Пьесы для юного зрителя
Михаил Батурин

© Михаил Батурин, 2024

ISBN 978-5-0062-7867-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«ЗЕБРЫ НЕ РЖУТ»
Пьеса в одном действии.

Действующие лица:

ЮЛЯ – опытный аниматор, 14 лет;
КАРИНА – аниматор-новичок, 14 лет.

Жаркий летний день. Боковой тенистый переулок, примыкающий к оживленной пешеходной улице в центре города. Тротуар, скамейка. Появляются ЮЛЯ и КАРИНА. Девушки в костюмах ростовых кукол – зебр: нижняя часть на них, а головы несут подмышками. ЮЛЯ стремительно подходит к скамейке, садится, укладывая голову зебры рядом с собой. Откуда-то изнутри костюма достаёт мобильный телефон. КАРИНА стоит перед ней.

КАРИНА. Юля…

ЮЛЯ. Заткнись!

ЮЛЯ набирает номер, ждёт соединения.

КАРИНА. Ну, Юль…

ЮЛЯ. Я. Сказала. Заткнись.

КАРИНА. Я же не знала…

ЮЛЯ. Охренеть, дайте две!

КАРИНА. Не отвечает?

ЮЛЯ. Умолкни.

ЮЛЯ долго ждёт ответа. КАРИНА порывается что-то сказать, но ЮЛЯ жестами её останавливает. Наконец, ей ответили.

ЮЛЯ. Да, Кирилл! Чё за фигня?! … Ясен перец, Ленка заболела. … Ты эту, блин, где взял, вообще?!

КАРИНА. Я сама…

ЮЛЯ. Заткнись! … Нет, Кирилл, это не тебе. Но я с этой овцой работать не буду! … Да, не буду! … Что?! Что?! … Да. … Да. … Поняла я! … Что?! Я её ещё и учить должна?! … Поняла я, поняла… Не тупая! … Ок.

Заканчивает разговор, убирает телефон внутрь костюма. Смотрит в сторону.

ЮЛЯ. Вот урод! Какого банана, а?! Чуть что: сразу уволю! Знает же, гад, что мне бабки нужны.

КАРИНА. Меня Кариной зовут. Ты помнишь?

ЮЛЯ. Да, хоть Мальвиной!

КАРИНА. Я по объявлению пришла. Я же не знала, что здесь работаешь ты.

ЮЛЯ. Наберут по объявлению!

КАРИНА. А Кирилл Владимирович сказал: ты объяснишь, что делать.

ЮЛЯ. Он ещё и Владимирович!

КАРИНА. Я могу уйти, но тебе же нельзя без напарника, да?

ЮЛЯ. Ленка – коза! Заболела она, ага! Забила она! Вот подстава!

КАРИНА. Давай я сегодня отработаю, а завтра может подруга твоя придёт.

ЮЛЯ. Отработает она! Чё ты тут отработаешь? Отрабатывают на районе пацанчики тельчик или бабосики.

КАРИНА. Я-то тоже с тобой не очень-то хочу…

ЮЛЯ. Чё?!

КАРИНА. Мало удовольствия.

ЮЛЯ. Ну, ты овца, вообще!

ЮЛЯ смотрит на КАРИНУ, долго молчит.

ЮЛЯ. Короче! Если кто из наших узнает, что ты со мной тут зеброй скачешь, тебе кабздец! Поняла?!

КАРИНА. Да.

ЮЛЯ. Мама роди меня обратно! По объявлению она пришла! Ну, Кирилл! Ну, какого банана! … Ладно, слушай сюда: ходим пять часов. Перерыв каждый час по десять минут. Пятьдесят минут скачем, десять отдыхаем. То, что жарко – не колышет!

КАРИНА. А где ходить?

ЮЛЯ. Башку! Башку при людях не снимать!

КАРИНА. А попить?

ЮЛЯ. Где скажу, там и будешь ходить! Когда скажу, тогда и будешь и пить, и… всё остальное тоже!

КАРИНА. Тяжелая у тебя работа.

ЮЛЯ. Ходим вдвоём. Наш магазин – «Гранд-каньон». Ходим, кричим слоганы и раздаём купоны. Ясно?!

КАРИНА. Да.

ЮЛЯ. Сейчас слоганы учить будем. Поняла? Там попарно: фразу – я, фразу – ты. Потом вместе. Ясно? Короче, запоминай.

Я говорю:

«Ой-люлю-люли-люли.
Ты неси свои рубли!».

Ты говоришь:

«Ой-нану-наны-наны.
Получайте купонЫ».

Потом вместе:

«Вы несите, получайте:
Телевизор покупайте!».

Поняла?

КАРИНА. Чего я говорю?

ЮЛЯ. Ты тупая? Ты говоришь: «Ой-нану-наны-наны. Получайте купонЫ».

КАРИНА. КупонЫ?

ЮЛЯ. КупонЫ!

КАРИНА. Почему – «купонЫ»? Это же не правильно.

ЮЛЯ. Это в рифму!

КАРИНА. Коряво так-то. Может переделать?

ЮЛЯ. Тебе опять больше всех надо?! Школы мало?! И здесь начинаешь?!

КАРИНА. Чего я начинаю-то? Коряво просто, вот и всё.

ЮЛЯ. Пришла тут, опять порядки свои устанавливает.

КАРИНА. Да, чего не так-то?

ЮЛЯ. Ты – дура, или правда не знаешь, за что тебя весь класс ненавидит?

КАРИНА отворачивается, прячет слёзы.

ЮЛЯ. Да, бли-ин! Ревёт ещё! Да, какого же банана! Ты работать будешь?

КАРИНА. Буду.

ЮЛЯ. Учить текст будешь?

КАРИНА. Чего там учить-то? «Люли» да «наны»…

ЮЛЯ. Русский стиль!

КАРИНА. Ага, «рубли» и «купонЫ».

ЮЛЯ. Эти слоганы Кирилл придумал. И менять ничего нельзя. Поняла?

КАРИНА. А Кирилл Владимирович, он – кто?

ЮЛЯ. Кирилл, он в отделе маркетинга главный. Как скажет, так и будет, блин. А сделаешь не так, денег не получишь.

КАРИНА. Ничего себе!

ЮЛЯ. Он сам эти стишки сочиняет и гордится собой! Креатив, блин.

КАРИНА. Ясно.

ЮЛЯ. Ок, давай учить сразу с танцем.

КАРИНА. С танцем?!

ЮЛЯ. А ты чё думала: унылой зеброй стоять? Махай копытами, чтобы народ привлечь. Махай!

КАРИНА. Как махать?

ЮЛЯ. Весело, блин, задорно! Зажигательно! Только костюм не порви – оштрафуют! Пробуем?

КАРИНА. Давай сначала без танца.

ЮЛЯ. Ок. Я первая. «Ой-люлю-люли-люли. Ты неси свои рубли!».

КАРИНА. «Ой-нану-на-ну-на-ны. Получите купонЫ».

ЮЛЯ. «Ой-нану-наны-наны». Запомнила? Дальше: «Получайте купонЫ».

КАРИНА. Я в «нанунах» этих запуталась.

ЮЛЯ. Какого банана, вообще?!

КАРИНА. Но я справлюсь.

ЮЛЯ. Пробуй!

КАРИНА. «Ой-нану-наны-наны». Так? «Получайте купонЫ».

ЮЛЯ. Нормально. И вместе: «Вы несите, получайте: Телевизор покупайте!».

КАРИНА. Давай!

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Вы несите, получайте: Телевизор покупайте!».

ЮЛЯ. Нормально. Ок. А теперь с танцем и в костюмах. Одевай башку.

КАРИНА. А как танцевать?

ЮЛЯ. За мной повторяй!

ЮЛЯ и КАРИНА надевают головы ростовых кукол. ЮЛЯ встает в позу, КАРИНА за ней повторяет. Читают речёвки, сопровождая движениями рук и ног.

ЮЛЯ. «Ой-люлю-люли-люли. Ты неси свои рубли!».

КАРИНА. «Ой-нану-наны-наны». «Получайте купонЫ».

