишь дремлет… – соврал я, а про себя подумал: “Совсем я расслабился и чуйку потерял. Меня чуть собственный ученик не подловил”.

Из соседней спальни выполз сонный Нур в расшитом бархатном халате. Он напоминал зажиточного деревенского кота: ленивые глаза с прищуром, морда довольная и сытая, шерсть бороды лоснится. Вот что делает с людьми семейная жизнь. Всего ночь провел с женщиной в домашнем уюте и из воина-бродяги превратился в жирного кота.

Самира крутилась возле разбойника, словно наседка вокруг птенца. Нур плюхнулся в гостинной на подушки и раскурил кальян. Хозяйка хлопотала, собирая восточные яства на низенький столик на изогнутых ножках. Жестом она пригласила нас за стол.

– Принеси вина, – буркнул Нур, хлопнув хозяйку по наливной заднице.

– Утром вкушать вино боги не велят, – улыбнулась Самира.

– К дьяволу богов, мне черти ближе!..

– Ты вчера уже выпил свою норму на неделю вперед, – нахмурился я. – Больше лакать не будешь! Благодаря тебе теперь весь Гафас знает о нашем прибытии.

– Да ладно, – Нур озадаченно пожевал мундштук. – Никто нас не узнал, в чайхане темно было. Если бы не заварушка, мы бы не попали к Самире. Прикончим Мансура и напьемся вместе. Конечно в жизни есть вещи лучше выпивки, но выпивка позволяет без них обойтись.

Сказав это, Нур расплылся в улыбке. Никогда я не видел разбойника таким довольным. Самира наклонилась и поцеловала бородатую морду. Молодожены, блин… Седина в бороду – борозда в сторону.

– Какой план, господин командующий? – вмешался Герт.

– Ищут троих, – ответил я. – Я пойду в замок один. Прикончу Мансура и вернусь.

– Х-ха! – поперхнулся Нур. – Так легко? А мы тогда тебе зачем? Мансур залег в охраняемом замке и обложился охраной. Как ты проникнешь туда? А если и проникнешь, как выйдешь?

– Пока не знаю…

– Я могу помочь, – блеснула улыбкой Самира. – Мой муж был вхож в замок, он поставлял рабов Мансуру. Охрана меня тоже знает…

Я с удивлением посмотрел на Самиру. Ее нельзя назвать красавицей, но мне она начинала нравиться.

Глава 2

Тесная кривая улочка вела к огромному замку с круглыми приплюснутыми куполами. Великолепное строение возвышалось над городом сосредоточием роскоши и утонченности, изысканности и величия. Когда-то это была обитель Ахиба, а теперь там окопался враг…

Самира, укутанная с головой в белоснежный шелк до пят шла впереди. Я в расшитых арабских одеждах и с кинжалом за пазухой брел чуть ссутулившись, скрывая поступь воина. Сегодня я не Молот, а арабский купец-работорговец.

– Кто это с тобой? – спросил Самиру стражник на воротах замка.

– Мой муж болен, – ответила женщина. – Он отправил вместо себя доверенное лицо.

– Когда поправится, пусть сам приходит, – отрезал стражник. – Не пущу!..

– У нас было выгодное предложение для высокочтимого эмира Мансура, пропела женщина. – Теперь придется продать большую партию рабов купцам из соседних княжеств. Если эмир спросит, почему мы поставляем товар его соседям, а не ему, мы сошлемся на тебя. До свиданья…

– Стойте! – стражник замялся. – Ладно проходите, но без оружия.

– Мы знаем правила, оружия при себе нет.

Стражник видимо знал Самиру не первый год и, поверив ей на слово, не стал нас обыскивать.

Мы проскользнули в белокаменный двор замка. Раскидистые пальмы и зеленые дорожки непривычно контрастировали с пейзажем пыльного выжженного зноем Гафаса.

Самира уверенно провела меня в просторный гостевой зал и уселась на обитую бархатом скамью. Она махнула слуге, и тот принес нам кувшин вина и кальян.

– Иногда Мансура приходиться ждать не один час, – шепнула мне она. – Простым смертным не дано понять его занятость.

Я налил нам вина и откинулся на спинку. Самира на удивление была спокойна. Будто каждый день ходила убивать эмиров. Из нее бы получился отличный диверсант-разведчик. Мата Хари отдыхает…

Я огляделся. Огромный зал со сводчатым резным потолком из полированного камня. На полу ковры. Стены украшены барельефами и арабской росписью. Роскошь и излишество сквозило от каждого уголка, от каждой статуи и настенного полотна. Это у нас “письками меряются”, а арабы дворцами.

Через час в зал вошли стражники и обступили нас. Плохо дело. Я планировал взять в заложники Мансура, и прикрываться им, как живым щитом. А тут мы под колпаком… Придется сегодняшнее убийство отложить… Навешаем ему лапши про несуществующую партию рабов, которую надо продать по сходной цене и слиняем восвояси…

Мансур появился следом. Он не узнал в купце с замотанным лицом своего заклятого врага. Только бы не попросил скинуть повязку. Надеюсь, что у них принято сидеть в гостях с замотанной мордой…

Мы с Самирой встали и поклонились. Мансур чванливо уселся напротив на роскошный диванчик, до него метров десять – нахрапом не возьмешь, осторожный гад… Если метнуть кинжал, можно убить. Но тогда нам живыми не выйти. Голыми руками против ятаганов – сомнительная перспектива. Что же делать?..

– О великий, – театрально проговорила Самира. – Позвольте предложить вам наш товар. Это пленные кочевники-скотоводы из долины Желтых песков. Они не так воинственны, как их пустынные собратья.

– Мне сейчас больше нужны воины, а не рабы, – скривился Мансур.

– При должной подготовке, они могут стать солдатами, – торговалась Самира.

– Сколько?

– Двадцать человек…

– Из-за такой мелочи ты беспокоишь эмира? – Мансур раздраженно крутил бокал с вином.

– Простите, господин, но мы люди маленькие, для нас это большая партия. Раньше мой муж поставлял вам гораздо меньшие партии…

– Сейчас мне не до этого, государство в опасности, мое войско разбито… Не приходи больше.

Мансур встал и шагнул в сторону арки. Еще несколько секунд и враг уйдет безнаказанным.

– Постойте! – крикнула Самира. – У меня есть другое предложение, которому вы очень обрадуетесь…

Мансур замешкался.

– У меня есть особенный раб, – продолжила женщина. – Но стоит он не дешево. Не сочтите за дерзость, господин, но я хочу получить за него триста золотых динар.

Брови Мансура полезли на лоб, а бороденка затряслась:

– Как смеешь ты просить такую цену за одного раба?!

– Он стоит того, – Самира слегка поклонилась.

– Кто он, говори! Если он не стоит триста динар, я сам продам тебя в рабство…

Самира подошла ко мне и сдернула повязку с моего лица:

– Молот стоит гораздо больше!

Я выхватил кинжал, но в мои бока уперлась дюжина ятаганов. Если шевельнусь проткнут так, что никакой красный камень не поможет. Вот Самира! Вот сучка! Поэтому она была так спокойна. Тварь собиралась меня продать Мансуру!

Мансур отпрянул и на миг застыл с перекошенным лицом.

– Что он здесь делает? – наконец выдавил он.

– Он хотел убить вас, а я заманила его в замок, – улыбаясь, Самира приблизилась к Мансуру.

Стражники были заняты мной и подпустили ее вплотную. Самира поклонилась эмиру и протянула руку:

– Прошу вас выдать мне триста динар и я больше вас не побеспокою…

Мансур снял с пальца огромный перстень с массивным бриллиантом.

– Возьми, – сказал он протягивая его предательнице. – Он стоит в три раза больше, это твоя награда…

Самира шагнула к Мансуру и в тот же миг выхватила откуда-то кинжал. Она приставила острие к горлу старика и прокричала:

– Бросьте мечи, иначе ваш эмир умрет!

Стражники на секунду замешкались.

– Бросайте! – взвизгнул ошарашенный Мансур. – Делайте что она говорит!

Стражники бросили мечи на пол. Я подобрал один из ятаганов и приказал:

– На колени мордой к стене!

Пустынные странники повиновались, и выстроились вдоль стены.

– Руки за спины, ноги скрестить! – я заставил их принять позу из которой невозможно сделать бросок, прыжок и даже резко встать.

Самира волокла за шкирку трясущегося Мансура.

– Уходим! – сказала она.

– Я догоню, – улыбнулся я. – Нам ни к чему лишний шум, – я кивнул на стражников. – Надо с ними разобраться…

– Я подожду…

– Это зрелище не для женщин…

– Я привыкла, когда-то я была кочевницей, пока Мансур не истребил мое племя….

Я замахнулся ятаганом и пробежал вдоль строя пленных. Острое лезвие резало шеи, утыкаясь в позвонки. Клинок не срубал головы полностью – для этого нужны удары, а лишь вспарывал артерии, нанося смертельные раны. Пленники падали, хватаясь за горло, и хрипели, пуская фонтаны крови.

Жестокая казнь… Но сейчас либо мы, либо нас… На лице воительницы не дрогнула ни одна жилка. Вот это женщина…

Я сдернул с Мансура парчовый халат, завязал ему рот и накинул на него лохмотья, принесенные с собой в заплечной сумке. На голову надел мешок.

Мы вышли во двор и приблизились к воротам замка.

– Кто это с вами? – спросил знакомый стражник.

– Великодушный эмир подарил нам раба, – улыбнулась Самира. – Правда он стар и почти бесполезен, но от даров эмира отказываться грех…

Скрипнула дверь, и мы растворились в пыли городских улочек.

* * *

Мы вышли к условленному месту встречи. Возвращаться в дом вдовы больше нельзя. Сгоревший заброшенный дом на окраине Гафаса зиял пустыми глазницами обугленных окон. Мы шагнули внутрь. Под ногами хрустели головешки, пахло гарью и пылью.

Я бросил связанного Мансура на закопченный пол. Тот тихо поскуливал с кляпом во рту. Из глубины полусгоревшего дома показалась бородатая морда Нура:

– Укуси меня дракон! Вам это удалось!

– Если бы не твоя ненаглядная, ничего бы не получилась, – сказал я. – Ты не говорил, что она воительница с мозгами стратега…

– Кто?! Она? Какая с нее воительница?! – хохотнул Нур. – Да она только с вилкой управляться умеет… А вместо щита жаровня…

Нур смеялся, думая что я шучу. Но мое серьезное лицо его насторожило и он осекся.

– Ты многого обо мне не знаешь, – Самира обняла бычью шею разбойника. – У нас было слишком мало времени, чтобы узнать друг друга получше…

Нур посмотрел на нее, его глаза расширились, а брови встали домиком…

– Ты-ы… – пробормотал он. – Кто ты?

– Когда-то я была вождем кочевого племени, пока не влюбилась в пленного воина. Мы сбежали с ним в Гафас, и он стал моим первым мужем…

Нур хлопал глазами:

– Раздери меня львица! Я считал тебя мирной кухаркой…

– Я была ей пять лет… Но судьба хочет, чтобы я вновь взяла в руки оружие…

Нур шумно выдохнул и с благоговением обнял воительницу.