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Вы несите, получайте: Телевизор покупайте!».

ЮЛЯ. Коряво! Давай ещё раз!

КАРИНА. Я буду стараться!

Девушки повторяют речёвки, танцуя.

ЮЛЯ. «Ой-люлю-люли-люли. Ты неси свои рубли!».

КАРИНА. «Ой-нану-наны-наны». «Получайте купонЫ».

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Вы несите, получайте: Телевизор покупайте!».

ЮЛЯ снимает с себя голову куклы. КАРИНА увлеклась и продолжает танцевать.

ЮЛЯ. Стоямба! Тебя кто так дрыгаться научил?

КАРИНА (останавливается, снимает голову). У нас в городке… по субботам… в клубе… дискотеки были… Фу-ух!

ЮЛЯ. То ли ещё будет! Час по жаре походишь, я на тебя посмотрю. А нам пять часов ходить надо!

КАРИНА. Тебе, наверное, сильно деньги нужны.

ЮЛЯ. Чё? Твоё какое дело?

КАРИНА. Понимаю, почему твоя подруга не пришла. Тяжело скакать каждый день. Только если деньги сильно нужны.

ЮЛЯ. Нужны. А тебе не нужны?

КАРИНА. Ну, так… Не то, чтобы… Просто делать на каникулах нечего.

ЮЛЯ. Делать нечего? Охренеть, дайте две! Вот, овца! От «не чё делать» она работать пошла. А ты тут каждую сотку считаешь!

КАРИНА. Вы бедно живёте?

ЮЛЯ. Чё?! Какого банана? Ты чё?! Совсем?! Да, пошла ты! Рот закрой свой!

КАРИНА. А чего я спросила-то? Просто одеваешься не богато, телефон у тебя старый…

ЮЛЯ. Ну, всё, овца, ты меня достала.

ЮЛЯ накидывается на КАРИНУ, бьёт копытом в грудь.

КАРИНА. Ты чего? (Пытается схватить ЮЛЮ за руку). Чего ты?!

ЮЛЯ. Не трожь мои копыта!

КАРИНА. Костюм испортишь!

ЮЛЯ отводит руки назад, как крылья, напрыгивает, толкает КАРИНУ грудью. КАРИНА падает.

КАРИНА. Ай! Не надо, Юля. Ты чего?! Я не хотела.

ЮЛЯ. Не хотела она, ага! Овца!

КАРИНА (встаёт). Я ведь не нарочно. Извини, если не то сказала.

ЮЛЯ. Откуда ты, вообще, такая взялась?

КАРИНА. Мы с папой из Сибири приехали. Жили там в военном городке, он у меня офицер.

ЮЛЯ (передразнивает). «С папой из Сибири»… Погоди, а мама где?

КАРИНА. Она умерла. Давно. Мне шесть лет было.

ЮЛЯ. А сюда чё припёрлись?

КАРИНА. Папу перевели. Его каждые полтора года переводят.

ЮЛЯ. На фига?

КАРИНА. Он специалист по установкам секретным каким-то. Установка и обучение нового персонала – полтора года.

ЮЛЯ. И чё? Ты с ним?

КАРИНА. Офицерская семья – тоже на службе. Ваш город уже пятый.

ЮЛЯ. Офигеть! Ну, так-то… Прикольно, конечно.

КАРИНА. Чего прикольного-то? Пять школ уже поменяла. В каждой школе свои прибамбасы.

ЮЛЯ. И чё? Везде тебя гнобят?

КАРИНА. Нет. Это вы на меня ополчились. Почему, Юля? Чего я вам сделала-то?

ЮЛЯ. Ну, ты «ку-ку», вообще! Так и не поняла?

КАРИНА. А кто-то объяснял? Начали гнобить с первого дня?

ЮЛЯ. Ладно, проехали. Работать надо. Одевай башку.

КАРИНА. Не одевай, а надевай.

ЮЛЯ. Чё?

КАРИНА. Правильно говорить: надевай голову. Одевать можно кого-то или что-то. А ты ведь на себя надеваешь.

ЮЛЯ. Ну, Ленка – овца… Весь день с этой… теперь…

КАРИНА. Чего опять не так-то?

ЮЛЯ. Башку НА-девай!

КАРИНА. Подожди. Слушай, а почему мы – зебры?

ЮЛЯ. А чё не так?

КАРИНА. Гранд-каньон и зебры?

ЮЛЯ. И чё?

КАРИНА. Зебры – там, где негры.

ЮЛЯ. И чё?

КАРИНА. В гранд-каньоне не зебры должны быть?

ЮЛЯ. А кто? Жирафы?

КАРИНА. Кони.

ЮЛЯ. С фигали?

КАРИНА. Гранд-каньон: ковбойцы-индейцы-кони!

ЮЛЯ. Нет. Тут другая фишка.

КАРИНА. Просвети.

ЮЛЯ. Фирменные цвета магазина: черный и белый.

КАРИНА. Фирменные?

ЮЛЯ. Ясен перец. Это, ну, как у сотовой связи: желтый и черный, только тут белый и черный.

КАРИНА. И чего?

ЮЛЯ. Ну… что бывает черно-белым? Зебры. У них – пчела, у нас – зебра.

КАРИНА. Опять креатив?

ЮЛЯ. Да.

КАРИНА. Кирилл придумал?

ЮЛЯ. Ну, а кто?

КАРИНА. Ясно. А почему цвета именно черно-белые?

ЮЛЯ. Ну… типа… телевизоры раньше были чёрно-белыми.

КАРИНА. Сейчас-то цветными торгуют.

ЮЛЯ. Тут давно-давно магазин был, тоже телевизоры продавали. Единственный в городе такой был магазин. И «Гранд-каньон» – ну, типа, преемник традиций.

КАРИНА. Кирилл сказал?

ЮЛЯ. Сама догадалась?

КАРИНА. Ясно.

ЮЛЯ. Поэтому мы – зебры.

КАРИНА. А у вас с Кириллом отношения?

ЮЛЯ. Чё?!

КАРИНА. Для всех он Кирилл Владимирович, а ты его по имени.

ЮЛЯ. Вот это вообще не твоё дело! Поняла?! «Отношения», блин! … Вставай в позу! Башку оде… на-девай. Отрепетируем!

ЮЛЯ и КАРИНА надевают головы. Встают в позиции и в танце читают речёвки.

ЮЛЯ. «Ой-люлю-люли-люли. Ты неси свои рубли!».

КАРИНА. «Ой-нану-наны-наны». «Получайте купонЫ».

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Вы несите, получайте: Телевизор покупайте!».

ЮЛЯ (снимает голову). Ок. Нормально. Можно идти.

КАРИНА (снимает голову). А зачем всё это? Слоганы, танцы…

ЮЛЯ. На фига, на фига… Денег получить! Чем больше купонов раздадим, и чем больше по ним купят, тем нам больше дадут. Типа, премия с продаж…

КАРИНА. А ты давно тут работаешь?

ЮЛЯ. Третий год.

КАРИНА. Нормально платят?

ЮЛЯ. Нормально. В том году мне хватило.

КАРИНА. На что?

ЮЛЯ. Ты чё ко мне лезешь? Чё ты докопалась, а?

КАРИНА. Просто поговорить хотела… Папа на работе, я весь день одна. Друзей тут нет.

ЮЛЯ. Друзей! Какие у тебя друзья? Откуда? Поговорить хотела. Как бабка старая. Те тоже в очередях стоят, чтоб поговорить. Ты и разговариваешь-то как старушенция.

У ЮЛИ звонит телефон, она достает его изнутри костюма. Пока слушает собеседника, на лице её отражается буря эмоций.

ЮЛЯ. Да. Сейчас идём. … Чё?! Опять?! Какого, блин, банана! … Ой, бли-ин! … Не стоню я! … Да, поняла я. … Ясен перец. Ок. Ждём.

ЮЛЯ держит телефон в руках, смотрит на КАРИНУ.

ЮЛЯ. Выучила «ай-нану-наны-наны»?

КАРИНА. Да, мы же вместе с тобой.

ЮЛЯ. А теперь забудь!

КАРИНА. Кирилл?

ЮЛЯ. В нашем ведомстве все решения принимает Кирилл.

КАРИНА. И?

ЮЛЯ. Сейчас новые стишки пришлёт. Графоман, блин.

Раздается сигнал СМС. ЮЛЯ читает вслух.

ЮЛЯ. Во! Слушай, блин:

Первая говорит: «На улице – плюс тридцать».

Вторая говорит: «А в „Гранд-каньоне“ – скидки».

Первая: «Растёт температура».

Вторая: «но падает цена!».

Дальше вместе: «Только сегодня. Только сейчас.

Мега-удача специально для вас!».

Потом снова по ролям.

Первая: «Подходите, получайте:

Кошелёк свой выручайте».

Вторая: «Это не ошибка:

Предъявителю купона – скидка!».

КАРИНА. Ладно хоть без «купонЫ». Перешли мне.

ЮЛЯ. Я чё: твой номер знаю?

КАРИНА. Поставь пересыл, а номер я сама напишу.

ЮЛЯ передаёт КАРИНЕ свой телефон. Девочка перенаправляет СМС. Возвращает телефон ЮЛЕ, достаёт изнутри костюма новенький смартфон.

ЮЛЯ. Крутой. Сколько стоит?

КАРИНА. Не знаю, папа подарил.

ЮЛЯ. Подарил, значит… Ясен перец, сама не заработала. Ок, фиг с тобой давай репетировать.

Девушки встают в позиции, держат телефоны в руках.

КАРИНА. С танцем?

ЮЛЯ. Зажигательно! Я – первая. «На улице – плюс тридцать».

КАРИНА. «А в „Гранд-каньоне“ – скидки».

ЮЛЯ. «Растёт температура».

КАРИНА. «но падает цена!»

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Только сегодня. Только сейчас.

Мега-удача специально для вас!».

ЮЛЯ. «Подходите, получайте: Кошелёк свой выручайте».

КАРИНА. «Это не ошибка: Предъявителю купона – скидка!».

ЮЛЯ. Нормально. Давай ещё с головой на башке.

КАРИНА. Подожди. А танец тоже Кирилл придумал?

ЮЛЯ. Это мы с Ленкой сами.

КАРИНА. А можно? Не наругают?

ЮЛЯ. «Наругают»! Из какой дыры ты, говоришь, к нам приехала?

КАРИНА. Из Сибири. У нас в военном городке школа маленькая была. Детей мало. Я в седьмом классе одна была.

ЮЛЯ. Как одна?

КАРИНА. Одна. Были парень с девчонкой из девятого. Пятиклашек шестеро. В начальной школе человек десять. И я в седьмом – одна.

ЮЛЯ. Одна-одна? Совсем одна?

КАРИНА. Да, и так полтора года.

ЮЛЯ. Зато сейчас!

КАРИНА. А что толку? Двадцать семь человек, а поговорить не с кем…

ЮЛЯ. Печалька.

КАРИНА. Привыкла.

ЮЛЯ. Понятно, почему ты «ку-ку».

КАРИНА. Слушай: вот ты говоришь, что если больше народу привлечем, то больше денег дадут?

ЮЛЯ. Типа, да. Только жара такая…

КАРИНА. А может мы в конце кричалок, как зебры, заржём?

ЮЛЯ. Нафига?

КАРИНА. Внимание привлечем.

ЮЛЯ. Зебры не ржут.

КАРИНА: Откуда ты знаешь? Они же тоже лошади. Как бы…

ЮЛЯ. Лошади да не лошади. Зебры не ржут. У младшего брата книжка была, со звуками животных. Зебры не ржут.

КАРИНА. А чего они делают-то?

ЮЛЯ. Они… (вспоминает, набирает воздуха в грудь, пробует произнести). «Уик»… Да, ну нафиг! Не смогу я.

КАРИНА. Сейчас… в поисковике наберу…

КАРИНА включает смартфон. Что-то на нем ищет. ЮЛЯ подходит к ней ближе.

КАРИНА. Вот. Звуки животных. Зебра.

КАРИНА включает громкость. Девочки склоняются на смартфоном. Раздается звук, издаваемый зеброй.

КАРИНА. Что это за звук такой? То ли смех, то ли плач. Ещё раз.

Они слушают звук, издаваемый зеброй, ещё трижды.

КАРИНА (пробует повторить). Уи-ви-вик-вик-вик-вик-вик.

ЮЛЯ. Больше на порося похоже.

КАРИНА. Давай ты?

ЮЛЯ. Уи-вик-вик-вик-вик-вик.

КАРИНА. Давай вместе.

КАРИНА, ЮЛЯ (вместе). Уи-вик-вик-вик-вик-вик.

Девочки обрывают сами себя, смеются. Долго, весело.

ЮЛЯ. Не, так мы последних клиентов распугаем.

КАРИНА. Смешно же! Внимание привлечем.

ЮЛЯ. Ты опять лезешь куда не надо.

КАРИНА. Куда я лезу-то? Юля? Ну, объясни мне: что не так. За что меня все ненавидят?

ЮЛЯ смотрит на КАРИНУ, долго молчит.

ЮЛЯ. Ты, правда, не понимаешь?

КАРИНА. В одной школе я тоже участвовала в травле мальчика.

ЮЛЯ. Ты? Гнобила? Да, ладно!

КАРИНА. Это по-научному «буллинг» называется.

ЮЛЯ. Да по фиг. Кого ты гнобила?

КАРИНА. Его звали Эдик.

ЮЛЯ. А! Уже за одно это можно отхватить.

КАРИНА. У него был энурез. Он мог описяться прямо на уроке.

ЮЛЯ. Фу, блин.

КАРИНА. А ещё у него часто были сопли. И когда он сидел и писал в тетради. Вот так склонив голову. У него на кончик носа всегда вытекала капля. Мутная такая.

ЮЛЯ. Я сейчас блевану.

КАРИНА. Мутная, но почему-то блестела. Вот с ним никто не хотел сидеть за одной партой.

ЮЛЯ. Ясен перец!

КАРИНА. Мне теперь немножко стыдно, что я его дразнила тогда. Но понятно, за что травили Эдика. А меня?

ЮЛЯ (помолчав). Ок. Объясню. Ты помнишь, как первый раз к нам пришла учиться. Урок алгебры? Валфетка – старая карга, она ни фига не помнит, что задавала.

КАРИНА. Валентина Федоровна?

ЮЛЯ. Валфетка! А ты ей сказала, что задавала!

КАРИНА. В электронном дневнике написано было…

ЮЛЯ. Какого банана?! Выпендрилась?! Девять человек двойки получили!

КАРИНА отходит от ЮЛИ в сторону, смотрит на неё, молчит. Потом подходит в к ней вплотную.

КАРИНА. А вы молодцы! Дружный класс! Все друг за дружку заступаетесь! Только я – левая!

ЮЛЯ. Не чё было подставлять!

КАРИНА. Вы идиоты?? Дебилоиды!

ЮЛЯ. Чё?!

КАРИНА. А поговорить нельзя было? Объяснить нельзя было?

ЮЛЯ. Сама должна понимать!

КАРИНА. Я же новенькая.

ЮЛЯ. Но ты же не с Луны?!

КАРИНА. Жевачку в волосы засунули. В рюкзак воды налили. В дневник наплевали. Понимаю: мстите! Но почему я – «шлюха»?!

ЮЛЯ. Эта… ну…

КАРИНА. Все учебники мне исписали: «ШЛЮХА!». (Бьёт ЮЛЮ копытом в плечо). На спину бумажку прилепили «Я – ШЛЮХА»! (Бьёт еще раз). Тоже из-за алгебры?

ЮЛЯ. Аллё, ты чё?! Осторожней с костюмом!

КАРИНА. Ты хоть знаешь, что такое «шлюха»? (Бьёт ЮЛЮ в плечо).

ЮЛЯ. Чё ты рыпаешься?! Полегче с копытами!