– Что будем делать с Мансуром? – спросил Герт.

– Я допрошу его о Джунаиде, – ответил я. – Чертов колдун должен сдохнуть! Смерть Даяны и многих павших воинов требует священной мести! Клянусь, что я найду и убью его, чего бы мне это не стоило. Потом мы вернемся в Астрабан и отдадим Мансура на милость Ахиба. Пусть сам казнит предателя…

– Вам не достать Джунаида, – проскрипел Мансур.

Я сдернул с его головы мешок и приставил к его горлу кинжал:

– Говори, тварь! Где скрывается колдун?! Или я обрежу твои уши, а затем отрежу голову!..

Но трусливый и острожный Мансур в этот раз был на удивление холоден и спокоен:

– У Джунаида много оболочек. Вы пленили лишь одну из них…

Сказав это, старик скривился в презрительной улыбке. Сучонок не воспринимал мои угрозы всерьез? Придется показать кто здесь главный… Я схватил одной рукой Мансура за ухо, а второй полоснул кинжалом. Окровавленное ухо осталось в моей руке. Мансур даже не дернулся, лишь прикрыл рану рукой:

– Я не боюсь боли, я не здесь…

Я заглянул в его глаза и обомлел. Мутные стариковские глазки излучали глубокий холод и смерть. Будто заглянул в глаза дьяволу… Это был не Мансур… Внутри точно не он…

– Кто-ты?! – я убрал окровавленный кинжал.

– Я тот, кого ты ищешь…

– Джунаид? Где Мансур?

– Его душа давно мертва, его тело живет благодаря темной материи Джунаида.

– Врешь! Мансур предал Ахиба, захватил Гафас и напал на Королевский материк!

– Так все и считают… Еще Мансура обвиняют в смерти родителей Ахиба. Но на той злополучной охоте львов на эмира Салаха и его избранницу направил я…

Голос Мансура перестал скрипеть, набрав объем и гулкость, словно доносился из каменного колодца.

– Зачем ты овладел Мансуром?..

– Он носитель княжеской крови, народ Гафаса безоговорочно подчинился моей власти, когда я предстал перед ними в оболочке Мансура.

– Зачем ты все это рассказываешь?

– Я хочу предложить тебе сделку, Молот… Ты сохранишь жизнь Мансуру и отпустишь его, а я верну тебе Кровь Волка… Ты вновь обретешь силу Темных. Ты вновь сможешь убивать, не обременяя себя терзаниями морали и совести…

– Зачем тебе Мансур?

– С его помощью я буду управлять Гафасом. Народ слушается законного эмира.

– И соберешь новую армию для нападения на Королевский материк? Не бывать этому! Я не знаю сколько у тебя ликов, но я найду каждую твою личину и поступлю с ней также!

С этими словами и ударил кинжалом в сердце Мансура, вогнав его по самую рукоять. Мансур вытаращил глаза, струйки крови текли из-под кинжала. На миг его взгляд стал осознанным, но тут же сменился на испуг. Он не понимал, что происходит, будто только что проснулся или вышел из комы, но было поздно. Смертельная рана сковала его и не давала вымолвить ни слова. Старик упал на черный обугленный пол и затих. Затих навсегда…

Черная дымка отделилась от его тела и неприятным холодом коснулась моего лица. Камень провидца задрожал на моей шее. Мне показалось, что его зеленый свет зацепился за чернь дымки, словно пытался проникнуть вглубь тьмы и познать ее. Я сжал камень ладонью – его тепло передалось коже.

– Ты пожалеешь, что не принял мое предложение, – донесся до моего слуха шелест черной дымки.

Я рубанул кинжалом по воздуху, но черные клубы растворились… Темная материя Джунаида покинула бренное тело Мансура. Я освободил его от заклятия ценою жизни.

– Что это было? – воскликнул ошарашенный Герт.

– Сам не пойму, – озадаченно ответил я, вытирая клинок от крови.

– Джунаид носит много ликов, – произнесла Самира. – Он завладевает телами людей и подчиняет их себе. Душа несчастных умирает. Они продолжают жить, говорить и поступать так, как это делали раньше, но их разум уже не принадлежит им. Их действиями повелевает колдун. Дать свободу им может только смерть…

– Но я лично видел этого выродка Джунаида рядом с Мансуром на переговорах под Астрабаном! – сказал Нур. – Он наложил защитную мантию на трусливых крыс Мансура!

– Он может носить одновременно несколько личин, – ответила Самира. – Не знаю сколько точно, но легенды гласят, что древние колдуны Пустыни были способны одновременно завладевать душами десятка людей. Поэтому, никто и никогда не видел их истинного облика.

– Двумя он точно завладел, – я задумчиво поскреб щетину. – Мансур и тот всадник в балахоне с капюшоном, который наложил тогда защитное заклинание…

– Возможно это не его настоящий облик, а очередная оболочка, – сказал Самира.

– Неужели истинный Мансур был до конца предан Ахибу? – у меня не укладывалось в голове, что заклятый враг оказался не тем, кем мы его считали…

– Много лет Мансур верно служил советником Ахиба, – ответила Самира. – Невозможно так долго и искусно притворяться. Не Мансур завладел Гафасом и предал своего эмира… Это был Джунаид…

Мы закопали Мансура в заброшенном доме, отдав последние почести усопшему. Для подданных Гафаса он навсегда останется захватчиком, предавшим своего эмира.

* * *

После смерти Мансура в Гафасе начались народные волнения. Мы безбоязненно вернулись в дом Самиры – пустынным странникам было не до нас.

Исчезновение эмира вызвало в княжестве острый кризис. Отсутствие сильного главы с одной стороны и ослабление армии пустынных странников после войны с королевствами – с другой, свели на нет позиции действующей власти.

Совместно со сторонниками Ахиба мы, воспользовавшись брожением, подняли стихийные восстания. Многие мятежники знали меня еще по первому восстанию, которое я поднял несколько месяцев назад. Тогда все закончилось неудачей, но сейчас нас стало гораздо больше.

Остатки пустынных странников без своего эмира не смогли подавить волнения. Народный бунт перерос в резню. Приверженцы режима Мансура пытались удержать власть и убивали восставших на месте, не пытаясь их взять в плен. Кровавые расправы еще больше взбудоражили Гафас и настроили каждого горожанина против властей. Это гораздо упростило нашу миссию. Нам оставалось лишь поднести спичку к бочке с порохом.

Мы выступили на рассвете через три дня после исчезновения Мансура. Я призвал горожан на праведную битву во имя свободы.

Совместно со сторонниками Ахиба и народным ополчением мы захватили замок, и казнили остатки пустынных странников. Часть странников попыталась перейти на сторону народа, но ополченцы не приняли захватчиков – убивали безоружных пленников на месте.

Кровавый восток, кровавые нравы… Но только так можно искоренить зло… Не оставив не единого ростка, уничтожив каждое семечко режима узурпатора…

Гафас обрел свободу. Мы больше не скрывались, победа вновь объединила Гафас.

Я, как посланник короля Ахиба выступил на городском собрании в княжеском замке. На нем присутствовали представители городской знати, старшие купеческих и ремесленных артелей, зачинщики восстания и основные должностные лица княжества.

– Жители Гафаса! – начал я свое выступление. – Король Ахиб очень ценит вашу преданность и приверженность традициям свободы. Но он не может вернуться в Гафас и возглавить его.

Люди зароптали, по толпе пронесся недовольный гул.

– Он возглавил дружественное Гафасу королевство Тэпия. Он обрел семью и ждет наследника.

– А нам что делать? – раздался возглас из толпы. – Без сильного правителя Гафас не выживет.

– Король Ахиб разрешает передать управление княжеством в руки наместника не по праву королевской крови, а по праву выбора… Вы должны выбрать самого достойного и назначить его эмиром. Не обязательно этот человек будет знатного происхождения. За него должны говорить его заслуги, а не богатство и чистота крови. Его приверженность княжеству, честность и бесстрашие должны быть неоспоримы. Смутные времена, которые пережил Гафас, показали, кто есть кто… Кто-то открыто предал истинного эмира, кто-то трусливо отсиживался и пережидал неспокойное время, а кто-то не терял надежды и боролся. Боролся ценою собственной жизни, поднимая на праведный бой собратьев, не давая продыху врагам…

– Молота во главу княжества! – крикнул один из предводителей восстания.

– Да-а! – закричали люди. – Да здравствует эмир Молот! Молот! Молот!

Толпа скандировала и преклонила предо мной колени.

Глава 3

Городское собрание избрало меня эмиром Гафаса. Многие горожане знали меня, как предводителя первого восстания и одного из организаторов второго, приведшего к долгожданной смене власти. Я не стал отказываться от высокой должности – пока я не убью Джунаида я не вернусь на Королевский материк. Я не смогу смотреть в глаза Тэпии и в глаза сына, не убив колдуна. Я поклялся отомстить на могиле королевы…

Достать Джунаида на Арабском материке гораздо проще, когда ты эмир Гафаса. Но колдун исчез, как только рухнула старая власть. Я отправил на поиски колдуна разведчиков во все княжества Исмара. Никто не знал как он выглядит, никто не знал, как его убить, но лучший способ уничтожить противника – это собрать о нем информацию, чтобы знать с кем имеешь дело.

Пока разведчики рыскали в поисках Джунаида, я торжественно вступил в должность эмира и сразу приступил к восстановлению Гафаса. Прежде всего нужно позаботится о сильной армии. Не известно, что еще приготовит колдун.

Сильная армия – оплот любого государства. Чаще всего вступают в войну государства со слабой армией. Чем сильнее армия, тем меньше войн.

Прежний корпус стражников Ахиба не сумел противостоять перевороту, и власть была захвачена пустынными странниками. Ахиб жил в мире с соседними княжествами и не опасался нападения. Он потерял бдительность и поплатился за это. Теперь все иначе. Эмиры соседних княжеств косо посматривают на Гафас – чужеземец во главе княжества настораживал их и одновременно заставлял задумываться о землях Гафаса. Уверен, что многих из них посещали мысли о присоединении Гафаса к своим владениям. Ослабленное войной княжество во главе которого стоит не потомственный носитель королевской крови – казалось им лакомым кусочком.

Разведчики приносили слухи со всех уголков Исмара, и я был в курсе нечестивых мыслей соседей. Дабы не искушать их я принялся за военное укрепление Гафаса.

Прежде войска Ахиба состояли в основном из городских стражников, немногочисленных матросов и воинов, охранявших караваны Гафаса. Как в любом средневековом государстве необходимость регулярной армии диктуется жизнью, но почему-то на Арабском материке этим правилом пренебрегали. Княжества, объединенные в арабское государство Исмар, не имели внешних врагов. Дикие племена кочевников не решались нападать на укрепленные города, но внутренний враг оказался опаснее, и пустынные странники чуть не погубили Гафас.

Своим указом эмира я объявил набор на военную службу. Высокое жалование, привилегии и статус привлекли немало желающих, ищущих легкой жизни. Но жизнь солдата не так уж и легка. Из нескольких тысяч претендентов я отобрал чуть более тысячи наиболее проворных и смышленых арабов, ранее не замеченных в воровстве и нарушении законов. Для них спешно построили казармы и тренировочный лагерь на окраине города. Лучших воинов я назначил командирами расчетов и одновременно инструкторами по боевой подготовке.

Жесткий график, тяжелые тренировки в течение двух недель отсеяли от армейского корпуса еще пару сотен вояк. Осталось чуть меньше тысячи воинов. Но то были наиболее крепкие и подготовленные солдаты. С каждым днем их тренировок на душе становилось спокойней – Гафас теперь в безопасности. Только Джунаид провалился сквозь землю…

* * *

Я еще валялся на пуховой кровати, когда в мои покои ворвался Герт. На восточных яствах и сладостях он поднабрал с десяток килограмм и стал похож на матерого рыжебородого воина. С изрезанного шрамами лица ушли детские черты.

– Подъем, ваше высочество! – крикнул рыжебородый. – Один из разведчиков вернулся, желает говорить с тобой… Говорит, что знает где колдун.

Я вскочил с постели и накинул халат:

– Зови!

В комнату вошел немолодой араб с проницательными глазами. Вместо одежды лохмотья, вид изможденный. Он припал на колени перед эмиром.

– Встань, друг мой, – миролюбиво проговорил я. – Садись на скамью и рассказывай.

– Спасибо господин, – разведчик еще раз поклонился и залпом опустошил бокал воды, которую ему протянул Герт. – Когда мы возвращались из княжества Шавкат, на нас напали кочевники. Мой отряд погиб, дикари оставили в живых только меня.

– Почему? – я насторожился.

Разведчик протянул вперед руку и оголил на предплечье татуировку с изображением кобры на фоне замысловатого арабского орнамента:

– Мой отец был кочевником из близкого им племени, это досталось от него. Знак кочевников спас мне жизнь… Дикари пощадили меня, приняв за своего. Ночью, я перерезал глотку часовому и сбежал. Я знал, что без коня или верблюда далеко не уйду, да и возраст уже не тот. Поэтому я укрылся в пещерах возле лагеря кочевников и ждал, когда те бросят мои поиски. Три дня я питался летучими мышами и пил пещерную воду. В одной из пещер я наткнулся на это. – Разведчик запустил руку в карман и вытащил стрелу. Я похолодел… Черная стрела с наконечником из угольного сплава и оперением из крыла ворона. Такую же стрелу вытащила из меня Даяна и приняла смерть…

– Откуда тебе известно о стрелах Джунаида?!

– Издревле колдуны использовали черные стрелы. Их убийственная сила высасывает жизнь из своих жертв…

– Далеко эта пещера? – я с ненавистью вертел в руках стрелу.

– Три дня пути на лошадях, пешком я шел неделю…

– Собирайся! – крикнул я Герту и повернувшись к разведчику добавил:

– Как твое имя?

– Махмуд, господин…

– Спасибо, Махмуд… Тебе придется поехать с нами. Ты сможешь держаться в седле?

– Все что мне нужно – это кувшин вина и горячая лепешка, и я снова буду полон сил, – улыбнулся разведчик.

* * *

Лошади вышагивали по выжженной холмистой степи. Второй день мы брели в поисках пещеры. Солнце чуть коснулось далеких горных кряжей, когда наш отряд встал на привал.

Я покинул Гафас, оставив управление в руках Совета старейшин. Подданные привыкли, что их глава часто уходит в походы и ничему не удивились – раньше Ахиб нередко покидал княжество по торговым делам.

– Долго нам еще мотыляться? – Нур уселся на теплый камень и вытер лоб рукавом. – Отвык я от такого климата…

– Уже скоро, – ответил Махмуд, вглядываясь в холмы. – Пещера должна быть где-то здесь…

Самира присела рядом с Нуром и заботливо протянула бурдюк с водой. Разбойник сделал несколько больших глотков и поморщился:

– А вина нет?

– Вино ты еще вчера выхлебал, – улыбнулся Герт. – Даже нам не оставил.

– На то оно и вино, чтобы пить, а не таскать с собой, – огрызнулся Нур.

– Попей воды, – Самира настойчиво совала бурдюк любимому. – У тебя может случиться обезвоживание.

– Да я вырос в пустыне, – хорохорился Нур. – Нет такого зноя, который бы меня свалил.

Нур резко вскочил на ноги, но пошатнулся и вцепился в Самиру.

– Что такое? – Самира обеспокоенно посмотрела в его глаза.

– Все нормально, – буркнул разбойник. – Голова закружилась.

– Надо было тебя в Гафасе оставить, – я хитро прищурился. – Стар ты уже для таких дел…

Нур завелся. Несколько минут изрыгал проклятия вперемешку с бахвальством и высказываниями о своих прежних подвигах. И лишь когда мы вновь двинулись в путь, успокоился и отрешенно вскарабкался на лошадь.

Полупустыня переросла в холмы, а затем в небольшие горы. Выжженная трава сменилась на безжизненную каменистую поверхность. Жара спала, и вечерняя прохлада приятно обдувала легким ветерком.

– Пришли, – Махмуд спрыгнул с усталой лошади. – Кажется здесь.

– А где кочевники? – спросил я, разглядывая местность.

– Ушли наверное, они долго не сидят на одном месте.

– Что-то я не вижу следов их присутствия…

– Они были чуть поодаль, – махнул рукой Махмуд.

Мы спустились в неглубокое ущелье и уткнулись в черную дыру пещеры.

– Зажечь факелы, – скомандовал я. – Привязать коней, мечи наголо, быть готовым к встрече с врагом!

Промасленные факелы затрепетали в руках. Мы шагнули в гулкую темноту. Пещера на удивление оказалась просторной. Дно усеяно острыми обломками, на стенах какие-то древние письмена, выполненные замшелой охрой.

– Куда мы попали? – Герт крутил головой.

– Похоже на храм древних людей, – сказала Самира, указывая на каменный постамент, напоминающий жертвенный алтарь.

– Ты куда привел нас, верблюжий помет? – проворчал Нур, глядя на Махмуда.

– Этого здесь не было… – пролепетал тот. – Может я ошибся пещерой?..

Зеленый свет мягко растекся по пещере. Я глянул на свою грудь – амулет провидца активизировался, будто что-то хотел сказать мне…

Махмуд нырнул в дальний ход и исчез.

– Эй! – окрикнул его Нур. – Ты так полюбил жрать летучих мышей, что теперь не можешь без них?

Но в ответ тишина… Я заглянул в темноту. Свет факела не добивал до глубины хода и терялся, не проникая дальше нескольких шагов.

– Уходим! – скомандовал я. – Что-то здесь не так!

– А Махмуда бросим? – спросил Герт.

– Возможно, это не Махмуд, – я потрогал горячий камень провидца. Он начинал вибрировать, словно предупреждал об опасности.

– Столько перлись, чтобы просто так уйти! – Нур выдернул ятаган. – Ну уж нет!..

Разбойник пригнулся и шагнул в черный лаз.

– Не дури! – крикнул я вслед. – Это может быть ловушка!

Но Нур исчез, как и Махмуд и больше не откликался.

– Что будем делать? – заерзал Герт.

– Я без любимого не вернусь, – озабоченно вздохнула Самира.

– Не волнуйся, – я вытащил молот. – Никто его здесь не бросит… За мной.

Чернота узкого прохода давила со всех сторон. Стены сужались, а потолок опускался… Мы двигались осторожно, вглядываясь в каждый выступ, в каждую расщелину.

Наконец подземный коридор закончился. Огромный зал с подземным озером посередине раскинулся перед нами. Возле кромки воды сгорбился черный силуэт Нура.

– Эй! – окрикнул его Герт. – Ты что расселся, как курица на кладке?

Но Нур молчал… Самира, почуяв неладное, бросилась к избраннику.

– Что с тобой? – она обняла разбойника. – Почему ты молчишь?

Вместо ответа Нур пошатнулся и упал на спину. Самира вскрикнула. Из груди разбойника торчала черная стрела…

Я подбежал и обхватил голову друга руками. Он терял сознание…

– Что случилось? – спросил я.

– Это Махмуд, – выдавил Нур и закрыл глаза.

– Не спи! Открой глаза! Держись!

Но разбойник не реагировал. Я сжал стрелу рукой.

– Что ты собираешься делать?! – Герт вцепился в мою руку. – Ты умрешь!

– Я чувствую, что могу помочь ему…

– Как Даяна помогла тебе?!

– У Даяны не было камня исцеления… – я разжал вторую ладонь.

На ней лежал красный камень, испуская огненные лучи. Его тепло предавалось через кожу и проникало в каждую клеточку моего тела. Он, словно, защитная паутинка обволакивал меня, вытесняя черную энергию стрелы…

– Прошу, спаси его! – Самира смотрела на меня с мольбой, по ее щекам бежали слезы. Непреклонная воительница превратилась сейчас в слабую женщину.

Я стиснул красный камень так, что тот врезался в кожу. Мысленно я представил как его энергия наполняет меня и создает защитную оболочку для моего тела. Чужеродная энергия стрелы проминала красную пелену, но дальше моей ладони не могла проникнуть. Кожа на руке потемнела. Если мне удастся не пустить порчу дальше руки – возможно, я выживу…

Я закрыл глаза и, рванув стрелу, резко отбросил ее от себя. Черная боль пронзила руку и ударила в голову, я чуть не потерял сознание. Но через секунду красное тепло вытеснило боль и черная дымка покинула руку. Почерневшая на ладони кожа вновь обрела розоватый оттенок.

Я приложил ладонь к ране на груди Нура. Его дыхание стало прерывистым и еле угадывалось… Рана меж ребер обильно кровоточила. Я собрал всю силу и попытался пропустить ее через руку, прижатую к ране. Еле уловимые потоки тепла трепетали под моими пальцами. Этого не достаточно, чтобы затянуть смертельное ранение. Черт! Очевидно раньше кровь волка усиливала мои способности к регенерации…

– Ты поможешь ему? – Самира обхватила голову руками.

– Я пытаюсь…

Я вновь собрался с силами и представил, как дорог мне стал этот человек. Еще недавно я использовал его как расходный материал, как обычного наемника. Смерть наступала нам на пятки, из множества передряг мы вышли, сражаясь бок о бок. Теперь я не представлял, как могу без него обойтись. Волна адреналина подстегнула красный амулет. Тепло усилилось, и я почувствовал, как оно распространяется по окровавленной груди Нура.

– Помоги, – кивнул я Самире. – Освободи его рану!..

Самира яростно разорвала халат на груди возлюбленного. Я плотнее прижал ладонь…

Через минуту края раны покрылись корочкой, кровь свернулась, и края стали сходиться. Еще через минуту рана затянулась, но остался шрам…

Нур кашлянул и открыл глаза.

– Какого черта вы надо мной ревете? – он ошарашенно крутил глазами по сторонам.

Самира больше не смогла сдерживать рыдания и уткнулась в плечо Нура.

– Что ты помнишь? – улыбаясь, спросил я.

– А что было? – Нур привстал. – Голова, наверное, закружилась и я бухнулся. Только откуда столько на мне крови, и почему разодрана одежда?