КАРИНА. «Шлюха», в словаре Даля, – это неряшливая и грязная женщина.

ЮЛЯ. Какого, блин, Даля?

КАРИНА. Я одеваюсь не хуже других! Чисто!

ЮЛЯ. Они не это имели в виду.

КАРИНА. А у Ожегова, «шлюха» – это проститутка.

ЮЛЯ. И чё?

КАРИНА. А проститутка – это…

ЮЛЯ. Я знаю!

КАРИНА. Я занимаюсь сексом за деньги?! Я?! Я?!

КАРИНА лупит по ЮЛЕ копытами. ЮЛЯ защищается, отскакивает от неё, пытаясь избежать новых ударов.

ЮЛЯ. Не рыпайся! Я тебе говорю: не рыпайся! Да, ё-моё!

КАРИНА. Я проститутка?!

ЮЛЯ. Ну, там…

КАРИНА. Я шлюха?!

ЮЛЯ. Пацаны увлеклись, чё… А я-то чё?!

КАРИНА. Из-за алгебры?

ЮЛЯ. Угомонись! Хватит скакать! Не на ипподроме!

КАРИНА останавливается, запыхалась. ЮЛЯ встает в стороне от неё, на безопасном расстоянии.

КАРИНА. Да, иди ты!

ЮЛЯ. А ты чё? Реально искала в словарях что такое «шлюха»?

КАРИНА. А чего мне? Надо было у учителя литературы спросить?

ЮЛЯ. Ну, ты «ку-ку»!

КАРИНА (отдышавшись). А «толстожопая плоскодонка» я тоже из-за домашки по алгебре?

ЮЛЯ. Ну, эта… короче… ну… перегнули, наверно.

КАРИНА. «Плоскодонка» – это, вообще, как?

ЮЛЯ. В словаре посмотри.

КАРИНА. Там написано, что это лодка такая.

ЮЛЯ. Ой, бли-ин! Это я попала сегодня! Ты реально того… (Вертит пальцем у виска).

КАРИНА. Ты тоже двойку получила?

ЮЛЯ. Я – нет.

КАРИНА. А почему вместе со всеми, когда видишь меня в коридоре делаешь звук, будто блюёшь?!

ЮЛЯ смотрит в сторону, молчит. КАРИНА молчит. Потом резко встает, собирается уходить.

ЮЛЯ. Ты куда?

КАРИНА. Да, пошла ты! Буду я тут с тобой танцы танцевать. Ага! Сейчас! Только копыта почищу! (Делает звук, будто её тошнит). Бъе-е-е.

ЮЛЯ. Подожди! Не уходи!

КАРИНА. С чего бы?

ЮЛЯ. Не уходи! Мы вдвоём должны.

КАРИНА. Оно мне надо?

У ЮЛИ звонит телефон. КАРИНА останавливается, но ближе не подходит.

ЮЛЯ. Аллё! Чё, блин, выздоровела? … Ой, ладно, не звезди! Эти дни у тебя две недели назад уже были, вообще-то! … Да, я работаю. … Не важно с кем! … Откуда?! … Ну, да с ней. И чё? … Ну, с-с… И чё? … И чё звОнишь? … Да, пошла ты! Переживает она! … Сама – коза!

ЮЛЯ выключает телефон, садится на скамейку, смотрит в одну точку. КАРИНА подходит ближе. Девушки долго молчат.

КАРИНА. Надо говорить «звонИшь», а не «звОнишь».

ЮЛЯ. Мне кабздец…

КАРИНА. Это Лена звонила? Твоя подруга?

ЮЛЯ. Подруга, блин…

КАРИНА. Что-то случилось?

ЮЛЯ (передразнивает). «Что-то случилось»? Капитан Очевидность! Случилось, блин… Всё из-за тебя! Пришла по объявлению!

КАРИНА. Да, что опять-то?

ЮЛЯ. Ленка знает, что я работаю с тобой! С ТОБОЙ! Она позвонила Кириллу… типа, переживает, ага… и он ей сказал, что я сегодня с тобой! С ТОБОЙ! Блин…

КАРИНА. И что такого?

ЮЛЯ. Такого! Мечта всей жизни, чтобы меня с тобой… вместе… блин!

КАРИНА. Да, что в этом такого? От того, что мы учимся в одном классе, никто ведь тебя со мной не отождествляет.

ЮЛЯ. Меня – чё делает?

КАРИНА. Отождествляет. Никто не считает нас подругами, если мы учимся в одном классе?

ЮЛЯ. Нет, конечно, ясен перец!

КАРИНА. И с работой также! Работать с кем угодно можно. Деньги есть деньги.

КАРИНА садится рядом с ЮЛЕЙ. Девушки молчат.

ЮЛЯ. Ок.

КАРИНА. И потом: Лена знает, другие-то нет.

ЮЛЯ. Ага! Щас! Ты не знаешь Лену! … Лена! Да, она стопудово уже сто лайков собрала «ВКонтакте» под этой новостью. Весь класс в курсе!

КАРИНА. Да?

ЮЛЯ. Да. Сто лайков и куча перепостов… Это кабздец!

КАРИНА. А мне папа запрещает социальные сети. И мне не важно.

ЮЛЯ. Не важно ей… Папа запрещает… Слушай, а отчего у тебя мама умерла?

КАРИНА. Это давно было. Я не помню. Папа сказал: ДТП.

ЮЛЯ. Ну, извини.

КАРИНА. Не страшно. Я же не помню. Вообще маму не помню. Нет, по фотографиям-то я знаю, как она выглядела. Видео с ней видела… много видела видео… А вот в памяти нет. Личного общения нет. Вроде помню, как кто-то мне читал сказки перед сном. Как рядом лежала. Сказки помню. А маму нет…

ЮЛЯ. Как это?

КАРИНА. Дурацкие свойства памяти… Знаешь, я даже опыт ставила. Да-да! Опыт! Смотрела много-много видео с мамой, потом брала ту самую книжку, что она мне читала. «Сказки братьев Гримм». Ложилась с ней в кровать и читала… Думала, может так вспомню… ну, там, касание, запах, прикосновения… Нет, не помню. Глупо, да?

ЮЛЯ. Не знаю…

КАРИНА встает.

ЮЛЯ. Не уходи.

КАРИНА. Тебе надо, чтобы я работала с тобой?

ЮЛЯ. Да! Мне надо! Надо! Мне деньги нужны! Ты уйдешь, смена сорвётся.

КАРИНА. Зачем тебе деньги? Телефон новый купить?

ЮЛЯ. Нет, но нужны.

КАРИНА. Не хочешь говорить? Тогда я пошла!

КАРИНА делает вид, что уходит.

ЮЛЯ. Ладно! Ок!

КАРИНА возвращается.

КАРИНА. И?

ЮЛЯ. Ну, в общем… На море я хочу поехать.

КАРИНА. На море? На какое море ты тут заработаешь?

ЮЛЯ. На Азовское. В Кучугуры хочу поехать.

КАРИНА. Куча… чего? куда?

ЮЛЯ. Кучугуры. Город такой. Я туда уже четыре раза ездила.

КАРИНА. И чего? Круто там?

ЮЛЯ. Там хорошо. Тут собирают группу: и дети, и взрослые. Едешь два дня на поезде, в плацкарте. Обычно сразу целый вагон откупают. В Кучугурах живём в корпусах, это как в лагере. Общие палаты. Но море, солнце, песочек. Закаты! Костры! Так там свободно! И дружно! Я и с Кириллом-то там познакомилась. Он ещё тогда не был маркетологом, пытался писать песни.

КАРИНА. Так всё-таки у вас отношения?

ЮЛЯ. Ой, да с кого банана? Нужен он больно… Ты не понимаешь. Тут другие отношения. Мы в Кучугурах там все на «ты». И подростки, и вожатые. Это такое единение. Вечером все садимся в палате, задергиваем шторы и пускаем свечку по кругу.

КАРИНА. Свечку?