– Сегодня день твоего второго рождения! – сказал Герт. – Ты чуть копыта не откинул.

– Не дождетесь! Копыт у Нура больше чем у черта!

* * *

Мы выбрались из пещеры и обомлели. На небосводе катилось утреннее солнце. Остатки ночной прохлады цеплялись за ноги каплями росы.

– Черт побери? – Нур снял тюрбан и протер глаза. – Уже утро! Сколько же мы там пробыли.

– Я думал час, – озадаченно ответил Герт.

– Бесовщина!

– Судя по солнцу, пока мы были под землей, прошло не меньше десяти часов… А может быть несколько дней?..

Мы решили понаблюдать за пещерой и разбили у ее входа лагерь. Непростое это место. Наверняка колдун как-то связан с ним. Но как?.. Внутрь спускаться опасно, остается только ждать…

Герт настрелял худосочных пустынных зайцев. Самира умело их разделала и зажарила на вертеле. Развели дежурный костер. Чтобы набрать хвороста на ночь пришлось попотеть. Колючие горные кустарники – не самое лучшее топливо.

К вечеру расселись вокруг костра. Стемнело почти мгновенно. Дневной зной сменился на пустынных холод. Луны не видно, слабые звезды не пробивали черноту гор. Спать легли за полночь, укутавшись в походные пледы.

Я вызвался дежурить первым… Странное место не давало мне покоя. Я бродил возле входа в пещеру, изредка поглядывая в зияющую черноту. Я чувствовал, что внутри кто-то есть… Я стиснул рукоять молота и нащупал на поясе кинжал.

Прошел час… Костер совсем захирел, а хвороста почти не осталось. Я отошел в заросли, чтобы собрать немного веток, одним глазом поглядывая на пещеру. Как вдруг, что-то мелькнуло в ее глубине. Внутри меня все оборвалось. Может показалось?.. Я отбросил хворост и осторожно скользнул к пещере. Вглядываясь внутрь, я поднял молот. Тишина. Как бы мне сейчас помогло обоняние Люпуса…

Я поднял из костра горящую головешку и швырнул внутрь. Палка ударилась о камни, на мгновение высекла сноп искр и тут же потухла. Секундной вспышки хватило чтобы осветить черный силуэт в глубине пещеры.

– Подъем! – я растолкал спящую команду.

– Что случилось? – Герт нехотя сел.

– Внутри пещеры кто-то есть!

Сон Герта вмиг улетучился. Он вскочил, цепляя к поясу меч. Нур и Самира схватились за ятаганы.

– Ты предлагаешь туда спуститься? – поежился Герт.

– Не знаю… Зажги стрелу и пусти внутрь… Посмотрим, что за черт там…

Герт поднес к кострищу наконечник обмотанный промасляной тряпицей. Наконечник пыхнул синим пламенем. Герт натянул лук и прицелился в темноту.

Вжик! Стрела прорезала тьму и ударила в дальнюю часть пещеры. Осветив искрами камни, она сломалась и потухла…

– Никого вроде… – проговорил Нур.

– Тебе точно не показалось? – с надеждой спросил Герт.

– В пещере кто-то есть… Я не мог ошибиться…

Глава 4

Из глубины пещеры раздался шорох, будто скребла мышь. Шорох усилился. Герт наложил новую стрелу, Нур и Самира выставили вперед клинки, я поднял молот над головой. Шорох приближался. Это уже не шорох, а чья-то тяжелая поступь.

– Кто-там? – крикнул Герт. – Отзовись или получишь стрелу!

Но незнакомец молчал. Казалось, что я слышу его тяжелое дыхание.

– Стреляй! – крикнул я Герту.

Стрела со свистом скрылась в темноте и шаги затихли. Мы вглядывались в черноту, ломая глаза. Я зажег факел и осторожно просунул его в черный лаз. В тот же миг нас обдала ослепительная вспышка. Мертвый белый свет на секунду откинул тьму. Все произошло быстро, но я успел разглядеть Махмуда. Он стоял в пещере и скалился в улыбке.

Мы отпрянули от входа, зажмурившись и закрыв лицо руками. Свет чуть не выжег глаза. Через несколько минут мы смогли разлепить веки. Вокруг кромешная тьма.

– Сучонок, Махмуд! – прорычал Нур. – Ведь это был он?! Я думал, что мои глаза лопнули!..

– Что это было? – Герт тыкал по сторонам натянутым луком.

Я по привычке втянул воздух расширенными ноздрями. Но даже человеческого обоняния хватило понять, что что-то не так: воздух сырой и влажный, наполнен ароматом трав и хвои. Вокруг кромешная тьма.

– Куда делись звезды? – Герт на ощупь пробирался ко мне. – Что хрустит под ногами?

Я осторожно нагнулся и пощупал землю:

– Это ветки…

– Откуда они? Здесь нет деревьев!..

Бум! Раздался глухой стук и проклятия Нура:

– Тысяча гарпий! Я чуть не раскроил котелок о что-то твердое!

Я тоже уперся в какую-то преграду. Ощупал ее руками… Ствол дерева?

– Твою мать! – я выставил вперед руки, чтобы не напороться на преграду. – Зажгите факел!

– Ищу уже! – Герт ползал где-то рядом. – Что же так темно здесь? Как в заднице у демона… Нашел!

Чирк! Чирк! Кресало высекло сноп искр и на ветоши факела несмело затрепетали красные язычки. Огонь окутал факел, пламя вытянулось и расправило плечи.

Красноватый свет разлился по округе. Первые секунды мы стояли, раскрыв рты и не могли вымолвить ни слова от увиденного. Герт выронил лук, а Нур потирал глаза и тряс головой.

– Вы тоже это видите? – наконец проговорил я.

– Да-а… – протянул Герт. – Но как такое возможно?

– А я думал мои глаза все-таки лопнули! – облегченно выдохнул Нур. – Хвала богам! Это мне не чудится!

Мы стояли посреди густого леса. Вековые сосны смыкали над головой непролазные кроны, полностью скрывая ночное небо.

Герт озадаченно потрогал коряжистый ствол исполинской сосны:

– Как мы здесь очутились? Может это все иллюзия?

– Не похоже… – ответил я перебирая в руках хвоинки. – Мы не только видим это, но и чувствуем и ощущаем запахи.

– Джунаид перенес нас в другое место… – вмешалась Самира.

– Махмуд с ним заодно? – Нур злобно плюнул. – Удавлю гаденыша!..

– Махмуд и есть Джунаид, – ответила Самира. – Во всяком случае одна из его личин…

– Но зачем он перенес нас из пещеры? – недоумевал Герт.

– Джунаид заманил нас в пещеру, чтобы убить. У него не вышло и он перенес нас далеко от пустыни, – предположил я. – Возможно, очень далеко… Быть может мы не на Арабском материке…

– На Арабском материке нет лесов, – сказала Самира. – Я слышала о них только от мореплавателей…

– Ежа мне в пузо! Где мы находимся?! – Нур с силой воткнул ятаган в мягкую лесную почву.

– Пока не рассветет – не узнаем, – ответил я. – Факел догорает, а передвигаться в кромешной тьме опасно. Нужно подождать рассвета. Если конечно здесь бывают рассветы…

– Что ты говоришь?! – встрепенулся Герт. – Рассветы есть везде на земле…

– Ты уверен, что это земля?

Герт осекся:

– Неужели колдун закинул нас в иной мир?..

– Пока факел не потух, нужно соорудить подстилки для ночлега из травы и веток, будет утро – будем думать…

– Если доживем до утра, – вздохнул Герт.

– Не каркай, мы еще всех переживем… Умирать нам недосуг…

* * *

Рассвет настал стремительно, будто кто-то включил лампочку. Солнце пробило сплетение крон и осветило лесную поляну на которой мы заночевали. Исполинские деревья, изрезанные глубокой текстурой коры напоминали тысячелетние баобабы. Невиданные ранее деревья покрыты огромными как у пальмы листьями, висячим мхом и лианами. Подлесок из широколистных опахал дополнял картину “джунглей”. Гомон тысячи птиц и стрекотание насекомых встречали утро разношерстным оркестром.

– Похоже на тропики, – сказал я, озираясь.

– Что такое тропики? – поморщился Герт. – Болезнь такая?..

– Это где тепло, влажно и много зелени.

– Нет таких мест на арабском материке, – вмешался Нур. – Дьявол затащил нас неизвестно куда.

– Будем пробиваться, – я ткнул пальцем в сторону еле заметной тропки. – Похоже на звериную тропу, пойдем по ней… Мечи держать наготове, неизвестно какое здесь зверье шныряет. Смотрите под ноги, берегитесь змей…

– Змей?! – Герта передернуло, воспоминания о Долине Теней отпечатались на его лице.

– Не таких змей, что тебя проглотила, а маленьких и ядовитых. Хотя может гигантские здесь тоже водятся…

Озираясь, Герт стиснул рукоять меча.

– Да не бойся ты! – засмеялся я. – Первого сожрут Нура. Он упитанный и мясистый.

– Нет уж! – Громыхнул Нур. – Пусть первым жрут негораздка, я старый и жесткий как поношенный сапог.

– Если будете смотреть по сторонам и поменьше болтать – никого не сожрут, – улыбнулась Самира.

Мы прорубались через сплетения корней, стеблей и лиан. За два часа изнурительного похода преодолели всего лишь несколько миль. К полудню солнце выплеснуло максимальное тепло. Мы выбились из сил, хотелось пить. Мы бухнулись в траву, переводя дыхание.

– Нужно поискать ручей, – сказал я ощупывая почву. – Земля влажная, в низине может быть вода.

– Где ж эта низина? – проворчал Нур. – Кругом заросли. Уже и пожрать бы не мешало. Припасы остались возле пещеры вместе с лошадьми. А у меня там бутыль вина еще припрятана…

– Ах ты, тихушник! – вспылил Герт. – Замылил таки вино!

– А оно тебе без надобности, – скривился в улыбке Нур. – Вот молоко тебе в самый раз!

Рядом на ветку присела цветастая диковинная птичка. Она что-то усердно щебетала. Нур махнул в ее сторону мечом. Птаха испуганно вспорхнула, но тут же вернулась обратно.

– Вот настырная, зараза, – Нур тыкал в птицу мечом. – Своим писком покой почтенного мужа нарушает.

Птица отлетела чуть поодаль и зачирикала. Нур снял пожамканый сапог и швырнул в нее. Птаха метнулась в сторону и негодующе заверещала, затем вернулась обратно.

– Она будто зовет нас куда-то, – Самира с удивлением рассматривала райскую птичку.

– Да куда она может звать? – Нур почесал бороду. – Заняли ее территорию вот и бесится.

– Сейчас проверим, – сказала Самира. – Вставайте, пошли…

– У меня еще жопа в мыле и шум в висках, дай дух перевести!

Но Самира подняла Нура, и мы поплелись за птахой. Та перелетала с ветки на ветку, то забегая вперед, то возвращаясь назад. Она постоянно оглядывалась и что-то щебетала нам.

– Ты погляди! – косматые брови Нура приподнялись. – И впрямь ведет нас… Смотри, пигалица! Если в ловушку заведешь – скормлю тебя муравьям!