ЮЛЯ. Да! Это такой, как ритуал. В первый день все так знакомятся: можно о себе рассказать, можно рассказать какое кино нравится, книжка, музыка. В комнате темно, только свечка в твоих руках. Одинокий огонек в темноте. А ты говоришь то, что для тебя важно. Только для тебя важно. А тебя слушают! Слушают, понимаешь?!

КАРИНА. Секта какая-то…

ЮЛЯ. Нет! Нет! Просто друзья! И Кирилл – он оттуда, он родной. И всё. Так там… всё просто… и всё хорошо…

КАРИНА. Дорого стоит?

ЮЛЯ. Тридцать пять тысяч за две недели. Первые разы меня родители отправляли. А потом батя заболел, не хватает денег. Я сама себе заработала в том году и поехала. А в этом – ещё брата хочу взять, Сашку. Ему восемь лет, а он моря не видел. Так что денег надо больше в два раза. Я весь год листовки клеила, рекламы разносила. Тельчик старый? Да, насрать. Зато там – море. Там – хорошо.

КАРИНА. Я не бывала на Азовском. На Белом море была, на Баренцевом. Папа в Мурманске служил. На Охотском была, на Японском: это когда во Владивостоке и в Магадане жили. В Калининграде – на Балтийском. В Адлере – на Чёрном. В Астрахани – на Каспийском. А на Азовском ещё не была.

ЮЛЯ. У тебя, наверно, по географии – пятерка.

КАРИНА. После вас мы в Крым поедем. Отцу уже сказали. В Керчи жить будем. Там и увижу Азовское.

ЮЛЯ. Нравится тебе море?

КАРИНА (надевая голову зебры). Нравится. Давай репетировать.

ЮЛЯ (тоже надевая голову). Давай.

Девушки встают в позиции, читают кричалки и танцуют.

ЮЛЯ. «На улице – плюс тридцать».

КАРИНА. «А в „Гранд-каньоне“ – скидки».

ЮЛЯ. «Растёт температура».

КАРИНА. «но падает цена!».

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе). «Только сегодня. Только сейчас. Мега-удача специально для вас!».

ЮЛЯ. «Подходите, получайте: Кошелёк свой выручайте».

КАРИНА. «Это не ошибка: Предъявителю купона – скидка!».

ЮЛЯ, КАРИНА (вместе, переглянувшись). Уи-вик-вик-вик-вик-вик.

Девочки снимают с себя головы. Долго хохочут.

ЮЛЯ (успокоившись). А почему ты нас не сдала?

КАРИНА. Куда?

ЮЛЯ. Почему не настучала? Ну, за то, что мы с тобой делали.

КАРИНА. Кому?

ЮЛЯ. Папе-военному, директрисе, класснухе?

КАРИНА. А смысл? Папа, говорит, что такие проблемы дети должны решать между собой сами, и что трудности закаляют характер. А чего мне с вами бороться? Со всеми не подружишься. И потом: я же дочь русского офицера. Должна стойко сносить все неприятности, быть выше всего этого.

ЮЛЯ. Красава, чё…

КАРИНА. А твой отец? Он сильно болен? Рак? Можешь, не говорить, если не хочешь. Если неприятно.

ЮЛЯ. Да, нормально…

КАРИНА. Я вообще-то болтушка.

ЮЛЯ. Да, ладно?

КАРИНА. Просто в вашем классе мне всего говорят «заткнись».

ЮЛЯ. Ну, да…

КАРИНА. Я подстроилась.

ЮЛЯ. Тяжело… У нас в классе все разные. Половина с айфонами ходят последних моделей. А половина… Гнобят постоянно кого-то. Не ты первая… Докопаться могут до чего угодно. Хоть до старого тельчика.

КАРИНА. Тебя тоже гнобили?!

ЮЛЯ. Ага! Щас! Дайте две! Я себя в обиду не дам! У меня батя тоже суровый… был… воспитывал жестко, как и тебя.

КАРИНА. А что с ним?

ЮЛЯ. Ну, рак, да. Рак горла.

КАРИНА. Прости.

ЮЛЯ. Нормально. Я уже тоже привыкла. Два года как болеет. Два курса химия-терапии прошёл. Похудел, облысел. У рта всегда салфетку держит… Мамка одна работает. Она сказала, что батя не умрёт. Но и жить, как прежде, мы не будем. Да, и раньше-то не особо богато. А сейчас ему инвалидность дали, пенсию. Маленькую.

КАРИНА. Понятно…

ЮЛЯ. Раньше-то батя весёлый был. Строгий – это только, когда надо. А так… Всегда чё-то придумывал… Мы с ним иной раз так! Так! Ой, мамка ругалась! … Понарошку, конечно…

КАРИНА и ЮЛЯ молчат, смотрят в разные стороны.

ЮЛЯ. А хочешь: поехали с нами в Кучугуры. Если тридцать пять штук есть, конечно.

КАРИНА. Я? Мне можно?! С тобой?!

В глазах КАРИНЫ появляются слёзы. Она подходит к ЮЛЕ, обнимает её.

ЮЛЯ. Ты чё?!

КАРИНА. Спасибо, Юля… Спасибо тебе.

ЮЛЯ. Да, ладно… чё ты… Карина!

КАРИНА. Я хочу. Хочу! (Прыгает от радости). Хочу-хочу-хочу! Я у папы спрошу, он даст денег, наверное. Наверняка!

ЮЛЯ. И ты… это… ну, прости… за школу-то… Я нашим скажу, что ты, типа, нормальная, и всё такое.

КАРИНА снова подходит к ЮЛЕ, обнимает её.

КАРИНА. Теперь я понимаю, почему мы – зебры.

ЮЛЯ. Да?

КАРИНА. Зебры – они, как мы. Вернее, люди – как зебры. В каждом человеке есть и тёмное, и светлое. Часть белая, часть чёрная.

ЮЛЯ молчит, пристально смотрит на КАРИНУ.

ЮЛЯ. Ну, ты… Карина, ты всё-таки «ку-ку»!

КАРИНА. А?

ЮЛЯ. Чокнутая ты, я говорю!

КАРИНА. Почему это?

ЮЛЯ. Дерьмо твоя философия!

КАРИНА. А?

ЮЛЯ (передразнивает). «Люди – они как зебры». Хрень какая! Мы – зебры, потому что, когда Кирилл, покупал ростовые куклы, эти костюмы были со скидкой. Они бракованные, у них строчки криво пошли! Китайские! Видишь?

КАРИНА. Я – «ку-ку»?

ЮЛЯ. Ещё какая! Ку-ку! Ку-ку, ку-ку!

КАРИНА. Ку-ку…

КАРИНА, ЮЛЯ (вместе). Ку-ку! (Переглянувшись). Уи-вик-вик-вик-вик-вик.

КАРИНА и ЮЛЯ смеются, надевают головы зебр и уходят на оживлённую пешеходную улицу к магазину «Гранд-каньон».

Занавес.

г. Екатеринбург, окт.-нояб.2019.

Пьеса «Зебры не ржут» – победитель международного конкурса современной драматургии «Поколение XXI» (2021 г).

«ВОРОНА ОБЫКНОВЕННАЯ»
Пьеса в одном действии.

Действующие лица:

АНЯ – 13 лет;
ВАЛЯ – её одноклассница.

Комната АНИ. Очень много книг, полки занимают все свободные стены. Книги современные в красочных обложках: в основном фэнтези, но есть и подростковая романтика, отдельная этажерка – книги о животных. Кровать не заправлена, на письменном столе ноутбук, рядом свалены учебники, тетради и прочие школьные «атрибуты». На тумбочке стоит большой телевизор, под ним – компьютерная приставка «PS-4», рядом лежит джойстик. Имеется в комнате кресло-кровать, комод, шкаф, на дверце которого на плечиках криво висит школьная форма. Рассматривая своё лицо, возле трюмо с зеркалом в полный рост стоит АНЯ. ВАЛЯ суетится рядом с ваткой и каким-то флакончиком в руках.

АНЯ. Солнечного света не хватает. Всегда не хватает света. Так надоело в жить в тени.

ВАЛЯ. Ой, я же им говорила, чтобы не били тебя! Как теперь-то? Мамка твоя увидит – кипишь подымет!

АНЯ. Раньше такой вид был из окна: парк, пруд… Дом воткнули во дворе, никого не спросили.

ВАЛЯ. Блин-блин! Чё делать-то, Аня? Губа-то распухла.

АНЯ. Теперь свет в окно вообще не попадает. Точечная застройка, козлы.

ВАЛЯ. Чё мамке-то скажешь?

АНЯ. Это моё место было. Народу никого, и солнца много. Спокойно можно почитать и погреться.

ВАЛЯ. Маме-то скажешь чего?

АНЯ. Да, пофиг ей! Она и не заметит.

ВАЛЯ. Ага, конечно, не заметит! А если заметит?

АНЯ. Не ссы в трусы, Валя. Тебе-то что?

ВАЛЯ. Скандал будет. Разборки. Вон, у «бэшек» парни побили одного. Так родители и к директору, и в полицию пошли. Всех опрашивали, весь класс. Троих на комиссию вызвали.

АНЯ. Не заметит. Мать поздно приходит, я уже сплю иногда. А в школу я ухожу, она ещё спит. Она ж риэлтор, все показы квартир по вечерам. Такая работа.

ВАЛЯ. Бомбически! А у меня бабка весь день дома торчит, фиг, одна побудешь.

АНЯ. Она же съезжать хотела?

ВАЛЯ. Ага, конечно! Снова квартиру сдала. Деньги всё-таки.

АНЯ наклоняется к зеркалу, рассматривает зубы. ВАЛЯ садится в кресло, смотрит на подругу.

АНЯ. Вот коза Сейфулина! Ладно хоть зубы целы.

ВАЛЯ. Это она из-за Витьки всё.

АНЯ. Да, блин! Да, сколько можно! Запарили вы! Сто раз объяснять?! Нету у меня с ним ничего, вообще никаких чувств там и всё такое! Он просто прикольный, мне интересно с ним поболтать! Витька – просто одноклассник и всё! Понятно?!

ВАЛЯ. Ага, конечно. Но Катька-то любит его. А ты с ним треплешься.

АНЯ. И что? Вечно ты всех защищаешь! Ты вообще чья подруга?

ВАЛЯ. Твоя.

АНЯ. А с фигали Сейфулину защищаешь?

ВАЛЯ. Я…

АНЯ. Всем хочешь угодить?! Нельзя быть другом всем подряд!

ВАЛЯ. Мама говорит, я коммуникабельная. Мне много общения надо.

АНЯ. Откуда они узнали моё место? А?! Общительная?! Ты сдала?!

ВАЛЯ вскакивает, стоит перед АНЕЙ.

ВАЛЯ. Анечка, да ты чё? Я?! Да, я! Да, я никогда! Я же твоя лучшая подруга!

АНЯ. А кто? Кроме тебя никто не знал.

ВАЛЯ. Это не я! Я честно говорю! Не знаю кто! Может видел кто, что ты с книжкой ходишь в одно и тоже место…

АНЯ. Твари! Выследили.

ВАЛЯ. У Сейфулиной шобла человек пять.

АНЯ. И все дуры! Нафига ты с ней общаешься?!

ВАЛЯ. Так я со всеми…

АНЯ. И нашим, и вашим?!

ВАЛЯ. Ага, конечно! А кто тебя предупредил? Я сказала, что Катька тебя побить хочет, а ты всё равно на улицу пошла.

АНЯ. Что мне теперь: дома сидеть и всё такое?! (АНЯ плюхается на кровать). Ничего, я одной тоже заехала!

ВАЛЯ (садится на краешек кровати). Кому?!

АНЯ. Подсиралке её – Поролоновой.

ВАЛЯ. Парамоновой.

АНЯ. Поролоновой!

ВАЛЯ. Ну, ты вообще!

АНЯ. Фигня. Но выводы я сделала. Ты это учти! Мало не покажется…

ВАЛЯ. Настучишь?

АНЯ. Ты, Валя, дура?

ВАЛЯ (встает, затем пересаживается в кресло). А чё такого? Бабка говорит, если знаешь, кто что сделал плохо, можно сообщить куда следует.

АНЯ. А куда следует?

ВАЛЯ. Ну, ХэЗэ.

АНЯ. Ты стучала?

ВАЛЯ. Ты чё?! На кого?!

АНЯ (передразнивает). Ну, ХэЗэ.

ВАЛЯ. Ага, конечно! Ой, ладно! А правду говорят, что ты в первом классе с половиной класса подралась?

АНЯ. А, ты ж с нами не училась тогда. Не с половиной, с тремя только. Я не ты: со всеми «вась-вась» не могу.

ВАЛЯ. Чё ты опять?

АНЯ. Ладно, проехали… Отец, тогда жив ещё был, меня учил. Не ссы в трусы, говорил, Анька! Если драки не избежать, бей первая и всё такое!

ВАЛЯ. А я своего папу не видела никогда. Всю жизнь: я, мама, бабушка.

АНЯ. И собака у вас тоже сука.

ВАЛЯ. Аня!!!

АНЯ. Это шутка такая.

ВАЛЯ. Ага, конечно! Шутка! Ой, а можно я на приставке поиграю?

АНЯ. Валяй, Валя! Я пока сочинение допишу.

ВАЛЯ включает игровую приставку, берет джойстик, устраивается в кресле удобнее. АНЯ садится за стол, достает тетрадь, сдвигает в сторону стопку учебников. Некоторые падают на пол, но она не обращает на это внимания.

ВАЛЯ. Вроде не задавали.

АНЯ. Я ещё не сдала «друзей».

ВАЛЯ. Две недели, как сдали. Тебе двойку поставят.

АНЯ. Поставила уже. Пофиг. Но класснуха сказала, что исправит, если все-таки сдам и всё такое.

ВАЛЯ. Про кого пишешь?

АНЯ. Про тебя, ты ж моя подруга.

ВАЛЯ. Ага, конечно! Дашь почитать? О, класс! «Майн Крафт» обожаю. В торговике час поиграть – сто пятьдесят рублей. Мать не дает денег. А печенек не осталось? Тех, с кремом?

АНЯ. Возьми на кухне. Знаешь где…

ВАЛЯ откладывает джойстик, выходит. Кричит из другой комнаты. АНЯ перечитывает, что написала в тетради ранее.

ВАЛИН ГОЛОС. А где тут? А вот! Аня, я сок ещё возьму? А?

АНЯ (кричит). Возьми! (Тише). Проглотка.

ВАЛИН ГОЛОС. О! Тут ещё шоколадка есть. Я её тоже возьму.

АНЯ. Возьми, блин, что хочешь!

ВАЛЯ возвращается с пакетом сока, стаканами, печеньем и шоколадом. Все не помещается у неё в руках, что-то девочка держит под мышкой, что-то зажимает подбородком. ВАЛЯ торопится сесть, пока не уронила.

ВАЛЯ. Фух! Еле донесла.

АНЯ. Сходила бы два раза.

ВАЛЯ. Да? Так можно было? (Садится, расставляет вокруг себя продукты и посуду). Я тебе тоже стакан взяла.

АНЯ (пишет). Угу.

ВАЛЯ (играет). Ань, а чё у тебя не пятерка по литере? Ты читаешь вон столько.

АНЯ (пишет). И что?

ВАЛЯ. Бомбически!!! Все мои настройки сохранились. Ты не играла что ли?

АНЯ (пишет). Не-а.

ВАЛЯ. Была бы у меня приставка, каждый день бы шпилилась. «Майн Крафт-Креатив» обожаю. У Катьки тоже есть приставка, но там битвы, стрелялки. У неё вообще все диски такие. «ГэТэА» там, «Зомби-апокалипсис».

АНЯ (смотрит на ВАЛЮ). Ну, и не ходи к ней.

ВАЛЯ. А у Костика спортивные всякие и гонки.

АНЯ. У Костика гонки? Да он – рукожоп! Он на лыжах-то стоять не может. Ха! Гонки!!