Птаха недовольно пискнула, будто поняла Нура. Через час пути джунгли неожиданно расступились и мы встали, раскрыв рты. Птица упорхнула.

Перед нами раскинулась огромная поляна, расположенная в живописной низине. В низину врос белокаменный дом с множеством террас и фонтанов. Барельефы причудливых стен увиты лианами и украшены статуями полуодетых дев. Перед домом изумрудное озерцо, питаемое искристыми водопадами, стекавшими с мохнатой скалы. На диковинных деревьях резвились райские птички и попугаи.

– Что это? – наконец вымолвил Герт. – Ничего красивее никогда не видел…

– Если бы я верил в бога, – сказал я. – Я бы назвал это раем.

Мы спустились в низину. Огромное белокаменное крыльцо дома чуть выщерблено от времени. От строений веяло древностью и величием.

Мы осторожно поднялись по ступеням. Дверей нет, вместо них огромные резные арки. Окна занавешены легкой паутиной белого шелка.

– Эй! – крикнул я. – Хозяева! Мы пришли с миром, встречайте усталых путников…

В глубине дома мелькнул силуэт. Я нащупал на поясе кинжал. Мои спутники незаметно положили руки на рукояти мечей. Послышались гулкие шаги по полированному каменному полу.

– Зачем вам оружие, если вы пришли с миром? – на террасу вышел ослепительно белый улыбчивый мужчина. Сверкающая одежда расшита алмазами и бисером. Его необычно белая кожа, длинные белые волосы на голове делали его похожим на эльфа. Но здесь не Средиземье, да и уши у него обычные.

– Добрый день, – я слегка поклонился и протянул руку. – Меня зовут Молот. Мы с друзьями заблудились.

– Азиус, – протянул изящную ладонь хозяин дома. – Будьте моими гостями. Я рад путникам, несколько лет нас никто не посещал.

– Вы живете не один? – спросил Герт.

– Я живу с дочерьми.

Глаза Герта заблестели, он украдкой посмотрел по сторонам.

– Они сейчас на прогулке, – улыбнулся Азиус. – Проходите в дом, я распоряжусь подать обед.

Мы шагнули в тень роскошного особняка. Белые стены испещрены гравировкой и затейливым орнаментом. В просторном зале огромный овальный стол на резных ножках.

– Присаживайтесь, – улыбнулся Азиус.

Мы плюхнулись на диваны из белого бархата возле стола. Откуда-то выплыла полная тетка в белоснежном фартуке служанки и стала сноровисто накрывать на стол. Жареный гусь, печеные баклажаны, рыба, виноград, яблоки, вино и много незнакомых мне яств.

– Ого! – Нур потер руки. – Вы нас ждали?!

– Это наша обычная трапеза, – Азиус сел рядом. – Мой древний род привык к излишествам…

– Где мы находимся? Далеко отсюда Исмар? – я преломил пышную булку, но опасался ее откусить – странно все это…

– Исмар? – белесые брови Азиуса встали домиком, его холеное лицо вытянулось. – Не слышал про такое место. Мы хранители древнего леса. На многие тысячи миль вокруг нет поселений… Как вы сюда попали?

– Мы ищем старого друга, он направил нас сюда. Его зовут Джунаид…

– Не слышал про такого, – ни одна жилка не дрогнула на лице Хранителя. – И все же… Как вы попали в такую глушь?

– Не такая это глушь, если поставки продовольствия у вас налажены. Кто вам привозит припасы?

– Это дары лесных духов. Мы живем в гармонии с природой и лесом…

– Ты маг? – я пытливо разглядывал собеседника и не торопился вкушать яства, но Герт с Нуром уже уплетали за обе щеки.

– Магия основывается на множественности, мистика – на всеединстве, вера – на целостности, – уклончиво ответил Хранитель. – Я скорее верующий в высший порядок… Почему ты не ешь, Молот? Пища не отравлена, можешь не тревожиться.

Азиус демонстративно отломил зажаристое крыло гуся и отправил его в рот целиком, затем закусил листьями какого-то овоща из моей тарелки и запил вином из моего бокала.

– Я не знаю тебя, все это выглядит странно и неестественно – посреди леса роскошные хоромы, прислуга, яства, – я осторожно надкусил булку.

На вкус она оказалась божественна и я чуть не подавился слюной. Я уже не мог сдерживать голод и запихал в рот кусок рыбы. Та таяла во рту, казалось, что ничего вкуснее в жизни я не ел. Я отхлебнул вина и поплыл. Приятное тепло разлилось по жилам. Я выпил бокал залпом. Легкая хмельная эйфория приятно всколыхнула сознание. Мои спутники молча поглощали трапезу, им некогда было вымолвить и слова.

Я набросился на угощения, будто не ел неделю. Что за черт? Чревоугодием никогда не увлекался, но почему так вкусно? Увидев мой немой вопрос, Хранитель улыбнулся:

– Настоящий вкус познается в гармонии души и существования… По настоящему мы наслаждаемся жизнью, дарами и пищей только тогда, когда готовы принять это…

Я молчал а про себя подумал. Вот так… Всю жизнь жил аскетом, себя не баловал, кого-то спасал, сам не доедал. Бесконечные ранения, командировки, а здесь путешествия и битвы… Неужели я попал в рай? Не верю я в рай… В раю не встретишь никого из интересных людей, только себя потеряешь… А может и нужно ненадолго, хоть на недельку потерять себя? Скинуть груз забот, уйти в душевный запой… А может и физический. Недельку мир подождет, не рухнет. А если рухнет – восстановим его из руин…

Мои размышления прервал женский смех.

– А вот и мои дочери! – Азиус встал навстречу двум женским силуэтам, огибающим фонтан.

Девушки приблизились. Чуть впереди плыла покачивая упругими бедрами рыжеволосая красавица. Легкое полупрозрачное платье едва прикрывало соблазнительные формы и грудь, пытавшуюся выпрыгнуть из декольте при каждом шаге. Герт открыл рот и не сводил глаз с незнакомки. Нур покосился на Самиру и с увлеченным видом принялся хрустеть виноградом.

Рыжеволосая свернула на тропку, выложенную белым камнем и открыла обзор на сестру, идущую у нее за спиной. Я посмотрел на нее и вилка выпала из моих рук… Я попытался встать, но ноги не слушались. В висках застучало. Не может быть!.. Мне навстречу шла и улыбалась… Даяна…

– Познакомьтесь, – Азиус протянул руку рыжеволосой, – это моя старшая дочь Ида, а это Велия, – кивнул он на Даяну.

Я боялся поднять глаза. Нур и Герт встали. Я оперся о стол, с трудом поднялся и посмотрел на Даяну. Жар отпустил меня. Это была не Даяна. Беловолосая с мраморной кожей высокая девушка очень на нее похожа, но это не она… Но как она похожа: та же улыбка, взгляд с искрой, плавные движения, мягкая поступь… Я попал в рай…

Велия села со мной на одну скамью, а Ида примостилась рядом с Гертом. Тот не сводил глаз с огненной дивы. Шутил, смеялся и пытался быть учтивым. Флирт получался немного неуклюжим, но Ида снисходительно улыбалась каждой глупой шутке.

Что-то парень разучился острить, его пылающие уши говорили о причине временной утраты острословия… Не он один был смущен. Я молча отхлебывал кровавое вино, украдкой поглядывая на двойника Даяны. Она поймала на себе мой взгляд и улыбнулась. Будто уличенный в чем-то плохом школьник я вдруг захотел провалиться сквозь землю… Никогда еще так девушки на меня не действовали. Я ли это? Или в раю всегда так? Просыпается внутри детская невинность…

– После трапезы предлагаю прогуляться по нашему саду, – предложил Хранитель.

– Спасибо за гостеприимство, – кашлянул я. – Но как нам отсюда попасть в Гафас?

– Я пошлю воронов разведать о ваших краях, а пока вы можете быть моими гостями и отдыхать.

– Тебе подвластны вороны? – удивился Нур.

– Всякая тварь лесная живет в согласии с Хранителями. Ворон – умная и древняя птица. На окружающий мир мы смотрим часто его глазами.

– Ты говоришь загадками, – я вновь украдкой посмотрел на Велию.

– Не все сразу, мой друг, – сверкнул белизной зубов Азиус. – Вы сами все поймете, вам нужно отдохнуть и впустить умиротворение в душу. Мы сгораем в суете мирской жизни, как свеча от пламени. Чем меньше огонь и спокойней пламя – тем дольше мы сможем наслаждаться бытием…

– Надеюсь у вас здесь не секта? – я посмотрел в голубые глаза Азиуса. – И вы не станете обременять нас своей одержимостью и философскими воззрениями, иначе нам придется немедленно вас покинуть…

– Мне не знакомо это слово, но я противник всякой одержимости… Главная одержимость живет внутри нас, и то насколько мы с ней уживаемся – зависит благость нашего существования.

Девушки молча слушали наши рассуждения, пили вино и одаривали нас обворожительными улыбками. Я немного привык к присутствию “Даяны” и под действием красного напитка даже пытался шутить… Но то ли мозг затуманен, то ли я не до конца прогнал из себя школьника, получалось это у меня не особо хорошо.

– Позвольте я покажу вам водопад, – Азиус встал и чуть поклонился Нуру с Самирой. – Ида покажет Герту сад, а Велия проведет Молота на лесное озеро.

– Я думал мы все вместе пройдемся, – я нервно перебирал в руках ножку серебряного бокала.

– Не хочу вам мешать, – Хранитель еле заметно подмигнул, а может это мне показалось…

В отличие от меня перспектива остаться наедине с Идой Герта обрадовала. Он оживился и заерзал на стуле.

Велия поднялась из-за стола и протянула мне руку, приглашая следовать за ней. Я с трепетом сжал ее ладошку. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди…

Глава 5

Птицы лили симфонии на разный лад. Солнце в низине не пекло, а мягко грело. Мы прогуливались с Велией по лесной тропе. Она что-то рассказывала, но я ничего не слышал… Словно оглушенный счастьем, я брел за ней как деревенский дурачок, лишь кивая и улыбаясь в ответ. Никогда не чувствовал себя таким беспечным и… Влюбленным… Она напоминала Даяну, и казалось, я знал ее всю жизнь…

Тропа вывела к маленькому лесному озеру. Изумрудная гладь настолько прозрачна, что видно каждый камушек на дне. Озерцо обступили раскидистые деревья, свесив лапы до самой воды. Они словно укрывали жемчужину от посторонних глаз.

– Искупаемся? – в глазах Велии блеснули огоньки, она приблизилась к воде и скинула белые сандалии.

Я раскрыл рот и замер, не зная что ответить. Изящным движением Велия сбросила невесомое платье. Ее обнаженное тело чуть не ослепило меня своим великолепием. Я зажмурился, чувствуя как наливаюсь пунцом. Велия рассмеялась и шагнула в воду. Легкие круги задрожали вокруг ее изящных ножек. Шаг, еще… Я не сводил с нее глаз. Ни одна сила в мире не могла заставить сейчас меня оторваться… Ее длинные белокурые волосы рассыпались по обнаженной спине, чуть касаясь ягодиц…

Легкий всплеск и девушка юркнула в воду. Чуть отплыла от берега, повернулась и призывающе на меня посмотрела. Я вышел из оцепенения, сбросил доспехи и прыгнул в озеро. Какая приятная вода!.. Не холодна и не слишком теплая. В самый раз для жаркого дня, будто в озере есть терморегулятор.

Велия нырнула. Сквозь прозрачное зеркало я видел, как ко мне под водой приближается “русалка”. Я оперся ногами о дно – глубина по грудь. Голова Велии показалась рядом. Капли стекали по ее прекрасному лицу, манящей груди. Она обвила мою шею руками.

– Ты меня совсем не знаешь, – проговорил я, борясь с желанием овладеть ею прямо в воде.

– Я хочу тебя узнать…

Она подалась чуть вперед и я прижал ее к себе. Наши губы встретились, а руки сплелись…

* * *

Три дня мы гостили у Азиуса. Его вороны еще не вернулись, и это успокаивало мою совесть – торопиться некуда. Да и вообще, больше двух лет я уже здесь – могу я позволить себе недельку отпуска?..

Чувство беспокойства и ответственности притупила красота Велии. Почти все время мы проводили вместе. Гуляли, купались или лежали в тени деревьев, наслаждаясь друг другом. Все-таки рай существует… Чтобы найти свой собственный рай – нужно все отпустить…

Герт пропадал с Идой. Мое общение ему стало не нужным. Он был похож на влюбленного идиота и не отставал от нее ни на миг. Хотя, впрочем, со стороны я выглядел, наверное, также.

Нур и Самира были на своей волне. У них будто начался медовый месяц, которого у них никогда не было. Любовь самиры размягчила сварливый и злобны нрав Нура. Бывалый воин стал похож на ленивого толстого кота, довольного жизнью, колбасой и кошкой…

Все было хорошо… Но где-то в глубине меня подъедало чувство, что я должен что-то предпринять, куда-то спешить, что-то делать… Мы должны двигаться дальше на поиски Джунаида, либо вернуться домой. Как там королевства, как мой сын, Тэпия, Ахиб? Все ли у них хорошо? Но всякий раз, когда я порывался поставить вопрос о нашем возвращении ребром перед Хранителем – появлялась Велия. Словно долгожданный наркотик она опьяняла мой разум, ублажала тело… И мы продолжали наслаждаться “раем”. Дни текли неспешно и размеренно. Вот она настоящая жизнь, наверное… Или отпуск?

Вечером за ужином на роскошной террасе Азиус как всегда что-то проповедовал нам о жизни, наслаждении и прочей потребительской философии. Удивительно, но его слова с каждым разом становились мне понятнее и не казались таким уж бредом как в начале.

Яства, вино, красивая девушка рядом – что может быть лучше? И никого не надо убивать, никого не надо защищать… Или надо?.. Мысли мои разбрелись, словно ручейки талой воды. Я должен был все обдумать один. Мне надо привести сознание в порядок, иначе мы так месяц будем здесь прохлаждаться.

– Пойду прогуляюсь перед сном, – сказал я присутствующим за ужином и встал из-за стола.

– Я с тобой, – Велия нащупала мою руку.

Я мягко отстранил ее:

– Сегодня я хочу прогуляться один…

Велия опустила глаза, а по лицу Хранителя, мне показалось, пробежала тень. Или это была тень от колыхавшейся на ветру ветки?..

Я шагал вглубь леса. Вечернее солнце улыбалось, приветливо играя зеленой листвой. Здесь всегда хорошая погода… В тропиках такого не бывает… Здесь всегда все хорошо… В жизни такого не бывает…

Чем дальше я углублялся в лес, тем “трезвее” становился мой мозг. Я сразу стал вспоминать Эверана и Тэпию… И Даяну. Про нее я в последнее время совсем позабыл – кажется что она рядом. Но Велия – не Даяна…

Я не заметил как углубился в чащу. Гостеприимная дорожка сменилась на извилистую тропку. Деревья обросли колючками, кустарник цеплял ноги и лицо. В общем стало как в обычном лесу… Все так и должно быть в жизни. Не всегда все гладко…

Солнце собиралось закатиться за горизонт и на землю опустились сумерки. Где-то хрустнула ветка. Я рефлекторно схватился за кинжал, но его на поясе не оказалось… Только сейчас я понял как был беспечен – в незнакомом лесу ходить без оружия.

Я поднял валежину и прислушался. Тишина… Где-то колыхнулись ветви. Кусты раздвинулись и на меня шагнул двухметровый воин в медвежьей шкуре. Я разглядел его испещренное шрамами лицо и похолодел. Я выронил дубину:

– Ты?! Но ты же умер?!..

– Физически я сдох, но ты можешь говорить сейчас со мной благодаря этой зеленой штуке, что болтается у тебя на шее! – Скала широко улыбался, тыча на мой амулет провидца. – Я скучал по тебе, Молот…

Я бросился навстречу другу и мы обнялись.

– Как такое возможно? – я трепал его плечи, трогал косматую бороду.

– Я не призрак, – рассмеялся гигант.

– Почему ты раньше не являлся ко мне, мне тебя не хватало!

– Я не могу посещать мир живых, мертвым это не дано…

– Но сейчас же ты здесь?..

Скала грустно улыбнулся:

– Не совсем…

– Как не совсем?! Я вижу и слышу тебя, чувствую твердь твоих доспехов.

Я рванул медвежью шкуру Скалы и в руках остался клок бурых волос.

– Это не совсем мир живых…

– Что?!

– Я пришел, чтобы помочь… Ты находишься в Низине Забвения… Время здесь течет иначе.

– Азиус колдун?

– Он хранитель, он не причинит тебе вреда, но если ты не вырвешься отсюда, рискуешь остаться здесь навсегда.

– Ну и пусть, оставайся со мной. Ты сможешь жить здесь?

– Это не жизнь, здесь все не настоящее…

– А Велия? Она настоящая?

– Да, но ты воспринимаешь ее такой, какой хочешь ее видеть… Для каждого заблудшего путника здесь найдется своя Велия, своя Ида…

– Черт!.. Как мы попали сюда и как нам выбраться?

– Ты сам должен решить… Я не могу тебе в этом помочь… Мне пора, Молот, прощай.

Мы вновь обнялись и я… Проснулся…

Я лежал на огромной кровати под сенью шелковых балдахинов, рядом прильнула Велия. Луна скользнула в спальную и высветила в моей руке что-то темное и мягкое. Я разжал пальцы – в ладони лежал клок медвежьих волос. Я попытался встать, но Велия обняла меня и я на секунду закрыл глаза. Как хорошо лежать с ней рядом… Я не заметил, как вновь провалился в сон…

* * *

Утром я с трудом вспоминал события ночи, будто это был важный сон, который ты никак не можешь вспомнить. Жизнь и сновидения – страницы одной и той же книги.

– Что тебя беспокоит? – спросил Азиус за завтраком.

– Когда вернутся вороны? – в лоб спросил я его.

– Разве ты ждешь их как прежде?

– Сколько времени мы здесь? – я раздраженно отставил тарелку.

– Неделю… Может чуть больше…

– За неделю моя борода так не вырастет, – я потрогал длинные космы.

– Разве вам плохо? – пожал плечами Хранитель.

– Ну же, Молот, – вмешался Герт. – Давай побудем здесь еще недельку…

– Судя по твоим отросшим рыжим патлам мы здесь уже не меньше года!..

– Что?! – Герт вскочил, оторвав от себя Иду. – Не может быть…

Азиус хотел нас успокоить своими очередными “гипнотическими” речами, но Нур схватил со стола вилку и приставил ее к горлу Хранителя:

– Говори, шельмец! Сколько мы уже здесь?!.. Неделю? Год? Больше?

– Больше… – прохрипел Хранитель, лицо его вдруг исказила злоба. – Я старался, чтобы вам понравилось!..

– Зачем мы тебе здесь? – спросил я.

Хранитель чуть дернулся, и вилка проткнула кожу на шее. Алая струйка закапала на белый стол. Азиус скривился от боли, его дочери заохали.

– Я вас сюда не звал, – прошипел Азиус.

– Как мы сюда попали? – продолжал я допрос, а Нур не отпускал нажим на вилку.

– Низина Забвения – последнее пристанище заблудших путников, вас прислал Джунаид…

– Как нам его найти?

– Я не могу сказать…

– Тогда ты умрешь! – рявкнул Нур и чуть заглубил Вилку.

– А-а-а! Прошу… Не убивайте!.. Я не могу сказать где он, но я могу отправить вас туда…

– Как? – спросил я.

– Магия, что перенесла вас сюда работает и в обратную сторону. Вы попадете в земли, где сейчас находится ее носитель, отправивший вас сюда…

– Давай! – приказал я. – Возвращай нас! Но смотри… Если обманешь!..

Нур убрал вилку от горла. Велия взяла мою руку, в ее глазах стояли слезы:

– Прошу, Молот, не покидай меня…

Я выдернул руку:

– Здесь все не настоящее…

Только я это промолвил, как прекрасная Велия вдруг потускнела, ее тело стало полупрозрачным и через секунду растворилось в воздухе, словно дымка. Ида исчезла вслед за сестрой…

– Дьявол! – воскликнул расстроенный Герт. – Что это было?! Где моя Ида?..

– Вы возвращаетесь к реальности, – проговорил Хранитель. – Плоды ваших фантазий растворились…

– Они были не настоящие?! – Герт ошарашенно таращился на Азиуса.

– Что есть настоящее? То что мы можем ощутить, почувствовать, принять… Если исходить из этого посыла – они настоящие. Но они то, что у вас никогда не было, и к чему ваше сознание стремилось…

– Хорош трындеть! – оборвал Нур. – Возвращай нас!

– Как пожелаете, – пропел Азиус. – Вы могли бы жить здесь вечно, в достатке любви и покое… Но вы выбрали бренность бытия. Не понимаю я вас людей…

– А ты что не человек? – спросил Нур, но ответа мы не дождались.

Азиус махнул рукой и ослепительная вспышка ударила по глазам. Мы зажмурились, закрыв лицо руками, и на миг лишились зрения. Через минуту резь в глазах стала проходить. Я осмелился открыть веки. Нур, Герт и Самира стояли рядом и потирали глаза.

– Клянусь рогами дьявола, – проворчал Нур. – Опять я думал, что мои глаза лопнули!

– Где мы? – Герт озирался по сторонам. – Неужели это?..

Я втянул воздух ноздрями. Запах хлеба, разнотравья и утренней росы родным теплом разлился по коже:

– Да, мой друг… Мы наконец дома…

Мы стояли посреди крестьянских полей, а вдалеке маячили очертания Астрабана…

* * *

Каменные стены Астрабана нависли над нами. Городские ворота распахнуты… Мы беспрепятственно вошли в город. Проходящий мимо люд косился на колоритный отряд из трех бородатых воинов и воительницы. Наши вооружение и доспехи при перемещении оказались при нас. Только коней потеряли. Пасутся наверное где-то в окрестностях арабской пещеры…

Прохожие будто нас не узнавали… Рассматривали и провожали любопытными взглядами.