ВАЛЯ. Играет прикольно. А Сейфулина так матерится, когда играет! Пипец! Такая она неприятная.

АНЯ что-то с силой вычеркивает в написанном. И снова пишет. ВАЛЯ увлечена происходящим на экране.

ВАЛЯ. А я вот так! Ага! Сюда! (Говорит, не глядя на АНЮ). Ты в черновик или сразу в тетрадь?

АНЯ (пишет). Черновик. Вычеркнула половину, что вчера писала. Новые мысли появились.

ВАЛЯ. Я думала, если много читаешь, то по литере пятерка автоматом получится.

АНЯ отрывается от тетради, смотрит на ВАЛЮ.

АНЯ. С какого перепугу? Что читаю я, и что надо по программе? Я это «Детство» Горького прочла десять страниц и ни хрена не поняла. А этот? Леонид Андреев? Это вообще кто? Забытый писатель, на хрен нам его впаривают? Мало того, что он умер сто лет назад, но что он пишет?

ВАЛЯ. Это который?

АНЯ. «Баргамот и Гараська». Хрень какая-то.

ВАЛЯ. А мне нравится чай с бергамотом.

АНЯ. Баргамот. Это вообще, типа, полицейский и всё такое.

ВАЛЯ. А мне мама тебя в пример ставит. Так и говорит: «Ладно хоть читает». Я не читаю, мне не интересно.

АНЯ. А те, что я тебе давала? «Руби Редфорд» или «Geek Girl»?

ВАЛЯ. Не прочла ещё.

АНЯ. Ни одной?! Там же целые серии, я тебе только первые книжки дала.

ВАЛЯ. Скучно читать.

АНЯ. Скучно? Я вот начала с рассказов про животных, потом на фэнтези перешла и всё такое. Там целые миры! Своя жизнь!

ВАЛЯ. Ага, вот «Пандориум» ничё так ещё.

АНЯ. Дать тебе вторую?

ВАЛЯ. Нет пока. Может, эти прочитаю. Там по программе ещё много.

АНЯ. Нет, чтобы Джека Лондона или хоть бы Конан Дойла в программу вставили.

ВАЛЯ. Так-так-так! Я ну-ка сюда… Блин, игра – класс! А читать – долго и неинтересно. Гоголь ещё этот, сумасшедший.

АНЯ. Вообще, запарили! Почему я в четырнадцать лет…

ВАЛЯ. Тебе тринадцать.

АНЯ. Скоро будет! Почему я – подросток – должна понимать, что взрослый мужик с похмелья написал, а то и бухой?! Они все алкаши, самоубийцы и шизоиды. Как я пойму загоны их и всё такое. Что там в их башке тараканы сочинили?!

ВАЛЯ. Это ты про Есенина?

АНЯ. Да, блин, почти про всех этих поэтов! Но Есенин, кстати, бухой никогда не писал.

ВАЛЯ. Да, ладно? Я кино с Безруковым смотрела: он по синьке вообще жестко угорал.

АНЯ. Бухал нехило, но писал только трезвый принципиально. Я читала.

ВАЛЯ. А чё он тогда повесился?

АНЯ. Там мутная история. Похоже, его повесили и всё такое. Я читала.

ВАЛЯ. А за чё?

АНЯ. Сиди играй! Мне писать надо!

ВАЛЯ наливает себе сок, открывает пачку печенья. АНЯ пишет.

ВАЛЯ. А сейчас чё читаешь?

АНЯ молча берёт книгу со стола, поднимает над головой, показывая обложку.

ВАЛЯ. Фигасе! «Восемнадцать плюс»! Как тебе её в магазине-то продали.

АНЯ. Отметка не для продавца, отметка для родителей.

ВАЛЯ. А чё там взрослого пишут?

АНЯ. Ну, типа, любовь и всё такое.

ВАЛЯ. Всё такое?

АНЯ. Ага.

ВАЛЯ. Какое такое?

АНЯ (поднимает голову, смотрит на ВАЛЮ, после паузы говорит). Ты дура, Валя?

ВАЛЯ. Ага, конечно?! Про секс что ли?

АНЯ. Типа того.

ВАЛЯ. Фигасе… Блин, а сколько времени? У тебя за окнами уже темно как-то.

АНЯ. Из-за новостройки… Ничего, скоро переедем.

ВАЛЯ. Да ты чё?! А куда?

АНЯ. Мать в долёвку таун-хаус строит. Три квартала отсюда.

ВАЛЯ. Крутая у тебя мать.

АНЯ. Пришлось… Как отец в ДТП погиб, надо на что-то жить было. Выучилась на риэлтора. Теперь нормально. А тогда одну перловку и капусту ели и всё такое.

ВАЛЯ. А моя тоже пойдёт учиться. Наверное… На маникюршу. Удобно будет: в той же парикмахерской кабинет откроют. Будет и стричь, и ногти чистить.

АНЯ (пишет). Угу.

ВАЛЯ (играет). Ух, ты! Класс! Вот это я удачно зашла! А Сейфулина тоже переезжать собирается. У неё отец коттедж достраивает.

АНЯ. Тебя там тоже печеньками кормят?

ВАЛЯ. Ага, конечно! Там всё строго. Порядок идеальный, всё вылизано. Ни как у тебя. Ни чихнуть, ни пукнуть.

АНЯ. У меня тоже не стоит это делать.

ВАЛЯ. Братья у неё такие. Чё скажут, она сразу подрывается. У них в семье этот… как его… слово забыла. Когда мужики главные?

АНЯ. Патриархат.

ВАЛЯ. Во! Вот это слово. Жёстко там всё. Мне Катьку даже жалко.

АНЯ. Бедненькая. Сейчас заплачу.

ВАЛЯ. Так-так-так, а я сюда! Ага, конечно! А когда отец её пришёл, меня выгнали сразу. Он отдыхать должен дома.

АНЯ. Он деньги зарабатывает. Моя мать тоже приходит и на диван ложится: сериалы по второму каналу пялит и пиво посасывает. Отдыхает.

ВАЛЯ. А вот у Ваньки Комарова меня бутербродами угощали с чаем и этими еще… мохнатыми такими.

АНЯ. Чем?!

ВАЛЯ. Такие фрукты: зелёные внутри, а шкурка мохнатая.

АНЯ. Киви что ли?

ВАЛЯ. Ага, вкусно. И у него нескучно, он ЛЕГО-конструированием занимается. Замки строит, корабли, машины. Вот я сейчас тоже в «Майн Крафте» погреб обустраиваю.

АНЯ. Ты уже у всего класса в гостях побывала?

ВАЛЯ. Мне много общения надо, я такой человек.

АНЯ. А что Ванька про Костика говорит?

ВАЛЯ. Чмошник, говорит, и рукожоп.

АНЯ. Понятно. Только Ваня сам дебилоид.

ВАЛЯ. А чё так?

АНЯ. Смартфон у него появился. Пишет мне в Ватсапе: и там смайлики всякие наляпал, а в конце какашку ставит.

ВАЛЯ. Ага, конечно?!

АНЯ. Я говорю: ты почему мне какашку прислал? Он не сразу понял, а потом написал, типа, думал, что это трюфель.

ВАЛЯ. Трюфель?

АНЯ. Конфетка такая.

ВАЛЯ. А-а…

АНЯ. Вот смотри.

АНЯ показывает ВАЛЕ на своём смартфоне смайлики.

ВАЛЯ. А-а… А чё он тебе вообще писал-то?

АНЯ. Фиг знает. Смартфон появился, вот и писал, и всё такое.

ВАЛЯ. Ага, конечно! А Городенковой он не только писал, но и предлагал в «Бургер» сходить. Типа, свидание.

АНЯ. А ты откуда знаешь?

ВАЛЯ. Мне Сейфулина сказала. (Играет). Куда-куда-куда?! Блин, ну, нет! Ага, конечно. Вот так-то лучше!

АНЯ. Что там у тебя?

ВАЛЯ. Да, не туда влезла, блин.

АНЯ опять что-то размашисто вычеркивает в своём сочинении.

ВАЛЯ. Чё-то ты там черкаешься так?

АНЯ. Ненавижу «Русский».

ВАЛЯ. У тебя вообще есть любимый предмет?

АНЯ (подумав). Биология.

ВАЛЯ. У тебя же по ней тоже тройка.

АНЯ. Мне не предмет нравится, а времяпрепровождение на нём.

АНЯ открывает ноутбук, включает. Загорается экран, на котором рисунком рабочего стола фотография АНИ на фоне моря.

ВАЛЯ. Классная фотка, это ты где?

АНЯ В Греции на Крите.

ВАЛЯ. А мы летом в Крым собираемся, в Евпаторию.

АНЯ. Мне не понравилось там.

ВАЛЯ. В Греции лучше?

АНЯ (заходит в интернет, забивает поисковый запрос). В Турции. Там в отеле номера убирают каждый день, бассейнов несколько, водные горки и жрачки сколько хочешь и всё такое. Идёшь и выбираешь всё, что хочешь и сколько хочешь. Сластей отдельный стол, фруктов завались, арбузы. Шведский стол называется.

ВАЛЯ. Класс! А в Греции?

АНЯ. В Греции тоже еды много, тоже шведский стол. Но горок в отеле нет. А у турков в каждом отеле горки.

ВАЛЯ. А на Крите?

АНЯ (читает с экрана). Это одно и тоже. Крит – греческий остров.

ВАЛЯ. А я думала Кипр греческий.

АНЯ. На Кипре тоже греки живут, но это отдельная страна.

ВАЛЯ. Ага, конечно?!

АНЯ. Я там не была, но читала. Там тоже прикольно: отели, бассейны и всё такое.

ВАЛЯ. А-а… А в Крыму?

АНЯ. Там горок нет, бассейн один был. И еду заказывать надо было каждый раз или в магазине покупать.

ВАЛЯ. Мама сказала, что она сама готовить будет.

АНЯ. Моей такой отпуск нафиг не нужен. Она любит, чтобы было всё готовое. Отдыхать так отдыхать! И всё такое!

АНЯ переписывает что-то в тетрадь из интернета.

ВАЛЯ. Мне мамка тоже ноутбук купит в следующем году.

АНЯ. У тебя нет что ли?

ВАЛЯ. Не-а.

АНЯ. А как ты в электронный дневник ходишь: «домашку» узнаешь и всё такое?

ВАЛЯ. Спрашиваю у кого-нибудь.

АНЯ. Нам же в следующем году МЭО вводят. Там комп нужен домашний.

ВАЛЯ. Чё такое МЭО?

АНЯ. Мобильное электронное образование. Часть заданий только в электронном виде.

ВАЛЯ. Наверно, поэтому мне мамка ноутбук и хочет взять. Бэушный какой-нибудь.

АНЯ. Прикольно, «ВКонтакте» зарегишься.

ВАЛЯ. Ага, конечно! Я тогда там вообще залипать буду. О, класс! Изумруд! Кто молодец?! Я молодец! Теперь поиграем!!!

АНЯ. Повезло.

ВАЛЯ. Ещё бы! Изумруд – самая редкая руда!

АНЯ. Изумруд не руда, а драгоценный камень.

ВАЛЯ. Ага, конечно? Я думала, если в шахте добывают, значит, руда.

АНЯ. Ты же погреб строила?

ВАЛЯ. Я себе за три алмаза кирку скрафтила. Алмазы тоже не руда?

АНЯ. Из руды металл выплавляют, а камни – это камни. Как ты из них что-то плавить будешь?

ВАЛЯ. Ну, ты умная! Чё же у тебя по всем предметам тройки?

АНЯ. Да, мне пофиг.

ВАЛЯ. Хорошо тебе. А Владика отец за двойку по алгебре ремнём побил.

АНЯ. Да, ладно! Жесть! Откуда знаешь?

ВАЛЯ. Мне Ирка сказала, она с ним, типа, мутит.

АНЯ. Капец, ты всё знаешь!

ВАЛЯ. Случайно. Ванька с Иркой в одну секцию по плаванию ходит, он слышал, как они по телефону трепались. А ты в школу завтра в чем пойдёшь?

АНЯ. В смысле?

ВАЛЯ. Завтра последняя пятница месяца: свободная форма.

АНЯ. Прикольно. Надо в комоде порыться. Там мать недавно мешок вещей припёрла, опять на «закупках» по интернету затарилась. Я ещё не мерила.

ВАЛЯ. А дай мне ту блузку с Эйфелевой башней на день.

АНЯ. Она в стирке.

ВАЛЯ. Блин. А у меня нет нового ничего.

АНЯ. Фигня какая. Не парься. Всё! Вроде дописала. Будешь слушать?

ВАЛЯ. Ага, конечно! Сейчас только сока налью! И шоколадку открою.

АНЯ. Сок с шоколадом?!

ВАЛЯ. Животные едят для того, чтобы жить. А люди живут для того, чтобы есть!

АНЯ. Ты где это вычитала?

ВАЛЯ. Ага, конечно! Вычитала! В мультике видела! «Лесная братва».

ВАЛЯ наливает себе сок, достаёт из пачки несколько печенок, разворачивает шоколад, залазит в кресло с ногами, готовится слушать. АНЯ встаёт перед ней, присаживается на край стола.

ВАЛЯ. Я готовая.

АНЯ (читает). «В нашем классе некоторые считают меня „Белой вороной“, потому что я не такая как все. В „Википедии“ написано: „Белая ворона – метафора, используемая в русском языке для обозначения лица, имеющего поведение или систему ценностей, отличные от других… Белая ворона противоречивый символ необычности, инаковости, часто сопряжённой со страданием, непониманием и отчуждением со стороны окружающих“. Может быть, я и Белая ворона, но в отличии от Википедии я нисколько не страдаю, не чувствую себя ущемленной, мне абсолютно пофигу…».

ВАЛЯ. Так и напишешь: «пофигу»?

АНЯ. Да, по фигу!

ВАЛЯ. Класснуха ругаться будет.

АНЯ. Запарила она. Дальше читаю. «Другое дело моя подруга Валя, которая считает себя моей лучше подругой. Вот ей не пофигу! Но она и не Белая ворона. Она – ворона обыкновенная».

ВАЛЯ. Чё это я ворона-то?

АНЯ. Блин, это метафора!

ВАЛЯ. Метафора?

АНЯ. Ты слушать будешь?

ВАЛЯ. Ага, конечно.

АНЯ. «Человек не может без друзей, хотя бы один друг, хоть какой, но должен быть. Так хочется иногда рассказать, что ты узнала нового, что произошло, что придумала, о чем мечтаешь. В себе всё не удержишь: разорвёт! У меня есть подруга по переписке Катя. Но она живёт в Мурманске…».

ВАЛЯ. Это которая живёт на улице с таким смешным названием?

АНЯ. Ага, улица «Фадеев ручей», я тоже прикололась!

ВАЛЯ откусывает от целой плитки шоколада, не ломая её на кусочки. Жестом показывает АНЕ, чтобы та продолжала читать.

АНЯ. «И вот в нашем классе появилась Валя. Она подкупила меня вопросом: «А почему тебя считают белой вороной?». И, правда, почему? Что во мне не так?

Да, я на переменках не толплюсь с одноклассницами и не обсуждаю всякую фигню, типа, кто кому понравился, кто влюбился, сериалы, шмотки, Ксюшу Собчак и всё такое. Мне противно то, о чем они говорят. Когда-нибудь и я встречу парня, с которым мне будет тепло и солнечно. А сейчас все эти разговоры моих одноклассниц про любовь – глупый бред. Пока я лучше посижу и почитаю в сторонке.

Да, я не шаперюсь с одноклассниками по району с USB-колонкой, из которой сыплется тупой подростковый рэп с матерками.

Да, я не сижу часами всей шоблой в «Макдональдсе». Не ржу как кобыла над каждой тупой шуткой, прочитанной в интернете.

Если это означает – быть как все, то ну нафиг! Мне это не интересно. Мне с ними не интересно».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.