– Почему нас никто не встречает? – дивился Герт. – Неужели за год забыли?

– И почему открыты ворота? – добавил я. – Никакой бдительности. Я выскажу Ахибу и Тэпии все, что думаю об их халатности…

Так мы прошагали до королевского замка. На каменном крыльце дорогу нам преградили красные накидки гвардейцев. Стражники перекрестили алебарды перед нашими лицами.

– Ты что, песий сын?! – брызнул слюной Нур. – Не видишь кто перед тобой стоит?! Не узнал командующего и его заместителей?

– Если кто-то из вас командующий, – гоготнул старший пузатый стражник. – То я принцесса Астрабана.

Стражники заржали. Я недоуменно пожал плечами. Нур наполовину вытащил ятаган, но я его остановил:

– Спокойно, мой друг… Возможно, это новобранцы из дальних деревень и они не знают о наших заслугах перед королевством и не видели наших лиц…

– Да какие мы новобранцы?! – услышал наш разговор старший. – Я пятнадцать лет на службе. Проваливайте! Возле королевского замка нельзя толпиться…

– Доложи королеве Тэпии и королю Ахибу, что прибыл Молот, – отрезал я.

– Молот?! – воскликнул пузатый. – Великий был воин… Как смеешь ты назваться его именем?

– Потому что я и есть Молот! Позови королеву или мне придется пройти сквозь вас…

– Молот погиб, а ты хочешь присвоить его былую славу?!

– Как видишь, я вернулся живой, прошел всего год, а вы меня уже похоронили!

Стражник недоуменно раскрыл рот и стал внимательно вглядываться в мои доспехи из сплава алмазной руды, молот, торчащий из-за заплечной сумки, кинжал из небесной стали, висящий на поясе. Что-то шевельнулось в его мозгу, будто он меня начал узнавать… Его глаза расширились, а губы задрожали:

– Это вы?!.. Но… Я-а-а… Как?..

– Что как? – я раздраженно теребил пуговицу…

– Вы совсем не изменились… Я вспомнил вас, п-простите…

– Год пролетел незаметно, у нас было время для отдыха, – улыбнулся я.

– Какой год? – тупил стражник.

– Который меня не было в королевстве.

– Простите, господин командующий, но… Вы пропали двадцать лет назад…

* * *

Ноги мои подкосились и я оперся о стену. Бешенной волной в мозгу пронеслись тысяча мыслей… Как? Двадцать лет?! Твою мать!.. Мой сын вырос без меня?! С-сука, Джунаид!.. Что с Тэпией?!.. Вот почему нас никто не узнал…

– Как королева Тэпия? – наконец выдавил я.

– Королева в добром здравии, – стражник поклонился. – Простите, господин Молот, что не узнал вас. Последний раз я вас видел, когда мне было лет двенадцать… Я провожу вас к королеве…

Нур и Герт остались на крыльце, пребывая в шоке. Я, все еще не веря в происходящее, отрешенно брел за стражником. Вот и знакомый коридор. Камни стен чуть потемнели, статуи сменились на новые, из прислуги я никого не узнаю и меня никто не узнает. Твою мать! Двадцать лет!.. Я боялся увидеть Тэпию старухой. Я чуть замедлил шаг.

– Что с вами? Господин молот? – обеспокоенно проговорил стражник.

– Все нормально, – я выдавил улыбку. – Не каждый день узнаешь, что постарел на двадцать лет…

Вот и тронный зал… Я прислонился к стене, неизвестно откуда взявшаяся одышка стягивала грудь. Стражник постучал в дубовые двери и с поклоном вошел в зал. Я брел чуть позади, хотелось пить, мое сердце гулко стучало.

Тронный зал встретил полумраком и трепетом факелов. Каменные статуи, расположившиеся по бокам зала, с удивлением уставились на меня.

Я несмело поднял глаза. В глубине зала на приступке из черного мрамора возвышался величественный трон с восседавшей на нем до боли знакомой и родной фигурой. Она ничуть не изменилась, подумал я… По крайне мере издалека…

– Ваше величество! – стражник припал на одно колено.

Королева заметила меня и замерла, не веря своим глазам, а стражник продолжил:

– Господин Молот прибыл в Астрабан!

Наплевав на королевскую сдержанность, Тэпия вскочила с трона и бросилась мне навстречу. Я с облегчением увидел что королева все также красива и молода… Ну разве что повзрослела лет на пять…

Тэпия бросилась мне на шею, я обнял ее, уткнувшись в иссиня-черные волосы.

– Где ты был?! – всхлипнула Тэпия. – Мы думали ты погиб!..

– Я попал в ловушку времени… Джунаид не смог погубить меня и бросил в Низину Забвения. Я пробыл там неделю, а здесь прошло…

– Двадцать лет, – закончила за меня Тэпия. – Хвала богам, они вернули тебя мне, королевству и народу… Ты совсем не изменился…

Тэпия намочила мое плечо. Я сам боролся со слезами и не мог расцепить объятия. Собрав твердость в голосе, я спросил:

– Где мой сын?

– Мне многое тебе надо рассказать… – королева вдруг сникла.

– Почему ты не состарилась за двадцать лет?

– Носители королевской крови стареют очень медленно… – улыбнулась Тэпия, ты разве не знал?..

Глава 6

Три дня я не просыхал, пытаясь забыться в хмельном угаре. С Гертом и с Нуром не вылезал из таверны… Меня не было чуть более месяца, а утраты я понес на двадцать лет. Случилось самое страшное. Мой сын, моя кровь пропал семнадцать лет назад. Год его искали по всему объединенному королевству, но тщетно. Больше его никто не видел…

Я вспомнил слова городской гадалки, когда-то она спасла мою жизнь. Снимая с меня смертельную порчу, она предрекла:

– Хворь демона ест тебя! Если не изгнать ее сейчас, до утра не доживешь…Но нельзя нарушить Закон мира – равновесие. Нельзя подарить жизнь вместо смерти, кто-то за это должен умереть… Боги возьмут у тебя самое ценное, что будет у тебя через пять лет.

Я тогда не придал значения ее словам и лишь сейчас понял, что страшное пророчество сбылось. Сущее забрало у меня самое ценное в этом мире – Эверана. Как мне с этим жить дальше?.. Если бы я знал тогда, какова цена моей жизни…

Вся моя жизнь состоит из потерь… Ольга, Скала, Даяна, Эверан… Кто следующий. Может я – проклятие?.. Может если бы меня не было рядом, они бы продолжали жить…

Не я назначил себя избранным, не мне об этом судить… Может если не мое вмешательство, погибло бы гораздо больше?.. Но мне от этого не легче. Я не видел как рос сын, и не увидел его смерть… А сейчас легче становится лишь, когда вижу дно опустошенного кувшина вина.

За мое отсутствие произошло многое… На королевство год назад свалилась страшная напасть – Белый маг, Ариук. Он появился из ниоткуда, так его прозвали за белые одежды и длинные белые волосы. Он поселился у подножия гор между территорией Лесных жриц и Даромиром.

Люди потянулись к нему со своими болезнями, семейными дрязгами и прочими неурядицами. Он исцелял тело и душу, во всяком случае так прихожанам казалось, так он им внушал. Вскоре его ярые приверженцы основали поселение, и на месте одинокой хижины мага вырос поселок.

Молва разнесла весть о великом отце, наставляющем на путь бытия истины, исцеляющего недуги. Армия его сторонников стремительно росла. Поселок превратился в город – город Луны.

Король Ахиб пытался навести там королевский порядок – внедрить судебную королевскую власть, налоги и прочие государственные принципы. Он пришел в город Луны с отрядом гвардейцев, но его малочисленный отряд сектанты разбили. Тогда Ахиб собрал армию и выступил в военный поход. На подходе к городу Луны неожиданно гвардейцев скосила неизвестная хворь. Большая часть из них умерла в муках. Но самое ужасное – погиб сам король. Ахиб не оправился от хвори и умер под городом сектантов. Говорят, что ручей из которого они пили на привале был отравлен, но наверняка этого никто не знает. Другие говорят, что белый маг навлек гнев богов на неверных.

Выжившие солдаты засыпали тело Ахиба солью, обернули брезентом и доставили в Астрабан. Короля похоронили с почестями в семейном королевском склепе в подземельях королевского замка.

Для Тэпии это был страшный удар… Месяц она не выходила из своей спальни, временно отдав бразды правления Королевскому совету.

Оправившись от глубокого траура, Тэпия велела сжечь поселение мятежников. И вновь королевские войска выступили с походом на город Луны.

В сутках пути от города войска встали на привал. Воду пили только привозную – быки тащили подводы с питьевой водой. Солдаты разбили шатры, развели бивуачные огни и с приходом ночи легли спать, выставив часовых.

Утром никто из солдат не проснулся… Их нашли мертвыми без всяких следов убийства и ранений. Будто умерли во сне от неизвестного недуга. Лишь один боец вернулся живым. В ту ночь он не спал и самовольно отлучился из лагеря, чтобы провести время с крестьянской девкой в одной из окрестных деревушек. Вернулся в лагерь под утро и обнаружил дремлющих мертвецов… Как они погибли никто так и не узнал, это стало самой страшной тайной королевства.

Больше Белого мага никто не трогал… Тэпия пыталась снарядить еще один отряд, чтобы дойти до города Луны без привала одним марш-броском, но история гибели гвардейцев обросла страшными слухами. Поговаривали, что Белый маг и есть бог смерти, и идти к нему на встречу, это все равно, что приближать саму смерть…

Солдаты наотрез отказывались выступать на город Луны. Тэпия не могла на них давить и приказывать выступить насильно, так как сама заплатила высокую цену за нападение на дьявольское поселение – потеряла мужа, почти треть армии и много подданных, которые, прознав про могущество Ариука, перешли на его сторону, раболепно ища вечную жизнь под покровительством бога смерти.

Могущество Ариука росло. Он обложил данью Объединенное королевство. Даромир и Астрабан содержали город Луны, жители которого не утруждали себя работой, а лишь поклонялись ложным богам и Белому Магу.

Я защищал королевство от внешних врагов, но его поразила внутренняя опухоль… Обоз с данью готовился к отправке из Астрабана в город Луны. Я убедил Тэпию отправить меня с ним в город Луны под видом погонщика. Посмотрим, что за птица этот Ариук. Если все срастется, отправлю его в гости к Темному Алькийцу… В небытие… Тэпия пыталась меня отговорить.

– Я не хочу потерять еще и тебя, – сказала она, схватив мою руку и прижав к своей груди. – Я только тебя нашла… У меня больше нет родных душ в этом мире, кроме тебя и дочери…

– Дочери? – удивился я.

– Я вас не успела познакомить, – улыбнулась королева. – Ее отец – король Ахиб, ей почти двадцать…

* * *

Телеги натужно скрипели и продавливали деревянными ободами колес лесную дорогу. Волы тянули обоз, неторопливо пережевывая по пути хлеставшие их ветки. Позади Астрабан, Даромир и более трех недель пути. До города Луны осталось немного…

Оборванец-погонщик понукал ленивых быков. Лишь внимательный взгляд мог выхватить под лохмотьями рыжего погонщика доспехи воина. Переодетый и вымазанный сажей Герт очень гармонировал с простолюдинами, обслуживающими обоз. Нуру не пришлось даже маскироваться. Халат, борода, тюрбан и дородный вид делали его похожим на заморского купца. Он убрал с пояса ятаган и казался торговцем, не представляющем опасности. Самира облачилась в крестьянскую одежду, спрятав под просторным сарафаном кинжал. Мне пришлось укрыть молот и доспехи в телеге с мукой и напялить на себя мешковину босяка. Так я хоть как-то напоминал работягу, скрывая стать воина под лохмотьями.

– Разреши я убью Ариука? – прошептал Герт склонившись ко мне с телеги.

– Если бы его было так легко убить, мы бы сейчас не шагали в пыльном обозе, – ответил я.

– Знаю… – поморщился Герт. – Я помню как ты меня учил никогда недооценивать противника.

– Насколько ты недооцениваешь врага, настолько ты можешь оказаться его слабее.

– И все же я его убью, – Герт нащупал рукоять меча. – Один удар кинжалом в сердце, он даже моргнуть не успеет.

– Сначала узнаем кто он такой и откуда пришел… Может он как-то связан с Джунаидом. Двадцать лет прошло, а Джунаид, наверное, до сих пор жив…

Лес расступился, и вдалеке показался частокол из заостренных к верху бревен. Забор окружал лесное поселение, раскинувшееся у подножия гор.

– Пришли, – ко мне подбежал грязный погонщик и с благоговением ткнул пальцем в сторону поселения. – Дальше иди нельзя. Дождемся солдат Ариука здесь, они заберут телеги.

– Нам нужно рассмотреть город, – возразил я.

– Что вы?! – всплеснул руками погонщик. – Если приблизимся – нас расстреляют из луков стеновые стражники!.. Обозам приближаться запрещено. Белый маг не велит…

Последние слова я еле расслышал, погонщик проговорил их дрожащим шепотом.

– Привал! – скомандовал я.

Быки встали, с телег сползли оборванцы-погонщики. Но среди них лишь пятеро были истинными погонщиками, остальные два десятка – переодетые гвардейцы.

– Черт побери, – ко мне подошел Нур. – Если нас не пустят в поселение, как мы убьем белого гада?..

– Я попрошу встречи с ним, – ответил я. – Нужно предложить ему что-то, от чего он не сможет отказаться…

– У него все есть, ему и так достается все бесплатно…

– Придумаем что-нибудь…

Я спрятал молот, кинжал и доспехи в окрестном леске. Спустя час бревенчатые ворота города Луны распахнулись, и в нашу сторону выдвинулся отряд человек в двадцать. Всадники в белых балахонах напоминали монастырских “блаженных”, но луки, мечи и копья говорили о том, что они далеко не монахи.

– Приветствуем вас, жители славного города Луны! – наш погонщик поклонился приблизившимся воинам.

Остальные последовали его примеру. Нур нехотя склонил голову, зыркая исподлобья налившимися кровью глазами на блаженных.

Старший из воинов с седой бородой и, облаченный в рубаху из более дорогой и новой ткани, украшенную серебряными побрякушками лишь кивнул в ответ.

Воины спешились, их холеные лица выражали полное презрение к нам. Они подхватили поводья быков и лошадей и двинули обоз в сторону распахнутых ворот.

– Прошу прощения, – я поклонился старшему. – Как можно поступить на службу великому Белому Магу? Я с друзьями готов служить верой и правдой новому господину.

“Блаженный” смерил меня взглядом и поморщился:

– Ариуку не нужна такая чернь. Он принимает в свои ряды лишь благородных воинов…

– Я не всегда был погонщиком, – я еще раз поклонился. – Когда-то я участвовал в Великой битве против Темного Алькийца и защищал королевства от нашествия Мансура.

– Давно это было, – белобородый плюнул под ноги. – Сейчас ты уже наверное ни на что не годен.

С этими словами блаженный махнул на меня плетью. Я увернулся и рефлекторно правым хуком двинул воина в челюсть. Тот свалился в траву. Его напарники выхватили мечи и ринулись на меня.

– Стоять! – крикнул бородач, с трудом поднимаясь с земли. – К Владыке его!.. Где твои друзья говоришь?..

* * *

Город Луны встретил нас огромными деревянными теремами. Я, словно, попал с старославянский город времен Вещего Олега. Массивные строения, сложенные без единого гвоздя отличались величием и несли природную энергетику. Люблю деревянные постройки. Камень забирает энергию, а дерево отдает…

Я, Нур, Герт и Самира брели по зеленым улицам города, громыхая ржавыми кандалами. Плохая была идея – врезать белобородому. Но с другой стороны мы бы сюда не попали…

Всюду шнырял любопытный люд. Женщины и дети одеты в длинные белые рубища, мужчины подпоясаны белыми поясами с висящими на них мечами. Секта, блин, да и только… На ум пришел дурацкий стишок из “КВН”:

Я гуляю по проспекту,
Ем из кошки шаурму…
Вдруг подходят двое,
в секту,
Приглашают —
рушить тьму.
Говорят, что кто без веры,
Тот добыча для чертей.
Им бы френчи,
Револьверы,
Перекрестье портупей.
Только выглядят культурно…
Убеждения с душком.
Развели меня бесшумно —
Всё отдал – машину, дом
Я сижу теперь в палате,
С гобеленом лебедей,
И гоню из-под кровати
Надоедливых чертей.

Через несколько минут мы дошли до огромного терема-дворца с многочисленными куполами. Наши конвоиры спешились и потащили нас внутрь. Убранство терема поразило первозданной роскошью. Шкуры медведей и рысей устилали полы. Серебряные и золотые статуэтки украшали резные арки огромных окон. На стенах висели мечи и арбалеты, украшенные самоцветами и позолотой. Сразу видно, либо здесь президент живет, либо царь…

Нас завели в огромный зал посреди котрого возвышался трон, вырезанный из огромного цельного куска выбеленного дуба. На троне восседала тонкая фигура в серебристом балахоне. Баба что ли?.. Нас подвели ближе.

– На колени перед Владыкой! – скомандовал белобородый и толкнул меня в спину.

Мы склонились перед “Виссарионом”. Я поднял глаза, рассматривая белую напасть королевства. Маг оказался на удивление молодым. Лет чуть за двадцать, или может он не стареет… Длинные белоснежные волосы собраны под серебристой диадемой. Голубые глаза излучают проницательность. Тонкие черты лица делают его похожим на на эльфа.

– Кто вы такие и зачем искали встречи со мной? – спросил Ариук.

Голос мне его показался знакомым. Странно… Я еще раз взглянул на его лицо, но нет… Вижу его в первый раз, хотя такое ощущение, что лицо его мне тоже знакомо…

– Мы жители Астрабана, – я кашлянул, изображая неуверенность и страх перед владыкой. – Пришли с обозом дани проситься к вам на службу…

– Было время когда я принимал всякого страждущего. Их приводило ко мне веление сердца, – ответил маг. – Но тепреь меня окружают враги… Много раз меня пытались убить… Может вы из их числа?

– Люди мы простые, – промямлил я. – Пришли не по сердечной надобности, а деньжат подзаработать и лучшую долю поискать… Надоело побираться в Астрабане. Мы воины, а когда нет войны – стало быть не нужны солдаты. Бойцы мы умелые, можете нас проверить…

– Неужели королева Тэпия не смогла пристроить умелых воинов на королевскую службу?

– Может и смогла бы, если бы доверяла нам, – напустил я таинственность. – Были у нас с ней разногласия…

– Ну что же, – Ариук пригладил роскошные волосы. – Докажите, что вы достойны служить Белому магу. На площадь крови их! – махнул он охране.

Стражники схватили нас и куда-то поволокли, а зализанный гаденыш мне улыбнулся:

– Если выживете, я подумаю о вашем зачислении на службу…

* * *

Сквозь щелевидное окно бревенчатой камеры сочился свет луны. Второй день мы томились в камере местной тюряги. Что для нас уготовил Ариук никто не догадывался. Тюрьма наполнена узниками, их стенания слышны сквозь решетчатые двери.

Охрана в коридоре состоит из четырех стражников. Можно попытаться их обезвредить и забрать ключи, но тогда Белый маг останется безнаказанным. Поэтому мы решили играть до конца по его правилам.

– Что такое площадь крови? – недоумевал Нур. – Чертов альбинос что-то задумал!..

– Может это название тюрьмы?.. – пожал плечами Герт.

– Не думаю, – сказала Самира. – Здесь нас сносно кормят, сидим в тепле и сухости. Здесь легко выжить… Скоро нас отведут на кровавую поляну…

– Скорей бы!.. – рыкнул Нур. – Не могу я как плененный зверь в клетке сидеть. Уж лучше веселая смерть…

– Отставить умирать! – вмешался я. – У нас другие цели… Задача номер раз – избавить королевства от Ариука, задача номер два – найти и погубить Джунаида, задача номер три – вернуть мне Кровь волка. Третья задача не обязательна для вас к исполнению, но буду признателен, если мне в этом поможете…

– Конечно поможем! – воскликнул Герт. – Убьем Джунаида и задача номер три сама себя приведет в исполнение… Только вот где его искать? Двадцать лет прошло…

– Что-то мне подсказывает, что Джунаид связан с Белым магом. Может это его очередная ипостась? Пока не прижмем Ариука – не узнаем…

* * *

Утром лязгнули засовы и вместе с прохладным воздухом в камеру ворвались стражники. Четверо встали чуть позади, держа нас на прицеле арбалетов. Еще четверо выставили вперед мечи и поставили нас на колени лицом к стене. Надели на нас кандалы. Грамотно работают с задержанными, будто спецназ.

Нур еле сдержался, чтобы не свернуть шею стражнику крутившему ему руки, но поймав на себе мой строгий взгляд, успокоился.

– Еще не время, мой друг, – шепнул я. – Я думаю, что скоро у тебя будет возможность выпустить пар… И кишки…

Конвой вывел нас на улицу. После полумрака камеры солнце резануло по глазам. День обещал быть погожим. Нас вели по улице, выстланной словно помост строгаными досками к центру поселения. Туда уже подтягивался народ. Местные нарядились в новые белые одежды, увешанные серебряными побрякушками.

– Праздник у них что ли сегодня? – спросил Герт, разглядывая молодых девиц с вплетенными в косы цветами.

– Праздник, – ответил я. – Только мы на нем не гости, а угощение…

– Молчать! – рявкнул один из конвоиров и ткнул меня рукоятью меча в спину.

Я резко обернулся, намереваясь кандалами раскроить ему голову, но вовремя сдержался… Рано… Если перебьем охрану придется бежать из города и Белого мага не достанем…

Дома расступились, обнажая просторную площадь, больше похожую на поляну. Зеленая травка по центру, по периметру столбы-фигуры с вырезанными магическим символами. Вокруг воины с мечами и секирами. Возле некоторых солдат стоят огромные барабаны-бочки, обтянутые выбеленной кожей. Во главе поляны возвышается помост из мрамора. На помосте в кресле из белой кости восседает Ариук, окруженный расчетом стражников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.